Жанр: Любовные романы
Звезда моя, Аврора !
... друга. Здесь, как и в
ее время, стояли глубокие удобные кресла, накрытые полотняными чехлами
абрикосового цвета с синей окантовкой, телевизор и стол для неформальных
обедов.
Стены, окрашенные матовой краской, украшал белый бордюр, а сводчатое окно,
выходящее в сад, делало комнату похожей на оранжерею. Кругом висели
прекрасные, написанные акварелью пейзажи, а на кофейном столике стоял
роскошный букет гербер всевозможных оттенков, от желтого до абрикосового,
оранжевого и темно-розового.
Вряд ли кабинет можно было назвать типичной комнатой мужчины, но Люк говорил
Авроре, что доверил основную работу по оформлению интерьера мисс Хилльер.
Люк не стал затевать разговор до тех пор, пока не закончил сервировать стол.
Он наполнил бокал для Авроры и включил телевизор, чтобы она могла посмотреть
вечерние новости. Когда ужин стоял уже на столе, он выключил телевизор и
включил магнитофон. Полилась музыка Вивальди.
—Мисс Хилльер пришла из отпуска, — заметил он, — поэтому она
сегодня в ударе. Как ты нашла своего отца?
Аврора рассказала.
—Папа наслаждается жизнью, и у меня не хватило духу отговаривать его от чего-
то, — закончила она.
—Ты говорила ему обо мне?
Аврора подняла глаза, не донеся вилку с лазаньей до рта.
—Нет. Мне нечего ему сказать.
—Нечего?
Люк откинулся в кресле и смотрел на нее до тех пор, пока она не покраснела.
—Послушай, Люк...
—Записала ли ты все в своем дневнике, ничего не пропустила, Аврора? Чтобы
прочитать, когда станешь старушкой, и... задуматься о том, как все могло
сложиться, если бы не твое упрямство?
Она прекратила жевать и выпила глоток вина.
—Нет, не записала.
—Слишком больно? — предположил он. — Может, чувствуешь раскаяние,
а как его преодолеть, не знаешь, поскольку сама установила правила?
Аврора отвела взгляд. Ее щеки пылали, и ей хотелось прижать к ним прохладный
бокал.
—Почему ты так поступаешь? — спросила она севшим голосом.
—Потому что намерен просить тебя выйти за меня замуж и подумал, что за
неделю ты могла переменить свой взгляд на вещи. Наверное, ты можешь забыть
ту восхитительную ночь любви, словно ее не было, но я не могу. Ты часто
поешь песни в середине любовного акта?
Аврора отодвинула тарелку и встала.
—Если твоей целью было оскорбить меня, то ты добился своего. Не трудись
провожать меня, я сама доберусь до дома.
—Сядь, Аврора, — потребовал он.
—Ты не смеешь приказывать мне!
—Смею и буду... Я настроен серьезно, — произнес Люк с раздражением.
Он увидел, как побелели костяшки ее пальцев, сжимающих спинку кресла, и
вдруг разозлился на себя.
—Пожалуйста, Аврора, — сказал он. — Я знаю, что ты пытаешься
делать так, как, по-твоему, будет лучше для нас обоих, но нам необходимо
поговорить.
Она опустилась в свое кресло.
—Нам ни к чему, однако, раздувать наши проблемы, — добавил он с
улыбкой. — Расскажи мне о Раротонге. Я никогда там не был.
Аврора разложила салфетку на коленях и взяла в руки вилку.
—Не могу много рассказать о Раротонге, потому что... — она заморгала,
выронила вилку и поднесла ладони к глазам, — потому что, в какой бы
точке земного шара я ни находилась, мне все равно ничего не помогло бы, Люк.
—Я снова совершила это, — сказала она беспомощно.
—И так же прекрасно, — согласился он и провел рукой по ее растрепанным
волосам. — На этот раз мы не пели матросскую песню, но ты была такой...
словно я поймал блуждающий огонек, легкое дуновение, словно душа бабочки
вселилась в обличье изумительной девушки.
Она улыбнулась, дыша ему в грудь.
—Ну не фантазер ли вы, профессор?
—Что есть, то есть.
Люк провел своими длинными пальцами по ее спине, потом положил руку ей на
бедро.
—Засыпаешь?
—Да, — пробормотала она.
—Ну, давай. — Он положил ее голову себе на плечо и натянул одеяло.
Вздохнув, Аврора расслабилась, наслаждаясь теплом, близостью и чувством
защищенности. А на следующее утро она улетела с Люком Кирваном в
Белтриз
,
чтобы провести там с ним вторую неделю своего отпуска.
Первые четыре дня дом был в их полном распоряжении. Сэр Дэвид воспользовался
приездом Люка, чтобы на время уехать самому.
В их первую ночь, после того как они отведали вкуснейший ужин,
приготовленный экономкой, и немного посидели перед камином в гостиной, Люк
привел Аврору в просторную спальню с огромной кроватью и камином, перед
которым стоял обитый ситцем мебельный гарнитур. В ответ на объятия Люка она
задрожала от восторга и предвкушения принадлежать ему.
На следующее утро, очень рано, они выпили чаю с гренками и отправились на
верховую прогулку.
Аврора не обладала большим опытом общения с лошадьми, но та, которую Люк
выбрал для нее, была надежной и послушной. Он показал ей скважину на
территории фермы, из которой добывали опал и которая скорее напоминала дыру
рядом с кучей булыжника.
Когда они спешились, Аврора взглянула на розовое рассветное небо и огромное
пространство краснозема, с островками низких зеленых кустиков, которые,
видимо, были любимым лакомством для овец.
—Ух ты! — Девушка стянула с головы шляпу, подкинула ее в воздух и
радостно раскинула руки. — Как чудесно! Вот где настоящая Австралия!
Люк засмеялся.
—Что мы ищем, опал или осколки метеоритов, мистер Ньютон? — спросила
она, подбоченясь.
Люк слегка нахмурился, словно почувствовал уловку, потом сказал:
—И то, и другое. Но смотри под ноги, — предупредил он. — Кучи
булыжника очень скользкие.
—Ромео! — воскликнула Аврора, заставив его вопросительно поднять
брови. — На языке моряков это означает букву
Р
, — объяснила
она, — и
Будет сделано!
.
—Я смотрю, ты эксперт в этой области?
—О, да. Могу, например, сказать, что твое имя будет передано по буквам как
лима, юла, кило. А мое — альфа, вето, ромео, оскар, ромео, альфа.
Он криво улыбнулся.
—Я давно хотел тебя спросить, почему ты предложила свои услуги береговой
охране, альфа, вето, ромео, оскар, ромео, альфа?
—А вы быстро схватываете, профессор! Гмм... Меня всегда привлекало радио.
Наверное, потому что мой отец имел какое-то отношение к радио, поскольку оно
— составная часть лодочного спорта. Когда бы я ни плавала вместе с ним,
всегда часами слушала высокочастотное радио: яхты, переговаривающиеся между
собой на большом расстоянии, прогноз погоды и так далее. Потом он
посоветовал мне получить специальность радиста. И я пошла на курсы при
береговой охране... и настолько увлеклась, что решила предложить свои
услуги.
—Я просто подумал... — Люк замолчал и нервно взъерошил свои темные
волосы, — что ты совершенно ни на кого не похожа.
Аврора оглядела его, одетого в спортивную рубашку, брюки защитного цвета и
ботинки.
—Хочу надеяться, но не понимаю, что тут особенного.
—Ты постоянно удивляешь меня. Ну ладно. Давай, ты ищи опал, а я буду искать
осколки метеорита.
—Не хочу показаться невежественной, — произнесла Аврора, — но как
я узнаю опал, если найду его?
—Я покажу тебе, какой он, — улыбнулся Люк.
Они вели поиск пару часов, и Люк действительно нашел маленький молочно-
голубой опал для нее. Потом они помчались верхом обратно к усадьбе и
устроили обильный завтрак. Несколько последующих дней они провели точно так
же. Вели поиск или занимались овцами в течение дня, а ночи проводили в
объятиях друг друга.
Кожа Авроры стала приобретать золотистый оттенок. Ее зеленые глаза сияли, и
она не только выглядела здоровой и полной жизни, но и чувствовала себя
такой, несмотря на усталость от сидения в седле. К тому же она
заинтересовалась метеоритами не меньше Люка.
Вечерами они разговаривали, слушали музыку, читали. Люк даже достал свой
старый радиоприемник на кристаллах и принялся за его починку. И они
занимались любовью всякий раз, когда у них было такое настроение...
Проснувшись однажды утром, Аврора увидела, что Люк все еще крепко спит. Она
заерзала, потом сладко зевнула и уставилась на старинный потолок с чувством
полнейшего удовлетворения. И прежде всего оттого, что смогла подарить Люку
наслаждение, которого он так жаждал.
Теперь она могла почувствовать себя на равных с ним, а не ученицей в руках
мастера.
Тут Люк заворочался, сел, взъерошил волосы и повернулся к ней с неожиданной
тревогой.
—Как ты... Аврора? Все в порядке?
—Прекрасно, Люк, — ответила она самодовольно. — Просто чудесно.
Он сбросил простыню и одеяло и с минуту вглядывался в нее.
—Люк, — запротестовала она. — Холодно.
Он провел руками по ее телу, потом снова натянул одеяло до подбородка.
—Слава богу. А я подумал, что был грубоват.
—Ты был великолепен.
Люк прижал ее к себе и глубоко вздохнул.
—Меня и вправду немного занесло.
Аврора нежно поцеловала его.
—Честно говоря, мне понравилось.
—Уверена? — улыбнулся Люк.
—О, да, — промурлыкала она. — Всего минуту назад я подумала, что
похожа на кошку, получившую свою сметану. Совершенно уверена, профессор!
—Тогда, может быть, согласишься выйти за меня, Аврора?
Выражение ее лица стало медленно меняться.
—Я... — неуверенно произнесла она, — не знаю, Люк.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
К кухне в
Белтризе
примыкала комната для завтрака, из которой открывался
вид на озеро. В то время как убранство остального дома выглядело довольно
пышно, эта комната с ее сосновым буфетом, заполненным керамической сине-
белой посудой, больше напоминала одно из помещений дачного домика.
Тут стояла вешалка для шляп и пальто, а на столике у стены лежали разные
атрибуты верховой езды: хлысты, удила и другие предметы подобного рода.
Аврора сидела за столом, пристально глядя на бекон, крутое яйцо и жареные
помидоры. День был прохладный, пасмурный, и в зеркале озера отражалось
свинцовое небо. Лебеди, танцы любви которых напомнил ей балет
Лебединое
озеро
, прятались в камышах у дальнего берега.
Она надела пуловер цвета лесной зелени и синие спортивные брюки. Волосы туго
стянула сзади. В зеленых глазах отражались хаотические чувства, которые не
покидали ее с того момента, когда Люк так странно отреагировал на ее
неуверенную реакцию, последовавшую за его предложением о замужестве.
На мгновение она испугалась, что может сломаться, когда его руки железным
кольцом сомкнулись вокруг нее. Но тут он крепко выругался и буквально
катапультировался из постели, предоставив ее самой себе.
Аврора встала, приняла душ и оделась. Люка она нашла в комнате для завтрака,
тоже принявшего душ, судя по его влажным волосам, выбритого и одетого в
джинсы и синий свитер. Но взгляд, который он бросил на нее, когда она
появилась на пороге, был таким грозным, что она осталась стоять в дверях.
Заметив нерешительность девушки, Люк ехидно заметил, что ее он есть не
собирается, а завтрак уже на столе.
Аврора взяла вилку и нож и приступила к еде.
—Не хочешь пояснить сделанное тобой раньше заявление? — протянул он,
отодвигая тарелку и протягивая руку за мармеладом. — Если ты не думала,
что такое предложение возможно, тогда зачем приехала сюда со мной? Я же
говорил тебе. Кофе?
—Да, спасибо. И... — она многозначительно посмотрела на открытую в
кухню дверь, где с грохотом возилась экономка, говорливая и приветливая
матрона, — я не думаю, что сейчас подходящее время или место...
—Более подходящего времени еще никогда не было, — перебил он, но все-
таки встал и не слишком деликатно закрыл дверь.
Аврора поморщилась.
—На самом деле ты сказал, что подумываешь о том, чтобы сделать мне
предложение, Люк, но в течение четырех дней ни разу не обмолвился об
этом... — Она пожала плечами. — Я подумала, может, это все игра в
слова, а что касается того, зачем я приехала... Ничего не могла с собой
поделать. — Она взглянула ему прямо в глаза. — Но все-таки
женитьба — не лучший выход для нас.
—Если ты имеешь в виду Леони, у меня есть достоверные сведения, что у нее
появился новый мужчина, — холодно уведомил ее Люк. — Ты вошла в
мою жизнь около пяти месяцев назад, из которых два последних мы провели
врозь. У меня было предостаточно времени разобраться в себе.
Аврора доела бекон и яйца и протянула руку, чтобы взять чашку с кофе.
—Однако, Люк, — твердо сказала она, — если бы мой отец не пропал,
мы бы до сих пор были врозь. Ты выставил дом на продажу...
—Откуда ты знаешь? Я не давал объявления.
—Помнишь миссис Баннингс? Она раньше была нашей домработницей, а мисс
Хилльер наняла ее убирать дом... с месяц назад или около того, когда уезжала
в Аделаиду проведать свою сестру. Мы поддерживаем связь.
Люк выслушал, по-прежнему не сводя с нее взгляда своих темных глаз.
—Ладно, давай попробуем по-другому. Тебе свойственно спать с мужчинами, не
испытывая никаких комплексов, как, например, со мной, а потом демонстративно
уходить от них? Или... ты предлагаешь мне считать тебя своей любовницей?
Аврора прерывисто задышала, злой блеск появился в ее глазах.
—Я ничего тебе не предлагаю в данный момент, Люк. Все случилось, потому что
я находилась под сильным давлением обстоятельств и потому что ты пришел мне
на помощь в трудную минуту. Никогда за всю свою жизнь я не чувствовала себя
такой одинокой и брошенной.
—Причина заключалась только в твоем отце, Аврора? Или ты скучала и по мне?
Она отпила глоток кофе, потом вздернула подбородок.
—И в том, и в другом. Я уже ушла от тебя, Люк, однажды, когда была твердо
уверена в том, что у вас с Леони не все кончено. И я способна повторить свой
поступок снова.
—Я ни разу не видел Леони с тех пор.
Ее глаза округлились.
—Что мне сделать, чтобы доказать тебе, что мне нужна не просто жена, а
именно ты? — спросил Люк. — Кстати, кто кого заставил
почувствовать себя на седьмом небе прошлой ночью?
Ее рука, державшая кофейную чашку, задрожала.
—Когда ты проснулась сегодня утром и выглядела, между прочим, восхитительно
безмятежной, я подумал, что в чем-то тебя убедил. Можешь считать, что
оставила меня в дураках.
—Это еще не причина торопиться к алтарю, Люк, — заявила Аврора едва
слышно.
—И сколько же времени тебе понадобится еще? Месяца два? Три? А то я
собираюсь перебраться сюда на следующие три месяца.
Аврора медленно встала. В ее глазах блеснули слезы, и она заморгала. Но
слезы пропали, когда она сухо произнесла:
—Я бы хотела уехать домой сегодня же. Теперь я совершенно уверена в том, что
мы не подходим друг другу, Люк.
Он сжал губы.
—Больше ты ничего не хочешь мне сказать?
—Нет, хочу. Не надо путать вожделение с любовью, Люк. Честно говоря, я
думала, что тебе не нужно объяснять подобные вещи.
—Вожделение? — тихо переспросил Люк.
Она стиснула руки.
—Так же как и дружбу, конечно... Я всегда буду благодарна тебе за то, что ты
примчался ко мне той ночью. Но поскольку я не уверена, что оба твои чувства
не вызваны жалостью ко мне, то думаю, нам надо прервать наши отношения.
—Вожделение, — снова повторил Люк с такой убийственной иронией, что
Аврора вздрогнула. Он тоже встал и, обойдя вокруг стола, остановился,
буквально нависнув над ней. — Если ты действительно думаешь так,
Аврора, то я уверен, что тебе надо сегодня же утром возвратиться домой.
Самолет, который полетит в Брисбен за моим отцом, будет готов через полчаса.
Тебя устраивает?
Голос его звучал спокойно, но Аврора знала, что Люк Кирван на пределе.
—Устраивает как нельзя лучше, — проговорила она обиженно и в то же
время зло. — Пожалуйста, не провожай меня. Я уверена, что кто-то сможет
отвезти меня к самолету.
—Конечно, — пробормотал он, — если ты так хочешь. — Люк
улыбнулся, посмотрев на ее вытянувшееся лицо, внезапно побледневшие щеки и
горящие глаза. — Что ж, до свидания, Аврора. Ты была для меня и
взломщиком, и карманной сеньоритой, и необычной любовницей, и девушкой,
которая никогда не могла оставить без внимания брошенный ей вызов, пока не
пришел момент. А может быть, ты именно это и имела в виду, говоря, что
хочешь дольше
наслаждаться жизнью
?
Она не захотела отвечать.
Люк провел пальцем по ее щеке.
—Береги себя, малышка.
Повернувшись, он широкими шагами вышел из комнаты.
Авроре удалось держаться, пока она не приехала домой. Но все вырвалось
наружу, как только она увидела своих золотых рыбок (в ее отсутствие рыбок
кормила соседка). Дома ей пришло в голову, что, хотя она и ненавидит Люка
Кирвана, ее будущая жизнь станет чередой одиноких дней с двумя рыбками, кому
единственно она может изливать свою душу...
Почему Люк не понял того, что ей нужно время на размышления, не говоря уж
обо всем другом? Ведь именно он сделал шаг назад в отношении брака почти в
последнюю минуту. Говорил, что, повинуясь
зову души
, горит желанием уехать
и заняться интересным для него делом и понимает, что любая жена испытала бы
чувство, что ею пренебрегли, поэтому ему жена и не нужна. Он прислушался к
ее доводам и перестроил свою жизнь — пока не пропал ее отец.
Аврора бросила сумку на пол и пошла сделать себе чай. День на побережье был
нисколько не лучше, чем там, в
Белтриз
. Серый, холодный, противный, он
точно соответствовал ее настроению, подумала девушка, примостившись на
диване с чашкой чая в руке.
Но почему у нее такое чувство, будто она сделала что-то не то?
Такая мысль пришла к ней внезапно, а следом за ней всплыло и слово
вожделение
. Она сделала глоток. Слово сорвалось у нее с языка от злости и
отчаяния, потому что Люк даже не попытался понять, что она чувствует. Но они
никогда не испытывали друг к другу ничего, похожего на вожделение...
Ужасно, но все закончилось для нее плачевно. Так ей и надо? Возможно. Да
разве это имеет такое уж большое значение? — печально спросила она
себя. Разве изменило ее убеждение, что обстоятельства и жалость, а не
настоящая любовь, заставили Люка сделать ей предложение?
Аврора допила чай и задумалась над тем, что у нее осталось еще три дня до
конца отпуска и что за это время она должна прийти в себя. И тут вдруг она
поняла, что не сможет вынести три дня, сидя дома, одна, погруженная в
раздумья.
Она поставила чашку, вытерла глаза и пришла к неожиданному решению. Через
десять минут, снова попросив соседку кормить рыбок, она уже сидела в своей
машине, направляясь к северу, на Солнечное побережье, надеясь найти там хоть
какое-то солнце и немного позагорать.
—С возвращением! Чудесно выглядишь, Аврора! — воскликнул Нейл в
понедельник. — Все обошлось? Ты хорошо пообщалась со своим отцом?
—Спасибо, спасибо, и отвечаю утвердительно на каждый твой вопрос,
Нейл, — ответила она бодро. — Но я не уговорила его вернуться
домой.
Нейл поморщился.
—Тогда будем надеяться, что все его неприятности остались позади. Без вас
скучали, мисс Темплтон! Множество звонков с жалобами на то, что в эфире не
слышно твоего чудесного голоса.
—Такие новости меня радуют!
—Есть еще одна новость, которая, как я подумал, обрадует тебя. — Нейл с
минуту задумчиво смотрел на нее. — Леони Мердок обручена. Когда она
стала появляться в обществе нового мужчины, мы все подумали, что ее цель —
отплатить Люку той же монетой. Но Мэнди считает, что она по-настоящему
влюбилась в того типа.
—Хорошо, — медленно проговорила Аврора.
—Твой голос звучит не слишком убедительно, — заметил Нейл.
Аврора смотрела перед собой невидящим взглядом.
—Ее судьба меня не касается.
Нейл открыл рот, потом, видимо, решил воздержаться от комментариев.
—Как ты отнесешься к тому, чтобы взять интервью у лидера правительственной
оппозиции?
Аврора заморгала.
—Обсуждать политические темы?
Нейл покачал головой.
—Нет, поговорить о ее хобби. Она занимается экологически чистыми культурами,
и ее занятие не имеет отношения к ее политической позиции. Все, что
требуется от тебя, — быть совершенно нейтральной. Наверно, я говорю
немного назидательно, — добавил он, бросив на Аврору мимолетный
взгляд, — но это на тот случай, если у тебя вдруг окажутся какие-то
сильные политические пристрастия.
Однако Аврора перехватила его беглый взгляд, и у нее появилось неприятное
чувство, что Нейл видит ее насквозь, видит сквозь защитную броню ее
переживания по поводу Люка Кирвана и предлагает ей сделать передачу, чтобы
она смогла отвлечься.
—Договорились!
—Вот и умница, — спокойно сказал Нейл.
Спустя две недели, возвращаясь с работы домой, Аврора увидела впереди себя
желтый
сааб
, сворачивающий за угол, на дорогу, ведущую вверх, на холм, к
ее прежнему дому.
Возможно, Люк решил заехать туда ненадолго, пока дом еще не продан, подумала
она.
Вечером ей позвонила Банни, вернувшаяся от сестры из Аделаиды, и радостно
сообщила ей о том, что ее снова взяли на прежнюю работу.
—Эта ведьма сказала мне, что женщина, которую они наняли вместо меня,
оказалась сущей катастрофой, а потом у них поработали еще две, —
торжествующе проговорила она. — Должна тебе сообщить, что с ней ладить
непросто, но я очень довольна.
—Я рада за тебя, Банни, — медленно произнесла Аврора, — но разве
они не выставляли свой дом на продажу?
—Да, на какое-то время, но профессор, кажется, передумал. И проводит теперь
дома гораздо больше времени. Вообще-то он замечательный человек, совсем не
такой, каким я его сначала представляла.
—Я... я думала, что он уехал на три месяца... на запад, на семейную
овцеводческую ферму, — срывающимся голосом пробормотала Аврора.
—Мисс Хилльер говорила, что у него изменились планы. Ну а как дела у моей
маленькой девочки? — беззаботно спросила Банни.
Повесив трубку, Аврора долго смотрела на телефон.
Потом обхватила себя руками и закрыла глаза. Что означало напряженное
чувство, охватившее ее? То, что она не оставила надежды?
Ночью она долго не могла уснуть. Не находила себе места и в последующие
несколько дней, но ничего не происходило. Никакой желтый
сааб
не
останавливался перед ее домом, никаких телефонных звонков, ничего. Ее жизнь
стала похожа на осеннее равноденствие: короткие, очень насыщенные работой
дни, долгие холодные ночи и ужасное чувство, что так будет продолжаться до
конца ее дней...
Потом Аврора простудилась, потеряла голос, и ей пришлось на несколько дней
оставить работу. Нейл решил снять с нее часть нагрузки, чтобы она смогла
сконцентрироваться на своей музыкальной программе и передаче в прямом эфире.
Отношение Авроры к его решению было двояким: с одной стороны, хорошо, что не
надо вставать в половине шестого утра, чтобы читать утренние новости, но с
другой — большая загруженность была единственным способом вынести жизнь без
Люка.
Была пятница, а в понедельник ей предстояло снова выйти на работу, когда ей
доставили чудесную корзину с фруктами и цветами.
Она открыла дверь, и посыльный весело оповестил ее:
—Миссис Ньютон? Это для вас.
—Наверное, у вас ошибочный адрес. Я не миссис Ньютон...
Посыльный почесал голову и сверился со своей квитанцией.
—Нет, адрес ваш.
—Там есть какая-нибудь открытка?
Они вместе осмотрели корзину, но никакой открытки не нашли.
—Ладно, я проверю в магазине, — пробурчал посыльный и достал мобильный
телефон. Через минуту он выключил телефон и убрал его в карман. — Адрес
правильный, а отправитель — мужчина. Расплатился наличными, но открытку
приложить не захотел... передал, что вы и так все поймете. Подождите-ка, он
оставил свое имя — Исаак Ньютон. — Посыльный быстро взглянул на
нее. — Наверно, какая-то шутка, да? Нас, конечно, за дураков держат, но
я как-никак понимаю, что Исаак Ньютон не станет разгуливать по Мэнли!
—Ну да... то есть спасибо. Кажется, я знаю, кто мог так пошутить, —
улыбнулась Аврора.
Когда лимузин подкатил к отелю
Шератон мираж
, Аврора все еще пребывала в
состоянии шока и смятения. Она поняла, что ей лучше зарегистрироваться под
именем миссис Ньютон на случай, если Люк приехал сюда, чтобы встретиться с
ней. Однако когда она вышла из
Закладка в соц.сетях
