Жанр: Любовные романы
Богиня любви
...аньше
не знала и никогда не забудет.
Том так медленно вставал, словно прекрасно сознавал, что пробуждает в ней
некоторые воспоминания, и не хотел нарушать чары. Он протянул ей руку, она
помедлила, затем вложила в нее свою и поднялась.
— Расслабься, — пробормотал он, когда Чес вздрогнула. — Я
знаю, что это для тебя нелегко, но позволь мне вести.
Она печально улыбнулась ему и подчинилась. И произошло чудо. Он держал ее
легко, но уверенно направлял движения. Если чего у Чес и не было, так это
чувства ритма, и зачастую танцы становились для нее настоящей пыткой, но с
Томом все было по-другому.
— Так, так, — мягко проговорил он. — Неужели это именно та
единственная область, в которой я могу вести, а ты следовать за мной?
У нее чуть не слетело с языка: нет, есть еще одна специфическая область,
которая подпадает под эту категорию, но она ничего не сказала, лишь
покраснела.
— Что на этот раз, Афродита? — спросил Том.
— Ничего. Во всяком случае, ничего такого, что я могу сказать тебе
здесь.
Он вскинул брови.
— Ты хоть представляешь, что со мной делаешь?
Смех задрожал на ее губах, но затем она посерьезнела.
— Ты, правда, хочешь показать мне Бенинди?
Он нахмурился.
— Конечно, а разве могут быть какие-то сомнения? Мы можем поехать
завтра.
Она пошевелилась в его руках.
— Мне нужно немного побыть с отцом, Том.
— Конечно, извини. Я забыл. Тогда, может, когда ему станет лучше?
— Да, обязательно.
Некоторое время они молчали. Звучала медленная, мелодичная музыка. Все, что
требовалось, это покачиваться в объятиях друг друга. Потом ритм сменился, и
Том потащил Чес из шатра на лужайку.
— Я... — начала было она.
— Я знаю, что ты очень серьезно относишься к своим обязанностям, мой
дорогой свадебный консультант, — мягко прервал он ее, — но
выбирай: либо я поцелую тебя на людях, либо наедине. — Он остановился,
когда какой-то мужчина, собирающийся вернуться в шатер, столкнулся с ними.
Это был Роб Уайтлоу.
— Так, так, — протянул он. — Брат невесты и моя бывшая
невеста!
Чес застыла и почувствовала, как Том напрягся.
— И что? — сказал он.
— Ничего. Надеюсь, ты сможешь удовлетворить ее лучше, чем я, вот и все.
Чес почувствовала, как мышцы Тома вздулись под ее руками, и вцепилась в
него.
— Нет, нет, пожалуйста! — взмолилась она. — Никакого насилия.
Пожалуйста, Том!
Роб Уайтлоу вошел в шатер.
Чес отвернулась и почувствовала дурноту.
Глава десятая
Полчаса спустя Чес находилась одна в кабинете Тома, куда он привел ее после
того, как она освежилась в своей спальне.
— Оставайся здесь, — приказал он. — Я распоряжусь, чтобы
принесли кофе, и скажу матери, что ты немного отдохнешь.
Она пила кофе, принесенный Арнольдом, когда Том вернулся.
— Как там дела? — спросила она.
— Прекрасно. У нас остался час до того, как они переоденутся и уедут. Я
сказал всем, что ты немного устала и расстроена из-за болезни отца. Они все
понимают и передают тебе привет. — Он сел напротив нее. — Надо
было мне все-таки врезать этому ублюдку.
Чес закрыла глаза.
— Послушай, — сказал Том, некоторое время внимательно наблюдая за
ней, — тебе нужно поговорить об этом.
— О чем поговорить? — Чес подняла на него глаза, наполненные
слезами. — О том, какой я была дурой, что чуть не вышла за человека,
которого совсем не знаю?
— Что он имел в виду?
— Вероятно, — с трудом проговорила она, опустив глаза, — он
подразумевал, что я была не слишком хороша в постели.
Том уставился на нее.
— Ты сама так думала, — спросил он, нахмурившись, — или он
тебе это внушил?
— Не знаю. Я была девственницей и потеряла голову от него. — Она
сглотнула. — Но дело в том, что я никогда не... ну, ты понимаешь...
хотя иногда притворялась. Я говорила себе, что страсть — это, должно быть,
все выдумки, романтические сказки... — она замолчала, испытывая
неловкость, затем продолжила: — Я убеждала себя, что со временем все придет,
и нервничала из-за того, что делаю это плохо, но... — Чес развела
руками.
— Это имело для него значение?
— Не слишком, — медленно проговорила она. — Пока ему
было... — она не могла продолжать.
— Пока ему было хорошо. Значит, все-таки ему было хорошо? —
предположил Том.
Она кивнула.
— Чес, — сказал он, отставив свою чашку с кофе, — ты
совершенно правильно поступила. Могу поспорить, что для Робби Уайтлоу
существует единственный приоритет — он сам.
— Все это так, — осторожно сказала Чес, — но...
— Но ты не можешь избавиться от своего комплекса неполноценности? Но
подумай о нас. Позволь заметить, что мы еще даже не познали друг друга, а
между нами уже проскакивает молния.
Чес смотрела на него, и странное чувство овладевало ею — словно вся ее жизнь
до этого была незаконченной головоломкой и последний кусочек встал на свое
место только сейчас...
— Я только что поняла, что жила в искривленном времени, —
изумленно проговорила Чес. — Я не могла забыть свою несостоявшуюся
свадьбу, перестать думать о собственной неудаче, поэтому жила жизнью других.
— Тогда бросай все, и поедем со мной в Бенинди, Чес.
Она уставилась на него.
— Я не могу вот так... мне понадобится несколько месяцев, чтобы все
свернуть.
— Я не против. — Он пожал плечами. — Мне самому надо пару
месяцев, чтобы немного обустроиться там, передать здесь дела Руперту.
— А... что я буду там делать?
— Что делать? То, в чем ты непревзойденна: организовывать.
— Организовывать что?
— Да что твоя душа пожелает! Возможности там неограниченны. Есть еще
сам Бенинди. Старая пословица гласит:
Гора и река — хорошие соседи
. У нас
есть и то, и другое.
— Ты, правда, хочешь, чтобы я приехала и жила с тобой, Том?
— Чес, — со значением проговорил он. — Думаю, для нас вопрос
стоит так: либо все, либо ничего. Или мы вместе, или — нет.
Его взгляд был твердым и совершенно неотразимым.
Что это? Ультиматум или предложение? — гадала она. Вероятно, и то, и
другое.
— Ну, хорошо. Я все равно уже начала уставать от свадеб. Ну так как?
Он задумался.
— Давай назначим дату. Я прилечу за тобой и отвезу в Бенинди через...
три месяца, пойдет? Разумеется, все это время мы будем встречаться — я буду
довольно часто приезжать. Уверен, — мягко добавил он, — что тот
костер, что сейчас горит между нами, за это время не погаснет, а разгорится
с еще большей силой.
— Возможно, ты и прав. Я уже чувствую себя лучше, — призналась
Чес.
— Хорошо. — Он подался вперед и взял ее за руку. — Может, ты
хочешь вначале увидеть Бенинди, прежде чем закроешь свой бизнес?
Она несколько мгновений смотрела на их сомкнутые руки, потом взглянула ему в
глаза.
— Том, что бы ни случилось, я все равно закрою его. Мне действительно
пора двигаться дальше.
— Уверена?
— Вполне. Однако не пора ли нам попрощаться с Рупертом и Ванессой?
— Конечно. Оставайся здесь. Я приведу их. Он поднялся, поцеловал ее в
лоб и вышел.
Три месяца спустя Чес закрыла свадебное агентство
Прекрасный день
— после
того, как довела до алтаря свою последнюю свадьбу.
Она огляделась на эти прошедшие три месяца. Они с Томом встречались два раза
в месяц после того, как он улетел в Бенинди, но она проводила довольно много
времени в Крессвелле. Ее семья познакомилась с его семьей, и Том произвел на
ее родителей большое впечатление.
Время, которое они проводили вместе, было воистину блаженством. Они обедали,
ходили на концерты и скачки и поддерживали огонь того костра, который горел
в них, но до определенного предела.
Чес была благодарна Тому за это, хотя для них обоих все труднее становилось
сдерживаться.
Молодая женщина, как могла, готовилась к жизни в Бенинди. Она брала уроки
верховой езды у Харриет. Втайне от Тома брала и уроки пилотирования
самолета. У отца она училась печь хлеб, а с матерью закупала сапоги, шляпы и
одежду. Она также записалась на курсы по механике.
Чес пока не знала, чем будет заниматься в свободное время в Бенинди. Мама
предложила решение: фотография. Чес идея понравилась. Это было как раз то,
чего ей всегда хотелось.
Сегодня вечером она обедает со своими родителями, а завтра рано утром Том
должен забрать ее.
Жизнь зовет тебя идти дальше, Черити Бартлетт, сказала она себе.
Но забрал ее не Том, а один из его пилотов, сообщив, что Том задержался в
Бенинди из-за небольшого наводнения. Они прилетели в Коэн на самолете, затем
пересели в вертолет для последнего перелета.
Природа была прекрасной, дикой и живописной — с рекой, сталью отливающей на
солнце, и горой, у подножия которой раскинулась недавно разбитая кофейная
плантация.
Размеры всего имения ошеломляли. Рядом с усадьбой располагалась обширная
лужайка и бассейн, о котором Том ничего ей не говорил.
Наконец они приземлились и подкатили к большому ангару, в котором стоял еще
один легкий самолет и несколько машин. Поблизости никого не было.
Пол, пилот, снял наушники и нахмурился.
— Странно. Я думал, босс наверняка будет встречать вас.
По телу Чес пробежала дрожь.
— Надеюсь, с Томом ничего не случилось?
— Попробую связаться с ним по радио.
Связь была, но плохая. Как выяснилось, Том и его команда оказались
отрезанными поднявшейся рекой в двадцати милях от усадьбы и не смогут
добраться раньше утра. Поскольку дома никого не было, Том велел Полу отвезти
Чес обратно в Кук-таун, где она сможет переночевать в мотеле, а назавтра
вернуться. Чес нахмурилась.
— Не понимаю, почему я не могу остаться. Конечно же, за одну ночь
ничего со мной не случится.
— Мэм, мисс Бартлетт, я не могу позволить вам сделать это.
— Пол, ты не сможешь остановить меня, разве что только силой, хотя я
буду благодарна тебе, если поможешь отнести вещи в дом и осмотреться.
Поверь, я твердо намерена остаться и всю ответственность беру на себя.
Пол, которому, как и всем, кто работал на Тома, было ужасно любопытно, что
за женщина приезжает к нему в Бенинди, заглянул в эти глубокие синие глаза и
был потрясен. Она не шутила!
Неужели босс все-таки нашел свою вторую половину?
— Там могут быть, — он сделал неопределенный жест, — змеи и
прочее.
— Давай пойдем и проверим.
Примерно час спустя Чес осталась в доме одна, отправив пилота обратно и
помахав на прощанье.
Они не нашли
змей и прочего
, зато обнаружили много еды и воды. Чес
продемонстрировала, что может управляться с электрическим генератором и
газовой плитой. В доме был спутниковый телефон, имелась и аптечка на
экстренный случай.
Молодая женщина оглядела свои новые владения. Конечно, до Крессвелла этому
дому было далеко, но он обладал своим очарованием. Широкие застекленные
веранды по всему периметру с несколькими старыми плетеными креслами, высокие
потолки с подвешенными к ним вентиляторами и полированные деревянные полы
создавали некую колониальную атмосферу.
В доме имелось четыре спальни. В главной стояла большая кровать с москитной
сеткой. Здесь был легкий беспорядок — свидетельство того, что Том уходил в
спешке. Кровать не была застелена, и кое-какая его одежда валялась на
голубом кафельном полу ванной.
Чес подобрала разбросанную одежду и закрыла глаза, когда почувствовала запах
Тома. Все будет хорошо, сказала она себе. Я чувствую себя как дома.
Она распаковала вещи, которые привезла с собой, приготовила себе легкий ужин
и, когда стемнело, поела на веранде. Стоящая вокруг тишина и яркость звезд
не переставали изумлять ее. Потом она зевнула и решила, что пора
отправляться в постель.
Ее разбудил свет и звук мотора. Она села, сжимая простыню и чувствуя, как
испуганно колотится сердце. На веранде послышались тяжелые шаги. Потом они
приблизились к хозяйской спальне, предшествуемые светом фонаря.
Чес открыла было рот, чтобы закричать, но тут услышала голос Тома:
— Чес? С тобой все в порядке?
Прежде чем она успела ответить, он откинул москитную сетку, положил фонарь
на тумбочку, сел на край кровати и заключил ее в объятия.
— Том! — Она, наконец-то, обрела голос. — Ты до смерти
напугал меня.
— Ты меня тоже. — Его дыхание было хриплым, а сердце стучало почти
так же тяжело, как и у нее.
— Но... почему? Как ты узнал, что я здесь?
— Пол, — проворчал он. — Он не имел, черт побери, никакого
права нарушать мой приказ и оставлять тебя здесь одну!
Чес раздраженно вздохнула.
— Я же просила его не говорить тебе, чтобы ты не волновался.
— Не волновался? — Он заглянул ей в глаза. — Чес, да мне с
трудом удалось убедить себя, что ты вообще приедешь в Бенинди, но чтобы ты
провела свою первую ночь здесь одна?.. Это последнее, чего я хотел.
Она окинула его взглядом. Его одежда была мокрой и грязной, костяшки пальцев
на одной руке содраны, на щеке длинная царапина.
— Это так много значит для тебя?
— Да, это значит для меня все на свете. Послушай, я планировал
отодвинуть твой приезд. — Он на мгновенье прикрыл глаза. — Я знаю,
тебе нужно время, чтобы расстаться с прошлым и принять будущее, но я не могу
больше ждать. Я люблю тебя, не могу жить без тебя. Ты выйдешь за меня, Чес?
Вся Вселенная, казалось, остановилась для Чес, и звезды, которые были такими
яркими в Бенинди, упали к ней на колени.
— Том, — выдохнула она. — Ты это серьезно?
Он улыбнулся немного иронично.
— Это зрело во мне с тех самых пор, как ты по ошибке попала в мою
постель. Я пытался убедить себя, что ты колючая железная леди, которая мне
совсем не нужна, старался держаться от тебя подальше, но чем больше
старался, тем сильнее меня влекло к тебе.
— А когда ты понял, что это любовь?
.— Я начал подозревать это довольно давно, — серьезно ответил
он. — Может быть, тогда, когда ты нырнула в пруд в своем сексуальном
нижнем белье, чтобы оставить за собой последнее слово. Конечно, я столкнулся
с проблемой Бенинди и твоей карьеры, но... Чес, сказать тебе кое-что?
Она кивнула.
— Я потерял Сару Олдфилд из-за этого места, но ты задела во мне какую-
то струну, когда сказала, что в прошлом жила, словно в другой жизни, на
другой планете. Именно это я чувствую в отношении Сары, и я обнаружил, что
мои шрамы полностью затянулись, тогда как твои еще — нет. — Он
настойчиво заглянул в ее глаза. — Могу я надеяться, что это произошло
сейчас?
— Это произошло, Том, — хрипло проговорила Чес. — Большое
тебе спасибо за понимание, и — да, я с радостью выйду за тебя!
— Слава богу, — пробормотал он и припал к ее губам в горячем
поцелуе. — Э... — Он поднял голову и заглянул ей в глаза с
неприкрытым блеском желания и оттенком грустной насмешливости. — Может,
нам стоит остановиться и...
— А может, не стоит? — Она взяла его лицо в ладони.
— ...и я приму душ, я хотел сказать, — закончил Том.
Она покачала головой.
— Не сегодня. Сегодняшняя ночь — это либо все, либо ничего, либо
сейчас, либо никогда. Но ты можешь снять с себя одежду.
— Слушаюсь, мэм. Только не говори... — Его взгляд задержался на ее
ночной рубашке из малинового шелка, которую он прекрасно узнал. — На
тебе наша ночнушка!
Чес рассмеялась.
— Я часто надеваю ее, особенно когда мне одиноко, а ты далеко. Это
почти как быть в твоих объятиях. Не знаю, что я буду делать, когда она
сносится.
Он прерывисто вздохнул.
— У тебя буду я. Можно?
Она кивнула и подняла руки, чтобы он мог снять рубашку через голову.
— О, Чес, — выдохнул он, проводя руками по ее телу, — если бы
ты только знала!..
— Что? — хрипло спросила она. Его губы изогнулись.
— Как сильно я хочу тебя...
— Я тоже. — Она неожиданно вздохнула. — Я думала, эти три
месяца никогда не кончатся. — Она уткнулась лицом ему в плечо. —
Люби меня, пожалуйста, Том.
Рассвет, занимавшийся над Бенинди, был чистым и прекрасным. Они наблюдали за
ним через окно спальни, лежа в объятиях друг друга.
— Первый день нашей совместной жизни, — заметил Том.
— Ммм... еще раз спасибо.
Он вопросительно поднял бровь и погладил ее по волосам.
— За что?
— За то, что доказал, что некоторые романтические сказки вовсе и не
сказки.
— Чес, мы вместе это доказали, не один я. Хотя я сделаю все, чтобы ты
была счастлива, в том числе и в этом отношении.
— Я тоже, разумеется.
Том притянул Чес ближе и заглянул в ее сияющие счастьем глаза.
— Скажи-ка мне, — сказал он, — как бывший свадебный
организатор, какой ты видишь нашу свадьбу?
Она на мгновенье задумалась, затем сказала ему.
Он заморгал.
— Уверена?
— Как никогда. А как насчет тебя?
Он обхватил ее лицо и поцеловал в губы.
— Вообще-то идея мне по душе. В ней есть определенная уникальность,
характерная для Чес Бартлетт. Это также означает, что мне не придется ждать
слишком долго.
Чес рассмеялась.
— И мне!
Все равно потребовалось две недели, чтобы все организовать, но для Чес это
было чудесное время, когда она знакомилась со своим новым домом и
демонстрировала некоторые из своих новых умений Тому. Она позвонила матери и
попросила организовать для нее свадьбу, заверив ее, что Харриет, Клэр и
Ванесса будут рады помочь.
И наконец этот день наступил. Ее родители, Харриет и Клэр Хокинг, лорд и
леди Уивер прибыли рано утром из Куктауна, где они ночевали в мотеле. Они
привезли с собой целую гору вещей, включая один таинственный сверток,
который быстро куда-то убрали. Все необходимое, а именно продукты, декорации
и свадебная одежда, прибыло вместе с ними.
Женщины прогнали Тома, отца Чес и Руперта из дома, велев им совершить
экскурсию по имению.
Увидев свой свадебный наряд, Чес охнула от восхищения.
— Какая прелесть, мам!
— Дорогая, — Хоуп обняла ее. — Я знала, что ты захочешь нечто
особенное для своего самого прекрасного дня.
Наряд состоял из жакета с рукавами три четверти из тонкого шелка нежно-
розового цвета, расшитого вдоль широких манжет и выреза мелким жемчугом, и
атласных брюк того же цвета, расклешенных от колен, а также тоненьких
золотистых босоножек на высоких шпильках. Это было стильно, современно и
очень элегантно.
Несколько суматошных часов спустя, как раз когда вертолет доставил пастора,
который должен был провести церемонию, невеста и ее сопровождение были
готовы.
Чес с отцом стояли в спальне, ожидая сигнала.
— Нервничаешь, милая? — спросил отец. — Ты выглядишь
потрясающе!
Чес оглядела себя. Наряд был сшит словно для нее.
— Нет, папа. Я люблю и любима.
Он обнял ее.
— Мы так счастливы за тебя, Чесси.
Нам пора. Они с отцом вышли под прекрасную музыку Лоретты Куинн. В руках у
Чес был букет невесты.
Том, стоящий бок о бок с Рупертом, обернулся, когда она вошла на веранду под
руку с отцом. Том тоже отклонился от традиций. Он был в бежевых брюках, темно-
коричневой рубашке с длинными рукавами и галстуке кирпичного цвета. Он стоял
совершенно неподвижно, с потрясенным восхищением наблюдая, как приближается
Чес.
Затем началась служба, и очень скоро их объявили мужем и женой.
— Можете поцеловать невесту, — сказал пастор с широкой улыбкой.
— Он что, знает, как я жажду поцеловать невесту? — с некоторой
тревогой спросил Том. — Я знал, что ты будешь необыкновенной, но не
знал, что ты будешь такой восхитительно, бесподобно необыкновенной!
— Том, — выдохнула Чес, — спасибо, но все ждут. — Она
замолчала и нахмурилась. — Мне кажется или я слышу собаку?
— А, думаю, сначала я поцелую тебя. — Он так и сделал, и все
зааплодировали.
Они, смеясь, оторвались друг от друга и были окружены взволнованными,
любящими родственниками.
Несмотря на малочисленность гостей, это была настоящая свадьба. Ванесса и
Руперт были очень счастливы и поделились новостью: они ждут ребенка.
Празднование было таким веселым и оживленным, что Чес совсем позабыла о
собаке, которую как будто бы слышала, пока Том не прочистил горло и не
сказал:
— Я еще не сделал Чес подарка. Руперт, не окажешь ли нам честь?
Харриет закатила глаза.
— Знала бы ты, через что мы прошли с твоимподарком, Чес!
— Действительно, — согласилась Клэр. — С бриллиантами и
жемчугами было бы куда легче справиться.
— О, — Ванесса взмахнула рукой, — за этим дело не станет.
Появился Руперт, слегка спотыкающийся под тяжестью закрытой плетеной
корзины. Он поставил ее у ног Чес и жестом фокусника открыл крышку.
Чес потрясенно уставилась вниз. В корзине сидел миниатюрный Лерой. Впрочем,
поскольку это был щенок датского дога около восьми недель от роду, термин
миниатюрный
был, разумеется, относительным.
— Это брат Лероя, через два помета.
— Ах ты, лапочка! — Чес опустилась на колени рядом с
корзиной. — Ну разве он не красавец?
— Пожалуй, это была не такая уж хорошая идея, — пробормотал Том, и
все рассмеялись.
Они выпили за щенка, затем бросились врассыпную, когда он выпрыгнул из
корзины, столкнулся с торшером, перевернул его и, попятившись, юркнул под
стол.
— Вот что нас ждет в ближайшие два месяца, — проворчал Том.
— Может быть, но все равно огромное тебе спасибо! — Чес встала на
цыпочки и поцеловала мужа.
Когда солнце закатилось за горизонт, Том и Чес сидели на ступеньках веранды.
Они были одни. Их родные улетели на ночь обратно в Коэн, чтобы рано утром
вылететь на юг.
— Счастлива, миссис Хокинг? — спросил Том.
Она положила руку ему на колено и любовалась своим обручальным кольцом с
сапфиром.
— Ужасно счастлива, а ты?
— Знаешь, — задумчиво проговорил он, — я всегда думал, что
для полного счастья мне не хватает вот этого. — Он обвел рукой
прекрасный пейзаж в розово-голубых тонах, затем обнял ее за плечи и сказал:
— Я ошибался. Мне не хватало тебя, Чес.
Она положила голову ему на плечо. Ее сердце переполняла любовь.
— Теперь мы вместе навсегда, Том.
Закладка в соц.сетях
