Жанр: Любовные романы
Богиня любви
...кий голос.
Чес застыла, когда Том Хокинг вошел в комнату. Он налил себе чашку кофе и
уселся напротив Чес.
— Не так ли, мисс Бартлетт? — добавил он.
— Да.
Некоторое время он молча прихлебывал кофе, затем поднялся, взял чашку и
обратился к ней:
— Я бы хотел поговорить с вами в моем кабинете, когда вы закончите
завтракать, мисс Бартлетт. Было бы неплохо, если бы кто-нибудь проводил вас
до самой двери. — С этими словами он вышел.
Руперт пожал плечами.
— Не обижайтесь на него. Он не всегда такой. Но знайте, что последнее
слово здесь всегда остается за ним.
— Возможно, ему нужно больше, чем чашка кофе на завтрак? —
предположила она с ноткой фривольности.
— О, так он уже давно встал! Он всегда первым делом завтракает, прежде
чем идет к лошадям.
— Понятно.
Том разговаривал по телефону, как выяснилось, с Берди Тейт. Он показал Чес
на стул и продолжил разговор, давая девушке время оглядеться. Ее
заинтересовали картины на стене, она поднялась и подошла, чтобы рассмотреть
их получше. Чес так увлеклась, что даже не заметила, что он закончил
разговор, пока ее не окликнули.
Тогда она вернулась к стулу и опустилась на него.
Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга.
Он уже принял душ и побрился, и на нем были брюки цвета хаки и синий свитер
с вставками на локтях и плечах. К несчастью, Чес обнаружила, что одежда не
мешает ей мысленно видеть Томаса вообще без ничего, ну может, только в
шортах...
К еще большему ее замешательству, по дьявольскому огоньку в его серых глазах
она поняла, что он тоже мысленно снимает с нее голубые джинсы и джемпер
цвета абрикоса и видит ее лишь в полупрозрачной ночной рубашке.
— Да, — протянул он. — Вы напоминаете мне длинноногую
норовистую кобылку, но что вы можете сказать в свое оправдание этим утром,
мисс Бартлетт?
Чес призвала на помощь все свое самообладание и вспомнила о своей решимости
всячески избегать упоминания о происшествии в его постели.
— Я не думаю, что работать с вами — хорошая идея, мистер Хокинг,
поэтому...
— Вы будете работать с моими сестрой и матерью, — прервал он
ее. — Похоже, вы увлекли их своими идеями.
Чес заколебалась.
— Это другое. Они дали мне понять, что вы... э... возможно, не одобрите
большие расходы, которые предстоят.
Он улыбнулся несколько мрачно и назвал цифру.
Глаза Чес расширились, губы приоткрылись.
— Это явно удивляет вас, мисс Бартлетт. Разве недостаточно?
— Более чем, — пробормотала Чес.
Том откинулся на спинку стула.
— Я хочу, чтобы Ванесса вышла за лорда Уивера, как положено, со всеми
причиндалами. — Он наклонился вперед. — Послушайте, я прошу
прощения за то, что произошло вчера вечером.
— Ну, мне уже известна ваша репутация по этой части...
— Я не знаю, что вам наговорили мои родные, — он выглядел
удивленным.
— Что вчера вечером вы улизнули, и, несомненно, с женщиной, —
разъяснила она.
— Да нет же! Впрочем, женщина там была. Даже две. Меня вызвали, мисс
Бартлетт, чтобы помочь принять трудные роды. И кобыла, и жеребенок остались
живы и чувствуют себя хорошо.
На мгновение Чес захотелось провалиться сквозь землю.
— Тогда... почему они так сказали?.. Он пожал плечами.
— Неужели у вас нет чувства юмора, Чес?
— Обычно у меня прекрасное чувство юмора, — медленно проговорила
она. — Но, попав в постель постороннего мужчины, я как-то его
подрастеряла.
— Почему бы нам не начать сначала? — улыбнулся он. — Я дам
вам карт-бланш в пределах вашего бюджета. Не знаю, говорил ли кто-нибудь, но
родители Руперта тоже будут присутствовать на свадьбе. Как и несколько
других английских лордов и леди. Уверен, что сообщения об этом торжестве
появятся в английских газетах и журналах, не говоря уже об австралийских.
— Только имейте в виду, мистер Хокинг, — предупредила Чес, —
что это мой бизнес, а я никогда не смешиваю бизнес с удовольствием. — И
пояснила: — Не то чтобы я классифицировала вас как удовольствие — просто я
не имею намерения присоединяться к длинной череде аппетитных блондинок.
— Аппетитных блондинок? — Том подозрительно взглянул на девушку.
— Еще одна подробность, которой ваша семья поделилась со мной вчера
вечером. Аппетитные блондинки, вроде владелицы школы верховой езды, которая
довольно часто наведывается сюда. — Она встала, повернулась и
направилась к двери.
— Если б ваши волосы были распущены, вы могли бы встряхивать головой,
прямо как норовистая кобылка, — услышала Чес, прежде чем закрыла за
собой дверь.
Все утро Чес удалось проработать с Ванессой, без ее матери и тетки. Она
убедила девушку, что это ее свадьба и окончательное решение должна принимать
именно она.
Они выбрали приглашения, платья для подружек невесты, цветовую гамму для
украшений и цветов, обсудили меню и просмотрели эскизы свадебных тортов.
Ванесса пообещала прислать Чес список гостей, чтобы заказать приглашения.
Под конец Ванесса с любопытством взглянула на Чес.
— Я бы ни за что на свете не выбрала это сама. Мне всегда так трудно
принимать решение. Как вы это делаете?
Чес улыбнулась.
— Сама не знаю. Может, все дело в том, что я люблю свадьбы.
— А своя у вас была?
Чес замялась.
— Ну, почти. Но потом он... мы решили ее отменить.
— Неужели это не отвратило вас от свадеб на всю жизнь? —
полюбопытствовала Ванесса.
— О, во-первых, я уже занималась этим делом, а, во-вторых...
нет, — медленно проговорила Чес, — не отвратило.
— А от мужчин?
— А! — Чес усмехнулась. — Это другое дело. От великолепных,
дьявольски красивых — возможно. Во всяком случае, сейчас я не хочу никаких
серьезных отношений. — Она собрала все свои бумаги и вернулась к
делу. — Ванесса, у нас всего три месяца, что совсем не много для
свадьбы такого масштаба, но, если вы захотите что-то изменить, дайте мне
знать.
— Вы ведь будете часто приезжать, да?
— Разумеется. Так часто, как только смогу.
В тот же день Чес вернулась в Брисбен, а на следующий день, в понедельник,
начала подготовку свадьбы. Она договорилась с фирмой по обслуживанию свадеб
и банкетов, арендовала шатер, столы и стулья, связалась со своими любимыми
флористом и парикмахером, переделала еще массу важных и неотложных дел.
Во вторник Чес поехала на Золотой Берег на встречу с персоналом роскошного
отеля, где в бальном зале должна была состояться еще одна из ее свадеб.
Обсудив все детали предстоящего торжества, Чес спустилась в прекрасный сад,
выходящий на берег, чтобы выбрать подходящее место для свадебных фотографий.
Последним человеком, кого она ожидала встретить здесь, был Том Хокинг.
Глава третья
— Свадебный консультант по имени Афродита, — сказал он и сделал
паузу. — Вы выглядите так, словно удивлены моим появлением.
Чес удалось обрести некоторую видимость хладнокровия.
— Если я и удивлена, то только потому, что вы последний человек,
которого я ожидала здесь увидеть.
— Или последний человек, которого вы хотели бы видеть? —
предположил он. — Вы это имели в виду?
Она пожала плечами.
— На ваш выбор, мистер Хокинг. Что привело вас сюда? Я здесь по делу.
Он немного постоял, глядя на нее.
В темно-синих брюках и голубой льняной рубашке, он сейчас мало чем напоминал
хозяина племенной фермы. Его черные кожаные туфли и ремень были, похоже,
ручной работы. Каштановые волосы зачесаны волосок к волоску.
Но, как не преминула отметить про себя Чес, все это не скрывало его
элегантной мужественности. Ничто не меняло волнующей силы взгляда этих серых
глаз, когда он задумчиво останавливал его на ней.
О, этот взгляд! Он не спеша продолжал внимательно оглядывать Чес. Сегодня на
ней были ярко-розовые брюки и белая майка под огненно-оранжевым жакетом с
короткими рукавами. Босоножки на высоких каблуках были подобраны под цвет
жакета, а лакированная сумочка в тон брюк. На правой руке надет тяжелый
золотой браслет. Яркий и в то же время изысканный наряд. Волосы Чес
распустила по плечам, и они тихо колыхались от свежего ветерка.
— Ммм, — наконец пробормотал Том, но было это одобрение или нет,
Чес так и не поняла. — Э... я остановился здесь. Нужно кое с кем
увидеться и завершить сделку. Позвольте угостить вас чем-нибудь, мисс
Бартлетт?
— О, в этом нет необходимости, то есть спасибо, — поправилась
Чес, — но мне нужно возвращаться в Брисбен.
— Тогда как насчет кофе со льдом? — Он повернулся к проходящему
мимо официанту и заказал два кофе. — Как насчет вот того
столика? — предложил он. — Под зонтиком.
Чес уже собиралась сказать ему, что он совершенно невыносим, но Томас,
воспользовавшись заминкой, подошел к столику и выдвинул для нее стул. Ей
ничего не оставалось делать, как подчиниться. Не устраивать же здесь сцену.
— Красиво, — сказал он, жестом указав на виднеющееся за садом
море.
— Да, — согласилась Чес, — но, пожалуй, нам надо поговорить о
деле. — И она начала в мельчайших подробностях рассказывать ему о
предпринятых ею шагах по подготовке свадьбы, пока он не засмеялся и не
вскинул руку.
— Больше не надо, пожалуйста, Чес, а то у меня уже голова идет кругом.
— Просто я подумала, что вы захотите знать, как я трачу ваши
деньги, — невинным тоном ответила она.
— Решили поквитаться со мной за то, что назвал вас Афродитой?
Конечно. — Он молчал, пока им подавали кофе.
После ухода официанта молчание между ними затянулось.
— Что? — наконец спросил Том.
Чес покачала головой.
— Не знаю. Есть в вас что-то такое, что... — она замолчала и
взмахнула руками.
— Раздражает вас? — подсказал он.
— Похоже на то. — Чес помешала свой кофе ложечкой.
— Возможно, это из-за того, как мы встретились. — В его глазах
плясали чертики.
— Я это знаю, — пробормотала она и вздрогнула, когда ей на память
пришла его спальня.
— Вы в самом деле путаете правую и левую руки, Чес?
— В самом деле, — ответила она и автоматически нащупала
часы, — верите вы или нет, — добавила она. — Разумеется, в
темноте ориентируюсь еще хуже.
Все равно, подумала Чес, как она могла быть такой беспечной? И как справится
с дальнейшими упоминаниями о случившемся? Может, надо отнестись к этому с
юмором?
— У вас довольно эффектная спальня, — заметила она. — Можно
подумать, что она изначально была предназначена для соблазнения.
Он вскинул бровь.
— Идея дизайнера, которого наняла моя мать. Я здесь ни причем. —
Он потер подбородок и задумчиво поглядел на нее. — Вообще-то
соблазнение — не моя стихия. Я предпочитаю, чтобы все было взаимно и
спонтанно. А как насчет вас?
Чес холодно уставилась на него.
— Естественно, — пробормотала она.
Он лениво улыбнулся.
— У вас маленькое пятнышко сливок в уголке рта.
Чес выудила салфетку из-под кофейной чашки и вытерла рот.
— Так-то лучше, — протянул он, затем вскинул бровь. —
Впрочем, не знаю.
— Что вы имеете в виду? — нахмурилась она.
— Этот рот, безумно манящий и без сливок...
Чес уставилась на него широко раскрытыми глазами, чувствуя, что заливается
краской.
Он искренне рассмеялся.
— Простите, я просто не мог устоять.
— Ну что ж, я вас прощаю, — сказала она со сдержанной
улыбкой. — Не сомневаюсь, что найдется немало девушек, готовых для вас
обмазаться сливками с ног до головы.
— Но вы, разумеется, не из их числа, — пробормотал он.
— Разумеется, нет. — Она улыбнулась. — Я всего лишь свадебный
консультант, поэтому... — Чес замолчала, когда три человека подошли к
их столику.
— А, — Том поднялся. — Мои гости. Чес, познакомьтесь, это
Уилл Дарлинг, его жена Хизер и Лоретта Ктзинн. А это Чес Бартлетт.
Чес сразу же узнала Уилла Дарлинга. Промышленный магнат, он часто появлялся
на телевидении, а его фотографии то и дело мелькали на страницах газет. О
богатстве Дарлинга ходили легенды. Его жена Хизер была почти так же
легендарна — за свои вечеринки, которые устраивала, и за крайнюю
прямолинейность.
Что касается Лоретты Квинн, потрясающей красавицы, — она играла на арфе
и недавно выпустила сольный альбом, который взлетел на вершины чатов.
Обе женщины сердечно поцеловали Тома и только потом повернулись к Чес.
— Здравствуйте? — улыбнулась Хизер. — Вы новая подружка Тома?
Очень на это надеюсь. Вы такая симпатичная.
— Хизер! — Уилл Дарлинг вскинул глаза к небу, пожимая руку
Чес. — Не обращайте на нее внимания, моя дорогая. Впрочем, насчет
последнего она права... Том?
— Нет, хотя мы и познакомились в постели, — сказал Том, и
абсолютно бесовские искорки в его глазах заставили Чес залиться
краской. — К сожалению, — добавил он, когда все, как завороженные,
уставились на Чес, — это была случайность. Нет, Чес гениальный
свадебный консультант. Я нанял мисс Барлетт для...
— Свадьбы Ванессы? — воскликнула Хизер. — О, с каким
нетерпением я жду ее! Дата уже назначена?
Чес кивнула, назвала дату и пробормотала, что приглашения вскоре все
получат.
Потом разговор стал общим. У Чес сформировалось впечатление, что между
семействами Дарлингов и Хокингов существуют прочные связи. Уилл и Том вместе
занимались каким-то бизнесом и в скором времени надеялись заключить сделку с
японским консорциумом.
Пожалуй, в хозяине Крессвелла есть много такого, чего не видно на первый
взгляд, размышляла она. Впрочем, это отнюдь не значит, что он должен ей
нравиться.
Вскоре она извинилась и встала. Том не стал удерживать ее, а все остальные
попрощались с искренней теплотой.
Знакомство с такими людьми — потрясающая возможность для нее проложить
дорогу к великосветским свадьбам, говорила себе Чес по дороге домой. Она
должна из кожи вон вылезти, но сделать эту свадьбу идеальной, с кое-какими
уникальными штрихами.
Означает ли это, что ей нужно наладить отношения с братом невесты? —
тут же спросила она себя. Сможет ли она сдерживаться, если он и дальше будет
делать прозрачные намеки на то, как они познакомились?
В тот вечер к Чес заехали родители. Ее отец собирал долгоиграющие пластинки,
это было увлечение всей его жизни. Он как раз только что приобрел коробку
пластинок и привез показать их дочери.
— А эту, — победоносно провозгласил он, демонстрируя конверт с
пластинкой, — я пытался отыскать долгие годы. Херб Элперт. Возможно, ты
не слышала о нем, дорогая. Он пел еще до твоего рождения.
— Не думаю, что кто-то, живущий вместе с тобой, мог не слышать о Хербе
Элперте или Тиджуане Брассе, папа, — пробормотала Чес.
—
Взбитые сливки и другие наслаждения
— она вышла в 1965, — гордо
сказал отец. — Обложка довольно выразительная.
— Могу себе представить. — Чес уставилась на потрясающую брюнетку
с розой на длинном стебле в одной руке и декольте из взбитых сливок...
В ту ночь Чес долго вертелась на постели, не могла уснуть. Картинка с
обложки
Взбитых сливок
так и стояла у нее перед глазами.
Я бы никогда не позволила себе обмазаться взбитыми сливками для того, чтобы
доставить удовольствие мужчине, как бы великолепен он ни был, сурово
напомнила себе Чес. Тогда почему же эта картинка все время возвращает меня в
постель Тома Хокинга? Почему заставляет думать о его объятиях и... других
наслаждениях? Почему я чувствую себя одинокой? Откуда это странное томление?
Он зацепил меня, призналась Чес после некоторых болезненных раздумий. Что-то
произошло со мной после того, как я побывала в его постели и его объятиях.
Ожила какая-то часть меня, которую я считала умершей и похороненной после
Роба...
Странно, потому что он пугает меня и в большинстве случаев раздражает. Да
еще эта длинная череда аппетитных блондинок, о которой говорила его сестра
Ванесса... Просто он чертовски привлекателен!
Чес вздохнула. С внезапной ясностью она вспомнила предположения и догадки,
которые увидела в глазах тех троих насчет того, как они с Томом могли
познакомиться в постели, пусть даже по ошибке, и поежилась.
Слишком привлекателен, слишком умен, и, кажется, она уже ненавидит его.
Том Хокинг не ложился до полуночи.
Он встал из-за стола, заваленного бумагами, потянулся и прошел через
гостиную своего номера к балкону, где уставился на пляж и море. Даже в
воздухе чувствовался запах соли.
Том поймал себя на том, что думает о Чес Бартлетт. Это было странно, так как
он мог поклясться, что тогда их встреча в постели ни капельки не затронула
его в физическом плане. К несчастью, этот эпизод все-таки подействовал на
него, и куда больше, чем он полагал. Образ ее восхитительных волос,
гладкого, стройного тела, соблазнительных ног преследовал Тома, причем в
самые неподходящие моменты.
И что теперь делать? Добиваться благосклонности
железной леди
не в его
стиле. К тому же ему еще предстоит довести сестру до алтаря. Не стоит
забывать и о том, что он подумывает круто изменить свою жизнь.
Есть ли во всем этом место для необычной, колючей девушки, которая так его
интригует? Нет, решил Том. Поэтому надо надеяться, что запретные образы Чес
Бартлетт в его постели уйдут прочь. Особенно если заменить их на женщину из
плоти и крови, которая не будет возражать против его ласк.
В последующие недели Чес несколько раз наезжала в Крессвелл-лодж, но только
днем, и ни разу не встретилась с Томом. Она также поддерживала постоянную
связь с Ванессой по телефону. Чес обнаружила, что именно ее настойчивость
играет здесь важнейшую роль, и чувствовала, что все под контролем, включая и
те штрихи, которые обещали сделать предстоящую свадьбу уникальной и
незабываемой.
Примерно за три недели до свадьбы произошли одно за другим два события: в ее
жизни снова появилась подруга, с которой они не виделись с университетских
времен, и Чес получила ультиматум от Тома Хокинга.
Холли Магвайер была одного возраста с Чес, когда-то они вместе получали
степень бакалавра.
Но Чес занялась свадебным бизнесом, а Холли уехала в Уорвик преподавать
историю искусства в частной школе.
Когда они встретились, Чес отметила, что это уже не та Холли, что была
прежде. Подруга сильно изменилась. Она была все такой же хорошенькой, но ее
природная жизнерадостность казалась несколько неестественной. Они обменялись
новостями за тот четырехлетний промежуток, когда не виделись.
— Чес, кто-то говорил мне, — сказала Холли, — что ты вышла
замуж. Это было несколько лет назад, но с тех пор я больше ничего о тебе не
слышала.
— Я собиралась, но так и не вышла, — объяснила Чес.
— Как жаль, что тебе не довелось организовывать собственную свадьбу!
— Довелось, — не подумав, выпалила Чес и поморщилась. — Я...
мы расстались за неделю до свадьбы.
Холли недоуменно взглянула на нее.
— Почему?
Чес пожала плечами.
— Не сошлись характерами. Но расскажи мне о своей личной жизни.
Наверняка она гораздо увлекательнее, чем моя.
Холли внезапно отвернулась, и у нее на глазах заблестели слезы.
— Что такое? — мягко спросила Чес.
Подруга вздохнула.
— Меня бросили, и проблема в том, что, хотя это и случилось несколько
месяцев назад, я не могу ни забыть его, ни простить, ни двигаться по жизни
дальше. У меня такое чувство, что он забрал с собой мое сердце.
— Значит, он был совершенно особенным и в то же время сам дьявол во
плоти? — предположила Чес.
— Как хорошо ты это сказала. — Холли уже плакала, не таясь. —
Ненавижу себя за ревность. Видишь ли, слишком много женщин подпадали под его
чары, а я терпеть не могу быть одной из толпы.
Глаза Чес расширились.
— Все происходило в одно и то же время?
— Ну нет, конечно. У нас был роман. Я ездила в Уорвик, знакомиться с
его семьей, ну и все такое. Мы здорово подружились с Ванессой — это его
сестра, — и я думала, что все идет к браку, но я ошиблась.
— Уорвик, — задумчиво протянул Чес, — это недалеко от
Глэдфилда, верно?
— Да. У них там конеферма... Но Чес прервала ее:
— У него сестра Ванесса! Не хочешь ли ты сказать, что речь идеи о Томе
Хокинге?
— Да. Ты его знаешь?
— Ага. Я так и знала! — торжествующе воскликнула Чес.
Холли выглядела озадаченной.
— Что?
— То, что он первостатейный бабник! Холли, — Чес замолчала и
накрыла ладонь подруги своей. — Мне очень жаль. Вот, возьми. — Она
протянула ей платок.
По какой-то причине Чес, лежа той ночью в постели, думала о своем бывшем
женихе. Был ли он особенным и одновременно дьяволом во плоти, как она
сказала Холли? Или просто мужчина с прошлым?
Он определенно был очень красив, харизматичен, сексуален и казался ей
неотразимым. До тех пор пока ее растущие сомнения в его любви к ней не
выкристаллизовались за неделю до свадьбы и она не высказала их.
И тогда он неохотно признался, что в его жизни была другая женщина, которая
не могла быть с ним и которую, как уверял, он оставил в прошлом. Он говорил,
что совершенно уверен, что, как только они поженятся, все воспоминания о ней
померкнут.
Но для Чес этого было недостаточно. Ее медленный спуск с седьмого неба
закончился быстрым и неуклюжим падением, когда она осознала, что любит
мужчину, разочаровавшегося в любви. Она отменила свадьбу, и они расстались.
Он обвинил ее в том, что она делает из мухи слона, что прошлое есть прошлое
и там ему и оставаться. Настаивал, что им было хорошо вместе.
На что Чес сказала, что
хорошо вместе
для нее недостаточно и что он не был
честен с ней.
Напоследок он бросил:
— Неужели для тебя ничего не значит тот факт, что ты по уши влюблена в
меня?
До сегодняшнего дня, размышляла Чес после встречи с Холли, это была загадка,
которая все еще мучила ее. Действительно ли она была по уши влюблена в Роба
Уайтлоу? Или она просто приняла влечение к неотразимому мужчине за любовь,
потому что никогда раньше не любила?
Два дня спустя раздался телефонный звонок. На другом конце был Том Хокинг.
— А, — сказала она, — это вы! Как там идут дела?
— Хуже некуда. Дела приняли неожиданный оборот...
— Но этого не может быть! — воскликнула она. — Все на своих
местах, все движется так, как запланировано. Ванесса в восторге от платья,
от всех платьев, и она крайне довольна всеми приготовлениями, поэтому...
— Говорю вам, Черити Бартлетт, — угрожающе прорычал он, — у
нас тут полный хаос, и если вы не притащите сюда свою хорошенькую задницу и
не возьмете бразды правления в свои руки, свадьбы не будет и вы потеряете
солидные комиссионные.
Чес ахнула.
— Как вы смеете?!
— Упоминать о вашей хорошенькой заднице? Ладно, я перефразирую: тащите
сюда свою крайне привлекательную персону. Все остальное остается в силе.
Чес с трудом проглотила свой гнев.
— Но что же все-таки произошло?
— Приехали родители жениха. Как выяснилось, они крайне недовольны
решением Руперта жениться в Австралии, а не в родовом имении в Англии, как
делали это их многочисленные славные и благородные предки.
— Выбор места свадьбы — прерогатива невесты, — заметила Чес.
— Возможно, но это пробуждает в моей матери небывалое рвение. К
примеру, не удовлетворившись одной каретой и двумя лошадьми, она теперь
заказала три кареты и шесть лошадей. К тому же ей взбрело в голову, что
...Закладка в соц.сетях
