Жанр: Любовные романы
Путем перемен
... — Сверхурочные... — задумался Джаррод. — Ты постоянно
трудишься сверхурочно, Молли, — проговорил он несколько разочарованно.
Молли просительно посмотрела на него. К сожалению, она ничего больше не
могла предложить своему боссу, а хотела бы... Очень хотела!
— Мы могли бы вынести штаб армии сопротивления за пределы офиса. Что
скажешь? Ты же понимаешь, мы должны действовать предельно осторожно. Быть
может, Питеру Олонби удастся завербовать кого-то из наших. Тогда любое наше
действие немедленно станет известно злоумышленнику...
— Верно, — вставила Молли, покоренная прозорливостью своего босса.
— Ты со мной? — спросил Джаррод.
— Конечно, мистер Бэннинг! — воскликнула девушка.
Джаррод удовлетворенно покивал.
— Мы должны не только оперативно вычислить заговорщика, но и незаметно
подобраться к нему, а для этого необходимо исключить любую возможность
утечки информации...
— Согласна, — посчитала нужным вставить секретарша.
— ...и дело не только в материальном ущербе, который могут причинить
его действия, — продолжал начальник, не разбрасываясь своим вниманием
на бесполезные ремарки подчиненной. — Следует преподать негодяю хороший
урок... Что же касается тебя, Молли, — вновь адресовался он
непосредственно к ней, — я стану платить тебе больше.
— Не стоит, мистер Бэннинг, — засмущалась и зарделась Молли.
— Не спорь! — пресек он. — Это вопрос принципа. Мы на осадном
положении. Ты в курсе всех дел. Я не хочу, чтобы человек, на которого я
рассчитываю всецело положиться, был искушаем. Поэтому намерен упредить даже
самые щедрые предложения со стороны Олонби и ему подобных. Теперь это вопрос
репутации.
Деловая репутация Джаррода Бэннинга в числе его приоритетов занимала первое
место, что он неизменно подчеркивал, пока слово
репутация
в его устах не
начинало звучать как чудодейственное заклинание, как пароль, как боевой
клич, как магическая формула.
Молли медленно прихлебывала кофе и откровенно любовалась им. Мамочка и
тетушки пичкали ее сказками, даже когда детство закончилось.
Она продолжала витать в заоблачных высях, уже начав вести самостоятельную
жизнь. И эта жизнь была с ней достаточно милосердна, поскольку ни разу не
дала повода усомниться в установках, заложенных романтичными мамочкой и
тетушками. Потому и деньги никогда не были в их представлении чем-то
значительным. Просто дамам везло не сталкиваться с их полным отсутствием. Но
и впрок они не считали нужным запасаться, жили, как птицы небесные, чем Бог
пошлет.
Теперь мамочка и тётушки были на пенсии. И до последнего времени их
стабильности ничто не угрожало. Однако и они, идеалистки, постепенно начали
сталкиваться с определенными сложностями. Что-то всех их ждет в
будущем? — этим, вопросом так или иначе успела задаться каждая из них.
Босс, вошедший в раж, продолжал разглагольствовать:
— Послушай, Моллирелла! А не показаться ли нам обоим миру во всей славе
и силе?!
Молли закашлялась от неожиданности.
— Гм... то есть? Что вы хотите этим сказать?! — почти испугалась
она.
— Есть идея! — торжественно объявил он.
Молли боялась громких идей. Как человек, привыкший иметь дело
преимущественно с документацией и формальными контактами, обусловленными
производственной необходимостью, она не терпела экспромтов и поспешностей.
Потому насторожилась.
— Три пункта, что ты пометила в своем блокнотике, могут сделать из нас
параноиков, боящихся собственной тени, если мы не возьмем за правило
наслаждаться плодами своего труда. Мобилизация — это отлично, две пары глаз
и ушей не позволят нам упустить главное. Но мы должны четко сознавать, ради
чего все это затевается, — аргументировал бизнесмен.
— И ради чего же? — искренне заинтересовалась Молли, не улавливая
в его словесных конструкциях четкой идеи.
— Мы должны не только чувствовать нерушимое единство между начальником
и подчиненным, между вдохновителем и исполнителем, между работодателем и
работником, но и красноречиво продемонстрировать это недоброжелателям.
Крепить это единство, наперекор всему получать от этого единства
удовольствие...
— Сэр, — осторожно перебила его Молли, — а что, если вы лично
обзвоните всех наших крупных клиентов с заверениями, что им не о чем
беспокоиться? — внесла секретарша, как ей казалось, ценную идею.
Джаррод на мгновение задумался, после чего энергично принялся качать
головой.
— Нет, так мы только сыграем на руку саботажникам, подтвердим
обоснованность слухов. Наша же задача состоит в том, чтобы их полностью
опровергнуть... Я предпочитаю видеть каждого из сомневающихся в своем
кабинете и с глазу на глаз в личной беседе дать им понять, что все волнения
напрасны. И ты, Молли Тейлор, мне в этом поможешь. Но это с девяти до пяти.
А во внерабочее время тебе придется, не из офиса разумеется, сделать
некоторые звонки, собрать определенную информации, составить для меня ряд
сводок и отчетов, подготовить статистические выкладки, систематизировать
оперативные данные фондовых рынков... — пустился он в перечисление
задач, которые напугали бы кого угодно, только не Молли Тейлор. — Но
прежде я выведу тебя в свет, Моллирелла! — вновь шокировал он ее.
Она была готова к бессонным ночам у монитора компьютера, но не к горнилу
светской круговерти, оттого вновь приуныла.
— Чем тебя не устраивает эта идея? — недовольно отозвался он на ее
скисший вид. — Что может быть проще, чем пустить пыль в глаза?
— Ну... не знаю... — пробормотала секретарша, поправив
очки. — Я не впишусь. Мне же известно, какие люди вращаются в вашем
кругу, сэр. Я не такая, — покачала она головой.
— Героями светской хроники не рождаются, а становятся! — со
знанием дела изрек Джаррод. — Пойдем от простого к сложному. Я закачу
прием у себя. Приглашу несколько пар. Ты будешь моей компаньонкой.
Постепенно войдешь в курс. Ты толковая, я в тебе уверен... Но есть один
отличный повод показаться уже сегодня. Помнишь пригласительный, который
пришел в мой адрес на днях? На две персоны. Думаю, нам стоит посетить эту
церемонию.
Молли всегда с трудом поспевала за мыслью Джаррода, которая развертывалась
перед ней с ускорением сверхзвукового истребителя. Он на ходу генерировал
все новые и новые идеи, буквально перебивая самого себя.
— Но до церемонии считанные часы! И вы не собирались на нее, вы сами
так мне сказали...
— Тогда не собирался. Но ты же видишь, как все меняется. В данный
момент я считаю это прекрасным поводом продемонстрировать всем и каждому,
что у нас нет причин для пессимизма!
— Но у меня даже нет подходящего вечернего наряда, — удрученно
пробормотала секретарша, заправляя за уши выбившиеся пряди.
Джаррод уставился на нее насмешливым взглядом.
— И по этой единственной причине ты готова отказать мне в маленькой
услуге, Молли Тейлор? Не ожидал от тебя такого дезертирства!
— Гм... нет! Но...
— Что там у вас, женщин, входит в экстренный набор королевы красоты?
Платье, туфли, сумочка? И, по-твоему, я настолько никчемный мужчина, что не
смогу снабдить свою спутницу всем необходимым для блистательного дебюта?
— Я, конечно, благодарна вам, но...
.— Можно подумать, я делаю это для тебя, Молли, — одной-единственной
фразой, походя, опрокинул он девушку в ее же собственных глазах.
Молли сглотнула, но ради процветания фирмы постаралась взять себя в руки и
ни словом, ни делом не выказать обиды, которая грозила засесть глубоко.
— Итак, Моллирелла, мы не постоим за ценой! Сделаем все в лучшем виде.
Считай это своим повышением, машинистка, — добил босс и полез в
бумажник. — Сейчас дам тебе свою карточку. Самому мне идти по магазинам
с тобой некогда, Молли. Я бы очень хотел, чтобы ты постаралась выглядеть
подобающе поводу, но в то же время не забывала, что ты моя подчиненная, а не
содержанка. Чтобы ни у кого не сложилось на этот счет заблуждений... И
просмотри мой график на предмет подобных мероприятий. Теперь мы будем
светиться на них регулярно...
— Если так, то я беру назад свои слова относительно прибавки. Думаю,
теперь она мне понадобится, — осторожно проговорила подчиненная.
— Слышу речи разумного человека, — одобрительно отозвался
босс. — Значит, будем считать, что договорились.
Молли кивнула.
— А теперь поспешим в офис. Ты снабдишь меня материалами к предстоящим
встречам с клиентами, заправишь впрок кофеварочный аппарат, после чего
можешь отправляться просаживать мои денежки. В твоем распоряжении будет что-
то около часа. По-моему, этого тебе вполне хватит. Будь в офисе за час до
начала церемонии. У меня для тебя есть еще кое-какие поручения...
Глава вторая
— Ты еще здесь? Отлично! Выдай-ка мне перечень всех крупных
корпоративных клиентов в одном списке и всех частных инвесторов — в
другом, — потребовал от нее Джаррод Бэннинг, когда Молли собралась уже
бежать по магазинам, и она вынуждена была повернуть от лифта к столу в
приемной. — Я тут подумал, что некоторые из них могут быть этим вечером
на церемонии. Хочу воспользоваться такой возможностью переговорить с ними...
Не забудь указать в перечне статус и масштаб их участия в текущих финансовых
проектах корпорации, чтобы в случае удачного стечения обстоятельств,
разговор сложился предметный... М-да... Зайдешь потом ко мне, я должен
продиктовать тебе несколько свежих идей, чтобы ничего не забыть! —
сказал он и заперся в своем кабинете.
Молли уставилась безотрадным взглядом на его глухую дверь, затем вздохнула и
приступила к выполнению, как всегда, срочного поручения, поскольку при
переменчивом характере босса других поручений она не знала. Как ни старалась
она придерживаться графика дел, но уже с самого утра Джаррод ставил все с
ног на голову, выдавая каждую четверть часа по гениальной идее.
Она лишь мельком взглянула на часы в углу экрана, понимая, что сказка про
Золушку будет ей дорого стоить, если она не управится с его заданием в
максимально сжатый срок.
— Где мой электронный секретарь? — по внутренней связи спросил ее
босс пару минут спустя. — Да, кстати, ты давно обновляла программное
обеспечение?.. Сбрось все, что ты сейчас наработала, в электронную книжку.
После этого можешь отправляться по своим делам.
— Да, хорошо, я сейчас, — отчеканила Молли в маленькое гнездышко
встроенного микрофона их нового устройства связи и, подумав, добавила: —
Мистер Бэннинг?
— Да?
— Это последнее распоряжение? — деликатно уточнила Молли.
— Да, — подтвердил босс.
— Угу, — отозвалась секретарь и поспешила завершить дело, прежде
чем он изобретет очередное поручение для усердной служащей.
Она положила перед ним на стол полный комплект распечаток по интересовавшим
его вопросам, электронного секретаря и устремилась по магазинам.
Девушка в туфлях на плоской подошве, в трикотажном джемпере под горло, в
юбке трапецией ниже колена семенила по людному тротуару. Она искала взглядом
подходящий бутик, каких немало было на любой улице делового центра.
Руководствовалась она при этом иррациональными соображениями, решив войти в
тот бутик, который выглядел бы менее отпугивающим.
— Я торопилась, — часто дыша, сказала Молли, ступив на порог его
кабинета.
Она смотрелась чрезвычайно запыхавшейся. А босс выглядел не на шутку
взбудораженным, чего прежде она за ним не наблюдала.
— Что-то случилось? — спросила Молли.
— Постоянно звонит телефон! — объявил Джаррод Бэннинг. —
Похоже, все наши инвесторы собираются вернуть свои вложения.
— А я так и не успела изучить инструкцию нашего коммутатора, —
посетовала помощница.
— О чем ты говоришь? При чем здесь коммутатор? Ты сделала то, зачем я
тебя послал?! — засыпал ее возгласами негодования всегда такой
невозмутимый руководитель.
— Да, я купила платье, как вы мне велели, — кивнула она. —
Вот ваша кредитка.
— А туфли и прочее, что причитается в таких случаях?
— Да, — вновь кивнула она.
— Можешь воспользоваться моей внутренней комнатой, — предложил ей
Джаррод.
Молли насторожилась. Ни разу за три года ей не доводилось бывать в святая
святых Джаррода Бэннинга. Она лишь знала от служащих, проводящих уборку
офисных помещений, что там помимо небольшого гардероба находятся маленькая
комнатка отдыха, пара тренажеров для занятий спортом и душевая кабинка.
Когда Молли приходила на работу к девяти, босс уже был здесь и благоухал
свежестью, когда она уходила домой, он все еще оставался в своем кабинете,
за исключением тех дней, когда уезжал в командировку. Так что Молли даже
никогда не задумывалась, где он живет, как и с кем проводит время, когда не
работает.
Девушка быстро сообразила, что ей туда не хочется. Опасность того, что он по
забывчивости или, не дай бог, подругой какой причине войдет на свою интимную
территорию, когда она будет принимать душ, переодеваться или просто
приводить себя в порядок страшила молоденькую подчиненную.
— Еще есть время, — сказала Молли и села за рабочий стол, взявшись
за инструкцию для телефонной станции.
Джаррод опустился на диван для посетителей, чего тоже никогда не делал.
Сейчас все в нем — порывистость движений, надтреснутый голос, внезапно
обнаружившаяся сутулость — изобличало крайнюю нервозность, граничащую с
отчаянием.
— Было несколько звонков от частных лиц, которые хотят затребовать свои
срочные вложения! — патетически объявил он.
— Вы сказали им, что они смогут вернуть только номинальную сумму, без
какого-либо дохода? — спросила Молли, своим тихим голосом стараясь
вселить в него каплю спокойствия.
— Конечно, сказал. Но, похоже, их это нисколько не смущает! Настроены
они, должен признать, решительно, поскольку уверены, что это их единственный
способ получить свои деньги назад... Не пойму одного, как эта ложь могла
распространиться так быстро. Почему я ничего не знаю?! — воскликнул он,
потрясая руками.
— Вероятно,
доброжелатель
взялся обзванивать ваших клиентов по
списку, — заявила она.
— Но откуда у него мог взяться этот список? Тайну вкладов пока никто не
отменял!
— Утечка. Либо завербован кто-то из наших, либо какой-то чиновник
налогового ведомства, — предположила Молли, неопределенно разведя
руками.
— Если так дело пойдет, мы не протянем до понедельника, —
удрученно резюмировал Джаррод.
— Не драматизируйте, мистер Бэннинг! Вы не пытались справиться у
звонивших, кто навел их на мысль, что нужно срочно выводить инвестиции из
проектов корпорации? — деловито поинтересовалась она.
— Говорят, что в столь нестабильные времена этого требует здравый
смысл.
— Хм... А может, никакого злоумышленника нет и эта тенденция —
результат наступившего хаоса?!
— А Олонби, по-твоему, тоже результат хаоса? — резко проговорил
Джаррод.
— Вы правы, босс. Есть же еще и Олонби... Я, честно говоря, успела про
него забыть, день слишком сумбурный, — поспешила объясниться
подчиненная.
— Ладно... Постараемся, чтобы сумбурный день увенчался хоть каким-то
положительным результатом, — постарался взять себя в руки в прошлом
успешный финансист. — Моллирелла, ты готова выйти в свет?! Ты должна
помочь мне прояснить эту ситуацию, в противном случае слухи станут
реальностью в считанные дни.
— Мистер Бэннинг, я еще никогда не видела, чтобы вы так серьезно
переживали неудачу, — проникновенно проговорила девушка.
— Не волнуйся обо мне, Моллирелла. Да, я взбешен, как черт, но я верну
себе самообладание прежде, чем им удастся нанести мне вред своими
злокозненными деяниями... Иди переодевайся, — тихо велел он.
Джаррод нервно мерил шагами пространство своего кабинета. Верхний свет был
притушен, жалюзи на окнах — плотно сдвинуты. Распахнулась дверь в его
комнатку для отдыха, и на ее пороге в прямоугольнике яркого электрического
сияния нарисовался четкий женский силуэт.
Остановившись напротив, Джаррод невольно потянулся к выключателю. Зажегся
верхний свет, который пролил на Молли Тейлор поток света.
Молли часто и взволнованно дышала, о чем свидетельствовала порывисто
вздымающаяся грудь. Она вмиг как-то расклеилась, почувствовала себя
маленькой, несчастной, беззащитной.
Девушка купила платье на его деньги, купила не для собственного
удовольствия, а ради восстановления репутации фирмы. Она понимала, что, если
прогадала с выбором, все провалено. Джаррод столько сил вложил в их звездное
появление на предстоящем светском мероприятии, сопрягал с этим все свои
надежды на успешное разрешение досадного недоразумения. В такой ситуации у
Молли не было шанса на ошибку.
Но он молча смотрел на нее, и по его взгляду невозможно было вывести что-то
определенное. С каждым мгновением ожидания Молли чувствовала себя все хуже и
хуже, пока наконец уже не могла больше сдерживаться.
— Вы жесткий человек, мистер Бэннинг. В бизнесе это, должно быть,
неплохо. Но не смотрите на меня так, пожалуйста. Я живой человек, —
удрученно попеняла она.
Джаррод невольно ухмыльнулся в ответ на ее просьбу и сказал:
— Ну, спасибо тебе за такую прямую оценку... Ты готова идти?
Привычным торопливым жестом она заправила прядки волос за правое ухо. Затем
сделала шаг навстречу Джарроду в туфлях на высоченных каблуках, в которых в
принципе невозможно было передвигаться.
Это была Молли Тейлор, с которой Джаррод работал уже три года. Забавная
суетливая девчушка, которую он в шутку называл Моллиреллой. Его верная,
исполнительная, послушная, всепрощающая, кроткая Молли. И в то же самое
время это был совершенно другой человек. Неловкая еще, но хорошо
оформившаяся девушка, молодая женщина с соблазнительными изгибами точеной
фигурки.
Гладкие шелковистые волосы ее струились по плечам, не скованные резинками и
заколками в области затылка. Юное милое личико, слегка сдобренное свежими
красками косметики, впервые предстало не заслоненным очками в массивной
оправе. Большие карие глаза из-под черных крыльев ресниц смотрели робко.
Платье царственного оттенка бургундского вина легло безупречно, скроенное
словно на нее.
— Я взяла электронного секретаря с собой, — сообщила помощница,
продемонстрировав ему плоскую сумочку в тон туфлям и точно так же, как и
они, расшитую бисером и стеклярусом.
Даже повседневный прозрачный маникюр девушки смотрелся в высшей степени
элегантно.
— Полная боевая готовность! — резюмировал Джаррод, готовый к чему
угодно, только не к соблазну гордиться своей вопиюще юной спутницей. —
Мирные времена в прошлом, — заметил он, наслаждаясь густым и пьянящим
цветом ее платья.
— Вы не разочарованы тем, как я распорядилась вашими деньгами,
сэр? — осторожно попыталась выяснить она его отношение к своей
рискованной покупке.
— Нет-нет, нисколько, Моллирелла. Все очень миленько. Ты
молодец, — поспешно похвалил он свою подчиненную, стараясь, чтобы голос
его звучал как можно ироничнее.
Молли смогла вздохнуть с облегчением. Она не претендовала на первенство в
списке красавиц. Для нее важнее было заручиться одобрением начальника, и оно
у нее было. Все прочее значения не имело.
Девушка покрутилась на месте. Несмотря на отсутствие опыта ходьбы на
каблуках такой значительной высоты, двигалась она легко. Оттого и спина и
бедра смотрелись совершенно иначе — мало сказать, привлекательно. Настоящая—
женщина. Такой ее Джаррод никогда не воспринимал. Он потуже затянул свой серебристо-
серый галстук и развернул плечи.
— Надеюсь, что не буду смотреться чересчур простовато на твоем
изысканном фоне, Молли, — решился-таки он сделать ей своеобразный
комплимент.
Молли посмотрела на него растроганно и проговорила:
— Нет, конечно. Вы исключительно выглядите... впрочем, как всегда.
— Считаешь? — нескромно переспросил ее Джаррод, отчего свежие щеки
помощницы залились абрикосовым румянцем.
— Вам все к лицу, сэр, — проникновенно заверила она босса.
Бесхитростный ребенок.
Джаррод мог не думать о постигшей его незадаче, когда она без всякой задней
мысли раз за разом прямым текстом говорила ему о том, что видит в его лице
разве что только не бога.
— Ладно, с взаимными комплиментами, пожалуй, достаточно. Пора в путь.
Не то красную дорожку свернут прежде, чем мы успеем по ней пройтись, —
пошутил он.
Молли расплылась в радостной улыбке. Она была без ума от чувства юмора этого
человека. Все три года она просыпалась с ощущением невероятной удачи, что
работает с этим финансовым гением, который помимо беспрецедентных деловых
качеств обладал всеми возможными добродетелями.
— Да, нам лучше поторопиться, — отозвалась она, не сводя с него
восторженного взгляда.
И впервые Джаррод не был способен отнестись к этому блаженному взгляду с
присущей ему высокомерной иронией. Девушка была хороша. Огромным упущением
было не разглядеть этого за столь долгий срок. Обжигающее воображение
платье, гибкий девичий стан под тонкой тканью, милое кукольное личико с
большущими влажными глазами ягненка, обнаженные точеные руки с тонкими
полупрозрачными запястьями, длинная шея с трогательной ложбинкой, высокая
грудь, стройные ноги с острыми детскими коленками... Это тело можно было
изучать как крайне занимательный предмет.
Двойственное чувство испытал Джаррод в какие-то несколько минут. С одной
стороны, его распирало от гордости, что такое впечатляющее открытие было все-
таки им совершено и удачная мысль, пришедшая ему сегодня в голову,
увенчалась таким откровением. С другой же стороны, он не мог не сожалеть о
том, что три года провел бок о бок с истинной красоткой, которая по
неразумению или по причине патологической скромности заслонялась от его
искушенного мужского взгляда повседневной невзрачностью не льстящих ее
красоте и молодости нарядов.
Расположившись на заднем сиденье лимузина, Джаррод подался корпусом в
сторону спутницы.
— Прежде мне не приходилось видеть тебя без очков, —
многозначительно заметил он.
От его бархатистого теплого баритона у Молли зашлось сердце.
— Иногда приходится надевать контактные линзы, в противном случае
начинаю натыкаться на предметы, — призналась девушка. — Тетушки
настаивают, чтобы я носила их регулярно, но мне больше нравится ходить в
очках.
— Чем же? — нарочито заинтересовался Джаррод, приблизившись к ней
еще немного.
— Меньше мороки... Но Изи и Фей, мои тети, говорят... — начала
Молли, но осеклась.
— Подожди. Дорога займет еще несколько минут, — перебил ее
босс. — Доставай-ка электронную записную книжку. Хочу освежить в памяти
кое-какие аспекты... У меня было время подумать, кому может принадлежать
инициатива отнять мой бизнес, — произнес он, полностью овладев
вниманием своей очаровательной ассистентки. — Осталось у меня со
школьной поры несколько заклятых врагов. Я не особенно слежу за их деловыми
успехами. Однако это не означает, что они так же равнодушны к моим
достижениям. Имеет смысл отследить этих субчиков... Лишним не будет, —
вслух поразмыслил он, пронизывая секретаршу пристальным взглядом.
— А вы не допускаете, что за этим стоит женщина? — осторожно
спросила его Молли.
— Женщина? — вскинул брови босс.
— Ну да... — смущенно проговорила она. — Какая-нибудь из
ваших бывших подруг... Что, если это месть отвергнутой
...Закладка в соц.сетях
