Жанр: Мемуары
Скрытый космос
...ое усложнение техники и необходимость более
углубленной подготовки к полетам. В летной, физической и теоретической подготовке
слушателей-космонавтов обнаружены некоторые недостатки, плохо еще с изучением
английского языка. На месте принял ряд решений по улучшению качества занятий;
численность групп по физподготовке и изучению английского языка сократил в два раза
(4-6 человек вместо 12-15). За семь месяцев пребывания в ЦПК ни один из 21 слушателя
не замечен в выпивках, курении и каких-либо других серьезных нарушениях. Но кое-какие
отклонения от норм имели место: Шарафутдинов получил двойку по астрономии, Щеглов
самовольно ушел на пляж, а Скворцов, взлетая на МиГ-21, слишком рано убрал шасси (в
конце разбега) и был на волосок от тяжелого летного происшествия. Всех предупредил,
что при повторении подобных нарушений виновные будут отчисляться из Центра.
К 15 часам я, Комаров, Хрунов, Горбатко и Ващенко поехали в ЛИИ. У Н.С.Строева
собрались кроме офицеров ВВС Мишин, Цыбин, Северин, Алексеев, Анохин, летчикииспытатели
и испытатели космической техники. Мы просмотрели кинокадры о ходе
экспериментов на самолете Ту-104 по надеванию испытателями скафандров в условиях
невесомости и переходу из корабля в корабль. Люк корабля имеет диаметр 660
миллиметров, а поперечное сечение космонавта в наддутом скафандре и с ранцем на
спине составляет 650 миллиметров. Четыре испытателя десятки раз пытались выходить и
входить в корабль. 50 процентов попыток оказались неудачными. Было много случаев,
когда прямоугольная коробка ранца не проходила через круглое отверстие люка.
Испытателям приходилось проделывать акробатические трюки, чтобы протолкнуться в
люк, причем особенно труден вход в корабль. Все единодушно признали, что необходимо
расширить люк или изменить форму и уменьшить размеры ранца. Мишин заявил, что для
кораблей №3 и №4 увеличить люк уже невозможно, корабли почти готовы, и переделка
люка задержит полет на 6-8 месяцев, но он согласен внимательно изучить возможности
увеличения люка на последующих кораблях. Северин сказал, что он не может изменить
форму ранца и уменьшить его размеры. Договорились, что сегодня в ОКБ-1 будут
продолжены попытки найти согласованное решение. Одновременно решили продолжать
испытания и подключить к испытателям космонавтов Хрунова и Горбатко. Предложение
об участии в испытаниях космонавтов внес Северин, и в этот момент Мишин допустил
большую бестактность. В присутствии Хрунова, Горбатко и всех собравшихся он
выкрикнул: "А зачем Хрунова и Горбатко включать в испытания? Ведь они не полетят в
космос..." Создалась очень неприятная ситуация, все с недоумением смотрели на меня.
Пришлось сказать Мишину, что вопрос о том, кто полетит, будет решаться не здесь, и вряд
ли уместно сейчас говорить об этом. Мишин понял свой промах и сказал, что он не
возражает против участия в испытаниях Хрунова и Горбатко, но одновременно настаивает
на включении в группу испытателей от ОКБ-1 Анохина и Елисеева. Такое предложение
возмутило даже невозмутимого Строева (начальник ЛИИ), он сказал: "Я очень уважаю
Анохина, но нужно ли включать его в группу испытателей? Над этим нужно серьезно
подумать". А Северин и Алексеев добавили: "На Анохина скафандра нет и раньше, чем
через 2-3 месяца, не будет". Вся эта сцена - лишняя иллюстрация нашей плохой работы,
подтверждение того, что ВПК (Смирнов) плохо руководит промышленностью и пытается
вмешиваться в подготовку космонавтов. В сложившейся обстановке было бы
целесообразно заставить ОКБ-1 на кораблях №5, №6 и последующих расширить люк до
720 миллиметров, а для того, чтобы не срывать сроки полета кораблей №3 и №4, люки в
них не переделывать, а Главного конструктора Северина обязать перенести ранец со
спины на пояс. Северин утверждает, что для такого изменения подвески ранца ему
потребуется три месяца. Думаю, что здесь он перебрал, - с этой работой можно
справиться и за месяц. Подвеска ранца на поясе значительно облегчает выход и вход через
люк, но космонавт с ранцем на поясе выглядит не совсем обычно: нарушается уже
сложившееся представление об экипировке космонавтов.
Много звонят из редакций газет, журналов, радио и телевидения. Все ищут материал на
космические темы, просят разрешения писать о годовщинах полетов Титова, Николаева и
Поповича, но я всем отказываю. Сейчас, когда американцы так часто летают в космос, а
мы сидим и ждем кораблей, стыдно писать о наших былых успехах.
Звонил Гагарин, он вчера вернулся из Чехословакии, где отдыхал с Валей в Карловых
Варах. Я поставил перед ним главную задачу: до 1 октября 1966 года полностью
закончить подготовку экипажей для кораблей 7К-ОК. Сейчас вся группа (Гагарин,
Комаров, Николаев, Быковский, Хрунов, Горбатко, Воронов и Колодин) в сборе.
За два месяца мы можем отлично подготовить космонавтов, учитывая, что некоторые из
них уже 6 лет в ЦПК и 10 месяцев готовятся к данному полету, но нам очень мешают
попытки ОКБ-1 навязать нам своих кандидатов на полет. Командирами кораблей будут
наши космонавты - этого мы уже добились. Но кто полетит в качестве членов
экипажей - еще трудно сказать, хотя я убежден, что лучше Хрунова и Горбатко
кандидатов нет.
28 июля.
Договорился по телефону о встрече с П.В.Дементьевым (министр авиационной
промышленности). У Дементьева, который более двух лет "бунтует", не выполняя
решение ЦК и правительства о постройке для ВВС центрифуги ЦФ-16, находится письмо
начальника Генштаба, Келдыша, Петровского и Афанасьева с просьбой продолжить
работы по созданию ЦФ-16. На эту тему с ним много раз говорили маршалы Вершинин и
Руденко, но результатов не добились. Надо попытаться доказать Дементьеву, что своим
упрямством он наносит вред делу освоения космоса.
Говорил и с министром гражданской авиации Е.Ф.Логиновым. Он отказался передать нам
два Ту-104 для оборудования самолетов-лабораторий для полетов на невесомость. У нас
есть только два таких самолета (в ЦПК и ЛИИ), а для подготовки космонавтов и
испытаний оборудования кораблей Л-1 и Л-3 нам нужны еще два самолета. Из всех
имеющихся в СССР типов самолетов Ту-104 наиболее подходящий для этой цели, но в
ВВС этих самолетов нет, и приходится их выпрашивать у ГВФ. Логинов не понимает всей
важности и срочности оборудования двух Ту-104 для полетов на невесомость. Надо
попытаться и этого министра убедить в обоснованности наших настойчивых просьб.
Маршал Вершинин вчера был на заседании ВПК, где рассматривались вопросы
подготовки ракет и кораблей для облета Луны. Из рассказа Вершинина о том, как
проходило это заседание, я понял только одно: у всех разработчиков систем (Челомей,
Мишин, Воронин, Северин и другие) очень много задержек - никто не укладывается в
сроки, записанные в решениях ВПК. Смирнов настоял на том, чтобы к 15 апреля 1967 года
все было готово к облету Луны беспилотными кораблями с возвращением и посадкой на
Землю. Думаю, что этот срок никто не выдержит; дай Бог, чтобы до конца 1967 года мы
смогли выполнить хотя бы один беспилотный облет Луны. Пилотируемый облет Луны в
1967 году практически нереален. Правда, нам иногда удаются самые невероятные
эксперименты, а часто мы терпим провалы там, где, казалось бы, есть все основания для
успеха. Я уже десятки раз убеждался в плохой работе ВПК и лично Смирнова по
координации и руководству работами ОКБ, институтов и предприятий, создающих
космические корабли.
Сегодня Вершинин подписал письмо в ЦК КПСС. Генштаб значительно переработал наш
проект письма, смягчил формулировки претензий к промышленности, убрал факты,
характеризующие провалы и задержки в создании кораблей и подготовке полетов. Но
главное в письме осталось: обоснование необходимости усилить военные исследования в
космосе, ускорить строительство космических кораблей и запретить кустарщину и
упрощения в подготовке космонавтов. Кроме Малиновского, Захарова и Вершинина,
письмо подписал Н.И.Крылов. В данном случае у ВВС не было оснований возражать
против подписи письма Крыловым, но мы хорошо знаем, что он один из тех, кто виновен
в наших неудачах в космосе.
29 июля.
Звонил Гагарин. Вчера он с группой космонавтов был в ОКБ-1 на занятиях по изучению
корабля "Союз". Гагарин считает, что отношение организаторов занятий от ОКБ-1 к
космонавтам заметно изменилось к худшему. Особенно нагло вел себя Лобанов
(заместитель С.Н.Анохина), высказавший пожелание, чтобы на следующих занятиях от
ЦПК были только командиры кораблей, которые, по его мнению, должны заниматься
вместе с кандидатами на полет из ОКБ-1. По-видимому, Мишин дал своим подчиненным
какие-то новые распоряжения в духе высказываний о подготовке "смешанных" экипажей.
Я коротко объяснил Юре все перипетии нашей борьбы против попыток Мишина и
Тюлина навязать нам новые "методы" и сроки подготовки космонавтов и заверил его, что
командование ВВС, Генштаб и даже министр обороны будут отстаивать существующий
порядок подготовки космонавтов.
Вчера Хрунов несколько раз осуществил на самолете Ту-104 выход в скафандре из
космического корабля и возвращение в корабль. Все испытатели были поражены
ловкостью и силой космонавта: при размещении ранца на спине четыре испытателя около
ста раз пытались осуществить выход и вход в корабль, и более 50 процентов их попыток
оказались безуспешными, а Хрунов за один полет три раза вышел и трижды с первой
попытки вошел в корабль. Не сомневаясь в способностях и подготовленности наших
космонавтов, мы все же считаем, что десять миллиметров зазора в люке корабля маловато
даже для Хрунова.
Август
1 августа.
В субботу в ЦПК беседовал с Береговым. Космонавты обижаются на Берегового за его
встречи с начальством (Мишин, Руденко и другие) и попытки ускорить свое продвижение
как кандидата на очередной полет. Положение Берегового особое - он лучший летчик из
космонавтов, но ему уже 46 лет. Кроме того, его рост превышает лимиты, установленные
для роста командиров кораблей "Союз", а "Восходы" законсервированы и могут вообще
больше не полететь. Короче говоря, у Берегового есть все основания для беспокойства. Я
объяснил Береговому, что мы договорились с Мишиным и Севериным о допуске его к
полету на пятом или шестом корабле "Союз" и оформили для него заказ на кресло и
другое индивидуальное оборудование. Рассказал я ему и о наших усилиях "воскресить"
четыре корабля "Восход". Береговой меня понял и обещал искать пути для более тесных
контактов с космонавтами.
Проверил ход подготовки к полету Волынова и Шонина. За полмесяца они восстановили
свои навыки; через месяц они будут полностью готовы к полету. Играл в теннис один
против Волынова и Шонина и выиграл у них со счетом 6:1. Потом играл один на один с
Волыновым и обыграл его с сухим счетом 6:0. Волынов в этом году стал играть заметно
лучше, но для тенниса он, пожалуй, тяжеловат.
Сегодня звонил Мишин, он просил прислать к нему космонавта Хрунова. Хрунов намного
успешнее испытателей выходит и входит в корабль. Мишин, по-видимому, хочет лично
удостовериться в успехах Хрунова.
В субботу П.В.Цыбин привез в Главный штаб ВВС программу подготовки испытателей от
ОКБ-1. Тюлин, Бурназян и Келдыш, утвердившие программу добиваются, чтобы в первых
полетах на "Союзах" кроме космонавтов от ВВС участвовали два испытателя от ОКБ-1.
Месяц назад мы могли бы серьезно рассмотреть такое предложение, а сейчас, когда
четыре маршала (Малиновский, Захаров, Крылов и Вершинин) написали в ЦК КПСС
письмо о запрещении кустарщины в отборе и подготовке космонавтов, мы можем делать
только вид, что не возражаем против подготовки кандидатов на полет от ОКБ-1. Правда,
Мишин сам "помогает" нам в затягивании этого дела: две недели назад он обещал
выслать все документы на своих испытателей, но пока документы к нам не прибыли.
2 августа.
Только что позвонил М.И.Мишин (адъютант министра обороны). Он сообщил, что
Малиновский после двух дней раздумий все же подписал письмо в ЦК КПСС. В письме
ясно выражена тревога за наше отставание в космосе и сформулированы предложения о
мероприятиях по ликвидации отставания. Если бы Малиновский поддерживал
предложения ВВС 3-4 года назад, не было бы того, что мы имеем теперь: мы отстали от
США минимум на 1-2 года. Поможет ли нам ЦК? Надеяться на полную поддержку наших
предложений в ЦК, где космосом занимаются Устинов и Сербин, нет оснований. Они
поддерживают Л.В.Смирнова и промышленников и, неся ответственность за провалы в
промышленности, попытаются смягчить и отвести удары от своих подопечных. Но все же
им трудно будет просто отмахнуться от такого письма: они будут вынуждены что-то
предпринять. Нас устроили бы мероприятия по ускорению постройки космических
кораблей и отказ промышленников от вмешательства в систему подготовки космонавтов.
5 августа.
В ЛИИ МАП провели вчера очень важное совещание, на котором присутствовали: Строев,
Казаков, Литвинов, Мишин, Цыбин, Бушуев, Северин, Алексеев, Комаров и другие.
Решали вопрос о размещении ранца не на спине, а на поясе космонавта. Просмотрели
кинокадры о дополнительных испытаниях и убедились, что выход и вход в корабль при
размещении ранца на спине затруднен, а при размещении его на поясе условия выхода и
входа улучшаются. Лучшим решением было бы расширение люка корабля и размещение
ранца на спине, но Мишин и Литвинов категорически возражали против расширения
люка на первых экземплярах "Союза". Пришлось Северину под нажимом министров и
Мишина дать согласие на переделку ранца и размещение его на поясе. Эти работы могут
быть закончены не раньше конца октября. Северин, Строев, Казаков, Алексеев и я
настаивали на увеличении люка на "Союзах", начиная с корабля №8, и на всех кораблях
Л-1. Мишин согласился рассмотреть этот вопрос.
Главный конструктор Алексеев высказал просьбу немедленно решить вопрос о
кандидатах на предстоящие полеты. Завод №918 не может одновременно обеспечить
скафандрами, ложементами и другим индивидуальным снаряжением 16 кандидатов (8 -
от ВВС и 8 - от ОКБ-1). Решили, что командирами первых двух кораблей будут Комаров
и Быковский, а их дублерами - Николаев и Гагарин. Вопрос о членах экипажа пока
остался открытым. Я заявил, что Малиновский не согласился с предложениями ОКБ-1 и
обратился по этому поводу в ЦК КПСС. Решили пока готовить скафандры на
предполагаемых членов экипажа: Хрунова и Горбатко - от ВВС, Анохина и Елисеева -
от ОКБ-1. Решение по кандидатам от ОКБ-1 было принято только под нажимом Мишина
и Литвинова (я, Северин, Алексеев, Строев и Казаков высказались против).
На этом совещании у меня было несколько схваток с Мишиным. Мишин настаивал на том,
что заказывать скафандры должно только ОКБ-1. Все шесть лет скафандры изготовлялись
фактически только на тех космонавтов, которых представляли ВВС, хотя прежде, чем
давать заказ на скафандры, я всегда согласовывал кандидатов на полет с С.П.Королевым и
председателем Государственной комиссии. Мишин считает, что ВВС не имеют права
заказывать скафандры. Пришлось несколько раз выступать против легкомысленных
заявлений Мишина.
3 августа Мишин прислал мне письмо, в котором просил подключить восемь кандидатов
от ОКБ-1 на занятия вместе с космонавтами ВВС при испытаниих в Феодосии корабля
7К-ОК на плаву, а на другой день он заявил, что запретил проведение занятий в
Феодосии. Я ответил Мишину, что "запретил" - это не метод решения сложных задач,
запретить многое можем и мы, а ему все же не следует забывать, что испытания
проводятся на базе ВВС. Мишин не нашелся, что ответить, и пробормотал: "Мы же вам
платим..."
Я уже десятки раз встречался с академиком В.П.Мишиным при исполнении им роли
Главного конструктора. Я знал, что Мишин никогда не сравняется с Королевым, но
надеялся, что он и не наделает больших глупостей. К сожалению, уже целая серия
глупостей налицо: он восстановил против себя всех космонавтов и руководство
Министерства обороны; легкомысленные, скороспелые решения и высказывания Мишина
вредят делу и ничего не прибавляют к его авторитету.
Был у меня Гагарин. Наша очередная попытка встречи с Брежневым опять провалилась:
Брежнев улетел на юг. Мало надежд и на то, что в отсутствие Брежнева письмо четырех
маршалов получит надлежащий ход. Скорее всего, письмо попадет к Устинову, который
направит его Смирнову, а тот начнет подавлять "бунт военных". От меня Гагарин поехал
в правление общества "СССР-Куба". Ему как президенту этого общества нужно много
поработать, чтобы ликвидировать завалы в делах. Гагарин просил меня разрешить ему
начать тренировочные полеты на самолетах и парашютные прыжки. Полеты я ему
разрешил, а по поводу прыжков мы договорились, что парашютные тренировки он
пройдет за 2-3 месяца до его полета в космос. Мы за повторный полет Гагарина, но не на
первых кораблях серии "Союз". В 1967 году Гагарин, возможно, снова слетает в космос.
Более двух часов беседовали с Руденко по космическим делам (Руденко остался за
Главкома, Вершинин сегодня улетел в Судак). Мы констатировали, что пока нет намеков
на улучшение дел в подготовке очередных пилотируемых полетов и нет уверенности, что
нам удастся исправить грубые ошибки промышленников.
Позвонила Терешкова и сказала, что у нее в семье все хорошо. Она хочет встретиться со
мной и кое о чем посоветоваться. Договорились, что завтра или я приеду в Центр, или
она - в Москву.
Звонил Мишин, а потом Цыбин - оба пытаются сгладить наши вчерашние расхождения и
навязать нам подготовку Анохина, Елисеева, Волкова и Кубасова. Я дал согласие
рассмотреть этих кандидатов, как только получим на них личные дела. Вчера Мишин
уверял меня, что личные дела уже в ВВС, но и сегодня их у нас еще нет. ОКБ-1 только на
пересылке личных дел потеряло целых три недели. И так у них тянется любое дело.
Мишин обещал передать нам макет корабля для самолета Ту-104 сначала 20 июля, потом
7 августа; сроки десятки раз переносятся - это затягивает создание тренажеров, удлиняет
время подготовки космонавтов и плохо отражается на качестве работ.
8 августа.
Вчера к нам на дачу приезжали Валя Терешкова, Андриян Николаев, Аленушка и
Валентин Черединцев. Аленушка в сравнении с нашим Колей кажется очень слабенькой
девочкой, хотя она на десять месяцев старше. Наш бутуз за последние месяцы очень
хорошо поправился и выглядит богатырем. Сама Валя бледна, худа, нервно напряжена.
Андриян чувствует себя хорошо, но ему не хочется быть дублером у Быковского, он
высказал желание полететь на одном из первых кораблей 7К-ОК. Андриян готовится к
полету, и до полета мы не можем дать ему отпуск, а Валя уже в отпуске и первые две
недели отдыхала дома, но ее замучили родственники с обеих сторон, да и заботы об
Аленке требуют много времени. Врачи настоятельно рекомендуют ей поехать на юг
отдохнуть и попринимать специальные ванны. Валя намеревается взять с собой и
Аленку - говорит, что врачи не возражают против ее поездки вместе с дочкой, - но мне
такая поездка кажется опасной для слабенькой Аленки. Все наши остались довольны
Валей, а Муся, как всегда, проявила к ней почти материнскую привязанность.
Лева, я, Андриян и Черединцев сыграли несколько партий в бильярд. Игру в бадминтон
сорвал сильный грозовой дождь...
Как я и предвидел, письмо четырех маршалов попало к Устинову, который 4 августа
наложил на нем резолюцию, адресованную Смирнову, Афанасьеву, Малиновскому:
"Представить согласованное решение". 5 августа Малиновский, прочитав резолюцию
Устинова, написал: "Начальнику Генштаба и главкомам отстаивать позицию МО".
Резолюция Малиновского логична, основываясь на ней, можно пытаться поправить наши
космические дела, но маршал Руденко допустил сегодня еще одну большую ошибку. К
нему приезжал Тюлин и уговорил его подписать письмо Смирнову, утверждающее, что
"для полета на 7К-ОК в ЦПК готовятся восемь космонавтов ВВС и в ОКБ-1 отобрано
восемь кандидатов, которые направляются для обучения в ЦПК". Маршал Руденко не
выполнил нашей договоренности отбивать все атаки ОКБ-1 и нарушил приказ министра:
"Отстаивать позицию МО". Дав согласие Тюлину на направление 8 кандидатов от ОКБ-1
на обучение в ЦПК, Руденко нанес нам "удар ножом в спину". Придется проявить
максимум изобретательности и упорства, чтобы доказать, что в космос надо посылать
подготовленных космонавтов, а не "инвалидов", наспех отобранных из числа сотрудников
ОКБ-1. Руденко имел все основания просто отказаться от направления кандидатов от
ОКБ-1 в ЦПК, но он избрал более трудный и опасный для нас путь. Дело в том, что все
кандидаты от ОКБ-1 отлично знают космическую технику (такие специалисты с опытом
полетов в космос действительно нужны промышленности) и предложения Мишина
поддерживают Афанасьев, Келдыш, Петровский, Смирнов, Устинов. И все же Мишин,
Тюлин, Келдыш и другие товарищи ошибаются в сроках и методах отбора и подготовки
космонавтов. Буду продолжать борьбу и доказывать обоснованность наших методов и
сроков подготовки людей для космических полетов.
10 августа.
Накануне из Совета Министров приезжал Щегольков Борис Васильевич. Он привозил на
подпись Главкому письмо в ЦК КПСС о сроках пусков шести кораблей "Союз".
Несколько лет подряд планы готовности кораблей систематически срываются. Решением
ВПК в начале этого года были установлены сроки пусков "Союзов": двух технологических
кораблей - в августе, двух кораблей с экипажами на борту - в сентябре-октябре и еще
двух пилотируемых кораблей - в ноябре 1966 года. Сейчас уже ясно, что пуски в эти
сроки не состоятся. Смирнов, прикрывая огрехи ОКБ-1 и промышленности, просит ЦК
КПСС утвердить новые сроки пусков: кораблей №1 и №2 (без экипажей) - в сентябреоктябре,
кораблей №№3, 4, 5, 6 (с экипажами) - в четвертом квартале 1966 года или в
первом квартале 1967 года. Этим проектом создается законная лазейка для того, чтобы не
летать на "Союзах" в 1966 году, а это означает, что пилотируемый полет в этом году у нас
вообще не состоится.
Вчера звонил Г.А.Тюлин, он сказал, что собирается ехать к Мишину. "Буду воспитывать
Мишина и во второй половине дня повезу его в Центр подготовки космонавтов", -
добавил Тюлин. Пришлось и мне поехать в Центр. Тюлин, Мишин, Правецкий и
полковник Кириллов ( "бог огня" на космодроме) приехали в Центр раньше меня. Вместе
мы осмотрели только корпус "Д", бассейн и профилакторий, другие сооружения они
осмотрели до меня. Гостей принимали Гагарин, Николаев, Комаров и другие товарищи.
После обеда мы всей компанией объехали на автобусе жилой городок. Гагарин
познакомил гостей с объектами строительства: уже выстроены 11-этажный дом для
космонавтов, два дома для семей офицеров, школа, магазин, детский сад и ясли; строятся
второй 11-этажный и 9-этажный корпуса, стадион; ведутся работы по благоустройству
городка. Потом мы все поднялись на 11-й этаж дома космонавтов и полюбовались видами
с балкона квартиры космонавта Демина. На седьмом этаже нас встретила и затащила к
себе Валя Терешкова - пришлось выпить по рюмке коньяка за здоровье хозяйки.
Побывали мы и в квартире Гагарина, здесь обошлось без коньяка: гости запросили "SOS".
Дом и квартиры космонавтов всем понравились. Лучше других обставлена квартира
Терешковой. Во время этой встречи Тюлин намеками и короткими репликами дал мне
понять, что ему надоели попытки Мишина организовать подготовку космонавтов в ОКБ-1
и что он будет пытаться нормализовать отношения между ОКБ-1 и ВВС. Мишин и
Правецкий держались довольно скромно и не поднимали вопросов, связанных с их идеей
готовить "для себя" космонавтов в ОКБ-1. Это была первая поездка Мишина в Центр.
Озирая с 11-го этажа окрестности, он признался: "Около тридцати лет не был я в этих
местах..."
Звонил сегодня В.Н.Правецкий. Он пытался выяснить порядок направления кандидатов от
ОКБ-1 в ЦПК, его интересовали наши намерения по их медицинскому
освидетельствованию, а также возможности совместной работы специалистов ИМБП и
ЦПК. По всей вероятности, этот звонок был разведкой наших позиций после вчерашней
встречи. Я сказал Правецкому, что прежде, чем направлять людей на обучение в ЦПК, мы
пропускаем их через обследование в госпитале (ЦНИАГ) и что для кандидатов из ОКБ-1
исключений не будет.
Вчера в Феодосии при испытаниях объекта 7К-ОК не раскрылся запасной парашют.
Приходится делать вывод, что парашютная система корабля 7К-ОК хуже парашютной
системы "Востока". Да и весь корабль выглядит неважно: малые размеры люка, устарелое
связное оборудование, несовершенная система аварийного спасения и многое другое.
Если еще к тому же откажет автоматика стыковки (что вовсе не исключено), то мы
станем свидетелями позорного провала нашей космической программы.
11 августа.
Сегодня получил новый документ, подтверждающий мои прогнозы о сепаратных и
незаконных действиях ОКБ-1 по организации подготовки "своих" космонавтов.
Программы подготовки космонавтов утверждает Главнокомандующий ВВС - так
записано в утвержденном правительством "Положении о космонавтах", которое пока еще
никто не отменял. В нарушение Постановления правительства Мишин, Тюлин, Бурназян и
Келдыш создали и утвердили программу подготовки экипажей для первого облета Луны
на космическом корабле Л-1. Программа рассчитана на шесть месяцев, будет выполняться
не на базе ЦПК ВВС и с военными не согласована - фактически вся подготовка
экипажей будет осуществляться ОКБ-1 без участия Центра подготовки космонавтов. Я
никогда не был высокого мнения об организаторских "талантах" Келдыша, всегда
сомневался в порядочности и честности Бурназяна, хорошо знаком с мальчишеским
упрямством Мишина, но в этом документе они превзошли сами себя. Мягко выражаясь,
этот документ - величайшая глупость, а точнее - это антисоветская практика и
проявление действий, которые могут только повредить нашим усилиям по освоению
космоса (и уже вредят!). 30 июля эту программу утвердил и Тюлин, который лучше других
ее создателей знает условия космического полета и понимает необходимость тщательной
подготовки космонавтов, но и он пошел на поводу у Мишина. Это большая ошибка
Тюлина, и мне кажется, что он и сам уже понял, что его увлекают на неверный путь.
Поездка Тюлина с Мишиным в ЦПК 9 августа подтвержд
...Поділитися у соцмережах
