Жанр: Мемуары
Скрытый космос
...много о том, каким мне видится будущее Быковского и Терешковой.
Быковский - человек средних способностей и крепкого здоровья. Он единственный из
шестерки наших космонавтов, кто не просто хорошо перенес невесомость, а наслаждался
ею. Быковского необходимо поддерживать в космической форме для большого
ответственного полета, например, для полета вокруг Луны.
Более сложной и более значимой представляется мне будущая деятельность Терешковой.
Сама Валя, все космонавты, руководство Центра и руководство ВВС мыслят
прямолинейно и просто: "Назвалась груздем - полезай в кузов". Стала летчикомкосмонавтом
- поступай в академию Жуковского, будь инструктором-космонавтом и
готовься стать инженером. Валя уже несколько раз заявляла: "Буду и дальше летать в
космос, буду заниматься парашютным спортом". Такой путь на первый взгляд кажется
вполне естественным и единственно правильным. Но я иначе представляю себе будущее
Терешковой. В первый полет можно было послать и Соловьеву, и Пономареву. Я уверен,
что полет они выполнили бы не хуже, а даже лучше Терешковой, но после полета их
можно было бы использовать только как космонавтов. Недаром же я "воевал" за
Терешкову с Руденко и Келдышем. Терешкова может и должна быть не просто первой
женщиной-космонавтом. Она умна, у нее есть воля, она производит на всех очень хорошее
впечатление и может отлично выступать на любой самой высокой трибуне. Из
Терешковой необходимо сделать большого общественного деятеля, она с честью и
блеском будет представлять Советский Союз на любом международном форуме. Через 23
года она с успехом может заменить таких наших женщин, как Попова, Фурцева,
Миронова и многие другие. Терешкова как руководитель женской общественной
организации СССР и международных женских организаций сделает для страны, для
нашей партии в тысячу раз больше, чем она в состоянии сделать в космосе. Короче говоря,
неразумно было бы не использовать широко и всесторонне тот огромный авторитет,
который приобрела Терешкова в результате своего полета в космос. Я убежден, что наша
"Чайка" еще долго полетает над миром, прославляя нашу партию, идеи Ленина,
коммунизм и привлекая на нашу сторону миллионные массы людей, и особенно женщин.
2 августа.
Вчера закончил предыдущую тетрадь дневника. Думал, что теперь долго не возьмусь за
перо, но писать стало уже привычкой. В этой новой тетради, видимо, почти ничего не
будет об очередном космическом полете. Скорее всего, пилотируемых полетов в СССР не
будет до апреля-мая 1964 года, а может быть, и до более позднего срока. Вторая половина
1963 года будет заполнена работой над усовершенствованием кораблей "Восток", работой
над "Союзом", пусками небольших спутников, "Зенитов", лунников, текущей
подготовкой космонавтов и большими заграничными поездками Терешковой, Быковского,
Гагарина и других космонавтов. Я принимал все меры, чтобы отделаться от заграничных
поездок с Терешковой и Быковским, убедил Вершинина, что с этим делом могут
справиться Горегляд или Аристов. Но в ЦК поездкам Терешковой придают очень большое
значение, план ее поездок вчера рассматривал Президиум ЦК КПСС. Принято решение о
том, чтобы я был руководителем делегации при первых выездах Терешковой за границу.
Мне предстоят минимум 3, а может быть и 5-6 заграничных поездок. Первые поездки
намечены в Чехословакию, Болгарию, Италию.
Сегодня я занялся разбором бумаг и документов, хранящихся в моем сейфе. Общее
количество писем и телеграмм, адресованных космонавтам, давно перевалило за 200
тысяч. Всю эту массу бумаг плохо переваривает даже специальная комиссия, а
космонавты не видят и тысячной доли этой писанины, среди которой попадаются,
конечно, и очень интересные письма. Книги, статьи, ответы на приветствия, подарки и
письма занимают у космонавтов очень много времени, мешают им работать, учиться и
отдыхать.
После полета Терешкова устала значительно больше, чем при подготовке к нему и в
самом полете. Она стала необычно раздражительной, резкой, иногда даже
невыдержанной. В.В.Беликов рассказал мне о нескольких случаях ее нетактичного
обращения с корреспондентами в Ярославле. С Терешковой еще надо много работать,
многому научить, во многом убедить, чтобы она поняла свое положение и делала
поменьше ошибок. В Центре мало людей (пожалуй, только Гагарин и Карпов), которые
смогут оказать ей реальную помощь в этом деле. На отдых вместе с Терешковой я послал
Евгению Павловну Кассирову (работник КГБ) - очень опытную и хорошо образованную
женщину, которая много раз была за границей, отлично знает английский язык и умеет
держать себя в обществе. Мы договорились с ней о методах ее влияния на Терешкову.
Кассирова будет сопровождать Терешкову во всех ее заграничных поездках.
Сегодня из ЦК КПСС звонил Усков и два раза - Сербин. Оба разыскивали материалы по
поездке Терешковой в Чехословакию. Я сказал Сербину, что я выслал их на имя Миронова
по его требованию. Сербин был удивлен и переспросил - сам ли Миронов просил об
этом. После второго его звонка я понял, что все материалы уже у Сербина и он будет их
докладывать руководству ЦК. Даже начальники отделов ЦК дерутся между собой за честь
быть "поближе к космосу".
В последнее время я категорически отказываюсь от выступлений в печати, по радио и
телевидению. Слишком много людей, и не только в ВВС, но и в ЦК (Сербин, Козлов,
Строганов), которые любое упоминание моего имени воспринимают как стремление
поживиться за счет славы космонавтов. Можно было бы и не обращать внимания на их
ревность, но они могут портить настроение, мотать нервы и причинять другие
неприятности. Когда я с Терешковой был в ЦК у Миронова, она сказала: "К Николаю
Петровичу мы идем, как к родному отцу. Он нам, космонавтам, настоящий отец". Быть
все время рядом с космонавтами (набор, подготовка, старт, полет, встречи, поездки,
советы и наставления) и не обжечься их славой невозможно, и эта слава уже дает о себе
знать. Два дня назад Вершинин настоятельно рекомендовал мне выступить 5 августа по
телевидению по случаю второй годовщины полета Титова. Сегодня утром маршал Руденко
сказал, что Вершинин предложил ему выступить 5 августа по телевидению и спросил, не
звонил ли кто мне по этому поводу. Я ответил, что кроме Вершинина ни с кем об этом не
говорил. А сейчас мне позвонил главный редактор телевидения Сатончиков и
настоятельно просил меня выступить. Я дал согласие подготовить материал и доложу,
точнее, попрошу маршала Руденко, чтобы выступил он.
Я слишком хорошо знаю жизнь и очень много работаю, чтобы заниматься погоней за
известностью, да я и не обижен в этом отношении. Меня еще хорошо помнят сверстники,
знает и молодежь. Вот эта довольно широкая моя известность, а также уважение и
любовь, которые проявляют ко мне космонавты, не нравятся кое-кому из руководства
ВВС (Руденко, Пономарев, Брайко). Да, я никогда не согласовывал свои мысли и планы с
пожеланиями начальства и не буду этого делать и впредь.
3 августа.
Из Сочи вчера звонил Никерясов, сообщил, что все разместились нормально, никаких
претензий нет. Сегодня день рождения Быковского, а через день - Шонина. Передал им
поздравления от Главкома и от себя.
Вчера день был не такой напряженный, как обычно, но устал я больше, чем уставал в
самые "горячие" дни. Временами сердце напоминает о себе, глухие головные боли, резь в
глазах и иногда легкое покачивание - все это признаки высокого кровяного давления.
Регулярно лекарства не принимаю, можно было бы нормально работать и вообще без
лекарств, но уж очень много всякого рода неприятностей и по работе, и в семье. На
работе мелкие, но очень неприятные уколы наносят завистники, они настойчиво атакуют
меня со всех сторон. Эти атаки я всегда легко отбивал, они редко выводят меня из
равновесия, но нервы, конечно же, портят.
12 августа.
Больше недели не брался за дневник - эту неделю я был в "отпуске". Да, на службе я не
был, но сказать, что я не работал, не могу. Ежедневно с 6 утра до 9 часов вечера я
непрерывно был занят работой, но это была физическая приятная работа. Я был маляром,
слесарем, шофером, плотником, водопроводчиком, электриком, газовщиком,
дворником - кем я только не был. Физический труд мне полезен, и я отдыхаю работая.
Всю неделю на даче продолжался ремонт, и только вчера рабочие закончили работу и
ушли. Ремонт тянулся более месяца и всем порядочно надоел. Больше всех досталось
Мусе. Состояние жены меня очень беспокоит, она ревнует меня ко всему космическому.
Ей кажется, что я безразличен к ней, к семье и все свои думы и помыслы отдаю только
космосу. Нет, ты неправа, Муся! Я люблю тебя, люблю Олю и Леву. Интересы семьи -
это мои интересы. Но должен признаться, что и к космическим делам я неравнодушен. Я
жалею, что мой возраст (18 октября 1963 года "стукнет" уже 55 лет) и здоровье не
позволяют мне полететь в космос самому, но я надеюсь, что буду активно участвовать в
подготовке первого полета человека вокруг Луны и на Луну. Ради такой цели можно и
нужно работать, даже с риском попортить свое здоровье и укоротить свои земные
хлопоты. Но я не хочу и не имею права для любой самой высокой цели рисковать
здоровьем жены, а она так прямо и говорит: "Твоя работа портит мне жизнь". Если бы я
был уверен, что дело обстоит именно так, я бросил бы работу и ушел в отставку. Муся об
этом мечтает, но отставка может только ухудшить положение во всех отношениях и не
принести жене желаемого успокоения.
Генерал Горегляд доложил, что за прошедшую неделю все было нормально. Ему звонили
Гагарин и Быковский, доложили, что отдыхают хорошо. Из "Чемитоквадже" звонил
Никерясов, там тоже все в порядке. Сегодня самолетом ГВФ из Сочи прилетает
Терешкова. К ее поездке в Чехословакию все готово. Завтра в чехословацком посольстве
будет прием, на который пригласили всю нашу делегацию в полном составе, будут также
работники ЦК и МИДа. Звонили из Верховного Совета и требовали прислать Терешкову
на встречу с Манолисом Глезосом (Греция), а от Малиновского передали, чтобы она была
на завтраке у индийского посла на индийской выставке в Сокольниках. Звонили из ТАСС,
радио и газет - все хотят встретиться с Терешковой. Я еще не был у Руденко,
исполняющего обязанности Главкома в отсутствие Вершинина, да и не хочется к нему
идти, а к Вершинину я всегда иду с удовольствием.
14 августа.
Вчера ко мне приезжала Терешкова, и мы более двух часов занимались подготовкой к
поездке в Чехословакию. Рассмотрели два типовых выступления, изучили план поездки,
подготовили подарки чехословацким товарищам (книга "Ждите нас, звезды", коробки с
макетами "Востоков", фото, значки и т.д.). У Терешковой и Кассировой я
поинтересовался их впечатлениями о "Чемитоквадже". Обе заявили: "Очень жарко,
душно, но есть все условия для хорошего отдыха". А Валя добавила, что с удовольствием
занималась подводным спортом и изучением английского языка. Кассирова довольна ее
первыми успехами в английском.
Редактор журнала "Авиация и космонавтика" полковник Шипилов доложил, что в
редакции скопилось около 10 тысяч писем от желающих поступить в космонавты, и
просил решить, что с ними делать. Я приказал начальнику ЦПК выделить пять офицеров
и поручить им в недельный срок прочитать все письма, зарегистрировать их и дать
ответы. Полковнику Карпенко дал указание лично проконтролировать эту работу.
Ко мне заходил первый заместитель начальника ГКНИИ ВВС генерал Молотков. Он уже
несколько раз просился на должность начальника ЦПК. Желающих занять эту должность
очень много, но я окончательно убедился, что Гагарин был бы самым подходящим
кандидатом. Большинство наших руководителей одряхлели и преувеличивают свои
возможности.
17 августа. Карловы Вары.
Я очень хотел начать эти путевые заметки 15 августа - в день вылета из Москвы в
Прагу, - но все эти три дня были так плотно загружены, что на отдых и сон оставалось не
более 4-5 часов в сутки. В эти дни я писал довольно много, но это были тексты
выступлений Терешковой и другая писанина по поводу нашей поездки в Чехословакию.
Сейчас 20:10 по местному времени, уже больше часа мы в отеле. Разместились в
гостинице "Москва": Валя - в 260-м номере, а я - в 264-м. Валя уже выступала с
балкона своего номера, но несколько тысяч человек продолжают стоять под ее балконом
и на набережной реки и настойчиво просят ее выйти еще. Сегодня Карловы Вары "сошли
с ума", за всю свою многовековую историю они никогда не видели таких встреч.
18 августа.
Рано утром были у источников, пили целебную воду. Видели дома, где останавливались
Петр-I, Гоголь, Карл Маркс, Гейне. Нас сопровождала группа чехословацких товарищей.
Поднимались к памятнику Петру-I, оттуда Карловы Вары были видны, как на ладони.
Хороший, чистый, красивый курортный городок, основанный 600 лет тому назад КарломIV.
Осмотр города мы закончили к семи часам, и нам никто не помешал. Валя осталась
очень довольна прогулкой. Но она мало спит - 5-6 часов в сутки, и ее утренний вид
оставляет желать лучшего. Вечером курортники с кружками вновь потянулись на
"водопой" к источникам, всего их 12. Температура воды от 40 до 72 градусов, на вкус она
неприятна, но полезна для желудка. Пьют воду из всех 12 источников, но больше всего из
13-го - там вино. Через несколько минут будем завтракать и поедем на
правительственную дачу "Орлик"...
К сожалению, из-за недостатка времени я не смог ничего больше записать о пребывании
Терешковой в Чехословакии. Коротко можно сказать, что это было триумфальное шествие
по дружественной стране, весь народ которой горячо приветствовал ее не по приказу, не
по чувству долга и необходимости, а по велению сердца.
5 сентября.
С 15 по 21 августа был в Чехословакии. Правительство и народ встречали Терешкову,
пожалуй, даже теплее и сердечнее, чем Гагарина, хотя тогда казалось, что более теплой
встречи быть не может. Поездка прошла очень хорошо, жаль только, что ее программа
была настолько плотной, что у меня не было ни минуты для записей в дневник.
С 22 августа по 5 сентября я отдыхал на даче. Наши отношения с Мусей за эти дни ничем
не омрачались. Мы нужны друг другу, как и 30 лет тому назад. За эти долгие годы могли
несколько поутихнуть страсти, но окрепли более надежные связи: семья, дружба,
взаимное уважение и сила привычки. На три дня мы с Мусей и Оленькой ездили на
автомашине в Меленки. Оля перенесла дорогу отлично. Положение мамы почти не
изменилось. Ей уже 85 лет, последние четыре года она не может ходить, но сама садится в
постели. Зрение, слух, память у нее еще хорошие, сердце работает отлично. Мама всегда
была для всех нас примером, четыре года тяжелой болезни не сломили ее.
Сегодня у меня были Терешкова и Быковский, более двух часов готовились к поездке в
Болгарию.
6 сентября.
В АПН провели встречу Терешковой с издательницей французского женского журнала
мадам Оклер. Потом Терешкова, Быковский и я были на болгарской выставке в
Сокольниках, а оттуда поехали в болгарское посольство. Прием прошел хуже, чем в
чехословацком посольстве. Посол Герасимов держался суховато, хотя и обещал, что
Болгария встретит космонавтов лучше Чехословакии. В посольстве провели встречу с
болгарскими журналистами. Терешкова на вопросы отвечала свободно и удачно, а
Быковский был несколько скован, односложен и менее удачен в ответах.
Вчера Николаев справлял день своего рождения, ему исполнилось 34 года. На вечере была
и Терешкова. После полуночи от Николаева уехал капитан Баранов, его бывший
сослуживец, приехавший из Горького на своем "Москвиче". От Николаева Баранов поехал
в Горький через Балашиху, там его остановила милиция, отобрала права и ключи от
машины. Николаев и Терешкова поехали в Балашиху "выручать" друга. В крупном
разговоре с милицией Терешкова якобы выкрикивала: "Вам надоело работать в милиции,
мы вам поможем освободиться от этой работы". Главком, Рытов и Брайко узнали об этом
происшествии от заместителя министра внутренних дел Петушкова. Главком мне заявил:
"Твоя Терешкова вчера ночью в пьяном виде устроила скандал с милицией". Я ответил
ему, что Терешкова не могла быть пьяной и, по-видимому, сведения, имеющиеся у
Главкома, требуют проверки.
Разговаривал сегодня с Николаевым и Терешковой. Они оба признали, что им не
следовало вмешиваться в конфликт между выпившим капитаном и милицией, но
категорически отрицали, что Терешкова нетактично вела себя с милиционерами. Я сказал
Терешковой, что не уверен в том, что она излишне не погорячилась, так как случаи
вспыльчивости у нее уже были раньше. Валя вынуждена была согласиться, что
несдержанность у нее иногда проявляется, а в данном случае ее возмутило хамское
отношение милиционеров к капитану. Я строго указал Николаеву и Терешковой, что они
сделали большую глупость, защищая пьяного нарушителя. Сам факт появления
космонавтов на месте происшествия уже скверное дело, а попытка защищать товарища,
"пострадавшего" по пьянке, совсем не к лицу Терешковой.
7 сентября.
У меня был генерал Одинцов, он вернулся из Крыма и через неделю должен приступить к
исполнению обязанностей начальника ЦПК. Военный совет ВВС решил освободить его от
этой должности, а министр Малиновский не разрешает снимать его с работы. Главком
притих и боится идти против министра. Но я твердо уверен, что Малиновский ошибается
и делает глупость, отменяя решение Военного Совета. Буду принимать все необходимые
меры, чтобы убрать Одинцова из ЦПК.
Завтра в 7:15 я, Терешкова и Быковский вылетаем в Болгарию.
8 сентября. Борт самолета Ту-124 - София.
Полет от Москвы до Софии займет 2 часа 45 минут. При вылете в Москве был небольшой
дождь, по маршруту - сплошная облачность. Корреспондентам не разрешили лететь с
нами. В нашей делегации девять человек: Терешкова, Быковский с женой Валей,
Кассирова, Белов, Черединцев, Копалин, Головин и я - компания слетанная. В этом же
составе, кроме Быковских, мы уже летали в Чехословакию.
Пролетаем границу с Румынией. Облачность кончилась, идем над районом Бакэу, где 19
лет тому назад мы вели бои с немцами за освобождение Румынии и Болгарии. В августе
1944 года мой авиационный корпус перелетел из Польши в Румынию. Боевая работа
началась в районе Плоешти - Брашов и продолжалась до освобождения Праги в мае 1945
года.
Ровно в 9:00 по местному времени состоялась встреча космонавтов на аэродроме Софии.
Наш посол в Болгарии Н.Н.Органов представил Терешкову, Быковского и остальных
членов нашей делегации министрам и дипломатам. На аэродроме с приветствием к
космонавтам выступил член Политбюро БКП Енчо Стайков. С ответным словом
выступили Быковский и Терешкова. Разместились в правительственной вилле "Бояна" в
чудесном парке у подножия горы Витоша. Органов, я и секретарь ЦК Лычедар Аврамов
уточнили и согласовали программу нашего пребывания в Болгарии. Программа не
перегружена, предусмотрен достаточный отдых. Я предложил Аврамову включить
дополнительно 3-4 встречи с рабочими, он очень охотно с этим согласился.
9 сентября. София.
Вчера в 17:00 в ЦК партии состоялось вручение Терешковой и Быковскому звезд Героя
социалистического труда Болгарии и орденов Димитрова. В 19 часов началось
торжественное заседание в оперном театре, посвященное 19-й годовщине Народной
Республики Болгарии. После официального доклада выступила Терешкова, а за ней -
Быковский. По окончании заседания был большой концерт. Ансамбль армии и оркестр
государственной филармонии исполнили несколько болгарских народных, военных и
партизанских песен. На русском языке спели "Хотят ли русские войны", арию князя
Галицкого отлично исполнил известный певец Николай Гяуров. На концерте мы были в
ложе с Тодором Живковым. Зрители очень тепло приветствовали космонавтов...
Только что (в 23:30) вернулись с правительственного приема в честь празднования 19-й
годовщины НРБ. Прием провели в отеле "Балкан", были министры, послы, депутаты. С
советской стороны, кроме нашего посла Органова и посольских работников, в приеме
участвовали Епишев, Зорин, Кербель с женой и наша делегация. Тодор Живков поздравил
всех с праздником и предложил тост за болгарский народ и за дружбу с Советским
Союзом. Потом выступали артисты. Живков и обе Вали участвовали в танцах, а мы с
Валерием и Органовым отстоялись в толпе...
Утром был военный парад. Терешкова, Быковский и я стояли на трибуне мавзолея
Димитрова. После парада до полудня продолжалась очень красочная демонстрация.
Народ тепло и дружно приветствовал советских космонавтов. С 13 до 15 часов Живков,
Аврамов, Органов, Епишев, Зорин и наша делегация обедали на вилле "Бояна". Была
длинная непринужденная болтовня. Живков - хороший рассказчик, он много смеется,
любит шутку и острое слово.
10 сентября.
Двое суток, проведенные в Софии, уже дают возможность составить представление о
народе и стране. Болгарский народ - большой и искренний друг советского народа, он
трудолюбив и талантлив. За 19 лет народной власти страна многого добилась в развитии
хозяйства и культуры. Среди руководства НРБ много товарищей, которые долгие годы
жили в СССР. Секретарь ЦК БКП Аврамов учился в Москве в средней школе и
энергетическом институте, в 1941 году был на парашюте высажен в Болгарию, а его отец,
коммунист, был доставлен в Румынию на подводной лодке и погиб в боях с фашистами.
Генерал армии Михайлов долго работал у нас, женат на русской. Председатель
Всенародного комитета болгаро-советской дружбы Идоль Драгойчева долго жила в СССР.
Я с ней встречался в 1934 году в Москве. Все руководство НРБ искренне выступает за
дальнейшее укрепление дружбы с нами. Вера Начева (член ЦК БКП, ей 60 лет, бывшая
партизанка) сказала мне буквально следующее: "Хотя мы и сателлиты, но мы не
обижаемся, наш народ любит Советский Союз, и мы готовы в любой момент стать 17-й
республикой великого Советского Союза".
Только что (в 20:30) приехали в бывшую царскую усадьбу Кричим (40 километров
западнее Пловдива).
11 сентября.
Встал в 5 часов и минут 30 погулял по парку. Когда-то Кричим был поместьем султана,
где для него выращивали и холили лошадей. После освобождения от турецкого ига здесь
было охотничье хозяйство болгарских царей. В парке много мощных дубов в возрасте 500600
лет. Вековые ели, чинары, каштаны, лиственницы украшают парк. В лесу и на полянах
гуляют фазаны и лани. Вчера мы обедали на открытом воздухе у подножья Пиринских гор
в домике обкома. Пиринские горы очень красивы, покрыты густым лесом, а самые
высокие вершины покрыты снегом. Здесь были базы болгарских партизан. Теперь здесь
установлен памятник знаменитому болгарскому партизану Асену Лагадинову. Валя и
Валерий на его могилу возложили венки. Лагадинов первым в Болгарии начал
партизанскую борьбу против немцев. 25 июня 1941 года он один уничтожил 15 немцев.
Погиб Лагадинов в 1944 году в возрасте 23 лет: его заманили в засаду и убили. Ужинали
вчера вместе с подругой Терешковой - Веселиной Стефановой. Валя и Веселина еще
девочками (в 1953 году) начали между собой переписку. Веселина сохранила более 15
писем Терешковой и ее фото детских лет. И вот через десять лет они встретились.
Веселина была с мужем - старшим лейтенантом болгарской армии, - у них есть 4летняя
дочь. Веселина и Валя обменялись подарками и весь вечер провели вместе.
Сегодня были на горе русско-болгарской славы - Шипке. Здесь в 1877-1878 годах
болгары и русские разбили турецкие войска и положили конец пятивековому турецкому
гнету.
12 сентября.
Вчера мы в 9 часов утра на машинах выехали из Кричима, проехали через Пловдив,
возложили венки у памятника русским и советским воинам. Памятник, фигура советского
солдата, расположен на высокой горе, с которой Пловдив, второй по величине город
Болгарии, как на ладони. Первым секретарем обкома здесь работает родной брат Николая
Гяурова. Весь город был на улицах и очень тепло встречал Валю и Валерия. Провели
митинг на текстильном комбинате "Марица". Текстильщицы зацеловали "Чайку" и очень
неохотно ее отпускали, просили побывать в цехах. Но нужно было строго выдерживать
график поездки. Сотни тысяч людей на дорогах, в селах и городах с нетерпением ждали
появления космонавтов. Мы проехали через многие населенные пункты. Везде море
людей, цветы, приветствия, улыбки и много подарков...
С Шипки мы выехали в город Стара Загора. Здесь остановка не планировалась, но
пришлось провести небольшой митинг. Валя и Валерий были избраны почетными
гражданами Старой Загоры. Из Старой Загоры на самолете Ил-14 мы перелетели в Бургас.
Встреча и митинг в Бургасе превзошли все ожидания: от младенцев до столетних старух
все вышли приветствовать космонавтов. Среди встречающих не было равнодушных -
такие встречи может проводить только сам народ. Бургас встречал Терешкову и
Быковского так, как никогда никого не встречал. Валя выступила на митинге очень
хорошо, а Валерий говорил, как всегда, тихо, медленно и без огонька. Из Валерия никогда
не получится хорошего оратора, он никогда не сможет "глаголом жечь сердца людей".
Таким даром обладает Валя, из нее можно сделать настоящего оратора, но для этого ей
нужно еще много работать. Из Бургаса на автомашинах мы доехали до "Солнечного
берега". Там отдыхает очень много иностранцев, это новый большой курорт. Поужинали в
ресторане и выехали в Варну. К 23 часам добрались до Варны и немедленно все
разошлись по своим комнатам. Мне показалось, что молодежь устала от поездки и встреч
больше нас, стариков...
Сегодня до обеда у нас выходной день. После завтрака играли в теннис, купались в море,
плавали на морском велосипеде, катались на старом катере царя Бориса. Место для
отдыха прекрасное: чудесный парк, песчаный пляж, два отличных теннисных корта. 5-6
лет назад здесь был дикий берег и рассадник змей, а теперь это один из лучших курортов
Болгарии. Сейчас все наши еще на берегу, а мне захотелось продолжить свои записки.
Вчера Быковский просил разрешения не ездить вместе с Терешковой на текстильный
комбинат "Марица". Он сказал, что чувствует себя как-то неловко, когда все
приветствуют только Терешкову. В прессе и при официальных встречах все приветствуют
Терешкову и Быковского, но народ в 90 сл
...Поділитися у соцмережах
