Жанр: Мемуары
Приключения дрянной девчонки
... Я отвечала, что он уехал в
команди- I ровку. "А вы кто такая?" - требовательно спросила женщина. | Я
разозлилась и гордо ответила: "Я его невеста. А в чем дело?" Несколько секунд в
трубке была тишина, потом голос расте- | рянно сказал: "Но я тоже его невеста".
Далее в течение получаса невидимая женщина выливала на меня свой гнев. Она
оказалась той самой Галей из Севастополя, с которой Кирилл жил в общежитии
полтора года назад. "Как вам не стыдно! Вы просто хищница, а я его люблю, и он
меня любит. Я была беременна, но у меня случился выкидыш. Вы не имеете права с
ним жить". - Я выслушала этот бессвязный монолог оскорбленной любящей женщины.
Во мне проснулась женская солидарность, я попыталась объяснить, что мы с ней в
одинаковом положении, я тоже оскорблена и обманута и, в конце концов, ее гнев
должен относиться не ко мне. Она бросила трубку.
Через минуту раздался еще один звонок. Услышав мягкий голос Юлии, я разрыдалась:
"Юленька, приезжай быстрее, я
Дарья Асламова приключения дрянной девчонки-1
49
мИр31о". Пока Юлия ехала ко мне, я успела еще дважды поговорить с Галей, которая
в полной истерике выкрикивала совершенно необоснованные обвинения. Я оказалась в
ду-паиком положении: утешать плачущую женщину, когда сама находишься на грани
истерики, чрезвычайно трудное дело. ""Положив трубку, я в раздражении подумала:
"Меня бы кто утешил! Почему я, двадцатилетняя, должна утешать дамочку, которая
старше меня на восемь лет?! Она старше, значит, должна быть умнее и опытнее. В
конце концов, это мой первый мужчина и первая любовь, я должна просто на стенку
лезть от горя".
Приехала умница Юлия, и я залилась слезами. Выслушав мой рассказ, Юлия
побледнела и сказала: "Ну и сука! Я не знаю как, но мы должны отомстить!" "Если
он свинья, значит, и я могу быть свиньей", - решила я и вытряхнула содержимое
ящика письменного стола на пол. В течение часа мы перебирали шуршащие, как
луковая шелуха, конверты, бесцеремонно читали нежные письма, пока не нашли еще
одну жертву роковой влюбленности - некую Свету из города Волгограда, которую
время от времени навещал любвеобильный Кирилл. Три романа в разных городах за
один год - неплохой урожай для ловеласа средней руки. Как нелепо закончился мой
восхитительный и скоротечный сон!
"Я знаю, что надо делать! - вдохновенно сказала Юлия. - Мы отомстим по-своему,
по-журналистски. Мы выпустим разоблачительную стенгазету с выдержками из писем,
жестокую и непристойную". Через некоторое время комната превратилась в
маленькую, но боевую редакцию. Решив, что мое моральное состояние непригодно для
сочинения язвительных заметок, Юлия сама взялась за работу. За окном была
сырость и скука холодной октябрьской ночи, а в нашем номере стучала пишущая
машинка, плавал сигаретный дым и кипел на маленькой плитке бульон из гадких
магазинных шницелей - Юля сочла, что у меня бледный вид и меня надо покормить.
(Кстати, ничего более вкусного, чем этот вонючий бульон, я в жизни не ела.)
Профиль Юлии под светящейся лампой напоминал профиль римского военачальника -
столь же суровый, целеустремленный и каменно-не-преклонный. А я, периодически
всхлипывая, ползала по полу и наклеивала на кусок ватмана ее блестящие
иронические заметки.
В два часа ночи у нас кончились сигареты, и мы разбудили соседей-американцев.
Мальчик лет двадцати, завернувшийся от холода в одеяло, слегка покачивался от
недосыпа50
Дарья
Асламова
ния и выслушивал мою речь на невнятном английском о проблемах журналистской
работы без сигарет. Потом он сказал "о'кей" и ушел на другой этаж будить своих
курящих друзей, поскольку сам не курил.
К трем часам ночи нетленное произведение под неприличным названием "Кирилл, или
Вечно стоящий хуй" было готово. В этом истинно женском сочинении каждая фраза
ис-точала яд, каждая строчка была укусом. По нашему мнению, после прочтения
газеты Кирилл должен был бы утопиться. Этого не случилось, хотя великолепный
слог, профессиональный поиск информации и подача материала были им оценены по
достоинству.
С того времени я часто плачу во сне и вижу себя больной и бедной, в обносках,
странствующей по плохой дороге в по- I исках давно утраченного счастья. Иногда я
нахожу кружевной беломраморный дворец, в котором ветер гонит осенние лис-тья под
какой-то странный пронзительный мотив. Я брожу по огромным пустым залам и дохожу
до маленькой закрытой двери. От моего осторожного толчка скрипят давно не
смазанные дверные петли. Передо мной небольшая уютная комната. В ней тепло от
горящего камина, и сюда не доносится i холодный ветер из дворца. За столом сидит
Кирилл и, как всегда, что-то пишет. Увидев меня, он бросает ручку, подбе- |
гает ко мне и нежно обнимает. В комнату входит кто-то еще, но я боюсь
оглядываться. Кирилл сам берет меня за плечи и поворачивает к двери. На пороге
стоит маленькая золотоволосая девочка, очень серьезно смотрит на меня и не
улыбается. "Познакомься, - говорит Кирилл, - это моя дочь". Лицо мое становится
мокрым от слез, я выбегаю из комнаты и не- i сусь по мертвым залам в надежде
найти выход. Но потом останавливаюсь, хочу вернуться назад, в ту маленькую
комнату, но уже не могу и долго плутаю по коридорам и лестницам. ] Уже нет
возврата в мою невозможную юность, в мой рухнувший карточный домик, в мою
зачарованную страну.
Кирилл сейчас женат на Гале и, наверное, уже отец. Но, надеюсь, судьба никогда
не покажет мне его ребенка - все могу вынести, только не это. Чтобы окончательно
развязаться с ним, скажу, что после нашего расставания он бросил журналистику и
ушел в экстрасенсы. Стал довольно известным врачом, по иронии судьбы лечил за
хорошие деньги именно мою болезнь - нервную экзему. Как-то он пытался даже меня
лечить, но все его манипуляции надо мной и его отрешенное застывшее лицо только
смешили меня. По-видимому, к экстрасенсу надо относиться с долей внутреннего
трепета, иначе пропадает весь эффект лечения.
Приключения дрянной девчонки-1
Кирилл оказался брешью в крепости моей юношеской самоуверенности, трещиной,
через которую утекала моя сила. Выгоревшая и опустошенная, я несколько месяцев
жила в состоянии какого-то странного душевного окоченения. Меня спасло то, что я
никогда не была одна. Рядом, в соседних комнатах, происходили точно такие же
любовные трагедии, ко мне постоянно кто-то приходил плакаться в жилетку, и я
убедилась, что в своем жалком тщеславии каждый считает, что он несчастнее
другого. Люди раздражали меня и иногда доводили до бешенства, но я поняла: если
останешься один, сожжешь всю душу. Нельзя замыкаться в свою отчужденность зверяодиночки.
Говорят, что молодость удивительно быстро исцеляется от ударов судьбы. Это не
совсем так. Действительно, пока че,
ловек молод, он способен, как дерево, выбрасывать новые зеленые побеги, и на
месте старых ран через некоторое время
~" распускаются цветы. Но болезнь уже поселилась в нем и медленно, исподволь
подтачивает его силы. И когда думаешь, что уже поправился, что все самое
страшное позади, боль _вдруг напомнит о себе - безжалостно и жестоко. Сразу
после несчастья наступает состояние экзальтации, убивающей всякую способность
рассуждать, и только потом, спустя несколько месяцев, сидя среди друзей на
каком-нибудь шум-JipM празднике и поднимая бокал с вином, вдруг сознаешь, что
остался совсем один, золотой остров счастья давно раста^ял
в тумане, и сердце сжимается единственной потерянной
.любовью]____
Кирилл был первым крепким орешком, который стоило бы расколоть, и я благодарна
судьбе за опыт, пусть даже приобретенный ценой страдания. В основе каждой
незаурядной личности лежит любовная неудача. Я тогда еще не знала важного закона
- только несчастья выявляют скрытые сокрови__Ща
человеческого характера. Только страсть делает девушку
-женщиной, только благодаря страданию она поднимается в .^толный рост. "Нрирода
наградила женщин способностью к возрожде-
мне медленно просыпалась злость: я ему покажу, сокровищем он пренебрег!
Главной моей заботой было восстановить утраченное чувство уверенности в своей
красоте. Я боялась своего испорченного болезнью тела и занималась любовью только
в черных чулках. Все лето я парилась в колготках и стеснялась пойти на пляж. В
конце концов в августе я уехала отдыхать на Волгу и по восемь часов в день
лежала на берегу реки, жарясь на адском солнце. После того как я прозагорала
неделю, кожа стала слезать с меня клочьями.
52 Дарья
Асламова
Я с удовольствием сдирала с себя тонкую коричневую пленку и радовалась, что
теперь, прокаленная солнцем, я могу показаться мужчинам.
Но окончательно я поверила в себя после участия в конкурсе "Мисс Университет
Восточная Европа" в Болгарии. Наша русская команда проиграла конкурс, но это
было неважно. Я была красива, желанна и с полным правом находилась среди
очаровательных женщин как их достойная соперница.
На предварительном конкурсе в Московском университете отобрали пять человек, но
итальянское телевидение, которое спонсировало этот конкурс, по фотографиям
выбрало только двоих - меня и Наташу, девушку с профессионально красивым лицом
европейского типа. После обид, слез и скандалов в Софию поехала вся пятерка.
Мы приехали покорять мир, но первый же совместный ужин в ресторане охладил наш
пыл. С девочками из Румынии мы столкнулись в лифте и сразу почувствовали себя
маленькими и несчастными. Величественные, как статуи, они были на голову выше
нас и снисходительно улыбались нам с высоты своего роста. Нас посадили за один
стол, и выяснилось,' что румынки не только красивы, великолепно одеты, но еще и
обладают прекрасными светскими манерами. Я и Наташа,' первый раз приехавшие за
границу и почти никогда не бывавшие в хороших ресторанах, не знали, что какой
вилкой есть,' как правильно вести себя за столом, о чем говорить. Мы восхищенно
любовались непринужденными движениями наших соседок. Они одаривали нас любезными
улыбками, красиво и с большим аппетитом ели и сидели очень прямо. Чувствовалось,
что царственная осанка столь же естественна для них, как правильные, изысканные
модуляции голоса.
После ужина был прием в красивом, сияющем огнями зале гостиницы, который весь
уставили цветами и тропическими деревьями. В углу какая-то дама играла на белом
рояле джазовые мелодии. Нам подали холодные закуски, всевозможные сласти и
напитки с незнакомыми названиями. Мы попробовали все, что предлагал томный
официант во фраке, нам хотелось напиться, чтобы подавить свои комплексы и
растерянность.
Мы увидели всех своих соперниц в полном блеске. Они входили в зал, ослепительные
и надменные, блестя золотой и серебряной чешуей вечерних платьев. Нам и в голову
не приходило, что на коктейль нужно переодеться в вечерние туалеты. Впрочем, и
надеть нам было нечего. Красавицы из бедной страны, это ужасно - быть красивой и
не уметь это показать^.
Приключения дрянной девчонки-1 53
Перед поездкой на конкурс нас привезли в Московский дом моделей и разрешили,
выбрать только по два платья. Среди изобилия нарядов и помпезных украшений мы
почувствовали себя пьяницами, добравшимися до винного погреба. Но два платья,
дневное и вечернее, хватит только на один день. А в чем ходить всю неделю, какие
туалеты надевать на
приемы?!
Одна портниха обещала мне сшить длинное белое платье. На стипендию мне удалось
купить только белую ткань для портьер и оконный тюль. Мне пришлось выдерживать
утомительные примерки. Портниха шила платье прямо на мне, я застывала в позе
манекена, а она ползала вокруг меня на коленях, закалывая непослушную портьерную
ткань точно по моей фигуре. "Если ты потолстеешь хотя бы на один сантиметр, ты
не сможешь влезть в это платье", - твердила она. Спустя несколько дней я увидела
в зеркале девушку, облитую нежной белой тканью. Платье обтягивало ее так, как
будто она только что вышла из воды, оно стекало белоснежным потоком и
разбивалось внизу легкой пеной кружев. Из портьер и тюля портнихе удалось
создать настоящее произведение искусства. Это было мое первое длинное платье,
вечерний туалет юной женщины, выросшей в провинциальном городе, где светская
жизнь существует только в воображении пятнадцатилетних школьниц и где поход в
скверный ресторан является событием.
К платью нужны украшения. Я и Юлия обошли все комнаты в общежитии, собирая дань
из побрякушек. Мы демонстрировали мой новый наряд и объясняли, что в Болгарии я
буду представлять прежде всего ДАС. Ради такого дела народ из солидарности
опустошал свои шкатулки.
Сколько денег нужно, чтобы превратить хорошенькую женщину в красивую! Только
богатство может дать достой-^ную оправу красоте. Драгоценные камни не могут
сверкать в" темноте, а вот вынесите их на свет праздной и пышной жизни, и вы
удивитесь их сиянию. Дайте женщине сытую жизнь Л большую рг.г;КОщЬ1 тогда из ее
глаз исчезнет затравленность ~еззашитного зверька, сомнения, связанные с
бедностью, не-iero существа суетливость, и вы падете ниц
:^_________
га коктейле, где нас ошеломили все эти небесные создания, вынырнувшие из
сверкающей пены жизни, мы почувст-°вали себя столь же неуместными, как полевые
цветы среди Ранжерейных растений. Бедным московским воробышкам,
54 Дарья
Асламова
залетевшим в тропический лес, надо было сменить оперение, чтобы почувствовать
свою силу.
На почетном месте в зале сидел маленький высокомерный итальянец, спонсор
конкурса, - так смотрит кот на компанию мышей, которые уже попались в ловушку.
Время от времени он делал знак распорядителю, и тот подводил к нему одну из
девушек. Спонсор, не поднимаясь с кресла, говорил ей несколько любезных фраз и
по-королевски милостиво от-Пускал отдыхать.
На следующий день определились фаворитки. Временное положение королевы заняла
белокурая чешка. Она только что приехала из Америки с конкурса "Мисс Мира", где
вошла в -десятку лучших, и все показывала журнал со своими фотографиями. Вообще
вся команда чешек держалась очень обособленно и долгое время делала вид, что не
знает русского языка. Но когда эти девушки снисходили до разговоров, то делали
это с видом аристократок, вынужденных общаться с плебеями, - надменно и
небрежно. Две польки щебетали только между собой, у венгерок был отсутствующий
вид. Только болгарки держались приветливо - к этому их обязывало положе- I ние
хозяек. Я и Наташа изо всех сил пытались растопить лед отчуждения и с
готовностью принимали малейшие попытки к общению. Тяжело было существовать в
ледяной, пропитан- I ной ядом атмосфере. К вечеру у меня скулы сводило от
улыбок, я усердствовала до тех пор, пока одна из наших девушек, Света, не
сказала мне жестко: "Даша, плюнь на них. Не хотят здороваться и замечать - это
их проблемы. Будь тоже стервой и держи себя как принцесса".
Любуясь этими холодными, блестяще-красивыми, колючими, как ежи, созданиями, я
поняла, что действительно выбрала неверную тактику. Я обнаружила, что
неприступный, высокомерный вид чрезвычайно идет красивым женщинам Ореол
королевской гордости, игра в Снежную Королеву под нимает акции красавиц.
Каждое утро начиналось с репетиции: По семь часов в день мы расхаживали по сцене
в красных купальниках, на высоченных каблуках. Однажды я так устала, что решила
тихонько улизнуть со сцены и спрятаться в полутемном зале. Спустившись по
ступенькам вниз, я увидела в десятом ряду нашего руководителя группы Володю.
Надо сказать, он редко нами занимался, зато с истинно русской страстью к
спиртному надирался каждый вечер на банкетах. Я подошла к нему поболтать и села
на ручку его кресла.
Через некоторое время Володя спросил: "Даша, это ты раскачиваешь кресло или у
меня голова с похмелья кружитПриключения
дрянной девчонки-1 55
9" В самом деле, кресло под нами дрожало. Одна из девуС
ек идущая по сцене, вдруг покачнулась и в страхе присела.
г тихим мечтательным шелестом двинулся потолок. "Беи"
- строго сказал Володя и подтолкнул меня к выходу, как
командир, спасающий новобранца.
Землетрясение! Через минуту сцена превратилась в ад. Крики "Мама!" понеслись на
итальянском, болгарском, румынском, венгерском, русском языках. Вся эта толпа,
визжащая на предельно высоких нотах, давя друг друга, кинулась к
выходу.
Когда мы выбежали из Национального дворца культуры, земная дрожь уже утихла.
Теперь мы другими глазами посмотрели на это чудо бывшего социализма - страшно
представить последствия раскола гигантского здания.
Перед дворцом культуры уже скапливались люди, которых поразило это странное
зрелище - сборище красоток в красных купальниках, щебечущих на разных языках.
Этакое вавилонское столпотворение! Ночью толчок повторился, и вся София в трусах
и простынях стояла на улице, обсуждая природное возмущение. Спокойно спали
только наша и венгерская команды, которые так нализались вечером в ресторане,
что никакое землетрясение не в силах было потревожить их сон.
Наступил день конкурса. Гримерную заполнили женщины из мира, не имеющего ничего
общего с реальностью, - красивого и праздничного. В изысканной, одурманенной
ароматами атмосфере колдовали парикмахеры, и гримеры показывали чудеса
косметического искусства. Среди духов и пудры царила богиня кокетства.
Я чувствовала себя как в лихорадке и совершенно не могла сосредоточиться. Чьи-то
руки укладывали мои волосы, что-то рисовали на моем лице, застегивали колье на
шее, я путалась в складках длинного платья, в спешке сломала ноготь и порвала
чулки. Но когда все было кончено и я подошла к зеркалу, то ахнула от изумления.
Это не мое лицо и не мои полосы. Эта женщина не я, но как же она хороша. ВолнуюЩая
незнакомка в зеркале не была похожа на вульгарную мещную девочку, приехавшую
в Москву четыре года назад, та новая женщина демонстрировала высокую степень
уве-нности в себе. Я наклонилась к зеркалу, чтобы рассмотреть , Льчайшие детали
макияжа. Бог мой, какие сверкающие g езды я вижу в своих глазах! Почему в них
столько вызова? СеДь внУтри меня все дрожит от страха. Если бы меня мог
час видеть Кирилл! Впрочем, какое мне дело до Кирилла!
Если я захочу, у меня будет десять таких Кириллов и я добьюсь господства над
любым мужчиной.
Я оглянулась и увидела своих соперниц - их плечи, гордо несущие тяжесть
украшений, дерзко выставленные вперед груди, взбитые переливающиеся волосы.
Женщины, сделанные из самых драгоценных материалов матушки-природы. Они с
уверенностью разглядывали свои отражения в зеркале, не боясь той правды, которую
скажет неподкупное стекло.
Девочка из Чехословакии, владелица большого сильного тела и ослепительной
улыбки, спросила меня: "О чем ты думаешь, когда выходишь на сцену?" "Наверное, о
том, что я самая красивая", - ответила я. "А я думаю так: ну, я вам сейчас
покажу! Вы у меня все попляшете!"
Ничего нет для женщины более сладкого, чем стоять на помосте полуголой и
смотреть сверху вниз на волнующихся, вожделеющих мужчин в зале. Взгляды пяти
тысяч человек действуют, как электрический ток. Это лучше вина, сильнее
наркотика, слаще конфет. Смотрите на меня, двуногие твари! Я стою в позе
укротительницы, щелкающей хлыстом перед тиграми. Я одна из пятидесяти красоток,
занимающих ныне вечером ваше воображение. Это мой краткий триумф, когда я сойду
с помоста, вы отомстите мне за мою минутную власть, j Но пока я на сцене, именно
я привожу в боевую готовность j ваши половые органы.
Когда мы не вышли в финал, мы почувствовали настоятельную потребность надраться.
Русские - народ запасли- I вый, и наша практичная команда захватила с собой на
кон-куре бутылочку вишневого ликера. За кулисами негде было ] сидеть, мы
расположились прямо на полу, аккуратно разло- j жив длинные парчовые и бархатные
платья. Бутылочка пошла по рукам. В углу рыдала, размазывая косметику,
проигравшая красавица венгерка семнадцати лет, пришлось чуть не силой влить в
нее глоток ликера. Вскоре образовалась очередь желающих выпить, и по меньшей
мере двадцать пар хорошеньких губок приложилось к знаменитой бутылке.
Ко всеобщему удивлению, в финал вышла неприметная -| полька Жаннета, не
входившая в число фавориток. В дни репетиций, без косметики, с пучком волос на
затылке, она походила на маленького симпатичного мышонка. Единственное, чем она
поразила наше воображения, - это ее летняя шубка из белых кружев, в которой она
спасалась от утреннего холода.
В день конкурса у Жаннеты пошли месячные, и часто ее лицо искажалось гримаской
боли. Тональный крем создал ей
Дарья Асламовад! . ррИключения дрянной девчонки-1
абрикосовый загар, искусный грим превратил бесцветную девочку в хорошенькую
дорогую куклу с лихорадочно блестящими глазами. Но главное, она распустила свои
чудесные светлые волосы, похожие на мерцающее золото. За этот радужный ореол
вокруг головы публика окрестила ее Злато-влаской. Ее спокойная уверенность и
отточенность движений профессиональной гимнастки выгодно отличались от нашей
шумной суетливости. Я думаю, Жаннета держала себя так естественно именно потому,
что совершенно не думала о победе. Она напрочь была лишена холодного
высокомерия, присущего профессиональным красавицам, ее милая улыбка
предназначалась решительно всем, Жаннета казалась простой и доступной. И
мужчины, ошеломленные кастовой гордостью красивых женщин, выбрали именно ее,
Жаннету, не холодную далекую звезду, до которой не дотянуться, а теплый
солнечный луч, ласкающий сердце.
Когда Жаннету объявили победительницей, она вскрикнула и отвернулась от
зрителей, закрыв лицо руками. Но это было лишь временное замешательство.
Несколько томительных мгновений, и вот она уже улыбается восторженной публике и
величественно идет за короной, навстречу своей королевской судьбе.
После конкурса был банкет, на котором я впервые увидела столько декольтированных
женщин и послов в безупречных фраках. Банкет представлял для меня известные
трудности, поскольку я уже приняла приличную дозу спиртного. Я долго искала по
всему залу стулья, пока официанты не объяснили мне, что на приеме "а-ля фуршет"
сидеть не полагается. Я ужасно хотела есть, но не могла добраться до
бутербродов, поскольку в одной руке я держала бокал с шампанским, а в другой
сигарету в опасной близости от шелка платья. На мой длинный черный шелковый
шлейф постоянно наступали гости, и в результате он стал напоминать половую
тряпку. Я чуть не спятила, когда вдобавок ко всем несчастьям с моих ушей
свалились тяжелые блестящие клипсы прямо в тарелку с холодным мясом. К моему
удивлению, остальные участницы конкурса держались очень непринужденно, как на
привычном домашнем празднике.
К моей соседке по столу, белокурой красивой Свете, приставал какой-то маленький
француз, кажется из дома моды. Он с похотливым блеском в глазах рассматривал ее
пышную гРУДь и говорил: "Это конкурс селедок. Все плоские, бледные, худющие. Вот
вы - другое дело, вот то, что я люблю". Я уже выпила столько, что мне казалось
забавным, я начала
Дарья Асламова
хохотать как сумасшедшая. Заметив недоуменные взгляды окружающих, я поняла, что
надо уходить.
Ах, какая нежная ночь встретила меня на улице! Умиротворенная и пьяная, я брела
по ночному городу, а за мной печально тащился безнадежно затоптанный шелковый
шлейф. Мое платье твердо соблюдало условия договора, который заключают между
собой наряд и женщина. Оно возвышало и вдохновляло меня, и тонкая фигура,
затянутая в черный шелк и сверкающая обманчивым блеском мнимых бриллиантов,
перемещалась по улицам Софии, как видение сумасшедшего, { привлекая внимание
автомобилистов.
Рядом со мной затормозил "Мерседес" серебристого цве-та. "Мадемуазель, я знаю,
что вы русская участница конкурса I красоты, я видел вас на банкете. Не хотите
ли прокатиться по городу?" - заговорил низкий мужской голос из салона. Не
раздумывая, я села в машину и только тут заметила еще одно-го пассажира. "Это
мой друг из Голландии, он не говорит по-русски", - объяснил хозяин автомобиля.
"Мерседес" взял хороший старт и помчался в горы. Веко-ре город остался далеко
внизу, машина поднималась все выше и выше. Судя по бешеной скорости и крутым
виражам, хозяин и автомобиль находились в наилучших отношениях, но на особенно
опасных поворотах я закрывала глаза от страха. Алкоголь потихоньку выветривался,
и до меня наконец дошло, что я нахожусь в машине с двумя незнакомыми мужчинами,
которые везут меня неизвестно куда. Но я не чувствовала опасности, так приятно
было пассивно подчиниться течению событий.
- Позвольте узнать, куда мы едем? - спросила я у незнакомца за рулем.
- Это гора Витоша, здесь находятся прелестные бары и рестораны. Вы ведь хотите
выпить? - осведомился он.
- Непременно.
После двух вдохновенно приготовленных коктейлей в маленьком баре я почувствовала
себя значительно лучше. Потом мы доехали до небольшой площадки, с которой
открывался чудесный вид на Софию. Город сиял внизу, как драгоценный камень,
затмевая кроткие звезды. Я окончательно рассмотрела своего спутника-болгарина
(на голландца я совсем не обращала внимания, он молча тащился за нами, как
тень). Болгарин оказался приятным молодым мужчиной во фраке, над верхней губой
темнела щеточка усов. "Если меня изнасилуют, - лениво подумала я, - то, во
всяком слуПриключения
дрянной девчонки-1 59
чае, это сделают во фраке. Все произойдет высоко в горах, романтической
бархатной ночью".
- У вас сейчас такой вид, - прервал мои мысли болгарин, - как будто вы ждете,
что я на вас брошусь.
- Честно говоря, я этого опасаюсь, - ответила я. - Ведь я даже не знаю вашего
имени.
- В этом нет нужды. Я тоже не знаю, как вас зовут, да и не хочу знать. Просто я
увидел на банкете красивую девушку и пригласил ее покататься. Скажите мне,
почему женщины так склонны видеть в незнакомых мужчинах сексуальных маньяков?
- Наверное, потому, что изнасилован
...Закладка в соц.сетях
