Жанр: Лирика
Сборник сатиры
... мертвых",кровать.
Это было и скучно и глупоИ
опять начинал я шагать.
Взял маркса.поставил на полку.
Взял гете-и тоже назад.
Зевая,подглядывал в щелку,
Как соседка пила шоколад.
Напялил пиджак и пальтишко
И вышел.думал,курил...
При мне какой-то мальчишка
На мосту под трамвай угодил.
Сбежались. я тоже сбежался.
Кричали .я тоже кричал,
Махал рукой возмущался
И карточку приставу дал.
Пошел на выставку.злился.
Ругал бездарность и ложь.
Обедал.со скуки напился
И качался,как спелая рожь.
Поплелся к приятелю в гости,
Говорил о холере,добре,
Гучкове, арьеле дакостеИ
домой пришел на заре.
Утро...мутные стекла как бельма.
Кипит самовар.рядом "русь"
С речами того же вильгельма.
Встаю-и снова тружусь.
****
1910
Желтый дом
Семья-ералаш,а знакомые-нытики.
Смешной карнавал мелюзги.
От службы,от дружбы,от прелой политики
Безмерно устали мозги.
Возьмешь ли книжку-муть и мразь:
Один кота хоронит,
Другой слюнит, разводит грязь
И сладострастно стонет...
Петр великий,петр великий!
Ты один виновней всех:
Для чего на север дикий
Понесло тебя на грех?
Восемь месяцев зима,вместо финиковМорошка.
Холод, слизь,дожди и тьма-так и тянет из
Окошка
Брякнуть вниз о мостовую одичалой головой...
Негодую,негодую...что же дальше,боже мой?!
Каждый день по ложке керосина
Пьем отраву тусклых мелочей...
Под разврат бессмысленных речей
Человек тупеет как скотина...
Есть парламент,нет?бог весть,
Я не знаю.черти знают.
Вот тоска-я знаю-есть,
И бессилье гнева есть...
Люди ноют,разлагаются,дичают,
А постылых дней не счесть.
Где наше-близкое,милое,кровное?
Где наше-свое,бесконечно любовное?
Гучковы,дума,слякоть,тьма,морошка ...
Мой близкий!вас не тянет из окошка
Об мостовую брякнуть шалой головой?
Ведь тянет,правда?
****
Зеркало
Кто в трамвае,как акула,
Отвратительно зевает?
То зевает друг- читатель
Над скучнейшею газетой.
Он жует ее в трамвае,
Дома,в бане и на службе,
Ресторанах и в экспрессе,
И в отдельном кабинете.
Каждый день с утра он знает,
С кем обедал франц-иосиф
И какую глупость в думе
Толстый бобринский сморозил...
Каждый день,впиваясь в строчки,
Он глупеет и умнеет:
Если автор глуп-глупеет,
Если умница-умнеет.
Но порою друг-читатель
Головой мотает злобно
И ругает,как извозчик,
Современные газеты.
"к черту запад
И испанские газеты..."
(кстати-он силен в испанском,
Как испанская корова.)
Друг-читатель!не ругайся,
Вынь-ка зеркальце складное.
Видишь-в нем зловеще меркнет
Кто-то злобный и безликий?
Кто-то хмурый и безликий,
Не испанец,о, нисколько,
Но скорее бык испанский,
Обреченный на закланье.
Прочитай: в глазах-гляделках
Много мыслей,смеха,сердца?
Не брани же,друг- читатель,
Современные газеты...
****
Интеллигент
Повернувшись спиной к обманувшей надежде
И беспомощно свесив усталый язык,
Не раздевшись,он спит в европейской одежде
И храпит,как больной паровик.
Истомила идея бесплодьем интрижек,
По углам паутина ленивой тоски,
На полу вороха неразрезанных книжек
И разбитых скрижалей куски.
За окном непогода лютует и злится...
Стены прочны,и мягок пружинный диван.
Под осенюю бурю так сладостно спится
Всем,кто бледной усталостью пьян.
Дорогой мой,шепни мне сквозь сон по секрету,
Отчего ты так страшно и тупо устал?
За несбыточным счастьем гонялся по свету
Или,может быть,землю пахал?
Дрогнул рот.разомкнулись тяжелые вежды,
Монотонные звуки уныло текут:
"брат!одну за другой хоронил я надежды,
Брат!от этого больше всего устают.
Были яркие речи и смелые жесты
И неполных желаний шальной хоровод.
Я жених непришедшей прекрасной невесты,
Я больной,утомленный урод".
Смолк. а буря все громче стучалась в окошко.
Билась мысль,разгораясь и снова таясь.
И сказал я,краснея,тоскуя и злясь:
"брат!подвинься немножко".
****
Отбой
За жирными коровами следуют тощие,
За тощими - отсутствие мяса
Гейне
По притихшим редакциям,
По растерзанным фракциям,
По рутинным гостиным,
За молчанье себя награждая с лихвой,
Несется испуганный вой:
Отбой, отбой,
Окончен бой,
Под стол гурьбой!
Огонь бенгальский потуши,
Соси свой палец не дыши,
Кошмар исчезнет сам собой -
Отбой, отбой, отбой!
Читали, как сын полицмейстера ездил по городу,
Таскал по городу,
Таскал по рынку почтеннейших граждан
За бороду,
От нечего делать нагайкой их сек,
Один - восемьсот человек?
Граждане корчились, морщились,
Потом послали письмо со слезою в редакцию
И обвинили... реакцию.
Читали?
Ах, политика узка
И притом опасна.
Ах, партийность так резка
И притом пристрастна.
Разорваны по листику
Программки и брошюры,
То в ханжество, то в мистику
Нагие прячем шкуры.
Славься, чистое искусство
С грязным салом половым!
В нем лишь черпать мысль и чувство
Нам - ни мертвым ни живым.
Вечная память прекрасным и звучным словам!
Вечная память дешевым и искренним позам!
Страшно дрожать по беспартийным
Углам
Крылья спалившим стрекозам!
Едьмы, буки, черные сотни,
Звездная палата, "черный кабинет"...
Все проворней и все охотней
Лезем сдуру в чужие подворотни.
Влез. молчок. и нет как нет.
Тбой, отбой,
Момент любой
Од стол гурьбой.
Любой момент
Ндифферент:
Емья, горшки,
Ела, грешки -
Амо собой.
Отбой, отбой, отбой!
"отречемся от старого мира..."
И полезем гуськом под кровать.
Нам, уставшим от шумного пира,
Надо свежие силы набрать
Ура!!
****
Критику
Когда поэт,описывая даму,
Начнет:"я шла по улице. в бока впился корсет"-
Здесь "я" не понимай,конечно,прямоЧто
,мол,под дамою скрывается поэт.
Я истину тебе по-дружески открою:
Поэт-мужчина.даже с бородою.
****
Всем нищим духом
Ламентации
Хорошо при свете лампы
Книжки милые читать.
Пересматривать эстампы
И по клавишам бренчать,-
Щекоча мозги и чувство
Обаяньем красоты,
Лить душистый мед искусства
В бездну русской пустоты ...
В книгах жизнь широким пиром
Тешит всех своих гостей,
Окружая их гарниром
Из страданий и страстей:
Смех,борьба и перемены,
С мясом вырван каждый клок!
А у нас... углы да стены
И над ними потолок.
Но подчас ,не веря мифам,
Так событий личных ждешь!
Заболеть бы что ли тифом,
Учинить бы, что ль,дебош?
В книгах гений соловьевых,
Гейне,гете и золя,
А вокруг от ивановых
Содрогается земля.
На полотнах магдалины,
Сонм мадонн,венер и фрин,
А вокруг кривые спины
Мутноглазых акулин.
Где событья нашей жизни,
Кроме насморка и блох?
Мы давно живем,как слизни,
В нищете случайных крох.
Спим и хнычем.в виде спорта,
Не волнуясь,не любя,
Ищем бога,ищем черта,
Потеряв самих себя.
И с утра до поздней ночи
Все,от крошек до старух,
Углубив в страницы очи,
Небывалым дразнят дух.
В звуках музыки-страданье,
Боль любви и шепот грез,
А вокруг одно мычанье,
Стоны,храп и посвист лоз.
Отчего?молчи и дохни.
Рок-хозяин,ты-лишь раб.
Плюнь,ослепни и оглохни,
И ворочайся,как краб!
...хорошо при свете лампы
Книжки милые милые читать,
Перелистывать эстампы
И по клавишам бренчать.
****
На вербе
Бородатые чуйки с голодными глазами
Хрипло предлагают "животрепещущих докторов".
Гимназисты проводят бумажными усами,
Горничные стреляют в суконных юнкеров.
Шаткие лари,сколоченные наскоро,
Холерного вида пряники и халва,
Грязь под ногами так хлюпает ласково,
И на плечах болтается чужая голова.
Червонные рыбки из стеклянной обители
Грустно- испуганно смотрят на толпу.
"вот замечательные американские жителиГлотают
камни и гвозди,как крупу!"
Писаря выражаются вдохновенно- изысканно,
Знакомятся с модистками и переходят на "ты",
Сгущенный воздух переполнился писками,
Кричат бирюзовые бумажные цветы.
Деревья вздрагивают черными ветками,
Капли и бумажки падают в грязь.
Чужие люди толкутся между клетками
И месят ногами пеструю мазь.
****
Пасхальный перезвон
Пан-пьян!красные яички.
Пьян-пан!красные носы.
Били-бьют!радостные личики.
Бьют-били!
Груды колбасы.
Дал-дам! праздничные взятки.
И этим и тем.
Пили-ели!визиты ы перчатках.
Ели-пили!водка и крем.
Пан-пьян!наливки и студни.
Пьян-пан! боль в животе.
Били-бьют!и снова будни.
Бьют-били!конец мечте.
****
На петербургской даче
Промокло небо и земля,
Душа и тело отсырели.
С утра до вечера скуля,
Циничный ветер лезет в щели.
Дрожу, как мокрая овца...
И нет конца,и нет конца!
Не ем прекрасных огурцов,
С тоской смотрю на землянику:
Вдруг отойти в страну отцов
В холерных корчах слишком дико...
Сам мережковский учит нас,
Что смерть страшна, как папуас,
В обьятьях шерстяных носков
Смотрю,как дождь плюет на стекла.
Ах,жив бездарнейший гучков
Но нет великого патрокла!
И в довершение беды
Гучков не пьет сырой воды.
Ручьи сбегают со стволов.
Городовой надел накидку.
Гурьба учащихся ослов
Бежит за горничною лидкой.
Собачья свадьба...
Чахлый гром.
И два спасенья:гром и ром.
На потолке в сырой тени
Уснули мухи.
Сатанею...
Какой восторг в такие дни
Узнать,что дали шаху в шею!
И только к вечеру поймешь,
Что твой восторг-святая ложь...
Горит свеча.
Для счета дней
Срываю листик календарныйСтрофа
из бальмонта.
Под ней:
"борщок, шнель-клопс и мусс янтарный".
Дрожу,как мокрая овца,и нет конца, и нет
Конца!
****
Городская сказка
Профиль тоньше камеи,
Глаза как спелые сливы,
Шея белее лилии,
И стан как у леди годивы.
Деву с душою бездонной,
Как первая скрипка оркестра,
Недаром прозвали мадонной
Медички шестого семестра.
Пришел к мадонне филолог,
Фаддей симеонович смяткин.
Рассказ мой будет недолог:
Филолог влюбился по пятки.
Влюбился жестоко и сразу
В глаза ее, губы и уши,
Цедил за фразою фразу,
Томился,как рыба на суше.
Хотелось быть ее чашкой,
Братом ее или теткой,
Ее эмалевой пряжкой
И даже зубной ее щеткой!...
"устали,варвара петровна?
О,как дрожат ваши ручки!"
Шепнул филолог любовно.
А в сердце вонзились колючки.
"устала.вскрывала студента:
Труп был жирный и дряблый.
Холод...сталь инструмента.
Руки,конечно иззябли.
Потом у калинкина моста
Смотрела своих венеричек.
Устала:их было до ста.
Что с вами? вы ищете спичек?
Спички лежат на окошке.
Ну,вот.вернулась обратно,
Вынула почки у кошки
И зашила ее аккуратно.
Затем мне с подругой достались
Препараты гнилой пуповины.
Потом был скучный анализ:
Выделенье в моче мочевины...
Ах,я прошу извиненья,-
Я роль хозяйки забыла:
Коллега!возьмите варенья,-
Сама сегодня варила".
Фаддей симеонович смяткин
Сказал беззвучно: "спасибо!"
А в горле ком кисло-сладкий
Бился,как в неводе рыба.
Не хотелось быть ее чашкой,
Ни братом ее,ни теткой,
Ни ее эмалевой пряжкой,
Ни зубной ее щеткой!
****
В гостях
Петербург
Холостой стаканчик чаю
(хоть бы капля коньяку),
На стене босой толстой.
Добросовестно скучаю
И зеленую тоску
Заедаю колбасой.
Адвокат ведет с коллегой
Специальный разговор.
Разорвись-а не поймешь!
А хозяйка с томной негой,
Устремив на лампу взор
Поправляет бюст и брошь.
"прочитали метерлинка?"
-"да.спасибо,прочитал..."
-"о,какая красота!"
И хозяйкина ботинка
Взволновалась,словно в шквал.
Лжет ботинка,лгут уста...
У рояля дочь в реформе,
Взяв рассеянно аккорд,
Стилизованно молчит.
Старичок в военной форме
Прежде всех побил рекордЗа
экран залез и спит.
Толстый доктор по ошибке
Жмет мне ногу под столом.
Я страдаю и терплю.
Инженер зудит на скрипке.
Примирясь и с этим злом,
Я и бодрствую,и сплю.
Что бы вслух сказать такое?
Ну-ка,опыт,выручай!
"попрошу...еще стакан"...
Ем вчерашнее жаркое,
Кротко пью холодный чай
И молчу,как истукан.
****
Мухи
На дачной скрипучей веранде
Весь вечер царит оживленье .
К глазастой художнице ванде
Случайно сползлись в воскресенье
Провизор, курсистка,певица,
Писатель,дантист и певица.
"хотите вина иль печенья?"
Спросила писателя ванда,
Подумав в жестоком смущеньи:
"налезла огромная банда!
Пожалуй,на столько баранов
Не хватит ножей и стаканов".
Курсистка упорно жевала.
Косясь на остатки от торта,
Решила спокойно и вяло:
"буржуйка последнего сорта".
Девица с азартом макаки
Смотрела писателю в баки.
Писатель за дверью на полке
Не видя своих сочинений,
Подумал привычно и колко:
"отсталость!"и стал в отдаленьи,
Засунувши гордые руки
В триковые стильные брюки.
Влюбленный и потный,
Исследовал шею хозяйки,
Мечтая в истоме дремотной:
"ей-богу!совсем как из лайки...
О,если б немножко потрогать!"
И вилкою чистил свой ноготь.
Певица пускала рулады
Все реже и реже,и реже.
Потом ,покраснев от досады,
Замолкла:
"не просят,невежи...
Мещане без вкуса и чувства!
Для них ли святое искусство?"
Наелись.спустились с веранды
К измученной пыльной сирени.
В глазах умирающей ванды
Любезность,тоска и презренье:
"свести их к пруду иль в беседку?
Спустить ли с веревки валетку?"
Уселись под старой сосною.
Писатель сказал:"как в романе..."
Девица вильнула спиною,
Провизор порылся в кармане
И чиркнул над кислой певичкой
Бенгальскою красною спичкой.
****
Литературный цех
В редакции толстого журнала
Серьезных лиц густая волосатость
И двухпудовые свинцовые слова:
"позитивизм","идейная предвзятость",
"спецификация","реальные права"...
Жестикулируя,бурля и споря,
Киты редакции не видят двух персон:
Поэт принес "ночную песню моря".
А беллетрист-"последний детский сон".
Поэт присел на самый кончик стула
И кверх ногами развернул журнал,
А беллетрист покорно и сутуло
У подоконника на чьи-то ноги стал.
Обносят чай...поэт взял два стакана,
А беллетрист не взял ни одного.
В волнах серьезного табачного тумана
Они уже не ищут ничего.
Вдруг беллетрист,как леопард,в поэта
Метнул глаза:
"прозаик или нет?"
Поэт и сам давно искал ответа:
"судя по галстуку,похоже,что поэт..."
Подходит некто в сером,но по моде,
И говорит поэту:"плач земли?..."
-"нет,я вам дал три "песни о восходе"".
И некто отвечает: "не пошли!"
Поэт поник.поэт исполнен горя:
Он думал из "восходов" сшить штаны!
"вот здесь еще "ночная песня моря",
А здесь-"дыханье северной весны"".
-"не надо,-отвечает некто в сером:-
У нас лежит сто весен и морей".
Душа поэта затянулась флером,
И розы превратились в сельдерей.
"вам что?" и беллетрист скороговоркой:
"я год назад прислал "ее любовь"".
Ответили,пошаривши в конторке:
"затеряна.перепишите вновь".
"а вот,не надо ль?-беллетрист запнулсяЗдесь...семь
листов-"последний детский сон""".
Но некто в сером круто обернулсяВ
соседней комнате залаял телефон.
Чрез полчаса,придя от телефона,
Он,разумеется,беднягу не узнал
И,проходя,лишь буркнул раздраженно:
"не принято!ведь я уже сказал!..."
На улице сморкался дождь слюнявый.
Смеркалось...ветер.тусклый,дальний гул.
Поэт с "ночною песней" взял направо,
А беллетрист налево повернул.
Счастливый случай скуп и черств,как плюшкин.
Два жемчуга опять на мостовой...
Ах,может быть,поэт был новый пушкин,
А беллетрист был новый лев толстой?!
Бей ветер их в лицо,дуй за сорочкуНадуй
им жабу,тиф и дифтерит!
Пускай не продают души в рассрочку,
Пускай душа их без штанов парит...
Между 1906 и 1909
"смех сквозь слезы"
(1809- 1909
)
Ах,милый николай васильич гоголь!
Когда б сейчас из гроба встать ты мог,
Любой прыщавый декадентский щеголь
Сказал бы:"э, какой он к черту,бог?
Знал быт,владел пером,страдал.
Какая редкость!
А стиль,напевность,а прозрения печать,
А темно-звонких слов изысканная меткость?....
Нет,старичок...ложитесь в гроб опять!"
Есть между ними,правда,и такие,
Что дерзко от тебя ведут свой тусклый род
И лицемерно пред тобой согнувши выи,
Мечтают сладенько:"придет и мой черед!"
Но от таких "своих",дешевых и развязных,
Удрал бы ты,как подколесин,чрез окно...
Царят!бог их прости,больных,пустых и грязных,
А нам они наскучили давно.
Пусть их шумят...но где твои герои?
Все живы ли,иль небо прокоптив,
В углах медвежьих сгнили на покое
Под сенью благостной крестьянских тучных нив?
Живут...и как живут!ты,встав сейчас из гроба,
Ни одного из них,наверно,б не узнал:
Павлуша чичиков-сановная особа
И в интендантстве патриотом сталНа
мертвых душ портянки поставляет
(живым они,пожалуй,ни к чему),
Манилов в третьей думе заседает
И в председатели был избран по уму .
Петрушка сдуру сделался поэтом
И что-то мажет в "золотом руне",
Ноздрев пошел в охранное-и в этом
Нашел свое призвание вполне.
Поручик пирогов с успехом служит в ялте
И сам сапожников по праздникам сечет,
Чуб стал союзником и об еврейском гвалте
С большою эрудицией поет.
Жан хлестаков работает в "россии",
Затем-в "осведомительном бюро",
Где чувствует себя совсем в родной стихии:
Разжился,раздобрел,-вот борзое перо!..
Одни лишь черти,вий да ведьмы и русалки,
Попавши в плен к писателям моDеRNеS,
Зачахли, выдохлись и стали страшно жалки,
Истасканные блудом мелких скверн...
Ах,милый николай васильич гоголь!
Как хорошо,что ты не можешь встать...
Но мы живем!боюсь-не слишком много ль
Нам надо слышать, видеть и молчать?
И в праздник твой,в твой праздник благородный,
С глубокой горечью хочу тебе сказать:
Ты был для нас источник многоводный,
И мы к тебе пришли теперь опять,-
Но "смех сквозь слезы" радостью усталой
Не зазвенит твоим струнам в ответ...
Увы,увы...слез более не стало,
И смеха нет".
****
Стилизованный осел
Ария для безголосых
Голова моя-темный фонарь с перебитыми
Стеклами,
С четырех сторон открытый враждебным ветрам.
По ночам я шатаюсь с распутными пьяными
Феклами,
По утрам я хожу к докторам.
Тарарам.
Я волдырь на сиденье прекрасной российской
Словесности,
Разрази меня гром на четыреста восемь частей!
Оголюсь и скандалезно-всемирной известности,
И усядусь,как нищий-слепец,на распутье путей.
Я люблю апельсины и все,что случайно
Рифмуется,
У меня темперамент макаки и нервы как сталь.
Пусть любой старомодник из зависти злится и
Дуется
И вопит-:"не поэзия-шваль!"
Врешь!я прыщ на известном сиденье поэзии,
Глянцевито-багровый,напевно-коралловый прыщ,
Прыщ с головкой белее несказанно-жженой
Магнезии,
И галантно- развязно-манерно-изломанный
Хлыщ.
Ах,словесные,тонкие-звонкие фокусы-покусы!
Заклюю,забрыкаю,за локоть себя укушу.
Кто не понял- невежда.к нечистому!накосяВыкуси.
Презираю толпу.попишу?попишу, попишу...
Попишу животом и ноздрей,и ногами и пятками,
Двухкопеечным мыслям придам сумасшедший
Размах,
Зарифмую все это для стиля яичными смятками
И пойду по панели,пойду на бесстыжих руках...
****
Пробуждение весны
Вчера мой кот,взглянул на календарь
И хвост трубою поднял моментально,
Потом подрал на лестницу,как встарь ,
И завопил тепло и вакханально:
"весенний брак,гражданский брак!
Спешите кошки на чердак..."
И кактус мой -о,чудо из чудес!-
Залитый чаем и кофейной гущей,
Как новый лазарь,взял да и воскрес
И с каждым днем прет из земли все пуще.
Зеленый шум...я поражен:
"как много дум наводит он!"
Уже с панелей смерзшуюся грязь,
Ругаясь,скалывают дворники лихие,
Уже ко мне забрел сегодня "князь",
Взял теплый шарф и лыжи беговые...
"весна,весна!-пою,как бард,-
Несите зимний хлам в ломбард".
Сияет солнышко.ей-богу,ничего!
Весенняя лазурь спугнула дым и копоть,
Мороз уже не щиплет никого,
Но многим нечего,как и зимою,лопать...
Деревья ждут...гниет вода,
И пьяных больше ,чем всегда!
Создатель мой!спасибо за весну!-
Я думал,что она не возвратится,-
Но...дай сбежать в лесную тишину
От злобы дня,холеры и столицы!
Весенний ветер за дверьми ...
В кого б влюбиться,черт возьми?
****
"TITLE"Недоразумение "/TITLE"
"BODY"
Недоразумение
"IMG SRC ="../gif/pageb.gif
Она была поэтесса,
Поэтесса бальзаковских лет.
А он был просто повеса.
Курчавый и пылкий брюнет.
Повеса пришел к поэтессе.
В полумраке дышали духи,
На софе,как в торжественной мессе,
Поэтесса гнусила стихи:
"о,сумей огнедышащей лаской
Всколыхнуть мою сонную страсть.
К пене бедер за алой подвязкой
Ты не бойся устами припасть!
Я свежа,как дыханье левкоя,
О,сплетем же истомности тел!..
Продолжение было такое,
Что курчавый брюнет покраснел.
Покраснел,
Но оправился быстро
И подумал:
Была не была!
Здесь не думские речи министра,
Не слова здесь нужны,а дела...
С несдержанною силой кентавра
Поэтессу повеса привлек.
Но визгливо-вульгарное "мавра!!"
Охладило кипучий поток.
"простите...-вскочил он,вы сами..."
Но в глазах ее холод и честь:
"вы смели к порядочной даме,
Как дворник,с обьятьями лезть?!"
Вот чинная мавра.и задом
Уходит испуганный гость.
В передней растерянным взглядом
Он долго искал свою трость...
С лицом белее магнезии
Шел с лестницы пылкий брюнет:
Не понял он новой поэзии
Поэтессы бальзаковских лет.
****
Переутомление
Посвящается исписавшимся
"популярностям"
Я похож на родильницу,
Я готов скрежетать...
Проклинаю чернильницу
И чернильницы мать!
Патлы дыбом взлохмачены,
Отупел,как овца,-
Ах,все рифмы истрачены
До конца,до конца!..
Мне,правда,нечего сказать сегодня,как всегда,
Но этим не был я смущен,поверьте,никогдаРожал
словечки и слова,и рифмы к ним рожал,
И в жизнерадостных стихах как жеребенок ржал.
Паралич спинного мозга?
Врешь-не сдамся! пень-мигрень,
Бебель-стебель,мозга-розга,
Юбка-губка,тень-тюлень.
Рифму,рифму!иссякаюК
рифме тему сам найду...
Ногти в бешенстве кусаю
И в бессильном трансе жду.
Иссяк.что будет с моей популярностью?
Иссяк.что будет с моим кошельком?
Назовет меня пильский дешевой бездарностью,
А вакс калошин-разбитым горшком...
Нет,не сдамся... папа-мама,
Дратва-жатва,кровь-любовь,
Драма-рама-панорама,
Бровь- свекровь-морковь-носки!
****
Недержание
У поэта умерла жена...
Он ее любил сильнее гонорара!
Скорбь его была безумна и страшнаНо
поэт не умер от удара.
После похорон пришел домой-до дна
Весь охвачен новым впечатленьемИ
спеша родил стихотворенье:
"у поэта умерла жена".
****
Сиропчик
Посвящается
"детским" поэтессам
Дама,качаясь на ветке,
Пикала: "милые детки!
Солнышко чмокнуло кустик,
Птичка оправила бюстик
И,обнимая ромашку,
Кушает манную кашку."
Дети,в оконные рамы
Хмуро уставясь глазами
Полны недетской печали,
Даме в молчаньи внимали
Вдруг зазвенел голосочек:
"сколько напикала строчек?"
****
Юмористическая артель
Все мозольные операторы,
Прогоревшие рестораторы,
Остряки-паспортисты,
Шато-куплетисты и бильярд-оптимисты
Валом пошли в юмористы.
Сторонись!
Заказали обложки с макаками,
Начинили их сорными злаками:
Анекдотами длинно-зевотными,
Остротами скотными,
Зубоскальством
И просто нахальством.
Здравствуй,юмор российский,
Суррогат под английский!
Галерка похлопает,
Улица слопает,
Остальное-не важно.
Раз-раз!в четыре странички рассказПожалуйста,
смейтесь:
Сюжет из пальца,
Немножко сальца,
Психология рачья,
Радость телячья,
Штандарт скачет,
Лейкин в могиле плачет:
Обокрали, канальи!
Самое время для ржанья!
Небо,песок и вода,
Посреди- улюлюканье травли...
Опостыли исканья,
Павлы полезли в савлы,
Страданье прокисло в нытье
Безрыбье-в безрачье...
Положенье собачье!
Чем наполнить житье?
Средним давно надоели
Какие-то (черта ль в них !) цели,-
Нельзя ли попроще:театр в балаган,
Литературу в канкан.
Ры-нок тре-бу-ет сме-ха!
С пылу,с жару,своя реклама,
Побольше гама
(вдруг спрос упадет!),
Пятак за паруДержись
за живот:
Пародии на пародии,
Чревоугодие,
Комический случай в батуме,
Самоубийство в думе,
Случай в спальнеВо
вкусе армейской швальни,
Случай с пьяным в калуге,
Измена супруги.
Самоубийство и дума...
А жалко:юмор прекрасенКрыловских
ли басен,
Иль чеховских "пестрых рассказов",
Где строки как нити алмазов,
Где нет искусства смешить
До потери мысли и чувства,
Где есть....просто искусство
В драгоценной оправе из смеха.
Акулы успеха!
Осмелюсь спроситьЧто
вы нанизали на нить?
Картонных паяцев.потянешь-смешно,
Потом надоест-за окно.
Ах,скоро будет тошнить
От самого слова "юмор"!..
****
Единственному в своем роде
Между толстым и гоголем суворин,
Справляет юбилей.
Тон юбилейный должен быть мажорен:
Ври,красок не жалей!
Позвольте ж мне с глубоким реверансом,
Маститый старичок,
Почтить вас кисло-сладеньким романсом
(я в лести новичок),
Полсотни лет,
Презревши все "табу",
Вы с тьмой и ложью,как гамлет,
Вели борьбу.
Свидетель бог!
Чтоб отложить в сундукВы
не лизали сильных ног,
Ни даже рук.
Вам все равноЕврей
ли,финн,иль грек,
Лишь был бы только не "евно",
А человек.
Твои глаза
(перехожу на ты!)
Как брюк жандармских бирюза,
Всегда чисты.
Ты VIS-а-VIS
С патриотизмом-пол
По обьявленьям о любви
Свободно свел.
И орган твой,
Кухарок нежный друг,
Всегда был верный часовой
Для верных слуг...
...на лире лопнули струны со звоном!..
Дрожит фальшивый, пискливый аккорд...
С мяуканьем,визгом, рычаньем и стоном
Несутся кошмаром тысячи морд:
Наглость и ханжество, блуд,лицемерье,
Ненависть,хамство,и жадность,и лесть
Несутся,слюнявят кровавые перья
И чертят по воздуху:правда и честь!
****
Панургова муза
Обезьяний стильный профиль,
Щелевидные глаза,
Губы-клецки,нос-картофель:
Ни девица,ни коза.
Волоса-как хвост селедки,
Бюста нет-сковорода,
И растет на подбородкеГнусно
молвить-борода.
Жесты резки,ноги длинны,
Руки выгнуты назад,
Голос тоньше паутины
И клыков подгнивших ряд.
Ах,ты,душечка!смеетсяОтворила
ворота...
Сногсшибательно несется
Кислый запах изо рта.
Щеки глаз припали к коже,
Брови лысые дугой.
Для чего,великий боже,
Выводить ее нагой?!
****
Из цикла
"вешалка дураков"
Ослу образованье дали.
Он стал умней?едва ли.
Но раньше,как осел молчал,
Он просто чушь порол,
А нынче-ах злодейОн,с
важностью педанта,
При каждой глупости своей
Ссылается на канта.
Умный слушал терпеливо
Излиянья дурака:
"не затем ли жизнь тосклива,
И бесцветна ,и дика,
Что вокруг, в конце концов,
Слишком много дураков?"
Но,скрывая желчный смех,
Умный думал,свирепея:
"он считает только тех,
Кто его еще глупее,-
"слишком много" для него...
Ну а мне-то каково?"
****
Читатель
Я знаком по пследней версии
С настроеньем англии в персии
И не менее точно знаком
С настроеньем поэта кубышкина,
С каждой новой статьей кочерыжкина
И с газетно-журнальным песком.
Словом, чтенья всегда в изобилииНедосуг
прочитать лишь вергилия
Говорят: здоровенный талант!
Но еще не мешало б горацияТоже
был,говорят, не без грации...
А шекспир,а сенека, а дант?
Утешаюсь одним лишь- к приятелям
(чрезвычайно усердным чит
...Закладка в соц.сетях
