Жанр: Журнал
Подборка публицистики о хакерах
...лось в производство гениальным волосатиком Данном
Ниллисом, который задался целью построить машину, "которая могла бы
нами гордиться". Система криптографирования, называемая PGP (Pretty Good
Privacy), обеспечивающая приватность каждому пользователю - детище патлатого
пацифиста из Боулдера Филиппа Циммермана (кстати, за то, что он
забросил свое изобретение в Интернет американские власти хотели впаять
ему срок - там действует закон запрещающий экспорт сильных криптографических
методов), а нашумевшая программа "SATAN", позволяющая выявлять
дыры в защите компьютерных систем - творение неуживчивого анархиста Дэна
Фармера.
Таковы "хорошие хакеры", двигающие технический прогресс и использующие
свои знания и умения на благо человечества. Им, как водится, противостоят
"плохие" - которые читают чужие письма, воруют чужие программы и
всеми доступными способами вредят прогрессивному человечеству. О них мы
поговорим в следующий раз.
Мирза БАБАЕВ.
Хакеры:
Экспериментаторы, пираты,
вредители, шпионы
Майк Якубов в разговоре со мной как-то заметил, что принципы "хакерской
этики", сформулированные Стивеном Леви, имеют примерно такое же отношение
к поведению реальных хакеров, как "кодекс строителя коммунизма"
имел к повседневной жизни советских людей. По большому счету, у хакеров
(особенно в их "кракерской" разновидности) нет никакой этики. Главный
принцип, которым они руководствуются - "каждый за себя и все против
всех". Если и существует какая-то хакерская солидарность, то она больше
похожа на солидарность воров и грабитителей, образовывающих временные
союзы для совершения преступления, нежели, скажем, на классовую солидарность
рабочего класса. Если же попытаться избежать оценочности, можно
сравнить хакеров с богемой. У тех и других своя этика (или отсутствие
таковой с "внешней" точки зрения) и свой образ жизни, те и другие противопоставляют
себя серой "толпе" - обывателям или " пользователям", которые,
в свою очередь, опасаются и не любят хакеров, считая их вырожденцами
и изгоями. Недаром именно хакеры составляют ядро так называемого
"компьютерного подполья".
Впрочем, все не так просто. Дело в том, что, как и в случае с "хорошими
хакерами", двигающими компьютерный прогресс, говорить что-то "в общем"
здесь бессмысленно - мотивы деятельности "кракеров" и ее конкретные
формы достаточно многообразны. Лучше пойти путем, завещанным русским
классическим реализмом - изобразить типических героев в типических обстоятельствах.
Конечно, на роман я не замахиваюсь - пусть над этим писатели
репу чешут, да и ни в какой журнал такое произведение не влезет.
Поэтому попытаюсь дать не типы, а так сказать "схемы типов" - словно некий
новый Белинский, за неимением литературы рецензирующий саму жизнь.
Существует несколько попыток выстроить такую типологию. Например, мой
московский коллега Максим Пресняков подразделяет "плохих хакеров" на четыре
группы. От этой классификации я и буду отталкиваться, по мере надобности
внося в нее свои дополнения.
Экспериментаторы
Первая группа - пытливая молодежь, осваивающая киберпространство и
стремящяяся до всего дойти на собственном опыте. Подобно детям, которые
усваивают нормы человеческого общежития, экспериментируя с этими нормами
и намеренно делая "как нельзя", чтобы посмотреть, что из этого получится,
они взламывают компьютерные системы из чистого любопытства. Злонамеренности
или стремления к выгоде здесь нет - чистое баловство, в более
широкой перспективе весьма к тому же полезное: именно из таких "экспериментаторов"
и вырастают со временем настоящие компьютерные специалисты.
Пираты
Хакеры этого типа занимаются тем, что воруют свежие программы (или
коммерческие версии программ, доступных как "shareware"). Здесь уже можно
говорить о группах и разделении труда внутри них. Одни специализируются
на взламывании компьютерной защиты; функция других состоит в скачивании
ворованного "софта" на свой компьютер (на хакерском жаргоне такие
люди называются "курьерами"); третьи же, так сказать, "дистрибьюторы"
(которые в принципе вообще могут не знать, что такое компьютер и как он
работает) занимаются распостранением ворованных программ. Корыстная мотивация
людей, входящих в пиратские группы, вполне очевидна. Н о речь
вовсе не обязательно идет о деньгах - в качестве платы за свежие программы
(warez на жаргоне) принимается либо другой warez, либо адреса
компьютеров со взломанной защитой. Поскольку дыры в компьютерной защите
выявляются и, соответственно, "штопаются" довольно быстро (как правило,
в течении от нескольких часов до недели), адреса взломанных систем и
пользуются таким спросом.
Вредители
Следующая группа - самая неприятная. Это настоящие компьютерные хулиганы,
совершающие акты бессмысленного вандализма, только не на ночных
улицах, а в киберпространстве. Они реализуют через компьютер свои криминальные
наклонности - навязчивое стремление бить, громить, поджигать,
насиловать, издеваться над другими, уничтожать то, что не ими создано.
Именно такие парни запускают вирусы или иным способом разрушают
компьютерные системы, в которые им удалось пролезть, читают чужую переписку
с целью в дальнейшем нагадить людям, к чьим письмам они получили
доступ и т.д. Люди это ущербные и, как правило, подловато-трусливые, что
хорощо видно из интервью с этими "героями", время от времени публикуемых
в компьютерной прессе.
Шпионы
К этой группе относятся люди, охотящиеся за секретной информацией.
Обычно они работают на заказ и за очень большие деньги - на военных,
разведку и т.п. Одна из самых известных историй здесь - разоблачение западногерманского
хакера, работавшего на КГБ, описанное в автобиографическом
романе Клифорда Столла "Яйцо кукушки" (перевод этой книги недавно
вышел в московском издательстве "Иц-Гарант"). Этот хакер-шпион извлекал
оборонную информацию из компьютеров десятка различных государств, а зацепкой,
приведшей к его поимке оказался дисбаланс в 75 центов на счету
одного калифорнийского банка. Конечно, вторжение в компьютеры, отвечающие
за национальную безопасность - любимое развлечение "экспериментаторов",
однако, как считают эксперты, за внешне невинными и хаотическими
"экспериментами" могут скрываться и организованные разведовательные акции.
Перечень хакерских типов можно значительно расширить. Например, Дэвид
Айков и Карл Зегер, авторы книги "Борьба с компьютерной преступностью",
кроме прочего, выделяют такие виды компьютерных преступлени, как "бизнес-атаки
на конкурентов", "финансовые атаки на банки" (в России этот
тип получения легких денег становится, как видно по сообщениям прессы,
все более популярным), "атаки из мести, совершаемые работниками или бывшими
работниками на обидевшие их компании", "террористические атаки на
правительственные и иные компьютеры". По каждому из этих типов уже накоплен
материал, который мог бы составить содержание многих томов.
Очевидно, что, чем больше будет компьютеризироваться общество, тем
большие возможности будут открываться перед хакерами. Компьютерные сети
- не только кладезь информации и развлечений, но и поле для реализации
самых разных человеческих склонностей, в том числе и деструктивных.
Мирза БАБАЕВ.
Хакеры - еще есть место
подвигу
Как программист, вы, вероятно, без
особого труда освоили бы умклайдет
электронного уровня, так называемый
УЭУ-17... Но квантовый умклайдет...
гиперполя... трансгрессивные
воплощения... обобщенный закон
Ломоносова-Лавуазье...
(А.и Б.Стругацкие, "Понедельник
Начинается в Субботу")
В конце октября два израильских ученых-криптографа Эди Шамир (Adi
Shamir) и Эли Бихэм (Eli Biham) повергли в шок круги людей, занимающихся
безопасностью транзакций через компьютеры и кредитные карточки. Они сообщили,что
нашли способ извлечения так называемого частного ключа
(private key) их таких вещей, как персональные компьютеры и "умные карточки"
(smart cards, смотри образец).
Шамир и Бихэм показали, что они могут извлечь даже тройной, 168-битовый,
частный ключ, при кодировке с использованием текущего криптографического
стандарта данных, или DES (Data Encryption Standard). Они добились
этого путем приложения небольшого количества тепла или радиации к
носителю битовой структуры ключа. Затем они использовали технику, известную
как Дифференциальные Анализы Ошибок, или DFA (Differencial Fault
Analysis) и сравнивали результаты анализов поврежденных и неповрежденных
карточек для вычисления частного ключа.
56-битовый криптографический стандарт DES является американским национальным
стандартом для банковской индустрии и широко используется в
программных и аппаратных продуктах. Эксперты заявляют, что Шамир и Бихэм
подняли серьезный вопрос об использовании "умных карточек", в частности
в качестве электронных наличных (electronic cash). Заполучив частные
ключи, воры беспрепятственно могут использовать суммы, хранящиеся на
карточках. Эксперты также добавляют, что организации, использующие стандарт
DES, должны будут ограничить физический доступ к устройствам DES -
носителям ключа, чтобы предотвратить возможные взломы с использованием
DFA.
На проходящей в конце октября конференции по Национальным Системам
Информации и Безопасности, часть ведущих мировых ученых-криптографов заявила,
что они были потрясены последним известием Шамира и Бихэма, которое
ставит резонный вопрос о достаточности защиты информации в криптосистемах.
"Этот вопрос очень значимый",- заявил Питер Ньюман (Peter Neumann),
ведущий ученый в SRI International, Inc., расположенной в Мэнло Парк,
Калифорния (Menlo Park, CA). Он сказал, что несколько недель назад ученые
лаборатории Bellcore таким же способом "хакнули" "умную карточку",
использующую технологию public-private key компании RSA Data Security,
Inc. Эта техника наверняка будет добавлена к уже имеющимся орудиям харкеров.
Шамир является одним из трех ученых, разработавших технологию частных
и общих ключей для компании RSA около десяти лет назад.
"Умные карточки", с микропроцессорами для хранения персональных данных
или электронных наличных, повсеместно набирают обороты, особенно в
Европе. Ожидается, что к 1998 году в мире будет использоваться около 200
миллионов таких карточек.
Кто позволил себе эту дьявольскую шутку?
Схватить его и сорвать с него маску,
чтобы мы знали, кого нам поутру повесить
на крепостной стене!
(Эдгар По)
Криптографам однако, давно известно, что каким бы сильным не был
криптографический алгоритм в теории, его надежность на практике определяется
программным и аппаратным обеспечением. Например, система с использованием
40-битового ключа в Netscape Navigator была тривиально
взломана несколько месяцев назад студентом из Беркли (Berkeley), в стыду
Netscape Communication Corp., путем простого подбора цифрового ключа. С
тех пор фирма Netscape исправила эту ошибку путем разработки более сложного
алгоритма для генератора случайных чисел.
Одна фирма - AccessData Corp., расположенная в г.Орем, штат Юта
(Orem, Utah) официально занимается вскрытием крипто-систем для государственных
и частных корпораций, а также восстановлением утерянных паролей,
чем и зарабатывает себе на жизнь (и неплохо). AccessData имеет
славу успешного вскрытия 90% коммерческих программных продуктов от компаний
MicroSoft Corp., Borland International, Inc. и IBM, в частности,
атакуя систему паролей, которую использует программное обеспечение.
Что касается русских хакеров, небезуспешно атакующих руссийские и
американские серверы, то им еще предстоит работа, связанная с новыми
изобретениями, такими как CyberCash и smart cards. Однако не лучше ли им
заняться легальным бизнесом, вскрывая системы по заказам от частных или
государственных компаний. Это принесет им не только славу, которую они
не могут легально иметь, взломав чей-то сервер (не напишешь же там свое
реальное имя - поймают), но и просторы для творчества - за вскрытие систем
сами же фирмы-разработчики и пользователи платят деньги.
Владимир Токарев
От редактора:
Qub - человек увлекающийся, порывистый и
малопредсказумый: вольная птаха, а не заводной
соловей. Упросил я его о хакерах высказаться -
набросал тезисы и остыл, на сторону отвлекся;
увлекся технической задумкой какой-то, сидит и ваяет
что-то загадочное, о хакерах и думать забыл. А текст
жалко - не пропадать же добру! Сам я редактировать
ничего не стал, как Куб ни упрашивал - так, по
мелочи поправил чуть-чуть. Рассудил просто: не всем
же трактаты писать, Розановы Zhurnal'у тоже не
повредят. В честь последнего и название -
Хакеры (опавшие файлы)
Следующее - еще не вполне организованный текст, абзацы его надо бы
пронумеровать: потому что они не всегда связаны между собой, но выйдет
слишком уныло. Пусть уж так остается.
Как относиться к хакерству?
Аналогия с бандитами неправомерна, по крайней мере, не вполне. Когда
хакеров сравнивают с бандитами, неявно имеют в виду некий то ли бывший в
реальности, то ли никогда не бывший, теряющийся в дымке идеал безопасности,
вроде Америки пятидесятых, где ни машин, ни домов не запирали.
Однако ведь такой идеал неразрывно связан с другим - privacy, право владения,
право закрытости, хотя бы и в красивой форме табличек "Private,
do not trespass" посреди чистой лужайки, а не в нынешней форме двухметровых
заборов. Интернет - совсем другое дело. Понятие собственности-владения
если и не отсутствует, то загнано в угол, откуда озлобленно огрызается,
доставляя большинству сетян только досадные неудобства, вроде
потенциальных проблем с использованием gif-ов, право на формат которых
принадлежит CompuServe, или повального исключения из прямого (читай,
бесплатного) доступа аудиофайлов по требованию Международной ассоциации
звукозаписывателей.
Хакерство, конечно, бывает разное, и я сейчас говорю в основном о
мягкой форме -"незаконное" (sic, в кавычках) проникновение-копирование
etc. процедуры неразрушающего контроля. Отношение таких хакеров к своим
временным противникам, по моему впечатлению, похоже больше не на отношение
старшеклассника к малявке, у которого он отнимает деньги намороженое,
а на отношение литературоведа к - неприятному - пьяному бомжу, пытающемуся
рассуждать, скажем, о Пушкине. Смесь снобизма и естественного
высокомерия. Соблазн украсть, конечно, тоже велик, особенно по принципу
"если от многого берут немножко", но это не проблема собственно хакерства
- думаю, многие хотя бы раз крали хоть что-нибудь в супермаркете,
и, таким образом, понимают, о чем я.
Вот выдержка из GNU Manifesto Ричарда Столлмена, настоящее "вызываю
огонь на себя".
Прежде чем точить об него зубы, почитайте полный текст - там много
данных заранее ответов на возможные возражения.
"Разве люди не имеют права контролировать использование плодов своего
творчества?"
"Контроль над использованием чьих-то идей" на деле означает контроль
над жизнями других людей; обычно он используется для того, чтобы сделать
их жизни более трудными/тяжелыми. Те, кто серьезно изучал тему прав интеллектуальной
собственности, говорят, что "природного" права на интеллектуальную
собственность нет. Признаваемые сейчас правительством виды
интеллектуальной собственности были закреплены конкретными законодательными
актами для конкретных целей.
Например, цель патентной системы заключалась в том, чтобы подтолкнуть
изобретателей к обнародованию подробностей своих изобретений. При этом
главное было помочь обществу, а не помочь изобретателям. В те времена
17-тилетний срок действия патента был мал по сравнению с развитием технологии
за тот же срок. Так как патенты имеют значение только для производителей,
для которых цена и сложности заключения патентного соглашения
невелики по сравнению с трудностями налаживания производства, патентная
система не приносит большого вреда. Она не ограничивает возможности людей,
использующих патентованные продукты.
Идея авторского права не знакома античности, когда авторы в своих документальных
произведениях зачастую использовали длинные отрывки других
текстов. Это была полезная практика, и именно благодаря ей творения многих
авторов все еще доступны нам, хотя бы и частично. Заявленной целью
системы copyright было именно поощрение авторства. В той области, для
которой она была придумана, - в области книг, экономично размножать которые
можно только с помощю печатного станка, - система принесла мало
вреда и не ограничивала возможности большинства конкретных людей, эти
книги читавших.
Все права интеллектуальной собственности подобны лицензиям, выдаваемым
обществом на основании того, что оно - справедливо или ошибочно -
полагает, что выгадывает от их предоставления. Но в каждой конкретной
ситуации следует задаться вопросом: а следует линам в этом случае предоставлять
такую лицензию? Разрешение на какое действие мы даем тем, кто
такой лицензией будет пользоваться?
Сегодняшняя история с программным обеспечением существенно отличается
от истории с книгаминесколько веков назад. Тот факт, что наиболее легкий
способ распространения программ - это способ "от соседа к соседу", тот
факт, что у программы есть как исполняемый код, так иисходный текст, и
это разные вещи, и тот факт, что с программой работают, а не читают ее и
восторгаются, вместе создают ситуацию, в которой лицо, налагающее на
программу copyright, наносит обществу в целом и материальный, и духовный
вред. Этого делать не следует независимо от того, предоставляет ли закон
такую возможность.
(конец цитаты)
Рассуждения самих хакеров на тему "санитаров леса" - это, конечно,
наив, но мнение инсайдерав ообще чаще всего не имеет отношения к
действительности, рассказать о шахматах Лужин бы не смог, только бы жался
и мямлил что-то. Рассуждая, не стоит тратить силы на борьбу с призраками,
с заведомо слабыми аргументами, лучше для начала вообразить себе
всю картину с обеих сторон.
Интернет - место очень личное и одновременно очень обезличенное, мир
имен собственных, принадлежащих неизвестно кому, этакий Дикий Запад,
скрещенный с повальной анонимностью бразильского маскарада. Современные
проблемы неодушевленных посредников между человеком и результатом его
действия, смена ножа на кнопку бомбосбрасывателя и запаха пота твоей
жертвы на одорированный кислород кабины - это все о том же.
В сегодняшней ситуации обывательские фобии выглядят уродливее, чем
даже глядящий с киноплакатов фейс хакера. Страх перед умным-сильным, который
может ударить, хотя и не обязательно ударит, или даже, возможно,
не может ударить в силу своих моральных принципов, тупоголовая серьезность
и безжалостность, с которой играющих подростков тащат в участок,
принципиальное нежелание отличать намерение от действия, разительное
особенно в таком эфемерном пространстве, каким является Интернет, наконец,
дикарское невежество и рвение, с которым, например, в домах поверженных
подпольщиков конфискуются все мало-мальски замысловатые электроприборы,
не говоря уже о книгах и личных записях, несет угрозу не только
хакерам, но и собственно Интернет в целом. Мысль эта не нова, однако ж
по-прежнему актуальна - евреи, берегите армян.
"Интернет скоро закроют, и все из-за хакеров". Прежде всего, бороться
надо не с хакерами, а с системой, при которой всякому (с одной позиции,
это хакеры, с другой - все мыслящие нестандартно, с третьей - вообще
все, кто плавает "в этом Интернете"), всем, кто высовывается, дают по
шапке. Тут, конечно, можно пройтись на тему об органической деполитизированности
или простом цинизме всякого русского или условно русского,
но, в конце концов, кроме политики, есть еще позитивное просвещение и
другие формы.
Михаил Ашаров
kyb@glas.apc.org
Сага о Митнике
Когда я задумал написать жизнеописание Митника и стал собирать материалы,
я столкнулся с обычной проблемой любого историка: источники противоречат
друг другу, даты не совпадают, даже имена персонажей допускают
разночтение (например, сдавший Митника в 1989 году агентам ФБР его друг
ДиЧикко именуется то Ленни, то Джоном). Другая, более тонкая проблема -
отбор фактов и их подача в значительной степени определяется ИНТЕРПРЕТАЦИЕЙ
события и/или личности, о которой идет речь. Усилиями журналистов,
особенно Джона Маркоффа, был создан весьма выразительный и запоминающийся
ОБРАЗ нашего героя: аутичный социопат с одутловатым лицом, маниакально
"вандализирующий правительственные, корпоративные и университетские
компьютерные системы" с единственной целью - отомстить обидевшим его
людям и всему человечеству - еще одна разновидность "безумного ученого".
Многие хакеры выступили против такой трактовки личности Митника. Да и
сам он, кажется, был от нее далеко не в восторге. А как обрушилась пресса
на нашего героя, когда он отказался давать интервью за бесплатно!
(Известно, что Маркофф с Шимомурой за свою книжку о том, как ловили Митника,
получили ни много ни мало $75 000; а еще и фильм планируется! и
компьютерная игра!) Трудно восстановить реальную картину произошедшего
на основании письменных свидетельств, но еще труднее реконструировать
его СМЫСЛ. Поэтому я попытаюсь лишь систематически изложить факты (включая
в них факты интерпретации); дальнейшее - дело читателя. А ко всей
этой истории меня привлек еще один побочный момент: мы с Митником родились
в один год. Так что я волей-неволей рассматривал его историю как
виртуальный вариант собственной судьбы. Нет, я не говорю здесь об отождествлении.
Между нами есть по крайней мере одно важное различие: я пишу
о Митнике, а он обо мне напишет вряд ли.
Итак, Кевин Д. Митник родился в 1964 в Норт Хиллз, США. Родители Кевина
развелись, когда ему было три года, наделив его чертой, характерной
для многих хакеров: отсутствие отца. Он жил в Лос-Анджелесе с мамой, которая
работала официанткой и уделяла ребенку не так уж много времени.
(Далее - интерпретация: не удивительно, что Кевин предпочел реальному
миру, вполне к нему равнодушному, мир виртуальный, в котором он только и
обретал свободу и власть). В возрасте, который принято называть переходным,
одни начинают писать стихи, другие сбегают из дома. Кевин тоже сбежал
- в страну компьютерных сетей. И стал своего рода поэтом - виртуозом
хакинга.
Свой первый хакерский подвиг он совершил, когда ему было 16, проникнув
в административную систему школы, в которой он учился. Характерный
штрих: он не стал изменять оценки, хотя мог это сделать. Для него важнее
было другое - сам факт, что он может это сделать. Ну и восхищение его
друзей-хакеров, таких же подростков с лос-анджелесских окраин, как и он
сам. Основное их развлечение состояло в разного рода телефонных розыгрышах.
(Они могли, например, приписать чьему-нибудь домашнему телефону
статус таксофона, и каждый раз, когда хозяин снимал трубку, записанный
на пленку голос произносил: "Опустите, пожалуйста, двадцать центов".)
Первая стычка Кевина с законом произошла в 1981, когда он шутки ради
взломал компьютерную систему Североамериканской Противовоздушной обороны
в Колорадо. Было ему тогда 17.
Он был необычайно жаден до знаний - особенно тех, которые касались
телефонной коммутации. (В университет он, в отличие от меня, поступать
не стал - так всю жизнь и оставался автодидактом.) Гадкие телефонные
компании держали полезную информацию под спудом, и Митнику пришлось пролезть
в корпоративные компьютеры Pacific Bell, чтобы разжиться учебниками
по COSMOS'у и MicroPort'у, а также необходимым софтвером. Его и всю
его компанию вскоре арестовали (сдала их подружка одного из членов "банды").
Митника приговорили к трем месяцам в Лос-Анджелесском центре перевоспитания
малолетних и году условно. Он быстро нарушил условия освобождения,
взломав компьютерную систему местного университета (точнее говоря,
он просто использовал университетский компьютер для несанкционированного
доступа с пентагоновской сети APRAnet), за что получил шесть месяцев
тюрьмы, которая и стала его подлинным университетом. К тому времени,
когда он вышел оттуда, он знал о работе крупнейшей в мире компьютерной
сети (телефонной системы) столько же, сколько лучшие специалисты в
Bell Labs. Он научился создавать бесплатные номера, звонить с чужого номера,
разъединять по своей воле линии и подслушивать любые разговоры. В
хакерской среде он был известен под кличкой "Кондор", взятой из фильма
Копполы, где Роберт Редфорд играет человека, скрывающегося от ЦРУ, используя
свои умения манипулировать телефонной системой. А для телефонной
компании стал Джеймсом Бондом - с нигде не учтенным номером, который
оканчивался цифрами 007.
На протяжении 80-х Митник оттачивал свое мастерство, разыгрывая телефонные
и компьютерные practical jokes (в том числе и со своими
друзьями), и успешно уклонялся от встречи с властями. Он поселился в калифорнийском
городке Thousand Oaks с девушкой, с которой познакомился на
компьютерных курсах в летней школе. Но спокойная жизнь продолжалась недолго.
В декабре 1987 Митника снова арестовали - на этот раз по обвинению
в краже компьютерных программ из Santa Cruz Operation; приговор - 3
года условно. Но не прошло и года, как последовал новый арест - за кражу
частного компьютерного кода из исследовательской лаборатории Digital
Equipment Corp. в Пало Альта. Интересно, что сдал Митника его же друг и
собрат по хакерским забавам Ленни ДиЧикко, с которым они больше года совершали
ночные атаки на компьютеры Digital Equipment, пытаясь скопировать
оттуда операционную систему VMS. Говорят, что когда агенты ФБР взяли
Митника в многоэтажном garage parking'е (дек
...Закладка в соц.сетях
