Жанр: Журнал
Кабалла, ереси и тайные общества
...уситов согласилась на
примирение с Церковью под условием введения причащения под обоими видами,
проповеди на родном, языке и некоторыми реформами в управлении церковными
имуществами. Базельский собор принял эти условия и утвердил их в 1433 г. так
называемыми "Пражскими пактациями" (соглашение). Гуситы, примирившиеся с
Церковью, стали именоваться каликстинами (от саlіх - чаша), а также утраквистами
или подобоями в виду того, что получили право причащаться под обоими видами, в
отличие от собственно Таборитов, которые и после уступок Базельского собора
продолжали оставаться непримиримыми врагами Церкви.
Жестокое поражение, которое Табориты в 1434 г. потерпели от католиков, сокрушило
их военную мощь и заставило сложить оружие. Однако, этою победою католиков
гуситская ересь не была уничтожена. Остатки Таборитов объединились с общинами
чешских Вальденсов и около 1450 года образовали тайный союз под именем Чешских
или Богемских Братьев (Пикарды).
Чешские Братья. Прежде чем перейти к обозрению деятельности и судьбы Чешских
Братьев и других им подобных тайных союзов, скажем несколько слов о причинах,
обусловивших, как значительное уклонение Таборитов от сравнительно умеренной и
имевшей преимущественно националистический характер проповеди Гуса, так и
широкое распространение идей секты Чешских Братьев за пределы Богемии. У
историка Шустера, несмотря на его явную тенденцию скорее запутать, чем
разъяснить сложный вопрос о тайных обществах, при внимательном чтении, можно
найти очень ценные указания, которые мы постараемся использовать. Так он
говорит, между прочим, что "в Чехии уже издавна существовали общины Вальденсов,
которые стоят в некоторой связи с гуситскою реформациею и революциею", и что
"все эти Божии Друзья, Вальденсы, Бегарды, Фратичеллы и другие разноименные
своеобразные союзы и удивительные секты вызвали в Чехии крайнюю сумятицу во
взглядах и делах и содействовали появлению гуситства" [104].
А что такое представляли из себя все эти поименованные Шустером тайные союзы и
секты, как не отпрыски манихейства? Это вполне подтверждается тем же Шустером,
который, говоря о присутствии в Европе "необозримой цепи" тайных организаций и о
влиянии, оказанной ими на гуситство, добавляет, что союзы и секты эти имели
"манихейский круг представлений". Мы же знаем, что манихейство есть
противохристианская ересь, основанная на иудейской Каббале, созданная иудеями в
III веке и служащая с тех пор неисчерпаемым источником возникновения
бесчисленных ересей и тайных обществ.
Следовательно, возникновение гуситства, или, по крайней мере, превращение его
после смерти Гуса в противоцерковную и противогосударственную ересь, а также
успех и широкое распространение гуситства сперва через секту Таборитов, а затем
через секту Чешских Братьев, объясняется присутствием в Западной Европе
"необозримой цепи" тайных организаций, имевших "манихейский круг представлений"
[105].
Таким образом, и в этом историческом движении против Церкви и государства,
известном под именем гуситства, мы опять встречаемся с влиянием той же Темной
Силы иудейства, которая с самого возникновения христианства не перестает вести
против него подкоп.
Приведем следующие, весьма знаменательные слова из сочинения иудея Бернара
Лазара, свидетельствующие о том, что влияние иудеев на гуситство не ограничилось
косвенным воздействием через жидовствующие тайные организации, и что Церковь и
светская власть были прекрасно осведомлены о роли иудеев в этом движении против
религии и государства: "Гуситы, - говорит Бернар Лазар, - находили поддержку в
иудеях,поэтому доминиканские монахи проповедовали не только против Гуситов, но и
против иудеев, а императорская армия, выступившая против Иоанна Жишки, по пути
истребляла иудеев" [106].
Бросим теперь беглый взгляд на деятельность и судьбу Чешских Братьев, и других
тайных организаций, которые, подготовив почву для успеха реформации, продолжали
в той или иной форме существовать и после эпохи Лютера, и преемниками которых
явилось в XVIII веке всемирное братство франк-масонов. Шустер причисляет секту
Чешских Братьев к тайным организациям религиозно-научного характера, именно к
так, называемым академиям натурфилософов. Действительно, секта эта, объединившая
в себе около 1450 года остатки Гуситов, а также Вальденсов, и других чешских
еретиков, по внешности представляла мирный союз, стремившийся осуществить "идеал
христианской общины", посвятившей себя разработке национального языка и развитию
народной литературы, а так же занятием искусством, естественными науками и
ремеслами. Чешские Братья "называли себя христианами и оставались прихожанами
своих церквей".
Секта эта была организована в тайное общество с тремя степенями посвящения:
аудиторов, братьев и совершенных. Громадное большинство членов этого союза
состояли в первой степени посвящения (аудиторы) и "оставались в полном
неведенииотносительно того, что принадлежат к еретическому обществу". Члены
секты, имевшие вторую степень посвящения (братья), составляли академии
натурфилософов, "но все здание храма в его целом, для которого работало
общество, было доступно только взгляду избранных братьев". [107]
В первой половине XVI века часть Чешских Братьев, вследствие отказа их
участвовать против протестантов в Шмалькальденской войне, была изгнана из
Богемии братом Карла V, Фердинандом, впоследствии императором германским. Около
1600 человек этих еретиков выселили в 1548 г. в Польшу, где на них в 1572 г.
были распространены льготы Диссидентского мира. Оставшиеся же в Богемии Чешские
Братья были, по-видимому, в течение некоторого времени вынуждены тщательно
скрывать свою принадлежность к еретической секте, так как "опасаясь строгих
законов об еретиках. Они составляли замкнутыесоюзы в рамках корпораций,
получивших государственное признание или просто терпимых, в роде литературных
обществ, правительственных лабораторий, типографских мастерских, ремесленных
цехов и строительныхкорпораций. Таким путем они получили возможность под
невиннымиформами беспрепятственно совершать запрещенные обряды своего культа и
даже преследовать свои побочные цели [108]. Однако, к концу XVI века Чешским
Братьям уже не приходилось прятаться за чужою спиною. В 1575 году они добились
признания своего союза правительством и могли из подполья снова выступить на
свет Божий. Мало того, благодаря либеральным веяниям лютеранства и гуманизма, а
также поддержке сильных и богатых друзей и приверженцев, еретическое общество
достигло к началу XVII века совершенно исключительного положения. В 1609 году
императорским манифестом Чешским Братьям были дарованы чрезвычайные привилегии.
Это была эпоха наибольшего расцвета секты, когда она, пользуясь благоприятными
обстоятельствами, стала открывать многочисленные собственные школы и типографии,
учреждать научно-литературные кружки и вообще проявлять кипучую
"просветительную" деятельность. Но расцвет этот продолжался не долго.
Тридцатилетняя война между католиками и протестантами (1618-1648 г.), начавшаяся
в Богемии, положила конец исторической роли Чешских Братьев. Отказ секты принять
участие в этой войне повлек за собою справедливое возмездие со стороны
императорского правительства. После того как в битве у Белой Горы (1620 г.)
католичество одержало победу над протестантством, Чешским Братьям был нанесен
решительный удар. Они были изгнаны из Богемии, остатки же их общин были частью
обращены в церковные братства, частью же продолжали, по-видимому, тайно
существовать, как в Богемии так и в других странах. Последним "епископом" старых
общин Чешских Братьев в Богемии был знаменитый Ян Коменский, о котором более
подробно будет сказано ниже.
В 1722 г. остатки Чешских Братьев поселились в Саксонии, в имении Гернгут,
принадлежавшим графу Цинцендорфу, и стали с техпор называться по месту своего
нового жительства Гернгутерами. В 1729 г. Гернгутеры появились уже и в России,
именно в Лифляндии и Эстляндии. Встретив здесь сильное противодействие своей
проповеди со стороны лютеранских пасторов, они, однако, мало-помалу сумели
улучшить свое положение и в 1764 г. добились не только права жительства и
свободы исповедания в России, но получили даже большие льготы в виде даровой
нарезки земли. В настоящее время небольшие общины Гернгутеров имеются в немецких
колониях на юге России. Наибольшая из их колоний "Сарента" Саратовской губернии,
Царицынского уезда, основанная в 1765 году, имеет около двух тысяч жителей.
Кроме того, Гернгутеры проживают в Соединенных Штатах Северной Америки, а также
в Капской колонии на юге Африки, где общее число их достигает 23.000 человек.
Такова в кратких чертах история секты Чешских Братьев.
Вернемся, однако, к той эпохе, когда секта эта еще играла историческую роль, и
бросим некоторый свет на ее тайную деятельность.
В чем состояли тайные побочныецели, которые преследовала секта Чешских Братьев,
и которые были известны лишь немногим избранным? - На этот вопрос мы сейчас
попытаемсяответить. Разобравшись в невообразимой путанице, созданной Шустером
для вящего сбивания с пути читателя, и сопоставив отрывочные указания,
разбросанные им там и сям, нельзя не придти к выводу, что занятия наукою и
литературою, а также "преследование идеала христианской общины" служили Чешским
Братьям, главным образом, для прикрытия деятельности совсем иного рода,
деятельности чисто разрушительной, направленной против Церкви и государства.
Основываясь на данных Шустера, можно с полною уверенностью сказать, что секта
Чешских Братьев в эпоху, предшествовавшую Реформации, поддерживала деятельные
сношения с родственными ей по духу жидовствующими тайными организациями Западной
Европы и наряду с ними занималась широкою революционною и противоцерковною
пропагандою далеко за пределами Богемии.
Крестьянские Союзы. Так, крестьянские восстания и заговоры в Германии в XV и XVI
веках, вызванные чисто экономическими причинами, приняли свой мистикосоциалистический
характер именно под влиянием этой пропаганды еретических сект.
В страшной аграрной революции, потрясавшей Германию в течение почти целого
столетия (от половины XV и почти до половины XVI века), участвовали, по
свидетельству Шустера, не одни крестьяне, но и "более глубокие умственные силы".
Что же это были за "более глубокие умственные силы", благодаря участию которых
движение, вызванное экономическим недовольством, превратилось в грозную
революцию с нелепыми бреднями о "коммунистическом царстве Божием на земле", с
отрицанием частной собственности, суда, властей, с неутолимою ненавистью к
духовенству, с требованием изменения церковных догматов, со стремлением
низвергнуть в прах весь веками сложившийся религиозный, политический и
социальный строй?
На этот вопрос мы находим у Шустера вполне определенный ответ. За спиною
фанатиков, объединявших вокруг себя банды бунтовщиков, стоял обыкновенно "какойнибудь
странствующий Бегард, Вальденс или Божий Друг". Кроме того, "учения
Таборитов (т.е. тех же Чешских Братьев) пустили корни почти во всех войнах
второй половины ХV века. Именно они делали простой народ восприимчивым к тем
религиозным направлениям, которые приобретали социально-политический характер в
своем отрицании мирской собственности и в подчеркивании всеобщего равенства
перед Богом" [109].
Крестьянские восстания, беспрестанно вспыхивавшие то тут, то там, привлекавшие
десятки тысяч простого люда, заливавшие кровыо всю Германию, подавлялись с
беспощадной суровостью; все эти тайные крестьянские союзы "Бедный Конрад",
"Крестьянский Лапоть" и прочие революционные сообщества уничтожались одно за
другим; предводители их подвергались жестоким казням; но анархия, начавшаяся в
Германии с половины XV века, все разрасталась, разносимая бродившими по стране,
под видом коробейников, ремесленников, музыкантов, разными БожьимиДрузьями,
Чешскими Братьями и прочими жидовствующими еретиками.
Так называемая великая крестьянская война (1525-1526 г.), окончившаяся
поражением бунтовщиков, совпадает в выступлением на сцену секты Анабаптистов,
участие которой в революционном движении придает ему чисто еретический характер.
Секта эта появилась в Германии около 1520 г., затем очень быстро проникла в
Швейцарию, Францию и Нидерланды.
Анабаптисты или Перекрещенцы получили свое название от вторичного крещения,
которое производилось над поступавшими в их общину. Они учили, что в людях,
истинно верующих, живет и действует Дух Божий. Истинно же верующими признавались
лишь те, которые получили второе крещение, т.е. Анабаптисты. Они почитали себя
святыми, а общество свое церковью святых. Во имя этой своей святости, они не
только отвергали все законы, порядки и учреждения, как церковные, так и
государственные, почитая их ограничением свободы действовавшего в них Духа, но
учили, что именно Анабаптистам предназначено свышеразрушить существовавшую
Церковь и государства и на их развалинах основать свое господство над миром.
Добавим к этому чрезвычайно важное указание Шустера, что секта Анабаптистов
находилась в тесной связи с Вальденсами и Чешскими Братьями[110], и тогда станет
понятно, к возведению какого храмастремились союзники Анабаптистов Чешские
Братья и другие тайные сообщества той эпохи, скрывавшие свои тайные цели под
личиною научных и религиозных братств.
Анабаптисты неоднократно пытались осуществить на практике те идеи, которые
распространялись единомышленными им тайными союзами среди низших слоевнаселения
Германии. Первая попытка этого рода была сделана Фомою Мюнцером, предводителем
Анабаптистов, который, вдохновившись чтением Библии, возомнил себя вторым
Моисеем или Гедеоном и, свергнув городской совет в г. Мюльгаузене, основал там в
1525 г. свое маленькое "коммунистическое царство Божие на земле". Царству этому,
впрочем, скоро пришел конец; Мюнцер и его приверженцы были казнены, и повсюду в
Германии Анабаптисты подверглись жестокому преследованию как со стороны
католиков, так и со стороны протестантов. Неудавшийся опыт Фомы Мюнцера через
несколько лет был повторен новым пророком Анабаптистов Иоанном Баккольдом, по
профессии портной из города Лейдена. Этот выходец из Голландии в 1529 году
появился в Германии в г. Мюнстере с тремя единомышленниками. Увлекши чернь своею
проповедью о новой церкви святых и о наступлении тысячелетнего царства Христова,
Иоанн Лейденский изгнал из города епископа Мюнстерского и всех, не принимавших
вторичного крещения, объявил себя королем Сиона и стал устраивать свое новое
царство святых. Он ввел равенство всех сословий и состояний, общность женщин и
имущества, т.е. коммунизм в самых ужасных формах, предоставив однако себе
деспотическую власть над жизнью и достоянием своих подданных. Дикий фанатизм,
безудержный разврат и варварская жестокость характеризовали преступное царство
этих своеобразных святых.
Только в 1535 году удалось, наконец, епископу Мюнстеркному взять город. В
пламени пожаров и в потоках крови был положен конец изуверскому царству
Анабаптистов в Мюнстере. Развратный и преступный предводитель их Иоанн Баккольц,
портной из г. Лейдена, столь опоэтизированный жидом Мейербером в его известной
опере "Пророк", покончил жизнь свою в жестоких пытках. Мюнстерская катастрофа
нанесла сильный удар Анабаптистам; преследуемые духовными и светскими властями,
они рассеялись по всей Европе и принуждены были отказаться от своих притязаний
на мировое господство. Впрочем, секта эта существует и до настоящего времени в
Германии, Голландии и даже в России под названием Меннонитов, от католического
священника Симона Меннина, который, принадлежа к секте Анабаптистов, в 1536 году
реформировал и, как утверждают историки, значительно смягчил ее учение.
Меннониты подобно Анабаптистам, считают себя святыми и отвергают таинство
крещения, но противогосударственные их тенденции выражаются, насколько известно,
лишь уклонением от военной и государственной службы. Потомки Анабаптистов
существуют также в Англии и Америке, где они называются Баптистами.
Кроме описанных нами тайных организаций, предшествовавших реформации или
современных ей, в Европе, в описываемую эпоху существовало, как мы уже
указывали, бесчисленное множество тайных союзов и сект, которые находились в
близком духовном родстве с сектою Богомилов, возникшею в Византийской Империи в
XI веке и распространившеюся затем под разными названиями по всей Европе.
Вальденсы. Из всех этих манихейских сект принято считать наиболее возвышенною и
идеальною секту Вальденсов, основанную в 1170 г. лионским купцом Петром Вальда и
получившую широкое распространение в Швейцарии, Италии, Германии и Богемии, где
нашел себе убежище Петр Вальда, Бежавший из Франции. Однако роль Вальденсов в
истории Гуситства, а также тесная связь их с изуверскими и развращенными сектами
Альбигойцев и Анабаптистов побуждают нас ставить Вальденсов на один уровень с
прочими жидовствующими и разрушительными тайными союзами той эпохи. Во Франции
секта Вальденсов, не имевшая, впрочем, там особого значения, была искоренена в
XVI веке.
Из прочих сект мистического характера интересно отметить имевшую, по-видимому,
много общего с нашими хлыстами, секту танцоров или прыгунов, в которой
практиковался следующий прием - для получения религиозного экстаза: "Мужчины и
женщины, взявшись за руки, кружились до тех пор, пока не падали в изнеможении на
землю. Во время танцев им казалось, что они видят небо разверстым и находятся в
общении с небожителями".
Хотя Шустер и называет секту Богомолов и другие родственные ей мистические секты
"староевангелическими общинами" и приписывает, им стремления к достижению
христианского идеала, но в Истории Церкви учение Богомилов рассматривается как
гностико-манихейская ересь [111], да и сам Шустер говорит обо всех этих сектах,
что они "отвергали таинства, земную жизнь и деятельность Спасителя
истолковывали, "как род аллегорий", и "в своих философских умозрениях отчасти
попали на опасную почву пантеизма", который, как мы знаем, составляет основу
учений Каббалы, гностицизма и манихейства.
Все эти тайные еретические союзы, свободнои произвольно толковавшие Св. Писание,
искавшие новых путей к спасению независимоот Церкви, широко распространяли свои
идеи во всех слоях населения и "подготовили почву, на которой впоследствии могли
успешно взойти посевы реформации" [112].
Духовные вожди этих сект, неоплатоники и мистики XIV века Николай Базельский,
Экгард Иоганн Рюнсбрек и другие в своих мудрствованиях "стояли на такой
головокружительной высоте, на которой для них уже исчезало различие между Богом
и человеком, между духом и Христом, между добром и злом[113].
В этих немногих словах заключается лучшая характеристика того духа, который не
только издавна распространялся тайными сообществами, но всесильно царил в умах
людей эпохи Возрождения и вызвал великое противоцерковное движение,
закончившееся расчленением Западной Церкви Эпоха Возрождения. "Эпохою
Возрождения" принято называть XV и XVI века, но в действительности дух этого
"возрождения" проявляется гораздо раньше, именно с XIII века, когда
материалистический пантеизм жидовствующего араба Аверроэса, проникая через
посредство иудеев-врачей и астрологов в христианский мир", стал оказывать
пагубное влияние на правящие классы Западной Европы и даже на политику
Германского Императора Фридриха II (1220 - 1245). Эпоха эта, вместе с печальным
наследием либеральных пап Юлия II и Льва X, заразивших своим "просвещенным"
безверием часть высшего духовенства, оставила потомству бессмертные произведения
Данте, Ариоста, Триссина, Рабле, Ронсарда, труды Петрарки, Леонардо-да-Винчи,
Микель Анджело, творения Рафаэля, Донателло, Фра-Анджелико; а рядом с ними имена
безпринцинного политика Макиавелл, легкомысленных писателей итальянца Боккачио и
англичанина. Чоосера, шарлатана алхимика и каббалиста Парацельса, жидовствующего
каббалиста из, христиан Пико-да-Мирандолла, а из жидовских выкрестов болонского
профессора Помпонаццо и епископа Петра Бургосского (бывшего раввина);
жидовствующих ученых Эразма и Рейхлина, прямых еретиков-гуманистов и отступников
от веры, Муциана, Гуттена, Зиккингена, Рубиана - все это на общем фоне
небывалого дотоле в христианском мире упадка веры, разложения нравов, глухого
брожения и открытых восстаний (крестьянские войны) низших классов населения,
потерявших всякое уважение к правящим сословиям, предававшимся, на ряду с
"гуманитарною" философиею, безудержному чревоугодию, пьянству и разврату, о чем
свидетельствуют многочисленные документы того времени [114].При этом заслуживает
особенного внимания, что скептицизм описываемой эпохи, как. впрочем. и
позднейших революционных эпох, отнюдь не может быть удовлетворительно объяснен
научным рационализмом, отвергающим все сверхъестественное, - ибо скептицизм этот
направляется исключительно против христианских верований, оставляя полный
простор оккультизму, магии, основанной на иудейской Каббале, самым диким
суевериям гадания, волшебства и прямого чертопоклонства [115].
Это замечательное по напряженной и всесторонней деятельности человеческого духа
течение (Возрождение) было вызвано и получило свое развитие под влиянием
различных причин. Главною из них следует считать сближение с языческою культурою
древней Греции, которое начинается еще задолго до эпохи Возрождения. Первыми
посредниками в этом возврате к "просвещенному" язычеству являются иудеи.
"Арабы перевели и комментировали греческих, писателей в XII и XIII веках... Учения
арибов были переданы христианам вышедшими из Испании евреями" [116]. Из арабских
философов, переводчиков и комментаторов греческих писателей, наиболее известен
Аверроэс. Иудей Бернар Лазар говорит, что "аверроизм, который подготовил
крушение религиозных верований, был создан иудеями... Иудеи перевели Аверррэса и
других арабов, комментаторов Аристотеля; они открыли греческую философию
христианскому миру... они подготовили эпоху Возрождения" [117].
В Италии ослабление религиозных верований ведет к сближению с иудеями. Поэты и
ученые дружат с иудейскими философами и врачами (так, иудей Маноэлло был другом
Данте). "И не только одни скептики и неверующие, эллинисты и латинисты,
поклоняющиеся скорее Афродите и Зевсу, чем Христу, поддерживают, дружеские
сношения с иудеями, но и дворянство и буржуазия; христиане не только принимают у
себя иудеев и сами бывают у них, но они посещают синагоги и относятся к
религиозным обрядам иудеев с каким-то суеверным почтением" [118].
Когда, после завоевания Византии Турками (1453 г.), греческие ученые
переселились в Италию, увлечение культурою языческой Греции приняло грандиозные
размеры и распространилось на всю Западную Европу. "Ознакомляются и читают в
подлинниках и без сокращения главнейшие произведения греческой философии,
зачитываются ими, опьяняются этими богатствами, делаются платоновцами,
эпикурейцами, пифагорейцами, стоиками" [119].
В этом возврате к язычеству иудеи продолжают играть видную роль. Ученые иудеи,
как Сонципо, Авраам Бальм и другие, издают и печатают в своих типографиях
произведения греческих философов, торгуют ими, переводят их, переводят
Аверроэса. Более того, "в годы, предшествовавшие Реформации, говорит Бернар
Лазар, иудей становился воспитателем, он преподает еврейский язык христианским
ученым, он посвящает их в тайны Каббалы,предварительно раскрыв перед ними двери
арабской философии" [120].
Наряду с этим возвратом к язычеству, при благосклонном содействии иудеев и с
увлечением иудейскою Каббалою, открытие Америки, появление книгопечатания,
успехи в области положительных наук открывают новые широкие горизонты перед
западноевропейским миром и производит коренной переворот, в его религиозноумственной
жизни. Люди воображают себя какими-то титанами, призванными разбить
вдребезги весь мир и на его развалинах построить новый [121]. Все авторитеты
падают перед неумеренною верою в. безграничную силу человеческого разума; дух
критики и гордыни овладевает умами; вековые верования уступают место
философскому скептицизму; религия откровения отвергается и на ее место ставится
религия природы - пантеизм; авторитету Церкви наносится жестокий удар...
Гуманизм. Это направление лучших умов эпохи Возрождения, столь чуждое по своему
духу христианству, было весьма удачно названо гуманизмом,т.е. культом,
обожествления человека. Преклонение перед человеком, признание законности всех
стремлений его духовной и телесной природы - вот черты, характеризующие
гуманистов и красною нитью проходящие в учении и жизни предшественников
реформации и самого Лютера.
Гуманизм не только подготовил почву для реформации, но само возникновение и
осуществление этого великого раскола в религиозной жизни западноевропейских
народов, произошло при деятельном участии выдающихся германских гуманистов,
вдохновителями которых в данном случае были иудеи. "Иудей, - говорит Бернар
Лазар, - дает гуманистам страшное орудие против католичества, знакомя их с
веками накопленною мудростью раввинов в толковании Библии (экзегетика).
Протестантство, а затем, рационализм с успехом пользуются этим орудием...
Меланхтон и Лютер свергли иго римской теократии и тиранию догматов с помощью
иудейской экзегетики, которую передал христианскому миру Николай Лира. Не даром
говорят: "Если бы Лира не играл, Лютер бы не танцевал. А Лира был учеником
иудеев. Он так, был проникнут иудейской экзегетикою, что его самого считали
иудеем" [122].
Эти указания на роль иудеев в подготовлении реформации особенно ценны тем, что
они исходят от писателя-иудея, похвальба которого в данном случае совпадает с
утверждениями католического ученого Денифле и французского антимасона Флавиана
Бренье [123], трудами которых мы воспользуемся для освещения условий
возникновения реформации.
"Успокойтесь, - пишет, Лютер, доминиканцу Тецелю, - дело начато не мною, чадо
это (реформация) имеет совсем другого родителя". Действительно, ссылаясь на
исто
...Закладка в соц.сетях
