Жанр: Юмор
Фома Евграфович Топорищев. ПСС
...риятное свойство. -
Христос нагнулся, захватил пригоршню песку, выпрямился и
медленно разжал пальцы. - Она, как этот песок, непрерывно
ускользает от нас... И все же, я успел познать какую-то ее
часть.
- Так-так... Весьма кстати. Хотелось бы узнать, в чем суть
этой уже постигнутой части? Тогда, быть может и все прочие
части удастся как-то оконтурить.
- Изволь. Существенная часть истины, ставшая мне очевидной,
состоит в том, что в мире нет ничего лишнего.
- Ну, это, хм.., достаточно очевидно, хотя и... небесспорно.
Что еще ты постиг?
- Я понял, что бессмертие без смерти невозможно.
- Вот как? Звучит парадоксом в стиле древних греков... И
какие же из этого выводы?
- Я не занимаюсь выводами. Выводы за меня сделают другие.
- М-м-да... В этом все и дело. Видишь ли, Христос, части
истины, ставшие тебе известными, сами по себе достаточно
безобидны. Опастность представляют выводы. Ты, увы, не
обременяешь себя их изготовлением, а выводы из твоих частей
могут быть самыми разнообразными. Например такими: чтобы все
обрели бессмертие, нужно всех умертвить.
Христос усмехнулся.
- Действительно, кое-кто уже поговаривает о Конце
Света. Конечно, тот, кто не понимает, чем необходимое условие
отличается от достаточного, может сделать и такой вывод.
- Ну, хорошо, - теперь усмехнулся Пилат. - Ты как
всегда прав, галилеянин. Но вот что касается истины,
ускользающей от нас... Я, кажется, знаю один способ, как
поймать ее за хвост... Воды! - коротко приказал он.
Слуга немедленно подал таз с водой. Пилат кряхтя поднялся с
ложа, опустил руку в таз, выпрямился и подошел к Иисусу.
- Как ты думаешь, прилипнет истина к моим рукам?
Иисус мотнул головой.
- Возможно, - сказал он. - Но ведь ты испачкаешь руки.
- Но ведь я познаю истину. Вопрос только в том, стоит ли она
испачканных рук... Что же касается бессмертия - тут ты прав.
Он сделал знак и Христа увели. Пилат некоторое время
рассматривал свою ладонь, а потом прошептал:
- Истина! Ему нужен вовсе не Бог, ему нужна истина. Он хочет
попасть в вечность и вряд ли успокоится. Я бы мог... Но нет,
сегодня нехороший день. Жарко... Пожалуй, я просто вымою руки и
пойду вздремну.
-----
Иоанн Златоуст с трудом разлепил веки.
"Приснится же такое, - подумал он, - просто чертовщина
какая-то!"
Он встал и выглянул в окно - там стояла кромешная тьма.
"Ну вот, - подумал Иоанн, - не видно ни зги. Тьма
египетская! Должно быть, сейчас глубокая ночь."
Комната, где он находился, была почти пуста. Только лежанка,
стол, тусклая лампада на нем, да голые стены кругом. Как он сюда
попал, Иоанн не помнил. Помнил только, что после молебна они с
приятелями решили идти в синагогу и устроить там диспут с
иудеями по поводу того, можно ли считать церковное вино
олицетворением крови Христовой. Но кому в голову пришла в
голову эта дикая идея, ведь Иудеи вообще не признают Христа,
как такового?!
"Нет, вчера определенно вышел перебор... Голова трещит, а во
рту так пакостно, словно я всю ночь жевал Священное писание."
Он торкнулся в дверь - та со скрипом распахнулась. И только
теперь Иоанн обнаружил, что кроме легкой набедренной повязки на
нем ничего нет.
"Черт меня побери, хламиду-то сперли! Интересно, кто? И где,
собственно, я нахожусь?.. Ба, да это же тот самый постоялый
двор, где мы вчера вкушали кровь Христову столь неумеренно!"
Он вернулся в комнату и снова выглянул в окно.
"Так и есть - окна закрыты ставнями. Сейчас, должно быть,
уже полдень, а вечером... Боже мой, вечером у меня проповедь и
богословский диспут... Ну, диспут еще туда сюда, а вот
проповедь... Что, интересно, скажу я своей пастве? И где взять
хоть какую-то мало-мальски приличную одежду."
Иоанн заметался по комнате, заметил простыню на лежанке и,
стянув ее, обернул вокруг тела.
"Проповедь... После такого сна не то, что проповедь... О
чем, биш, я хотел говорить?.. Да, об адских муках и конце
света... Как можно говорить об адских муках, если голова
раскалывается, а в желудке бурлит, как в тех котлах!.. Бр-рр,
ну и сон...Хм, а почему бы не рассказать им этот сон?..
Если уснастить его назиданиями и ссылками... Впрочем, и ссылок
не надо - так сойдет!.. Решено."
Именнно эта проповедь впоследствии и легла в основу
"Откровения Иоанна Златоуста".
-----
Гамлет сам себе:
- Быть или не быть?.. А в чем, собственно, разница?
-----
Дон Жуан - Дону Кихоту:
- Вы боретесь с мельницами, и не считаете эту борьбу
напрасной тратой времени?
- Друг мой, предоставим считать ростовщикам, а сами
займемся мужским делом... Что до мельниц - они достойный
противник, ибо совершенно непобедимы.
-----
Командор - Дону Жуану:
- ...Я же, со своей стороны, полагаю, что ваша система
не вполне последовательна. Но пуще того - она бесплодна!
-----
Дон Жуан - Командору, протягивая руку:
- Вот вам моя рука, и давайте, наконец, покончим со всеми
этими раздорами. Я женюсь на донне Анне и все постепенно
успокоится.
Командор, поудобнее устраиваясь на постаменте:
- Хорошо, будь по вашему. Но... Дело, видите ли, в том, какую
фамилию будет носить моя бывшая супруга...
- И только-то! Разве это имеет такое уж принципиальное
значение?
- Разумеется, нет. Чистая условность, мой друг, чистая
условность.
- Я буду носить свою фамилию, а донна Анна пусть оставит
прежнюю, чтобы лишний раз не будоражить общественное мнение.
- Почему бы и тебе не принять ее фамилию?
- Мне?! Помилуйте, как можно! Ведь я - Дон Жуан! Да надо
мной люди будут смеяться!
- И что с того. Они пусть смеются. а ты знай делай свое
дело. Смеяться-то будут не над Доном Жуаном, а над мужем моей
жены...
-----
Один из актеров театра "Глобус" - Вильяму Шекспиру:
- Послушай, Шекспир, вот, говорят:"сапоги выше Шекспира", -
как это понимать?
- Должно быть, каблук высокий.
- А еще говорят, что когда-нибудь ты станешь великим поэтом.
- Разное говорят...
- Что же получается - великий, а сапоги выше?
- Видишь ли, при жизни редко кому удается выскользнуть
из-под каблука. А когда душа воспарит, сапоги не вознесутся...
-----
Рафаэль - Рембрандту:
- Ты великий живописец, Рембрандт, но, если говорить честно,
твой портрет с женой мне не нравится. То есть, исполнение
блестящее, но сам сюжетец...
- Находишь его непристойным?
- Нет, но совершенно ни к чему было выносить ваши семейные
дела на суд истории. Хотя, конечно, история и не то спишет...
-----
Сальери - Моцарту:
- А что, дорогой Моцарт, как поживают твои сонаты? Не
боишься, что они тебя переживут?
-----
Сальери - вошедшему Моцарту:
- Моцарт, мне точно известно, что вчера вы опять сочиняли
свой реквием. Одно из двух: либо вы сошли с ума, либо всерьез
решили покончить счеты с жизнью... Подумайте, что вы делаете!
Вы - величайший музыкальный гений, равного которому нет в
истории человечества. И вы...
- А-а, глупости, - бросил Моцарт легкомысленно. - Бах тоже
был гений, но ведь и он умер. Перед смертью, брат Сальери, все
равны.
- Но реквием!.. Тебе всего тридцать с небольшим - пиши
сонаты, сочиняй кантаты, симфонии, наконец. Нельзя искушать
судьбу - она может отомстить...
- Послушай, Сальери, ты мне надоел. Хорошо тебе говорить,
если ты постиг гармонию в совершенстве, проверил ее
геометрией.., или чем там бишь?
- Алгеброй...
- Вот-вот... Тебе ничего не стоит сочинить все, что ты ни
пожелаешь. А я? Неделю сижу и жду вдохновения. Но вот муза меня
посетила и диктует, а я записываю. Смотрю - реквием! Неужели ты
не понимаешь, что я не волен сочинять по своему желанию?
- Глупости! Глупости, Моцарт. Нужно вести размеренный образ
жизни, регулярно садиться за работу, и тогда муза будет
посещать тебя в назначенное тобой время.
- Сальери, не доводи меня до греха. Если ты не оставишь меня
в покое, я... Я не знаю, что я с тобой сделаю!.. Я отравлю
тебя.., или себя!
- Хорошо, хорошо, я больше не буду, - испуганно забормотал
Сальери. - Успокойся, на вот, выпей вина...
- Вина? Это пойло ты называешь вином? Да это просто святая
вода! Прикажи подать хорошего рейнвейна, и мы останемся
друзьями.
- Нет, Моцарт, никогда. Ты и без того запустил свою болезнь,
а теперь еще хочешь, чтобы я своими руками отравил лучшего
друга. Я прикажу подать молока... Ты, верно, голоден, как же я
сразу не подумал... Эй, кто там - ужин маэстро!
- Ах так! Тогда, Сальери, я завтра же распущу слух, что ты
отравил меня.
- Пусть так, но сегодня ты не получишь ни капли!.. Погоди,
что ты делаешь, безумец! Это ведь бутылка с крысиным ядом...
Боже! Ты выпил... Врача! Врача!!!
Моцарт медленно опустился на пол.
- Да, Сальери, - произнес он слабеющим голосом, - я,
кажется, действительно переступил ту грань, за которой
гениальность превращается в беспутство. И вот - финал... Что ж,
реквием оказался весьма кстати... Но крысиный яд - как это
бездарно! Уж лучше бы меня проткнули шпагой на дуэли... Дай
слово, Сальери, что никто не узнает об этом...
- Даю.., - пробормотал Сальери, не замечавший, как по его
щекам ползут слезы...
-----
Мефистофель - Фаусту:
- Мой дорогой доктор, вы даже не представляете, что сулит
вам эта сделка! Подумайте, стоит вам слегка шевельнуть рукой,
поставить подпись - и весь мир у ваших ног! Богатство, слава,
власть - все, что хотите...
- Знаете, Мефистофель, если бы я был помоложе, то, возможно,
и клюнул бы на вашу приманку. Теперь же все, что вы предлагаете,
мне глубоко безразлично.
- Стало быть, Фауст, дело за малым. Вы снова станете молодым
и тогда...
- Нет. Молодость полезна только в молодости, а в старости
она уже ни к чему. Подумайте, если я стану молодым, будучи
обременен своим жизненным опытом, то не смогу дерзать, зная
заранее всю тщету своих усилий. Тогда молодость и обилие сил
только усугубит мои страдания. Если же опыт исчезнет, то я
просто начну жить свою жизнь заново, а какой смысл повторять
дважды одно и то же?.. Скажите, а вам действительно так
необходима моя душа?
Мефистофель растерялся:
- Мне?.. Собственно... Разумеется, она мне нужна, иначе бы
я... Может быть вас устроят тайны мироздания?
- Тайны мироздания?.. Хм... - Фауст задумался - Видите ли,
для ученого интересен процесс постижения истины, а если
отгадка сама плывет тебе в руки, то... Нет, тайны мироздания
меня, пожалуй не заинтересуют. Но у меня есть встречное
предложение, на основе которого мы могли бы договориться.
- Какое же!? - с жаром вскричал Мефистофель.
- Я предлагаю свою душу после смерти в обмен на вашу теперь.
У вас ведь тоже должна быть душа.
- У меня?.. Разумеется, ведь я ангел, хотя и падший. Но для
чего она вам?
- Ну, например, для того, чтобы подвергнуть изучению.
Есть и другие варианты... Вообще, мне кажется, я мог бы
употребить ее с большей пользой, нежели прежний владелец...
-----
Пушкин - Лермонтову:
- Увы, мой друг, дистанция между классиками и современниками
иногда сокращается до пяти шагов...
-----
-----------
-----
Святослав - писарю:
- Пиши: "Иду на тебя".
- Так и писать?
- А что? Коротко и ясно.
- Нехорошо, князь, неуважительно как-то...
- Тогда пиши: "Иду на вас".
- Тоже неказисто. Множественное число - могут решить, что ты
идешь лупить всех без разбору.
- Экий ты несговорчивый... Как тогда писать - подскажи?
- А на кого идем?
- Да на кесаря, на кого же еще.
- Так... "Иду на вас, кесарь" - длинно. "Иду на кесаря" -
плохо. Самому ведь кесарю пишем... "Иду на Византию" - тоже
плохо. Вся Византия нам не по зубам. Решат, что бахвалимся...
"Иду на"...
- Но-но, полегче! А то как бы я тебя сам туда не послал!
- Бес попутал, князь... Не знаю, как писать!
- А тогда не встревай. Пиши: "Иду на вы". И точка!
-----
Вещий Олег - шталмейстерам:
- Так, говорите, издох? Жаль, справный был конь... Небось,
голодом заморили, шельмы?.. Смо-отрите!.. Дознаюсь, прикажу
всем башки сечь!.. Эх, зря я тому волхву поверил. "Примешь
смерть от коня своего" - черт знает что! Пойду, проведаю своего
верного Буцефала...
Первый конюх - второму:
- Эвон князь у нас какой недоверчивый. Нет бы, кого послать -
сам пошел. Теперь дознается, что коня того мы пропили - враз
башку отрубит.
- Авось не дознается. Там что - кости одни. А по костям не
шибко-то дознаешься.
- "Не шибко"!.. Останешься без головы - будет тебе "не
шибко", деревня!.. Вот что, давай-ка мы князя... того... А
скажем, мол, змея гробовая, и все шито-крыто. Ведь сказано
было: через коня - вот оно и будет через коня...
-----
Владимир Красно Солнышко - архиерею киевскому:
- Всех крестить, всех! И нынче же!.. Завшивели, запились -
ни стыда, ни совести. Креста на них нет!
- Загвоздка есть, князь.
- В чем дело?
- Так святой воды на всех где взять?
- А без святой нельзя?
- Никак нельзя, князь. Грех великий!
- Хм... Ладно, беру сей грех на свою душу. Скликай народ,
гони в Днепр! Пусть плывут на ту сторону. Кто Богу угоден -
доплывет, а кто плавать не может - хоть умрет по-христиански...
Часть новообращенных так и не вернулась, а ушла на север
искать место для Москвы.
-----
Ярослав Мудрый - Владимиру Мономаху:
- На Руси царит беззаконие, что хотим, то и воротим! Доколе,
спрашивается, будем жить босяками, без царя в голове?!
- Верно говоришь, князь. Надо бы сесть, да написать закон...
А кроме того святая Русь не имеет никакой истории. Пора браться
за дело!..
-----
Хан Батый - новгородцам:
- Что вы кочевряжитесь, господа новгородцы? Сдавайтесь, да и
разойдемся с миром... А то, неровен час, попрет Ливонский
орден, а мы тут еще не разобрались между собой.
- Знаешь что, хан, иди ка ты... к своей матери. Ты сейчас
нас, конечно, побъешь, но через триста лет от твоей орды ни
черта не останется, и даже место забудут, где она стояла. А
Господин Великий Новгород на этом месте как был, так и
останется. Нам болтать некогда - надо к грядущим раскопкам
готовиться. Монету чеканить, срубы ставить, опять же,
берестяные грамоты зарыть, чтоб не сгнили... Так что, вали
отседова, не мешай...
-----
Александр Невский - новгородцам:
- Ну что, братцы, где немцев-то бить будем?
- Знамо где - в поле...
- А ежели, к примеру, они сюда попрут?
- Здесь, стало быть, и побьем.
- А ну, как не побьем?!
- Как так - не побьем? Обязательно побьем!
- Всяко ведь может быть. Немец - он тоже бить любит...
- Так он французов бить любит, а нас бить ему нет резону...
- Это отчего же?
- Сам посуди, князь: ну, побил он нас раз, другой, а потом
ведь мы его побьем все равно. Вот он и решит, что уж лучше
сразу...
- Эх, вы, мужичье... Заладили: побьем, побьем... А того не
ведаете, что за одного битого двух небитых дают. Мы их побьем,
а они нам потом ка-ак дадут!..
- Что же теперь, и бить нельзя?..
- Бить можно. Но, думаю, топить будет лучше. Ежели же они
нам за каждого утопленника дадут двух - мы не против.
Утопленник - он смирный... Айда на озеро - там вода под рукой!
-----
Иван Калита - татарскому хану:
- Давай, хан, так: дань тебе, а деньги - мне.
- Моя не понимай. Дань мне, а тебе что?
- Деньги.
- А дань?
- Дань - тебе.
- А тебе что?
- Деньги.
- А дань кому?!
- Мне.
- Совсем запутал! Слушай, забирай свой дань и убирайся к
шайтану!
- Договорились. Но тогда уж деньги - мне-е!
-----
Борис Годунов - Шуйскому:
- Достиг я высшей власти...
Но нет в душе моей покоя!
- Покой и власть несовместимы, государь.
- Но ведь, казалось, вот еще чуть-чуть,
И успокоится народ, займется делом,
И на Руси наступит благодать.
- Вот в этом вся и штука, государь.
Тебе ль не знать, что в государстве мир
Для государя - смерть.
- Ты видно бредишь -
По скудости ума иль от болезни?
Неужто я, как государь,
Обязан разжигать вражду в моем народе
Все только для того,
Чтоб усидеть на троне самому?
Будь так, я проклял бы свой жалкий жребий!
- Эх, царь, когда стремился к трону ты,
Уж верно полагал, что жребий государя
Лишь почести да слава.
Нет, угрызенья совести его удел.
- О чем ты говоришь? Речей твоих
Не разумею я!
- О Дмитрии-царевиче конечно.
- Что? Видит Бог, в его я смерти не повинен.
Тебе готов поклясться на распятье...
- В том сомнений нет.
Но разве государь не отвечает перед Богом
За все, что в государстве происходит,
Ибо власть его безмерна, а вина
Всегда лежит на том, кто допустил,
Хоть мог не допустить.
Ты виноват уж тем, что восседал на троне,
Когда творились гнусные дела.
- Ты прав... Не по себе взвалил я ношу.
Теперь хоть в петлю... Боже, Боже...
Все мальчики кровавые в глазах!..
- Не мальчики, Борис,
То, верно, бесы манят тебя из ада...
- Замолчи!..
-----
Марина Мнишек - Лжедмитрию:
- Скажи мне, любезный друг, ты вправду Дмитрий, или обманул?
- Я - царь. А Дмитрий, или не Дмитрий - какая тебе разница?
- Мне-то все равно, да люд московский больно недоверчив.
"С каких это щей, - говорит, - наш царь раздает земли полякам
направо и налево?"
- Мои земли - кому хочу, тому и раздаю.
- А ну как все раздашь - где, дурень, царствовать будешь?..
Ладно, раздавай пока, только Сибирь не трогай.
- Да зачем она мне, та Сибирь?!
- Вот и славно. Тебе ни к чему, а России пригодится. Думаю,
Россия без каторги не успокоится...
-----
Пожарский - Минину:
- До чего же сволочной народ эти поляки. Мало им одного
Лжедмитрия, так они еще и другого пристраивают!
- А сколько, князь, детей было у царя Ивана?
- Ну, уж Дмитрий-то был один. А прочие - кто
их считал... У царей ведь семь пятниц на неделе. Сегодня он на
одной женат, завтра - на другой, а через пятницу на третьей.
Потом разбирайся, кто из наследников законный, и кто побочный.
А поляки - шельмы! - знают толк в политиках. Так что, брат
Кузьма, с этой династией пора кончать. Слишком много
претендентов на престол расплодилось.
- А где царя брать? Надо ведь, чтобы законный был...
- Царя-то? - Пожарский призадумался. - Сначала поляков
взашей вытолкаем, а потом кто первый до трона добежит, того и
узаконим... Скликай ополчение!
-----
Иван Сусанин - полякам:
- Паны шляхтичи, мы уже почти дошли до места. Вон на той
полянке, стало быть, и остановимся.
- Что значит остановимся, пан Сусанин? Как это понимать?
- А так, что станем и будем стоять.
- И сколько стоять прикажете?
- Пока ноги держат. А потом ляжем.
Разъяренные поляки рубят Сусанина в капусту. Прийдя в себя,
совещаются:
- Мерзавец, он и сам дороги не знал, а туда же полез в
проводники!
- Знал, или не знал - теперь поздно разбираться... Вот черт,
поспешили! Дошли бы до полянки, а там бы он, глядишь, и
передумал останавливаться. Теперь-то уж придется наверняка...
-----
Петр I - боярам:
- В Европе, господа, бороды нынче не в моде, а в Индии и
Китае их отродясь не носили. Мы же находимся посередине, и
какую политическую ориентацию не выбери, все равно получится
конфуз.
- Что нам Европа, государь - мы сами по себе.
- Кругом политические союзы, а мы с нашим небритым рылом ни
в какой союз встрять не можем!
- Зачем нам, государь, эти союзы - мы сами по себе.
- Эк, заладили! Без союзов какая же политика?!
- Так на кой бес нам эта политика - мы сами по себе. Сроду
мы без политики жили и еще сто лет проживем...
- Что за оказия, право! Россия молода, а цвет нации мохом
порос... В общем так, господа, либо мы нынче сами побреемся,
либо чуть позже нас побреют за наш счет. В Европе нынче порядок
таков: за одного бритого двух небритых дают, а за двух бритых
величают императором.
-----
Петр I - Меньшикову:
- Что, князь, не сладко?! То-то и оно, что окна надобно
рубить, пока стены ставишь, а не когда двери подопрут.
-----
Петр I - Меньшикову в другой раз:
- Помнишь, князь, как ты на ярмарках пирогами с зайчатиной
торговал?
- Как не помнить, мин херц, - вздохнул Меньшиков, - славное
было время...
- А когда мы шведа под Нарвой побили - ужель не славное?!
- Славное, мин херц. Но то время славилось зайчатиной, а
это - вороньем.
- Погоди, вот под Полтавой шведу конфузию учиним, и вовсе
славные времена наступят. И зайчатина будет, и мадера!
- Будет, мин херц, - Меньшиков вздохнул опять. - Славные
наступят времена, да только мы в тех временах навсегда
застрянем...
-----
Екатерина Великая - князю Потемкину:
- Что, князь, как твои деревни?
- Да все, матушка, мерзавец Бирон перекупил.
- А почему, все же, их называют потемкинскими?
- Ну так фасады-то я ставил!
-----
Суворов - последнему солдату, перешедшему Альпы:
- Это, конечно, не Гималаи, но увы, братец, ничего
более приличного в Европе отыскать не удалось.
-----
Суворов - адьютанту:
- Ну как, брат, турки еще сидят в Измаиле?
- Сидят, ваша светлость.
- А что высиживают - не спрашивал?
- Спрашивал, ваша светлость, - молчат. Темный народ,
забитый. Одно слово - басурмане. Им, говорят, за болтливость
языки отрезают.
- Так может нашим-то всем уже поотрезали - вот они и молчат?
- Должно быть так, ваша светлость.
- Ты вот что, братец, напиши-ка им ультиматум. Мол, так и
так, убирайтесь подобру-поздорову, а то, мол, Суворов наверх
уже доложил, что крепость взята, и во всех историях велел
написать то же самое...
Турки не посмели отрицать исторический факт и на следующий
день сдали крепость.
-----
Александр первый - Наполеону:
- Ну вот что, уважаемый, коль скоро мы с вами императоры,
так давайте сначала как-нибудь разделим Европу, а уж потом
начнем воевать. Иначе непонятно, из-за чего, - мы в России, вы
во Франции...
- Дельная мысль. Я предлагаю разделить с востока на запад.
- И куда отойдет Россия?
- Вся Россия отойдет к северу, ибо искони неделима.
- Хм... А Италия?
- Италия, естественно, к югу, вместе с Францией.
- Ну, а, скажем, Германия - ее куда?
- Германия?.. Я предлагаю поступить просто. Мы ее на время
упраздним, а там видно будет. Ну а сразу после решающей битвы
переделим все вместе с севера на юг.
- Пожалуй. Россия при этом конечно же отойдет к востоку, но
это не надолго...
-----
Граф Ростопчин сам себе:
- Ты смотри, французишки-то распоясались вконец! Привыкли,
шельмы, скакать по европам, да ключи от городов собирать...
Ну, ничего, мы им дадим прикурить. Мудры же были предки - не
зря они Москву из дерева рубили. Строили бы как в Европе,
теперь войне совсем другой оборот вышел бы...
-----
Кутузов перед трапезой - адьютанту:
- Передайте в войска, что я готов к сражению.
- А что передать Бонапарту?
- Ничего. Он и сам возьмет, что нам нужно.
-----
Павел первый - советникам:
- Итак, господа, Россия наконец построена. Остались пустяки:
надо каждого россиянина научить ходьбе строевым шагом и разного
рода поворотам в истории российского государства.
- Мудрено, великий государь, весь народ переучить. Он все
больше к переворотам привык, да к бунтам. Тут даже неизвестно,
с какого конца подойти.
- Тогда поступим просто: покажем народу палку, объясним,
сколько у ней концов, а до всего остального они дойдут сами...
-----
Один из потомков-россиян - другому:
- Российская история полна загадок и парадоксов. Но все же
нам удалось стать великой нацией, несмотря на все старания
предков.
- Это верно. Удивляет другое: как при таком старании народы
России не переколотили друг друга?
- Должно быть, пока одни колотили других, прочие тайно
размножались, а те, которые лезли снаружи ассимилировались за
наш счет. То есть, они нам - шерше, а мы им - ля фам!
-----
Фома Евграфович Топорищев. Посмертные комментарии
---------------------------------------------------------------
© Copyright Владимир Борисович Дрыжак
Email: dvb@samy.krasnoyarsk.su
Date: 8 Jun 1999
---------------------------------------------------------------
Да простит мне господь мои
творения!
Ф.Т.Топорищев
ЗАМЕЧАНИЯ К ОТКРОВЕНИЯМ
Не вера священна, но писание...
Ф.Т.Топорищев
-----
Земля же была безвидна и пуста, и тьма
над бездною; и Дух Божий носился над водою.
Бытие 1.2
На вопрос о том, что поделывали Отец с Сыном,
сл
...Закладка в соц.сетях
