Жанр: История
Войска спецназначения во второй мировой войне
...н
исключительно добровольцами. Три дивизии готовились для Европы: две
укомплектованы в
1943 году (82-я и 101-я), одна в следующем (17-я) и еще одна сформирована для
Тихоокеанского театра (11-я). Впоследствии к ним присоединилась 13-я вдд, также
направленная в Европу.
В парашютные части набирали элиту изъявивших желание служить в них
военнослужащих, чьи физические и психические кондиции были значительно выше,
нежели у
обычных солдат. Особые условия, в которых предстояло служить парашютистам, щедро
оплачивались: они получали очень высокое по армейским меркам, так называемое
"прыжковое" денежное содержание ("Jump" pay). Планерная же пехота,
комплектовавшаяся
призывниками, по своим доходам вначале не отличалась от общевойсковых частей,
что не
вполне отвечало действительному риску при полете на десантном планере в тыл
противника -
это частенько приводило к взаимной неприязни между двумя ветвями ВДВ. Только
весной 1944
года, непосредственно перед вторжением в Нормандию, "планеристы" с одобрения
Конгресса
США получили так называемое "полетное" содержание ("Flight" pay), практически
приравненное к "прыжковому".
Ночной прыжок на занимаемую противником территорию был испытанием не для
слабонервных: рядовой Фэйерт Ричардсон (Richardson) из группы передового
наведения 508-го
парашютного полка 82-й дивизии так описывал свой прыжок в Нормандию ночью 6 июня
1944
года: "Оказавшись стиснутым в утробе самолета, каждый десантник мог
разговаривать только с
ближайшим соседом при неимоверном гуле двигателей самолета, а посмотреть в
иллюминатор
- лишь с усилием повернувшись со всем своим громоздким грузом... Затем командир
экипажа
из своей кабины пробрался в хвостовую часть самолета и открыл люк. Через
открытый люк
Ричардсон увидел в небе, несколько в стороне, огненные всполохи и почти сразу же
догадался:
это разрывы зенитных снарядов. Громко прозвучала команда, парашютисты неуклюже
соскочили со своих скамеек и каждый прицепил вытяжной фал к натянутому над
головой
тросу. Теперь они могли видеть траектории светящихся точек, взлетавших с земли
по
направлению к ним и производивших безобидные хлопки вокруг них, подобно
праздничному
фейерверку в небе. Каждый десантник чувствовал, что на него опирается другой,
стоящий за
ним. Вспыхнула зеленая лампочка, и все они друг за другом начали выполнять
знакомую
процедуру прыжка из парашютного люка. Эту процедуру они проделывали уже много
раз,
чтобы, покувыркавшись в воздухе, зависнуть и затем постепенно снижаться в
скользящем
потоке".
В соответствии с принятой в армии США традицией им были присвоены и особые
наименования: 82-й - "All American" ("Вся американская нация") - в дивизии
служили
выходцы из всех штатов, что было весьма уникальным явлением (кстати, этим
объясняется
секрет шифровки "АА" на нарукавных нашивках 82-й вдд), 101-я вдд получила
наименование
"Screaming Eagles" ("Клекочущие орлы"), 11-я - "The Angels" ("Ангелы"), 13-я -
"Black
Cats" ("Черные кошки"), 17-я - "The Talon" ("Коготь"). Девизом всех вновь
созданных
соединений стал лозунг "All the way" - "Пройти всюду".
Концепция использования воздушно-десантной дивизии предусматривала создание
небольшого высокомобильного аэротранспортабельного соединения, включающего в
себя один
парашютный пехотный полк (Parachute Infantry Regiment - PIR) и два планерных
пехотных
полка (Infantry Glider Regiment) с обычными дивизионными средствами усиления и
поддержки
общей численностью до 8505 человек. Несмотря на неоднократно высказывавшиеся
предложения создать дивизии нового рода войск на бригадной основе (подобно
британским),
американские ВДВ вплоть до недавнего времени сохраняли полковую структуру.
Парашютные
полки были развернуты из созданных ранее батальонов и по своей численности и
организации
почти не отличались от пехотных.
В сентябре 1944-го штат дивизии был расширен и их численность достигла 12
человек. Организация соединения была модифицирована по следующему образцу: - два
пехотных парашютных полка, каждый в составе трех батальонов с полковым штабом и
ротой
обслуживания численностью до 2364 человек;
- пехотный планерный полк, разделенный на три батальона, полковой штаб,
противотанковую роту и роту поддержки; численность полка - 2978 солдат и
офицеров;
- зенитно-противотанковый батальон в составе трех пулеметных батарей (в
каждой 12
12,7-мм зенитных пулеметов М2НВ) и трех пушечных (по 8 57-мм противотанковых
орудий
M1);
- дивизионная артиллерия, включающая три батареи 75-мм легких гаубиц
(впоследствии
расширена до двух парашютных и двух планерных артиллерийских дивизионов);
- техническая, инженерная роты и рота связи, а также разведывательный
взвод. Для
базирования авиации, выделенной для десантирования одной такой дивизии, по
американским
нормативам требовалось 12-15 полевых аэродромов, что несколько превышало
потребности
соответствующих немецких или советских соединений. По этой причине вплоть до
конца
войны в Европе американские воздушно-десантные части выбрасывались в тыл
противника из
районов Лондона или Парижа, обладающих развитой аэродромной сетью.
На протяжении всей второй мировой армия США сохраняла тенденцию разделять
свои
соединения дивизионного уровня на полуавтономные "боевые группы", в изобилии
обеспеченные всеми необходимыми средствами ведения боя и снабжения. Это
объяснялось
существующими традициями, а также определенной очаговостью боевых действий как в
Западной Европе (где часто не было сплошной линии фронта, а сражения велись за
обладание
конкретным городом или районом), так и в густых джунглях и на маленьких островах
Тихого
океана. Поэтому концепция, заложенная в основу создания воздушно-десантных
войск,
предусматривала наличие возможности ведения таких боевых действий в полковом
звене для
решения поставленной задачи даже при условии почти полной изоляции от штаба и
тылов
дивизии. С этой целью воздушно-десантные соединения могли выделять из своего
состава
полковые боевые группы (Airborne Regimental Combat Team). Эти группы в
соответствии с
принятой в США практикой обозначались первыми буквами алфавита: "А", "В" и "С"
("С" в
основном выделялась в качестве дивизионного резерва).
В составе парашютных частей имелись передовые группы наведения, получившие
название "следопытов" ("Pathfinders"). В них зачисляли специально обученных
солдат, обычно
первыми прыгавших в район цели и обозначавших кострами или сигнальными дымами
точные
места высадки основного десанта. К моменту высадки в Нормандии группы получили
радиомаяки типа EURECA ("Эврика"), служившие для передачи сигналов самолетамлидерам,
летящим впереди соединений военно-транспортной авиации. Рядовые патфайндеры
имели ряд
льгот: укомплектованные добровольцами группы жили "более самостоятельной и
спокойной
жизнью, нежели солдаты воздушно-десантных рот, которых регулярно назначали в
наряд на
кухню и в караул. После того как была закончена их специальная подготовка по
обслуживанию
наземного радиомаяка-ответчика "Эврика", их группа имела возможность значительно
чаще
получать увольнение из лагеря" (16, с. 116). Необходимо отметить, что в кругах
военных
теоретиков США и Англии эффективность использования ВДВ всегда была под
вопросом, так
как десантники располагали очень ограниченными средствами борьбы с танками и
после
приземления были совершенно немобильны. Сторонником этой теории был, в
частности,
будущий главнокомандующий объединенными экспедиционными войсками союзников в
Европе генерал Дуайт Эйзенхауэр (Dwight Eisenhower). Личный состав американских
десантных соединений не разделял этого мнения, так как солдаты и офицеры были
воспитаны в
духе суперменства и пренебрежения к противнику и рвались в бой. "Мы знали, что
являемся
самыми крутыми парнями в мире", - вспоминал настроения тех лет один из ветеранов
101-й
дивизии. Все это, умноженное на типичную американскую браваду, стало причиной
явной
нелюбви к парашютистам со стороны военнослужащих других родов войск.
Боевой путь
Едва сформировав относительно крупные части ВДВ, американцы направили их в
Англию для возможного использования в боевых действиях. В июне 1942 года в
расположение
1-й британской парашютной бригады (Чилтон-Фолиайт, графство Уилтшир) прибыл
личный
состав 509-го парашютного батальона под командованием подполковника Эдсона Д.
Раффа
(Adson D. Ruff). В задачи десантников входила совместная боевая подготовка с
англичанами и
тренировка в выполнении общих боевых задач. До использования парашютистов (как
английских, так и американских) едва не дошло в августе 1942 года, во время
неудачного рейда
на Дьепп. Но, к счастью для десантников, их участие было отменено.
В первый раз парашютисты Раффа пошли в бой не на побережье Ла-Манша, а в
Северной
Африке, где приняли участие в обеспечении проведения операции "Torch". 8 ноября
1942 года
509-й батальон на сорока "дакотах" вылетел в район алжирского города Оран -
французской
военно-морской базы и одного из главных объектов начинавшегося англоамериканского
вторжения. Высадка должна была осуществиться не с помощью парашютов, а
посадочным
способом на ВПП крупного аэродрома Эль-Сения, занимаемого частями французских
вишистов. От последних не ожидалось никакого сопротивления, но при подлете к
цели
американские самолеты внезапно попали под массированный обстрел средств ПВО и
вынуждены были отказаться от посадки на аэродром, В связи с отсутствием
парашютов
высадка оказалась сорванной; поскольку С 47 действовали на пределе своего
радиуса действия,
горючего для возвращения на базу не осталось и все машины были вынуждены сесть
на
высохшее солевое озеро, находящееся на значительном удалении от Эль-Сении. Там
парашютисты и прохлаждались, пока город и аэродром не были захвачены частями,
высаженными с моря. Однако применение им все же нашлось - уже 11 ноября
десантники
были переброшены на другую французскую авиабазу - Тебес, расположенную на
алжирско-тунисской границе. В этом пункте батальону Раффа удалось без помех
приземлиться
на ВПП, разоружить местный гарнизон, не оказавший сопротивления, и установить
контроль
над важным в тактическом отношении объектом.
В самом конце 1942 года 509-й батальон привлекли к выполнению специальн-ого
задания
- подрыву железнодорожного моста близ местечка Эль-Джем (юг Туниса, уже
оккупированного к тому времени немцами и итальянцами). Усиленный взвод (44
человека) был
выброшен с парашютами в темные утренние часы, быстро справился с не ожидавшей
нападения малочисленной охраной, уничтожил мост, но на обратном пути почти
полностью
погиб. Причиной этому послужил почти 200-километровый переход по скалистой
пустыне в
расположение своих войск. Во время этого рейда по тылам противника погибло 36
человек.
Боевое крещение 82-й дивизии под командованием генерал-майора Мэтью Б.
Риджуэя
(Matthew В. Ridgeway) состоялось при высадке союзников на Сицилии (операция
"Husky").
Операция проводилась в качестве первого шага по вторжению в Италию с целью ее
вывода из
войны и перенесения боевых действий на европейский континент. Остров, а также
прилегающие территории Сардинии и южной части Апеннин в течение двух месяцев
перед
высадкой подвергались интенсивным бомбежкам (подробнее см. раздел
"Великобритания").
Для обеспечения наступательных действий морского десанта (до 66 тысяч
человек в
первой волне) парашютисты на рассвете 10 июля 1943 года были сброшены в секторе
американского II корпуса - авангарда 7-й армии генерал-лейтенанта Джорджа
Паттона (George
Patton), между Ликатой и Скольитти. Плохая организация высадки воздушного
десанта,
которой вообще отличалась операция "Huski", сказалась и здесь. Все началось с
того, что
соединение транспортных "дугласов", на которых летел авангард 82-й дивизии -
505-й
парашютный полк полковника Джеймса М. Гэвина (James M. Gavin), при пересечении
береговой линии было встречено шквальным зенитным огнем . Строй самолетов
нарушился, а
необстрелянные летчики сбросили своих "подопечных" куда попало, в результате
чего около
двух тысяч парашютистов оказались рассеянными по всему острову. Часть из них
попала даже
на его противоположный берег, в зону высадки английских войск (в полутора
тысячах
километров от назначенного района десантирования). Разумеется, ни о каком
выполнении
боевой задачи в этих условиях говорить уже не приходилось.
Оценив ситуацию, союзное командование направило вслед за полком Гэвина и
главные
силы 82-й дивизии - 504-й парашютный полк вместе с артиллерийским дивизионом,
которые
вначале планировалось оставить в резерве для последующего вторжения в Южную
Италию.
Эти силы попали в еще худшую переделку: при перелете над Средиземным морем на
самолеты
С 47 обрушился огонь не в меру бдительной ПВО соединения английских
кораблей,
прикрывавшего высадку морского десанта. "Дакоты" приняли за вражеские
бомбардировщики,
в результате чего 12 самолетов было сбито, а еще 37 вернулись на базу ввиду
сильных
повреждений. Общие потери 504-го полка при этом составили свыше 300 человек.
Остальные
транспортники, прорвавшись через свой и вражеский зенитный огонь, все же сумели
провести
выброску парашютистов.
Часть сил высажена в район Джелы, в центре захваченных на побережье
плацдармов,
часть - на правом фланге, у населенного пункта Санта-Кроче-Камерина. К
последнему
сухопутные войска подошли уже на следующий день, а вот у Джелы дела с самого
начала
пошли трудно. Почти сразу после приземления парашютистов и высадки на берег сил
вторжения американцы были встречены здесь контратакой легких итальянских танков,
а затем
и германских танковых частей дивизии "Hermann Goering" из района Кальтаджироне,
с
которыми вступили в бой (за неимением у высаженных войск достаточного количества
противотанковых средств) крейсера и эсминцы сил поддержки. Войска стран "оси"
нанесли
удар и в направлении Ликаты. Бои на побережье продолжались до 12 июля, когда
противник
под градом снарядов корабельной артиллерии и непрерывными бомбежками с воздуха
начал
отход в горы.
Решительные действия немецких войск по изолированию воздушных десантов
ввиду
общего неравенства сил успехом полностью не увенчались, но все же "первый блин"
американцев оказался комом: целый батальон "самых крутых парней в мире" из
состава 82-й
дивизии попал в окружение и был пленен противником. Тем не менее десантники
выполнили
задачу и в дальнейшем продвигались вглубь острова вместе с сухопутными войсками.
После
завершения боев и последовавшей за этим эвакуацией немецко-итальянских частей на
континентальную часть Италии началась подготовка к вторжению через Мессинский
пролив.
Для выполнения операции "Avalanche" ("Лавина") 7-ю армию сменила 5-я,
проходившая до
этого подготовку в Северной Африке. Наиболее обстрелянные части Паттона (в том
числе и
пополненная 82-я дивизия) были сведены в VI армейский корпус и включены в состав
5-й
армии. Далее последовала кровопролитная- и не вполне удачная высадка под
Салерно, где
82-я дивизия вновь оказалась сильно потрепанной. Наконец, 501-й парашютнодесантный
полк
в составе VI армейского корпуса
5-й армии принял участие в неудачной десантной операции в районе Анцио
(план
"Shingle" - "Морская галька"). Высаживающиеся части были призваны обойти с
фланга
немецкую "Готическую линию" (находилась в 150 километрах южнее) и стоящих
насмерть у
монастыря Монте-Кассино солдат германского парашютного корпуса. Полк был высажен
в
окрестностях порта в первой волне десанта (совместно с частями рейнджеров) на
плавающих
бронетранспортерах LVT и автомобилях DUKW-353 с задачей захватить плацдарм для
высадки
морского десанта, следующего из Неаполитанского залива. Операция началась 22
января 1944
года в два часа ночи - стоящие на якоре вблизи берега транспорты с войсками
ожидали
сообщений от первой волны десанта. Побережье обороняли только два немецких
батальона
ослабленного состава и несколько береговых батарей, поэтому парашютисты и
подразделения
рэйнджеров, используя эффект внезапности, сразу же захватили городской порт и
начали прием
судов с основными силами десанта. Высадка прошла без сучка, без задоринки, но
развить успех
союзники не смогли: вместо того чтобы стремительно наступать в тыл немецким
частям,
обороняющимся южнее, они начали закрепляться на плацдарме. Уинстон Черчилль
впоследствии с горечью заметил по этому поводу: "Мы ожидали, что высадим на
берег дикую
кошку, а это оказался издыхающий кит". Ответные меры немцев не заставили себя
ждать:
десант был наглухо заблокирован контратаками на небольшом прибрежном пятачке и
несколько месяцев вел тяжелые оборонительные бои против танковых соединений
вермахта,
практически не облегчив положение частей, штурмующих "Готическую линию". В этих
боях
501-й полк понес большие потери и вскоре был эвакуирован на юг Италии для
переформирования.
Итак, за время наступательных боевых действий в Средиземноморье
американские
воздушно-десантные части понесли чувствительные потери. Поэтому после взятия
Неаполя обе
дивизии (82-ю и 101-ю) вывели в резерв и перебросили в Великобританию для
отдыха,
пополнения и подготовки к грядущим тяжелым боям во Франции. Были сделаны и
определенные неутешительные выводы: по результатам сицилийской кампании союзные
штабисты сочли, что в условиях активного противодействия ПВО противника не более
10 %
численности воздушно-десантных сил может пробиться к району высадки и начать
выполнять
боевую задачу. Эти тезисы должны были учитываться при разработке вторжения в
Европу, где
планировалось самое широкое использование ВДВ.
В 1944 году союзники ощутили острую необходимость скорейшего открытия
второго
фронта. Красная Армия быстро приближалась к границам европейских государств,
оккупированных немцами, поэтому в англо-американских штабах развернулась
лихорадочная
деятельность по окончательной подготовке Нормандской операции. На повестке дня
стоял
вопрос: сумеют ли союзники занять территорию "третьего рейха" раньше русских и
таким
образом предохранить Германию от проникновения коммунизма и ее неизбежного
превращения в потенциального союзника Москвы? После нескольких месяцев
тщательной
доводки сроки, место и формы проведения вторжения были окончательно определены
("Пушки
наведены, люди готовы"). Важную роль в операции были призваны сыграть
воздушно-десантные войска. Дивизии ВДВ, согласно оценке комиссии сената,
проводившей
летом 1944 года изучение боеспособности армии, были охарактеризованы едва ли не
как
единственно годные к ведению активных боевых действий в Европе. Состояние
подготовки
большинства прочих соединений сухопутных войск оценивалось как плачевное, а
выводы
комиссии послужили причиной слушаний в сенате Соединенных Штатов, где вопиющая
неготовность армии к единоборству с противником (по результатам
североафриканской и
сицилийской кампаний) расценивалась как угроза национальной безопасности страны.
Поэтому
десантников вновь и вновь проверяли и инспектировали командиры всех уровней,
включая
генералов Эйзенхауэра - главкома на Европейском ТВД и Джорджа Маршалла -
начальника
штаба армии США.
К этому времени германское военное руководство, исходя из опыта
союзнических
десантных операций в Средиземноморье, стало испытывать серьезные опасения
относительно
развития предполагаемых боевых действий. Боялись и парашютистов - здесь многое
подсказывал даже собственный опыт. В своих "Воспоминаниях" Шпеер указывает на
письмо
Йодлю от 29 мая, где сообщает о возможности нанесения англо-американцами удара
со
стороны побережья Северного моря, в обход укрепленных позиций "Атлантического
вала" по
берегу Ла-Манша. По его мнению, союзникам для этого нужны две вещи - мощная
бомбардировочная авиация, которая разрушит все мосты через Рейн, отрезав таким
образом
войскам, находящимся во Франции, дорогу на восток, и крупные силы ВДВ, способные
высадиться в первой волне и захватить стратегические плацдармы: "... я всерьез
опасался, что
события будут развиваться в следующей последовательности: противник выбрасывает
воздушные десанты на аэродромы Гамбурга и Бремена, затем его небольшие по
численности
подразделения захватывают порты этих городов, где высаживаются мощные армейские
группировки, которые, практически не встречая сопротивления, продвигаются к
Берлину".
В союзных штабах, напротив, с опасением относились к идее проведения
выброски
крупного парашютного десанта перед началом вторжения. Командующий силами
тактической
авиации, выделенной для участия в операции "Overlord" маршал королевских ВВС сэр
Треффорд Ли-Мэллори (Trafford Leigh-Mallory) 29 мая сообщил Эйзенхауэру о
недавно
полученных свежих разведданных. По его словам, немцы начали интенсивное
инженерное
оборудование района, в котором была намечена высадка парашютистов.
Проанализировав силу
противодесантных заграждений в этих пунктах, маршал пришел к выводу, что лишь
"30
процентов воздушных грузов будут пригодны для использования против врага".
Ссылаясь на
опыт Крита, Ли-Мэллори заявил, что воздушно-десантная операция "принесет
результат, если
она восполнит что-то, в чем вы нуждаетесь, если же успех высадки с моря...
зависит от
воздушного десанта, то боюсь, что тем самым она ставится в опасное положение".
Британский
военачальник высказался за полную отмену выброски парашютистов. Направив свои
соображения главкому в письменном виде, Ли-Мэллори решил довести дело до конца и
30 мая
сам выехал к Эйзенхауэру. В состоявшемся совещании он доложил о возможности
"бессмысленного уничтожения двух прекрасных дивизий (82-й и 101-й),
предупреждая, что
потери могут достичь 70 процентов" (1, стр. 113). Генерал-лейтенант Омар Брэдли,
командовавший 1-й армией, напротив, постоянно требовал высадки в тылу немцев
перед своим
фронтом крупного воздушного десанта, уделяя взаимодействию с парашютистами
приоритетное место в своих оперативных планах. Поэтому после некоторого раздумья
(генерал
Эйзенхауэр впоследствии сказал об этом эпизоде: "Трудно придумать более
душераздирающую
проблему") главнокомандующий сообщил Ли-Мэллори, что план операции остается без
изменений, предписав ему "разрабатывать до последней детали все, что способно
уменьшить
опасность". В воздушно-десантных соединениях необходимо было поддерживать
высокий
боевой дух. "Как и всем солдатам, им следует понимать, что предстоит тяжелая
работа, но они
должны уходить на задание с решимостью ее выполнить", - строки из обращения
Эйзенхауэра
к командному составу ВДВ. Для осуществления высадки на побережье Ла-Манша все
союзные
парашютные части были собраны в кулак. Две (затем к ним присоединилась третья)
американские дивизии образовали XVIII воздушно-десантный корпус. Его командирам
был
назначен новоиспеченный генерал-лейтенант Мэтью Б. Риджуэй. Кадровые
перестановки были
осуществлены и в командовании обеих дивизий: на посту командира 101-й генералмайора
Уильяма Ли (William Lee) сменил генерал-майор Максуэлл Д.Тейлор (Maxwell D.
Taylor), а
82-ю от самого Риджуэя принял уже упоминавшийся ранее генерал-майор Джеймс М.
Гэвин,
оставивший, кстати, любопытные мемуары, в 50-е годы переведенные на русский
язык.
XVIII корпус в качестве составной части вошел в Первую союзную воздушнодесантную
армию, возглавить которую было поручено американскому генерал-лейтенанту Льюису
Г.
Бриртону (Lewis H. Brereton). Отныне штаб армии планировал все крупномасштабные
десантные операции на европейском ТВД. Вообще, согласно бытовавшим в то время
взглядам,
любые соединения и объединения, превосходящие по силе дивизию, могли создаваться
только
на временной основе на определенный период для облегчения совместной боевой
деятельности
разных частей ВДВ и руководства ими. Всего в состав 1-й ВДА вошло пять дивизий -
три
американские (82, 101 и 17-я) и две британские, а также несколько штатных
соединений
военно-транспортной авиации.
Для обеспечения десантирования союзных войск (в общей сложности 35 тысяч
солдат и
офицеров) в Нормандии командованием было выделено свыше 2300 транспортных
самолетов и
2600 планеров. Особое внимание при подготовке высадки уделялось обеспечению
надежной
связи с авиацией и флотом, которые должны были оказывать поддержку частям
парашютистов
по их первому требованию. Проводилась тщательная разведка прибрежных районов
Франции,
причем одной из основных задач было обнаружение немецких противодесантных
заграждений
- "спаржи Роммеля", служащих для вывода из строя приземляющихся планеров с
десантом и
грузами. Погрузка 82-й и 101-й дивизий, выделенных американской стороной для
участия во
вторжении, на самолеты и планеры была проведена на юге Англии, в районе
Портленда -
Ньюбери (участок сосредоточения войск, предназначенных для высадки на
правофланговый
участок "Utah" - "Юта"). Транспортировка соединений по воздуху осуществлялась в
обход
береговой черты, между полуостровом Котантен и архипелагом Нормандских островов.
Делалось это для достижения максимальной скрытности и внезапности выброски
парашютного
десанта первой волны. Погода была штормовой, видимость - ограниченной. Это
давало
лишний козырь командованию союзных ВВС, ратовавшему за отсрочку начала операции
(десант планировалось сбросить в темное время суток, а для успешного
ориентирования
штурманов транспортных самолетов была необходима хотя бы половина лунного диска,
к тому
же не закрытая облачностью). Обе дивизии (всего 18 тысяч человек - самый
массовый доселе
парашютный десант) были сброшены на французский берег перед рассветом 6 июня
1944 года,
на берега реки Орн, севернее города Ка-рантан (прямо в тыл расположенной на этом
участке
побережья немецкой 91-й пехотной дивизии). Помимо захвата переправ, в их задачу
входило
прикрытие правого фланга высаживающихся на побережье в секторе "Utah" частей 1-й
американской армии (в первый день операции - 4-й пехотной дивизии XV армейского
корпуса) со стороны полуострова Котантен. Перед тем как транспортные "дакоты"
пересекли
линию французского берега, все засеченные к тому времени радиолокационные посты
немцев в
Нормандии подвергл
...Закладка в соц.сетях
