Жанр: История
Хакеры
...вницами. Чуть позже она предложила
отправиться в Лас-Вегас и быстренько пожениться. В ответ Роско
сочувственно улыбнулся и заметил, что она неправильно понимает положение
вещей. Это была его ошибка. Он не учел один факт: женщина, чьи надежды
он только что разбил, слишком часто ощущала свою ущербность. И так
безжалостно оттолкнув ее, Роско нажил в ней врага. Он еще не знал, на
что способны темные силы ее души. Эдди Ривера, молодой независимый
литератор из Лос-Анджелеса, не вполне ясно представлял себе, какой
материал ему подвернулся. Когда однажды он вылезал из своего автомобиля
на бульваре Сансет погожим днем в конце апреля 1980 года,
на глаза ему попался рекламный воздушный шар с надписью крупными
буквами:
"Телеконференция UFO. Звоните сейчас же!" В нем проснулось
любопытство. Эдди позвонил по указанному телефону и попал на праздную
болтовню трех человек, да еще на фоне какой-то телевизионной передачи.
Минут пять Эдди молча слушал эту болтовню, а потом до него дошло, что на
этом материале можно сделать очень даже недурную статью или репортажа не
похожий на те, какие он делал раньше,
- о рок-музыке, - и выгодно продать какому-нибудь изданию. Как
когдато случилось со Сьюзен, ему во что бы то ни стало захотелось
увидеться с тем парнем, который вел конференцию. Он вмешался в разговор:
- Извиняюсь, ребятки, но если вы знаете, кто тут у вас организует все
это дело, попросите его позвонить мне. В трубке сразу наступило
молчание. У Эдди возникло такое ощущение, словно он ночью вышел на
кухню, включил свет и увидел, как по углам торопливо разбегаются
тараканы. И все же просьба сработала. В тот же день Эдди получил первый
звонок. А вскоре он договорился о заказе на статью от газеты Los Angeles
Weekly и приступил к работе.
Первая встреча произошла в магазине бытовых электроприборов на
бульваре Санта-Моника. Этим магазином владел Барии - старший приятель и
спонсор Роско. Когда не нужно было идти в университет или вести
телеконференцию с домашнего телефона, Роско наведывался в этот магазин.
Покупателей там почти не было, торговый зал был захламлен старыми
полуразобранными телевизорами и Деталями к ним. Барии не получал никакой
прибыли от того, что содержал это заведение, но он охотно пользовался
конференц-связью, чтобы заводить знакомства с молоденькими девушками.
Поначалу Эдди толком не знал, чего ему ожидать. Роско явился на встречу
на редкость аккуратно одетым, причесанным и приглаженным, хотя и рубашка
и штаны на нем были изрядно поношенными и Далеко не модными. Вообще он
больше напоминал студента техническую факультетам чем телефонного
хулигана.
Барти вывесил на дверях магазина табличку закрыто , и все трое как
это обычно делал Эдди перед началом каждого неформального интервью,
отправлялись за пончиками. Роско, как и все его приятели фрики, питался
почти всегда на скорую руку
- в забегаловках из автоматов быстрой еды, а обеды его состояли
преимущественно • чизбургеров. В первую же минуту разговора Роско
заявила, что намерен сам решать сколько сведений и о чем получит от него
Эдди. Не без гордости он сообщил Эдди, что знает о телефонах намного
больше, чем средний служащий телефонной компании. При этом Эдди был
удивлен тем, как речь Роско была густо усыпана техническими терминами и
выражениями, принятыми в официальных документах. На любой вопрос Роско
стремился подыскать как можно более уклончивый ответ. Его излюбленными
оборотами были конструкции с пассивным залогом: не "я нашел , а "мной
было найдено", не "я позвонил по телефону ', а "мной был начат
телефонный разговор . Эдди решил, что такая своеобразная манера говорить
выработалась у Роско из-за того, что он начитался документации
телефонных компаний, которую собирал где только можно. Как бы там ни
было на самом деле, благодаря такой сухой манере Роско как бы отстранял
себя от пред мета разговора. Видимо, так он больше чувствовал свою
значительность.
По словам Роско, у него был какой-то приятель среди служащих
телефонной компании которому будто бы ничего не стоило провести Роско в
коммутационный центр, где стоит мощный компьютер, контролирующий все
телефоны в Голливуде. И вот будто бы однажды поздним вечером, находясь
около этого компьютера, Роско пронаблюдал, как его приятель щелкнул по
клавише и переключил какой-то сигнал. На другом конце отозвался женский
голос, и в ответ приятель Роско произнес внушительно: "Говорит Фарра
Фосетт Затем он объяснил Роско, что служащие телефонной компании обязаны
контролировать все поступающие звонки круглосуточно. Естественно, такая
работа утомляет и изматывает, так почему бы изредка не пошутить? Роско
рассказывал всю эту историю так убедительно и с такими подробностями,
что Эдди не усомнился в ее правдивости. На первых порах - на стадии
предварительного сбора материала для статьи - Роско держал в тайне все
свои координаты, ничего не сообщал Эдди о том, когда и где его можно
отыскать, и вообще вел себя, как беглец, скрывающийся от
преследователей. Если Эдди хотел связаться с ним по телефону, ему
приходилось дожидаться, пока Роско сам ему позвонит. Через несколько
недель Роско дал ему номер телефона которому можно оставить сообщение. И
только еще через месяц после этого Роско пригласил журналиста к себе на
квартиру, в одну из десяти секций в неказистом двухэтажном белом здании,
располагающемся в захудалом микрорайоне на южной окраине Голливуда, где
теснилось множество таких же убогих строений-Роско жил (со своей матерью
на первом этаже в квартире с двумя спальнями. Эдди успел заметать, что в
окрестных домах первые этажи занимали магазинчики с книжками, журналами
и прочей продукцией "для взрослых .
Учеба в университете и телефоны заполняли жизнь Роско почти Целиком.
Эдди слышал, что у Роско вроде была подруга, но в квартире не ощущалось
никаких признаков ее существования. Однажды, правда, Роско познакомил
Эдди с одной молодой особой по имени Сьюзен - странноватой, с причудами,
девицей высокого роста и непропорционально широкими бедрами, но Эдди
показалось, что отношения) между ними не более чем приятельские. Главным
делом в жизни Роско были телефоны, и именно из своей тесной спальни они
вел телеконференцию в НОВО-UFO. Его телефон звонил непрерывно, потому
что желающих поучаствовать в конференции было немало.
Роско управлял конференцией при помощи телефона с громкоговорителем :
из него непрерывно доносился негромкий шум общего разговора, в который
Роско мог вмешаться в любой момент. На другой телефонной линии у него
стоял включенный автоответчик, который тоже часто принимал вызовы. Среди
звонивших по этому номеру преобладали кокетливо хихикающие девчонки.
Эдди был немало удивлен тем, как Роско реагирует на звуковые сигналы
телефонов: он мог определить номер телефона на слух по тому, как абонент
на другом конце его набирает. Для этого нужно было обладать хорошим
музыкальным слухом. И судя по тому, что в этой очень скромной, если не
сказать убогой, квартирке были пианино лдовольно приличная
стереосистема, музыкальный слуху Роско действительно был. На стене
спальни красовались наградные листы Высшей школы в Бельмонте. А по тому,
как Роско общался со своей матерью, уроженкой Аргентины, почти не
говорившей по-английски, можно было сделать вывод, что Роско -
образцовый сын. Эдди был поражен тем, как свободно Роско говорит
по-испански - без малейшей натуги, словно это его родной язык. Между тем
его кожа совсем была смуглой, и английским языком он владел в самом что
ни наесть откровенно американском варианте, так что и в голову не могло
прийти, что его корни " в Аргентине; скорее уж где-нибудь в штате Айова.
Лишь один раз Роско показал Эдди, что в его натуре не все подчинено
суховатой сдержанности. Произошло это, когда они ехали в машине через
Голливуд и остановились на красный свет неподалеку от католической
церкви, откуда как раз выходила небольшая группа латиноамериканцев. -
Задержись-ка на минутку, - внезапно выкрикнул Роско с заднего сиденья.
- Я хочу малость потрепать им нервы. Он опустил стекло и чуть ли не
по пояс высунулся из окна.
- О Боже правый, - взвыл он по-испански и запричитал что-то еще,
словно религиозный фанатик или юродивый. Когда машина тронулась и
поехала прочь от остолбеневших прихожан, Роско откинулся на спинку
сиденья и залился смехом. - На них это всегда действует,- воскликнул он.
Из тех людей, которые регулярно участвовали в телеконференции, многие
вообще не имели в жизни других развлечений, кроме разговоров и знакомств
по телефону. По словам Роско, среди них было немало слепых или
страдающих другими недугами, были еще домохозяйки и матери-одиночки.
Многие страдали от нездоровой полноты. Из прозвищ, которыми они сами
себя называли, - Рик-Трип, Дэн-Двойная Фаза или Майк-Монтажник, - Эдди
заключил, что это были люди, имеющие определенные трудности в общении и
потому так неуклюже пытавшиеся привнести в свою жизнь хоть какой-то
намек на многозначительность и тайну. Это предположение укрепилось,
когда через несколько недель работы над статьей ему разрешили побывать
на одном из собраний фриков в квартире этого самого Дэна по прозвищу
"Двойная Фаза". Как выяснилось, многие участники воспринимали это
собрание как нечто гораздо большее, чем обычные посиделки. Уже один тот
факт, что мало кто из собравшихся мог водить машину и, следовательно,
был вынужден прибегать к другим способам передвижения, привносил в
обстановку ощущение чего-то необычного. А на самом собрании царило
угнетающее молчание: люди были слишком смущены, чтобы общаться друг с
другом напрямую, без телефона.
Чтобы Эдди мог просветиться и лучше ориентироваться во всех этих
вещах, Роско щедро снабдил его литературой: приволок ему кучу старых
выпусков ТАР, причем отзывался о них с такой серьезностью, словно эта
газета по общепризнанности не уступала журналу Newsweek. Эдди
внимательно прочитал несколько выпусков; чаще всего остального там
мелькали утверждения, будто ни один шифр, ни один охранный код не может
быть абсолютно надежным. Из этого Эдди заключил, что материалы в газету
писали люди, и впрямь находящиеся не в ладах с законом. Кроме того,
Роско показал ему исторический номер журнала Esquire со статьей о
телефонных фриках. Одним из героев этой статьи был небезызвестный
"Капитан Кранч". Роско обозвал его идиотом, который и шагу не мог
ступить без "синего ящика", потому что в искусстве фрикинга ничего не
смыслил. По мнению Роско, настоящий фрик должен быть похож на Гарри
Гудини должен находить ходы и выходы в телефонных сетях как волшебник,
без помощи всяких технических приспособлений. Впрочем, сам Роско
все-таки пользовался одной штучкой - тональным кнопочным
номеронабирателем, маленькой коробочкой из серого пластика, свободно
умещавшейся на ладони.
Спереди у нее была панель с десять
КЕВИН И ЛЕННИ По решению суда Кевину запретили общаться с
соучастниками своих прежних проделок, и таких людей набралось немало. В
список попали Роско, Сьюзен, Стив Роудс и Марк Росс. Кевину также строго
порекомендовали держаться подальше от всех телефонных фриков вообще, и
круг его знакомых резко сократился. Но с ним был и остался Ленни. Ленни
Ди-Чикко никогда не увлекался фрикингом, не ковырялся в мусорных ящиках
и никому не заговаривал зубы по телефону. Его страстью было нажимать на
кнопки. Еще в самом раннем детстве, живя с родителями в Оук-Парке
неподалеку от Чикаго, Ленни не обращал внимания ни на какие игрушки,
если в них не было регуляторов, чтобы их поворачивать, или рычагов,
чтобы на них давить. Едва он научился ходить, как в нем обнаружилось
фантастическое чутье, позволявшее находить нужную кнопку, чтобы,
например, остановить лифт между этажами или отключить эскалатор в
большом магазине. В возрасте пяти лет он ухитрился вызвать пожарную
тревогу в большой больнице в Чикаго, и все врачи и санитарки в панике
бегали по коридорам.
Для его родителей такая необъяснимая одаренность сына навсегда
осталась загадкой. Джилберт Ди-Чикко работал художником-иллюстратором в
газете Chicago Tribune, его жена Вера тоже была художницей. А их
единственный сын питал симпатию не к карандашам или краскам, а к таким
игрушкам, в которых обязательно должны были быть движущиеся детали и
механизмы.
В 1977 году Джил Ди-Чикко получил работу в одной газете в
Сан-Фернандо, и вся семья переехала в Лос-Анджелес. В первые же минуты
своего пребывания в Лос-Анджелесе двенадцатилетний Ленни проявил
потрясающую предприимчивость. Пока семейство, стоя в здании аэровокзала,
поджидало брата Джилберта, который обещал приехать за ними на своей
машине, Ленни изучил обстанов и выяснил, что за каждую взятую напрокат
багажную тележку, когда ее возвращают в диспетчерскую, выплачивается
двадцать пять центов. И в течение получаса он носился по всему
аэровокзалу, собирал брошенные тележки, свозил их в диспетчерскую и
получал за каждую по двадцать пять центов. Ошеломленный прытью сына,
Джил Ди-Чикко только и мог подумать: да, впечатляющее предзнаменование
для начала нового этапа жизни!.. Ленни стал учиться в школе Сепульведа в
Мишн-Хилз, а компьютеры впервые начал осваивать в школе Монро под
руководством преподавателя по имени Джон Крайст. Оказалось, что интуиция
помогает Ленни неплохо ориентироваться в хитросплетениях интегральных
схем, да еще у него проявилась склонность к программированию. Как раз
тогда начинались эпоха персональных компьютеров, и увлеченность сложной
техникой оказалась для Ленни как нельзя более кстати.
Как и многих в этом возрасте, его не оставила равнодушным и
современная техника дистанционной связи по телефонным линиям. Когда
однажды Ленни сумел самостоятельно подключиться к главному компьютеру
управления школами округа, Крайст только озадаченно хмыкнул. Двумя
годами раньше еще один ученик Крайста продемонстрировал такое же
мастерство: со школьного терминала подключился к компьютерной системе
Digital Equipment в управлении школами округа. Звали этого одаренного
юношу Кевин Митник. Правда, школу он так и не закончил. Вспомнив об
этом, Крайст с улыбкой поглядел на Ленни:
- Ох, только бы из тебя не получился еще один Кевин! Более лестной
похвалы Ленни и представить себе не мог. О Кевине Митнике он, конечно, к
этому времени уже слышал среди старшеклассников, приобщавшихся к
компьютерам, об этом Кевине ходили легенды. Еще учась в школе Монро,
этот парень поглощал информацию так, как никто другой до него. О его
проделках с телефонной компанией писала Los Angeles Times. Если верить
газете, Митник и его дружки ухитрились открыть собственный счет в
информационной службе ФБР и с его помощью получили незаконный доступ к
компьютерам всей страны, считавшимся совершенно недоступными для всех
граждан, кроме узкого круга избранных, которым были доверены секретные
пароли. Да еще Митник будто бы признался сотрудникам ФБР, что выудил
какую-то засекреченную информацию из "Ковчега" - компьютерной системы,
которой пользовались специалисты-разработчики нового программного
обеспечения фирмы Digital Equipment. В южной Калифорнии, где среди
старшеклассников то и дело появлялись новые герои-кумиры, Кевин считался
настоящим антигероем, искусно пользующимся своей технической
одаренностью, чтобы противопоставлять себя властям и общественному
порядку. И его мудреным штучкам, казалось, не было конца. Еще учась в
школе Монро, Кевин ухитрился так изменить конфигурацию линии модемной
связи, что смог прямо со школьного терминала подключаться к другим
компьютерам. Это оказалось отличным прикрытием для его проделок. Любой,
кто попытался бы проследить источник телефонных звонков, неизбежно попал
бы в тупик школьный компьютерный класс. Впервые Ленни увидел Митника в
1980 году. Их познакомил общий приятель, с которым Ленни отправился на
конференцию, организованную для пользователей оборудования фирмы Digital
Equipment (объединение пользователей этой аппаратуры называлось DECUS).
Около дома, где жил Кевин, приятель остановился, чтобы позвать его с
собой. Кевин отказался, но попросил посмотреть, не будет ли там
каких-нибудь интересных печатных материалов. На конференции DECUS обычно
стекалось много пользователей - не меньше двадцати тысяч человек по всей
стране, и для старшеклассника принять в такой конференции участие
значило показать, что он уже приобщился к серьезным вещам. Большой
конференц-зал был разделен на множество секций, где стояли выставочные
стенды, а там демонстрировались новейшие модели компьютеров Digital,
программные изделия и литература о проекции фирмы.
На другой день Кевин сам позвонил Ленни и спросил, нельзя ли ему
снять копии с тех материалов, которые Ленни принес с конференции. Ленни
обрадовался: наконец-то нашлась родственная душа - человек с необычным
увлечением, которое находит отклик у него самого! Как и сам Ленни, Кевин
мало считался со старшими и не преклонялся перед могуществом тех
учреждений, которые они возглавляли. Кстати, кто-то однажды рассказал
Ленни, что когда Кевин был еще подростком, его матери было так трудно
заставить его подчиняться, что она отдала его в специальный лагерь для
подростков с отклонениями в поведении. Когда распространились сведения о
происшествии в COSMOS-центре, Кевин приобрел дурную славу взломщика
компьютеров во всех студенческих кампусах вокруг Лос-Анджелеса. Так что
Ленни уже знал, что имеет дело с многоопытным человеком. Хоть он и сам
быстро осваивал нравы и премудрости компьютерного андеграунда, ему все
же было пока еще далеко до настоящего мастерства. Надо отдать Митнику
должное: его наставления были для Ленни гораздо интереснее, чем все то,
чему он мог научиться в школе Монро. Ленни вообще относился к школьным
занятиям как к нудной и бессмысленной трате времени. На уроках он и
раньше появлялся нечасто, а с тех пор, как познакомился с Кевином, стал
появляться еще реже. У Кевина была уйма свободного времени. Он работал
рассыльным в большом гастрономе "Фромен" в самом центре Сан-Фернандо
Гастрономом владел Арнольд Фромен, который жил с матерью Кевина в
Панорама-сити. Приятелям нужен был компьютерный терминал, и в поисках
они набрели на магазины радиотоваров "Радио Шек" В каждом таком магазине
была демонстрационная модель персонального компьютера TRS-80. Поскольку
ими пользовались еще и для того, чтобы отправлять в конце рабочего дня
сведения о наличии товаров в главный офис фирмы "Радио Шек" в
Форт-Уорте, каждый компьютер был оснащен еще и модемом.
Приятелям оставалось только ввести специальную программу,
обеспечивающую работу каналов связи, и компьютер превращался в
полноценный терминал. Ну а потом, пользуясь крадеными кодами, они уже
могли заказывать связь на дальние расстояния и подключаться к любому
компьютеру, пароль к которому был известен, а если неизвестен - Кевин
пускал в ход свое умение заговаривать зубы и выведывать нужную
информацию.
Демонстрационные сеансы работы с компьютером были рассчитаны на
несколько минут, но Ленни с Кевином засиживались перед монитором часов
по шесть. Кевин, казалось, испытывал судьбу, упрашивая менеджера
разрешить им остаться после закрытия магазина. В каждом магазине им
удавалось продержаться примерно по месяцу, после чего их переставали
туда пускать. Когда у менеджера лопалось терпение и он выставлял их за
дверь, они перебирались в другой магазин.
Такую электронно-кочевую жизнь они вели до тех пор, пока не
подвернулась другая возможность.
Приятели переключили свое внимание на университет Южной Калифорнии.
Пару лет назад в одном из кампусов Кевина уже ловили, когда он
забавлялся с компьютерами, но, как нередко случалось с ним в кампусах,
только выругали и отпустили. Когда он появился там вместе с Ленни в 1982
году, его никто не узнал. Кевину уже было известно, где находятся
компьютерные классы. Они были открыты круглосуточно, и попасть туда мог
любой, кому удавалось сойти за студента. И у Кевина, и у Ленни уже были
изрядные познания в вычислительной технике и средствах связи, но они
неустанно их пополняли. И по большей части они набирались знаний не в
классах или компьютерных центрах, а перед тем компьютером, к которому им
удавалось прорваться, где бы он ни находился. В большинстве случаев это
оказывались компьютеры Digital Equipment, которыми широко пользовались в
учебных заведениях. Поэтому неудивительно, что в этих компьютерах
приятели разбирались лучше всего.
В начале 80-х фирма Digital помимо компьютеров PDP стала выпускать
новую серию VAX. Эти новые компьютеры были спроектированы так, что во
всех моделях могли использоваться одни и те же стандартные программы,
что значительно облегчало работу в вычислительных сетях. Благодаря новым
компьютерам VAX фирма Digital укрепила свои позиции на рынке, где
основными потребителями были коммерческие структуры, и начала
просачиваться в те сегменты рынка - банки, страховые компании,
финансовые институты, - где до этого безраздельно господствовала
продукция IBM. Но и со своими самыми первыми потребителями - научными
организациями и учебными заведениями -Digital не теряла связи. А
поскольку сотрудники и студенты в университетах, в том числе и в Южной
Калифорнии, быстро перешли на компьютеры VAX, то и Кевин с Ленни сделали
то же самое. Ленни никогда не увлекался фрикингом как таковым, ради
самого этого занятия. Его увлечение телефонами не шло дальше частых и
долгих разговоров с друзьями. Ему было трудно в телефонном разговоре
выдавать себя за кого-то другого, чтобы выудить у собеседника нужную
информацию. И использовать телефон как орудие мести Ленни, в отличие от
Кевина, не умел и не хотел. А Кевин нисколько не стеснялся использовать
компьютеры телефонной компании, когда хотел напакостить кому-нибудь.
Однаяеды Ленни своими глазами видел, как он переключил счет на оплату
телефонных разговоров местной больницы (на сумму 30 тысяч долларов) на
номер домашнего телефона одного радиолюбителя, который ему чем-то
насолил. И в то же вре-мя в Кевине было что-то притягательное. Ленни
чувствовал какую-то симпатию к этому изобретательному парню, который
неутомимо придумывал всевозможные поводы, чтобы проникнуть туда, куда
посторонних не пускали, например, в служебное помещение телефонной
компании или отдел сбора информации в полицейском управлении. Кевин
обладал непостижимым умением воздействовать на людей.
Например, он мог позвонить на коммутатор телефонной компании и
заставить кого-нибудь из служащих сесть в машину и проехать пятнадцать
миль только для того, чтобы включить где-то компьютерный терминал, к
которому ему, Кевину, во что бы то ни стало хотелось подключиться. Весь
секрет заключался в том, что Кевин ловко выдавал себя за начальника того
начальника, которому подчинялся тот служащий. А доверие к своим словам у
этого служащего Кевин вызывал тем, что излагал свои мысли теми
терминами, которые были приняты в той среде. И на практике зачастую
оказывалось очень нетрудно ввести служащих телефонной компании в
заблуяедение.
Впрочем, кое-какие познания по части фрикинга, почерпнутые у Кевина,
пришлись Ленни очень кстати. Например, в некоторых ситуациях оказывались
неоценимыми замкнутые линии, которыми служащие, телефонной компании
проверяли телефоны абонентов. Когда Кевин или Ленни приходили
куда-нибудь устраиваться на работу, у них часто требовали рекомендации,
не обязательно в письменном виде, годились и отзывы по телефону.
Приятели оставляли работодателю какой-нибудь номер замкнутой линии,
переключали его на свой домашний телефон и ждали, пока работодатель
позвонит, а уж тогда рекомендовали себя наилучшим образом. Нередко онц.
развлекались тем, что переводили какой-нибудь из контрольных номеров
замкнутой линии в постоянный режим "занято" или делали так, что телефон
непрестанно звонил. Они считали это всего лишь безобидным дурачеством, а
никаким не мошенничеством. Коронным номером в репертуаре Кевина были,
бесспорно, бесплатные звонки на дальние расстояния с помощью раздобытых
правдами и неправдами номеров чужих кредитных карточек. Правда, когда
Ленни попытался растолковать своему отцу, как бесплатно позвонить в
другой город, отец сурово отчитал его. Самой прочной привязанностью
Ленни были компьютеры. В пятнадцать лет он еще не мог получить
водительские права, поэтому по выходным дням и во время каникул отец
подвозил его на машине в Нортридж - один из кампусов Калифорнийского
университета, и Ленни устремлялся в компьютерный класс, на бегу крикнув
отцу, чтобы тот заехал за ним часов через шесть или семь. Отец ничего не
понимал в компьютерах и не мог разделить увлечение сына. Пару раз Ленни
пытался разъяснить отцу кое-какие вещи, но смысл его слов до отца просто
не дошел. Юность Джила Ди-Чикко пришлась на 40-е и
...Закладка в соц.сетях
