Жанр: История
Схватка гигантов
...к
уж неправы, когда заподозрили Фишера в сумасшествии. Вернее было бы предположить
обычный старческий маразм, когда он приказал строить свои знаменитые "легкие
линейные крейсера". Ведь 457-мм орудия "Фьюриеса" прошли в пакете с 76-мм поясной
броней! После Ютландского боя англичанам пришлось спешно перепроектировать уже
заложенные линейные крейсера типа "Худ", слишком явно проявилась слабость
бронирования британских крейсеров. А в результате этим "белым слонам" адмирала
Фишера сами же британские моряки дали весьма своеобразные прозвища: "Courageous"
- "Outrageous" (Отважный - Скандальный), "Furious" ~ "Spurious" (Разъяренный -
Фальшивый). Столь же непочтительно отзывались они и о "Ринауне" с "Рипалсом".
Может возникнуть вопрос: почему же британский флот строил корабли такой
сомнительной боевой ценности? Ответ был дан еще много лет назад, причем человеком, в
компетентности которого сомневаться не приходится, а именно - бывшим начальником
отдела кораблестроения Адмиралтейства сэром Уильямом Уайтом. Подобные сомнения
возникали и раньше в отношении каких-то кораблей или их отдельных характеристик.
Например, в бою у Коронеля англичанам аукнулось расположение орудий на батарейной
палубе, то есть на небольшой высоте над ватерлинией. Волна заливала орудийные порты
и мешала вести огонь. Ушедшего в отставку Уайта еще задолго до начала войны спросили,
почему на крейсерах, предназначенных для действий в океане, орудия постоянно
размещаются на батарейной палубе, хотя недостатки такого размещения выявились
немедленно на первых же кораблях. И сэр Уильям честно ответил: "Я не знаю, почему.
Традиция такая". И в ходе войны пришлось англичанам эти орудия переставлять на
верхнюю палубу, чтобы крейсера могли использовать всю свою артиллерию.
Впрочем, хватит о линкорах. Поговорим немного о других классах кораблей, ведь воевали
и они. Следующими на очереди стоят крейсера. С ними дело обстоит гораздо проще.
Никаких революционных переворотов в этом классе кораблей не произошло, они плавно
эволюционировали. Паровые машины сменились турбинами, тихо отмерли орудийные
казематы, а коллекция разнообразных калибров усохла до нескольких палубных 152-мм
орудий, желательно расположенных в диаметральной плоскости корабля. При этом
англичане и немцы в ходе войны перевооружили по новым стандартам все старые
корабли, какие можно было. Причем выбор именно такого калибра объясняется
предельно просто. Эти снаряды весили около 45 кг, то есть их еще можно было подавать к
орудиям вручную без особых проблем. Между прочим, столь же прозаически объясняется
и переход японцев на калибр 140 мм. Низкорослым японцам нормальные европейские
снаряды оказались не по плечу. Зато российские крейсера типа "Светлана" на фоне
общих тенденций развития класса крейсеров выглядят некими пришельцами из прошлого
вроде бронтозавров. Переход к более мелким 130-мм орудиям, да еще расположенным
частично в казематах побортно, разумным объяснениям не поддается.
Столь же гладко проходила эволюция эскадренных миноносцев, хотя и здесь каждый
флот получил свой собственный результат. Англичане больший упор сделали на
артиллерийское вооружение этих кораблей, полагая, что они будут заниматься
отражением атак вражеских эсминцев. Зато немцы, как раз наоборот, усилили торпедное
вооружение в ущерб артиллерии. Например, если вспомнить знаменитый бой "Новика" с
2 новейшими германскими эсминцами V-99 и V-100, то сразу следует сказать, что
русский корабль по артиллерийской мощи превосходил обоих своих противников вместе
взятых. В книге "Эскадренный миноносец "Новик", посвященной этому действительно
прекрасному кораблю, написана заведомая ложь. Германские эсминцы во время боя 17
августа 1915 года были вооружены 4 орудиями 88 мм каждый. 105-мм орудия они
получили только в ходе модернизации в следующем году.
Вообще с германскими эсминцами связано много заблуждений. Долгое время критики
утверждали, что германские эсминцы превосходят своих британских противников во всех
отношениях. Казалось, что с этим нельзя спорить, особенно когда выяснилось, что немцы
строят самые крупные эсминцы в мире. Но послевоенные испытания вскрыли совершенно
противоположное. Почти во всех отношениях британские эсминцы оказались более
боеспособными. Действительно, немцы создали типы S-113 и V-116, вооруженные 4 -
150-мм орудиями. Однако эти корабли имели слишком большой верхний вес, ненадежные
машины и отвратительную мореходность. Похоже, пристрастие немцев к тяжелым
орудиям проистекало от нехватки легких крейсеров. Однако полученные гибриды были
лишены достоинств обоих классов, зато сочетали все их недостатки.
Недостатком 150-мм орудий было резкое увеличение верхнего веса, снижающее
остойчивость. Вдобавок слишком тяжелые боеприпасы затрудняли заряжание. Главным
преимуществом более мелких германских эсминцев было их 105-мм орудие, которое
оказалось значительно легче британских 102-мм и имело больший угол возвышения.
Однако это преимущество сводилось на нет малой высотой борта всех германских
эсминцев.
После долгих испытаний в 1919 году начальник кораблестроительного отдела смог
сообщить, что возвышенные орудия британских эсминцев типа "V" делают их во всех
отношениях превосходящими германские эсминцы. Приведем рапорт командира
"Вивиена" капитана 2 ранга Ингленда, сделанный в июне 1919 года, который показывает,
что это означало на практике:
"Я сопровождал В-98 (1374 тонны) в море для перевозки почты из Германии. (Мы
должны были доставить письма на интернированные в Скапа германские корабли.) Ветер
был 6 - 7 баллов SO, сильное волнение. Я опробовал разные скорости от 10 до 20 узлов.
Оказалось, что, двигаясь против ветра со скоростью 15 узлов, немец чувствует себя очень
плохо по сравнению с моим кораблем, так как принимает много воды. Настолько много,
что, прибыв в точку встречи, я долгое время не мог найти ходовой режим, который
облегчил бы его положение.
Я полагаю, что он не мог сражаться на такой скорости, хотя мой собственный корабль не
испытывал никаких трудностей, кроме орудия № 1. Верхний мостик "Вивиена" оставался
совершенно сухим, и я не видел необходимости надевать дождевик".
Из рапорта командира "Вивиена" можно понять, что на британском эсминце
размещались орудия, торпедные аппараты и личный состав, гораздо выше ватерлинии,
поэтому он должен был в бою вести себя гораздо Лучше. Даже более мелкие корабли типа
"S" превосходили германские корабли соответствующего тоннажа. Можно пойти дальше.
Эсминцы "модифицированный W" вполне могли поспорить с легкими крейсерами типа
"Аретуза". Их 120-мм орудия и торпедные аппараты могли использоваться в такую
погоду, которая полностью сводила на нет преимущество 152-мм орудий крейсера, так
как "Аретуза", несмотря на свои 4000 тонн водоизмещения, имел малую остойчивость и
малую высоту борта.
Этот пример показывает, что не следует полагаться на бумажные справочные книги.
Гораздо более важны реальные характеристики корабля.
Приятно выделяются на общем фоне русские эсминцы типа "Новик", позволим уж себе
назвать собирательно весьма разнородную группу кораблей. Мощное артиллерийское и
торпедное вооружение делало их сильнейшими в мире кораблями своего класса.
Понадобилось более 5 лет, чтобы с английских стапелей сошли знаменитые "V и W",
которые превзошли русские корабли. Но 5 лет, особенно военных лет, в кораблестроении
- это целая эпоха.
Резкий рывок вперед за годы войны совершили подводные лодки, которые из
экстравагантной причудливой игрушки превратились в реальную боевую силу.
Внушителен список потопленных ими кораблей. Однако, что делать с этим оружием, не
знали толком даже немцы. Впрочем, причудливые зигзаги конструкторской мысли
показали, что подводная лодка как класс военного корабля еще не закончила
формироваться. Торпеда стала ее главным оружием, хотя часть лодок было бы
справедливее назвать "ныряющими орудиями". Это относится к германским подводным
крейсерам (уже название ясно говорит само за себя) и особенно к британским подводным
мониторам типа "М". Вооружить лодку линкорным орудием 305 мм - до такого нужно
было додуматься!
Вдобавок адмиралы по-прежнему не желали отказаться от идеи эскадренной лодки,
предназначенной для совместных действий с главными силами флота. Несколько таких
попыток завершились провалом, и все-таки англичане построили серию лодок типа "К" с
паровыми турбинами, чтобы только позволить им угнаться за линкорами. Понадобилась
знаменитая "битва у острова Мэй" 31 января 1918 года, чтобы доказать ошибочность этой
концепции. В этот день эскадра линейных крейсеров попыталась провести учения
совместно с группой этих лодок. В тумане строй смешался, последовала серия
столкновений, которые оказались роковыми для лодок К-17 и К-22. Еще несколько
кораблей были повреждены, и от идеи включать подводные лодки в состав эскадр
линкоров англичане отказались.
В ходе войны родились несколько новых классов кораблей, например, мониторы и
эскортные корабли. При этом мониторы появились почти по недоразумению. Греция
после Балканских войн решила усилить свой флот и заказала фирме Крупна линейный
корабль. Но при этом планировалось вооружить его 356-мм орудиями американской
фирмы Бетлхэм (Вифлеем). Американцы со своей работой справились, но тут началась
Первая Мировая война, и президент фирмы Бетлхэм Чарльз Шваб оказался обладателем
лично ему совершенно ненужных орудийных башен. В ноябре 1914 года он предложил их
британскому Адмиралтейству. Англичанам требовалось нечто, способное обстреливать
немецкие позиции на побережье Бельгии, поэтому Фишер и Черчилль ухватились за
предложение. А дальше получилось, как в студенческом анекдоте про китайский язык. "А
что, завтра сдавать?" Третий Морской Лорд контр-адмирал Тюдор приказал начальнику
отдела кораблестроения Адмиралтейства Юстасу д'Эйнкерту
"немедленно спроектировать 2 бронированных монитора, чтобы построить их в течение 4
месяцев. Каждый должен иметь 2 - 356-мм орудия. Осадка 3 метра. Скорость 10 узлов.
Бронированная боевая рубка. Броневая палуба".
С началом войны кораблестроительный отдел был завален работой, и проектирование
было поручено молодому помощнику конструктора Чарльзу С. Лилликрэпу. То есть,
британские мониторы оказались чем-то вроде дипломной работы неопытного
студентика... Так стоит ли после этого удивляться их странным характеристикам?
В общем, история военного кораблестроения в период Первой Мировой войны может
послужить темой отдельной большой книги. Поэтому мы прервем наш рассказ, чтобы
рассмотреть другие аспекты морской войны.
Люди
Совершенно понятно, что противостояние линейных флотов Великобритании и Германии
не может рассматриваться иначе, как через призму противостояния их творцов -
адмиралов Джона Арбетнота Фишера и Альфреда фон Тирпица. При этом трудно сказать,
чьи заслуги оказались более весомыми и чья задача была сложнее. Фон Тирпицу
пришлось создавать флот на пустом месте. Фишеру предстояло сломать сложившуюся
систему, которая закостенела до состояния монумента.
Личные качества Фишера лучше всего характеризует эпизод, имевший место во время
бомбардировки британским флотом Александрии в 1882 году. Фишер командовал одним
из кораблей. Когда его старший помощник осторожно заметил, что батареи противника
пристрелялись по их кораблю, Фишер ответил: "Они пристрелялись? Тогда подойдите
еще ближе!"
Фишер намеревался полностью реформировать структуру британского флота. Прежде
всего он отправил на переплавку множество устаревших кораблей и слабых
"колониальных крейсеров", которые только и могли показывать британский флаг какимнибудь
папуасам. Для Фишера главным было то, что они не могли ни сражаться с
противником, ни даже удрать от него. Он решил заменить их относительно небольшим
числом современных быстроходных крейсеров.
Фишер полностью оценил исходящую от Германии угрозу и предложил принципиально
новую дислокацию кораблей Королевского Флота. Теперь его главные силы базировались
в Англии. Все эти Китайские, Вест-Индские станции были фактически упразднены.
Времена, когда в Вей-хай-вее базировались 6 броненосцев, ушли в прошлое. Фишер был
ярым германофобом и не раз предлагал "копенгагировать" растущий германский флот.
"Для Британии флот - это жизненная необходимость, а для Германии флот - это
ненужная роскошь!" Однажды король даже был вынужден ответить на сделанное в
очередной раз предложение внезапным превентивным ударом уничтожить врага: "Боже
мой, Фишер, да вы просто спятили!"
Фишер также предложил держать на кораблях, состоящих в резерве, не менее 40%
экипажа, чтобы иметь возможность как можно быстрее привести их в состояние полной
боевой готовности. Но самая главная заслуга Фишера - это создание новых классов
кораблей, о чем мы уже говорили.
Имя Фишера совершенно неотъемлемо связано с именем другого известного британского
политика - Уинстона Черчилля. Это была странная пара, так как Черчилль годился
Фишеру если не во внуки, то в сыновья определенно. Однако они оба обладали
вулканическим темпераментом и совершенно взбаламутили сонное болотце
Адмиралтейства. Именно совместными усилиями эти люди построили линкоры типа
"Куин Элизабет" - в то время лучшие в мире линкоры. Именно они сумели перевести
флот с угля на нефть. Лично Черчиллю принадлежит заслуга предварительной
мобилизации британского флота, что позволило немедленно начать активные действия.
Но деятельность Черчилля заслуживает отдельной книги, и мы подробно останавливаться
на ней не будем. Все-таки он не носил адмиральских эполет и был политиком, а не
офицером.
Адмирал фон Тирпиц поставил своей целью вырвать у Британии "трезубец Нептуна". Из
трудов адмирала Мэхена он сделал свой собственный вывод - если Германия не
обзаведется сильным военно-морским флотом, она никогда не обретет реальной
политической мощи. Он развернул бурную деятельность по превращению сугубо
сухопутной, точнее, сугубо армейской Германии в морскую державу. Развернулось
масштабное строительство военных кораблей. Была создана Морская Лига, которая
начала граничащую с истерией пропаганду в пользу создания ВМФ. В школах
проводились конкурсы сочинений на морскую тематику. Благо, фон Тирпица поддержал
император Вильгельм II, видевший здесь еще один повод явиться миру "рыцарем в
сверкающей броне" из наилучшей крупповской стали. Но фон Тирпиц грубо ошибся,
устранившись от непосредственного командования флотом. В годы войны он не раз
пытался убедить кайзера назначить его на пост командующего, однако было уже поздно.
Безусловно, эти два человека сделали немало ошибок. Но даже их ошибки несут на себе
печать гения, хотя похвала это или новое порицание - сказать трудно. Если ошибается
простой человек - это его личные проблемы.
Если ошибается гений - это становится трагедией для всех вокруг. Альфред фон Тирпиц
выдвинул новый принцип строительства флота - теорию риска, о которой будет сказано
ниже. Но это означало, что германский флот создается в качестве инструмента
политического устрашения, а не орудия войны. Даже явный перекос в сторону
оборонительных качеств германских кораблей это подтверждал. Британские корабли
прежде всего должны были утопить противника, германские корабли должны были не
утонуть сами. Ведь германский флот не мог принять размен корабля на корабль... Об
ошибках Фишера мы сказали в разделе, посвященном новым кораблям.
Еще одной ошибкой, даже, скорее, навязчивой идеей Фишера стал так называемый
"Балтийский проект". Он хотел послать на Балтику сильную эскадру, чтобы высадить в
Померании русский десант и развернуть наступление на Берлин. Так появились легкие
линейные крейсера: типа "Глориес". После того, как проект был отвергнут, Фишер подал
в отставку, вынудив своего преемника ломать голову над проблемой: а что же делать с
этими странными кораблями?
Самой неординарной фигурой в руководстве британского флота после Фишера был
творец современных методов артиллерийской стрельбы адмирал Перси Скотт. Сэр Перси
вошел в историю как автор нескольких технических новинок, которые заложили основу
современных систем управления артиллерийским огнем. Он создал знаменитый
"отметчик Скотта" - прибор для тренировки наводчиков. Скотт также предложил
гениальное по своей простоте новшество в области методики. Наводчик должен
постоянно сопровождать цель перекрестием прицела, а не ждать падения снаряда, чтобы
потом подправить прицел. Однако Скотт был известен не только своими изобретениями,
но и большим скандалом, который имел место в ноябре 1907 года. Король Эдуард VII
пригласил своего племянника кайзера посетить смотр кораблей Королевского Флота в
Спитхэде. По такому поводу командующий Флотом Канала адмирал лорд Бересфорд
приказал привести корабли в надлежащий вид. Командир 1-й эскадры крейсеров контрадмирал
Скотт в это время держал флаг на броненосном крейсере "Гуд Хоуп" (мы еще
услышим это название). Его эскадра проводила ежегодные учебные стрельбы, и Скотт
запросил у Бересфорда разрешение крейсеру "Роксборо" завершить учения, прежде чем
заняться малярными работами. После отказа командующего Скотт демонстративно
передал по радио: "Так как медяшка нынче важнее стрельб, сворачивайте лавочку и
поспешите навести марафет". Радиограмму приняли все корабли, в том числе и флагман
флота. Ярость Бересфорда представить нетрудно. Скандал удалось замять с большим
трудом.
Однако таких крупных фигур среди адмиралов было совсем немного. Если техника и
вооружение флотов претерпели радикальные изменения в начале XX века, то люди
остались прежними. Довольно быстро выяснилось, что командование практически всех
флотов не соответствует происшедшим изменениям. Воззрения и поведение адмиралов
остались на вчерашнем, если не позавчерашнем уровне. Американский историк Артур
Мардер, страдающий англофилией в особо острой форме, попытался рассмотреть
качества командного состава Королевского Флота. Однако его анализ привел к
совершенно неутешительным выводам.
В свое время успехи Нельсона считали следствием его личных качеств, "каре тузов",
обладание которым делало флотоводца гением. Первый туз - лидерские качества,
способность завоевать преданность людей и повести их за собой даже на смерть. Второй
туз - нестандартное гибкое мышление, искра гения. Третий туз - способность и
готовность выслушать подчиненных, учесть их мнение. Четвертый туз - агрессивный
наступательный характер. Но как-то неожиданно выяснилось, что времена Нельсона
давно миновали, и британские адмиралы растеряли почти все эти качества. Трудно
поверить, но ведь действительно после Трафальгара (1805 год) британский флот больше
столетия не вел ни одной крупной войны. Никто не осмеливался бросить ему вызов. Во
время англо-американского конфликта 1812 года все свелось к охоте за американскими
рейдерами. Колониальные экспедиции вообще можно не принимать в расчет. Сто с
лишним лет покоя не могли не сказаться. Офицеры Королевского Флота превратились в
истинных джентльменов, ничуть не напоминающих отчаянных адмиралов-пиратов
королевы Елизаветы. Адмирал флота сэр Реджинальд Йорк Тэрвитт, один из лучших
британских адмиралов, прославившийся в годы войны как командующий Гарвичскими
Силами, так писал о них: "Артиллерийские учения они считали неизбежным злом. Все их
внимание поглощали игра в поло и скачки".
Первый Морской Лорд принц Луи Баттенберг считался одним из самых выдающихся
морских офицеров, хотя не отличался крепким здоровьем. На всех маневрах он неизменно
одерживал победу. Но после начала войны все вдруг вспомнили, что он сын германского
принца Александра Гессенского. Военные стрессы и критика прессы сказались на нем, и
после нескольких неудач (Коронель, гибель 3 броненосных крейсеров от атаки подводной
лодки U-9) он ушел в отставку, освободив место Фишеру.
Вице-адмирал Доветон Стэрди в августе 1914 года стал начальником Морского
Генерального Штаба. Однако он оказался упрямым самодуром с воспаленным
самомнением. Стэрди всегда считал, что прав он и только он, подчиненным нельзя
ничего доверять и поручать. Фишер его люто ненавидел и постарался избавить
Адмиралтейство от "проклятого болвана". Но Стэрди и "на плаву" сумел проявить свои
худшие качества. Такими же качествами отличался его заместитель контр-адмирал Артур
Левесон. Однако позднее они занимали важные посты в руководстве Гранд Флита.
Эскадрами линкоров в составе Гранд Флита командовали вице-адмиралы Льюис Бейли и
Джордж Уоррендер, которых Мардер деликатно характеризует как не страдающих от
избытка воображения. В переводе на русский это означает, что адмиралы оказались
попросту дураками. Вице-адмирал Сесил Берни, командовавший Флотом Канала, а потом
ставший заместителем командующего Гранд Флитом, оказался посредственностью во
всех отношениях. Резкий на язык Фишер так отозвался об адмирале сэре Реджинальде
Кастэнсе: "Кастэнс поминает Корнуоллиса и Кейта. Черт бы его побрал! Он бы еще
вспомнил Ноя!" Но и это еще не самое худшее, что имел Королевский Флот, ведь еще
имелись такие, как командующий Средиземноморским флотом адмирал Арчибальд
Беркели Милн... Словом, большинство британских адмиралов знало только одно:
"Следовать в кильватерной струе флагмана". Хотя адмирал Фишер говорил, что на войне
нужно уметь нарушать приказы, а повиноваться может и болван, его слова остались
гласом вопиющего в пустыне.
С контр-адмиралами дело обстояло лучше. Среди них мы видим человека безумной
смелости Роджера Кийза, про которого говорили, что он рожден только для того, чтобы
получить Крест Виктории. Командующий Гарвич-скими Силами коммодор Реджинальд
Тэрвитт тоже заслуживает самых лестных оценок. Контр-адмирал Уильям Пакенхэм в
годы русско-японской войны находился на кораблях японского флота, он стал одним из
немногих, кто мог похвастаться боевым опытом. Бродит сплетня, будто за 2 года войны он
ни разу не сошел на берег. Во всяком случае, именно его отчеты Адмиралтейству стали
основой для почти всей западноевропейской историографии этой войны. Отлично
показал себя и командир 1-й эскадры легких крейсеров контр-адмирал Уильям Гуденаф.
Но... Но никто из этих адмиралов не сумел набрать "каре тузов", за одним исключением.
Однако контр-адмирал Орас Худ, которому все прочили великое будущее, погиб на
линейном крейсере "Инвинсибл" в Ютландском бою.
Зато среди капитанов 1 ранга мы встречаем много блестящих, талантливых офицеров,
таких, как У. Фишер, О. де Б. Брок, Л. Хэлси, которые позднее стали хорошими
адмиралами. Но даже среди них особо выделялся командир линейного крейсера "Лайон"
А.Э.М. Четфилд. В межвоенный период он был Первым Морским Лордом и сумел
поставить боевую подготовку британского флота на невиданную ранее высоту, превратив
значительно сокращенный флот в грозную силу. Командир линкора "Орион" капитан 1
ранга Ф.К. Дрейер создал знаменитый прибор управления огнем "столик Дрейера",
который с небольшими изменениями использовался еще более 25 лет. Зато командир
линкора "Колоссус" капитан 1 ранга Дадли Паунд в годы Второй Мировой войны на
посту Первого Морского Лорда стяжал иную славу... Сильно не повезло еще одному
создателю системы управления артиллерийским огнем, которую в русском флоте
непочтительно называли "поленом". Шалости старых русских переводчиков, которые
известного героя Вальтера Скотта превратили в "доблестного рыцаря Ивангое", сменили
национальность капитана 1 ранга Королевского Флота Артура Поллена. Из англичанина
он почему-то превратился в натурального француза Полэна. Впрочем, от этого известный
"прибор Поллена" работать хуже не стал. Разумеется, следует сказать и о двух главных
фигурах Королевского Флота в годы войны. Главнокомандующий Град Флита адмирал сэр
Джон Рэшуорт Джеллико внешне был не слишком примечателен. Невысокий (всего 5
футов 6 дюймов), с добрыми глазами и приветливой улыбкой, он словно излучал доброту.
Все характеризовали его как исключительно способного и умного офицера. Особо
подчеркивалось его внимание к подчиненным. Джеллико, вне всякого сомнения, обладал
первыми тремя тузами, хотя иногда эти положительные качества оборачивались своей
противоположностью. Например, Джеллико не находил в себе силы расстаться с
проштрафившимися подчиненными. Именно поэтому абсолютно бездарные Бейли и
Уоррендер занимали важнейшие посты до конца войны. Джеллико отличался большой
личной храбростью. Не следует принимать проявленную им чрезмерную осторожность за
трусость! Он продемонстрировал это в 1882 году во время обстрела Александрии и
позднее во время Боксерского восстания в Китае. Дважды Джеллико находился на
волосок от смерти. В 1893 году он находился на борту броненосца "Виктория", который
был протаранен броненосцем "Кампердаун". Но Джеллико успел спрыгнуть в воду,
прежде чем "Виктория" перевернулся и затонул. В Китае он получил тяжелое ранение. К
сожалению, на Джеллико рухнула ноша, которая оказалась ему не по силам. Фишер видел
в нем Нельсона, который "станет адмиралиссимусом, когда грянет Армагеддон". Но
Джеллико не хватало четвертого туза, что и стало причиной многих бед Гранд Флита.
Флотом Линейных Крейсеров командовал вице-адмирал сэр Дэвид Битти. Он был на 12
лет моложе Джеллико и происходил из богатой аристократической семьи. Порывистый,
волевой офицер в то же время отличался своенравным характером. Он мог отказаться от
назначения и подать в отставку, если считал, что предложенный пост "не достоин его".
Лишь искренняя дружба Черчилля спасала Битти от крупных неприятностей. В 29 лет он
становится самым молодым капитаном 1 ранга в Королевском Флота, а в 39 лет - самым
молодым контр-адмиралом. Лихо заломленная фуражка и необычная форменная тужурка
с 6 пуговицами вместо положенных 8 стали предметами обожания и подражания молодых
лейтенантов. Битти вроде бы обладал всеми 4 тузами, однако его линейные крейсера в
ходе нескольких операций продемонстрировали совершенно отвратительную боевую
подготовку. А за это несет прямую ответственность именно командующий, так что из
Битти тоже не получился Нельсон.
А что творилось на
...Закладка в соц.сетях
