Жанр: Фантастика
Книги Огня 2. Хранитель ключей
...е, - прошептал юноша, бредя по людной улице.
Точно так же, как невежественный люд Кейтланда, он осудил то, чего не мог понять. Возможно,
гибель людей в Тьерл Эннете имела свое оправдание; но Джарик знал, что сам он никогда не смог бы
принять на себя такую ответственность. Если все-таки можно избежать проклятия Круга Огня, он это
сделает. Да, он должен попытаться это сделать, даже если демоны сотрут его в порошок!
Джарик, сын Ивейна, больше не пытался увидеться с великим магистром Братства Кордейна, но на
следующий день после тренировки вернулся в святилище. Теперь прислужник у входа приветствовал
его с почтительным уважением и сразу провел в зал, где хранились светские архивы. Там по указанию
великого магистра уже была подобрана впечатляющая коллекция документов и книг - все в черных
переплетах, многие с замками.
Хотя этот зал с высоким сводчатым потолком был достаточно просторным, чтобы даже самый
высокий человек почувствовал себя здесь карликом, Джарику он показался тесной ловушкой. Впервые,
сколько он себя помнил, он не ощутил покоя в хранилище знаний. Злой рок, который исходил от Храма
Теней, где недавно совещались демоны, казалось, отравил сердце юноши, лишив его надежды.
Просматривая первые книги, Джарик вдруг подумал о Таэн. Он все больше сомневался в успехе
своих поисков и почти не обратил внимания на то, что библиотекарь за его спиной поднял скрещенные
в запястьях руки в традиционном знаке, защищающем от зла. Желание избежать Круга Огня настолько
поглотило юношу, что он уже не так остро чувствовал клеймо наследника Ивейна.
Джарик взял выбранную книгу и уселся с ней в алькове, окно которого выходило на торговую
пристань. Прислонив ножны с мечом к креслу, он начал читать.
Скоро наступил закат. За окном тени от городских башен тянулись через весь горбатый островок
Малый Дагли. Телеги громыхали прочь от доков, в гавани зажглись оранжевые огни маяков, затихли
свист и громкие шутки докеров, вернувшихся к своим женам или к выпивке в тавернах. Джарик едва
поднял голову, когда ему принесли подсвечник и две запасные свечи, и только рассеянно кивнул вслед
уходящему библиотекарю.
Джарик читал все подряд, хотя трактаты и эссе были слишком многословны и занудны, полны
религиозных поучений и явных ошибок. Он просто боялся что-нибудь пропустить. То, что он искал,
могло оказаться как раз в одном небрежно просмотренном абзаце.
Некоторые труды о ритуалах горных племен наверняка нигде невозможно было отыскать в
Кейтланде; дикие кланы, о которых тут говорилось, запросто перерезали горло чужакам, поэтому их
обычаи были мало кому известны. Проповедники Братства Кора были одними из немногих, кто
осмеливался заходить в дикарские поселения. Джарик читал, пока у него не начало щипать в глазах, а
свеча не стала гаснуть. Он закончил первую книгу как раз вовремя, чтобы зажечь новую свечу от
угасающего фитиля первой.
Потом потянулся за сборником статей, рассеянно потирая затекшую ногу.
Слова в этой книге оказались устаревшими, разобрать их было нелегко. Но юноша упорно
продолжал читать, пока и вторая свеча не превратилась в оплывающий огарок. Наконец Джарик зажег
третью, последнюю, свечу, а когда и она догорела, при лунном свете подошел к столу библиотекаря и
положил книги на место.
Потом распахнул широкую двойную дверь и увидел дремлющего на посту часового.
- Уже за полночь, парень, - проворчал тот, с зевком поднимаясь на ноги.
Нащупал на поясе ключи, звон которых отдался эхом в пустом зале, и открыл для Джарика дверь.
Улицы снаружи тоже оказались пусты, если не считать бродячих собак и сомнительных
личностей, роющихся в помойных ямах.
Джарик шел мимо домов с запертыми ставнями, мимо притушенных фонарей. Он держал руку на
эфесе меча в знак предупреждения грабителям, но мысли его блуждали далеко. Сын Ивейна вспоминал
описания ритуалов горных кланов, где избранных на роль верховных жриц девушек ослепляли в ранней
юности. Священники не одобряли описанные в тексте зверства, но видения, являвшиеся женщинам
после этого жестокого обряда, были, несомненно, истинными. У слепых жриц появлялась сила, которая
позволяла им разоблачать Проклятых Кором и даже защищать своих соплеменников от злых
наваждений демонов. Действительно ли в источниках, у которых творили свои ритуалы жрицы кланов,
жил некий Дух, способный вести, советовать и защищать, не смел подтвердить ни один благоверный
миссионер, боясь суда за ересь. Но для Джарика это не имело значения. Неважно, истинны верования
племен или нет, - все равно силы Духа не хватит для защиты ключей от Эльринфаэра, истребления
демонов холода и освобождения Анскиере.
Джарик раздраженно выругался, стоя посреди улицы ткачей. Его поиски наверняка были тщетны.
Если бы какой-нибудь волшебник, священник, королевство или союз в Кейтланде имели бы достаточно
знаний и могущества, чтобы победить союз демонов, они бы уже это сделали. Потом в голову Джарика
невольно пришла мысль о том, что Анскиере и прежние ученики ваэре все-таки мужественно
стремились достигнуть именно этой цели, несмотря на ошибки, допущенные в Эльринфаэре и Тьерл
Эннете.
- Нет, - вслух сказал Джарик.
Должна существовать альтернатива Кругу Огня! И все же юноша не в силах был избавиться от
чувства, что пытается обмануть сам себя.
Выругавшись, сын Ивейна пустился бегом.
Его перевязь и оружие позванивали в темноте, стук сапог отдавался легким эхом от запертых
дверей домов. Крысы разбегались прочь от мусорных куч, фонари без стекол в районах бедноты
мерцали, как от сквозняка, когда Джарик проносился мимо. Пот стекал ему в глаза, он хрипло дышал, а
мешочек с ключами от Эльринфаэра больно бился об его грудь в такт шагам.
Всхлипнув, Джарик сжал мешочек в кулаке, ощутив острые углы базальтового кубика. Почему на
него возложили такую ношу? Ребенком он был слаб, ровесники смеялись над ним, он не умел постоять
за себя в драках. Каким же даром владел его безумный отец, раз тяжесть его наследства пала на плечи
сына, которого Ивейн даже никогда не знал?
Пустые улицы не могли ответить на мучившие Джарика вопросы, они только лишний раз
напоминали о том, каким хрупким и ненадежным было существование человечества. Как быстро ни
беги, от правды все равно не уйдешь.
Прошли столетия с тех пор, как с неба упали огни Кордейна. Некогда демонов было мало, но они
размножались, как и люди; силы Храма Теней росли с каждым годом, а у человечества оставались все
те же старые способы защиты. Однажды равновесие нарушится. Демоны нападут на людей, и тогда
человечество исчезнет, истребленное с помощью колдовства, которое позволяет Проклятым Кором
воздействовать на разум. Неужели только от него, Джарика, сына Ивейна, зависит судьба Кейтланда?
Неужели ему придется решать, что ждет людей впереди: свет или тьма, добро или зло, погибель или
надежда?
Вопрос этот так измучил юношу, наполнив душу тоской и смятением, что он побежал еще
быстрее, едва касаясь ногами мостовой. Кварталы бедняков остались позади, запах подгнившего от
морской воды дерева и мусора сменился ароматами дыма и свежей краски. Теперь по обеим сторонам
улицы тянулись дома богатых торговцев; ставни всех окон были плотно заперты, дворики за оградами
засажены цветами. Иногда попадалось освещенное окно, говорившее о том, что хозяин или его жена
поздно ночью засиделись за подведением счетов. Не ведая о грозящей им гибели, люди занимались
своими обычными делами.
В груди у Джарика горело, но он продолжал бежать, пока не достиг перекрестка, где стояло
святилище огней Кордейна. В свете фонарей виднелись витые колонны, за которыми дорогу
перекрывали кованые ворота.
- Стой! - раздался резкий голос из темноты.
Джарик споткнулся и не упал только потому, что вцепился в железные прутья ворот. Голова его
кружилась от усталости, но он узнал башни святилища, куда имели доступ только самые
высокопоставленные священники Кордейна.
- В чем дело? За тобой гонятся? - поинтересовался часовой.
Прислонившись к холодному металлу, не в силах вымолвить ни слова, Джарик молча посмотрел
на него. Решив, что юноша убегал от грабителей, часовой шагнул вперед и стал разглядывать улицу в
поисках злоумышленников.
- За мной никто не гнался, - тяжело дыша, проговорил Джарик.
Воин удивленно взглянул на него.
Джарик не стал ничего объяснять, а просто прижался щекой к холодному железу, чтобы прийти в
себя, и стал глядеть на выложенный камнем двор. У входа в башни, где хранились самые сокровенные
своды знаний, ярко пылали факелы. Юноше показалось, что свет слепит его, и он зажмурился. Как ни
печально, он больше не мог поворачиваться спиной к наследству Ивейна. Хочет он такой участи или
нет, ему следует думать не о себе, а о судьбе всего Кейтланда.
- Здесь нельзя задерживаться, парень, - сурово сказал часовой.
Он слегка подтолкнул Джарика алебардой, тот кивнул и отодвинулся от решетки.
Юноша больше ни в чем не был уверен - его поиски в библиотеках, наверное, напрасная трата
времени и сил. Проклятие Анскиере никогда его не отпустит. Скорее всего, ему придется-таки взвалить
на свои плечи всю тяжесть наследия Ивейна, когда всякая надежда на другой выход будет потеряна.
Часовой продолжал нетерпеливо толкать его древком алебарды, и сын Ивейна зашагал туда, где
его ждала постель и недолгое забвение от тревог, которое дарует сон.
Но теперь запах старых кожаных переплетов не покидал его даже во сне, а этой ночью ему
впервые приснились демоны. Проклятые Кором плыли на черных судах, Джарик четко видел на фоне
парусов силуэты жабьих фигур с перепончатыми лапами. Светлые глаза отвратительных созданий
поблескивали в темноте, их шипящая, скрежещущая речь была полна угрозы.
Юноша метался по постели, чувствуя безжалостную злобу Проклятых Кором, замыслы которых
были чернее ночи. Неуловимые, опасные, жуткие демоны тьензы повернули свои тупые рыла к югу. Их
магия настойчиво искала, кружила, отступала и вновь возвращалась, наполняя демонов горькой
яростью, потому что защитные заклинания Ландфаста не подпускали их близко.
- Он там, - переговаривались избранные Храма Теней, без труда обмениваясь мыслями, почти
слившими их в единое целое. - Сын Ивейна, наследник Повелителя огня прячется там!
И от кораблей Проклятых Кором повеяло смертным холодом, от которого Джарика забил озноб...
...Он вскинулся, потный и дрожащий, пробудившись от кошмарного сна; откинул простыню и
встал.
Но знакомое ощущение занозистых сосновых досок под босыми ногами не принесло успокоения.
Прочные стены гостиницы сейчас казались ему такими же зыбкими, как шипящие волны под килями
черных кораблей Храма Теней.
Джарик сел на подоконник, обхватил руками колени и смотрел на башни Ландфаста, пока рассвет
не зажег на востоке сначала красный, а потом золотой свет, яркий как огонь, которым повелевал Ивейн.
Сегодня, как и всегда, телеги и подводы, нагруженные бочками с рыбой, тарахтели по улицам,
везя продукты на рынок. Молочники свистом вызывали покупателей к дверям и начинали торговаться,
звон колоколов на башнях возвещал о начале дня.
Но в знакомой суете пробуждающегося Ландфаста Джарику теперь виделось зыбкое затишье
перед бурей. После видений, которые послала ему ллон-дель на ледяных скалах, после того, как магистр
передал ему слова провидца из Фелуэйта, юноша больше не смел отрицать реальность черных кораблей
и демонов, разыскивающих сына Ивейна.
Чувствуя огромную усталость, Джарик потянулся за сапогами и рубашкой. Ему потребуется
немалое мужество просто для того, чтобы провести еще день в здешних библиотеках.
Завязывая шнуровку рубашки, он почувствовал, как его пальцы сводит от страха.
"Откуда, - отчаянно спросил он неведомо кого, - писец из глуши может найти силы для борьбы
с демонами, которые могут проникать в мысли и подавлять волю любого человека?"
Спустя пять дней после шторма бригантина "Безлунный" все еще дрейфовала в северо-западной
части моря Корин. Море было гладким, как отполированный лист металла, безоблачное небо над
кораблем пылало ярко-синим светом.
Корли шагал по юту без рубашки; его плечи давно стали бронзовыми, обожженные безжалостным
солнцем. Ровный стук шагов капитана заглушали раздражающие звуки потрескивания рассыхающейся
древесины и канатов. Корли шагал от штурвала до борта и обратно, потом от борта до штурвала - и
так снова и снова. Офицеры уже привыкли к этому и при докладе шагали с ним в ногу. Тем из них, кто
туго соображал и не делал этого, доставались язвительные слова и ледяной взгляд капитана.
Корабельный целитель остановился на верхней ступеньке трапа; он был слишком погружен в
собственные проблемы, чтобы обращать внимание на настроение Корли.
- Капитан! - громко окликнул он. - По-моему, вам лучше спуститься вниз.
Корли развернулся, будто готовясь отразить атаку.
- Лучше сразу скажи - зачем.
Целитель заколебался, и капитан рявкнул:
- Ну же, говори! Сновидица умерла?
Лекарь покачал головой; он был сыт по горло и штилем, и бешеным нравом капитана.
- Еще нет. Но если она не получит помощи, это скоро случится.
- Огни Кора! - зло воскликнул Корли. - Думаешь, я умею вызывать ветер? Мы же не галера,
чтобы идти в штиль на веслах!
Целитель молча сжал поручень трапа. Наконец Корли приподнял брови и махнул рукой.
- Сейчас приду. Но я все равно ничего не смогу сделать!
Корли спустился вслед за целителем в его душную каюту, где на соломенном тюфяке лежала Таэн.
Длинные волосы девушки черным шелком рассыпались по простыням, глаза были открыты, но
затуманены и смотрели в никуда; Таэн совсем не шевелилась, напоминая восковую скульптуру. Глядя
на волшебницу, буйный дух которой, казалось, покинул телесную оболочку, Корли невольно подумал,
что сейчас больше, чем когда-либо, заметно: Таэн - это ребенок в теле женщины.
- Ради Кора, да дышит ли она?
Корли тревожно опустился на колени возле больной.
Целитель закашлялся, неловко спускаясь с трапа и стараясь не стукнуться головой о переборку.
- Дышит, но еле-еле.
Корли взял девушку за руку. Кости ее казались хрупкими, как у птицы, пульс - частым и
неровным. Таэн даже не пошевелила пальцами, а ведь раньше беспокойный характер заставил бы ее
проснуться от легчайшего прикосновения. Кожа больной была горячей и сухой, под глазами залегли
голубые тени.
Корли посмотрел на целителя, и тот, не в силах вьщержать беспомощный взгляд капитана,
вздохнул и покачал головой.
- Я не знаю, что с ней. Только ваэре могут это сказать.
После этих слов самый суровый капитан Килмарка с нескрываемой жалостью опустил руку Таэн
на одеяло.
- Будь проклят этот ветер! После того, что она сделала для Скалистой Гавани, она заслуживает
лучшей участи. - Корли помолчал, крепко сжав губы, потом посмотрел на целителя и заговорил очень
серьезно: - Ты ведь знаешь, что сейчас уже поздно идти на остров ваэре. Даже если сейчас поднимется
ветер, выбора у меня нет. "Безлунный" должен причалить к ближайшему берегу, чтобы запастись
пресной водой.
Целитель молчал. Капитану нелегко было принять такое решение, но без запаса воды никто из
людей на "Безлунном" не доживет до острова ваэре.
Корли встал, царапая сапогами дерево.
- Никогда в жизни этого не забуду!
В приступе беспомощного гнева он ударил кулаком по своей ладони.
- Ваэре предупредили ее, но она все же решила остаться и защищать нас. Килмарк не обрадуется,
когда узнает...
Его голос дрогнул от боли, капитан быстро прошел мимо целителя и поднялся по трапу.
Целитель молча смотрел на смертельно бледное лицо Таэн, все еще полное неземной красоты.
Девушка наверняка была обречена: ближе всего к ним лежал пустынный берег Тьерл Эннета.
9
ЯСЕНЕВАЯ ФЛЕЙТА
В БАШНЕ на четвертом этаже главной библиотеки Ландфаста единственная свеча начала
оплывать, капли воска застывали на подсвечнике, будто льдинки. Пламя погасло как раз тогда, когда
Джарик закрыл дочитанную книгу. Он не стал зажигать новую свечу; вместо этого, взяв следующий
том, придвинул табурет ближе к окну. Далеко внизу была людная площадь, расстояние приглушало
шум голосов и грохот колес, люди и повозки казались отсюда маленькими, как игрушки. Но Джарик все
равно не обращал внимания на то, что происходит за окном. Запустив пальцы в спутанные волосы,
другой рукой он листал страницы книги, посвященной Великому Падению.
Этот фолиант был древнее всех остальных, его обложка потрескалась и истрепалась, текст был
написан старинным слогом. Джарик пощупал лист, сделанный не из пергамента и не из тростниковой
бумаги.
На мгновение юношу охватило возбуждение: а вдруг именно здесь он найдет то, чего не нашел в
других томах? Времени оставалось в обрез, и Джарик принялся старательно изучать старую книгу. Но
чем больше он читал, тем больше гасла его надежда. В этом старом томе, возможно, самом старом из
всех существующих в Кейтланде, говорилось о давно известных ему событиях: о том, как
благословенные огни Кордейна опустились из небесного обиталища Звездная Надежда и оставили
людей и демонов в Кейтланде бороться за выживание. Далее следовали знакомые списки первых
старейшин и их потомства, расселившегося повсюду и положившего начало цивилизации Кейтланда.
Джарик раздосадованно прикусил губу.
У него болели глаза, желудок сводило от голода: после встречи с великим магистром прошло
несколько недель, и все это время Джарик очень мало спал и ел, проводя каждую свободную минуту за
изучением записей Ландфаста. И после всех этих усилий опасность грозила ему не меньше, чем в тот
день, когда он встретил демоницу-ллондель на каменных уступах Скалистой Гавани.
Усталый и расстроенный, юноша захлопнул книгу и закрыл лицо руками.
Через открытое окно до него доносились далекие выкрики торговца рыбой под аккомпанемент
стука копыт и грохота колес повозки. Днем в шуме и толчее самого населенного города Кейтланда
родина Джарика, Морбрит, казалась очень далекой, а Эмиен и опасности Храма Теней начинали
смахивать на те истории, которые рассказывают у костра, чтобы пугать детей. Но ночью демоны и
черные лодки продолжали вторгаться в сны юноши, и по утрам кожаный мешочек с ключами от
Эльринфаэра казался ему очень тяжелым.
Джарик уныло ссутулился и потянулся, чтобы поставить книгу на место. Случайно зацепив
краешек переплета, который уже начал отклеиваться, он помедлил. Его первым учителем был
архивариус, ревностно хранивший древние записи, и приведение в порядок старых книг входило в круг
обязанностей каждого переписчика.
Джарик привычно осмотрел истрепанный переплет и вдруг увидел торчащий из-под обложки
уголок пергамента.
Юноша вгляделся в этот листок, очень старый, пожелтевший и покрытый пятнами, и заметил
буквы, которые почти невозможно было разобрать. Джарик осторожно вытащил пергамент наружу, и
тот распался в его руках на две части. Сложив обрывки, сын Ивейна попытался прочесть то, что на них
было написано. Эти строки явно вывел хорошо обученный писец, но смысл их оказался загадочным:
"То, что я пишу, запрещено хартией, принятой Советом Ландфаста. Но как иначе человек может
протестовать против того, что считает напрасной тратой времени? Секция Верисет-Нав погибла при
крушении, поэтому ни один корабль не сможет найти обратный путь к Звездной Надежде; знания,
которые так тщательно собрали в башнях святилища, окажутся бесполезными. Если Совет навяжет всем
свою политику, неужели наши потомки так и не узнают, что их предки правили звездами?"
Джарик нахмурился, нервно постукивая пальцами по столу. Нигде раньше ему не встречалось
того, о чем говорила эта странная записка. Ни один архив не упоминал предмет под названием "секция
Верисет-Нав"; и хотя Анскиере управлял волнами и погодой, как может человек править звездами?
Даже для волшебников звезды были всего лишь небесными огоньками, полезными для навигации и
меняющимися в соответствии с временами года.
Озадаченный Джарик подумал о городе, который раскинулся за окном. Совет Ландфаста все еще
правил Альянсом Свободных островов, но башни святилища находились в ведении священников.
Джарик вспомнил банальные слова верховного магистра - теперь он доверял им еще меньше, чем
прежде. Возможно, священники знают куда больше, чем хотят показать. Возможно, то, что он ищет,
заперто в высоких башнях со шпилями, поднимающихся в небо над Львиными воротами.
Дверной засов громко лязгнул. Оторвавшись от размышлений, Джарик оглянулся и увидел, что в
комнату входит священник в голубом одеянии. Священник направился к его столу, недовольно поджав
губы и нахмурив брови.
- Почему ты бездельничаешь, молодой человек? Неужели наша гильдия платит тебе за то, чтобы
ты любовался небом?
Джарик наклонился, прикрывая найденную записку: ее содержание было, несомненно,
еретическим, а если он хотел по-прежнему иметь доступ к храмовым записям, Братство не должно
усомниться в его вере.
- Я думал, сегодня обход делает брат Хандред, - с невинно-простодушным видом заметил
Джарик.
Священник фыркнул:
- Не дерзи! Брат Хандред занят. Теперь отвечай - где твои перья?
Джарик вздохнул:
- Сегодня у меня выходной.
Украдкой он медленно смял записку в кулаке.
Священник кашлянул.
- Тогда кто тебе разрешил рыться на стеллажах и разбрасывать книги по всей библиотеке?
- Брат Хандред, - с милой улыбкой ответил Джарик. Теперь записку уже не могли заметить,
поэтому он встал. - Я все равно уже закончил!
Он потянулся и умышленно поднял толстый том за крышку переплета. Священник вздрогнул.
- Глупый мальчишка! - Выхватив у Джарика книгу, он торопливо разгладил страницы и закрыл
ее. - Я доложу о твоем поведении Хандреду! Не понимаю, как тебя могли нанять, если ты даже не
знаешь, как обращаться с книгами?
Джарик пожал плечами и сжал кулаки, стараясь выглядеть матросом, попавшим в незнакомую
обстановку, а не опытным переписчиком.
- Ну, ступай, юноша! - возмущенно закончил священник. - Я приберу то, что ты тут раскидал.
Прижав к груди стопку книг, он сердито глядел вслед Джарику, пока тот шел к двери.
В прохладной тени лестницы сын Ивейна остановился и убрал пергамент со странной надписью в
мешочек, где хранил перо штормового сокола и ключи от Эльринфаэра. Юноша затянул шнурок, сунул
мешочек под рубашку и раздраженно выругался. Ему не попасть в башни святилища Ландфаста, если
он не вступит в Братство и не даст положенного обета. Стража и укрепления святилища могли
остановить даже небольшую армию, не то что вора.
Судя по свету, проникавшему через двойную арку напротив лестницы, полдень уже миновал.
Джарик поспешил к двери через выстланную плиткой переднюю, боясь опоздать на тренировку.
Брит всегда гонял своего ученика и в хвост и в гриву, если тот приходил не вовремя.
Джарик вышел на залитую солнечным светом улицу, где было людно и до того жарко, что у него
сразу вспотела спина. Он вдруг с удивлением осознал, что до солнцестояния осталось всего две недели,
значит, миновал целый год с тех пор, как заклятие Анскиере выгнало его из замка Морбрит.
- Поберегись, парень!
Возничий щелкнул кнутом, его лошади подались вбок, оглушительно стуча копытами. Джарик
ловко увернулся от вращающегося колеса.
Давка на улицах Ландфаста больше не смущала его. Юноша прошел мимо украшенного
развевающимися штандартами здания городского совета, миновал улицу гильдии гончаров и свернул в
переулок, где была его гостиница. Не желая встречаться с болтливой хозяйкой, Джарик двинулся на
кухню, обычно пустовавшую в такое время дня.
Схватив на ходу с блюда свежую булочку, с аппетитом жуя, он поднялся по задней лестнице в
свою мансарду. Снизу доносился громкий голос другого жильца, жалующегося на насекомых в одеялах.
Хозяйка в ответ на эти жалобы ядовито предложила впускать его содержанку в дверь, а не в окно -
тогда насекомые не будут залетать на свет свечей и оказываться в постели.
- Но я сначала потушил свечу, а потом уж открыл ей окно! - возмущенно заявил жилец и резко
смолк, сообразив, что проболтался.
Джарик с усмешкой тихо прикрыл дверь, скинул перевязь и рубашку и положил их на кровать.
Потом, развязав шнуровки нижней сорочки, открыл сундук с вещами и стал рыться в поисках более
легкой одежды. Нужная рубашка лежала под шерстяным охотничьим нарядом, Джарик нетерпеливо
вытащил ее - и вдруг у него перехватило дыхание. Из рубашки выпал и покатился по полу очень
знакомый предмет. Флейта, сделанная ллонделями, та самая, которую он сломал и бросил в воды
гавани.
Джарика забил озноб.
Флейта лежала у его ног, поблескивая перламутровой инкрустацией, изящный деревянный
стержень был цел, как будто его никогда не ломали пополам. Скомкав рубашку, Джарик присел на
корточки.
Лесник Телемарк когда-то рассказал ему о ллонделе, с которым повстречался после магического
урагана, едва не разрушившего его хижину. Демон послал Телемарку ужасные видения, а когда лесник
пришел в себя, он обнаружил, что в хижине все как раньше: разбитые бутыли целехоньки, все
разбросанные вещи снова на своих местах. Глядя на ясеневую флейту, Джарик гадал, было ли тогда
Телемарку так же страшно, как ему сейчас. Могущество ллонделеи выходило за рамки человеческого
разумения.
Рубашка выскользнула из рук юноши, он потянулся, чтобы поднять инструмент с пола, и едва его
дрожащие пальцы коснулись деревянной флейты, как его сознание затопили образы, посланные
ллонделями. Комната исчезла, вместо нее Джарик увидел пустынный берег, омываемый волнами.
Дальше, на холмах, высились пробитые стены города и дома без крыш, над которыми гулял ветер. В
небе с криками кружили чайки. Из волн торчали почерневшие обломанные столбы - все, что осталось
от пристаней и лавок. Джарик понял, что видит руины Тьерл Эннета, города, уничтоженного
магической силой, которую колдунья Татагрес извлекла из посоха Анскиере.
Но, глядя на все глазами ллонделя, юноша заметил, что пристань некогда самого богатого города
Альянса все-таки не пуста. По пенным бурунам шла спущенная с корабля шлюпка; опытные гребцы
ровно и слаженно налегали на весла. На корме сидел боцман с "Безлунного", и, вглядевшись
повнимательней, Джарик увидел в лодке дру
...Закладка в соц.сетях
