Жанр: Фантастика
Книги Огня 2. Хранитель ключей
...оспоминания-которыедоказывают:
это правда.
Слушая демона, Таэн ощутила, что ее сердце превращается в кусок льда.
Она пыталась пустить в ход свой дар, чтобы исчезнуть из этого ужасного места; но ее усилия не
увенчались успехом, она словно завязла в кошмарном сне. Не в силах ничего поделать, девушка могла
только смотреть, как Скайт снова наклонился над ее братом. Эмиен вздрогнул от прикосновения
демона, всхлипнул и затрясся, пока повелитель Проклятых Кором исследовал его разум в поисках
нужных сведений. Тьензы сгрудились возле бассейна, дрожа и переговариваясь тихими шипящими
голосами. Таэн видела, что им не по себе, и это наполняло ее дурными предчувствиями.
И все равно она оказалась не готова к тому, что потом произошло. Скайт сжал плечо Эмиена
когтистой рукой так, что выступила кровь. Потом, до конца осознав значение найденного в разуме
юноши, отпрянул, словно его обожгли. Тревожный свист заметался под каменным сводчатым
потолком; все демоны замерли, когда их повелитель поднял голову и уставился на них желтыми
глазами.
- Трусливые отродья! Глупцы! Сестра-Таэн-сновидица ничем не угрожает Храму Теней, потому
что ее сатид скоро убьет ее. Но другой, сын-Ивейна-наследник-Повелителя-огня-Джарик! Вот кто
может принести горе и погибель нам-всем!
Скайт оскалился, возбужденно вздыбив гребень.
Тьензы тревожно взвыли и попятились, толкая друг друга, испуганные гневом своего повелителя.
Скайт осыпал их ругательствами, но Таэн не вслушивалась. Испугавшись за Джарика, торопясь
предупредить его об опасности, она изо всех сил рванулась из ловушки своих видений. Но толку от ее
усилий было не больше, чем от трепетания крыльев мотылька. Таэн почувствовала, как ее сознание
мутнеет, гаснет - а потом опять возвращается в ту же комнату в Храме Теней.
Скайт, топнув когтистой ногой, снова присел над Эмиеном.
- Сестра его может показать нам, где сын-Ивейна. Она слабеет из-за своего сатида, становится
уязвимой. Мы подействуем на родственные-связи ее и брата.
Главный тьенз раздул жабры:
- Воля ваша, могучий.
Наступила тишина, которую нарушал только негромкий отвратительный звук: скрежеща
челюстями, Скайт затачивал зубы. Тьензы придвинулись ближе, когда их владыка еще раз протянул
руку к Эмиену.
Таэн не почувствовала, как повелитель демонов и его подданные объединили силы. Но потом все
вокруг вдруг окрасилось в красные тона, и она поняла, что сознания Проклятых Кором завладели
разумом ее брата. Ищущие, исследующие сознания демонов врезались в мысли девушки, подобно
клинку огненного меча. Таэн отшатнулась, не в силах даже вскрикнуть. Ее собственная магия,
усиленная симбиозом с сатидом, бездействовала, оставив сновидицу беззащитной перед натиском
враждебных сил. Демоны прорвали тонкую паутину ее сопротивления, вторглись в ее разум и отыскали
в нем то, что им требовалось. Они знали теперь два названия: Скалистая Гавань и Ландфаст - и
собрались обыскать оба этих места, чтобы уничтожить Джарика, сына Ивейна.
Таэн услышала довольный хохот Скайта, долетевший до нее как будто издалека. Истерзанный
разум девушки, ошеломленный как вторжением, так и молниеносным отходом демонов, улавливал
лишь обрывки приказов, которые Скайт отдавал своим подданным. Таэн смутно расслышала, что в
Храме Теней должен собраться совет демонов, чтобы обсудить новости... Что из Эмиена собираются
сделать орудие для уничтожения Кейтланда, а на охоту за Джариком отправят убийц... Такова была
воля Скайта.
Тьензы жалобно взвыли: они боялись соленой воды. Но их старейшина и не подумал возражать, а
покорно распростерся перед возвышением.
- Воля ваша, величайший-могущественный.
Гребень на головном уборе тьенза затрещал, когда он попятился обратно к своим сородичам.
Потом, возбужденно переговариваясь каркающими голосами, тьензы подняли Эмиена и потащили
прочь из зала.
Таэн едва сознавала, что происходит. Печаль о брате и страх за Джарика на мгновение помутили
ее рассудок. Она вскрикнула, всей душой протестуя против тех низких приемов, к каким прибегли
демоны, чтобы сделать ее предательницей.
И тогда нить видения наконец оборвалась.
Зал со сводчатым потолком исчез, Таэн услышала пронзительный вой, похожий на завывание
зимнего ветра в голых ветвях деревьев. Сатид, обитающий в ее теле, продолжал изменяться, и Таэн
окончательно перестала понимать, где она. Все вокруг нее вертелось, ее уносило во тьму и
первозданный холод. Подобно старым костям трещал лед, сковывая ее ноги. Потом загорелись звезды
- крошечные точки на бескрайнем черном поле. Измученная Таэн старалась увидеть хоть одно
знакомое место, но напрасно. Снова и снова ее мысли бились в прочных сетях кошмара. Голоса
демонов шептали и бормотали в ее мозгу, неразборчивые, как след призрака.
"...Сновидица... не опасна... умирает из-за своего сатида... сын-Ивейна-наследник-Повелителяогня-Джарик...
может принести горе и погибель нам-всем..."
Снова и снова тревога возвращала мысли Таэн к Эмиену.
"Пришел по своей воле... убил... Назовем его Маэлгрим... наше орудие и погибель-своего-рода...."
Нынешний ужас и воспоминания сплелись воедино, их больше нельзя было отличить друг от
друга.
Таэн снова забилась, стараясь вырваться из плена кошмаров, но образы, с которыми она боролась,
размазывались, как чернила по бумаге, а потом опять расцветали в ее сознании. Все усилия девушки
были напрасны, ее магический дар приводил ее только в пустоту и темноту... Пока наконец она не
сдалась и не поплыла бесцельно и безвольно туда, куда несли ее горячечные сны...
...Он подкрался к ней незаметно, и сперва она не обратила внимания на тихий звон колокольчиков
и бусин и шелест перьев. Таэн просто не сознавала ничего, кроме сияния звезд в черной пустоте. Но
звуки не умолкали, а вскоре она увидела отблеск красноватого света. Девушка почувствовала, как ее
сознание поймали и обуздали так легко и изящно, что она даже не подумала протестовать. Ее дар ожил
и снова засверкал тысячью граней, подобно множеству зеркал. Темноту рассек луч света, и, словно
пробудившись от сна, Таэн увидела перед собой ваэре Тамлина, который обучил ее магическому
искусству.
Это странное существо ничуть не изменилось с тех пор, как Таэн покинула остров, отправившись
в Скалистую Гавань. Тамлин был едва по пояс обычному человеку, вокруг его бездонных угольночерных
глаз залегали морщинки. Обычно такой подвижный и проворный, сейчас он стоял, скрестив
руки на груди, зажав в зубах трубку, и всем своим видом выражал упрек.
- Ты не сдержала обещание, девочка. И теперь жди беды. - Человечек раздраженно пожал
плечами, так что зазвенели колокольчики и бусинки на бахроме, украшающей его рукава. - Я
предупредил тебя, ты дала слово. Тебе давным-давно надо было покинуть Скалистую Гавань.
Таэн так устала, что даже короткий ответ дался ей с трудом.
- Я должна была остаться.
- Вот как? - Тамлин фыркнул, и из его трубки поднялись серебристые кольца дыма. - А теперь
твоя жизнь в опасности.
Таэн начала сердиться:
- По-твоему, лучше пусть Ландфаст достанется демонам? Если бы я покинула Скалистую Гавань,
Килмарк не сумел бы ее удержать. Кто бы тогда охранял Главный пролив от кораблей завоевателей?
- Ты невежественна. И глупа к тому же. - Тамлин покрутил пальцами кончик своей бороды,
между его бровей появилась задумчивая складка. - Теперь слушай внимательно, если хочешь остаться
в живых. Твой дар перестал подчиняться тебе потому, что ты вышла из-под моего присмотра прежде,
чем полностью овладела магическим мастерством. Кристалл сатида, с которым ты вступила в симбиоз,
чтобы усилить свой дар, сейчас быстро зреет внутри тебя. За этим должны были наблюдать ваэре. Но
ты слишком поздно оставила Скалистую Гавань, слишком поздно, чтобы мы могли тебе помочь.
Таэн похолодела.
- Значит, я никогда не проснусь?
- Помолчи! - Тамлин крепче сжал зубами трубку, крепче скрестил руки на груди. - Запомни:
если ты не сможешь добраться до нашего острова, тогда ищи тех, кто подарил Джарику флейту. Только
они могут тебя спасти.
- Опять говоришь загадками? - испуганно и быстро спросила Таэн, потому что образ Тамлина
внезапно начал таять. Огонек его трубки покраснел, как уголек костра, и медленно погас.
На фоне заката перед мысленным взором сновидицы вдруг ясно встала картина, которую она
видела недавно: покрытые шрамами пальцы Джарика, сына Ивейна, ломают пополам изящный
стержень флейты.
- Тамлин, но флейта сломана!
Возглас Таэн прозвучал впустую: ваэре исчез.
Темнота поглотила Таэн так же, как зеленые воды гавани Ландфаста поглотили обломки флейты, в
которой заключалась ее единственная надежда на спасение.
8
ПОИСК
С НАСТУПЛЕНИЕМ ЛЕТА дни стали длиннее, а в Ландфасте, самом старом городе Кейтланда,
на лотках торговцев фруктами появилась спелая земляника. Незамужние девушки, отправляясь на
танцы, вплетали ленты в волосы, чтобы отпраздновать первые урожаи.
В это время года все девицы были игриво настроены, но Джарик не отвечал на их улыбки. Днем
он переписывал свитки в башнях, где хранились архивы, а вечером встречался с Бритом на учебной
площадке и до самого заката занимался фехтованием.
Матросский загар юноши сошел, но мозоли остались. Каждую ночь, когда фонарщики проходили
по лестнице к Львиным воротам, чтобы зажечь огни, он чистил и точил свое оружие. Потом, когда Брит
и сменившиеся с дозора гвардейцы с шумом и смехом отправлялись в обход любимых таверн и пивных,
Джарик вкладывал меч и кинжал в ножны и, повинуясь заклятию Анскиере, уходил в сгущающуюся
тьму, чтобы продолжить то, зачем явился на Ландфаст: упорно искать способ уберечь ключи от
Эльринфаэра.
Сегодня Джарик решил начать со святилища Кордейна. Под аркой, ведущей к мощенному
каменной плиткой двору, его встретил молодой прислужник. Парнишка был облачен в голубое, на
воротнике его горела одна золотая звезда, показывая, что он всего год назад принес обет пожизненного
затворничества. Вряд ли он был намного старше Джарика, но держал себя с высокомерием,
свойственным всем младшим служителям на Ландфасте. Паренек посмотрел на перевязь, меч и кинжал
посетителя и презрительно скривил губы, хотя приветствовал-таки незнакомца ритуальным поклоном.
- Ты пришел помолиться?
Прислужник выпрямился и задрал подбородок, явно ожидая отрицательного ответа.
Джарик пристально посмотрел на него, но из вежливости не показал виду, что его задела такая
резкость.
- Я хочу поговорить с главным священником.
- С главным священником? - Прислужник вздохнул и окинул посетителя насмешливым
взглядом. - Ты явился из совсем глухой провинции, воин? У нас тут нет главного священника, есть
только его святейшество верховный магистр Большой Звезды.
Джарик слегка поправил перевязь, не слишком смущенный.
- А покороче титул у него есть?
- Можно говорить просто "его преосвященство", - ответил раздраженный звоном стальных гард
прислужник и добавил: - Но тебе это обращение не понадобится.
- Я пришел не молиться. Если его преосвященство слишком занят, скажи ему, что речь идет о
судьбе всего Кейтланда.
Услышав это, прислужник слегка приподнял брови, будто сомневаясь, что юноша с северным
акцентом может иметь какое-то отношение к защите человеческого рода. Но одна звезда на воротнике
вряд ли смогла бы послужить достойным отпором стальному клинку; поэтому парнишка развернулся,
так резко, что разлетелись полы его темного одеяния, и мотнул головой, приказывая Джарику следовать
за ним.
Холодную переднюю святилища Кора освещали масляные лампы, ее стены были облицованы
черным мрамором, на каменном полу не лежали ковры. Темные драпировки с вышитым золотыми
нитями символом святилища, казалось, поглощали и без того скупой свет, и возвышение, на котором
стояли рака и алтарь, окружал таинственный полумрак. Шаги и голоса будили эхо под высокими
сводчатыми потолками; немногие прихожане, собравшиеся возле подносов для пожертвований,
говорили шепотом и посматривали виновато, если кто-то из них случайно шаркал сандалиями или чьинибудь
дети начинали шуметь.
Джарик остался ждать там, где велел провожатый. Он не бросил монет на поднос, не попросил
дежурного смотрителя зажечь свечу за родных и близких. Джарик знал, что Таэн заслуживает такого
знака внимания, но идти через весь зал ему не хотелось: после сегодняшней тяжелой тренировки с
Бритом у него ныло все тело. Сын Ивейна устал, был голоден, ему не терпелось избавиться от ключей, и
он начал уже задумываться, что будет, если он усядется прямо на пол.
Но наконец прислужник вернулся и поманил его к двери, ведущей во внутренние помещения
святилища.
За этой дверью оказалась продуваемая сквозняками лестница. Время от времени на площадках
попадались стрельчатые окна, и, поскольку они не были застеклены, Джарик догадался, что его ведут в
самую древнюю часть святилища Кора. Когда-то эти окна явно закрывались ставнями; толстые
каменные стены напоминали стены крепости, а ступени были стерты ногами нескольких поколений
служителей.
- Назови свое имя, - пропыхтел прислужник.
Он не привык к физическим упражнениям, поэтому второй подъем по крутой лестнице его
порядком измотал.
- Я - сын Керайна, - ответил Джарик и поморщился, чувствуя, что его усталые ноги тоже
протестуют против бесконечного подъема.
И все же он справлялся лучше, чем прислужник. Вскоре тот совсем запыхался, и Джарик сжалился
над ним:
- Скажи, куда идти, и я доберусь сам.
Прислужник закатил глаза:
- За это его преосвященство посадит меня на хлеб и воду. Ты ему не скажешь?
Джарик покачал головой, потом внимательно выслушал чересчур запутанные указания и
продолжил путь. Миновав еще три пролета лестницы, пройдя по двум коридорам, он постучался в дверь
из черного дерева, на которой красовались золотая звезда Братства и золотой язык пламени.
- В чем дело? - донесся изнутри раздраженный голос. - Если отчеты по налогу на зерно,
оставьте их на завтра.
- Я не счетовод, - отозвался Джарик и осторожно открыл дверь.
Седой человек в измятом халате встал и взглянул на юношу поверх горы бумаг, громоздящихся на
столе. А Джарик при свете настольной лампы удивленно посмотрел на румяные щеки главного
священника и на его большие руки, скорее смахивавшие на руки фермера, а не священнослужителя.
- А, ты тот самый посетитель! Входи.
Джарик шагнул в комнату.
- Вы его преосвященство магистр Большой Звезды?
- Что? Нет. - Старик заметил меч и кинжал на поясе посетителя и заморгал. - Здесь тебе
оружие не понадобится! - Спохватившись, что не ответил на вопрос, он объяснил: - Я секретарь его
преосвященства. Скажи, зачем ты пришел, и, если твое дело заслуживает внимания, я проведу тебя к
нему.
Юноша и не подумал отстегнуть ножны. Не стал он и объяснять суть своего дела; вместо этого он
пошарил за пазухой и снял через голову маленький кожаный мешочек на шнурке. Джарик зубами
развязал мешочек и бросил его содержимое на единственный свободный угол стола.
Черный кубик покатился, как игральная кость, и замер. На его верхней грани горел золотой
символ. Свет лампы осветил тройной круг и сокола - знак Анскиере, Стража штормов, некогда
поклявшегося защищать Тьерл Эннет. Секретарь изумленно выдохнул, но замер, когда рядом с первым
предметом с шелестом лег вторей. На поцарапанное дерево опустилось черно-золотое перо штормового
сокола, и даже здесь, среди бумаг, перьев и прочих обыденных вещей, от этого предмета веяло
прохладой волшебных ветров.
- Милостивый Кор, - пробормотал секретарь и нервно посмотрел на Джарика, как будто увидев
его впервые. - Откуда это у тебя? Тебя послал Страж штормов? Ты знаешь, что его колдовское
могущество уничтожило Тьерл Эннет? Говорят, там погибло четыре тысячи человек. Если Анскиере
появится на любом из островов Альянса, его ждет смерть на костре.
Джарик ничего не ответил.
На одно бесконечное мгновение в комнате все замерло, только отблески пламени лампы метались
по золотой печати Анскиере. Потом секретарь резко выдвинул ящик, нашарил очки и с силой нацепил
их на нос.
- Подожди здесь, юноша. Подожди.
Чуть не дрожа от возбуждения, старик скрылся за задней дверью.
Через мгновение вслед за встревоженным секретарем в приемную вышел высокий гибкий человек
в облегающих штанах и рубашке с вышитым на груди серебристо-синим знаком сана магистра. На лице
этого священника почти не было морщин, а седина лишь слегка тронула его виски.
Магистр оглядел Джарика проницательными темными глазами, потом перевел взгляд на стол, на
черный кубик и перо, лежащие возле стопок бумаг.
Его голос оказался под стать властным манерам.
- Возьми это, сын Керайна, и ступай за мной.
Деловито, но дружелюбно он придержал дверь, дав юноше войти первым. Комната за дверью
оказалась устлана роскошными коврами, выкрашенные в белый цвет стены не сочетались с
подоконниками из блестящего темного камня, но Джарик не обратил внимания на обстановку, так же
как не заинтересовался открывавшимся за окном видом на освещенный фонарями ночной Ландфаст.
Вместо этого он уставился на ряды книжных полок, уставленных книгами с золочеными переплетами.
Надписи на корешках были выполнены церковными рунами, и Джарику недоставало знаний, чтобы их
прочесть. Но все равно у него захватило дух оттого, что перед ним лежал источник сокровенных тайн.
Наверняка в Братстве Кордейна можно найти способ, как сохранить ключи от Эльринфаэра, как не дать
им попасть в руки демонов.
- Ты стоишь на религиозном символе, - с упреком произнес голос за его спиной.
Джарик вздрогнул, внезапно заметив, что под его ногами уже не ковер, а пол с мозаикой из ляпислазури
и агата. Мозаика изображала огни Кордейна в их самом первом полете через небо Кейтланда -
том самом полете, который обрек человечество на изгнание, пока не будет покорен или убит последний
демон.
- Прошу прощения.
Юноша сделал шаг назад. Его оружие звякнуло, он смущенно придержал рукояти меча и кинжала.
- Здесь они тебе не понадобятся, - улыбнувшись, негромко заметил его преосвященство. - Но
если хочешь, держи их при себе. Только сядь, пожалуйста. У меня затекла шея от работы над отчетами,
и я не хочу смотреть на твое мельтешение.
Магистр взял из угла стул и поставил на ковер рядом с книжными полками. Потом уселся на
ближайший диван и стал смотреть на канделябр из кованой меди - единственный источник света в
этой комнате.
Джарик снял с плеча перевязь, повесил на спинку стула и сел, выпрямившись, сжимая в
побелевших руках ключи от Эльринфаэра и перо штормового сокола.
Теперь, оставшись наедине с одним из высочайших лиц Братства Кора, он никак не мог найти
нужные слова, чтобы начать разговор.
Магистр избавил его от затруднения, заговорив первым:
- Ты наследник Ивейна, так?
Джарик вздрогнул, жалея, что у него не хватит храбрости, чтобы солгать. Но в глазах сидевшего
на диване священника за суровостью скрывалась доброта.
- Как вы узнали, ваше преосвященство?
- Ты похож на него, - прямо ответил магистр. - А моряки часто приносят новости из
Скалистой Гавани. Священники слышали, что Страж штормов пустил в ход проклятие, которое
наложил когда-то в Северном море на твоего отца.
- Я никогда в жизни не встречал ни одного колдуна, - с несчастным видом признался наследник
Повелителя огня.
Он по-прежнему держался настороженно и скованно, но разжал кулаки, показав ключи от
Эльринфаэра и перо сокола.
- Нет, юноша, - сказал магистр. - Братство не сможет взять то, что было отдано на хранение
тебе.
Джарик потрясенно поднял глаза.
- Но...
Магистр жестом велел ему замолчать. Встал, подошел к дверям, и, приоткрыв их, тихо сказал
несколько слов секретарю. Потом кивнул, затворил дверь и вернулся на диван.
- Сын Ивейна, служители Братства Кордейна и волшебники никогда не вмешивались в дела друг
друга. Послушники, вступая в братство, дают клятву только сохранять, приумножать и защищать
знания. Но волшебники, особенно те, кого обучали ваэре, вмешиваются в дела людей, и это не всегда
идет на пользу человечеству. Гибель Эльринфаэра должна была бы доказать твоему Стражу штормов,
что сражаться с демонами бесполезно. Но этого ему оказалось мало, и еще четыре тысячи невинных
погибли потом в Тьерл Эннете.
- Но я не стремлюсь стать волшебником! - вырвалось у Джарика. - Наоборот, я ищу способ,
как этого избежать.
Магистр постучал ногтем по своему перстню с печатью, на которой был вырезан символ его сана.
Юноша, глядевший на священника с огромной надеждой, замер, и тогда магистр со вздохом снова
заговорил:
- Наследник Повелителя огня, мы не можем тебе помочь.
В дверь вдруг постучали, и Джарик, вздрогнув, машинально сжал кулак, в котором держал ключи
от Эльринфаэра. Но в комнату вошел всего лишь секретарь с подносом, нагруженным сладкими
пирожками, сыром и элем. Поставив поднос на столик, секретарь поклонился и вышел.
Когда дверь захлопнулась, магистр улыбнулся:
- Ты явно проголодался. Если мой орден не может помочь тебе ничем другим, я хотя бы
позабочусь о том, чтобы ты поужинал.
Отказаться было невозможно.
Джарик убрал ключи и пе. ро штормового сокола в мешочек и осторожно потянулся за ножом,
чтобы нарезать сыр.
Верховный магистр Большой Звезды Ландфаста молча ждал, пока юноша не оправится от
смущения и как следует поест. Лишь сейчас священник начал замечать врожденную внутреннюю силу
Джарика, которая слишком часто скрывалась за неуверенностью этого юноши. Сын Ивейна был одет в
самую простую одежду, ему не мешало бы подстричься, но его манеры за столом не посрамили бы его
даже в королевском дворце.
Стараясь не злоупотреблять щедростью хозяина, Джарик вскоре отодвинул в сторону тарелку и
кружку с элем.
- Башни святилища в Ландфасте - самое укрепленное место во всем Кейтланде. Почему нельзя
хранить здесь ключи к заклинаниям Анскиере?
- Потому что демоны стремятся добраться до этих ключей, Джарик.
Магистр откинулся на спинку дивана. Осторожно и терпеливо, понимая, какое разочарование
приносят юноше его слова, он объяснил, что хранящиеся в башнях знания настолько важны, что ими
нельзя рисковать.
- Священники, которые входят туда, остаются там на всю жизнь, и даже я не знаю, какие секреты
они хранят. Если к этим секретам добавить ключи к заклинаниям обученного ваэре волшебника,
демоны могут напасть, чтобы завладеть ими. Пусть уж лучше ключи попадут в Храм Теней, чем все
наследие человечества окажется в такой огромной опасности.
Джарик забыл о том, что держит в руке недоеденный пирожок.
- Но я думал, что защитные заклинания Ландфаста...
Магистр внезапно ссутулился, как будто ощутив на плечах тяжкий груз забот.
- Джарик, то, что я тебе сейчас скажу, почти никому не известно, и ты должен будешь об этом
молчать. Но заклинание, через которое ты прошел при входе в Ландфаст, - не защитное заклинание.
Его создали самые талантливые члены Братства, чтобы знать, не пробрались ли сюда демоны. Если
Проклятые Кором пошлют на Ландфаст шпионов или даже целую армию, они не смогут приблизиться
незамеченными. Мы будем вовремя предупреждены, но оборона города ляжет на плечи обычных
воинов.
Джарик уронил пирожок на поднос, рассыпав крошки. Он потрясенно посмотрел на усталое лицо
собеседника и внезапно понял: фатализм магистра, так же как презрение, которое питал к священникам
Повелитель огня Ивейн, зиждется на сознании того, что судьба человечества висит на тончайшей
ниточке. Отсюда следовало сделать выводы, которые просто оглушили Джарика.
Если ему только что сказали правду, значит, неприступность Ландфаста - всего лишь иллюзия.
Во всем Кейтланде только ученики ваэре могли по-настоящему противостоять демонам. Ужасные
события в Эльринфаэре и Тьерл Эннете приобрели в глазах Джарика новый смысл, он уже готов был
признать Круг Огня не безумием, а единственным выходом из почти безнадежной ситуации.
Забыв о вежливости, убитый тем, что нашел новые тревоги там, где рассчитывал найти утешение,
Джарик встал и взял свою портупею.
Он уже двинулся к выходу, когда его остановил твердый голос магистра:
- Послушай меня хорошенько, Джарик, сын Ивейна. Ты явился на Ландфаст за знаниями.
Неважно, мудры твои поиски или нет, ты не останешься без поддержки. В светских архивах хранятся
трактаты, где говорится о защите Кейтланда от демонов. Их предоставят в твое распоряжение.
Джарик обернулся и поклонился.
- Благодарю вас, ваше преосвященство.
- Не благодари. - Священник принял замкнутый и высокомерный вид, словно внезапно
вспомнив о своем сане. - Мне придется ограничить время твоего пребывания здесь, поскольку твое
присутствие неизбежно привлечет к городу внимание Проклятых Кором. Королевский провидец
Фелуэйта уже предупреждал, что союз демонов в Храме Теней ищет тебя. Ты можешь остаться только
до осеннего солнцестояния. После этого тебе лучше обратиться в анклав волшебников в Мхоред Каре с
просьбой о предоставлении убежища.
Джарик принял эту новость с удивительным спокойствием. Он не отвел глаз, и его рука на эфесе
меча перестала дрожать.
- Королевские волшебники, как и ваше Братство, могут только предупреждать. На то, чтобы
защитить, их сил уже не хватает. Если демоны настигнут меня и отродья мхарг вырвутся на свободу,
как вы думаете, сколько простоят башни вашего святилища?
Вопрос был дерзким, и высший священник Ландфаста ответил на него побелевшими губами:
- Вечно или до спасения человечества, если на то будет милость огней Кордейна.
- Надеюсь, так и будет, - прошептал Джарик. Он развернулся с изяществом фехтовальщика и
вышел.
Бредя домой по улицам, где кипела бурная ночная жизнь, Джарик обдумывал то, что ему только
что рассказал великий магистр. Юношу толкали матросы, проводившие отпуск на берегу, проститутки
свистели ему вслед, но Джарик ничего не замечал.
Он то холодел, то чувствовал прилив горячей ярости, думая о том, кто приносит больше зла
человечеству: священники, придумавшие иллюзии, или ученики ваэре, чья магическая сила иногда
губила невинных? Этот вопрос колол как игла, заставляя забыть про страх. Все менялось в этом мире -
все, кроме неизбывной ненависти демонов к людям.
- Прости, Анскиер
...Закладка в соц.сетях
