Жанр: Фантастика
Печать тамирайны
...ык. Вот только не вздумай по приезде в город
перстень сразу же продать.
- Это почему же? - возмутилась я, но не стала уточнять, что именно так и планировала
поступить.
- Перстенек, в натуре, приметный, второго такого я никогда не видывал. Да и нет его,
наверно, такого второго. Мне его лет десять назад в Сочах один двинутый "черный"
археолог за долги отдал. Проигрался в казино, расплатился добычей, вырытой где-то под
Краснодаром. В нашем городе этот перстень хорошо знают, он многим запомнился. Так
что если его кто-то продать попытается, мои бывшие кореша вмиг об этом узнают и
поймут, что продавец как минимум мои останки нашел. Неприятностей потом не
оберешься. А мне твой труп не нужен совершенно.
В логике призраку не откажешь! Связываться с нашей мафией я и сама не хотела. Мне
наверняка еще Турка не простили. Придется колечко попридержать. Или съездить с ним в
Москву и там его продать.
- Вот так ведь и проходит земная слава, - затосковало привидение. - При жизни я
фигурой был! Типа, столб общества. Меня все знали, все боялись. Чуть что не так - сразу к
праотцам отправлял. Я ведь таких людей знал! Такие подробности из их жизни... Эх, мне
бы сейчас мемуары писать, кучу "бабок" бы намолотил!
Упоминание о куче "бабок" меня заинтересовало. Может быть, когда-нибудь и
возьмусь за написание мемуаров призрака. Зазря я, что ли, на филологическом факультете
учусь? Будущая профессия вроде как подразумевает... Хотя слова призрака о его
осведомленности заинтересовали меня еще больше. Это можно использовать уже сейчас.
И привидение к делу пристрою, и Генке Филашкину помогу. Он все же по моей вине на
больничной койке оказался. Пусть призрак Аскольду сведения поставляет, а тот
пророчить будет...
- Слушай, а ты в городе делом заняться не хочешь? - поинтересовалась я и изложила
Федору свою мысль.
- Вновь оказаться среди живых! - Призрак пришел в восторг от этой идеи. - Днем я,
значит, сведения буду собирать и народ дурить, а по ночам с корешами разбираться. Да ты
- просто чудо!
Я не поверила своим ушам. Ну хоть от одного мужчины комплимент услышала!
Почему-то отношения с потусторонним миром у меня складывались намного лучше, чем с
миром посюсторонним.
Мы с привидением расстались, договорившись встретиться в городе, и я вернулась в
дом лешего. Архип ждал меня, чтобы обрадовать: демон осваивался в новом теле куда
быстрее, чем предполагалось, и через
пару-тройку недель мы, вероятно, сможем приступить к поискам Тамирайны. Пока же
леший предложил мне подумать, где ее искать. Когда я недовольно скривилась, пояснил,
что такое же задание он дал и Макару. У недоросля вроде как даже наметились какие-то
успехи. Во всяком случае, так он сообщил Архипу. Наверняка ведь задумал новую
пакость!
Утром, уплетая завтрак, Аргус потребовал от меня отчета о том, что он вчера
напророчил. Оказалось, что обкурившийся провидец не помнил ни слова из своего бреда.
- Вчера ты пообещал мне, что я стану вампиром...
- То есть? - не поняла птица.
- Да то и есть. Ты сказал, что я умру, а потом оживу. А человек, который умер, а потом
ожил, - вампир. Логично?
- В принципе да. Если человек умер, а потом вдруг ожил, он либо вампир, либо зомби,
либо... бог. Либо симулянт и вовсе не умирал.
- Кстати, а каждый, кто обкурится папоротника, будущее видит? - спросила я.
- Кто-то будущее, кто-то прошлое. - Аргус задумчиво щелкнул клювом. - В
пограничном состоянии можно получить ответ на свой вопрос.
- Интересно, что бы значило мое видение?
Я рассказала Аргусу про брошеного ребенка и перстень, оставленный на пороге
хижины. Как мне показалось, в глазах птицы мелькнуло изумление.
- Ума не приложу, к чему бы это, - после недолгого раздумья сообщил пернатый. - А
какой вопрос ты задала, прежде чем носом в кружку сунулась?
- Да никакого, - пожала плечами я.
- А все же подумай, - предложил Аргус. - Ты должна была задать вопрос.
Перебрав в памяти все мелочи вчерашнего вечера, я обрадовалась:
- Было дело! Спросила: почему люди не летают как птицы?
- Докатилась! Никак все еще школьную программу забыть не можешь? Не думаю, что
этот вопрос к видению относился. Вспоминай! Наверняка ты спрашивала о чем-то еще.
- Ну спрашивала! Очень мне интересно, почему именно я в эту историю с Бездной
вляпалась?
- Вот и получила ответ. Прабабке своей спасибо скажи. Она, видимо, ребенка своего
кому-то подкинула.
- Уф, - с облегчением выдохнула я. - А то уж было решила, что это мое будущее и мне
придется младенца невесть где бросить.
- Ты что, беременна? - выкатил глаза Аргус.
- Нет! - В первую секунду я с негодованием отвергла это нелепое предположение.
Потом почувствовала себя менее уверенной: - Теоретически точно нет. А практически -
черт его знает...
В тот же день со страху пришлось сбегать в ближайший райцентр за тестом на
беременность и валерьянкой для себя и пивом - для Аргуса. Он, кстати сказать,
напросился со мной - на экскурсию. Вернулись мы только к вечеру.
Пернатый сразу же начал пить, а я побежала в ванную проводить тест. Опасения
оказались напрасными. Никакого ребенка, по крайней мере в ближайшие девять месяцев,
у меня не предвиделось.
Немного успокоившись, я занялась неотложным делом: отправила по электронной
почте письмо на имя редактора "КРАЙней меры". Текст составила от всей души: "Не
желаю больше работать в вашем вшивом листке. Глаза б мои его не видели. Увольняюсь
по собственному желанию, уезжаю из города навсегда. Не ищите, не зовите, не вернусь.
Расчет оставьте себе, дарю. Роман Коваленко".
Мужчины, занятые архиважной и архисложной миссией, конечно же, не подумали о
том, что, если Роман пару дней не появится на работе, его начнут искать. Из исчезновения
корреспондента раздуют такую сенсацию, что нас с Макаром схватят доблестные стражи
порядка, как только мы появимся в городе вместе с демоном. И упекут в кутузку - за
похищение человека. Мое послание давало нам фору. Пока очень неуравновешенный
редактор "КРАЙней меры" метает громы и молнии в адрес Романа Коваленко и
вычеркивает фамилию отступника из редакционных документов, можно не опасаться, что
вся милиция, подбиваемая журналистской братией, бросится на поиски пропавшего. А
потом что-нибудь придумаем. Хотя я не была уверена, что даже через сотню лет демон
сможет изобразить из себя Романа Коваленко.
Во всяком случае, через три недели после переселения в новое тело выходец из Бездны
походил на кого угодно, только не на Романа. В этот день гад из рода демонов (в смысле,
Гиад из рода де Монов) впервые обедал вместе с нами. Он уже начал ходить, довольно
связно говорил и более-менее освоился в доме. Правда, мне его Архип не показывал,
обещая устроить сюрприз.
Когда демон вошел в комнату, мое сердце екнуло: в первый момент показалось, что
ожил Роман. Но уже в следующую секунду иллюзия развеялась. Другая манера говорить и
держать себя с головой выдавала самозванца. Я уже даже не говорю о ярко-зеленых
глазах, заменивших темные Романа. Тот, кто знал журналиста, сразу заподозрил бы
обман. А ведь именно на внешности, доставшейся демону, и строился план, который за
последние три недели детально разработали мы с Аргусом...
- Я хочу знать, где искать Тамирайну, - тщательно проговаривая слова, заявил Гиад.
Он сидел за столом так прямо, как будто аршин проглотил. За все время обеда де Мон
не изменил позу. Казалось, у него двигались только руки и голова. И Роман был не очень
импульсивен и эмоционален, но поселившееся в его теле существо просто напоминало
робота.
- Гиад, найти ее будет непросто, - попыталась объяснить я.
- Принц Гиад. Прошу обращаться ко мне именно так - жестко прервал меня выходец из
Бездны. - Или мессир де Мон. Или ваше высочество.
Сноб! Он и будучи призраком в Срединном промежутке не отличался особой
любезностью, а уж обретя тело, и вовсе обнаглел. К тому же де Мон одарил меня таким
высокомерным взглядом, как будто само мое существование было для него величайшим
оскорблением. Вера сделала свое дело, Вера может уйти! Да я к нему вообще никак
обращаться не буду! Пусть сам Тамирайну разыскивает. Тоже мне, принц! Принц?
Ряженый мой, суженый? Неожиданная догадка привела меня в ужас. О нет, ни за что!
Внезапно меня поддержал Макар:
- Да будет известно вашему высочеству, - со всем возможным подобострастием
произнес недоросль, - что все подобные титулы в нашей стране отменены еще с начала
прошлого века. И, дабы не вызывать подозрений, вам лучше назваться каким-нибудь более
привычным для нашего мира именем. Гиад де Мон звучит слишком странно для
человеческого уха.
- Макар прав, - подтвердил Архип. - Имя надо поменять. Предлагаю использовать то,
которое носил прежний владелец тела. Как его там?
- Роман Коваленко, - тихо подсказала я.
- Мне не нужно чужое имя, - холодно заявил де Мон. - У меня есть свое, и я им
горжусь. Так и быть, раз в вашем мире нет титулов, можете при посторонних называть
меня просто Гиадом.
- Ох, и намучается парень с таким именем, - шепнул мне на ухо Аргус, сидевший на
моем плече. - Гиадом буду, если вру.
Я тихо хихикнула. За последние дни выяснилось, что мы с пернатым очень похожи.
Нет, не в смысле внешности. Просто у нас оказалось много общего: книги, фильмы и
любимые исторические персонажи. Подумать только, он лично знал самого Генриха IV!
Пернатый по-прежнему настаивал на том, что остальным жильцам дома не обязательно
знать о его способностях. Поэтому разговаривал, только оставаясь наедине со мной.
Сегодня за обедом Аргус нарушил конспирацию. Видимо, де Мон ему тоже не нравился. К
счастью, на выходку птицы никто не обратил особого внимания, потому что в это время
Макар начал излагать свою теорию.
- Я по молодости долгое время противился идее найти и убить Тамирайну, пока
благодаря внушению прадеда не осознал, что это мой долг, и не решил приложить все
силы для осуществления великой миссии...
У меня отвисла челюсть. Недоросль заливался соловьем. Говорил так складно и
убедительно, как будто все три недели писал речь, заучивал ее наизусть и тренировался
перед зеркалом.
- Все эльфы, как мы сегодня имели возможность убедиться, чрезвычайно дорожат
своим родовым именем, - продолжал Макар. - Этот факт и стал основным в моих
выкладках. Я подумал, что Тамирайна, как бы она на Земле ни называлась, обязательно
сохранит в своем имени родовую частицу. Либо это будет ее, так сказать, девичья
фамилия - Ра, либо фамилия мужа - Мон (ведь официально она все же успела выйти
замуж за принца из рода де Монов). К тому же Тамирайна под любым именем в любом
обществе обладала бы властью и считалась бы первой красавицей. Кто из известных в
мировой истории женщин соответствовал этим критериям?
Я после минутного размышления ответила:
- Клеопат-ра, Кассанд-ра и графиня де Мон-соро.
Макар снисходительно улыбнулся и пояснил:
- Ни секунды не сомневаюсь в том, что Тамирайна была Клеопатрой. Все признаки
говорят об этом - даже ее эффектное самоубийство. Но, к сожалению, Клеопатра слишком
давно якобы умерла. Следов ее уже не найти. Зато я обнаружил другую кандидатуру.
Помните Лермонтова? "В той башне, высокой и тесной, царица Тамара жила: прекрасна,
как ангел небесный, как де Мон коварна и зла".
Тамирайна, Тамара - почти одно и то же. Вам не кажется? Смотрим дальше: царица,
очень красивая, очень умная, очень жестокая, держит в ежовых рукавицах весь Кавказ.
Выигрывает войны, безжалостно уничтожает врагов. С мужчинами у нее отношения не
всегда складываются. Еще один нюанс: якобы почувствовав приближение смерти, царица
Тамара велит замуровать себя, еще живую, в одной из пещер в горах Кавказа. Вместе с
ней, прошу заметить, замуровывают кучу золота и драгоценностей. На тот свет она их
забрала, что ли? Нет, похоже, она прихватила всю грузинскую казну в параллельный мир.
Готов поспорить, что дамочка нашла в пещере переход в другой мир и перетащила туда
золото. Типа, начальный капитал.
- Хм, а парень-то - не дурак, - прошептал Аргус.
- И что нам дает этот факт? - обратилась я к Макару. - Даже если ты прав и Тамара -
это Тамирайна, она уже давно в другом мире. Как мы ее найдем?
- Элементарно! - невинно глядя на меня небесно-голубыми глазами, заявил Макар. -
Надо отыскать пещеру, в которой находится ее так называемая могила, и перейти вслед за
Тамарой в другой мир...
- О, превосходно! - восхитилась я, начиная понимать, к чему клонит недоросль. - А
почему бы не поискать затонувшую Атлантиду, снежного человека, Святой Грааль или
что-нибудь столь же легко доступное?
- Мне кажется, что идея осуществима, - встрял в разговор де Мон.
- Когда кажется, креститься надо! - не выдержала я. - Могилу царицы Тамары ищут с
того самого дня, как Царица решила помирать и забрала золото. Почти восемь веков ищут.
И ничего не нашли. Мы с легкой руки Макара тоже можем потратить на поиски всю
оставшуюся жизнь. Да к тому же ехать сейчас в Грузию? Нет уж, увольте! Там, мягко
говоря, неспокойно. Чеченские боевики в горах попадаются. А я не хочу лучшие годы
жизни провести в рабстве у чеченцев. Сами ехайте!
- Вот я как раз поехать не могу, - елейным голоском проблеял Макар. - У меня
пересдача латинского. А его высочество принц Гиад и Вера свободны, так что могут
отправляться.
Ну конечно, на это недоросль и рассчитывал! Отправить нас в Грузию и забыть о
нашем существовании! Альпинист из меня никакой, с первой же скалы сорвусь, если меня
раньше не прошьет шальной пулей. Садист малолетний! Он бы нас еще в Чечню отправил.
Или в Палестину - за Гробом Господним.
- Задачка сложная, - признал Архип, - но другого выхода у нас нет. Придется вам в
Грузию собираться.
- Не придется, - решительно заявила я. - У меня есть другой план - без долгих поисков
и разорительных загранкомандировок.
Я рассказала своим собеседникам о храме, из которого, если очень постараться, можно
попасть к богине Тамир. Пояснила, что Роман Коваленко служил богине, и местная
жрица ему доверяет, поэтому на дачу пустит. Нам останется только явиться к Тамирайне
и убить ее из-за угла подлым наймитским ударом.
Подавляющим большинством голосов (к нескрываемому неудовольствию Макара) было
решено реализовывать мой план. Непонятным для меня осталось только одно
обстоятельство, которое я и решила уточнить:
- Но как убить богиню, если она бессмертна? Как я поняла, ее можно принести в
жертву на Камне. Он вытянет из нее кровь. Так что ж, нам ее живую к Камню из Замка
волочь? Или все же другой способ есть?
- Сейчас объясню, - пообещал Архип и вышел из комнаты.
Вернулся леший, торжественно неся на вытянутых руках ножны с мечом. Тем самым,
который когда-то получила из Бездны моя прабабка.
- Секретное оружие из Замка, - уточнил Архип. - Только этим мечом можно отрубить
голову бессмертной богине.
Де Мон с немым благоговением взял оружие в руки и вытащил клинок из ножен. К
рукояти крепилась не обычная стальная полоса, а нечто, похожее на широкий луч света.
Если бы не весьма почтенный возраст меча, можно было бы заподозрить, что его дизайн
позаимствован из "Звездных войн". Из любопытства я хотела потрогать клинок, но моя
рука прошла сквозь него, точь-в-точь как сквозь луч света.
- Для смертных это оружие безопасно, - заметив мое недоумение, произнес де Мон. -
Лучевой меч опасен только для бессмертных. Он закален в Первородном огне и может
вытянуть душу из тела бессмертного.
- А из тела смертного? - спросила я.
- На смертных лучевой меч не действует, - еще раз повторил де Мон.
Ура! Теперь я твердо убеждена в том, что богиня уж точно не пострадает. Ведь, даже
если мы ее найдем, она будет в теле смертного!
Я не знаю, как они это сделали. Даже слепой не принял бы Гиада де Мона за Романа
Коваленко. А жрица богини Тамир приняла. И даже дала ключи от своей дачи, когда лжеРоман
пожаловался на нервное истощение и сказал, что ему надо побыть в одиночестве
там, где его никто не смог бы найти. Возможно, немалую роль в этом сыграл талант
двуличного недоросля, который, придуряясь новым другом Романа, не оставлял де Мона
практически ни на минуту. Меня просто поражало его рвение. Архип остался в лесу, но
звонил каждый день, интересуясь, как идут дела. Аргус наотрез отказался возвращаться к
жрице богини Тамир и жил у меня. Не знаю уж, как объяснил его отсутствие лже-Роман.
Новые перья у птицы выросли еще не полностью, летать он не мог, поэтому приходилось
носить его на плече. Сначала мне было тяжело, потом привыкла.
Пока выходец из Бездны и правнук лешего обрабатывали жрицу богини Тамир, я
навестила Генку Филашкина, которого уже выпустили из больницы. Встречу с ним
пришлось назначить за полночь, чтобы познакомить горе-предсказателя с его
потусторонним компаньоном - привидением Федором. Призрак мафиози, взявшись за
дело, проявил немалую изобретательность, и по городу уже поползли слухи о том, что
Филашкин после пожара обрел феноменальный пророческий дар.
Я собиралась ехать на дачу вместе с де Моном и Макаром. Вещей решила взять
немного - только самое необходимое. Оно еле-еле влезло в чемодан. Роясь в ящиках стола
в поисках зонтика, я неожиданно наткнулась на амулет, который когда-то подарил мне
Роман. Единственная память о моей первой любви. Ну, если не считать раны на сердце,
конечно же.
Аргус, заметив у меня в руках серебряную цепочку с подвеской, категорично приказал
мне повесить ее на шею. Да и без его указаний я не собиралась расставаться с подарком
Романа. На ту же цепочку пришлось прицепить и перстень Федора. Дверь моей квартиры
можно вышибить пинком, поэтому драгоценность разумнее было взять с собой. Один этот
перстень стоит больше, чем все остальное мое имущество вместе взятое. Еще я
прихватила на дачу пистолет, доставшийся мне по наследству от Романа Коваленко, - на
тот случай, если вдруг что-то пойдет не так.
- Ты холодильник выруби, все равно у тебя там мышь с голодухи повесилась, -
посоветовал Аргус, когда я перед выходом из квартиры проверяла, все ли выключено.
- Зачем? Мы ведь на даче недолго пробудем. Вернемся завтра или послезавтра.
- Я бы на твоем месте на это не очень рассчитывал, - предупредил Аргус.
- Почему?
- Да как сказать... - Пернатый нахохлился и вдруг завопил: - Все, что тебя касается, все,
что меня касается, все только начинается, начинается...
- Ну, ты зверь! - оценила я силу голоса, но не успела выяснить, что же имела в виду
птица.
Раздался звонок в дверь. Пришел Макар и сообщил, что пора ехать. Аргус при виде
недоросля снова начал косить под глупую и бессловесную птаху, вспрыгнул на мое плечо
и довольно каркнул, всем своим видом демонстрируя готовность пойти с хозяйкой в огонь
и в воду.
На дачу жрицы мы приехали к вечеру. Я бродила по двухэтажному особняку и с
завистью вздыхала: "Живут же люди!" В глаза бросалась вульгарная роскошь интерьеров.
Впрочем, вероятно, определение "вульгарная" для роскоши придумали те, кто не мог себе
ее позволить. Я вернулась в выделенную нам с Аргусом комнату, бухнулась на кровать и
задумалась. Если у жрицы такая дачка, го какая же у нее квартира? Наверняка все это
приобретено вовсе не на зарплату (жрица числилась директором краеведческого музея).
Значит, Тамир - богиня нежадная и щедро вознаграждает тех, кто ей служит. Может, и у
меня скоро будет такая же дачка, "тачка" и...
- Тьфу, ты можешь думать о чем-нибудь, кроме денег? - возмутился Аргус.
- Как здесь можно думать о чем-нибудь, кроме денег? - не поняла я. - Здесь же все о
них так и кричит! Просто вопиет. Кстати, а этой жрице на пенсию не пора? Она ведь уж
не молоденькая. Ушла бы на заслуженный отдых. А я бы вакансию заняла. Жрицам ведь
много платят? За тыщу долларов в месяц я готова на все!
- Даже поменять веру? - насмешливо хмыкнул Аргус.
- Ну, как сказал бы один исторический персонаж, тыща долларов стоит мессы. К тому
же верю я только в то, что бога нет. А любой, кто называет себя богом, - такой же
человек, которому просто повезло чуть больше, чем остальным.
- Стяжательница, анархистка и атеистка, - резюмировал Аргус.
- Не отрицаю, - согласилась я. - Здоровое стяжательство - это даже хорошо, это
примета нашего капиталистического времени.
- А чем здоровое стяжательство отличается от нездорового? - не понял пернатый.
- Как бы тебе объяснить... Здоровое стяжательство - это наша новая русская мечта. Вот
если кто-то мечтает получить сразу миллион долларов или работу, которая его на всю
жизнь обеспечит, - это нормально, это понятно. А вот если человек готов другому глотку
перегрызть за сто рублей - это уже нездоровое стяжательство. В смысле, психическое
заболевание.
- С кем это ты разговариваешь? - внезапно в комнату вошел Макар.
- А тебя в дверь стучаться не учили? - раздраженно прошипела я и пояснила: - Сама с
собой разговариваю. Люблю, знаешь ли, поговорить с умным человеком - нас так мало
осталось.
- Какая-то ты странная в последнее время, - пожал плечами недоросль. - Ладно, пошли
вход в подземелье искать.
- Куда торопимся-то? Отдохнули бы здесь пару дней, потом бы и начали искать.
- Завтра сюда сама жрица приедет с дочерью. Так что все надо провернуть сегодня.
- Сейчас спущусь, - пообещала я.
Когда Макар вышел, Аргус скороговоркой произнес:
- В подвале есть полка, на которой стоит банка с огурцами. Одна. Отодвигаешь ее, за
ней кирпич с двумя царапинами. На него надо нажать, тогда откроется вход в подземелье.
Там лестница, ведущая к храму. Только ты не сразу на кирпич жми. Сделай вид, что
случайно тайный вход обнаружила.
С этими словами пернатый привычно вспрыгнул мне на плечо и скомандовал:
- Пошли!
Я уже второй час старательно создавала видимость бурной деятельности. Принц Гиад
и Макар пахали всерьез: осматривали полки в подвале, тщательно изучали каждый
миллиметр пола, зачем-то даже простукивали потолок. Аргус, уставший мне подмигивать,
многозначительно каркать и указывать на банку с огурцами, свернувшись клубком, спал
на чемодане с каким-то тряпьем.
Около девяти часов ночи я сжалилась над своими спутниками и нажала на кирпич с
двумя царапинами. Несколько минут ничего не происходило, но потом одна из стен
подвала поднялась вверх, открыв лестницу.
- Вот вход в храм Тамирайны! - завопил принц де Мон и, схватив лучевой меч,
ломанулся под землю.
- А то мы без него не поняли! - тихо прошептала я, подхватила спящую птицу,
поправила пистолет Романа, спрятанный под широкой рубашкой, и пошла за демоном. В
затылок мне дышал Макар.
Не знаю, сколько мы спускались. Может, полчаса, может, час. Сперва прыгали со
ступеньки на ступеньку довольно быстро, потом движение замедлилось. Я еле
переставляла ноги. Идти приходилось на ощупь почти в полной темноте. Мои спутники
от большого ума не догадались захватить фонари, и наш путь освещал только лучевой меч.
Честно говоря, даже от страдающего дистрофией светлячка пользы было бы больше. Чем
дальше мы спускались, тем сильнее становилась жара. Периодически что-то терлось о
мои ноги, и я пыталась понять, кто охраняет вход в замок: змеи или крысы? И то и другое
было, на мой взгляд, неприятно.
Наконец безумный спуск кончился. Мы столпились на узенькой площадке перед
дверью. Открылась она на удивление легко - с первой попытки. Проснувшийся Аргус
якобы нечаянно ткнулся головой в стену, и за дверью зажегся свет. Мы осторожно вошли
внутрь - в небольшой зал, посередине которого располагался внушительных размеров
столб. У стен стояли каменные скамьи. Я обессиленно рухнула на одну из них. Рядом
примостился Аргус.
Де Мон и Макар отошли за столб, о чем-то там недолго пошептались, потом вернулись
ко мне. Потусторонний принц кинулся на меня и повалил на скамью. Подлый недоросль
прижал к моему лицу тряпку, пропитанную какой-то вонючей жидкостью. Не понимая,
что на них нашло, я начала визжать, брыкаться и отбиваться. Ярость придала сил, и мне
удалось ощутимо врезать ногой демону в живот. Он скривился и в ответ ударил меня
кулаком в лицо. Перед глазами поплыли круги. Кажется, Аргус бросился мне на помощь и
вцепился принцу в затылок. Тот, одной рукой удерживая меня, другой схватил пернатого
и швырнул его прямо в стену.
- Птицу не трогай, мразь! - закричала я и потеряла сознание.
- Великая богиня Тамир готова явить лучезарный лик своим рабам!.. - захлебывался
восторгом незнакомый мужской голос.
Это кто рабы? Мы - не рабы, рабы - не мы.
- На колени! - вопил все тот же мужик.
Лучше умереть стоя, чем жить на коленях. Ко мне медленно возвращалось сознание. Я
попыталась открыть глаза. Открылся только правый, левое веко налилось свинцовой
тяжестью и никак не желало подниматься. Вся левая половина лица раскалывалась от
боли - ублюдочный принц ударил изо всех сил.
Мой единственный функционирующий глаз фиксировал только пятно засохшей крови
на мраморной плите. Когда удалось чуть-чуть повернуть голову, я поняла, что лежу в
совершенно незнакомом огромном зале, уткнувшись носом в мраморный пол. Справа от
меня на коленях стоял гнусный де Мон. Жаль, что у меня руки связаны. И рот скотчем
заклеен: даже не укусишь! Ну ничего, демон свое еще получит!
Впереди я увидела три ступеньки золотого цвета, ведущие к некоему возвышению,
напоминающему сцену. Рядом со сценой на колени бухнулся мужчина в красной мантии,
расшитой золотом и сверкающими камнями Неужто драгоценными?
На сцену строевым шагом вышли парни, одетые в обтягивающие черные штаны и
красно-черные колеты. Если бы не очень реалистичные мечи и щиты, которые они
демонстративно выставляли напоказ, их можно было бы принять за балетных танцоров.
Впрочем... может, балеруны собираются исполнить какой-нибудь танец с саблями? Парни
выстроились вдоль сцены и застыли как манекены. Интересно, а где нашли столько
высоких и симпатичных мальчиков? Уж точно не в нашем городе.
- Грядет великая богиня Тамир! - возвестил мужик в красной мантии.
Из центра сцены повалил дым, и вверх взметнулись струи огня. Протрубил рог.
Хиленькое пиротехническое представление закончилось появлением из клубов дыма
сверкающего трона, на котором сидела молодая девушка в весьма откровенном наря
...Закладка в соц.сетях
