Жанр: Фантастика
Печать тамирайны
...о.
Пернатый подобрался ко мне поближе, потерся о мою руку и заискивающим тоном
попросил:
- Пошли до того папоротника прогуляемся, а? Травки соберем...
Я попыталась ему объяснить, что дело было давно, ночью, и пути туда уже не найти.
Но птица устроила сидячую забастовку на Камне и сообщила, что с места не двинется,
пока растение не получит. Засунуть бунтовщика под мышку и отнести в дом лешего не
удалось: Аргус больно бил клювом, царапался и шипел. После трех безуспешных попыток
пробить оборону пернатого я сдалась и повела его к могиле Полуночного Жениха.
Честно говоря, подходить к обиталищу этой твари было страшновато. Успокаивали
меня только два обстоятельства. Во-первых, если уж Полкану велено выжечь дотла, так
он, наверно, дотла и выжжет. Соответственно от Жениха остался лишь прах и пепел. Вовторых,
даже если что-то уцелело после атаки огнедышащего дракона, днем оно побоится
вылезти.
На месте могилы Жениха осталась только огромная воронка. Вернее, котлован. Полкан
даже перестарался и выжег не только обиталище ночных тварей, но и землю вокруг. Трава
по краям образовавшейся ямы пожелтела и засохла от высокой температуры. Я хоть с
трудом, но определила, где стояла, когда чудовище в обличье Романа тянуло ко мне руки.
Весь пригорок был покрыт слоем сухой травы.
Я сообщила Аргусу, что папоротник в этом стоге сена он может искать
самостоятельно, и, демонстративно повернувшись к птице спиной, уселась на краю ямы.
Но исподтишка все же следила за пернатым. Он с головой зарылся в ворох травы и взялся
за работу. То и дело из-под засохших стеблей доносились приглушенные ругательства на
разных языках. Энтузиазма, правда, птице хватило ненадолго. Минут через двадцать
ругательства плавно перетекли в сетования по поводу нравов нового поколения, которое
стариков не уважает и заставляет работать.
Я загорала, подставив лицо солнцу и стараясь игнорировать критические высказывания
ощипанного павлина. Ему эта трава нужна, пусть и роется. Хорошо-то как! Тепло, светло
и мухи не кусают! И никаких проблем, никаких мыслей, никаких забот.
Вдруг в глаза мне ударила вспышка света. Солнечный луч отразился от какого-то
предмета на противоположном краю ямы. Я отклонила голову, но назойливый "зайчик",
казалось, преследовал меня. Пришлось встать и пойти к другому краю воронки, чтобы
убрать оттуда блестящую штуковину. Кусок стекла никак не желал выковыриваться из
земли. Я веточкой обкопала его вкруговую и поняла, что стекляшка впечатана в какой-то
предмет. После нескольких минут "археологических изысканий" стало ясно, что предмет
этот - перстень. Золотой и, видимо, с бриллиантом, а не с куском стекла, как показалось
на первый взгляд.
Я осторожно вытащила находку, кое-как оттерла ее от земли, примерила на
безымянный палец и залюбовалась. Перстень был мне немного велик, но смотрелся
впечатляюще: массивный, покрытый замысловатыми узорами, он производил
впечатление очень древнего и очень дорогого украшения. При мысли о его
приблизительной стоимости у меня перехватило дыхание. Да на такие деньги... Я
погрузилась в сладкие мечтания о покупке иномарки, полном обновлении гардероба и
легкой хирургической коррекции фигуры в сторону увеличения объема груди.
- Вера, что ты там делаешь? - Из мира грез меня вырвал клекот Аргуса. Пернатый
встревоженно хлопал крыльями на другом краю ямы.
Мысленно чертыхнувшись, я засунула кольцо в карман джинсов. В сознании зрела
твердая убежденность: Аргусу находку лучше не показывать. Если павлин увидит кольцо,
он тут же подымет вой о том, как опасно брать вещи из такого нехорошего места. Да,
выжженную могилу Полуночного Жениха к хорошим местам не отнесешь. Многие нашли
здесь свою смерть. Владелец перстня наверняка в прошлом стал жертвой Жениха. Значит,
мертв давно и основательно. Ему бриллианты уже без надобности, а мне еще пригодиться
могут. И плевала я на страшные рассказы о проклятиях могильных сокровищ.
Аргус собрал все найденные стебли папоротника (штук пятнадцать или двадцать) в
пучок и ожидал меня, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу.
- Вера, ну где тебя носит? - заголосил он при моем приближении. - Пошли домой
скорее, мне перья жечь пора.
- Никуда мы не пойдем, пока не расскажешь, где искать Тамирайну, - тоном, не
терпящим возражений, произнесла я, отобрала у птицы папоротник и добавила: - Травки
тоже не получишь, не надейся.
Аргус суетливо захлопал крыльями:
- Верочка, дорогая, да ты никак белены объелась. Я и сам тебе все расскажу с
удовольствием.
- Слушаю внимательно. - С этими словами я плюхнулась на кучу сухой травы.
Пернатый озабоченно пощелкал клювом и заявил:
- Вот если честно, я сам не очень представляю, как до истинной Тамирайны добраться.
У нее двойников - немерено. Вернее, любая красивая женщина ее двойником может быть,
потому что никто не знает, как выглядит богиня.
- Ты мне зубы не заговаривай! Вы же с ней знакомы с самого начала. Ты-то знаешь, как
она выглядит.
- Знал. Может, ее настоящее тело и до сих пор опознаю. Но она им уже давно не
пользуется. Тамирайна тела как перчатки меняет.
- Почему? - недоверчиво спросила я, подозревая, что птица меня водит за нос.
Аргус тяжело вздохнул:
- Представь, как выглядит женщина, если ей несколько тысяч лет от роду, тогда сама
поймешь.
Перед моим мысленным взором предстала лысая мумия, ласково улыбающаяся
беззубым ртом. Вздрогнув, я прогнала жуткое видение и возразила:
- Хорошо она должна выглядеть. Ведь Ширкут подарил ей вечную жизнь.
- Но не вечную молодость, - парировал Аргус. - Тамирайна старела, очень медленно по
вашим стандартам, но все-таки старела. И пришел день, когда она запечатала свое тело в
саркофаге и стала использовать чужие тела. Старость - это, конечно, первая причина.
Вторая - скука. Новое тело, новая жизнь. Тамирайна путешествовала и развлекалась.
Могла быть мужчиной, женщиной, животным. Скучно ведь все время торчать в Замке над
Бездной, выслушивать дифирамбы, просьбы, жалобы. Другое дело - сбежать, вселиться в
чужое тело, прожить чужую жизнь... Это стандартное развлечение всех богов. Когда им
надоедает разрушать миры и указывать людям, как жить, они начинают путешествовать
инкогнито. Так что я не знаю, где сейчас Тамирайна.
Я тихо застонала: удача опять уплыла из рук. Потом подумала, что еще не все
потеряно:
- Но ведь должно же быть у богини какое-то средство связи. Мобильник, например...
Кстати, ты номер ее сотового знаешь?
Аргус, восхищенно кудахтая, ржал до слез:
- Слушай, ну откуда у нее сотовый? В мирах, которыми правит Тамирайна, другие
средства связи - гонцы, почтовые птицы и сигнальные огни.
- Богиня, и без мобильника? Да уж, ей не позавидуешь...
- А еще у нее нет компьютера, телевизора, видеомагнитофона, музыкального центра, и
она не смотрит реалити-шоу, - зловредно подхватил Аргус.
- Теперь я понимаю, почему Тамирайна в Замке не задерживается. И все равно какоето
экстренное средство связи с ней должно быть! Как же к ней верующие обращаются с
просьбами?
Аргус посмотрел на меня с уважением:
- Вера, ты не так глупа, как притворяешься! Правильно поняла: единственное средство
связи верующего с богиней - молитва.
- То есть надо просто пойти и помолиться? - возмутилась я. - Нет, ты меня точно за
дуру держишь. Да таких молящих у нас в любой церкви - пруд пруди. И хоть лоб себе
разбей - все равно Тамирайна не явится. Ты хочешь, чтобы я, закоренелая атеистка, в
церкви поклоны клала?
Аргус недоуменно помотал головой:
- Зачем же в ваши церкви идти? В них другому богу Молятся. У Тамирайны свой храм
есть. Там можно провернуть ритуал экстренного вызова богини. Этот храм построен для
связи со Стражами. На тот случай, если посланец Ширкута (или сам бог) придет на
Землю и здесь совсем жарко станет. Тогда в ход событий вмешается богиня. Но со
временем об этом все забыли. Иногда, примерно раз в сто лет, на Землю из Замка над
Бездной являлся эмиссар Тамирайны. А в остальное время храм бездействовал.
- Отлично! Ты знаешь, как вызвать богиню?
- Ну, это не так сложно: надо двадцать раз повернуть столб в центре храма, тогда
откроются врата в Замок над Бездной. Там, если повезет, можно найти богиню.
- И где этот храм находится?
- На даче у Натальи Петровны - жрицы богини Тамир. Раньше-то он располагался под
землей в совершенно необитаемой местности, но потом с этой вашей урбанизацией город
подобрался к храму слишком близко. Вот и пришлось на святом месте двухэтажный
особняк возводить. А в подвале вход в храм. Я покажу тебе эту дачу. Только пошли скорее
домой, мне перья жечь пора!
Последнюю фразу Аргус проканючил жалобным сиротским тоном. Ох, эту бы птицу да
на паперть - миллионером бы сделался. Я подхватила мешок с перьями, пучок
папоротника и пошла по направлению к дому Архипа. Пернатый возмущенно каркнул, с
разбега запрыгнул на мое плечо и намертво вцепился в него когтями. Так на моем плече и
доехал до самого жилища лешего. Тунеядец...
А в доме Архипа царило веселое оживление. У самого входа меня чуть не сбил
Вульфыч, который, сломя голову и все четыре лапы, зачем-то мчался в лес. Из комнаты,
где спал демон, слышался счастливый голос Архипа. Даже физиономия Макара,
мелькнувшая в коридоре, была, как мне показалось, менее кислой, чем обычно.
Я тихонько отнесла Аргуса к себе, дала ему металлическую кружку и спички, чтобы он
мог сжечь перья, а сама отправилась на разведку. Оказалось, что весь дом не зря ходил
ходуном: демон очнулся. Пришелец из Бездны открыл глаза и беспомощно мычал, слушая
болтовню лешего. Когда я тенью проскользнула в комнату, бессмысленные стоны,
издаваемые потусторонним гостем, сложились в более-менее различимое слово: "Идея".
- Какая идея? - заволновался Архип.
Эх, полная бесперспективность. Я решила помочь и пояснила:
- Товарищ демон спрашивает: "Где я?" Это у него выговор такой, потому что язык
заплетается.
- А фефя посьоти, - живо огрызнулся демон.
- Чего-чего? - не понял крутившийся тут же Макар.
- На себя, говорит, посмотри, - на этот раз переводчиком выступил Архип. - Дети, вы
над ним не издевайтесь, он еще своим телом не вполне владеет. Его придется заново
учить и говорить, и ходить, и всему прочему.
Я пригляделась к демону и удивленно присвистнула:
- У него же цвет глаз поменялся! Роман был кареглазым, а этот с зелеными глазами.
- Все правильно, - ответил Архип, энергично растирая выходцу из Бездны руки. - Я ж
тебе говорил, что глаза - это зеркало души. Меняется душа, меняется и Цвет глаз.
Ну вот! От мужчины моей мечты даже глаз не осталось! Только рога и копыта...
Леший пристально глянул на меня и предложил:
- Шла бы ты в свою комнату, Верочка. Мы с Макаром сейчас демона раздевать будем,
массаж делать, чтобы кровь быстрее по жилам побежала. Нечего молодой девушке на это
смотреть.
Раздевать они его будут! Хи-хи! А я-то чего там не видела? Сперва мне показалось, что
надо возмутиться и остаться. Потом стало ясно, что действительно лучше уйти - а то еще
заставят эту бесчувственную колоду переворачивать. Или решат, что одежду демона
постирать надо. Да мало ли какой работы напридумывают для меня леший и его правнук!
Ухожу, ухожу, ухожу...
Я посидела на кухне, проследила за тем, как вернулся Вульфыч, волочивший за собой
средних размеров деревце, машинально съела подвернувшийся под руку кусок колбасы и
вдруг почуяла запах гари. На меня разом навалились нехорошие предчувствия. Фраза
"спички детям не игрушка" вспомнилась слишком поздно...
Предчувствия меня не обманули! В моей комнате дым стоял коромыслом. В самом
прямом смысле слова. Он дугой валил из кружки, в которой пернатый поджег какую-то
жутко вонючую дрянь. Сам Аргус, блаженно прикрыв глаза и покачиваясь из стороны в
сторону, наслаждался содеянным, стоя в самом центре дымовой завесы. Он шумно
затянулся и подбросил в импровизированную жаровню новую порцию горючего -
несколько сухих стеблей папоротника.
Я сориентировалась мгновенно и, прихватив кружку рукавом рубашки, вышвырнула
сосуд с горящей дрянью в окно.
- Стой, ты куда?
Аргус, тоже ринувшийся в окно, был безжалостно схвачен за лапы и перевернут вниз
головой.
- Ты что делаешь? Ну вот что ты делаешь? - безрезультатно вопрошала я, глядя в
ставшие очень странными (без зрачков, одна сплошная расплавленная бирюза) глаза
птицы. - Дом решил спалить, чудо в перьях? Фашист!
- Я-я... Их бин... Фольксваген... - оживившись, Аргус выдал, кажется, весь свой запас
немецких слов и обмяк в моих руках.
- Наркоман, - уверенно поставила диагноз я.
Нет, а как еще назвать птицу, которая откровенно наслаждалась, вдыхая дым от
горящего папоротника? Сумасшедший дом какой-то! Мало мне оборотней-диско-мимов и
ихтиандров-пацифистов, так вот нате вам - пернатый наркоман. Тьфу!
Я осторожно положила обнюхавшуюся птицу в корзину и пошире распахнула окно,
впуская в комнату свежий воздух.
- Иди сюда, пришло время изречь предсказание! О чем ты хочешь знать? - донесся из
корзины замогильный голос Аргуса.
- Скажи мне, пернатый, любимец богов, что сбудется в жизни со мною? - припомнив
классика, усмехнулась я и добавила: - Поспи, легче станет.
Но обкурившийся пророк спать не собирался. Наоборот, он вылез из корзины и
завопил:
- Так знай же свою судьбу!
Бирюзовые глаза птицы стали еще ярче, Аргус вновь начал раскачиваться из стороны в
сторону и уже намного тише продолжил:
- Вокруг тебя смерть...
- Сказал бы что-нибудь новое. - Я вздохнула и засунула птицу обратно в корзину.
И секунды не прошло, как Аргус снова высунулся и заявил:
- Смерть в прошлом, настоящем и будущем. Ты потеряла людей, которых любила. Ты
потеряешь тех, кого любишь. Долгая дорога по другим мирам приведет тебя к цели. Будут
боль, страх, унижение. Ты лишишься многого, но обретешь себя.
Радужная перспектива, ничего не скажешь. Интересно, хоть что-то хорошее в моей
жизни будет или сразу застрелиться? Может, в личной жизни позитивные тенденции
наметятся?
- А как там с ряженым-суженым? - спросила я, надеясь, что птица изречет не очень
мрачное пророчество.
- Ты очень скоро выйдешь замуж. За принца. Это будет брак не по любви... - выдал
информацию Аргус и замолк, закатив глаза в очередном провидческом припадке.
- Значит, по расчету! - обрадовалась я и потерла руки. - Даже если вам немного за
двадцать, есть у вас возможность с принцем...
Нецензурный глагол, который так и лез в рифму, я заменила нейтральным словом
"встречаться" и попыталась вычислить жениха. Если не ожидать предложения руки и
сердца от одного из сыновей покойной леди Дианы или сомнительного отпрыска какойнибудь
из многочисленных безвестных королевских династий... В общем, если исключить
всех незнакомых принцев, в списке претендентов остаются двое: Архип и Макар.
Да-а-а-а, небогатый выбор. Но я определенно предпочитаю Архипа. Леший, конечно,
далеко не первой молодости, зато он не испытывал страстного желания меня убить,
скормить оборотню или принести в жертву. Это уже выгодно отличает его от подлого
недоросля Макара. Вот за того я не вышла бы ни за какие деньги. Естественно, не вышла
бы за деньги, потому что денег у него нет! Все они у Архипа. Лишний довод в пользу
лешего!
- Ты еще не знаешь своего жениха, - ни с того ни с сего запророчил Аргус. - И брак
твой станет бедой. Тебе поможет только верный друг. Ты его съешь. Потом я вижу твою
смерть в огне. Но смерть - это не конец, а лишь начало. И ты возродишься другой, такой,
какой должна стать. Я есмь воскрешение и жизнь вечная, и всяк верующий в меня не
умрет...
- Слушай, давай остановимся на чем-нибудь попроще: я сдаю демона с рук на руки
богине, получаю кучу денег, выхожу замуж за Архипа и живу долго и счастливо. Чем тебя
такой вариант не устраивает?
- Он неосуществим, - убежденно произнес Аргус, уткнулся клювом в подушку и
захрапел.
Я накрыла птицу полотенцем и задумалась. Насколько можно верить пернатому? Как
велика вероятность исполнения его бредовых предсказаний? Если в них была хотя бы
десятая доля правды, мне стоило уйти в монастырь или сесть в тюрьму. Но с какой
радости доверять выжившей из ума, да еще и накурившейся птице?
Долго размышлять над этим вопросом не пришлось: по причине всеобщей занятости
моральным и физическим состоянием демона приготовление обеда и ужина взвалили на
меня. Женская доля: кухня, церковь, дети. Ну, на кухню уже загнали... И я, несмотря на
все крепнущий феминизм, покорно потащилась к плите, надеясь, что кулинарные
упражнения отвлекут от мыслей о незавидном будущем. Кстати, действительно отвлекли.
Готовка не значилась в списке моих немногочисленных талантов, поэтому все внимание
было поглощено наблюдением за тем, чтобы не сгорело основное блюдо - яичница. На
первое полагался суп из пакетов, на десерт - бутерброды с вареньем.
Попробовав моей стряпни, леший загрустил, а Макар пообещал объявить голодовку.
Вульфыч просто жалобно скулил, обнюхивая тарелку, но не притрагиваясь к еде. Легким
испугом отделался демон, который еще не мог жевать и потому ограничился кружкой
молока. После обеденного стресса хозяин дома пересмотрел свои взгляды на роль
женщины, решив и близко не подпускать меня к приготовлению пищи. Ужин готовила
русалка Дина. Я поддерживала ее дружескими советами и добавляла соль (сама русалка
этого почему-то сделать не могла). Конечно же, еда оказалась пересоленной. После этого
мне доверили только мытье посуды.
Освободилась я от домашних хлопот только поздно вечером и лишь тогда вспомнила,
что пора выпускать Полкана. Оживший дракон юркнул в распахнутое окно и исчез в
темноте теплой летней ночи. Меня же посетила неоригинальная мысль: и почему люди не
летают как птицы? Вот так бы взять и взмыть в небо... И носиться там по воле ветра - без
забот, без проблем. Я безумно устала от истории с демоном. Ну почему, почему
неприятности с Бездной выпали именно на мою долю? Мне хотелось остаться в небе, так
хотелось остаться в небе...
На грешной земле в это время благим матом взвыл Вульфыч, совершавший вечернюю
пробежку вокруг дома. Оборотень, споткнувшись обо что-то, загремел в кусты.
Выбравшись из зарослей, он начал подозрительно принюхиваться и буквально носом рыть
поляну, выискивая что-то. У моего окна Вульфыч остановился и зубами перевернул
злополучную железную кружку с остатками сгоревшего папоротника, которая так и
валялась там весь день. Оборотень засунул в нее нос, шумно втянул ноздрями воздух,
жалобно заскулил, бухнулся на траву и через секунду захрапел. Странно, хилая птаха,
обкурившись, продержалась куда дольше, чем матерый волк, затянувшийся один раз.
Возможно, Аргус не так уж прост, наивен и недалек, как кажется.
Кружку надо убрать куда подальше, а то весь дом на травку подсядет. Хорошо, что в
лесу Архипа нет милиции, иначе точно привлекли бы за незаконное приобретение,
хранение и использование галлюциногена. Я вышла из терема, взяла кружку и не
удержалась: понюхала. Запах был на редкость приятным - в первый момент. После
второго глубокого вдоха показалось, что по тошнотворности вонь паленого папоротника
вполне могла соперничать с ароматом дезодоранта "Дебелль". В букете отсутствовала
разве что чесночная составляющая.
От запаха закружилась голова. Отмывать кружку бессмысленно, такой запах ни одно
самое новомодное средство не уничтожит. Надо отнести ее подальше в лес и спрятать так,
чтобы никто не нашел. А то еще обнюхаются, отравятся, а мне потом отвечай. С этой
мыслью я направилась в чащу леса.
Густой туман, белый как молоко, выползая из-под деревьев, ближе и ближе
подкрадывался ко мне. Через какое-то время все окружающее скрыла плотная белая
завеса. Я продвигалась наощупь, натыкаясь на деревья, падая, но почему-то не могла
повернуть обратно. В руках у меня откуда-то появился завернутый в драное тряпье
младенец. Определенно это моя дочь, которую надо отдать местным жителям. Потому что
я скоро умру, а девочка еще может выжить. Если никто не догадается, чей это ребенок.
Неожиданно из тумана появилась хижина. В окне ее тускло светила одинокая свеча. Там в
колыбельке уже спал один младенец. Его мать сможет выкормить и второго. Я положила
ребенка на порог, рядом оставила перстень - тот самый с бриллиантом. Больше ничего
ценного у меня просто не было. Но если мне удастся выжить, у моей дочери будет все,
чего она пожелает, - клянусь. Бросив прощальный взгляд на ребенка, я повернулась и
поковыляла прочь...
Привидится же такое! Нет наркотикам! На досуге надо будет заняться уничтожением
цветущего папоротника. Я очнулась на поляне рядом с домом лешего, сжимая в руках
кружку. Вульфыч тоже очухался, в глазах у него стояли слезы. Кажется, и оборотень видел
что-то малоприятное. И то, что под действием травки рассказал о моем грядущем Аргус,
не отличалось жизнерадостностью. Хм, а какие-нибудь приятные видения папоротник
вызывает?
Вульфыч несколько минут посидел, ошеломленно тряся головой, и вернулся в дом. Я
подошла к краю поляны, вгляделась в чащу леса и поняла, что у меня не хватит мужества
ступить под сень деревьев. Во всяком случае, этой ночью. Поэтому без лишних
размышлений со всего размаху швырнула кружку в лесные дебри.
Кружка обо что-то шмякнулась, зазвенела, и из-под деревьев донеслись приглушенные
ругательства. Потом к краю поляны, виртуозно матерясь, подплыло привидение.
Выглядело оно весьма странно: в колеблющемся белом облаке без труда угадывались
очертания крупного мужика с короткой, "под ноль", стрижкой и квадратным
подбородком. Вероятно, при жизни он был одет в очень дорогой костюм. Даже в
призрачном исполнении фирмовые вещи смотрелись стильно. Привидение одарило меня
недобрым взглядом и поинтересовалось:
- А че сразу железом швыряться? Типа крутая, да?
За последний месяц я и не такое видывала, поэтому в обморок падать не стала и в том
же тоне ответила:
- А не фиг под деревьями прятаться.
- Я там не прятался, - обиженно произнес призрак, - я там тебя подкарауливал, чтобы
внезапно навстречу выскочить и напугать до полусмерти...
Еще один садист, маньяк, извращенец. И почему я вызываю такое страстное желание
довести меня до полусмерти? А еще лучше до полной...
Привидение насупилось, выпятило челюсть и в лучших загробных традициях заунывно
продолжило:
- Не тревожь покоя мертвых...
- Чем же я тебя потревожила? - Мне стало даже интересно.
- Ты же мой перстень сперла у Жениха, - злорадно заявил призрак. - Я ему его на
хранение отдал, когда к ближайшему кладбищу на разборки с тамошним смотрящим
отправился. Возвращаюсь - ни Жениха, ни могилы его, ни перстня. Перстень для меня -
как якорь. У каждого призрака есть место, куда он возвращается. Чаще всего это место
смерти. Но мне там не нравится. Чего у своих костей круги наматывать? Вот и
возвращаюсь туда, где перстень находится. А ты его сперла, сперла!
В голосе привидения звучала какая-то почти детская радость. Надо подпортить ему
настроение. Я достала из кармана тот самый перстень и протянула своему собеседнику:
- Держи и проваливай!
Призрак шарахнулся от меня с воплем:
- Ты что, обалдела? Зачем он мне нужен в этом проклятущем лесу? Чтобы опять под
деревом ворон соблазнять? Нет уж, пусть остается у тебя! А я к тебе по ночам приходить
буду, пугать. Все ж какое-то развлечение... И в город смогу попасть. Ты ж из города,
верно? Там уж я развернусь!
В глазах привидения разгорелись мечтательные огоньки. Очевидно, покойничку
хотелось чего-то большего, чем вернуть украшение. Призрак подтвердил мою догадку:
- Знаешь, как здесь скучно? Не думал, что после смерти буду сходить с ума от тоски
зеленой. Кстати, давай познакомимся - Федор, при жизни, кстати, известный
криминальный авторитет в столице края был.
- Ух ты! Тот самый, который пропал года два назад? Помню-помню, громкая история
была. Кажется, авария. Труп тогда так и не нашли, поэтому решили, что Федор за границу
свалил.
- Да уж, за границу! - Призрак мрачно скривился. - Свои же и прикончили. Я тогда себе
вертолет купил - ну для понту. Маленький - типа игрушки. Летать на нем выучился. И
полетел в Тухту. Самостоятельно. Первый частный авиарейс в крае - это ж круто! А мои
кореша перед вылетом чего-то там подпилили, и точняк над этим лесом вертолет рухнул.
Друзья, называется! Тогда в столице передел сфер влияния шел, вот они меня и замочили.
Помереть-то я помер, но почему-то привидением сделался. Сперва странно было, потом
привык. С местной братвой познакомился. Да ладно, хватит обо мне. Ты-то кто и как
сюда попала? В эту часть леса живым людям хода нет.
- Вера Цветкова - студентка, - отрекомендовалась я. - Призвана сюда для выполнения
спецзадания потусторонних сил. Задание секретное, в подробности вдаваться не буду.
- Да я и не прошу, - махнуло рукой привидение. - Если ты мою просьбу выполнишь, так
мне от тебя больше ничего и не надо. А если не выполнишь - по ночам являться буду...
- Ага, нервы трепать. Господи, ну что за жизнь? Не успеешь от одного призрака
отвязаться, как уж второй грозится! Ладно, ты мне прямо скажи, че те надо?
- Понимаешь ли, по натуре-то я не сильно злопамятный. Но память у меня хорошая.
Никак не могу забыть, как со мной мои кореша обошлись. Так что мне бы их навестить да
отомстить. Я потому ведь и в Срединный промежуток уйти не могу, что, как вспомню их,
падлу, руки по спусковому крючку и тоскуют! Возьми кольцо себе и езжай с ним в город.
А я за тобой последую. Просто так я из лесу выйти не могу, а так повод есть - типа за
перстнем. В городе я своих старых приятелей навещу. Дружественный визит, так сказать.
- Призрак зловредно захихикал.
Что ж, вроде как просьба не обременительна, не сравнишь с требованиями демона из
Бездны. К тому же если привидение своих корешей до смерти запугает, то оно просто
выполнит ту задачу, с которой уже много лет не справляются милиция и прокуратура, -
очистит город от криминальных элементов. Может, нам с ним еще медаль дадут "За
охрану общественного порядка". Придя к этому выводу, я согласилась помочь новому
знакомому.
Призрак довольно улыбнулся:
- Я знал, что мы найдем общий яз
...Закладка в соц.сетях
