Жанр: Фантастика
Кейн 2. Тень ангела смерти
...Кейн ударил плечом по ручке, и крепкое дерево треснуло. Тело Кейна отбросило назад.
От чудовищного удара лебедка вздрогнула и поддалась. С сухим скрежещущим скрипом
механизм начал вращаться. Ржавая цепь скрипела и трещала. Огромная дверь затряслась,
недовольно пробуждаясь ото сна, и стала опускаться. Струйкой посыпались пыль и песок, затем
струйка превратилась в поток. Дюйм... три-десять...
Чудовищный грохот потряс ночь, когда ничем не сдерживаемая многотонная дверь,
набирая скорость, стала опускаться! Лебедка пронзительно скрипела, вращаясь, как гигантский
волчок, обвитый толстой цепью. Деревянные рукоятки бешено крутились, не давая Моллилу и
Яну даже приблизиться к лебедке. Рукоятка ударила Кейна и отшвырнула к стене.
Весь склад содрогнулся, когда дверь рухнула на нижний брус, захлопнувшись, словно
врата ада. Крутящаяся по инерции цепь полностью размоталась, коротко щелкнула об ось и
сорвала лебедку с дымящегося основания. Деревянный барабан и железная цепь пронеслись по
складу, как обезглавленный питон, заставив всех троих броситься в укрытие. Гигантская плеть
хлестнула по сваленным в кучу ящикам, породив бурю из щепок и битого стекла.
Обломки камня накрыли Гаэту и тех, кто остался .с ним, когда они в панике отпрянули от
сметающей все на своем пути лавины. Облака пыли от упавшей с грохотом двери окутали
людей и потушили факелы. Гаэта выкрикивал приказы, задыхаясь от бессильного гнева.
- Алидор, Мисса! Налево и направо, быстро! Найдите вход! Если все двери закрыты, мы
войдем через самую слабую! Будь проклята его хитрость! Кейн вновь разделил нас, и мы
должны быстро выбраться отсюда! Шевелитесь!
Когда осела пыль и исчезло эхо, на складе воцарилась тишина. Осторожно поднимаясь,
трое убийц уже готовы были вступить в схватку. Моллил и Ян все еще держали факелы,
освещая помещение.
Удар лебедки пришелся вскользь, но, когда Кейн поднялся с земли, его бок напомнил о
себе нестерпимой болью. Кейн сделал несколько осторожных движений - судя по боли, ребра
не сломаны. Правой рукой он достал кинжал.
- Кейн! - прошипел Ян. - Помнишь меня? Прошло уже десять лет, десять лет назад у
меня была правая рука, был дом и семья! Но ты и твой Черный Флот лишили меня всего, не так
ли, Кейн! Тебе надо было отрубить мне голову, а не руку! Я охотился за тобой с тех пор, Кейн!
Упустил тебя в Монтсе - говорили, ты погиб там! Но я знал, что ты жив, все еще играешь в
дьявольские игры в чужих землях! Я знал, что когда-нибудь мы снова скрестим мечи! Так было
угодно судьбе, и ей угодно, чтобы Ян насадил твое сердце на свой крюк!
- Так ты знаешь меня, Крюк? - усмехнулся Кейн. - Прости, я забыл твое имя, как и
твое лицо. Мне следует помнить глупца, осмелившегося дважды бросить мне вызов!
Со стороны боковой двери раздался приглушенный звук ударов. Но Кейн знал, что дерево
выдержит.
Издав яростное рычание, Ян бросил факел Кейну в лицо. Однако их разделяло несколько
ярдов, и Кейн с легкостью увернулся. Искры опалили его рыжую бороду, от дыма заслезились
глаза, а факел угодил в тюки с сукном. Кусок просмоленного тряпья разлетелся искрами, и
пламя перешло на заплесневевшие рулоны ткани.
- Не разбрасывай факелы, а то будем сидеть в темноте, черт побери! - выругался
Моллил, пристраивая свой факел между двух ящиков. - Я знаю тебя как бессердечного пирата,
Кейн! Не ожидал встретить двух человек из островной империи, нашедших твой след даже в
песках Ломарна?
- Приготовься, Ян! Сейчас мы сами узнаем, на что способен Кейн, когда с ним нет его
людей. Посмотрим, может ли сражаться змей, выкуренный из своего логова!
В здоровой руке Ян уже держал меч, а свет факела выхватывал из темноты острый, как
бритва, крюк. Кинжал занял место факела в руке Моллила, и пеллинит рванулся к Кейну с
вытянутым вперед мечом. Ян скользнул в сторону, чтобы зайти с фланга. За спиной Кейна
тюки с сукном вспыхнули, как бумага.
Ощущая позади себя треск и жар пламени, Кейн скрещивал меч с мечом Моллила,
мощными толчками отбрасывая его и не позволяя загнать себя в огонь. В то же время он
кинжалом отражал удары Яна; когда кинжал соприкасался с более тяжелым оружием, в воздух
взлетали искры. В отчаянии Кейн отступил к горящей кипе, не дав противникам возможности
окружить себя. Вновь и вновь их клинки встречались друг с другом. Глухая оборона Кейна
сдерживала нападение двух опытных воинов. Тяжелые удары сотрясали боковую дверь, ее
засов и петли, но массивная преграда не поддавалась. Гаэте и его людям потребуется еще
немало времени. Ни на Кейне, ни на его противниках не было доспехов или кольчуги, их
поединок обещал быть коротким.
Пламя за спиной Кейна быстро распространялось, перекидываясь на плотно уложенные
ковры, корзины с товаром, мебель. Жара становилась невыносимой и вынуждала Кейна
отходить от огня. Дым мешал дышать сражавшимся. Вращая меч в смертоносном вихре, Кейн
отбил очередную атаку противников и проскочил между ними. Меч Яна просвистел в дюйме от
его плеча.
Теперь они сражались на открытом пространстве. Услышав стук топора и треск боковой
двери, Кейн перешел в наступление.
Половина склада горела, и пламя ярко освещало поле битвы. В помещении повисли клубы
дыма, отчего свет сделался багровым. Бесконечные ящики и тюки с товарами отбрасывали
длинные тени на пол и дальнюю стену: их причудливые формы словно в ужасе убегали от
всепоглощающего огня.
Чудовищными усилиями Кейну удавалось держать противников на расстоянии. Прежде
чем Ян оправился, Кейн ринулся на Моллила. Пеллиниту не хватало сил выдерживать один за
другим удары Кейна. Он отчаянно отступал, едва успевая отражать их. Теперь огонь уже
обжигал его спину, а бледное лицо Моллила исказилось от боли и страха. На мгновение его
защита дрогнула. Меч Кейна обрушился вниз быстрее, чем Моллил смог увернуться, его лезвие
вошло в руку, в которой Моллил держал свой меч. Бросив оружие, Моллил отпрыгнул назад,
чтобы избежать выпада Кейна, и оказался на неустойчивых низких ящиках, уже охваченных
пламенем. Молотя руками в воздухе, Моллил повалился на груду горящей мебели. Его одежда
вспыхнула.
Издав душераздирающий крик, Моллил вскочил на ноги, но волосы и одежда уже пылали.
Он ничего не видел, его кожа сморщилась и почернела, он катался по полу, натыкаясь на
предметы, в безнадежной попытке избавиться от невыносимой боли; а огонь жадно пожирал
свою жертву.
Кейн перестал обращать на него внимание, тем более что, увлекшись Моллилом, он дал
Яну достаточно времени, чтобы прийти в себя. Когда Кейн загнал Моллила в огонь, Ян напал
на своего лютого врага сзади - его меч обрушился на спину Кейна в тот момент, когда
пеллинит рухнул в свой погребальный костер. Но Кейн не забыл о втором противнике.
Услышав шаги и ощутив опасность, он метнулся в сторону, и меч Яна не причинил ему
вреда, зато Кейн почувствовал острую боль, пронзившую его правое плечо, - крюк Яна порвал
кожаный жилет и вошел в тело, но не так-то легко было поддеть Кейна на манер свиной туши.
Отклонившись назад, Кейн встретил противника кинжалом. Однако боль в плече
замедлила его движения, и Ян с диким смехом отразил красным от крови крюком лезвие и
ударил по рукоятке кинжала. Острие крюка глубоко вошло в руку Кейна, и, подавшись назад,
Ян выхватил кинжал из рук ослабевшего врага. Издав победный клич, он бросился вперед.
Кейн в ярости отразил эту атаку, успев в свою очередь полоснуть клинком по руке Яна.
Огонь разгорался все сильнее, а боковая дверь стала крошиться под ударами людей Гаэты.
Нечеловеческая боль пронзила руку Яна, и Кейн ринулся на него прежде, чем тот смог
прийти в себя. Меч Кейна рассек ребра и легкое. Ян медленно опустился на пол, его глаза все
еще были полны ненависти. Меч выпал из его руки, но он на животе полз к Кейну с вытянутым
крюком, острие которого цеплялось за доски; и все же смертельно раненный Ян из последних
сил продвигался к своему врагу. Он умер, когда крюк вонзился в пол в нескольких дюймах от
ноги Кейна.
Жар обжигал лицо. Пламя уже полностью охватило то место, где лежало тело Моллила.
Боковая дверь все еще сдерживала натиск Гаэты, но на складе бушевал пожар. Кое-где пол уже
обрушился в подвал. Было тяжело дышать, глаза резал едкий дым. Кейн поднял свой кинжал и
стал пробираться к лестнице в подвал. Снаружи его поджидали враги - туннель был сейчас
единственным путем к спасению. Но если горящий пол обрушится прежде, чем удастся
выбраться из здания...
Люк, ведущий в подвал, еще не был завален горящими обломками. Выхватив из огня
грубо сделанный факел, Кейн поднял люк и по ступенькам спустился в туннель.
Затхлая сырость земли освежила его. Во влажном спертом воздухе не было удушающего
дыма.
Быстро, как только мог, Кейн шел по туннелю. Его факел давал тусклый свет, которого,
однако, было достаточно, чтобы видеть дорогу. Над головой - прогнувшиеся гнилые
деревянные перекрытия, дугами стягивавшие стены. Со стен струйками осыпалась земля,
образуя на полу подобие барханов, а в нескольких местах груды обломков, и песка почти
полностью загораживали путь. Кейн осторожно переползал эти осыпавшиеся нагромождения
земли и деревянных конструкций, держи перед собой факел. Земля, смешиваясь с кровью,
липла к телу.
Кейн знал, что туннель в любую секунду может обрушиться, навсегда оставив его в
могиле под городом мертвых. Неожиданно туннель содрогнулся, а где-то позади раздался
глухой грохот. Наверное, обвалилась крыша склада, догадался Кейн, с беспокойством
оглядывая стены туннеля. Но он уже прошел под землей значительное расстояние, а туннель
ближе к выходу казался несколько более надежным.
Пол стал подниматься, и в свете догорающего факела Кейн увидел ступеньки. Не
колеблясь, он поднялся по ним и толкнул потайную дверь, ведущую в подвал таверны.
Уверенно двигаясь в темноте, Кейн обнаружил дверь и вышел на улицу. Пылающий склад
освещал огнем черное небо; скоро наступит рассвет.
Теперь оставшиеся в живых враги будут считать его мертвым.
Морщась от боли, Кейн остановился у колодца, чтобы промыть и перевязать раны. В
живых оставалось трое из преследовавших его охотников; ни раны, ни усталость не могли
унять ярость Кейна.
X. ЗЕМЛЯ МЕРТВЫХ
Когда из щелей склада начал валить дым, а раскалывающаяся дверь нагреваться от
адского жара, Гаэта положил конец отчаянным усилиям проникнуть внутрь.
- Это место обречено! - произнес он, откладывая в сторону топор. - Если там есть
кто-то живой, ему придется немедленно выбираться, иначе дым убьет его раньше, чем это
сделает огонь! Ян и Моллил выйдут наружу, если Кейн не прикончил их, а если он убил их, то
мы дадим Кейну выбор: или он изжарится внутри, или встретится здесь с нашими мечами. В
любом случае он будет гореть в аду еще до рассвета. Рассредоточьтесь и наблюдайте за
дверьми.
Его люди подчинились приказу. Один человек все время следил за дверьми склада, пока
двое других взламывали боковой вход. Никто не мог выскользнуть из ловушки. Готовые в
любой момент пустить в ход мечи, они ждали - вот среди огня и дыма появится человек,
задыхающийся и ослепленный. Если бы это был Кейн, Гаэта решил дать ему немного времени,
чтобы набрать в легкие чистого воздуха.
Но ни одна дверь не открывалась. Обожженная фигура не появлялась. Доносящийся
изнутри грохот говорил о том, что рушился пол, затем земля под ногами сотряслась: тяжелая
крыша обвалилась в бушующее море пламени. Гигантский столб огня и пепла рванулся к
ночным небесам, превращая все еще стоящие на своем месте стены склада в кратер вулкана.
Вскоре двери не выдержали жары и упали внутрь помещения, открыв взгляду настоящий ад.
Толстые каменные стены раскалились докрасна.
- Погребальный костер Кейна! - победно провозгласил Гаэта. - Он унес с собой еще
двух отличных парней, но они погибли как герои.
Он повернулся, чтобы принять поздравления Алидора.
- Нас осталось только трое. За эту кампанию мы заплатили дорогую цену, она
определенно стала самой опасной в моей жизни. Но у нас была великая цель, и мы наконец
добились успеха. Самое черное чудовище во всей истории в конце концов встретило свою
смерть, от которой ему веками удавалось ускользать. Человечество будет благодарно за то, что
мы сделали. Я еще раз поразил силы зла холодным светом добра.
Внезапно их внимание привлек шорох, доносившийся с аллеи позади них.
- Да это же ведьма, - объявил Гаэта, разглядев ее в отблесках пожара.
Рихейль неподвижно стояла у входа в аллею, почти невидимая в тени здания. Огонь
освещал ее лицо и руки, невидящими глазами она смотрела на людей Гаэты. Казалось, она
собирается с духом, чтобы приблизиться к ним, готовая в любую секунду убежать.
"Зачем она вернулась? " - подумал Алидор. Конечно, ее второе зрение подсказывало ей,
что ее заметили. Неужели Кейн для нее так много значил, что она пренебрегла всеми
опасностями, чтобы только присутствовать при его смерти? От этой мысли Алидор ощутил
укол ревности.
- Милорд, - начал он, - может быть, мы забудем о ней?
Гаэта пожал плечами. Он пребывал в ликующем, торжествующем расположении духа, и
если его помощник так заботится об этой ведьме, то можно позволить ему небольшой каприз.
- Конечно, Алидор, если это успокоит твои дурные предчувствия. Кейн мертв, а она
всего лишь шлюха, которую он обвел вокруг пальца. За участие в преступлениях Кейна она уже
понесла наказание.
- Выходи из темноты, ведьма, - великодушно позвал он. - Мы решили даровать тебе
жизнь. Ты больше не должна бояться нашего правосудия. Иди посмотри, что стало с
чудовищем, которому ты служила.
Чувствуя снисходительное расположение Мстителя, Рихейль сделала шаг вперед, чтобы
присоединиться к ним.
- Кейн мертв, - тихо сообщила она. - Я знала, что вы загнали его в ловушку, и
пришла, чтобы увидеть исход битвы, каким бы он ни был. Но Кейн оказался заперт в горящем
складе. Он погиб в огне: я почувствовала его смерть. Вы уничтожили Кейна, как и собирались;
теперь ваша миссия выполнена. Вы покинете Себбей на рассвете?
- Значит, твое бесовское зрение показало тебе смерть Кейна. - Гаэта улыбнулся. - Я
завидую тебе, я многое бы отдал, чтобы стать свидетелем этого зрелища. Но видишь, Алидор,
несмотря на всю твою заботу, она хочет только того, чтобы мы уехали. Что ж, я и мои люди
уедем, как только отдохнем и пополним запасы провизии. Я никогда не жду льстивого
восхищения от тех, кому я служу, а Себбей не представляет для меня никакого интереса. Но
сначала я закончу свою миссию, бросив землю в погребальный костер своего врага.
- Я лучше глотну свежего воздуха, - зевнул Дрон Мисса. - От этого погребального
костра такой дым, как будто горит мусорная куча. Тоэм! Какой хлам они там хранили?! -
Вальданнец неспешно направился к городской стене и поднялся по ступеням парапета. Его
стройная фигура виднелась на фоне сереющего неба, когда он медленно шел вдоль стены
мертвого города.
Гаэта Крестоносец сел, привалившись спиной к каменной кладке, и вытянул ноги. Он
мечтательно улыбнулся, глядя на гаснущее пламя и оживляя в памяти события прошедших
дней. Он думал, куда теперь поведет его холодный свет.
Сначала нужно вернуться в Каматах за новыми людьми и снаряжением. Смерть Кейна
надолго займет умы придворных поэтов, но в других местах еще многие нуждались в помощи
Мстителя.
Алидор и Рихейль неторопливо шли по улице. Гаэта полагал, что ведьме наплевать на его
помощника. Но Алидор казался очарованным ею и был настроен на романтический лад.
Перед Дроном Миссой раскинулось озеро, в предрассветных сумерках над ним
поднимался серый туман. Дрон Мисса облокотился на парапет и с наслаждением почувствовал,
как окаменевшие мышцы спины немного расслабились. Он услышал стук каблуков о камень и
поднял голову, недоумевая, кто бы это мог быть.
Вдоль стены к нему приближалась фигура, казавшаяся зловещей, словно это был сам
Ангел Смерти.
- Кейн! - изумленно закричал Мисса, узнав обожженного и перевязанного воина. Он
оправился от изумления через мгновение. В его ножнах лежал меч, готовый ответить на
брошенный Кейном вызов.
Кейн ринулся на вальданнца, потрясая мечом. Мисса парировал удар, а затем сделал
неожиданный выпад. Уворачиваясь от смертоносного лезвия, Кейн выругался и возобновил
нападение, но действовал теперь осторожнее. Его противник превосходно владел мечом, а
онемевшая левая рука Кейна с трудом управлялась с тяжелым оружием. Кейн попытался
постепенно перейти в нападение, но сверкающее лезвие меча Миссы сводило на нет все усилия.
С противниками, сражавшимися левой рукой, Мисса встречался и раньше, поэтому он без
труда приспособился к манере Кейна. Однако его впечатляла скорость, удивительная для
человека такой комплекции. Кейн неумолимо продолжал атаковать, и Мисса понял, что за этой
скоростью скрывается еще и огромная сила. Это был самый опытный и смертельно опасный
противник, с которым когда-либо приходилось сражаться Миссе, и только виртуозное владение
мечом вновь и вновь спасало его от ударов Кейна. Мисса вспомнил слышанные им истории о
Кейне, и тут в памяти всплыло предчувствие смерти, преследовавшее его с самого начала
похода.
Острая боль пронзила правое бедро Миссы - меч Кейна скользнул по его ноге. Не
обращая внимания на рану, Мисса сделал шаг назад, будто потеряв равновесие. Но как только
Кейн двинулся вперед, чтобы воспользоваться своим преимуществом, Мисса поднял меч,
парируя удар, и рванулся к Кейну с кинжалом в левой руке. Кейн пытался защититься, но лишь
немного смягчил удар, и кинжал Миссы рассек его ребра.
Выплевывая проклятия, Кейн в отчаянии метнул кинжал в вальданнца. Неудачно
брошенное оружие пролетело мимо своей цели. Но Дрон Мисса нагнулся, чтобы избежать
клинка, и на мгновение оказался беззащитным. Меч Кейна обрушился на Миссу, разрезая его
правую руку до самой кости, - Мисса не лишился руки только потому, что лезвие прошло по
касательной. Меч вальданнца канул в утреннем тумане. Тяжело раненый и вооруженный только
кинжалом, Мисса увидел, как к нему, словно во сне, с чудовищной быстротой приближается
смертоносное острие.
В эту последнюю долю секунды Мисса среагировал с фантастической скоростью.
Отклонившись назад, он перескочил через парапет и бросился в озеро. Темнота и холодная вода
сомкнули над ним свои сковывающие объятия.
Быстро вынырнув на поверхность, Мисса неловко поплыл. Его раны сильно кровоточили.
Сами по себе они были не смертельны, но лишали Миссу возможности двигаться. Если бы он
смог перевязать их и остановить кровь, то при надлежащем уходе они бы зажили, и через
несколько месяцев Мисса вновь сражался бы с мечом в руках так же искусно, как и раньше. Но
за другого командира и ради другой цели.
Участие в безумных походах Гаэты хорошо оплачивалось, но Крестоносец покупал меч, а
не жизнь. Мисса подчинялся законам преданности и всегда выполнял обязанности наемника по
отношению к своему командиру, если они не выходили за пределы разумного. Миссия Гаэты с
самого начала была обречена на неудачу, и Дрон Мисса решил, что пришло время незаметно
уйти. Боги определенно дали ему шанс, и было бы святотатством не воспользоваться их
покровительством.
Он оглянулся на огромную фигуру, опиравшуюся на парапет в утреннем свете.
- Будь ты проклят, Кейн! - закричал он и исчез в тумане.
Когда Гаэта услышал первый крик Миссы и лязг мечей, он не поверил. Затем до него
наконец дошло - Кейн все еще жив! Дьявол не погиб в огне, с помощью какого-то колдовства
ему удалось спастись! Ведьма солгала, чтобы они потеряли бдительность! Теперь Кейн снова
вернулся, чтобы напасть из мрака. Сколько еще демон может обманывать смерть?!
- Алидор! Алидор! Убей чертову ведьму и быстро сюда! - взревел он, не отрывая
взгляд от поединка на парапете. - Алидор! Шевелись, черт тебя побери! Кейн все еще жив! Он
напал на Миссу у стены!
Забыв на мгновение о Рихейль, Алидор бросился на зов своего командира.
Светало, и теперь можно было видеть, что происходит на городской стене. С мечами в
руках они рванулись к ступенькам. Но расстояние было довольно большим, и, достигнув
лестницы, Гаэта и Алидор увидели лишь внезапный финал сражения: Дрон Мисса упал с
парапета в озеро.
- Теперь и Мисса! - в ярости закричал Гаэта. - Теперь он убил Миссу! Кажется, мы
сражаемся с самим Тлолуином! Но мы двое еще живы! До восхода солнца Кейн отведает
нашего угощения!
Однако когда они поднялись на стену, Кейн растворился в предрассветном тумане.
- Он убегает от нас, милорд! - воскликнул сбитый с толку Алидор. - Странно, что
Кейн прячется от двоих, не решаясь встретиться с нами лицом к лицу. Кажется, он не намерен
драться с нами в открытом бою.
- Нет! - прошептал Гаэта, глаза его горели. - Смотри, вон там на камнях! Кровь!
Кровавый след! Кейн ранен! Мисса погиб не зря! Жаль, мы не знаем, насколько тяжелы его
раны. Мы вынудим его сражаться прямо сейчас, а этот след приведет нас к нему!
Но кровавый след уменьшался, а потом и вовсе исчез. Восходящее солнце прогоняло
ночь. Гаэта с досадой понял, что раны Кейна не столь тяжелы, как он надеялся. Во всяком
случае, он смог остановить кровь и теперь вновь спрятался в лабиринте притихших улиц.
- Игра продолжается, - мрачно произнес Гаэта. - Мы ничего не добились и опять
должны искать Кейна в этом чертовом городе-призраке, идти за ним до его логова. Только
сегодня охотиться за тигром мы будем вдвоем, Алидор. Видно, мы никогда не уничтожим
Кейна.
Алидор с беспокойством взглянул на своего командира. В голосе Гаэты ему почудилось
отчаяние, чего-чего, а такого Алидору еще не доводилось слышать. Но хотя стройная фигура
Крестоносца была сгорблена, а кулак подпирал голову, в глазах Гаэты играл огонь мысли. На
его вытянутом лице появлялись морщины, когда цепкий ум перебирал и отвергал десятки
стратегий, использованных в прошлых кампаниях.
Внезапно его лицо озарила безумная улыбка и с губ сорвался победный смех.
- Мы еще не проиграли эту игру, Алидор! - бешено закричал он. - Мы сожжем этот
проклятый город до основания!
- Сожжем Себбей?! - переспросил пораженный Алидор.
- Вот именно! Сожжем его! Пусть он сгорит до основания! Кейн прячется в
заброшенных зданиях - мы выкурим его на открытое место. Тоэм знает, как он сбежал с того
склада незамеченным, но его хитрость не поможет ему, когда весь Себбей будет объят
пламенем! Он сгорит вместе с городом или выберется на открытое пространство. Даже если мы
его сначала упустим, то возьмем его след, и наша охота превратится в детскую игру в этой
земле призраков. Мы будем следовать за ним, даже если он попытается пересечь Ломарн;
раненый он не заберется так далеко. Хватит попадаться в его ловушки!
- Милорд Гаэта! - запротестовал Алидор. - Вы, наверное, шутите! Сжечь целый город,
чтобы убить одного человека! А как же горожане?
- Это жалкие трусы! Не волнуйся насчет них! Мы подожжем несколько домов вокруг
города - достаточно, чтобы ветер перенес огонь на остальные здания. Они не успеют даже
рукой пошевелить, да у них всех кишка тонка остановить нас! Можно сказать кому-нибудь из
них, что Кейн поджег город, - может быть, хоть это встряхнет их от апатии, и они скажут, где
Кейн, хотя я сомневаюсь, что они способны даже на это!
- Нет! Я имел в виду, что мы не можем сровнять с землей целый город просто для того,
чтобы уничтожить Кейна! Эти люди погибнут, в лучшем случае потеряют все свое имущество!
Гаэта нетерпеливо пожал плечами:
- В городе живет всего несколько сотен. Большинство сможет легко уйти из города, а
вокруг полно пустых городов и деревень, в которых они смогут жить. И не надо их жалеть!
Если бы они хотели исполнить свой долг перед человечеством, они бы взялись за поиски и
помогли нам уничтожить Кейна! Из-за их преступного бездействия погибли все мои люди! Они
предали дело добра! Если мы выкурим этих скулящих крыс из их прогнивших нор, это будет
справедливым наказанием за их соучастие в преступлениях Кейна! Пойдем, Алидор, мы теряем
время!
Голос Алидора дрожал, он схватил Гаэту за плечо и повернул командира к себе лицом.
- Но сжечь целый город из-за одного человека! Кейн не стоит этого!
Лицо Гаэты сделалось мертвенно-бледным, и он отбросил руку своего помощника.
- Кейн не стоит этого?! - прорычал он. - Алидор, ты сошел с ума! Мы прошли
полконтинента, чтобы уничтожить этого дьявола! Все твои товарищи отдали свои жизни за это!
И после всех усилий, после всех жертв человек, которого я призван уничтожить, все еще
насмехается надо мной! Если понадобится, я сровняю с землей сотни городов, чтобы убить
Кейна! Не слишком дорогая плата за то зло, которое может совершить этот человек, пока не
будет пойман и уничтожен! Что стоит этот город призраков в сравнении с величайшим благом
для человечества?!
Логика Гаэты была неопровержимой, но Алидор все еще сомневался.
- Но эта стратегия может не принести никакого результата! - слабо заспорил он. -
Пожар не станет для Кейна ловушкой! Он без труда выберется из города: мы не сможем
наблюдать за воротами - он может в любом месте перебраться через стену. Кейн уйдет из
Себбея, и в неразберихе мы навсегда потеряем его след!
- Полководец, считающий, что его план безупречен, - глупец! - отрезал Гаэта. -
Предложи мне лучший план, и я воспользуюсь твоим советом. Я знаю лишь то, что Кейн
выиграл у нас в этой проклятой игре в кошки-мышки. Он знает Себбей и может просто
затаиться и ждать, когда мы попадемся в расставленные им ловушки! Вчера мы не смогли
поймать его вшестером, бессмысленно пытаться сделать это вдвоем! Мы должны выманить его
на открытое пространство, заставить его бежать вместо того, чтобы вить сети, в которые мы
попадемся! Черт побери, Алидор, что с тобой! Ты утратил свои идеалы, а вместе с ними и
нервы!
Лартроксианец колебался, его мысли путались, он ни на что не мог решиться.
И тут позади них раздался голос:
- Алидор! Что ты делаешь? Неужели ты совсем продал душу Гаэте? Этот безумец и его
банда убийц совершили во много раз больше зла, чем Кейн! Неужели ты теперь поможешь ему
уничтожить Себбей и его несчастных жителей, рассчитывая на то, что этим зверством вы
убьете Кейна?! Алидор, если
...Поділитися у соцмережах
