Жанр: Фантастика
Битва за центр 1_3.
...окупая дорогу к сотням новых уровней - теплых
уровней, где есть жизнь и вполне восстановимые технологические диковинки,
на изучение которых уйдет еще несколько столетий.
- Ты эгоист и мерзавец, - прошипел он. - Ты разрушил все, ради чего был
создан КИЦ. Ты отбросил человечество вниз. Как, по-твоему, нам теперь
глядеть в глаза галактическому сообществу? Выходит, вселенная не смогла
показать тем людям ничего лучше кучки озлобленных друг на друга дикарей.
Тебе не доставило большой радости брать с собой вниз Военно-космические
силы, разве не так? Тебе пришлось притащить за собой туда и вормиран со
спиреллами, чтобы продемонстрировать им, какими мерзкими могут быть
гуманоиды в, худшем своем проявлении.
- Амара Гююр сунулся туда по своей собственной инициативе, - пришлось
заметить мне. - Если бы я знал, что в моей подошве спрятан жучок, я надел
бы галоши. Да к тому же ты забываешь о пареньке, который всем нам указал
туда путь. О саламандрском андроиде. Как ты думаешь, кто несет
ответственность за то, что он оказался там?
- Саул Линдрак, - не задумываясь ответил он.
Я покачал головой.
Из стола я достал кусок бумаги и указал на именной штамп. Помимо
символов, обозначавших Координационно-Исследовательский Центр на пароле,
там стоял некий знак.
- Это что такое, Алекс? - спросил я. Пару секунд он просто излучал
раздраженность и нетерпение, но потом понял, что я говорю серьезно.
- Это пиктограф на одном из тетронских наречий, - сказал он. - Это герб
нашей организации, насколько тебе известно. Ну так что?
- Он стоит на всех ваших документах, как торговая марка.
- Да. Но что из этого?
- Именно этот символ Мирлин нарисовал мне в воздухе, когда рассказывал,
как саламандры закупали технологии на Асгарде - технологии, при помощи
которых создали его. Тетраксы и верхние пещерники одинаково помешаны на
биотехнологиях, помнишь? Они выудили из того, что здесь нашли, чуть больше,
чем позволили узнать таким мелким сошкам, как вы. И они кое-что из этого
продавали одинаково с ними мыслящим варварам, чтобы те использовали это
кое-что в ужасных войнах, которые тетраксы якобы осуждают. Если бы все
пошло по плану, на ваш поганый КИЦ легла бы ответственность за истребление
человечества как разумного вида. Твоего и моего вида, Алекс. Так кто, как
ты говоришь, эгоист и мерзавец? Кто же теперь, выходит, варвары, Алекс?
- Ты лжешь, - с надеждой в голосе сказал он. Но он понимал, что это не
так. Я покачал головой.
- Я не знал... - робко начал он.
- Я знаю, что ты не знал. Зато знаешь теперь.
Он с минуту обдумывал услышанное, а затем произнес:
- Это никак не влияет на мое отрицательное отношение к тому, что вы
натворили. Ваше поведение перечеркивает все, во что я верил. То, что
произошло на нижних уровнях.., это катастрофа для гуманоидного сообщества и
для человечества. И я не верю, что тетраксы были в курсе насчет торговли
технологиями, а если и были, то я не верю, что они предназначали их для
войны. В КИЦ существует куча фракций, и это могла быть любая из них.
- Вселенная полна варваров, Алекс, и в нижних слоях Асгарда я не заметил
ничего, что могло бы убедить меня в ангельском характере тамошних жителей.
Военно-космические силы вырезали громил Гююра, но подстроили все это именно
пещерники, и именно пещерники сидели и, жуя свой поп-корн, с интересом
наблюдали за происходящим. Возможно, нам следует только радоваться, что они
решили себя замуровать. А если они действительно подумают-подумают, как им
поступить со вселенной.., да и решат, что весь космос следует
стерилизовать?
- Это просто нелепо, - произнес он скорее эмоционально, чем с
убеждением.
- Возможно, - согласился я. - Но ведь все здесь несколько гипотетично,
не правда ли? А теперь почему бы нам не поговорить о более интересных
вещах. О деньгах, например. Сколько предложит мне КИЦ за мою маленькую
карту сокровищ?
На лице его отразилось некоторое удивление.
- После всего, что ты рассказал мне о продаже КИЦ технологий
саламандрам, ты все еще хочешь продать нам координаты шахты Саула?
- Это плутовская игра, но в городе только в нее и играют.
- А ты не думаешь, что мне следует подать в отставку?
- Да нет же, черт возьми. Нам нужен по крайней мере один человек внутри
этой системы, дабы иметь уверенность, что такое больше не повториться. Я
буду работать с тобой, но организаций я терпеть не могу. Я ведь одиночка.
Мои откровения, очевидно, не сильно потрясли его, поскольку он изо всех
сил старался выгадать даже минимальный барыш. Потребовалось очень много
времени, чтобы сократить разрыв между гонораром, о котором я мечтал, и
пределом его "щедрости".
В конце концов мы ударили по рукам и заключили сделку к обоюдному
удовлетворению сторон.
Прежде чем военно-космический корабль покинул орбиту, чтобы ввинтиться в
созданный им же самим шнековый канал, мне позвонила мой экс-командир. Ее
изображение было на экране несколько размыто, но сейчас она выглядела
прекрасно и счастливо.
- Я действительно могла бы сделать из тебя настоящего воина, - сказала
она. - Ты отлично поработал над Амарой Гююром.
- Я обнаружил, что его пистолет выведен из строя.
- Когда? - спросила она.
- Да вот, попробовал, - уклончиво ответил я.
- Но когда ты его брал, ты ведь этого не знал, - продолжала давить она,
- не так ли?
Мне пришлось сознаться, что нет. Тогда она расплылась в волчьей улыбке,
как будто довольная тем, что знала меня лучше, чем я сам. Она ошибалась.
- Какой из меня герой. Я убежал от гигантской амебы. Да и с Амарой
Гююром я пошел только потому, что думал, вы меня пристрелите на месте, если
я этого не сделаю.
- Здесь ты, возможно, прав, - произнесла она. - Вот я - настоящий герой,
потому что стреляю, когда надо, независимо оттого, кто передо мной. Ты сам
знаешь, от скольких неприятностей ты бы нас избавил, если бы приютил
андроида, когда тебя попросила Иммиграционная Служба. Будь у тебя хоть атом
социального сознания, ты бы сохранил его тепленьким в Небесной Переправе.
Что-то в ее манере говорить заставило меня подумать, что Сюзарма Лир в
конце концов не очень хороший человек. Впрочем, настоящие герои, наверное,
всегда такие.
- Здесь есть тысячи людей, которые отдали бы все, что у них есть, лишь
бы повидать то, что видели мы с вами.., и сходить туда, где побывали мы, -
сказал я. - А вас это совершенно не трогает, не правда ли? Вам наплевать,
что находится там, в центре. У вас узкое мышление, капитан Лир.
- Оно было достаточно широким, чтобы снять тебя с крючка, - ответила
она. - Ты задолжал мне за хорошее с тобой обращение. Когда-нибудь я захочу
получать должок.
Я совершенно не считал, что должен ей хоть что-то за хорошее обращение,
даже если и утаил от нее кое-какие секреты.
- Думаю, вы меня простите, если я не буду заглядывать так далеко. Вы же
понимаете, это не мое плохое отношение к женщинам в форме. Просто я люблю
нормальную жизнь.
- Но в человеке, который стремится тратить свою жизнь, копаясь в
замерзших останках исчезнувшего миллион лет назад мира, есть что-то
ненормальное, - сказала она. - Это свидетельствует о скудости желаний и
ущербности души. Попробуй быть героем, Руссо, перешагнув через себя самого.
Просто попробуй.
Раздача материнских советов не входила в число ее сильных качеств. И
слова ее меня совершенно не тронули.
- Прощайте, - произнес я.
- О'ревуар, - ответила она по-французски. Когда она отключила связь, я
еще раз повторил то, что сказал, но только про себя. "Прощайте". Надеюсь -
навсегда.
Затем я занялся довольно серьезным делом: стал выяснять, каково
чувствовать себя умеренно богатым человеком.
Ощущение могло быть и лучше, если бы не насущные проблемы. Пережитое не
нанесло большого вреда мне как личности, но посеяло в душе семена сомнений
- относительно видимости и реальности, правды и обмана, Я продолжал думать
о Мирлине, одновременно и умершем и не мертвом, а также о том, есть ли
здесь какое-нибудь различие.
Я не мог удержаться от того, чтобы не нагромоздить в голове кучу
гипотетических сценариев и тут же отринуть их за громоздкость.
По первому сценарию саламандры довели до успешного завершения свой
проекте генетической бомбой, но боялись, как бы все не открылось. Они
прекрасно понимали: спрятать все концы в воду здесь не удастся, особенно с
учетом того, что в деле замешан КИЦ. И они решили скрыть свой успех,
гениально пустив преследователей по ложному следу.., подсунув им подсадную
утку. От Мирлина даже не требовалась сознательная ложь. В конце концов, он
знал лишь то, что они в него заложили. Я не мог отделаться от мысли, не был
ли Мирлин создан лишь для того, чтобы убедить Военно-космические силы, что
с угрозой человечеству покончено.
Возможно, все это было лишь фарсом, отвлекающим маневром, чтобы увести
внимание от главных событий. Возможно, человеческая раса и по сей день
находится в смертельной опасности стать жертвой саламандрской мести,
уготованной ему в неопределенном будущем.
Второй сценарий, частично навеянный первым, был более приближен к
окружающей действительности. Я попробовал представить, что обитатели
подземного мира имели больший контроль над видимыми предметами, чем могло
показаться. Если принять во внимание, что воспоминания звездного капитана
ложь, почему столь же фальшивыми не могут оказаться и мои? Возможно, они
закачали их в меня тем же самым способом, каким закачали в Мирлина
воспоминания о прожитой человеческой жизни. И не существовало способа
проверить, не является ли фикцией все, что произошло после моего первого
знакомства с действием парализатора. Все остальное вполне могло быть
иллюзией. Действительно ли Амара Гююр был мертв? Действительно ли жив
Мирлин? Не было способа убедиться ни в том, ни в другом. Возможно, я вообще
никогда не был на нижних уровнях Асгарда или даже никогда не опускался ниже
уровня дна шахты Саула.
Откуда мне знать?
Моему инстинкту оставалось только доверять сделанным мной умозаключениям
- тому, что проект саламандров провалился, - и поверить в то, что
рассказанное Мирлином о мире, который он избрал себе для жительства,
правда. Но я видел, как были убиты люди, которых здорово подвели их
инстинктивные реакции только потому, что с ними было незнакомое окружение.
Тогда как может человек полагаться на свои инстинкты?
Ничего нельзя было добиться прокручиванием загадок в голове, но, даже
понимая это, я не мог остановиться.
Последними словами одной из моих любимейших книг был совет не тратить
слишком много времени на неразрешимые вопросы. "Надо ухаживать за
собственным садом", - говорит Вольтер, один из умнейших людей всех времен
Мы должны ухаживать за своим садом. Мы должны отвечать за то, чем
действительно можем управлять.
Возможно, мы никогда не докопаемся до истинной сути вещей, правда о
которых старательно скрыта. Возможно, чистое, нефальсифицированное зерно
Абсолютной Истины нельзя отыскать ни при каких обстоятельствах, независимо
от того, насколько длительную и тяжелую одиссею вы проделаете в попытках
его обрести.
Мое собственное путешествие еще не окончилось. Я даже толком не был
уверен, что оно вообще начиналось.
Но я стал свыкаться с мыслью, что в конце пути придется заплатить за
все, что вы сможете приобрести.
Брайн СТЭБЛФОРД
БИТВА ЗА ЦЕНТР II: ЗАХВАТЧИКИ ИЗ ЦЕНТРА
Глава 1
Порой меня беспокоит странное ощущение, что мировой разум решил сделать
мою жизнь поучительной притчей. Я сопротивлялся, как мог, но убедился, что
сопротивление бесполезно. Боюсь, мне на роду написано и судьбой уготовано
совершить рано или поздно нечто выдающееся.
Пожалуй, стоит объяснить, как получилось так, что я пришел к столь
ужасающему выводу.
Кажется, у древних китайцев было страшное проклятие:
"Чтоб тебе жить во время перемен". Время перемен - интересное время. Всю
жизнь я понимал его справедливость, но прежде мне в голову не приходило
задуматься над подтекстом: "Чтоб тебе жить во время перемен". Если вас, как
мотылька на огонь, тянет к переменам в "интересные места", можете быть
уверены: на вас лежит проклятие. Тому примером моя судьба: меня, совсем еще
зеленого пацана, соблазнил отправиться через полвселенной мой хороший
приятель Микки Финн - и в результате мы оказались на огромной искусственной
планете, именуемой на земном языке "Асгард" в честь некогда живших на ней
технократических "богов".
Много лет в верхних слоях планеты копались представители трехсот
различных гуманоидных рас галактики, занимаясь поисками всяких технических
артефактов. Организовывал и направлял этих добросовестных трудяг
Координационно-Исследовательский Центр, который, в свою очередь,
организовывали и направляли тетраксы - одна из верховных рас галактического
сообщества. Я-то никогда в Центре не работал, предпочитая оставаться самому
себе хозяином и прокладывать маршруты в холодных и пустынных подземельях
Асгарда там, где захочется.
Не мне выпала честь совершить эпохальное открытие - обнаружить под
верхними уровнями, насквозь промороженными после космической катастрофы,
более теплые и интересные для исследователей пещеры. Этим мы обязаны моему
другу Саулу Линдраку, а ему открытие стоило жизни - беднягу Саула подвергла
мучительной смерти банда отъявленных негодяев, попытавшихся силой вытянуть
из него сведения о маршруте. И тогда до меня дошло третье скрытое пожелание
китайского проклятия: "Чтоб тебе быть интересным человеком". Не пошевелив и
пальцем, я попал вдруг в центр внимания совершенно различных сил.
Во-первых, мной заинтересовались гангстеры, поскольку на Асгарде я
оказался единственным человеком, знавшим французский, на котором Саул вел
свои дневники. Во-вторых, подразделение военно-космических сил Земли,
прибывшее на Асгард прямиком с только что окончившейся войны против
саламандров: их уничтожили до последнего. Командир отряда - звездный капитан
Сюзарма Лир - была уверена, что некий детина гигантского роста, которого по
доброте душевной приютил Саул, ни много ни мало как созданный саламандрами
андроид, их тайное оружие, запрограммированное на месть всему человечеству;
потом она пришла к твердому убеждению, что лучше меня никто ей не поможет
поймать и убить андроида.
Подробности моих приключений вы можете узнать из первого тома
повествования, а здесь, чтобы не тянуть резину, скажу лишь, что андроид
попытался скрыться в бездонных глубинах Асгарда, и мы с отрядом звездных
воинов пустились за ним в погоню. Вслед за нами двинулась разношерстная
банда из кровожадных вормиран и спиреллов под предводительством вормирана.
В результате, как и следовало ожидать, произошло кровавое побоище.
Когда все разборки наконец закончились, звездный капитан и ее бравые
ребята отправились обратно на Землю, довольные тем, что с честью завершили
свою грязную миссию, а мне оставалось лишь подороже продать секрет тропы в
нижние слои Асгарда.
Быть богатым я не привык. Всю жизнь только и делал, что кое-как сводил
концы с концами, никогда не вынашивая далеко идущих честолюбивых планов, ибо
не всегда знал даже, на какие шиши буду покупать через неделю кусок хлеба.
Наконец-то судьба мне улыбнулась, но тут я столкнулся с ужасной проблемой:
чем же заняться дальше?
Ныне Асгард напоминал мне проколотый воздушный шар. Он хранил еще много
тайн, но утечка уже началась, и теперь, когда стали доступны сразу сотни
уровней, исследователь-одиночка вряд ли мог рассчитывать на какой-либо
крупный успех. Загадочный центр планеты так и остался в недосягаемой дали,
но в глубине души начало расти ощущение, что мой звездный час был, да весь
вышел. И я стал подумывать, не найдется ли в остальной части галактики еще
что-нибудь интересное для такого нувориша-отшельника, как я. В конце концов
мои размышления привели меня к родным местам: Солнечной системе,
астероидному поясу, планетоидам и Земле-матушке.
На самой Земле я никогда не был. Единственной планетой, сравнимой с ней
по размерам и массе, на которую ступала моя нога, был Асгард, удаленный от
нее более чем на тысячу световых лет. Мне даже показалось несколько
странным, что в свое время, находясь от колыбели человечества всего в
каких-то нескольких миллионах миль, я не подумал посетить ее, и только
теперь, оказавшись в невообразимой дали от исходной точки моих странствий,
вдруг начал ощущать потребность там побывать. И чем больше я об этом думал,
тем больше эта потребность во мне росла.
На верхнем конце Небесной Переправы, пришвартованный к тетронскому
орбитальному спутнику-Порту, стоял "Мистраль" - тот самый корабль, на
котором Микки Финн, Хельмут Белински, Жан Эйврод и я прибыли на Асгард.
Уходя, мы подготовили его к длительной стоянке и наглухо задраили. Поэтому
внутри - ни пылинки, ни соринки; все так, как было оставлено. И Финн, и
Белински, и Эйврод - все погибли от несчастного случая во время одной из
экспедиций в подземелье; оставаться дома в тот раз была моя очередь. По
заключенному меж нами соглашению корабль достался мне в наследство. Это -
единственное, что я унаследовал, если не считать длинного списка
неоплаченных счетов Микки, которые тетраксы тут же великодушно повесили на
меня.
То были трудные времена: жить вчетвером на планете, населенной по большей
части инородными расами, - одно, а остаться вдруг в полном одиночестве -
совсем другое. Но я привык; со временем даже понравилось. Пока шел процесс
адаптации, я вынужденно задвинул "Мистраль" в самый дальний угол своего
сознания, чтобы тот не бередил ненужных мыслей. Но он стоял там всегда и
ждал своего часа.
Часть моих скромных сбережений я потратил на его переоснастку.
Подремонтировал ядерный реактор и сделал профилактику пространственному
компрессору. Поскольку я ни шиша не понимал в физике связующих сил, которые,
сворачивая пространство, позволяли нам скакать по Вселенной словно дамке по
шашечной доске, мне хотелось иметь уверенность, что когда я нажму нужную
кнопку, то окажусь в пределах именно Солнечной системы. На всякий случай
купил для бортового компьютера новые навигационные программы, а также лучшие
программы обработки нештатных ситуаций, которые только удалось найти. Затем,
решив, что путешествовать на голодном пайке мне не к лицу, приобрел новейшее
достижение тетронской органотехники - интегральную термосинтетическую
систему, способную производить еду, перерабатывать продукты
жизнедеятельности, регулировать параметры атмосферы, давать
биолюминесцентное свечение и служить маломощным источником тока, причем все
это исключительно с использованием органических технологий; никаких
встроенных живых организмов в ней не было. Страшно вспомнить, что во время
перелета на Асгард нам приходилось питаться бактериальным супчиком и
грибковой плесенью. Отвратительная пища и жуткая вонь.
Когда все было готово и мой корабль стал первоклассным транспортным
средством, я в последний раз поднялся по Небесной Переправе, чтобы сказать
"оревуар" доброму старому Асгарду. Тогда я не был уверен, вернусь ли сюда
еще когда-нибудь.
Да и вообще ни в чем уверен не был.
Звездолеты - очень быстрые корабли. При полете светящиеся объекты снаружи
превращаются в тягучие световые нити, словно растекаясь по плоской крышке
стола. Но и расстояния в галактике не маленькие; лететь к Земле - это не
речку переплыть.
В дорогу я прихватил диски с записями музыкальных и художественных
произведений. Еще у меня была центрифуга для создания искусственной силы
тяжести и различные тренажеры. Какое-то время они скрашивали мое
одиночество, но под конец пришлось заняться поисками новых, еще не
опробованных развлечений.
Вот тогда-то мне и стукнула в голову мысль взяться за воспоминания, после
чего я немедля включил магнитофон. Не скажу, что скрупулезное описание
событий - блаженное времяпрепровождение: я не писатель, поэтому
сочинительство давалось мне с превеликим трудом. Публиковать написанное в
мои намерения не входило, ибо в записках содержалась весьма щекотливая
информация об истинной судьбе андроида: Сюзарма Лир полагала, что уничтожила
его собственноручно, а я, описывая все, как было в действительности, в
глубине души испытывал удовлетворение.
Работа закончилась за несколько дней до выхода из свернутого
пространства, после чего я должен был обычным ходом пересечь границу
Солнечной системы. Но из шнекового канала я вывалился вовсе не там, где
хотел. Думаю, навигационные системы и без того совершили чудо, доставив
корабль в такую крохотную точку, как Солнечная система; бессмысленно
ожидать, что вас подкатят прямо к порогу нужной вам планеты. До Земли еще
было ой как далеко, до астероидного пояса тоже. Поблизости оказался лишь
Уран.
На Уране я не бывал. Насколько мне известно, этим вообще мало кто может
похвастать, однако, еще когда я жил в системе, отдельные смельчаки начали
заселять его луны и кольца. Обычное сканирование, произведенное корабельным
оборудованием, показало, что по соседству с планетой существовал крохотный
обитаемый планетоид с жизнерадостным названием Весельчак. Мой корабль
немедленно был занесен в его регистрационный журнал, а бортовой компьютер
передал положенные данные, получив в ответ кучу обычной в таких случаях
цифири касательно Весельчака: размеры и физические характеристики
планетоида, численность населения и прочее, и прочее. Я и не подумал
выводить всю ее на экран, а отобрал лишь главное. На планетоиде жили
восемьсот человек; все, кроме, пожалуй, дюжины, - штатские. Основное занятие
- картография и сбор научных данных. Все это хорошо, но малоинтересно.
В контакт они вступили первыми. Видимо, их компьютеры переварили
полученную информацию чуть быстрее, чем мой, или же потому, что обитатели
планетоида более серьезно относятся к соблюдению приличий, нежели ваш
покорный слуга. В своем послании они весьма дружелюбно пригласили меня
пришвартоваться в их доке. Я подумал, что, наверное, не так уж часто в этот
маленький мирок, где все друг друга знают, заглядывают странники. И уж
конечно, путешественник, который может многое поведать о тайнах Вселенной,
будет для них желанным гостем.
Тут я понял, что давно пора попробовать: каково это - оказаться в шкуре
светского льва. И я решил погостить здесь денек-другой.
"Ведь ничего плохого в этом нет, правда?" - спросил я самого себя.
Но очень скоро выяснилось, что человек, живущий в интересные времена,
ошибается чаще, чем другие.
Полет до планетоида занял почти два дня. По пути мой компьютер
бесперебойно поддерживал дружескую беседу с компьютером этой микропланеты,
ведь вести голосовую связь во время работы пространственного компрессора
невозможно. Когда речевой контакт с хозяевами планеты стал наконец возможен,
это уже стало неактуально, ибо очень скоро я должен был предстать перед ними
воочию.
Договариваться о скучных подробностях захода в док я предоставил машине,
а сам тем временем умылся и распаковал чемодан с лучшим своим гардеробом.
Поверх всего я надел спецовку из тонкой пленки, чтобы не запачкаться, когда
буду лезть по переходному рукаву в причальный шлюз. Считается, что
гравитационный колодец, именуемый Земля, оставил понятие "грязь" в далеком
прошлом, но вы сами знаете, как оно бывает в действительности. Протискиваясь
по рукаву, я думал, насколько приятно будет снова ощутить силу тяжести,
вызванную вращением. Уже влезая в шлюз, я предвкушал наслаждение от ждущего
впереди ощущения легкой гравитации. Сам шлюз, естественно, располагался на
оси станции и не вращался, но я-то знал, что заветная сила тяготения уже
совсем близко.
Внутри шлюза, забитого какой-то аппаратурой, никого не было. Помимо
обычных шлюзовых камер, здесь стояли, едва заметные на фоне навороченных
вокруг труб и шлангов, стальные барабаны около полутора метров в высоту и
одного метра в диаметре, снабженные кнопочными пультами и предупредительными
надписями. Я не стал к ним особо приглядываться, а сразу же направился к
люку, где начиналась лестница, по которой явно можно было выйти к жилым
отсекам станции.
Даже не спускаясь, а скорее протягивая себя вниз по лестнице, я настолько
увлекся ощущениями от медленно прибывавшей силы тяжести, что, выйдя из люка,
не сразу заметил, что состав встречавшей меня делегации несколько неожидан.
На меня смотрели лица, далеко не дружественные. Все внутри оборвалось,
когда я понял, что физиономии эти принадлежат мускулистым ребятам, одетым в
форму военно-космических сил; и совсем стало кисло, когда я увидел, что один
из них - лейтенант - навел на меня пистолет.
Единственное, что пришло мне в голову: "Кажется, я опять попал в дерьмо".
Кто однажды побывал под дулом нацеленного на него армейского пистолета,
тот вряд ли захочет повторить этот опыт.
Чисто рефлекторно, не имея ни малейшего намерения бежать, я повернулся к
люку, через который только что вошел. Но мне уже успели перекрыть путь к
отступлению. Слишком замедленны оказались мои реакции,
...Закладка в соц.сетях
