Жанр: Фантастика
Инквизитор
...гилы, брызнули ошметки темного, фанерная табличка на кресте
потемнела и задымилась, написанные краской буквы вспыхнули, на сухой земле
появилось несколько глубоких трещин, из которых потянуло гнилью и жаром, как совсем
недавно из могилы, возродившей Инквизитора. Невероятный по своей глубине крик боли
разнесся над кладбищем, но услышать освобожденного Хранителя могли лишь существа,
чьим родным домом был Тесил. И увидеть ослепительную вспышку вырвавшейся из
объятий гибнущего паука души тоже.
- Иди с миром, Хранитель. Да будет ярок твой Свет, - прошептал Лард.
Что ж, больше ему здесь делать нечего. Пора отправляться в Убежище. К сожалению,
пока он не мог перемешаться в пространстве мгновенно, как это делали дархи. "Шаг
света" был недоступен ему. Инквизитор использовал иные силы, просачиваясь сквозь
плоть Творения. Но для этого ему требовалось слиться с миром, а значит, хотя бы начать
третий цикл Воплощения. Пока Лард имел лишь незавершенный второй. Значит, ему
требовался вполне реальный транспорт. Лучше всего такси. Только как его вызвать
отсюда? Столь популярным средством коммуникаций, как мобильный телефон, Лард не
обзавелся. Мог забрать игрушку у первого встречного еще в магазине, но сразу понял
бесполезность затеи. Пока он не станет частью Творения, его энергия обладает сильным
фоном, значительно более ощутимым, чем магия дарха. Первое же боевое заклинание или
трансформация сожгут нежную электронную начинку.
Впрочем, Лард не слишком расстраивался. Наступило утро, улицы заполнялись
людьми, на дорогах появились первые машины. "Уговорить" кого-нибудь подвезти его до
нужного места не составляло большого труда. Люди созданы, чтобы служить дэвам. В той
же мере, что и дэвы, рожденные служить людям. Шутка Творца, замкнувшего однажды
круг мироздания. Или ошибка, как считали многие дархи. Силиорд вынужден был
оберегать от Тьмы Творения, чтобы Тьма не сокрушила в итоге Силиорд. Разве это может
быть планом Создателя? Хотя, что люди и дэвы могут знать о планах существа, чья суть
непостижима. Они даже не знают, можно ли назвать Творца существом? Можно ли его
вообще хоть как-то назвать.
Выйдя с кладбища, Лард сорвал с земли широкий лист подорожника, остановился на
обочине проселочной дороги и стал ждать, пока прибудет "его" транспорт. Ожидание
оказалось недолгим. Спустя несколько минут, поднимая клубы пыли, на дороге появилась
старенькая "Волга", резво скачущая по российским ухабинам. Не спеша подняв руку,
Лард вяло махнул водителю. Приблизившись, машина остановилась. Не могла не
остановиться. Повелительная магия дэва работала безотказно. Но, как это обычно бывало,
спешащий по своим делам человек даже не задумался, почему вдруг остановился возле
поворота на старое кладбище, испытывая страстное желание подвезти голосующего в
столь ранний час одинокого незнакомца. Просто увидел человека на обочине и решил
остановиться. А то, что он уже порядком опаздывал на работу, забылось как-то само
собой.
- Тебе куда? - жизнерадостно спросил водитель, высовываясь из окна.
- Тут хутор один есть, километров двадцать пять отсюда, не больше. Подбрось, будь
другом. А я уж отблагодарю, - проговорил Лард.
- Ну, спасибо в карман не положишь. У тебя чего там? - водитель кивнул на руку
Ларда, сжимающую подорожник.
- Зелень, - улыбнулся Инквизитор, протягивая ему уже успевший немного завянуть
листок и предлагая человеку самому решить, что он получает от дэва.
- А, зелень! - обрадовался водитель, моментально пряча листок подорожника в
нагрудный карман рубашки. - Это хорошо. Я баксы люблю. А за такую сумму и по городу
покатать могу.
- Не надо. Просто доставь меня на место, - проговорил Лард.
- Давай, садись, - "разрешил" водитель, будто могло быть как-то иначе.
Инквизитор обошел машину, сел рядом с водителем.
- Так куда тебе? - уточнил тот, но, встретившись на секунду со взглядом дэва,
несколько раз быстро моргнул, тряхнул головой и пробормотал негромко, словно
обращаясь к самому себе: - Ах, ну да, конечно.
Теперь он точно знал место, куда должен доставить своего пассажира. Знал весь путь
до мельчайших подробностей и даже тот злосчастный поворот, который никак не
удавалось отыскать незадачливому участковому Олегу. Впрочем, не надолго. Когда спустя
полчаса он высадил Инквизитора возле поворота на хутор, повелительная магия начала
терять свою силу, постепенно приводя жертву дэва в норму. По расчетам Ларда человек
должен был опомниться едва приедет на работу, совершенно забыв, что его так задержало
в пути и заставило опоздать почти на час. Но, как и прежде, Инквизитора уже не
интересовали возможные проблемы его "извозчика" с начальством. Он спешил. Пока
Инквизитор добирался до Убежища, он почувствовал три довольно ощутимых
энергетических выброса. Сначала один, объемный и бесформенный, по своей зыбкой
структуре больше всего похожий на "Ментальный шторм". Затем еще два. Хорошо
проработанное заклинание структурного построения, нечто вроде щита и снова
неоформленное и спонтанное ударное заклинание, неумелое, но мощное, словно его
формировал Древний, едва пробудившийся после сильной попойки. Другого сравнения в
голову Ларда почему-то не приходило. Возможно, мешали знания и опыт, полученные из
испитых жизней трех ничтожеств, осужденных им прошлой ночью на кладбище. Слишком
много мусора было в их пропитанных спиртом и наркотиками головах.
Не дожидаясь, пока "Волга" скроется вдали, Лард решительно направился к хутору.
Похоже, он опоздал к чему-то очень важному и теперь спешил наверстать упущенное.
Если здесь был бой и из-за его нерасторопности кто-то погиб, Инквизитор себе этого не
простит. В спешке он даже забыл вернуть свое тело в Тесил, и его появление на поляне
стало для оклемавшихся после удара Дайланы подис настоящим подарком. Уже
сообразив, что их жертвы ушли, бойцы в бессильной злобе метались по хутору,
совершенно не представляя, что делать дальше. Докладывать о своем провале хозяевам
никто не решался. Всем страстно хотелось жить. А появление нового персонажа давало
им шанс хоть как-то реабилитировать себя в глазах дархов. Прибывшие в Убежище подис
входили в круг высшего посвящения. Сразу смекнув, что дорогу на хутор мог отыскать
только дарх или кампер, они довольно верно рассудили - если это дарх, то только дарх
Света, ибо темный к Убежищу приблизиться не может; если кампер, то тоже скорее всего
святоша, ибо лишь единицы из числа камперов вставали на сторону Тьмы и большинство
из них были известны. Вот почему, даже не дожидаясь прояснения ситуации, подис
дружно передернули затворы автоматов, открывая по гостю шквальный огонь. Радушный
прием, нечего сказать. Переходить в Тесил уже не имело смысла, для подис Лард был
сейчас центром внимания, они не сводили с него взглядов ни на мгновение, как учили их
хозяева. Пока пристально смотришь на дарха, его можно видеть, даже если тот переходит
в другую реальность. Отвлечешься хоть на миг - и уже не отыщешь его глазами, даже если
будешь точно знать, где он. Но подис не отвлекались. Они были прекрасно
натренированы. Это были не тупые бойцы, а настоящая элита. По крайней мере,
большинство. Впрочем, Лард и не пытался скрыться. Зачем, ведь вокруг всего лишь люди.
- Прекратить! - приказал Инквизитор, едва первые очереди ударили по нему, и
стрельба моментально стихла, так и не успев толком начаться. Люди не могли
противиться приказу дэва. Опустив автоматы, они растерянно переглядывались, не
понимая, почему так дружно перестали расстреливать свою жертву, будучи точно
уверенными, что он их враг. Но никто даже не попытался поднять ствол автомата и
повторить попытку. Никто, ибо это были обычные люди. Инквизитор контролировал
каждое их движение. Вот только слишком поздно он понял, что среди подис находится
неуязвимый даже для повелительной магии кампер. И гранату, выпущенную в него из
подствольного гранатомета, заметил, только когда увернуться или остановить ее было уже
невозможно. Не осталось времени даже на испуг.
Не завершившее Воплощение тело Инквизитора было столь же уязвимо, как и тело
обычного человека. Броня, магия защиты, иммунитет и прочее должны были появиться
значительно позже, а пока...
Прогремел взрыв. Словно в безумном сне Лард почувствовал, как в его груди
зарождается пожар, как тело насыщается огнем и болью, рвется на части, как горит плоть,
трещат вырванные из суставов кости. И как наступает темнота, в которую мгновенно
проваливается агонизирующее сознание. Спустя бесконечность, сжатую в один короткий
миг, темноту пронизывает робкий лучик света, зовущий и манящий.
Угодившая в грудь дэву граната поработала на славу, разметав плоть несчастного на
сотни кусков. Дымящиеся кровавые ошметки разлетелись во все стороны, не оставляя от
тела Ларда практически ничего. Исключением являлись левая половина лица с
застывшим выражением изумления в уцелевшем глазу, кисть правой руки и лежащие
поодаль друг от друга ноги. Правая чуть выше колена, левая чуть ниже. На ветвях сосны, в
нескольких метрах над землей болтался извращенным украшением вырванный фрагмент
позвоночника в десяток позвонков. Все остальное было измельчено до неузнаваемости. В
воздухе повисло огромное облако из кровавой пыли и дыма, медленно опускающееся на
землю.
Немного переведя дух, осмелевшие подис приблизились к останкам Инквизитора, с
отвращением и восхищением - кто как - разглядывая их.
- Чем это ты его? - спросил один из бойцов, оглядывая уцелевший фрагмент лица
Ларда.
- Специальный состав, как раз для таких тварей, как эта, - ответил кампер,
самодовольно поглаживая ствол гранатомета. Он не успел использовать свое оружие,
когда пытался остановить Хранителя и ведьму, но зато теперь с лихвой отыгрался на этом
странном госте. - В клочья разрывает. Чтоб наверняка. Даже серебра не нужно.
- А кто это хоть был? Может, человек обычный?
- И именно поэтому при первом же его требовании вы, словно стадо баранов,
перестали стрелять и опустили оружие? - усмехнулся кампер. - Да какая теперь разница -
человек, кампер, дарх. Все равно он сдох, после такого никто не выживает, даже самые
крутые и самые Древние. Уж поверь мне.
Собеседник кампера хотел поверить, очень хотел, но его взгляд уже был устремлен
куда-то за спину гранатометчика, и во взгляде этом не было ничего, кроме изумления,
смешанного с ужасом.
- Отличился, стрелок? - услышал кампер мягкий и ровный голос прямо за своей
спиной.
Медленно, словно боясь спугнуть говорящего, гранатометчик обернулся, и автомат,
внушающий до сего момента столько уверенности, сам по себе вывалился из ослабевших
пальцев несчастного.
- Это всего лишь плоть Творения. А плоть так легко восстановить...
Перед ним стояла его жертва. Мужчина был цел и невредим, словно его тело не
разбросало по всей поляне ошметками дымящейся плоти. Эти кусочки еще не успели
остыть! Но сейчас даже элегантный костюм Инквизитора, обгоревший рукав которого
болтался на оградке возле дома, оказался цел и невредим. Это было не просто
возрождение дарха. Это было полное восстановление. И если кампер не ошибался,
подобной способностью обладало только одно существо...
- Дэв... - прошептал гранатометчик, понимая, что ему уже не суждено увидеть
обещанное дархами Начало Тьмы.
- Ага, - улыбнувшись лучезарной улыбкой, ответил Инквизитор и показал камперу
правую руку, фаланги пальцев которой медленно "прорастали" прорывающими тонкую
кожу стальными бритвами. - Моя очередь,
Дальше была бессмысленная стрельба, крики и боль. Меч Господень, воин
сумеречного Силиорда начал Инквизицию. Сегодня, как и много сотен лет назад, Лард
вновь стал Его гневом.
26
Борис не стал рассказывать Олегу всего. Он не знал, как отреагирует участковый на
историю про "грядки Господни". Не нужно было ему пока этого знать. Может, позже,
если им всем повезет прожить достаточно долго. А пока Хранитель ограничился версией
о войне Света и Тьмы. В принципе, ничего нового он Олегу не поведал, история
противостояния добра и зла стара как мир, но конкретную ситуацию новоиспеченный
дарх обрисовал достаточно хорошо, так что участковый теперь мог хоть как-то
ориентироваться в происходящем. Как любому здравомыслящему человеку, верилось ему
во все это с трудом, но Борис видел, что Олег старается принять и правильно осмыслить
все услышанное. И Хранитель был благодарен за это. Похоже, ему удалось встретить
действительно хорошего человека. Дарх чувствовал это. Причем чувствовал так сильно и
отчетливо, словно читал мысли милиционера. Чувствовать мысли другого было странно,
но не более странно, чем неожиданно для себя начать создавать заклинания, точно зная,
что никогда в жизни ты не мог делать этого.
А ведь Борис действительно создал заклинание! Он сформировал его! Неумело, грубо и
угловато, но создал настоящее заклинание! Как маг. Как дарх! И это было невероятно.
Только теперь, спустя некоторое время Борис начал понимать, что с самого утра с ним
было что-то не так. Изменился он сам, изменилось его мироощущение. Дайлана знала это,
наверняка почувствовала, когда утром спросила про Гекату. Но побоялась сказать
напрямую. Словно ждала чего-то, ждала, что он сам все поймет. А он, дурак, ничего не
заметил. Голова была забита другим. А если разобраться, все началось даже не со
странного утреннего сна, а в тот момент, когда ночью его ранил оборотень. Должно быть,
именно поэтому так спешила ведьма, умоляя Бориса вернуться на хутор, именно поэтому
Убежище не сразу приняло его, почуяв разбавленную пока кровь дарха. Но разве он дарх?
Ведьма сказала, что для Обращения требуется сложный обряд. А с ним его никто не
проводил. Да Борис и не согласился бы, наверно. Он родился человеком, человеком
планировал умереть. Раньше. Похоже, решение приняли за него. Интересно, а может ли
он вернуться назад? Кстати, если Борис дарх, то почему Олег видит его? Со слов Дайланы
молодой человек уяснил, что тело дарха существует вне обычного мира, в Тесиле -
микросмещении реальности, позволяющем видеть все грани мира, делая при этом самого
дарха незаметным для существ, рожденных в Творении. Значит, если он стал дархом,
участковый не должен видеть его. Или же он пока не дарх? Может, полная
трансформация занимает какое-то время?
Но спросить было не у кого. Олег сам ничего не знал, Дайлана была без сознания и
едва цеплялась за жизнь. Борис чувствовал, что ее организм уже не в силах
восстанавливаться, истощенный последним заклинанием ведьмы, а вся энергия,
получаемая через "Глаз Мира", уходит на поддержание жизни в ослабевшем теле
девушки. Стоит его снять, и ведьма обречена. Но, кажется, Хранитель знал, как может
помочь ведьме. Главное, не ошибиться. Иначе Борис рисковал просто убить ее.
Церквушка была небольшой и довольно симпатичной, отстроенной совсем недавно на
месте старого храма, уничтоженного в свое время коммунопоклонниками, за что
дьяволопоклонники им аплодировали едва ли не в открытую. К счастью, разрушили
безумцы лишь стены. Свет храма остался нетронутым. И теперь, спустя многие годы,
вновь служил людям, вычищая Тьму из их сердец и душ.
Едва только машина участкового остановилась возле церковных ворот, Борис рывком
распахнул дверцу и, осторожно взяв Дайлану на руки, быстро направился к дверям храма.
Сейчас никакой службы в церкви не велось, но дверь была приоткрыта, и Борис
решительно шагнул внутрь, ожидая наихудшего. Опыт прошедших дней подсказывал, что
его могут запросто вышвырнуть за порог. Причем способом, механизм действия которого
он так пока и не понял. Но ничего не произошло. Здесь не было никаких Бледных Границ.
Двери этого Дома были открыты каждому, кто желал войти. Дайлана тихонько застонала,
мучительно сжав руки в кулаки, когда зарожденная обрядом Осквернения Тьма ее души
нервно дернулась внутри, потревоженная очистительным Светом храма. Хранитель
почувствовал боль ведьмы, распустившуюся в его сознании огромным багровым цветком.
Но пока Борис никак не мог помочь девушке. Он уже сделал все, что мог. Теперь настала
очередь других...
- Могу я вам помочь?
Священник, если это, конечно, был он, стоял сейчас около иконостаса, спокойно
протирая тряпочкой свои очки. На вид ему было около сорока, среднего роста, крепкого
телосложения, с аккуратной бородкой и длинными, ниже плеч, волосами. Больше всего
смущала одежда - потертые джинсы и серая рубашка.
- Вы священник? - спросил Борис, остановившись.
- Да, это я, - ответил мужчина. - Отец Василий.
- Отлично. - Борис пробежал глазами по помещению, отыскивая, куда положить
Дайлану. Увидев лавку, стоящую у стены, он осторожно опустил на нее едва живую
ведьму и, повернувшись к недоумевающему священнику, проговорил: - Помогите ей,
батюшка.
- Что с ней? - спросил отец Василий, подходя ближе. - Она ранена?
Борис боялся, что священник не увидит Дайлану, вновь перешедшую в Тесил, но,
очевидно, в церкви понятия смещенных реальностей не существовало в принципе. Здесь
была только одна реальность - реальность Творца. И даже обычный человек видел здесь
истинный лик Бытия.
- Она ранена, она умирает, - ответил Хранитель. - Только не советуйте отвезти ее в
больницу. Там ее убьют. Если не врачи, так те, кто охотится за нами.
- Тогда чем я могу помочь? - удивился батюшка. - Я не врач.
- Вы умеете изгонять бесов?
Борис увидел, как брови священника медленно ползут вверх после столь неожиданного
вопроса.
- Что? - на всякий случай переспросил отец Василий. Перед ним стоял молодой парень
с бешеным блеском в глазах и огромной кровоточащей раной, глубокой бороздой
уродующей щеку. Рядом лежала полуголая девушка в разорванной окровавленной
рубашке, из-под которой виднелись пропитанные кровью бинты, стягивающие юное тело.
Кажется, девушка действительно умирала, а молодой человек находился на грани безумия.
Таких посетителей в этой церкви еще не было. Вызов милиции вкупе со "скорой" был
самым естественным желанием батюшки.
- Изгнать бесов, отчитать или как там это у вас называется. Вы должны уметь! -
нетерпеливо повторил Борис.
- Молодой человек,' мне кажется, вы обратились не по адресу, - спокойно проговорил
отец Василий. - Вам обоим, несомненно, нужна помощь. Но не та, о которой просите вы.
- Помогите ему, батюшка.
В церковь вошел Олег. Появление человека, облаченного в милицейскую форму,
сделало свое дело. Отец Василий начал воспринимать происходящее несколько иначе, не
понимая, впрочем, что происходит. Не он первый, не он последний. Никто и не стремился
ему что-либо объяснить.
- Это сложный обряд, его не проводят вот так просто. Тем более что я ни разу не делал
этого, - проговорил отец Василий.
Похоже, он был не на шутку озадачен.
- Значит, сегодня будет первый раз, - твердо заявил Борис - И не надо спорить.
- Послушайте меня. Если это какая-то глупая шутка, то я...
- Вы послушайте меня, - перебил батюшку Борис - Эта девушка умирает. Ей не помогут
никакие врачи. Сейчас только вы стоите между нею и смертью. Поверьте, если бы был
другой способ, я воспользовался бы им, не раздумывая. Но ничего не осталось.
Пожалуйста, спасите ее.
Неожиданно для самого себя Борис опустился перед отцом Василием на колени,
смиренно склонив голову. Он не приказывал, он не просил. Он умолял.
- Я даже не знаю, получится ли у меня, - промямлил растерянно батюшка. - Мне нужно
время, чтобы подготовиться. - Он бросил взгляд на тело ведьмы и понял, что сморозил
глупость. Речь шла не о днях и часах. Речь шла о минутах.
- Хорошо, я попробую, - согласился он и перекрестился. - Да поможет мне Бог.
- Спасибо, батюшка, - облегченно вздохнул Борис.
- Она крещеная? У нее есть крестик? - спросил батюшка.
- Крестик есть, - неуверенно ответил Борис, решив не уточнять, чем на самом деле
является "Глаз мира" на шее ведьмы.
Это было совершенно не важно в данный момент. Символы веры не имели значения,
это всего лишь символы, не более того. У христиан одни, у мусульман другие. У кого на
что хватило фантазии в свое время. Значение имела сама вера. Духовная сила. Именно с
ее помощью священник мог сейчас спасти Дайлану, выдернуть ее из омута Тьмы. Разбить
печать Осквернения, наложенную ею самой. Жаль, что этой силы не хватит для битвы с
дархами.
- Но я не знаю, крещеная ли она. Вы все равно проведите обряд. Спасите ее.
- Это опасно в ее положении. Вы когда-нибудь видели, что происходит с людьми, из
которых изгоняют бесов? - честно предупредил отец Василий.
Он не пытался напугать странных гостей. Он знал, что говорит. Бесноватые, если
девушка на самом деле была таковой, вели себя совершенно неестественно, с точки
зрения нормальных людей, когда священник начинал читать над ними свои молитвы.
Богохульные речи и внезапные истерики, сопровождаемые судорогами и конвульсиями,
были лишь вершиной айсберга. Случались вещи и похуже. Все зависело от силы и
количества бесов, сидящих в человеке. Отец Василий ни разу не проводил этого обряда,
церковь вообще не одобряла подобной практики, но несколько раз присутствовал при
изгнании ранее, когда служил в другой церкви. И, исходя из полученного опыта, мог
сделать вывод, что раненая девушка просто не выдержит этого.
- Я знаю, что это такое, - отмахнулся Борис - И я все прекрасно понимаю. Но у меня
просто нет выхода. Или так, или она все равно умрет. Дайте ей шанс.
- Почему это так важно? - спросил батюшка.
Он до сих пор не понимал, зачем проводить обряд экзорцизма над раненой девушкой,
вполне возможно обрекая ее на смерть, вместо того чтобы везти ее в больницу, где еще
могут попытаться помочь бедняжке квалифицированные специалисты.
- Объяснять слишком долго, - ответил Борис, голос которого был исполнен мольбы и
нетерпения.
Он не мог, да и не хотел ничего объяснять. Стоит ему только сказать, что лежащая
сейчас в
храме Господнем женщина на самом деле умирающая шестисотлетняя ведьма, которой
нужно пройти обряд Очищения, чтобы снова иметь возможность "пить" жизни людей,
как священник откажется проводить экзорцизм даже под страхом смерти.
- Но если не поможете вы, ей уже ничто не поможет.
Наступила пауза. Недолгая. Просто священник осмысливал услышанное. Всегда тяжело
быть в ответе за чью-либо жизнь. А сейчас, когда отец Василий не понимал и половины
происходящего, - вдвойне.
- Мне нужно переодеться. Это не займет много времени, - решившись, наконец,
проговорил священник.
- Только быстрее, прошу вас, - поторопил его Борис и, когда отец Василий удалился,
повернулся к Олегу, стоящему в дверях:
- Мне здесь находиться, наверно, не стоит. Я не знаю, что со мной происходит, но
рисковать не хочу. Вдруг из-за моего присутствия что-то пойдет не так. Лучше я побуду на
улице.
- А я? - испугался участковый.
Он сам был не прочь подождать на улице, не становясь участником непонятного
обряда, но, похоже, Борис опередил его.
- Ты останься здесь. Поможешь батюшке, если что. А я действительно не могу
рисковать. Ты видел, что я сотворил с машиной? Вдруг во время обряда я не смогу
контролировать свою силу и натворю бед? Я ведь не знаю, как молитвы действуют на
дархов, если, конечно, я дарх.
- Куда я попал... - обреченно вздохнул Олег, но спорить не стал.
Борис подошел к Дайлане, склонился над ней, осторожно касаясь взглядом ее лица и
ощущая при этом все оттенки ее боли. Он хотел бы забрать эту боль, выпить ее всю одним
большим глотком, чтобы избавить девушку от страданий хоть на какое-то время, но этот
глоток убил бы ведьму, ибо вместе с болью он испил бы и ее Жизнь. Борис - обращенный
дарх. Сошар. А все сошар каннибалы. В отличие от нефалимов, они способны питаться
энергией других дархов. И молодой человек твердо знал, что теперь способен на это.
Умирая, Сатико Акутагава отдала ему все свои знания и Силу. Неосознанно, конечно.
Просто когда когти-иглы умирающей японки пронзили плечо Бориса, высвобожденная
жизненная энергия оборотня перетекла через рану в тело человека, мгновенно обратив его
в Древнего.
Такое случалось нечасто, всего несколько раз за всю историю Войны. Но случалось, и
тогда обычный человек, подчас даже не желая того, становился дархом, уже имеющим
приличный багаж унаследованных знаний и силы. Так случилось и с Борисом. Часть
знаний Сатико была утеряна, часть Силы растворилась, отторгнутая в момент обращения
неподготовленным к процессу телом Бориса. Но то, что осталось, начало постепенно
проявлять себя. Пока медленно и лениво, ибо процесс Обращения еще не был завершен.
Сейчас Борис был иедархом - так называли дархов, не принявших или отвергнувших по
каким-то причинам свою Изначальную Суть, как сделал это в свое время Андрей. Иедарх
не питался жизненной силой людей, старел, как простой смертный, и, хотя мог творить
заклинания, использование только собственной энергии сильно ограничивало его
магические способности, приравнивая к камперу. К счастью, энергия, полученная во
время Обращения от японки, пока переполняла Бориса.
- Только не уходи, - попросил он у Дайланы и, увидев, как возвращается переодевшийся
в служебную рясу батюшка, вышел из церкви.
- Куда он? - удивленно спросил отец Василий, растерянно посмотрев в спину
уходящему Хранителю.
- Ему не нужно здесь находиться, - не вдаваясь в подробности, ответил Олег. Впрочем,
подробностей он и не знал, находясь в почти таком же положении, что и священник. -
Если что, я помогу.
- Хорошо. - Отец Василий посмотрел на ведьму. - Давайте положим ее на пол. Так,
думаю, будет лучше.
Они с участковым переглянулись, и во взглядах обоих читалось одно и то же: "Боже
мой, что же я творю!" Когда Дайлана оказалась на полу, Олег хотел было отойти в
сторону, но батюшка остановил его:
- Постой. Будешь мне помогать. Если она начнет биться в конвульсиях, держи ее
крепче, иначе она ранит себя.
- Ладно, - согласился Олег и покорно опустился на колени рядом с девушкой.
Происходящее нравилось ему все меньше и меньше. Когда сегодня утром вездесущая
бабка Нюра позвонила ему с подаренного внуками мобильника и сообщила, что в сторону
"заколдованного" хутора проехали несколько дорогих иномарок, он сразу заподозрил
неладное,
...Поділитися у соцмережах
