Жанр: Фантастика

Вишневый самурай

сторінка №7

м вышли на набережную Среднеподьяческого канала и направились к
парадному входу в "Хрустальный грифон". Я двигался чуть впереди, Гонза прикрывал тыл. Я
изображал из себя богатого хорька, несколько подшофе, развязного и развратного до
безобразия. А Кубинец выдвигал нижнюю челюсть на манер бульдога и при любом резком
движении с улыбкой головореза, истосковавшегося по свежей крови, красноречиво тянулся к
правой подмышке.
Над парадным входом в "Хрустальный грифон" нависала стеклянная крыша, на
которой сидела гневная прозрачная птица, расправив крылья. Из глаз ее струился яркий алый
свет, двумя стрелами впивавшийся в серое здание напротив. От раздвижных стеклянных
дверей ковровая дорожка стелилась до причала. Возле входа дежурили два широкоплечих
бычка-охранника. К ним я и направился.
Шикарно улыбнувшись, хлопнул одного из них по плечу и заявил:
- Хочу помусорить деньгами!
Они оценили мой шарм мгновенно. Расступились, освобождая дорогу. Мыслительный
аппарат у некоторых цепных псов срабатывает лишь на хруст купюр.
Металлодетекторы, которые пришлось миновать, встретили меня приветственным
визгом. Завращались пожарные огни. Четыре пиджака с бейджиками, на которых вместо
привычного "секьюрити" отчего-то было написано "администратор", устремились ко мне,
напуская на лица виноватые выражения, явственно выдававшие их намерение учинить надо
мной пристрастный обыск.
- Спокойно, ребята. Жить нужно легко и непринужденно! - заявил я, потянувшись к
левой подмышке.
Мог бы подумать о металлодетекторах заранее и вытащить "бульдог" из кобуры. В
конце концов, не на войну собрался, а в гости к даме... Утешало одно: следом идет Кубинец.
Я предвкушал истерику, которую закатят "админы", когда он через них попробует пройти.
Я извлек револьвер и потряс им перед лицами обалдевших охранников.
- Имею разрешение... Чего делать будем? - ехидно спросил я, предчувствуя, что
придется прогуляться с оружием к "Икару" - иначе не впустят.
Пора из детективов переходить в предсказатели... Авгур доморощенный!
Прошедший через систему Кубинец, несмотря на то, что я отрекомендовал его личным
телохранителем, вызвал фурор. Детекторы сошли с ума и дребезжали, пока он не удалился от
них на расстояние нескольких метров.
- Извините... - дико смущаясь, расшаркался передо мной администратор. - Но мы
- частное заведение, сюда с оружием, даже если есть лицензия, строжайше запрещено.
Я напустил на лицо слезливо-капризное выражение и, не оборачиваясь к Кубинцу,
заявил:
- Слышал? Отнеси в катер!
Когда еще удастся безнаказанно Гонзой Кубинцем покомандовать?
Кубинец, сохраняя спокойствие, принял из моих рук оружие, с каменным выражением
лица развернулся и, ни слова не говоря, удалился. Вскоре его поглотил молочный сумрак
вечера. Я подумал, что из "Икара" он уже не вернется.
Пересек зону металлоискателя вновь, миновал холл и вбежал по ступенькам, укутанным
коврами.
Я оказался в огромном и ярко освещенном зале, уставленном столами для игры в карты,
в рулетку, в кости. Толпа разгоряченных людей перемещалась по помещению, азартно
предаваясь пороку.
Как тут найти Химеру?.. Идея посетить казино показалась мне уже не такой умной.
Ко мне подошел официант с подносом, на котором стояло несколько бокалов с
янтарной жидкостью, и предложил выпить.
Я с радостью подхватил бокал и, опрокинув его залпом, потребовал новый. Настой
виски на каком-то дереве... Не могу сказать, что виски внушает мне отвращение. У этого
напитка хотя бы есть вкус - в отличие от водки.
Ничего не оставалось, как отправиться в путешествие по залу в надежде обнаружить
случайно Химеру.
Безрезультатно проблуждал полчаса. Глаза устали от пестроты лиц и одежд. Я не
выпускал из рук бокал с виски, чтобы официанты не доставали бесплатной выпивкой. В
казино так заведено: выпивка всегда за счет заведения. Носят ее активно. Но если вы, чтолибо
выиграв, будете не в состоянии забрать выигрыш - что ж, ваши проблемы. Сетуйте на
пагубное воздействие алкоголя и отправляйтесь вон!
И часа не прошло, как мне повезло. Мелькнула знакомая мордашка, заставившая меня
сперва окаменеть, а затем выпасть в легкий осадок. Ноги превратились в студень. Сердце
яростно запрыгало, а душа срочно потребовала приступить к активным действиям и осадить
неприступную крепость всеми наличными войсками.
Я никогда не воспринимал Химеру как женщину - только как профессионалаохранника,
при надобности превращавшегося в хладнокровного убийцу. А ведь она еще и
стоит того, чтобы приударить за ней - со всеми вытекающими последствиями. В такую
влюбиться не грешно. В казино "Хрустальный грифон" она сразила меня наповал! Я был
готов нанять ее на вечную, круглосуточно оплачиваемую работу - лишь бы она постоянно
крутилась возле меня!.. Правда, тут же вспомнилось, что Химера имеет привычку пропадать
из виду и следовать за человеком тенью, не показываясь на глаза. Огорчительные издержки
профессии! Собрался было напиться в зюзю, но даже этого не смог себе позволить: ночью
ожидаются гости, так что Химера нужна исключительно для дела...
Она сидела за столиком в черном вечернем платье, увешанная драгоценностями, как
новогодняя елка. Рядом с ней исходил азартом пожилой карапуз с огромной, словно
посадочная площадка для вертолета, лысиной, покрытой крупными каплями пота. Химере
явно не нравилось находиться в его обществе. Она хмурилась, кривилась, при этом
потягивала какое-то вино с таким изяществом, что мое бедное несчастное сердце захотело
покинуть грудную клетку и устремиться в объятия красотки.

С трудом уняв дрожь в коленях, я направился к искомому столику самой своей изящной
хмельной походкой. Скользнув по мне взглядом, Химера уныло зевнула, опустошила бокал,
подозвала официанта и вручила ему пустую посудину. Я вальяжно опустился на стул
напротив нее, всем видом показывая, что необычайно увлечен, таю от ее чар в лужицу и
всячески надеюсь добиться взаимности.
Карапузу мое появление явно не понравилось. Напряглись трое охранников позади
него, готовые в любой момент вступить в бой. Игра носителя аэродрома перестала
интересовать.
Я что-то понес о небесной красоте девушки, своей преданности, вечной любви и тому
подобную чушь, норовя губами дотянуться до ручки Химеры, которую уже в течение
нескольких минут страстно пожимал. Карапуз вскипел, вырос из-за стола и попытался
схватить меня волосатыми жирными руками.
Я толкнул его в грудь и неприлично выругался. Неожиданно на помощь пришла
Химера, которая поняла, что, если я нарисовался в казино и мешаю ей работать, значит,
вопрос серьезный. Она ударила карапуза по лицу и послала его в такую даль, что даже я
покраснел.
Ко мне придвинулись охранники. Один все норовил схватить меня за шиворот и
выкинуть, но я оказался ему не по зубам. Подключились его товарищи, однако за их спинами
вовремя появился Гонза Кубинец. Он вклинился в секьюрити, как ледокол в торосы.
Ближнего к себе охранника отправил в полет через два стола, второй согнулся от серии
ударов в почки и печень и завалился на пол. Карапуз скис, но с мыслью остановить меня не
расстался.
Его мечтания оборвала Химера - двинула коленкой в междуножье и припечатала
сумочкой лысину. Карапуз скуксился и рухнул под стол. Приземление, видимо, не было
жестким - там уже лежал настил из бессознательных тел солдат его маленькой личной
армии.
За хулиганское поведение нас в три минуты выставили из казино без права когда-либо
туда возвратиться. Управляющий "Хрустальным грифоном" собирался вызвать полицию и
передать нас в ее справедливые руки, но быстро передумал: меня узнал начальник охраны
казино и посоветовал патрону не суетиться.
Оказавшись на улице, Химера зябко поежилась и недовольно заявила:
- Надеюсь, вам удастся все объяснить!
Она еще не знала, что мое сердце теперь предано ей безраздельно...

ГЛАВА 18


Собрав всех за большим столом в кухне, я обрисовал ситуацию. Рассказывая о
возможном визите непрошеных гостей, которые вполне могли быть грабителями с весьма
специфическими вкусами и запросами, заинтересованно следил за Табачником, невозмутимо
расставлявшим тарелки и выкладывавшим узором вилки и ножи. Я в ту минуту мало думал о
деле - больше меня занимала перспектива отужинать в обществе прекрасных дам. Это
удовольствие не мог омрачить даже факт присутствия за ужином Гонзы Кубинца,
взъевшегося на меня за то, что я заставил его исполнить роль оруженосца. Надолго ему
хватит ворчаний и упреков...
Ян Табачник одарил нас в тот вечер тушеным молодым кроликом с яблоками и в белом
вине. Кроличье мясо прямо таяло, коснувшись языка! Проглотив по порции, мы в один голос
потребовали добавки, которую и получили, несмотря на насупленные брови Табачника. Мясо
я запил литром светлого нефильтрованного пива. Подумал было, что стоит спуститься в
Хмельной подвал и хоть на йоту сдвинугь остановленный до лучших времен процесс, но...
Настенные часы, выполненные в виде двух бочонков пива, за какой-то надобностью
снабженных часовой, минутной и секундной стрелками, показывали семь. Рано, конечно,
однако если учесть, что ночь, вполне возможно, будет беспокойной, кратковременный отдых
никак не помешает. С тем я и покинул ставку главнокомандующего (кухню) до полуночи.
Поднимаясь на второй этаж, ломал голову, почему мы едим на кухне, а не как все
порядочные люди в столовой? К определенным выводам так и не пришел. Зато быстро
добрался до спальни, по дороге заглянув в библиотеку и вооружившись увесистым томом
Бориса Копытского.
Книга называлась "Пепельная голова". Странное название. На чтение совсем не
вдохновляло. Будь какой-нибудь другой автор, никогда бы не обратил на сей талмуд
внимания и не купил бы. Но Борис Копытский - прекраснейший стилист и философ!
Дебютировал несколько лет назад с романом "Сто лет женщин", который мгновенно стал
супербестселлером, обогатив ранее никому не известное провинциальное издательство. Я не
пожалел, что потратил на него время, как и на следующие три книги. "Пепельную голову"
пока не читал.
Предвкушая удовольствие от общения с любимым автором, забрался в постель. Открыл
первую страницу, проглотил два абзаца и не заметил, как заснул...
Кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Разлепив неохотно глаза, я обнаружил, что рядом
сидит Гонза Кубинец, ехидно ухмыляясь.
- Что? К нам уже вломились? - зевнул я.
- Нет. Но ты вроде говорил, что спустишься в полночь... - напомнил Гонза.
- И? - Так и не понял, что он имеет в виду.
- Уже половина первого, - сообщил Кубинец. - Ты, похоже, намерен всю работу
свалить на меня и девочек? Твой коронный стиль!
Я отмахнулся от Гонзы, выбрался из постели и посмотрел на себя в зеркало - выглядел
не ахти как... Костюм помялся (раздеться перед сном я не удосужился). Хорошо хоть не в
шляпе...

- Через десять минут спущусь, - пообещал я.
- Вообще-то твое присутствие необязательно, - порадовал меня Гонза.
- Тогда за каким будил? - возмутился я.
- Маленькая месть, - пояснил Кубинец, поспешно покидая комнату, пока она не
превратилась в полигой для испытания ядерного оружия ближнего действия.
Рассудив, что заснуть все равно уже не удастся, я решил спуститься к обществу.
Старался идти бесшумно, чтобы мое появление не было воспринято как блуждание стада
носорогов. Но армия была начеку. Сфинкс накинулась на меня, как только я ступил на
твердую палубу первого этажа. Сбила с ног, повалила на пол и заломила руки за спину. Не
знаю уж, за кого она меня приняла, но вежливого обращения не встретил. Лишь объявив, кто
я и зачем приперся вниз, топая как слон в музее древнегреческого искусства, добился
освобождения.
Разобидевшись на весь мир, забрел на кухню, где провел ревизию пивных запасов. То
ли Ян Табачник воспользовался моим приглашением и совершил разбойничий налет на
пивной арсенал, то ли гарнизон осажденной крепости внезапно сошел с ума от жажды - в
наличии имелось всего две поллитровые бутылки. А ведь еще утром я лично насчитал в
холодильнике два десятка!
Вытащив добычу, на цыпочках пробрался в гостевой кабинет. Впотьмах двигаться по
холлу, пусть и пустому, весьма сложно. Так и норовишь наступить на чью-то ногу, сбить вазу
с цветами, которая неизвестно как выросла на твоем пути...
Достигнув цели, я упал в свое кресло, закинул ноги на стол, одну бутылку отставил,
вторую же принялся приходовать. Потягивал пиво, закрыв глаза и наслаждаясь тишиной. В
кои-то веки этот дом не разрывался от воплей Гонзы Кубинца и иных посторонних,
стремившихся подключить меня к розыску кого-то, к поиску преступников и пропавших
драгоценностей...
И не заметил, как отключился, выронив бутылку. Слава богу, она уже пустела - иначе
на ковре образовалось бы Ладожское озеро.
Очнулся я от грохота. Задел нечаянно злосчастную посудину, которая лавиной
покатилась по полу и была остановлена ножкой гостевого кресла. От неожиданности я
подскочил, озираясь по сторонам в поисках вломившихся в мой дом грабителей. Мозг не
сразу осознал, что сам я и есть источник переполоха.
Отдышавшись во мраке, совсем собрался вернуться в кресло, но уловил тихий шорох,
идущий от окна. Замерев на месте, стал ждать, превратившись в живую статую... Неплохая
идея - подрабатывать на улицах Петрополиса подобным образом! Когда решу бросить
работу детектива и не захочу больше варить пиво, искупаюсь в серебряной краске и замру на
каком-нибудь углу с огромной широкополой шляпой в руке!
Пока я сочинял композицию, выбирая, кем мне лучше выступить - Робин Гудом,
Иваном Сусаниным или Иоанном Грозным? - шорох усилился, перерос в глухой скрежет.
Заколыхались шторы, и в кабинет ввалилась первая нескладная фигура. Взломщик
повернулся спиной, помогая забраться кому-то еще. Я одним прыжком преодолел расстояние
между нами и попытался сбить его с ног, но был отброшен в сторону нечеловеческой силой.
Ударился о шкаф, из которого посыпались на мою черепушку книги и папки с бумагами. В
полете опрокинул монитор, разлетевшийся вдребезги. Похоже, счет к семейству Епифановых
увеличился...
Осознав, что они обнаружены, посетители попытались смыться с места преступления
тем же путем, но потерпели в этом предприятии фиаско. Кто-то вбросил их обратно в окно.
Посыпалось разбитое стекло. С осколками в кабинет запрыгнула грациозная серая фигура и
тут же накинулась на попытавшегося встать на ноги "гостя".
Дверь гостевого кабинета распахнулась. Сноп яркого света ударил в глаза. Когда зрение
восстановилось, я обнаружил двух амбалов, которые сидели на полу, накрепко связанные.
Возле них стояли Сфинкс и Химера. Гонза Кубинец в ночной пижаме подпирал дверной
косяк, почесываясь и позевывая.
- Вы этих ждали? - поинтересовалась Химера.
От ее голоса я собрался было растаять, но подумал, что делать это прилюдно - все
равно что предложить интимную близость на арене Петропольского цирка.
- Хрен их разберет! - Я неторопливо поднялся на ноги.
Кубинец рассмотрел на полу разбитый монитор и театрально закатил глаза.
Забравшиеся к нам личности не представляли из себя ничего сверхъестественного. С
подобными за последний день я сталкивался неоднократно. Взять хотя бы, к примеру, весь
штат администраторов казино "Хрустальный грифон"...
- Давайте запрем этих жмуриков куда-нибудь до утра, а утром разберемся, -
предложил я.
"Гостям" очень не понравилось существительное "жмурик", примененное к их
персонам. Но кто спрашивал их мнение?
Сфинкс подхватила одного, Химера вздыбила другого, вывернув его связанные руки на
излом.
- Куда вести арестантов?
- Если поместить их в Хмельной, то есть микроскопический шанс недосчитаться
потом продукции... Лучше привяжем их к печной трубе на крыше!
Сфинкс хохотнула. Химера саркастически ухмыльнулась. Кубинец посмотрел на меня,
как на умалишенного.
- А что? Конечно, не лучшее знамя для агентства, однако, по крайней мере, будем
уверены, что они не сбегут: прыгать с нашей крыши небезопасно... - развил я свою мысль.
Судя по гнусным физиономиям пришельцев, они вообразили сначала, что их берут на
испуг. Когда же Химера и Сфинкс поволокли их за мной на чердак, а затем на крышу,
спокойствия у них поубавилось. Они взирали на меня, как провинившиеся карапузы на злого
папашу, который снял ремень в воспитательном раже.

Сфинкс накрепко привязала обоих к печной трубе, которая давно торчала без дела,
поскольку дом был подключен к центральному отоплению. На улице разгулялся прохладный
ветерок. Мы поспешили ретироваться в дом, не беспокоясь о том, что ночные гости дикими
воплями поставят на уши всю округу: кляпы, которые скрутила Химера из двух моих грязных
рубашек, плотно запечатали рты незнакомцев, перехваченные для верности веревками. Не
выплюнуть.
- Теперь по койкам! - объявил я, но на всякий случай спать устроился в кабинете у
разбитого окна.

ГЛАВА 19


Утро началось с того, что в нашем доме объявились спасатели из Министерства
чрезвычайных ситуаций. От настойчивого трезвона первым проснулся я и отправился
открывать. После нервной ночи с полетами через стол я долго не мог понять, чего от меня
хотят люди в голубой форме и за каким чертом они вообще приперлись в такую рань. Минут
десять выяснял мутные моменты. После чего дико расхохотался, соображая, как отделаться
от ответственных спасателей.
Им позвонил кто-то из соседей. Добропорядочный семьянин вышел рано утром
пробежаться по каналу. Обнаружив, что на улице прохладно, он долго ежился, решая, что
лучше - вернуться в постель под горячий бок жены или все-таки побегать? И вдруг заметил
на крыше дома детектива Туровского двоих людей, непонятно чем там занимавшихся.
Основной вопрос тем самым отпал сам собой: сосед вернулся домой и позвонил куда следует.
Но в полиции ему мягко посоветовали обратиться к психиатру или вызвать экипаж службы
прерывания запоев на дому... Зато спасатели поверили! Им и в голову не могло прийти, что
на крыше можно кого-то содержать - за неимением тюремной камеры.
Я поклялся про себя обязательно нанести визит вежливости заботливому соседу,
который вообразил, что это Даг Туровский вылез ночью на крышу повздыхать на луну и
посочинять романтическую муть, а дверь захлопнулась, отрезав ему путь к отступлению.
Пару бутылок пива из моих погребов за внимательность и сострадание сосед заслужил. Не
дал людям замерзнуть - даже после того, как его несколько раз послали в полиции,
усомнившись сначала в психической полноценности, а затем в трезвости...
Отделаться от спасателей было не так просто. Наплел им какую-то чушь о возможных
грабителях, пообещал, что управлюсь своими силами и через минуту крыша будет пуста,
если только какому-нибудь пролетающему мимо голубю не вздумается остановиться у нас на
постой.
Захлопнув перед спасателями дверь, ринулся на крышу, заглядывая по пути в каждую
комнату в поисках Сфинкса или Химеры. Последняя, конечно, меня бы устроила больше. Но
дом был пуст - за исключением спальни Гонзы Кубинца, откуда доносился богатырский
храп, и кухни, где у плиты вытанцовывал завтрак Ян Табачник.
Химера нашла меня на чердаке сама. Только я взялся за ручку люка, ведущего на
крышу, как вокруг распространилось благоухание полевых цветов, Обернувшись, обнаружил
подле себя улыбавшуюся Химеру. Мое сердце энергично забарабанило SOS любви. С трудом
взяв себя в руки, я отворил люк и выбрался первым. Потом помог Химере, спеленав узами
душу, требовавшую заключить красотку в объятия и предаться всепоглощающей страсти.
Отвязывая абмалов, я взглянул вниз и обнаружил спасателей, которые не спешили
покинуть наш причал. Они прогуливались вдоль своего катера, поглядывая на крышу, где я
выполнял опасную процедуру конвоирования заключенных, всю ночь просидевших в
холодном каземате. Выглядели амбалы подавленно: голубые лица, красные глаза (попробуй
заснуть на высоте порядка десяти метров на наклонной плоскости, сидя на корточках!),
затекшие и не желавшие повиноваться ноги... Мне даже стало жаль их, но я подавил свой
гуманизм, помня, сколько фраеров сгубила неоправданная жалость.
С трудом мы спустили гостей на чердак, потом отволокли их к лестнице, где пришлось
вызвать на подмогу Кубинца, Табачника и Сфинкса. "Гости" сами идти не желали, протяжно
и заунывно выли, проклинали меня и Химеру, называя фашистами, а то и похлеще.
Чувствовалось, что амбалы "созрели". Давить на них надо было немедленно - пока не
пришли в себя.
Громил доставили в гостевой кабинет, бросили в кресла не развязав рук. Ребята
прекрасно понимали, что я имел право пристрелить их в порядке самообороны за нарушение
неприкосновенности частного жилища, и присмирели.
- Гонза, выгляни и посмотри, как там. Шпики убрались? - попросил я. Кубинец
вскоре доложил:
- Причал пуст.
- Тогда приступим к допросу! - распорядился я, радостно потирая руки.
В процессе следствия пытки мы не использовали. Только убеждения, логические
доводы - ничего более. Но ребята потекли, словно талая вода с вершины айсберга,
занесенного в теплые широты.
Впрочем, их информация была откровенно скудна. Они ничего толком не знали. И
никого - ни Иоланды Городишек, ни Иннокентия Волокитова, ни Троя и Самсона
Епифановых... Их нанял седой мужик с огромной бородой, которую украшали три косички.
Пленники, назвавшиеся Скалой и Эскимосом, подозревали, что борода и шевелюра - не
более чем маскировка: очень уж неестественно смотрелись на объекте... Мужик нашел их в
английском пабе "Телеграф", где подают темный "Гиннесс" и "Туровское Классическое". На
Скалу и Эскимоса его навел кто-то из своих, поскольку тот целенаправленно и уверенно
подсел за их столик. Пообещал по тысяче рублей на лицо, если ребята проникнут в дом и
обезвредят хозяев. Убивать не требовал, хотя и не возбранял. Задание сводилось к тому,
чтобы выключить обитателей особняка на продолжительное время и открыть дверь на улицу.

Настал мой черед взвыть и осыпать проклятиями собственную голову за
непредусмотрительность. Я мог просчитать вариант появления в доме не заинтересованных
лиц, а наймитов! Если бы мы допросили господ гостей сразу, был бы шанс поймать
заказчика, который, по всей видимости, отирался где-то поблизости всю ночь. Но
упущенного не воротишь... Я зашел с другого боку и попытался выяснить, кто мог
отрекламировать Скалу и Эскимоса как крутых профессионалов. Мой вопрос поверг гостей в
продолжительный умственный ступор, выйдя из которого они признались, что вряд ли
назовут фамилию доброжелателя. Им мог быть кто угодно, начиная от их босса Вани Дубай...
Услышав про Дубай, я понял, что круг замкнулся: Эскимос и Скала работали на Дубай,
Дубай состоял в подозрительной связи с Иоландой Городишек, чью гибель мне поручили
расследовать... Все. Настала пора поговорить со старым приятелем. Выяснить, что ему
известно и кто подослал не шибко умных головорезов в мой дом.
Допрос был окончен. Громил уволокли. Я распорядился их накормить и поднести по
бокалу пива из моих запасов. Табачник не преминул напомнить, что запасы-то как раз
кончились. Следовало бы их возобновить... Объяснил ему, что в Хмельном подвале можно
разжиться ящиком пива.
Гостевой кабинет опустел. Остались только я и Кубинец. Химера и Сфинкс отправились
сторожить гостей - вдруг им придет в голову, когда руки окажутся свободными, учудить
что-нибудь?
Я залез с головой в свой письменный стол, где должна была лежать сотовая трубка с
прямым выходом на Ваню Дубай. Трубку эту когда-то преподнес мне Гоша Качели, чтобы в
любое время я мог выйти на его доверенное лицо. Гоша чувствовал себя обязанным: я спас по
чистой случайности его бизнес, а вполне возможно, что и жизнь...
Трубка нашлась в самом нижнем ящике. Она была завалена прошлогодними выпусками
журнала "Das Beer". Я вызвал из памяти номер Вани и включил дозвон. Дубай отозвался
сразу.
- Здравствуй, Туровский. Не ожидал тебя услышать, - сказал он ровным голосом.
- Дело есть, Ваня. Тут мне два твоих фрукта попались - некто Эскимос и Скала,
Ночью пытались проникнуть на мою территорию. Заберешь, или в криминальную полицию
их сдать?
Минуту никто не отвечал. Затем он произнес:
- Буду через полчаса.
Короткие гудки... Я сунул трубку в карман и пошел принимать душ.
Ваня Дубай был точен, как аптечные часы: ровно в одиннадцать утра он стоял на
крыльце моего дома без сопровождения. Его впустила Сфинкс и проводила в гостевой
кабинет, где ожидали я и Кубинец. Мы уже успели позавтракать и были в прекрасном
расположении духа, чего не скажешь о Дубай: он явно злился.
- Дайте на них взглянуть! - потребовал он, опускаясь в кресло напротив меня.
Я выразительно посмотрел на Сфинкса. Она все поняла без слов и отправилась за
гастролерами.
При виде хозяина Скала и Эскимос потупились, словно провинившиеся дети. Дубай
удостоил их уничтожающего взгляда, скривился, словно выпил залпом свежевыжатый сок
пяти лимонов, и приказал:
- У причала стоит мой катер. Пошли вон!
Эскимос и Скала направились на выход. Сфинкс посмотрела на меня, ожидая команды.
Я согласно кивнул, и она выпустила ночных визитеров из дома.
- Что ты хочешь от меня, Туровский? Думаю, ты уже выяснил, зачем они к тебе
залезли. Ждешь от меня каких-то объяснений? - осведомился Дубай.
Я кивнул.
- Что ж, изволь. Эскимос и Скала - шестерки.
Мало что из себя представляют, но находятся не в самом нижнем эшелоне, где обычный
расходный материал, а чуть повыше. Скажем так, я бы огорчился, узнав, что они выбыли из
строя, но не настолько, чтобы с горя удаляться в монастырь... Зачем они полезли к тебе - не
знаю. Подозреваю, что это их личная инициатива.
- Их подрядили выбить меня и Кубинца. Мы были готовы к визиту, поэтому план
сорвался, - пояснил я.
- И ты ожидаешь, что я выясню, кто подрядил моих ребят на эту работу?
- Кто-то из ваших отрекомендовал их. По ниточке можно выйти на заказчика, -
предложил я.
- Узнаю все, что смогу, - пообещал Дубай.
В кабинет заглянул Ян Табачник. Я попросил его принести пива для меня, Кубинца и
гостя. Через минуту он появился с подносом, на котором стояли три бокала.
- Ты варишь лучшее пиво в городе! - обрадовался Ваня.
- У меня есть еще один вопрос.
-

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.