Жанр: Фантастика
Квинтет Клирика 1. Церковная песня
...Наставников. Трясущимися руками он налил воду из меха Ньюандера в
инкрустированную камнями чашу, и добавил туда, с немым призывом к богу леса,
священный амулет.
Каддерли решил, что два бога будут лучше, чем один в борьбе с проклятием. Он
закрыл глаза и прочитал молитву для очищения воды, несколько раз запутавшись в
словах, которые сам нечасто произносил.
Когда молитва закончилась, у Каддерли остались только надежды. Он взял бутылку и
аккуратно поставил ее в чашу. Вода стала холодной и приняла такой же красный
оттенок, как жидкость внутри бутылки, Каддерли показалось, что ничего путного он
не сделал.
Спустя мгновение, красный оттенок полностью исчез как из воды в чаше, так и из
бутылки. Каддерли рассмотрел бутылку поближе, чувствуя, что пульсирующее зло
исчезло.
Позади него, храп Пикела сменился вопросительным "О-о ой?"
Каддерли аккуратно взял чашу и огляделся. Даника и оба дварфа ворочались, хотя
еще не проснулись как следует. Каддерли подошел к небольшому шкафчику в другом
конце комнаты, поставил туда чашу, и, поворачиваясь, закрыл дверь.
Даника застонала и поднялась, держась за голову руками.
- Башка, - сказал Иван вялым голосом, - Ох, моя башка.
Они вышли из туннелей с южной стороны здания библиотеки полчаса спустя. Иван и
Пикел несли обнаженное тело Ньюандера, и оба дварфа вместе с Даникой страдали от
сильных головных болей. Только начавшийся рассвет показался Каддерли добрым
знаком, что все прошло правильно, и кошмар позади. Трое его друзей громко
застонали и прикрыли глаза рукой, как только вышли под слепящие лучи.
Каддерли захотелось посмеяться над ними, но когда он повернулся, вид тела
Ньюандера не позволил ему веселиться.
* * * * *
- Ах, вот ты где, Руфо, - сказал учитель Авери, входя в комнату угловатого
человека. Керикан Руфо лежал на кровати и тихо стонал от боли, причиняемой
многочисленными ранами, полученными в последнее время и жуткой головной болью,
которая все никак не проходила.
Авери вразвалочку подошел к нему, несколько раз остановившись, чтобы сыто
рыгнуть. Авери тоже мучила головная боль, но она не шла ни в какое сравнение с
болями в переполненном желудке.
- Вставай же, - сказал учитель, берясь за худое запястье Руфо. - Где Каддерли?
Руфо не ответил, он даже не моргнул. Проклятие спало, но Руфо не забыл, как
настрадался за последние дни от рук Каддерли и этой монахини, Даники. Также он
не забыл своих действий и боялся обвинений, которые могли пасть на него в
ближайшие дни.
- Нам так много нужно сделать, - продолжал Авери, - Так много. Не знаю, что
стряслось с нашей библиотекой, но дело явно нечисто. Есть мертвые, Руфо, много
мертвых, а еще больше бесцельно бродят, ничего не понимая.
Руфо, наконец, заставил себя сесть. Его лицо во многих местах украшали синяки и
запекшаяся кровь, а запястья и лодыжки все еще болели от пут дварфов. Но в этот
момент он почти не думал о боли. Что с ним случилось? Зачем он так глупо начал
бегать за Даникой? Что заставило его проявить ревность к Каддерли, да еще в
такой резкой форме?
- Каддерли, - еле слышно выдохнул он. Он чуть не убил Каддерли; он боялся этого
воспоминания так же сильно, как и последствий. Воспоминания нахлынули на него,
как будто из темного зеркала в сердце, и Руфо не был уверен, что ему понравилось
то, что он увидел.
* * * * *
- Прошло уже пять дней без дальнейших происшествий, - сказал декан Тобикус на
собрании в своем приемном зале несколько дней спустя. Присутствовали все
выжившие учителя, как служители Огмы, так и Дениера, так же как и Каддерли,
Керикан Руфо и два оставшихся друида.
Тобикус прошуршал стопкой докладов и объявил: "Библиотека Наставников будет
восстановлена".
Послышался хор приглушенных радостных криков. Возможно, будущее снова было
безоблачным, но недавние события скоро не забудутся, особенно массовое
самоубийство священников Илматера и смерть друида-героя Ньюандера.
- Мы должны поблагодарить тебя за это, - сказал Тобикус Каддерли. - Ты со своими
друзьями, - он благодарно кивнул друидам, - Проявил храбрость и
изобретательность, победив темную напасть, ударившую нам в самое сердце.
Керикан Руфо слегка подтолкнул Учителя Авери.
- Да? - поинтересовался декан Тобикус.
- Меня просили напомнить досточтимому собранию, что Каддерли, несмотря на всю
его храбрость, имеет непосредственное отношение к поразившему нас проклятию, -
начал Авери. Он бросил взгляд на Каддерли, в котором читалось, что он вовсе не
зол на молодого ученого, а наоборот высоко оценивает действия Каддерли против
вторгшегося священника.
Каддерли нисколько не обиделся; увидев учителя под действием проклятия, он начал
догадываться, как именно относится к нему учитель. Он почти хотел, чтобы
проклятие снова пало на учителя, чтоб разговорить того об отце Каддерли и его
первых днях в библиотеке.
Идея была откровенно бредовой, но Каддерли был не прочь помечтать. Он посмотрел
мимо Авери на высокого, угловатого человека, возвышающегося над его плечом.
Каддерли мог указать пальцем на Руфо, рассказав о его действиях по отношению к
нему самому и Данике, и присовокупить свое убеждение, что именно Руфо столкнул
его в катакомбы. Но о многих преступлениях Руфо уже было доложено, и очень
маловероятно, особенно учитывая экстраординарные обстоятельства, что он будет
как-либо наказан, как и другие сраженные проклятием. Каддерли все еще не до
конца понимал, что делал с людьми туман, и не был уверен, что любые взыскания
будут уместными.
Что касается самого серьезного обвинения, Каддерли полагал, что именно Руфо
столкнул его с лестницы, но самого удара он не видел. Возможно, темный священник
был вместе с ними в подвале. Возможно, он обездвижил Руфо, как позже обездвижил
Ивана, затем прокрался мимо него и столкнул Каддерли.
Каддерли потряс головой и чуть снова не рассмеялся. Все это уже не имело
значения. Настало время для прощения, когда все выжившие священники должны
собраться вместе и восстановить библиотеку.
- Ты находишь что-то смешным? - несколько жестко спросил декан Тобикус. Каддерли
припомнил обвинение и сообразил, что его самонаблюдение было несколько
несвоевременным.
- Если мне позволено будет сказать, - вмешался Аркит.
Тобикус кивнул.
- Паренька нельзя винить в открытии бутылки, - пояснил друид. - Он показал свою
храбрость всего лишь признав содеянное. Давайте вспомним врага, с которым мы
сражались, который победил нас всех, за некоторым исключением. Если бы не
Каддерли и мой друг с моим богом, то зло могло бы оказаться слишком сильным для
того, чтобы завоевать победу.
- Справедливо, - признал декан Тобикус. - Как справедливо и то, что Каддерли
должен понести наказание за свои действия. Таким образом, я объявляю, что
обязанности молодого Каддерли по этому делу еще не окончены. Кто лучше него
изучит имеющиеся у нас работы по подобным проклятиям, чтобы больше выяснить о
происхождении и этого священника, и так называемого Смертельного Ужаса, которого
он описал как посланника Талоны?
- Годовой поиск? - осмелился спросить Каддерли, как будто не его была очередь
говорить.
- Годовой поиск, - отозвался декан Тобикус. - В конце ты должен представить
полный отчет в мой кабинет. Не относись легкомысленно к этому поручению, как ты,
кажется, относишься к большинству поручений. - Он продолжал говорить, напоминая
о трудности ситуации, но Каддерли его просто не слышал. Ему был дарован годовой
поиск, честь, которую обычно жалуют только самые высокопоставленные священники
Дениера, и жалуют ее только учителям!
Когда Каддерли оглянулся на Авери и Руфо, стало понятно, что и они поняли, какой
чести он удостоен. Авери безуспешно пытался спрятать растущую улыбку, а Руфо,
еще более безуспешно, пытался скрыть досаду.
На самом деле, Руфо, нарушая порядок, за что ему причиталось отдельное
взыскание, повернулся и выбежал из зала.
Вскоре, собрание было распущено, и Каддерли вышел в окружении двух друидов.
- Спасибо тебе, - Сказал Каддерли Аркиту.
- Это мы должны быть благодарны, - напомнил ему Аркит. - Когда проклятие пало на
нас, именно Аркит и Клео были повержены, и наверняка бы погибли.
Каддерли не смог спрятать ухмылку. Друиды, и Даника с дварфами, которые только
что подошли с любопытством смотрели на него.
- Какая ирония, - пояснил Каддерли. - Ньюандер считал себя неудачником, так как
его сердце не давало ему превратиться в животное, как вы, душой и телом.
- Ньюандер не неудачник, - заявил Аркит.
- Сильванус вел его, - добавил Клео.
Каддерли кивнул и снова улыбнулся, вспомнив умиротворенное выражение на лице
усопшего друида. Он взглянул на Аркита и подумал о происшествии с белкой, и
захотят ли друиды слышать о том, что отходящий дух Ньюандера связывался с ним
через тело Персиваля. Но он остановил себя прежде, чем вопрос был задан.
Пусть лучше некоторые вещи будут списаны на воображение.
- Мне понадобится твой арбалет, и еще пара дротов, - сказал Иван, когда друиды
ушли. - Подумываю сделать себе такой же!
Каддерли инстинктивно потянулся к оружию, закрепленному на лодыжке, затем
отдернул руку и помотал головой.
- Больше не надо, - мрачно сказал он.
- Это хорошее оружие, - запротестовал Иван.
- Слишком хорошее, - ответил Каддерли. Он недавно слышал о дымном порохе, о
пушках, которые посылают огромные снаряды во вражеские армии повсюду в
Королевствах. В его голове эхом отдавалось, как Авери обозвал его последователем
Гонда. Слухи утверждали, что именно они подарили миру это новое ужасное оружие.
Как бы он ни помог ему, Каддерли не мог смотреть на свое оружие с восхищением.
Мысль о сделанных копиях ужасала его. На самом деле, мощность взрыва едва ли
можно было сравнить с огненным шаром волшебника или призванной молнией друида,
но это мощь могла попасть в неумелые руки. Как воины, так и маги проводили годы
упражняя свои умы и тела для достижения совершенства. Оружие вроде дымного
пороха и арбалета Каддерли, не требовали никаких вложений и
самосовершенствования. Каддерли понимал, что именно саморазвитие не дает
использовать силу направо и налево.
Иван снова запротестовал, но Даника прикрыла ему рот ладошкой. Иван вырвался,
бормоча проклятия, но больше не поднимал этот вопрос.
Каддерли взглянул на Данику, зная, что она поняла. По тем же причинам, почему
Даника не показывала свои приемы, нельзя было распространять конструкцию
арбалета.
* * * * *
Друзил долго ждал в дымной гари нижних планов. Он знал, что ворота Барджина
закрылись вскоре после того, как он ушел, но вот выяснить, было ли это сделано
нарочно или нет, уже не удалось. Выжил ли Барджин? А если и да, то нашел ли он
новую жертву, чтобы открыть бутылку?
Эти вопросы буквально изводили импа. Даже если Барджину не удалось выжить, даже
если бесценная бутылка была уничтожена, то он знал, на что способен его рецепт и
поклялся, что проклятие хаоса вновь падет на Королевства.
- Поторопись, Абалистер, - нервно простонал имп. Волшебник не призвал его
обратно на материальный план, и это отнюдь не добавляло выдержки нервничающему
импу, особенно если учесть, что сам Абалистер прекрасно знал рецепт. Если
Абалистер что-то узнал о ментальной связи Друзила с Барджином, волшебник мог и
не призвать импа обратно.
Имп не знал, сколько прошло дней, время текло иначе в нижних мирах, но, наконец,
он услышал далекий зов, знакомый голос. Он увидел далекое мерцание огненных
ворот, и снова услышал зов, более требовательный на этот раз. И он полетел,
сквозь межмировой туннель, и вскоре выполз из жаровни Абалистера в знакомой
комнате в замке Троицы.
- Слишком долго, - насмешливо фыркнул имп, стараясь перехватить инициативу в
разговоре. - Почему ты опоздал?
Абалистер одарил его злым взглядом.
- Я не знал, что ты вернулся на нижний план. Мой контакт с Барджином разорвался.
Заостренные ушки Друзила встопорщились при упоминании священника, что заставило
Абалистера ухмыльнуться. Магическое зеркало в дальнем конце комнаты стояло
разбитым, широкая трещина бежала по всей длине.
- Что случилось? - спросил Друзил, проследив за взглядом Абалистера.
- Я переоценил его возможности, - ответил волшебник. - Пытался помочь Барджину.
- И?
- Барджин погиб, - сказал Абалистер. - Он провалил все дело.
Друзил пробежал когтистой лапкой по стене и разочарованно зарычал.
Абалистер был более прагматичен.
- Священник был слишком опрометчив, - заявил он. - Надо было быть осторожнее,
выбрать более уязвимую цель. Библиотека Наставников! Лучше всего укрепленное
жилье во всем районе, крепость полная могущественных священников, которые
наверняка попытаются нас уничтожить, прознай они про наши планы. Барджин был
дураком, ты слышишь? Дураком!
Друзил, будучи очень практичным фамильяром счел за лучшее не возражать. Кроме
того, в некотором смысле наблюдения Абалистера были верны.
- Но не бойся, мой кожистокрылый друг, - продолжал Абалистер, явно благоволя
импу. - Это всего лишь небольшая помеха нашему плану.
Друзилу показалось, что Абалистер уж слишком наслаждается ситуацией. Барджин
возможно и был соперником, но в первую очередь, он все же был союзником.
- Рэгнар и его подчиненные выдвинулись в Шимисту, - продолжал Абалистер. -
Огриллон без сомнения разобьет эльфов и очистит горы. Регион будет захвачен
более традиционными методами.
Друзил позволил себе немного оптимизма, хоть и предпочитал более изощренные
методы нападения, вроде проклятия хаоса.
- Но он был так близок, хозяин, - захныкал имп. - Барджин поставил библиотеку на
колени. Оставалось только добить жертву, и тогда краеугольный камень любой
обороны, с которой мы только могли столкнуться, пропал до того, как об этом
узнал кто-либо в округе. - Друзил сжал когтистую лапку в кулак. - Победа была
уже в руках!
- Видимо, руки у него уже не такие сильные, как прежде, - язвительно отметил
Абалистер.
- Пожалуй, - решил Друзил. - Все из-за того человека, мальчишки, который сперва
открыл бутылку, а потом вернулся и победил его. Барджину следовало убить его
сразу же.
Абалистер кивнул, вспоминая последний образ увиденный им в комнате Барджина, и
не смог сдержать улыбку.
- Удивительно догадливый человечишка, - плевался Друзил.
- Ничего удивительного, - обыденно ответил Абалистер. - Все таки, он мой сын.
Эпилог
Он сидел, сгорбившись между нагромождениями книг, полностью погрузившись в свой
годовой поиск. На кону была безопасность всей библиотеки, и способность Каддерли
отыскать источник проклятия хаоса, и что-либо о прошлом могущественного
священника была решающим фактором в восстановлении этой самой безопасности.
Каддерли знал, что последствия происшествия в библиотеке могут распространиться
далеко за ее стены. Карадон, на озере к востоку далеко не был большим и хорошо
укрепленным городом, а эльфы Шимисты не были ни многочисленны, ни заинтересованы
в делах, происходящих за их границами. Если появление священника только
предваряло грядущие события, то учителям отчаянно нужна была любая информация.
Молодой ученый изучал известные проклятия и символы. Он перерыл десятки томов и
пожелтевших манускриптов, и допросил каждого священника или гостя в библиотеке,
кто хоть что-то мог знать по этим вопросам. Темный священник назвал Талону своей
богиней, и трезубец чем-то походил на эмблему Госпожи Ядов, представляющую собой
треугольник с каплями слез. Но не удавалось выяснить, какую именно организацию
представлял трезубец.
Даника наблюдала за Каддерли издалека, не желая прерывать его жизненно важную
работу. Она понимала, что для Каддерли сейчас важна высшая степень
сосредоточения, которая исключала все, и ее саму тоже, из поля внимания молодого
человека. Девушка нисколько не беспокоилась, так как знала, что, как только
позволит время, они с Каддерли продолжат свои отношения.
Для Ивана и Пикела дни проходили в непереносимой скуке. Оба дварфа были серьезно
ранены в битве в катакомбах, но уже начали поправляться. Пикел не оставлял
желания стать друидам, а Иван, бывший свидетелем героизма Ньюандера больше не
смеялся над его мечтами.
- Не думаю, что из дварфа получится друид, - фыркал Иван, когда кто-то спрашивал
его об этом. - Но выбор все равно за моим братиком.
Так что жизнь в целом возвращалась на круги своя в древней и гордой библиотеке.
Лето набрало силу, и солнечный свет казался избавлением от кошмара. Все кто
приходил в этот сезон к дверям библиотеки, часто замечали в ветвях дерева у
дороги пухлую белую белку, обычно слизывающую масло с орехами с лапок.
* * * * *
Эльфийскому принцу Элберету солнце не казалось таким уж чудесным. Скорее, оно
демаскировало его, оставляя открытым и уязвимым. Для умелого война, который мог
послать четыре стрелы, прежде чем первая попадет в цель, и в одиночку срубить
мечом разъяренного горного гиганта, это было странное чувство.
Именно это воинственное начало в душе и подсказывало Элберету, что следует
опасаться. Неделю назад он вел отряд эльфов против огромных волосатых багбиров.
Эльфы быстро перебили вторгшихся в их земли, но, в отличии от отребья, которое
часто приходило с диких гор, этот отряд был хорошо обучен и вооружен, и у
каждого была перчатка с одинаковой печатью.
Элберет сражался в нескольких войнах, и без труда опознал передовой
разведывательный отряд.
Эльф целеустремленно пробирался по горным перевалам, ведя усталого коня.
Перезвон колокольчиков на сбруе белоснежного скакуна не радовал, как раньше,
слух Элберета, даже солнце не грело. Магия Шимисты угасала; гордый народ
Элберета больше не был столь многочисленнен. Если последует серьезная атака,
эльфам Шимисты придется туго.
Элберет покинул лес, неся одну из перчаток, чтобы выяснить, с чем столкнулся его
народ. Он направлялся в единственное место в округе, где можно было получить
такое знание - в библиотеку Наставников.
Он снова взглянул на перчатку, украшенную трезубцем и бутылкой, затем вдаль, где
уже стало различимым увитое плющом здание.
Закладка в соц.сетях
