Жанр: Фантастика
Мир Номов 1. Угонщики
...Как, неужели вы там живете? - испуганно спросила Гримма. Вместо ответа Доркас
пошарил рукой в черной пасти дыры. Раздался щелчок. Потом наверху что-то заскрежетало.
Послышалось отдаленное гудение.
- Там? Нет-нет. Ни в коем случае, - пробормотал Доркас. - Я потратил многие годы,
занимаясь исследованием этого феномена. Оказалось, что мы имеем дело с полом,
подвешенным на веревке. Он может подниматься и опускаться. Вместе с людьми. Тут мне
пришла в голову мысль. Я ведь не молодею, а все эти лестницы, они уже не для моих старых
ног. Ну я и стал присматриваться, как эта штука работает. Оказалось - очень просто. Да иначе
и быть не могло. В противном случае люди ни за что бы не догадались, как ею пользоваться.
Пожалуйста, посторонитесь немножко...
Из шахты вынырнуло что-то огромное и черное и замерло в нескольких дюймах над их
головами. Оно было наполнено лязгом, топотом людских шагов и гулом голосов.
Внизу под этой штукой болталась подвешенная на струне корзинка, сплетенная из тонких
проводков.
- И вы хотите, чтобы я, как куропатка на яйцах, сидела в вашем проволочном гнезде?..
Знаете, поищите-ка другого кого-нибудь, - возмутилась бабушка Морки.
- А это.., безопасно? - осторожно поинтересовался Масклин.
- Более или менее, более или менее, - нараспев произнес Доркас, занятый тем, что
пытался найти очередной выключатель. - Не задерживайтесь... Пожалуйста, сюда, мадам...
- Э-э... Постойте, постойте... Это насколько же более, чем менее? - напрягся Масклин,
видя, что Морки, польщенная обращением "мадам", шагнула вперед.
- За сделанное мной я как-нибудь отвечаю, тут с безопасностью все в порядке. Но что
касается этой штуки наверху... Она собрана людьми, и, сами понимаете, про нее с
уверенностью ничего нельзя сказать... Потесней, потесней, пожалуйста. Поехали!
Наверху послышался лязг, корзина дрогнула и начала подниматься.
- Согласитесь, очень удобно, - рассказывал Доркас. - У меня ушло несколько лет,
чтобы провести все эти выключатели... И думаете, люди что-нибудь заметили? Представьте:
они нажимают кнопку вниз, но я хочу вверх
- и мы едем вверх. Вначале я страшно боялся, что они переполошатся, с чего бы это
лифт ездит вверх-вниз сам по себе, но они страшно глупы. Ну вот мы и приехали!
Лифт с лязганьем остановился. Корзина номов оказалась на одном уровне с щелью,
ведущей под плиты пола.
- Электрические и бытовые приборы, - объявил Доркас. - Я мог бы назвать это место
своими владениями. Тут я сам себе хозяин, никто меня не беспокоит. Даже аббат. Все
побаиваются электричества. Ну, а я давно разобрался что к чему - этим и пользуюсь.
Вокруг были сплошные провода. Они тянулись во всех направлениях, сплетались в
разноцветные пучки и снова разбегались. Несколько молодых номов возились с лежащим перед
ними странным предметом, пытаясь разобрать его на части.
- Радио, - объяснил Доркас. - Очень забавная вещица. Мы вот пытаемся выяснить, как
эта штука говорит.
Порывшись в куче бумаги, наваленной в углу, Доркас вытащил какой-то рисунок и,
смущенно улыбаясь, протянул его Масклину.
На рисунке был изображен маленький розовой конус, увенчанный реденьким пучком
волос.
Номы никогда не видели моллюска-блюдечника. Иначе они знали бы, на кого похоже
странное существо на этом наброске. Разве что у моллюска нет волос.
- Очень мило, - неуверенно пробормотал Масклин.
- А что это такое?
- М-м... Понимаете ли, это мое представление о том, как должны выглядеть Наружные
Жители, - признался Доркас.
- Что?! Почему это у них остроконечные головы?
- А дождь? В старинных легендах о времени создания Магазина говорится о дожде. Там
сказано, что с неба все время льется вода, эта вода должна как-то стекать. И еще - ветер. Он
дует все время, поэтому у живых существ не должно быть резких углов. Я ведь не знал ничего,
кроме старинных легенд...
- Но почему у них даже глаз нет?
- Глаза есть. Маленькие щелочки, вот здесь, под волосами, - показал Доркас. - Они
спрятаны, чтобы их не слепило солнце... Ну, этот большой яркий прожектор в небе, - пояснил
он.
- Уж солнце-то мы видели, - проворчал Масклин.
- Что он там говорит? - поинтересовался Торрит.
- Он говорит, что ты должен выглядеть вот так, - саркастически заметила бабушка
Морки. - Что ты розовый и голова у тебя остроконечная!
- Ну уж, знаете ли! Голова у меня все-таки тупая!
- Что верно, то верно, - съязвила Морки.
- Знаете, мне кажется, вы допустили несколько ошибок, - осторожно начал Масклин. -
Все на самом деле по-другому. Неужели никто из вас даже краешком глаза не выглядывал
наружу?
- Я видел однажды, как открылась большая дверь в гараже. Но за ней был только белый,
слепящий свет, и больше я ничего не смог различить...
- Н-да... Наверное, если все время сидеть в такой темноте, то это неудивительно, -
пробормотал Масклин.
Доркас выкатил откуда-то катушку из-под ниток.
- Вы должны мне все рассказать. Все, что вы можете вспомнить о Снаружи. На
поверхности кубика, лежащего в ногах у Торрита, вспыхнул еще один зеленый огонек.
Немного погодя появился молодой ном, который принес им еду. И они ели, и говорили, и
спорили, и перебивали друг друга, а Доркас слушал и задавал вопросы.
По его словам, он был исследователем. Особенно интересовало его все, связанное с
электричеством. В давние времена, когда номы только-только начали пользоваться
электричеством, наугад подключаясь к проводам, в Магазине было много убитых. Теперь-то
уже научились делать это без риска для жизни, но само электричество все равно оставалось
загадкой, и большинство предпочитало держаться подальше от приборов и проводов. Вот
почему вся местная аристократия и даже сам аббат Канцелярских Принадлежностей
предоставили ему полную свободу действий. Доркас был страшно рад, что когда-то ему пришла
в голову мысль заняться тем, чего другие боялись и избегали. Теперь он мог позволить себе
любые причуды, мог даже рассуждать о жизни Снаружи. Единственное, что от него требовали,
чтобы он не рассуждал об этом слишком громко.
- Я что-то забыл, - сказал Доркас, - как называется у вас второй прожектор, который
горит после Закрытия?
Масклин не сразу понял, что имеет в виду его собеседник.
- А, ну конечно... Когда наступают сумерки, да... Тогда на небе появляется луна, -
сообразил он наконец.
- Луна... - мечтательно повторил Доркас, будто пробуя слово на вкус. - Но ведь Луна
не такая яркая, как Солнце? Очень, очень странно. Зачем яркий свет днем, когда и так все
видно? Ночью он был бы куда нужнее. Вы, наверное, никогда не задумывались, почему все так
происходит?
- Просто так было всегда, - пожал плечами Масклин.
- Знаете, нельзя сказать, что я ничего не предпринимал, чтобы увидеть все это своими
глазами. В юности я часто ходил смотреть на грузовики, но у меня не хватило смелости
забраться в кузов и уехать... - И Доркас слегка ссутулился. - Я верю, - продолжал он после
паузы, - что Арнольд (осн. 1905) дал нам Магазин, чтобы мы познали все, что есть в нем.
Изучили его. Для того мы и созданы разумными существами. Как по-вашему?
Масклин был весьма польщен этим вопросом. Он уже открыл рот, чтобы ответить, но его
перебила Гримма:
- Тут у вас только и слышишь разговоры об Арнольде. Но ни одна живая душа не
говорит, кто же он такой. Доркас уселся поудобнее.
- О, он сотворил Магазин. В 1905 году, вы знаете. Нижний Этаж, отдел Оформления
Кредитов и все между ними. И я вовсе не отрицаю его существования. Должна же быть
первопричина, не само же все возникло? Но я всегда говорил и повторяю это опять...
Зеленый огонек на поверхности кубика погас. Вращающаяся чаша исчезла. Раздался
дребезжащий звук - будто машина прочищала горло.
- Я проанализировал телефонные переговоры, - объявил кубик. Номы переглянулись.
- Как красиво! - пробормотала Гримма. - Правда, Масклин, эта штука очень красиво
говорит?
- Я располагаю срочной информацией, которую необходимо довести до лидеров этого
сообщества. Вы абсолютно уверены, что живете в искусственно созданной среде с
ограниченными возможностями для существования жизни?
- Потрясающе! - прошептал Доркас. - Все эти слова. Можно подумать, что смысл их
почти понятен. Там тоже есть такие штуковины, - он показал пальцем на потолок, - которые
называются радиоприемники. И другие, которые показывают картинки. Очень забавные
игрушки.
- Жизненно важно. Я располагаю информацией первостепенной важности. Данная
информация должна быть немедленно доведена до сведения лидеров вашего сообщества.
Информация касается предстоящего разрушения данного артефакта, - бубнил кубик.
- Прошу прощения, - осторожно произнес Масклин. - Можно повторить еще раз?
- Вы не поняли суть сказанного?
- Я не знаю, что такое "суть".
- Очевидно, язык изменился совершенно непостижимым для меня образом.
Масклин попытался скрыть свою растерянность.
- Я попытаюсь сделать свое сообщение более ясным, - объявил кубик. Вспыхнуло еще
несколько огоньков. - Все, хана. Лавочка закрывается, - с надеждой произнес кубик. Он так
хотел, чтобы его поняли!
Номы недоуменно переглянулись. Они ничего не поняли из этой тарабарщины.
Черный ящичек вновь прочистил горло.
- Вы знаете значение слова "разрушать"?
- Да, конечно, - кивнул Доркас.
- Именно это скоро произойдет с Магазином. Через двадцать один день он будет
разрушен.
I. Горе вам. Скобяные Изделия и Галантерейя; горе вам. Дамские Головные Уборы и Дель
Икатесы; горе вам, Молодежная Мода, и вам, бандиты из Дамского Белья. И даже вам.
Канцелярские Принадлежности.
II. Ибо Магазин - лишь место, что внутри Снаружи.
III. Горе вам, ибо Арнольд (осн.1905) открыл Последнюю Распродажу:
"ПУСТЬ все УХОДИТ ПО бросовым ЦЕНАМ".
IV. Но они насмехались над ним и говорили: Ты ведь Снаружи, ты даже не существуешь.
Из "Книги номов", Товарный Склад, Сот. I - IV
Глава 4
Сверху доносились тяжелые шаги. Там текла медленная, непостижимая жизнь людей. А
внизу, где гул этой жизни, просачиваясь через ковры и половицы, становился лишь отдаленным
шумом, по пыльным переходам спешили номы.
- Может, мы чего-то не поняли? - ворчала на ходу бабушка Морки. - Слишком уж это
все большое. Нельзя его так вот взять и раз.., рушить... Просто в голове не укладывается...
- Говорил я вам! - Старый Торрит даже подпрыгивал от возбуждения. Известия о
надвигающихся ужасах и опустошениях всегда приводили его в восторг. - Сказано же было:
коробку все известно! И не вздумайте теперь затыкать мне рот, слышите!
- А куда мы так бежим? - поинтересовался Масклин. - Двадцать один день - срок,
кажется, не маленький!
- Да, когда дело не касается политики, - мрачно вздохнул Доркас.
- По-моему, оно касается Магазина, - пожал плечами Масклин. Доркас так резко
остановился, что бабушка Морки с разбегу ткнулась ему в спину.
- Да поймите же, - стал он объяснять с нетерпеливой настойчивостью, - что,
по-вашему, будут делать номы, если Магазин разрушат?
- Уйдут наружу... - начал Масклин.
- Большинство из них даже не верит, что это самое Снаружи существует! Я и то порой в
нем сомневаюсь - и это с моим-то пытливым умом, с моими-то знаниями! Некуда уходить! Вы
понимаете?
- Да ведь там, снаружи, можно идти куда угодно!
- Только если вы в это верите...
- Но там действительно можно идти куда угодно!
- Боюсь, не все так просто, когда дело касается того, чтобы убедить в этом других... Но,
как бы то ни было, нам надо увидеть аббата. Отвратительный старый деспот, скажу я вам, но в
сообразительности ему не откажешь. Может, я и зря осторожничаю... - И Доркас
выразительно посмотрел на спутников. - Но нам лучше не привлекать к себе внимания, -
закончил он. - Меня лично предпочитают не трогать, но вообще-то я бы никому не советовал
без нужды покидать границы своего отдела... А вы вдобавок не принадлежите ни к одному
отделу... - Доркас красноречиво пожал плечами, намекая этим на все неприятности, которые
могут подстерегать странников, не принадлежащих ни к одному отделу...
Снова пришлось воспользоваться лифтом. Он привез их куда-то наверх, и, выйдя из
корзинки, они оказались в пыльных, тускло освещенных слабым светом редко развешанных
лампочек переходах. Вокруг не было ни одной живой души. После суеты и сутолоки, царившей
в других отделах, это производило почти неприятное впечатление. "Здесь даже тише, чем в
бескрайних полях", - подумал Масклин. Но как раз в полях и должно быть тихо, а вот в
Магазине под полом...
Все чувствовали то же самое и жались друг к другу.
- Какие милые огоньки, - сказала Гримма, чтобы нарушить гнетущую тишину.
- Ой, посмотрите, да они же размером с нома. И разноцветные. А еще мигают.
- Мы каждый год воруем их целыми коробками. Во время Рождественской ярмарки, -
проворчал Доркас, глядя под ноги. - Люди их вешают на деревья.
- Зачем?!
- Я и себя об этом спрашиваю. Наверно, чтобы лучше видеть. Людей вообще не
поймешь...
- Вы знаете, что такое деревья? Я не думал, что они растут в Магазине! - удивился
Масклин.
- Конечно, знаем, - ответил Доркас. - Такие большие зеленые штуки с пластиковыми
иголками. А есть еще другие, так те сделаны из чего-то блестящего. Кажется, называется это
"мишурой". Ну, да на рождественских ярмарках никогда не разберешь что к чему...
- Э-э... Что-то тут не так. Деревья снаружи - они огромные. И у них листья. Каждый
год они опадают, - нерешительно возразил Масклин. Доркас посмотрел на него как-то
странно.
- Кто, ты говоришь, опадает?
- Листья сперва вянут, а потом скручиваются и опадают, - ответил Масклин. Другие
номы согласно кивнули.
За последнее время они столкнулись с массой непонятных и неведомых им вещей, но уж
то, что происходит с листьями каждый год, они знали совершенно точно.
- И это случается каждый год? - спросил Доркас.
- Ну да.
- На самом деле? Потрясающе! А кто приклеивает их потом на место?
- Никто. Они сами распускаются со временем.
- Все - сами?!
Номы кивнули. Хоть в чем-то они были уверены, и тут уж их нельзя было сбить с толку.
- По крайней мере, выглядит это именно так, - подтвердил Масклин. - Мы, правда, не
смогли выяснить, почему это происходит. Просто происходит, и все.
Ном из Магазина поскреб в затылке.
- Н-да. Не знаю, что и сказать. Может, тут скрыта какая-нибудь хитрая уловка
администрации... Вы уверены, что...
И вдруг они увидели, что окружены. Минуту назад вокруг были кучи пыли, а сейчас на их
месте стояли какие-то странные номы. Особенно выделялся один - бородатый, с повязкой на
глазу. В зубах он зажал нож, и оттого казалось, что лицо его осклабилось в какой-то жуткой
ухмылке.
- Ну вот, - насупился Доркас.
- Кто это? - шепотом спросил Масклин.
- Бандиты. Вечная проблема в Дамском Нижнем Белье, - пробормотал он, поднимая
вверх руки.
- Что такое "бандиты"? - недоуменно спросил Масклин.
- Что такое "Дамское Нижнее Белье"? - спросила Гримма. Доркас показал пальцем на
половицы вверху.
- Это там, - объяснил он. - Отдел. Никто им не интересуется, потому что с него
абсолютно нечего взять. Там все в основном розовое... - прибавил Доркас. - Или
эластичное...
- Ни с места, это грр.., абож! - злобно прорычал бандит.
- Простите? - переспросила Гримма.
- Я сказал, это грр.., абож!
- Думаю, он имеет в виду нож, - пожал плечами Масклин. - Мне кажется, мы лучше
поймем, что вы говорите, если вы вытащите его изо рта.
Бандит свирепо поглядел на него своим единственным здоровым глазом, но нож вынул-.
- Я сказал: это грабеж! Ну, живо! Кошелек или жизнь? - закричал он. Масклин кинул
на Доркаса вопросительный взгляд. Старый ном лишь развел руками.
- Он хочет, чтобы вы отдали ему все, что у вас есть, - объяснил он. - Конечно, он не
хочет вас убивать, но порой они ведут себя крайне грубо...
Странники сбились в кучу. Происходящее было выше их понимания. Идея грабежа
являлась для них совершенно новой. Там, дома, их никто не грабил. Да и что можно было у них
отнять, коль на то пошло?
- Они что, номского языка не понимают? - топнул ногой бандит. Доркас ответил ему
глуповатой ухмылкой.
- Вы должны простить их, - начал он, - они здесь новички...
- Мы решили... - обернулся Масклин. - Если вам все равно, мы предпочли бы то, что
у нас есть, оставить у себя. Извините. - И он улыбнулся Доркасу и бандиту ослепительной
улыбкой. Лицо бандита тоже расплылось в улыбке. Во всяком случае, он широко открыл рот и
обнажил зубы.
- Э-э... - начал Доркас. - Вы не можете так говорить, понимаете... Видите ли, нельзя
сказать: "Мы не хотим быть ограбленными". - Он посмотрел на Масклина в абсолютном
замешательстве. - Ограбленными, понимаете! - повторил он. - Это означает, что ваши вещи
у вас отнимают. И тут не скажешь, вы, мол, не хотите этого...
- Почему? - удивилась Гримма.
- Потому что... - Старый ном запнулся. - Потому что.., не знаю. - Он пожал
плечами. - Наверное, такова традиция. Главарь бандитов перебросил нож в другую руку.
- Сказать, что я сейчас сделаю? - зарычал он. - Я вас еще подновлю! Разукрашу так,
что себя не узнаете! А ну, взять их!
Двое бандитов бросились на бабушку Морки.
Это было ошибкой с их стороны. Костлявая рука старухи взметнулась в воздух, и
раздались две звонкие пощечины.
- Что вы себе позволяете, наглецы! - Морки завизжала так, что нападавшие
отшатнулись и, затыкая уши, в ужасе бросились назад.
Бандит, схвативший Старого Торрита, получил удар локтем в живот. Главарь замахнулся
на Гримму ножом, но тут же был пойман за запястье, нож выпал, а бандит грузно повалился на
колени, издавая при этом какие-то душераздирающие, булькающие звуки.
Масклин нагнулся, сгреб его за ворот рубашки и резко подтянул к себе.
- Не уверен, что я до конца понял этот обычай, - начал он, - но, по-моему, номы не
должны делать зло другим номам, как вы думаете?
- Ага-ага, - закивал главарь.
- Тогда вам бы лучше убраться отсюда, и как можно быстрее. Понятно? Масклин
ослабил хватку. Бандит нашарил на полу нож, заискивающе улыбнулся и бросился наутек.
Остальные поспешили за ним вдогонку, прихрамывая и потирая ушибленные места.
Масклин обернулся к Доркасу, корчившемуся от смеха.
- Что все это означало?
Тот привалился к стене, чтобы не упасть.
- Вы и впрямь не знаете? - Смех душил старика.
- Нет, - покачал головой Масклин, терпеливо дожидаясь ответа. - Зачем бы тогда я
спрашивал?
- Жители Дамского Нижнего Белья промышляют бандитизмом. Обирают странников. То
есть отнимают вещи, которые им не принадлежат. Здесь они нашли себе убежище: очистить
весь отдел от бандитов слишком хлопотно, а беспокойства они причиняют не так уж много, -
объяснил Доркас. - Ну, припугнут кого. Досадно, конечно, но не так уж опасно.
- А зачем один из них держал во рту нож? - спросила Гримма.
- Может, думал, что так он больше похож на громилу, с которым лучше не связываться.
- По мне, так он был похож на идиота, с этим ножом в зубах, - решительно объявила
Гримма.
- Если он еще раз сюда сунется, я ему все лицо расцарапаю, - пригрозила бабушка
Морки.
- Не думаю, что они захотят сюда вернуться. По-моему, их слегка шокировало, что
кто-то дал им отпор, - усмехнулся Доркас.
- Знаете, мне не терпится увидеть, какое впечатление вы произведете на аббата. Право
слово, ни с чем подобным мы еще не сталкивались. Вы для нас.., как, говорите, называется эта
штука, которой заполнено все Снаружи?
- Свежий воздух?
- Вот-вот. Вы для нас - как Свежий Воздух.
И тут они наконец добрались до Канцелярских Принадлежностей.
"Идите к Канцелярским Принадлежностям или Наружу", - сказал герцог, давая понять,
что он не видит особой разницы между тем и другим.
Несомненно, так смотрели на Канцелярские Принадлежности все аристократы, чувствуя в
них неясную, но грозную опасность. Ведь жители этого отдела умели читать и писать и вообще
были со странностями.
Они могли вам сказать, что говорит какой-то лист бумаги, и понимали послания,
начертанные Арнольдом (осн. 1905) на небе.
Но с этим всем еще можно было смириться, а вот смириться с тем, что не верят в твое
существование...
Масклин всегда думал, что Торрит выглядит очень старым, но аббат оказался столь стар,
что, кажется, само время махнуло на него рукой. Передвигался он с помощью двух палок, а за
ним на почтительном расстоянии следовала пара юных номов, всегда готовых броситься на
помощь и подставить плечо для опоры. Лицо его было подобно сморщенному кожаному
мешку, в котором зияли две черные дыры, из них сверкали глаза.
Масклин заметил, что все сбились в кучку у него за спиной. Теперь это происходило
каждый раз, когда они чувствовали себя не в своей тарелке.
Приемный зал аббата был отгорожен листом картона от шахты лифта. Каждый раз, когда
тот проезжал мимо, в воздух поднималась целая туча пыли.
Аббат, поддерживаемый юными помощниками, осторожно опустился в кресло. Суета
стихла. Аббат подался вперед:
- О, Дель Икатес, ты ли это? Изобрел что-нибудь новенькое?
- Пожалуй, нет, милорд, - поклонился тот. - Имею честь представить вам, милорд...
- Я никого не вижу, - вкрадчиво произнес аббат.
- Ослеп должно быть, - фыркнула бабушка Морки.
- И к тому же никого не слышу, - добавил аббат.
- Тише, - зашипел Доркас. - Кто-то ему о вас рассказал! Он просто не желает замечать
вас! Милорд, - громко произнес он, обращаясь к креслу, - я принес странные новости.
Магазин скоро рухнет!
Эффект этих слов оказался совсем иным, чем тот, которого ожидал Масклин.
Выстроившиеся за креслом аббата священнослужители Канцелярских Принадлежностей
прыснули со смеху, а благостная улыбка на лице аббата стала еще шире.
- О! И когда же примерно произойдет это ужасное событие, сын мой? - спросил он.
- Через двадцать один день, милорд.
- Вот как? - ласково произнес аббат. - В таком случае поспеши, как бы тебе не
опоздать, а потом приходи к нам, расскажешь, на что это было похоже.
На этот раз священники лишь ухмыльнулись.
- Милорд, это не...
Аббат протестующе поднял скрюченную руку.
- Я не сомневаюсь, что тебе многое известно об электричестве, Доркас, но также тебе
следовало бы знать, что каждый раз, когда открывается Большая Бросовая Распродажа, люди
возбужденно говорят: "Конец Магазина близок". Но, как ни странно, несмотря на это, жизнь
продолжается.
Масклин поймал на себе взгляд аббата. Пожалуй, как невидимка он привлекал к себе
слишком уж явное внимание.
- Милорд, все гораздо серьезнее... - пробормотал Доркас подавленно.
- О, это электричество тебе так сказало? - насмешливо поинтересовался аббат.
Доркас слегка ткнул Масклина под ребра.
- Давай, - кивнул он.
- Сейчас, - шепнул Масклин и, сделав шаг вперед, положил коробок на пол у ног
аббата.
- Нахожусь ли я в присутствии лидеров этого сообщества? - спросил кубик.
- Настолько, насколько это возможно, - отозвался Доркас. Аббат удивленно уставился
на говорящий ящичек.
- Я буду пользоваться простыми словами, - объявил кубик. - Я являюсь
регистрирующим и навигационным компьютером. Компьютер - это думающая машина. Она
думает, вычисляет, снова думает. И понимает, как думает компьютер. Я использую
электричество. Иногда электричество может нести сообщения. Я могу слышать эти сообщения.
Я могу эти сообщения понимать. Иногда эти сообщения идут по проводам, называемым
телефонными проводами. Иногда такие провода есть в других компьютерах. В Магазине есть
компьютер. Он платит людям зарплату. Я могу слышать, как он думает. Он думает: "Скоро не
станет Магазина, не станет платежных ведомостей, не станет счетов". Телефонные провода
говорят: "Это "Гриметхорн"? Компания по сносу зданий? Мы можем обсудить окончательно
срок сноса Магазина? Все товары и инвентарь будут вывезены в течение трех недель".
- Весьма мило, - буркнул аббат. - И как же вам удалось это сделать?
- Я ничего не делал, милорд, - пробормотал Доркас. - Эту коробочку принесли сюда
они...
- Кто - они? - резко перебил аббат, в упор глядя на Масклина и.., не замечая его.
- Интересно, что будет, если я ущипну этого старикашку за нос? - спросила бабушка
Морки хриплым, свистящим шепотом.
- Будет очень больно, - предостерег ее Доркас.
- Вот и хорошо.
- Я хотел сказать: тебе будет больно. Потом. Аббат с трудом приподнялся в кресле.
- Хватит! Я достаточно терпелив, но всему есть свои пределы! Пожалуйста,
размышляйте о том, что там Снаружи, по ту сторону Магазина, - я не возражаю. В конце
концов, это хорошая гимнастика для ума! Мы не были бы номами, если бы все время держали
свой разум в узде. Но настаивать, что по ту сторону Магазина есть нечто... Это ересь! И не
пытайтесь одурачить меня какими-то игрушками... - Аббат грузно шагнул вперед и со всего
размаху опустил свою тяжелую палку на коробок. Раздалось тихое жужжание. - Я не
потерплю этого! Слышите вы меня?! - закричал он. - У Магазина есть стены, а по ту сторону
стен нет ничего. Никакого Снаружи! Никаких Потусторонних Существ! Никаких Посторонних!
Ни-че-го! Это надо же такое придумать - жизнь в других Магазинах! Вон отсюда! Аудиенция
закончена!
- Я могу выдержать давление весом две тысячи тонн, - оскорбленно произнес кубик.
Никто не обратил на его слова никакого внимания.
- Прочь, прочь отсюда! - неистовствовал аббат.
Масклин заметил, что старика бьет дрожь.
С Магазином была связана одна странность. Еще несколько дней назад Масклину
достаточно было знать о больших голодных существах и о том, как избежать встречи с ними, и
этого хватало, чтобы выжить в Наружном Мире. Торрит называл такие знания охотничьими
хитростями. Но сейчас у Масклина появились подозрения, что бывают и знания иного рода.
Они касаются того, как выжить среди номов. Тут необходимо помнить, что следует быть очень
осторожным, когда говоришь другим то, что они не желают слышать, что мысль о том, будто
они не правы, приводит их в ярость...
Младшие служки поспешили избавиться от докучливых посетителей: взяв их в кольцо,
стали теснить к двери. Все было проделано весьма ловко. При этом все избегали касаться
пришельцев хотя бы кончиком пальца и старательно отворачивались, чтобы не встречаться с
ними взглядами. Стоило Торриту нагнуться, чтобы поднять с пола кубик
...Закладка в соц.сетях
