Жанр: Фантастика
Варька
...х. И тут Рюрик начал над ними прикалываться.
По-черному. Однако первых минут двадцать ни Катрина, ни Сабрина искренне этого не
замечали. Сначала Варька еще пыталась сдерживаться, потом начала хихикать, а затем, когда
Рюрик начал пихать ее локтем в бок и шипеть, чтоб она не мешала ему развлекаться, на Варьку
напал ржак. Она искренне пыталась его спрятать, имитируя кашель, но, похоже, ей это не
совсем удалось, поскольку до Катрины, наконец, дошло, что здесь что-то не так.
- Вы что, издеваетесь? - спросила она у Рюрика.
- А что, заметно? - хмыкнул Рюрик, и девиц де Крус прорвало. Катрина и Сабрина
вскочили, зашипели, что теперь-то им все понятно, и вылетели из "Млина".
- Извини, Рюрик. - никак не могла успокоиться хохочущая Варька. - Я, конечно,
понимаю, что слегка подпортила тебе развлекаловку, но я просто уже не могла сдержаться.
- Да ладно... - простил графиню великодушный Рюрик и тоже рассмеялся.
- Спасибо тебе. - с искренней душевной теплотой сказала Варька и прижалась щекой к
плечу Рюрика.
- За что? - не понял черт.
- За поддержку. За смех. За то, что поставил этих мармышек на место. Ты знаешь, я даже
уже и не помню, кто и когда последний раз доставлял мне столько удовольствия.
- Да брось ты! - поежился от Варькиной похвалы черт. - Мне самому эта сцена
удовольствие доставила. - графиня подняла бокал и как-то не очень весело улыбнулась.
- За тебя, Рюрик.
- Знаешь что, Варвара?! Кончай ты мне тут расстраиваться из-за этих двух дур! -
Вспылил черт. - Ничего такого, из-за чего ты могла бы печалиться, нет ни в Катрине, ни в
Сабрине!
- Ты знаешь, меня не только девицы де Крус тревожат... - вздохнула Варька.
- Я могу тебе чем-нибудь помочь? - сразу заинтересовался Рюрик.
- Слушай, а ведь можешь наверное... - задумалась Варька. - Ты же можешь найти
моего благоверного супруга, некоего гоблина Болдани?
- Могу. А зачем он тебе?
- Да ни зачем! Просто должен же хоть кто-нибудь ему посоветовать избегать Хай-Ри,
чтобы не распроститься со своей жизнью.
- Ты что, не хочешь, чтоб Хай-Ри убил Болдани? - удивился Рюрик.
- С некоторых пор нет. - нахмурилась графиня.
- Это почему?
- Да потому что замуж мне за Хай-Ри не хочется. Совсем. - созналась Варька.
- Понятно. - иронично улыбнулся черт. А Варька, проникнувшись симпатией к этому
ничему не удивляющемуся типу, попыталась поделиться с ним своим состоянием.
- Ты знаешь, Рюрик, может, конечно, со мной что-то не так... Может быть, я вообще
больная, но замуж мне абсолютно не хочется. Ни за кого. Даже за Хай-Ри, хоть он мне и
нравится. Я еще не готова к этому просто-напросто. Хотя... я прекрасно понимаю, что для
женщины, конечно же, это ненормально.
- Почему? - пожал плечами Рюрик. - Наоборот нормально. Свободные отношения,
обоюдное удовольствие, никакой ответственности...
- Бог ты мой, ну почему же Хай-Ри-то этого не понимает? - возмутилась Варька, а черт
поднял на нее змеиный зеленый взгляд и улыбнулся.
- Слушай, графиня, а тебе никогда не приходило в голову, что это не ты ненормальная, а
Хай-Ри ненормальный? Должна же быть хоть какая-то причина того, что твой пират не
понимает элементарных вещей? Может он у тебя больной просто? Может тебе не влюбляться в
него надо, а лечить его срочно? А? - Варька рассмеялась, а Рюрик наклонился ближе и
доверительно посоветовал: - Ты знаешь, Варвара, давай-ка ты вернешься домой и выспишься.
Уверяю тебя, с утра все будет выглядеть совсем по-другому.
- Ладно. - вздохнула Варька.
Черт проводил ее до кареты, помог усесться и протянул Варьке какие-то бумаги.
- Что это? - удивилась Варька.
- Моя посильная помощь в борьбе с девицами де Крус. Почитай на досуге. Я думаю, ты
девочка умная и сама поймешь, что с этими бумагами делать. Может, конечно, это и не самый
действенный способ бороться с сестрами де Крус, но неприятности ты им доставишь
определенно.
- Правда? - оживилась Варька.
- Как пить дать! - заверил ее Рюрик, чмокнул в щеку, и карета графини двинулась по
направлению к Тьену.
Тем временем события продолжали развиваться по нарастающей. Катрина, подумав,
решила напакостить Варьке опять и начать полномасштабное наступление на нелюбимую
графиню по всем фронтам. И первым ей под руку подвернулся Ухрин, подозреваемый
Катриной в том, что он - Варькин шпион. Монах, разумеется, о надвигающемся на него
бедствии не знал ни сном, ни духом. Ухрин был не совсем трезв (точнее совсем нетрезв,
поскольку обмывал с Вулиметром только что написанный хит) и очень весел (поскольку хит
удался).
У него не было никакого предчувствия. И даже предвидения. И если даже ему и было
послание свыше, то оно затерялось на полдороге. Поэтому оказать сопротивление Катрине
Ухрин просто не смог. Тем более, что Катрина приложила максимум усилий, чтобы остаться
неузнанной. Она заявилась к Ухрину с просьбой освятить ее жилище, (для чего сняла на время
комнату в гостинице), и монах клюнул. Поставив себе целью в процессе соблазнения
перевербовать Ухрина, Катрина по дороге раза два "нечаянно" его коснулась, раза три
"нечаянно" задрала платье, и к моменту прибытия экипажа к двери гостиницы, Ухрин уже был
готов. Настолько, что подхватил Катрину на руки и понес ее в номер.
Пошатываясь от вина и тяжести, и пару раз чуть было не навернувшись на лестнице,
монах все-таки кое-как дотащил Катрину до кровати. (Последняя по размерам не намного
уступала аэродрому родного Варьке Тырдымовска). Катрина поначалу активно помогала
Ухрину себя раздеть, мало заботясь о сохранности собственного наряда, а затем высунулась в
окошко и истошно заорала, что ее насилуют. Голоса у визгливых дур отличаются высокой
пронзительностью, а потому Катрину услышало максимальное количество народа. Вот тут-то
Ухрин и понял, что он попал. За такую провинность его в лучшем случае могли убить. В
худшем - расстричь и заставить на Катрине жениться. Представив себе последнюю
перспективу, Ухрин вспотел и начал метаться по комнате. Хлипкая дверь уже дрожала под
ударами кованых сапог, и монаху ничего не оставалось делать, как сигануть в окно. Именно это
монах и сделал. А потом вспомнил, что номер Катрины находится на четвертом этаже.
Впрочем, секунду спустя, Ухрин уже находился этажом ниже, а еще через секунду перед ним
замаячила радужная перспектива разбить себе голову. Монах зажмурил глаза и уже
приготовился было отдать Богу душу, но... именно в этот исторический момент Господу Богу
его душа оказалась совершенно без надобности. Ухрин завис буквально в паре метров над
мостовой, а затем понял, что летит.
Катрина разразилась всеми известными ей нецензурными словами в адрес
ускользнувшего из ее рук монаха, но ничего поделать уже была не в силах. Единственное, что
она могла, - это убедить себя в том, что сбежавший Ухрин проникнется сознанием ее
совершенства позже, и что на самом деле он уже стал ее самым тайным шпионом в тылу врага.
Настолько тайным, что даже сам не подозревал об этом.
Тем временем Ухрин продолжал свой загадочный полет. Он продержался в воздухе еще
минут пять, потом начал снижаться, затем мягко приземлился на траву и открыл, наконец,
зажмуренные глаза. И увидел Кешу.
- Я получил приказ от Хай-Ри следить за девицами де Крус. - пояснил дракон. - Жди
меня здесь. Я принесу одежду. - монах ощупал себя и понял, что сбежал от Катрины в чем
мать родила - то есть в туфлях и шляпе.
- Что мои прихожанки скажут! - застонал Ухрин.
- Ты лучше подумай о том, что скажет графиня де Сент-Труа Тьен! - хмыкнул дракон,
и Ухрин чертыхнулся. Это он не знал еще, что он шпион Катрины, а то очень расстроился бы.
А дальше события развивались совсем интересно. Варька просмотрела бумаги, врученные
ей Рюриком, и радостно понеслась делиться информацией с Эллен.
- Читай! - торжественно выложила бумаги Варька.
- Что это? - заранее полюбопытствовала Эллен.
- Компромат! - доложила довольная Варька.
- Что?!
- Ну... порочащие сведения.
- На кого?
- На девиц де Крус, на кого же еще-то?
- Да все и без этих сведений знают, кто такие эти девицы на самом деле и что они из себя
представляют.
- Ты читай! - возразила Варька. - А потом ты сразу поймешь мою мысль. - Эллен
пробежала глазами текст, подняла на Варьку довольный взгляд и широко улыбнулась.
- Ты хочешь настроить девиц де Крус друг против друга? - догадалась Эллен.
- Угу! - радостно подтвердила пойманную подругой на лету мысль Варька. - Это же
надо - Катрина с фиктивным мужем Сабрины переспала! Как жаль, что я не увижу реакцию
Сабрины на это известие. Во шоу будет!
- А может и не будет. - трезво осадила Варькины мечтания Эллен. - Вдруг они этого
самого мужа по взаимной договоренности поделили? Они же любят мужиков вдвоем кадрить.
- Численным превосходством берут, наверное. - не удержалась Варька от шпильки в
адрес девиц де Крус.
- Да я не об этом! - пояснила свою мысль Эллен. - Я к тому, что этот твой компромат
может оказаться для них не таким уж большим открытием. Вдруг он никак на сестер не
подействует и поможет нам, как мертвому припарки? - Варька ненадолго задумалась.
- Да нет, Эллен, вряд ли. Если б это так было, мне бы его Рюрик не сунул.
- Кто тебе его сунул???
- Рюрик. А ты что, знаешь его что ли?
- Лэрда Рюрика?! Ну ты спросила вообще. Конечно знаю! Весь вопрос в том, откуда ты
его знаешь...
- А я тебе что, эту феерическую эпопею не рассказывала что ли? - удивилась Варька.
- Нет... - И Варька пустилась в повествование с подробностями. И про девиц де Крус, и
про похищение, и про Рюрика, и про бал... Когда графиня добралась до эпизода с
бриллиантами, Эллен не выдержала.
- Так это была ты?! Я, конечно, слышала о некой девице, которую лэрд принял в своем
замке более, чем благосклонно, но никогда бы не подумала, что с ней встречусь. А теперь
оказывается, что это ты. Ничего себе! И сколько же ты пробыла в гостях у лэрда?
- В общей сложности - три дня.
- Три дня?! - вытаращила на Варьку глаза Эллен. - И... что тебе сказал Хай-Ри по
этому поводу?
- Ничего. А что он мне сказать мог?
- Ну вообще-то, если он слышал о лэрде хотя бы половину того, что знаю о нем я, он, по
идее, должен бы закатить тебе такую сцену ревности...
- С какой это радости? - возмутилась Варька. - Я же не по собственной воле попала в
гости к Рюрику...
- Какая разница? - пожала плечами Эллен. - У лэрда такая репутация, которая любую
сцену ревности оправдает.
- Ой, да ладно тебе на Рюрика наговаривать. - отмахнулась Варька. - Он вполне
обыкновенный черт. Умный, интересный и компанейский.
- Правда? - искренне удивилась Эллен, которая пару раз Рюрика видела. - Ты знаешь,
мне так не показалось.
И Эллен вспомнила явление великого лэрда на одной из официальных церемоний,
проводившихся Советом Тьмы. Рюрик совершенно не выглядел обыкновенным. Он выглядел
каким угодно, только не обыкновенным. Эллен вспомнила, какое впечатление он на нее
произвел и передернула плечами. Агрессия, самоуверенность, внутренняя сила,
иронично-ехидный взгляд, безусловный интеллект и абсолютное пренебрежение к
окружающим. Холодный, непробиваемый снобизм, неприкрытый цинизм, и совершенно
наплевательское отношение ко всему, кроме собственной персоны.
- Слушай, мы говорим про одного и того же Рюрика? - уточнила Варька у Эллен,
поделившейся своими наблюдениями.
Слов нет, черт, конечно, умел быть мерзопакостным, но не до такой же степени! Или
просто он не считал нужным быть таким с ней? Лэрд произвел на Варьку совершенно
противоположное впечатление. Он был общительным, умел слушать, не выпендривался, а
порой даже позволял себе настолько расслабиться, что представал перед графиней абсолютно
человечным. Варька видела Рюрика разным. И принимала разным. Поэтому мнение о лэрде
окружающих было ей абсолютно пополам.
Да что эти окружающие знают? Сами боятся его, как чумы, и даже не видят, как их
великий и ужасный черт страдает от одиночества. А Варька видела! Это же с ума сойти -
сколько времени такой коммуникабельный тип, как Рюрик, провел в гордом одиночестве! И
окружающие еще удивляются, что у него характер мерзкий. Если бы от Варьки все шарахались,
как от чумы, у нее тоже характер мерзкий был бы. Да от такого положения дел даже черт,
обычно такой сильный и уверенный, казался иногда уставшим и далеким. И, кстати, он вовсе не
боялся демонстрировать графине свои слабости. Варька даже не задумывалась почему. До
сегодняшнего разговора с Эллен. Впрочем, то, что Рюрик относился к ней несколько иначе, чем
к остальным, говорило только об одном - он действительно считал ее своим другом.
Варька общалась с лэрдом достаточно долго, чтобы составить о нем собственное мнение.
Рюрик был вовсе не тем циничным, непробиваемым и опасным тип, каким видели его
окружающие. Он нормальный. Вполне человечный и поддающийся пониманию.
Однако, подумав, Варька поняла, что рассказать об этом Эллен она не может. Это был
почти что заговор. Молчаливый, но тем не менее действенный. Нет, Рюрик ее вовсе не просил
скрывать что бы то ни было. Но Варька это почувствовала. А потому перевела разговор на
другую тему и поведала Эллен о сражении с гоблинами, в котором принимала
непосредственное участие, о боевых качествах дракона и о ранении Нарка. Словом, когда
Варькина повесть в лицах подошла, наконец, к логическому завершению, дело уже было ближе
к вечеру. Но не откладывать же на завтра сладкую радость мщения! И курьер с компроматом на
Катрину отправился к Сабрине прямо в ночь.
Оказалось, что Варька была права, и Рюрик выдал ей компромат не напрасно. Прочитав
послание, разъяренная Сабрина ворвалась в комнату сестры и повыдирала из Катрины
половину ее приблондиненных волос, после чего Катрина начала выпадать клочками. Стены
замка постонали еще часа два от гонявшихся друг за другом с вениками сестер, а затем
наступила неожиданная тишина. Катрина и Сабрина выдохлись, заключили перемирие,
выгнали фиктивного мужа Сабрины вон, разошлись по своим комнатам и, надвинув подушки
на уши, сладко заснули.
А утром на них обрушилось еще одно горе: папа-барон, которому, наконец, надоело
наблюдать за выходками своих дочерей, отказал им в денежном содержании, пока они не
исправятся. Исправляться, разумеется, ни одна из сестер не собиралась, а потому Катрина,
вспомнив о существовании самой древней женской профессии, отправилась на
самостоятельные заработки. Она, конечно, и Сабрину с собой взяла бы, но толку-то от нее? С
ней же разоришься сразу, да еще и пострадавшим клиентам доплачивать придется за
нанесенный моральный ущерб. Словом, соорудила Катрина на голове любимую прическу
"чердак-теремок", прикрыла начало всех начал фиговым листком и отправилась в сторону, где
ее предположительно знали меньше всего - к гоблинам.
Известны три истины по поводу того, что
- с кем поведешься, с тем и наберешься,
- с кем поведешься, от того и забеременеешь и
- с кем поведешься, так тебе и надо.
Ни один из трех путей ни Варьку, ни Эллен не устраивал. Конечно, поодиночке с
девицами де Крус справиться было проще, а потому позвав на помощь болтающегося без дела в
Варькином замке Вулиметра, они на троих стали думать, как бы им от этой напасти избавиться.
Сердобольный Вулиметр предложил средство анестезии, изобретенное еще в первобытном
обществе и проверенное временем - дубинкой по голове. Варька, неожиданно
проникнувшаяся идеей милосердия, предложила попросту обзавестись амулетами из
"кошачьего глаза", под предлогом того, что этот камень хорошо помогает от соперниц. Однако
Эллен вполне резонно возразила ей в ответ, что от соперниц помогает только цианистый калий.
Тут же посыпались предложения использовать для этой цели крысиный яд, мышьяк и другие
гуманные средства массового отравления.
Сабрина, оставшись в гордом одиночестве, тоже развила кипучую деятельность. Сначала
она попыталась еще раз закадрить Руальда Залесского, но правильный и верный (Изольде)
рыцарь на нее не повелся. Тогда Сабрина пробралась в "Млин" и перед собравшимися начала
катить бочку на Рюрика за то, что он 1) не убил Варьку, 2) (самое страшное) не полюбил
Сабрину с первого взгляда и с последующих взглядов тоже. Однако нечисть, которой Сабрина
данную речь толкала, оскорбилась за своего лэрда. Сабрине сказали, что она - дятел, и что на
ней сейчас проверят исследования ученых, согласно которым хорошо брошенный дятел летит
не менее тридцати метров, втыкается по пояс и висит два часа. После этого нечисти сунули
Сабрину головой в ближайший стог сена и разошлись по домам.
На следующий же день Сабрина объявила во всеуслышании, что открыла в себе дар
предвидения.
- Никто в здравом уме не становится экстрасенсом. - отреагировала на это сообщение
Варька, однако девица де Крус, объявив себя провидцем, тут же начала пророчествовать.
Сабрина рассказала, что видит собственное будущее, и что это будущее будет славным.
Оказалось, что после того, как у нее открылись чакры, рассосалась аура и выпрямилась карма,
она установила взаимосвязь с космическими силами. И теперь специальные архаты делали
Сабрине массаж астрального тела на дому и делились с ней откровениями. Например, по
поводу того, что нынешнее поколение просто не доросло до того, чтобы ее понять. Сабрина
загордилась и объявила всем, что она еще им покажет.
- Плохой ты человек, Варвара, раз тебя не любят такие люди! - прикололся Нарк,
которому и без Сабрининых откровений был ясен диагноз сестер де Крус.
- Может, я и плохая, но мне от этого хорошо. - твердо заявила Варька. - Слушай,
Нарк, я тут подумала на досуге... Ты такую команду, как "Пикник", знаешь?
- Знаю. А "Пикник"-то тут причем?
- Ты у них вещь под названием "Инквизитор" слышал?
- Ну?
- Что "ну"? Там фраза классная есть по поводу того, что "даже в самом пустом из самых
пустых есть двойное дно". Вот я и думаю - может, мы просто не понимаем чего-нибудь?
Может, у девиц де Крус тоже двойное дно есть?
- Почто ж ты чемоданы-то оскорбляешь, сравнивая их с этими мармышками? -
возмутился Нарк. - Какое там дно? Там ни крышки, ни основы! Да там даже со стенами
проблемы, по-моему. Ты же сама слышала, что у них уже прямая связь с космосом! - Варька
рассмеялась.
- Хорошо тебе говорить, Нарк. На тебя девицы де Крус бочку не катят. Ты вообще их
миновал благополучно.
- Это потому, что я, в отличие от местных рыцарей, подобных дур не первый раз вижу. И
честно говоря, не совсем понимаю, чего ты по их поводу расстраиваешься.
- Да докопали они меня обе! - возмутилась Варька. - Мне их убить уже хочется! А я
еще и Хай-Ри сдерживать должна, чтоб он их не передушил ненароком!
- Да ладно тебе! - попытался успокоить графиню Нарк. - Относись ты проще ко всему
этому! Подумаешь... Ну послушаем мы этих сестер в очередной раз, выясним, что они считают
в наших достоинствах недостатками... Ну и что? Посмеемся и забудем опять. Кто их вообще
всерьез воспринимать может? Так что кончай переживать и злиться из-за них. И из-за Хай-Ри
тоже, кстати. Даю слово, что я его попридержу слегка, чтобы он свой пыл на всяких дураков не
расходовал. Пусть он лучше мужа твоего ищет, да сживает его со света быстрей. А то Руальд с
Дмитрием на него уже коситься начали. - Варька рассмеялась и махнула на девиц де Крус
рукой.
И зря это сделала.
Глава тринадцатая,
в которой из яйца вылупляется нечто необычное, а у русского князя неожиданно
появляется конкурент.
Раннее солнечное утро застало Варьку мирно сидящей в кресле и пьющей чай. Хай-Ри ни
свет ни заря отправился по своим военным делам, а проводившая его графиня ложиться
досыпать не захотела. Было так умиротворяюще-тихо, что баламутить слуг своим
неожиданно-ранним пробуждением Варька не стала. Она просто поднялась с кресла и
направилась прогуляться по замку. Графиня быстро миновала анфиладу комнат, спустилась
вниз и открыла дверь на кухню. И тут же поняла, что внезапно возникшемк у нее желанию
позавтракать в одиночестве исполниться не суждено. На кухне уже топтался Нарк. Мало того,
он даже что-то готовил, напевая себе под нос веселую песню о том, как из колхозной молодежи
панковал один лишь он.
- Ты чего тут делаешь в такое время? - удивилась Варька.
- А ты? - ответил вопросом на вопрос Нарк.
- Позавтракать решила пораньше. - призналась Варька.
- И я решил. Повыгонял на фиг всех вылезших мне помогать слуг и встал у сковородки.
Ты понимаешь, - обернулся к Варьке жующий Нарк, - кормят, конечно, нас хорошо. И даже
очень хорошо. В нашем мире так питаться никаких денег не хватит. Но тут есть один
небольшой нюанс.
- Это какой же? - искренне заинтересовалась Варька.
- Да осточертела мне уже эта кухня элитных ресторанов! Омары, кальмары... тьфу!
- Доедь до Дмитрия, он тебя блинчиками с икрой накормит и пельменями. -
предложила Наркоту Варька.
- Не хочу. - хмуро ответил Нарк.
- А чего хочешь? - поинтересовалась Варька.
- Плов хочу. Я его тысячу лет не ел уже.
- А ты что, плов умеешь готовить? - поразилась до глубины души Варька.
- А то!!! Между прочим, все нормальные мужики готовить умеют. Только не сознаются,
чтоб женщин не смущать.
- Ну и на каком этапе готовности твое блюдо? - облизнулась Варька, поняв, что тоже
соскучилась по плову.
- Скоро уже готово будет. - сообщил Нарк и, поймав ее голодный взгляд, предложил:
- позавтракаешь со мной?
- Спрашиваешь! - рассмеялась Варька. - Конечно позавтракаю. Надо же хоть иногда
устраивать себе мелкие внеочередные праздники.
- А с чего это ты взяла, что сегодня праздник? - отвлекся от сковородки Нарк.
- Здрасте! Это ж народная примета такая - мужчина на кухне - значит праздник.
- Восьмое марта что ли?
- Можно и восьмое марта. Только этот великий праздник нам с тобой все равно на двоих
отмечать придется.
- Это почему? - удивился Нарк.
- А как я смогу объяснить историю возникновения и традиции празднования восьмого
марта Хай-Ри? - логично возразила Наркоту Варька, доставая тарелки. - Расскажу ему про
Клару Цеткин и Розу Люксембург? - Нарк закашлялся.
- Не надо. Он не поймет. Давай лучше все-таки на двоих отметим. Ну, что по пятьдесят
грамм?
- С утра?
- Так восьмое марта же.
- Тогда ладно.
Сетуя на то, что в данном дурацком мире нет даже стопочек, Нарк разлил содержимое
бутылки в чайные чашки (по чуть-чуть, чтоб только прикрыть донышко) и дал тост.
- Сто грамм - не стоп кран. Дернешь - не остановишься. - выдал Нарк и осушил
чашку.
- В жизни всегда есть место поводу! - поддержала его Варька.
Чуть позже, когда они уже сказали дружное "бр-р-р" и разложили плов по тарелкам,
Нарка потянуло на философские разговоры.
- Ты знаешь, Варвара, иногда я понимаю твое желание попасть домой. - Сознался
он. - Меня порой такая тоска охватывает... Причем совершенно необъяснимая. Хочется в
переходе под гитару попеть... или на картошку съездить... Вот казалось бы, если разумно
подумать, ну что в этом хорошего? Сыро, холодно, картошка мелкая... А я все равно мечтаю
тут к какому-нибудь крестьянину тимуровский трудовой десант организовать. А потом
нарисовать лозунг "слава труду", нет... лучше "слава мне, любимому"... сесть под него и
напиться.
- Ну поскольку здешнее население с таким шедевром соцреализма, как лозунг, еще не
знакомо, у меня есть полное основание опасаться, что тебя не поймут.
- Не поймут. - согласился с Варькой Наркот. - Так что ты не рассказывай уж никому о
моих слабостях.
- Буду нема, как замороженный омуль, завезенный два года назад! - поклялась
Варька. - Впрочем... Если честно... Мне об этом и рассказывать-то некому. Тем более, что я
не совсем понимаю, с какой стати тебя на ностальгические воспоминания потянуло. Вроде бы,
тебе тут все нравилось...
- Сон мне приснился. - пояснил Нарк. - Дурацкий.
- Ты знаешь, Нарк, - нервно дернулась Варька, - после появления на нашем горизонте
девиц де Крус меня твои сны настораживают. Что тебе на этот раз снилось? Надеюсь, не новые
червяки?
- Да не... - отмахнулся Нарк. - Сон был вообще ни о чем. Будто иду я по ночному
Питеру. Сначала по одной из центральных улиц, а потом по направлению к какому-то
лесопарку. И главное - народ вокруг какой-то подозрительный. Сначала мне попадались
девочки с длинными ногами и классическими городскими коленками - молочно-белыми и
костлявыми, потом выпивающие неформалы, затем засыпающие после праведного труда
бомжи, а потом никого. И потом никого. И совсем потом никого. И потом никого совсем.
Сначала мне было все равно, потом неприятно, потом жутковато, а потом даже немного
страшно.
- А потом? - затаила дыхание увлекшаяся Наркотовским рассказом Варька.
- А потом я проснулся. - поведал Нарк. - И понял, что хочу плова. Ну, что, еще по
пятьдесят грамм?
- Ой, нет, Нарк. День только начинается. Да и ты тоже это... не налегай. А то
попадешься еще под этим делом в руки девиц де Крус. - Нарк улыбнулся, и Варька
фыркнула. - Я, между прочим, серьезно тебе говорю. Чего ты мне тут глазки девять на
двенадцать строишь?
- А что, боишься, что нас Хай-Ри застукает? - облизнулся Нарк.
- А ты не боишься? - дернула бровью Варька.
- Бывает. - вздохнул Нарк, почесал затылок, а потом все-таки отодвинул чашку. -
Ладно...
Утро постепенно становилось из раннего поздним, слуги занимались своими делами,
Варька направилась в свою библиотеку, Нарк пошел помогать Хай-Ри муштровать войска, и
никто даже не подозревал о том, что очередной сон приснился Наркоту не просто так.
Первым в этом пришлось убедиться Вулиметру. Причем на сей раз принц оказался
втянутым в данное происшествие помимо своей воли и по совершенно непонятным причинам.
Мало того, он даже ничего не сделал для того, чтобы быть в это безобразие втянутым. Ну если
только проснулся и открыл глаза. Однако делал он это на протяжении тридцати лет
периодически, и обычно ничем особенным эта процедура не заканчивалась. Пока. Ситуацию в
корне поменяло одно отдельно взятое утро, о котором я и собираюсь вам поведать. Именно оно
и стало для Вулиметра самым тяжким рассветным исключением в его жизни. Тяжким потому,
что Вулиметру было тяжело. В самом прямом и конкретным смысле этого слова. Не с похмелья
и даже не из-за угрызений со
...Поділитися у соцмережах
