Жанр: Фантастика
Гнев оборотня
Андрэ Нортон
Гнев оборотня
(Колдовской мир: Высший Халлак 9.)
Andre Norton. Were-Wrath (1989)
Библиотека Старого Чародея - http://www.oldmaglib.com/
- Мясо кроби! Мясо кроби!
Та, которая некогда называлась госпожа Тра, а теперь превратилась в смуглую
худую женщину, такую же тощую, как птицы-стервятники, к которым она обращалась,
ударила кулаком по земле возле дерева на опушке леса. Острый камень впился ей в
ладонь. Она радовалась этой боли, глядя на сцену внизу - туда, где ее спутник уходил в
мир смерти.
Ринард, застенчивый, медлительный, с мощными мышцами и слегка ограниченным
умом, был с нею с того момента, как пал Ланфорт, он сражался за ее спиной. И вот,
последний из всех, тоже попал в руки высокомерных жестоких северян, которые не
желают, чтобы беглецы мешали им совершать набеги и воевать. Она осталась одна.
Черная гончая на кроваво-красном знамени - она это запомнит. Да, она сохранит
это в памяти и однажды... Рука ее крепче сжала камень, и боль усилилась, - но так она
лучше запомнит свою клятву, хотя у нее мало надежды ее выполнить.
Лес - ее единственная надежда. От равнины ее отрезали. Лес густой и темный, на
небе собираются грозовые тучи... Тра встала, поправила пояс с мечом и вещевой мешок на
спине.
Ходили слухи, что среди этих мрачных зеленых деревьев кто-то живет. И ничего
хорошего об этих живущих в лесу не говорили. Однако Тра видела от людей слишком
много зла, видела кровь и пламя, и поэтому темнота впереди казалась ей спасением.
Слышала Тра и разговоры о том, что обитающие в этом лесу - чужие. Ну и ладно. В
глубине сердца она и себя ощущала теперь чужой людям; никакой зверь не может быть
так опасен, как они.
Лицо Тра под шапкой с нашитыми металлическими кольцами заострилось; она
давно забыла роскошь чистого белья. Ее нынешний мир был жесток. Но впереди
открывалась тропа, узкая щель, отмеченная тут и там следами лап или копыт, среди
которых не было ни одного следа обутой ноги.
Лесная тишина внушала странные мысли. Да, здесь можно было укрыться, но лес
наполняла его собственная жизнь, и потому Тра время от времени оглядывалась. Ей
казалось, что за ней следят. Беспокойство с каждым шагом усиливалось, девушка
напрягала слух, ожидая погони. Но вот тропа расширилась и, несмотря на тучи в небе и
сумрак под деревьями, впереди стало светлее. Тра вышла на поляну, на которую упали два
гигантских дерева; они лежали рядом, и ветви одного переплетались с торчащими
корнями другого.
Прижимаясь к этим ветвям-корням, стояла хижина, - грубая, но крепкая; стены ее
были сложены из камней и бревен. Крыша выглядела достаточно прочной, чтобы
защитить от грозы.
Справа находился выложенный камнем небольшой бассейн, и в него текла вода, к
которой так стремились пересохшее горло и пыльное тело.
Укрывшись за кустом, Тра разглядывала картину перед собой. В хижине
примитивный очаг, но дым из трубы не идет. В стене по обеим сторонам двери из
неошкуренных досок - узкие щели, едва ли шире ее ладони. Тра не ощущала здесь
жизни.
На поляну опустилась крупная бабочка, с ярко-золотыми крыльями в черную
полоску. Неожиданно из спутанной травы выскочил серый зверь, но прыжок его оказался
недостаточно быстрым. Добыча улетела, зверь опустился на землю, и Тра узнала в нем
кота.
Кот сел на ствол ближайшего дерева и принялся умываться, делая вид, что бабочки
его совершенно не интересуют. Тра импульсивно шагнула вперед. Кот выглядел сытым;
его присутствие здесь говорило о близости жилья. Перестав мыться, кот задумчиво
уставился на девушку. И в сознании Тра возникло:
- Двуногое... новое двуногое... - В этой мысли чувствовалась критическая оценка.
Тра не была удивлена таким вторжением в свое сознание. В этом лесу все казалось
возможным. Это место жило собственной жизнью. Но... девушка облизала губы кончиком
языка... Обращаться к этому пушистому существу, как к человеку?.. С таким трудно
смириться.
Кот перевел взгляд с нее на хижину, потом снова посмотрел на девушку, и она
хрипло спросила:
- Здесь кто-нибудь живет? - Собственный голос показался ей слишком громким.
- Логово пусто - сейчас.
Тра перевела дыхание. Отличный ответ! Она и не надеялась на такой. Девушка
приблизилась к бассейну, опустилась на колено и, по-прежнему держа правую руку на
рукояти меча, левую погрузила в воду, поднесла ко рту.
Кот продолжал наблюдать. Девушка достала свой водяной мешок, вылила мутные
остатки и набрала свежей воды. Позаботившись о запасах на будущее, Тра скрестила ноги
и села лицом к коту. По поляне разливалось какое-то дремотное спокойствие, оно
действовало и на мозг, и на тело. Пролетевший ветерок принес запах трав. Девушка
зевнула и тут же встряхнулась.
А если это колдовство? Она так долго убегала от опасности, что больше никому и
ничему не доверяла. Встав, она направилась к хижине, не сводя глаз с кота.
Но серый зверь не проявлял враждебности, его уши не прижимались к круглому
черепу, не слышно было и предупреждающего шипения. Тра положила руку на дверь, на
которой не было никакого замка. Под давлением ее пальцев дверь легко открылась.
Несмотря на грозовые тучи, свет с поляны проникал внутрь, ложась на пол
единственной комнаты, как ковер. Справа находился грубый очаг. Кровать из досок
приткнулась к стене. Над кроватью висела полка. Был еще ящик или сундук - обрубок
выдолбленного ствола. Еще несколько полок с чашками и тарелками; посуда была частью
деревянная, частью неумело слеплена из глины.
Но в комнате оказался еще один предмет, который сразу привлекал к себе внимание.
Все остальное было сделано просто, без подлинного мастерства, но этот шкафчик мог
появиться из замка знатного лорда. Красное дерево шкафа покрывала замечательная
резьба. Это был не орнамент, а, скорее, последовательный рассказ в дереве. Резьба
покрывала все стенки, и Тра не видела ни щелей, ни петель.
Гирлянды из листьев образовывали квадратные рамки; в каждый квадрат
заключалась сложная сцена. Люди на этих резных картинах были не больше мизинца. Вот
скачет группа охотников в сопровождении охотничьих собак. А убегает от них..
Тра подошла ближе. Даже в полумгле хижины изображения были отчетливо видны.
Убегает существо с согнутыми плечами; голова его не похожа на человеческую....
Девушка вздрогнула. В Грире рассказывали множество легенд. Мужчины и
женщины... говорят, в древности они делили господство над миром с... с другими. Но
существо, которое убегает от охотников, отчасти похожее на человека, - это что-то
совсем иное. Тра принялась разглядывать следующую картину.
Картины на квадратах представляли собой единый рассказ. Вот это существо
опустилось на четвереньки, верхние его конечности поросли шерстью, ладони
превратились в лапы.
А что изображено выше? Тра выпрямилась и посмотрела. На лесной поляне у пруда
стоит обнаженный юноша. Опустив одну руку, он смотрит в водное зеркало. Мастер
изобразил эту сцену с таким искусством, что Тра не сомневалась: он рисовал с натуры.
Все сцена создает впечатление мира и довольства.
Но на следующей картинке юноша поднял голову, прислушиваясь. Еще дальше -
начало охоты. Тра увидела собак; они были изображены так живо, что Тра словно бы
услышала их лай...
- Нашли! Нашли! За ним...
Юноша с картины изменился. Тем не менее, наблюдая за этой переменой, Тра не
находила в ней ничего отталкивающего. Напротив, она сочувствовала преследуемому. За
ним охотились, как и за нею. Она вдруг заметила, что ногтем царапает передовую собаку,
словно хочет убрать ее.
Теперь, чтобы лучше разглядеть окончание, Тра присела, не сознавая, что сердце ее
бьется быстрее, дыхание стало порывистым, как будто она тоже уходила от погони.
Резкое шипение отвлекло ее внимание от последней картины. Тра глянула в сторону
двери. Там стоял кот и тоже смотрел на шкафчик. Тра вернулась к картинкам. На
последней из них беглец отчаянно цеплялся лапами за низко нависшие ветки.
- Двуногий, - вслух сказала Тра, пользуясь кошачьими обозначениями, - или
четвероногий?
- И то и другое... ни то ни другое...
Ответ последовал немедленно, но был непонятным. Кот продолжал смотреть на
шкафчик.
- И то и другое и в то же время ни то ни другое? - Тра передвинулась, чтобы
рассмотреть правую сторону шкафчика. Но там не оказалось продолжения охоты, на что
она рассчитывала.
Она увидела маленькую комнату и почувствовала себя великаншей, которая
подсматривает в окно.
На кровати лежит женщина, вокруг нее собрались люди. Служанка подбрасывает
дрова в огонь, над которым висит котел... Сцена была изображена в таких подробностях,
что Тра как будто услышала бульканье кипящей воды. Это роды.
Девушка быстро перешла к следующей сцене. Ребенок благополучно родился, его
показывают матери. Но на лицах окружающих и даже самой роженицы выражение
отвращения и ужаса.
Так принимают ребенка? Но почему? Тра торопливо перешла к следующей сцене.
На ней изображен мужчина, - судя по богатой одежде, очень знатный человек. Лицо у
него строгое, и явно по его приказу нянька укладывает закутанного в одеяло ребенка в
корзину.
Четвертая сцена. Другой мужчина, - судя по одежде и вооружению, охотник, -
сидит верхом на пони; на таких обычно перевозят дичь. Этот всадник берет у няньки
корзину под взглядом человека со строгим лицом.
А теперь лес. Художник мастерски изобразил тот самый лес, в котором сейчас
находилась Тра, темный и таинственный. Охотник, свесившись с седла, опускает корзину
в густые заросли.
Эта часть истории достаточно ясна. Тра даже на юге, где жизнь некогда была легче,
слышала старинные мрачные легенды. Люди не убивают своих новорожденных, а
оставляют в диком месте, не показав роду... Да, так, должно быть, все и произошло. Тра
вернулась к первым сценам. Неужели на лице матери действительно ужас? Должно быть,
в ребенке сразу видно было что-то чудовищное.
Его оставили в лесу. А что дальше? Тра пальцем провела по ветке, мешавшей
охотнику выполнить свое мрачное дело. Здесь древесина была темнее, и художник
искусно этим воспользовался, сделав сцену еще более мрачной.
Потом - в следующем квадрате - из кустов выглядывает лицо. Или это звериная
морда?
Человек или животное? Или и то и другое одновременно? На следующей картине
существо вышло на открытое место, и смесь стала очевидна. Голова, поросшая шерстью,
как у животного, с большими заостренными ушами, на человеческих плечах, ниже
которых полные женские груди.
В следующей сцене лесная женщина выглядит еще более человекоподобной. Она
поднесла ребенка к груди, и он ртом нашел ее сосок. А на почти человеческом лице
женщины-животного - мир и радость.
Далее шло несколько сцен счастливой жизни ребенка и его приемной матери. До
самой последней картины. На ней мальчик, почти юноша, стоит над телом, из которого
торчит стрела.
Итак, он был лишен матери, а потом - на другой стороне шкафчика - началась
охота на него самого. Тра не замечала, как она мрачно стискивает зубы и как рука ее снова
легла на рукоять меча. А что по другую сторону? Она пошла посмотреть.
Снова гирлянда из листьев, окружающая квадраты, но все они пустые! Кроме самого
первого, на котором какие-то царапины, - возможно, самый общий набросок сцены, так
и не завершенной. Тра внимательно разглядывала их, чувствуя себя обманутой. Ее
лишили конца рассказа. И это так ее разозлило, что она стукнула кулаком по
бессмысленным линиям.
Но когда рука девушки ударилась о дерево, раздался резкий звук, и искусно
спрятанная дверца шкафчика начала складываться, открываясь.
Свет! Вначале, недоумевая, Тра подумала, что внутри фонарь. Но потом увидела,
что свет исходит от деревянных отполированных стен. И одновременно пахнуло
свежестью, как от свежевыглаженного тонкого белья.
Внутренняя поверхность стен была цвета слоновой кости. И ни следа грязи или
пыли. Осмотрев шкафчик, Тра не увидела ни петель, ни затворов.
Но внимание девушки привлекло то, что находилось внутри. Два колышка на высоте
ее плеч, по одному с каждой стороны. С одного свисал меч. Рукоять простая, без всяких
украшений, и как будто сделана из того же материала, что и стены шкафчика. Головка
эфеса в виде головы существа... не зверя и не человека. Лезвие в простых ножнах, а пояс
из белой кожи, усаженной мелкими желтыми камнями.
На противоположной стенке висит второй пояс. Он из гладкого черного меха,
густого и мягкого, такого блестящего, словно это шкура живого зверя, которого
постоянно чистят и расчесывают. Примерно в четыре пальца шириной, и хотя на нем нет
никакого оружия, но есть зажимы, парные с головой на эфесе меча. Но только здесь
голова рычит, и в открытой пасти видны зубы, готовые рвать и грызть.
Металл пряжки был темным, но по ее поверхности пробегали цветные отблески:
красный, оранжевый, как пламя, голубовато-ледяной, золотой, как летнее небо...
Тра протянула руку и тут же отдернула ее: едва ее пальцы очутились внутри
шкафчика, как их обожгло и закололо. Здесь была какая-то непонятная защита.
Сила... сила меча, которая может стать страшной, если оружие попадет в нужные
руки. А второй пояс... тоже сила, но непонятная, от нее девушка отшатывалась. Сколько
они висят здесь в ожидании? И кого ждут?
Пустая сторона шкафчика раздражала. Тра вздрогнула. Лучше бы ей было не
наталкиваться на эту загадку, хотя хижина и может послужить убежищем. Но все же
девушка не настолько встревожилась, чтобы уйти.. Тут чувствовалось...
Тра поискала нужное слово. Ожидание! Да, это верно! То, что висело в шкафчике,
ждало, но не ее. Кого-то другого. Кого?
Машинально она взглянула на кота. Кот теперь явно беспокоился. Свет в открытой
двери хижины стал слабее. Что это - ранние сумерки или приближающаяся буря? Кот
смотрел наружу, кончик его хвоста медленно дергался.
- Четвероногий... - начала Тра. Кот сразу посмотрел на нее. - Кого ты ждешь?
- Жду? - Кот чуть приподнял голову. - Двуногие... четвероногие... все уходят в
свое время.
- Но ты остаешься?
- Я остаюсь, - подтвердила мысль.
На резных картинках никакого кота не было. Но Тра ничуть не сомневалась, что
животное перед ней составляло часть загадки. Хижина казалась давно покинутой...
- Кто? - На этот раз голос ее прозвучал неестественно громко, но не настолько,
чтобы перекрыть раскат грома. Придется оставаться здесь, пока не кончится гроза. Тра
сбросила вещевой мешок.
Если она и ждала ответа на свой полувопрос, то ей пришлось разочароваться. Кот
повернулся и снова стал смотреть на дождь. Тра, привыкшая к самым скромным
удобствам, прошла мимо него, чтобы нарвать травы и наломать веток. Из них она устроит
отличную постель. И проведет ночь так хорошо, как давно не проводила.
У очага нашлись даже пыльные дрова, и девушка разожгла огонь. Пламя отчасти
смягчило необычность и чуждость этого жилища. Гром загремел сильнее, блеснула
молния - так близко, что свет, казалось, ворвался внутрь хижины, стремясь дотянуться
до девушки.
Вода начала затекать внутрь, и Тра прикрыла дверь. В очаге горел небольшой огонь,
но открытый шкафчик продолжал светиться.
Кот не пошевельнулся. Голова его по-прежнему была повернута к двери. Тра
догадывалась, что животное учуяло нечто зловещее, и это усиливало тревогу девушки.
Чтобы отвлечься и унять дрожь в руках, она достала из мешка остатки еды. Там оказались
две лепешки, черствые, как камень. От одной она ножом отколола кусок. Еще в мешке
нашлось немного сушеного мяса, и Тра нарезала его тонкими пластинками.
Потом взяла с полки глиняную чашку, накрошила в нее хлеб и мясо, добавила воды
и перемешала все. Тра надеялась, что еда на вкус окажется лучше, чем на вид. Девушка
постаралась потратить на приготовление ужина как можно больше времени. Кот не
обращал на нее никакого внимания.
Гроза стихала. Тра услышала далекий шум: возможно, упало еще одно гигантское
дерево. Девушка подошла ближе к очагу, протянула к костру загорелые руки и вздрогнула
- не от холода, а от мыслей о том, что может ее ждать.
Наконец она достала свои меч и нож и положила рядом, потому что взгляд кота,
постоянно устремленный к двери, усиливал ее тревогу. И сама устроилась так, чтобы
видеть вход. Потом встала и попыталась передвинуть шкафчик, чтобы загородить дверь,
но он оказался слишком тяжелым для нее.
Тра съела неаппетитное месиво, рукой доставая его из чашки, и решила, что оно
ничуть не хуже той еды, которая попадалась ей в последнее время. Отодвинув чашку в
сторону, Тра уселась, положив руки на колени, и замерла в ожидании. Наконец, не в силах
сдержать собственное воображение, она вслух спросила:
- Кто придет?
Кот впервые повернул к ней голову.
- Долгожданный, может, придет наконец. Возьмешь этот меч, двуногая? - И он
явно кивнул в сторону шкафчика.
- У меня есть оружие, - Тра опустила руку на рукоять своего меча. - Так кто
придет? Скажи мне, пушистый?
Кот повернулся к шкафчику.
- Там Сила...
- Все равно я останусь со своим! - повторила Тра. Сидеть вот так, обмениваясь
мыслями с котом, - неужели ее поразила лихорадка, когда она оказалась в этих
заброшенных местах? Или ее околдовали? За последние годы она прошла суровую школу
и научилась терпению. И теперь это терпение должно послужить ей, пока она не узнает
что-нибудь новое.
Ощущение чуждости, которое охватило ее, когда она оказалась среди деревьев леса,
усиливалось, хотя гроза уходила. Кот не проявлял никакого страха. Говорят, у этих
животных сильно развито любопытство. Может, именно оно удерживает здесь кота, зверь
ждет, когда девушка попадет в какую-то неведомую паутину?
Тра была не слишком-то опытна в лесной жизни, но она так много ночей провела в
напряжении, что теперь просто не могла ошибиться. Что-то появилось снаружи, у самой
хижины. Послышалось фырканье, слабое, но отчетливое, - как будто какое-то существо
обнюхивало дверь.
Тра встала, держа в руке меч, нахмурив темные брови, и попятилась к шкафчику,
готовясь встретить пришельца. Худое лицо девушки напряглось, губы сжались; она готова
была зарычать, как ее пушистый сосед. Но сам кот продолжал смотреть на дверь без
признаков гнева или страха.
Фырканье стихло, но Тра, словно могла видеть сквозь дверь, знала, что там кто-то
есть. И этот кто-то ждет, как и кот.
- Ты говорил о Силе, - сказала девушка. - Там Сила когтя и клыка?
- Может быть. - К изумлению девушки, кот прыгнул к шкафчику, задев ее по
пути. Он ухватился зубами за меховой пояс, но не смог сдернуть его с колышка.
Едва сознавая, что делает, не думая о том, поступает ли она неразумно или
правильно, Тра подавила предупреждающие уколы кожи и протянула руку к меховому
поясу. Ей показалось, что мех вытянулся ей навстречу, как животное в ожидании ласки.
Пояс упал, и кот потащил его к двери. Может, хочет отдать тому, кто там ждет?
Одним шагом Тра очутилась у двери, угрожая острием коту.
- Не знаю, в какую игру ты играешь, - сказала она. - Но тут я хозяйка...
- Ты всего лишь послана. - Мысль четкая, как сказанные вслух слова, возникла в
сознании. - Хозяин здесь только один, и это не ты.
Тра легко могла бы пронзить животное мечом или отшвырнуть его. Наверное, не
стоило позволять ему выходить к ожидавшему. Однако девушка еще не огрубела
настолько. Она скользнула вдоль стены, так чтобы дверь, когда откроется, прикрыла ее, и
дернула створку, впуская пронизанный дождем ветер.
Снаружи послышался сдавленный крик, от которого холод пробежал по спине.
Девушке очень хотелось увидеть, кто ждет там, под дождем, но она не шевельнулась,
только сильнее сжала меч.
И, словно этот крик послужил сигналом, кот, по-прежнему держа в зубах пояс,
скрылся в темноте. Тра напряженно ждала. Огонь очага мало помогал ей, да и дверь
закрывала обзор.
И вот кто-то вошел внутрь. Теперь Тра могла ударить, напасть... Но в это время в
хижину вернулся кот, подошел к очагу и энергично встряхнулся.
Влажная кожа... нос девушки сморщился от резкого запаха... и еще странный
мускусный аромат. Тот, кто носил эту кожу, похоже, долго не мылся. Это был человек,
выше девушки по крайней мере на дюйм. Он стоял лицом к огню и коту, но Тра
чувствовала, что он знает о ее присутствии.
Знает, но не встревожен. От этой мысли в сердце девушки вспыхнул гнев. Ну
конечно, она всего лишь женщина, к тому же она одна, у нее нет спутников, но все равно с
ней нужно считаться! И он это скоро поймет!
Руки его свисали свободно, в них не было меча, не было даже ножа на поясе. Одежда
на бродяге была кожаная, как и на девушке, но очень изношенная. На плечах, руках и
бедрах она совсем изорвалась. Босые ноги, покрытые грязью, оставляли следы на полу.
Стройную талию чужака охватывал меховой пояс из шкафа, и гладкая шерсть этого
пояса резко контрастировала со всем остальным. Ведь не только одежда этого человека
была рваной, у него и волосы были грязными и спутанными, в них застряли сухие листья
и ветки. Он как будто много недель провел в зарослях.
Тра попыталась извлечь свой меч, чтобы нацелить его в спину пришельцу. Она уже
видела людей, которые вот так опустились. Видела на юге. Им нельзя было верить, и их
нельзя было назвать зверями, потому что звери гораздо чище и милосердней.
И все же, хотя Тра была уверена, что чужак знает об угрозе, он не повернул головы;
он опустился на костлявые колени у очага, протянул обе ладони к огню. У девушки
появилось смутное воспоминание: некогда вот так же люди склонялись в своих
святилищах. Может, этот отверженный обожествляет огонь... или то, что он
символизирует: убежище, пищу, тепло... добычу?
То, что чужак продолжал игнорировать ее, означало одно из двух: либо он пришел
не один, а был лишь первым из целой банды таких же отверженных, либо он обладал
каким-то средством защиты, не зависящим от оружия.
Эти вытянутые руки... Что-то странное было в пальцах, в ногтях... Ногти казались
необыкновенно длинными и острыми. Тра хотелось, чтобы незнакомец повернул голову и
она смогла яснее разглядеть его лицо - человеческое или... чужое?
Кот сидел у очага, спиной к огню, обернув лапы хвостом. Тра была не в силах
дольше ждать; голос ее прозвучал в хижине неестественно громко:
- Кто ты?
Наконец он оглянулся на нее через плечо, и Тра увидела его лицо, хотя и
вполоборота. Она ожидала, что это лицо окажется заросшим бородой, такой же грязной и
спутанной, как волосы на голове, но щеки незнакомца оказались гладкими, как у
мальчика, хотя и темными, обветренными и загорелыми. В чертах проглядывало что-то
странное. Возможно, это впечатление создавалось раскосыми бровями и узким
выпяченным подбородком. Нечесаные волосы росли и на лбу, острым углом спускаясь к
переносице, почти соединяясь с бровями.
Глаза... то ли зеленые, то ли желтые... или оба эти цвета смешались в радужках? Ни у
одного человека из Грира Тра не видела таких глаз. А рот казался слишком широким,
губы были очень красными и блестящими. Над ними виднелись кончики острых зубов,
как будто во рту человека прятались клыки.
Но несмотря на все странности, лицо не казалось отталкивающим, и на нем не было
того идиотского выражения, какое она ожидала увидеть.
А когда бродяга заговорил, голос его прозвучал не только негромко, но спокойно и
даже мягко.
- Благодарю тебя, госпожа из Ланиата...
Она крепче сжала меч. Кто в этой северной земле мог назвать ее так? Может, он
тоже беженец? Не встречались ли они когда-то на пиру? Нет. Раз увидев, этого человека
не забудешь.
- Больше нет Ланиата... - хрипло ответила она. - Но я спросила: кто ты?
Руки его шевельнулись в непонятном жесте.
- Не знаю...
Пострадал в какой-то битве? Она слышала о людях, раненых в голову и потерявших
память, похожих на новорожденных. Им приходилось заново учиться жить в забытом ими
мире.
- Как ты пришел сюда?
По крайней мере, на это он должен был ответить, если только рассудок его не
расстроился настолько, что он не помнит даже самые недавние события.
- Я всегда здесь был... - Голос его стих, но он продолжал с живым любопытством
разглядывать ее. И во взгляде его виден был не спящий разум, а живой, подвижный ум.
Концом меча она коснулась пола. Несмотря на грязную одежду и дикую внешность,
в нем чувствовалась спокойная уверенность, словно он нарочно надел чужое платье.
Теперь он положил руки на пояс и провел пальцами по нему, как по шкуре
любимого животного, словно хотел убедиться, что сокровище, которое он так долго искал,
с ним.
- Всегда был? - Она упрямо продолжала допытываться.
Он кивнул. Прядь волос упала ему на лицо, и он отбросил ее в сторону. Но
недостаточно быстро. Тра на мгновение затаила дыхание. Вот как... ее глаза метнулись к
резьбе на шкафчике, потом назад. Нет, это не беженец из ее страны. Он... Девушка,
отступив назад, прижалась плечами к стене.
- Кто ты? - спросила она шепотом. Но, несмотря на дикую сумятицу мыслей, она
не чувствовала страха - только удивление. Это был, несомненно, юноша с резной
картины, тот, что спасался от охотников, - хотя и повзрослевший.
- Зачем ты спрашиваешь? - Его голос прозвучал на этот раз громко и резко. - Ты
уже знаешь - если позволишь себе заглянуть правде в глаза. - Он чуть кивнул в сторону
шкафчика.
Тра кончиком языка облизала губы.
- Это я видела. - Она тоже показала на дверь. - Ты такой же, как тот, за которым
охотились. Но...
Он поднес руки к поясу, согнул пальцы в свете очага. Это были не человеческие
ногти, а когти с прилипшей к ним влажной землей.
- Ты слышала о таких, как я?
Тра ответила не сразу. Что такое древние легенды по сравнению с этим? Хотя лес
издавна пользовался дурной славой, девушка отказывалась связать слышанные ею
рассказы с этим стройным молодым человеком. Легенды утверждали, что такие, как он,
опасны и несут в себе страшное колдовство, но она не испытывала страха. Ей нередко
встречались люди, от которых исходило гораздо более сильное ощущение зла.
Он раздвинул губы, обнажив острые клыки, и стоял так, высокий и стройный,
словно защищал от врага последнее слабое укрепление.
- Я оборотень. - Он как будто выкрикнул воинский клич, бросил его в лицо всему
тому миру, который она представляла собой.
Настала тишина - так
...Закладка в соц.сетях
