Жанр: Фантастика
гор 09. Мародеры гора
...ю? - наказать жителей
Торвальдсленда, напустив на них всяческие несчастья - болезни, ураганы, голод и
невыносимый мороз. Против этого выдвигались возражения, что даже сами боги не
должны винить Свейна Синий Зуб, если он посчитает клятву, которую его вынудили дать
обманом, недействительной; один храбрец зашел так далеко, что даже принялся
утверждать, будто святая обязанность Свейна Синий Зуб отказаться от всех клятв и
приговорить Раздвоенную Бороду и всех прибывших на Ярмарку вместе с ним, исключая
рабов, которые поменяют владельца, к смерти в кипящем масле. К счастью, в самый
разгар речи он чихнул, что посчитали дурным предзнаменованием, и его аргументы,
казавшиеся всего мгновение назад достаточно вескими, тут же признали не
заслуживающими внимания.
В конце концов, Свейн Синий Зуб повернулся к Ивару Раздвоенная Борода. Его лицо
пылало гневом.
Высший жрец поднял над головой священное кольцо.
- Мирный закон Ярмарки, - проговорил Свейн Синий Зуб, - и закон моего дома
охраняет тебя до конца Ярмарки. Я дал слово. И я его сдержу.
Из толпы раздались радостные крики, а Раздвоенная Борода заулыбался.
- Я знал, что так и будет, мой джарл, - сказал он.
Высший жрец рун опустил кольцо.
Надо сказать, что Свейн Синий Зуб вызвал у меня восхищение. Потому что сдержал
данную клятву. И готов был не отступить от своего слова даже в таких обстоятельствах,
когда любой сторонний наблюдатель признал бы, что соблазн нарушить клятву был велик.
Занимающий столь высокое положение джарл должен служить примером для всех
жителей Торвальдсленда. И он благородно, хотя и без особого восторга, поступил так, как
требовал долг.
- К завтрашней ночи, когда Ярмарка закроется, ты должен покинуть это место. Мое
слово действует только на время Ярмарки, - сказал он.
- Если я не ошибаюсь, у тебя шесть моих талмитов, - напомнил Раздвоенная
Борода.
Свейн Синий Зуб сердито на него посмотрел.
- Один - за плавание, - продолжал Раздвоенная Борода, - один - за лазание по
мачте, один - за прыжки через пропасть; а еще за то, что я прошел по веслу, и два - за
ловкость, проявленную мной во владении копьем.
Свейн Синий Зуб потерял дар речи.
- Всего получается шесть, - не унимался Раздвоенная Борода. - Еще ни разу за
всю историю ярмарок не случалось ничего подобного.
Свейн Синий Зуб молча протянул Ивару талмиты, но тот смиренно наклонил голову.
И Свейн Синий Зуб, как Верховный джарл Торвальдсленда, повязал все шесть
талмитов на голову Ивара Раздвоенная Борода.
Толпа ликовала. Я тоже радостно вопил вместе со всеми. Свейн Синий Зуб был, в
некотором смысле, совсем неплохим человеком.
- К завтрашней ночи, - напомнил он Раздвоенной Бороде, - когда Ярмарка
закроется, ты должен покинуть здешние края. Моя клятва действует, только пока не
закроется Ярмарка.
- Ты сердишься на меня и готов посадить "под" солью, - сказал Ивар Раздвоенная
Борода, - потому что я вне закона.
- Я сержусь на тебя и не пушу в мой дом, потому что ты самый большой негодяй и
жулик в Торвальдсленде! - ответил Свейн Синий Зуб.
Я видел, что этот комплимент доставил огромное удовольствие Раздвоенной Бороде,
который, будучи очень тщеславным человеком, страшно заботился о своей репутации.
- Однако, - продолжал Раздвоенная Борода, - я могу заплатить штраф, который
ты сам на меня наложил, и снова стать полноправным гражданином Торвальдсленда.
- Это невозможно! - фыркнул Свейн Синий Зуб, а кое-кто из его людей
расхохотался. - Ни один человек не может заплатить выкуп, который я тебе назначил.
- Ты ведь, наверное, слышал, - спросил на всякий случай Ивар Раздвоенная
Борода, - о том, что Ченбар Морской Слин был освобожден из темницы Порт-Кара и о
нападении на храм Кассау? - Он улыбнулся.
- Так это ты! - выкрикнул Свейн Синий Зуб.
Я заметил, что глаза у него алчно загорелись, и понял, что он истинный житель
Торвальдсленда. У них у всех в крови жажда разбоя.
- Когда я назначал тебе штраф, - медленно начал он, - я сознательно сделал его
таким, что ни один человек не в состоянии его выплатить. Сотня стоунов золота,
сапфиров Шенди столько, сколько весит взрослый мужчина и единственная дочь Торгарда
из Скагнара.
- Могу ли я нанести тебе сегодня вечером визит в твоем зале? - спросил
Раздвоенная Борода.
Свейн Синий Зуб изумленно на него посмотрел, а затем принялся теребить висящий
на цепочке тяжелый зуб ханджерского кита.
Бера, его подруга, поднялась на ноги. Я понял, что она умеет быстро принимать
решения.
- Приходи сегодня в наш зал, Победитель, - вымолвила она.
Свейн Синий Зуб не стал ей возражать. Спутница джарла сказала свое слово.
Свободные женщины Севера наделены большой властью. Женщина джарла в северном
варианте каиссы является гораздо более сильной фигурой, чем убара на Юге. И не в том
дело, что ее власть меньше, просто она не признается так открыто.
Раздвоенная Борода посмотрел на Свейна, который по-прежнему теребил зуб
ханджерского кита.
- Да, - сказал он, - приходи сегодня в мой зал... Победитель.
И снова в толпе раздались радостные крики. Свейн Синий Зуб, Верховный джарл
Торвальдсленда, а за ним его подруга и приближенные покинули платформу, где
проводилось награждение.
Нас отлично накормили в зале Свейна Синий Зуб.
Было много мяса тарска и боска, зажаренного на вертеле. Эль, который подавали за
столом, оказался просто великолепным. Мед - сладок и крепок.
Дым от огня уходил через специальные отверстия в крыше. Освещали зал очаги, где
готовилась еда, и факелы, закрепленные в кольцах на стенах. Тут и там к потолку на
длинных цепях были подвешены лампы с горящим маслом тарлариона, которые могли
опускать и поднимать по желанию присутствующих. Кое-где на разной высоте были
расставлены плошки с маслом, в котором плавали зажженные фитили. Чаще всего такие
лампы используются в личных покоях, а не в больших помещениях. Кстати, земляной пол,
как это принято в Торвальдсленде, несмотря на богатое убранство зала, был устлан
тростником. Когда Раздвоенная Борода, я и его люди, нагруженные подношениями, вошли
в зал, нас отвели в боковое помещение, где мы могли помыться перед пиром. В этой
комнате имелось окно, что редко встречается в залах северян. Я приложил руку и надавил,
оказалось, что это не стекло, а какая-то прозрачная ткань.
- Что это такое? - спросил я у Раздвоенной Бороды.
- Высушенная послеродовая пленка зародыша боска, - ответил он. - Она
продержится несколько месяцев, даже если ее будет поливать дождь.
Выглянув в окно, я увидел частокол, окружавший дом Свейна Синий Зуб. Внутри я
заметил множество строений, мастерских и складов, даже ледник; а в центре, естественно,
располагался сам зал, неуклюжий северный дворец с высокой крышей, дом Свейна Синий
Зуб. На частоколе я разглядел стражников и переходы, освещенные лунами Гора. Вдалеке
лунный свет отражался от снежных вершин Торвальдсберга, где, как утверждали легенды,
спал Торвальд, который непременно проснется, когда в нем возникнет нужда.
Я улыбнулся.
И повернулся к Ивару Раздвоенная Борода. Я заметил, что дары, принесенные его
людьми, сложены в этой боковой комнате.
Он ухмыльнулся мне.
Раздвоенная Борода пребывал в отличном настроении. Прошлую ночь он провел
весьма приятно. Гунхильду и Булочку он отдал своим парням, а к себе призвал Медовый
Пряник, которую еще совсем недавно называли мисс Стивенс - она родилась на Земле,
- а еще Лию из Канады, ту, что я выиграл в соревновании по стрельбе из лука и подарил
ему. Медовый Пряник, как большинство робких, скрытных и скромных девушек, боялась
своей сексуальности и грубых мужчин, которых, не отдавая себе в этом отчета, считала
своими естественными хозяевами; она обладала тайными, глубоко скрытыми
переживаниями и ощущениями; дикому варвару Раздвоенной Бороде, естественно, было
глубоко наплевать на те стены, которые девушка так старательно строила, чтобы скрыть
от себя самой свои желания. Он просто взял и сломал эти стены. Ивар Раздвоенная Борода
взял ее силой, девушка не могла оказать ему сопротивление, потому что была рабыней, у
которой нет свободы выбора, и не могла открыто взглянуть на то, чего хочет ее тело. Он
поступил с нею так, как положено поступать с рабыней, и она подчинилась -
беспомощно, удивленно, со слезами и криками радости; Лия, которую я выиграл во время
состязания по стрельбе, попыталась сопротивляться Раздвоенной Бороде; он избил ее и
бросил на меха; прошло совсем немного времени и наступила ее очередь стонать от
наслаждения. Утром обе девушки начали отчаянно враждовать, стараясь привлечь к себе
внимание Ивара, однако он приказал своим людям приковать девушек друг к другу - так
и сделали, а Раздвоенная Борода спокойно проспал целый день. Я вместе с остальными
воинами Раздвоенной Бороды насладился Булочкой и Гунхильдой; обе делали свое дело
просто превосходно. Утром я почувствовал на своем колене хрупкие пальцы Ольги; она,
как и остальные рабыни, была прикована на ночь за правую щиколотку к центральному
столбу, на котором держалась палатка. Ольга подползла ко мне, насколько позволяла
цепь. Я передвинул свою постель к ней поближе и не стал терять времени даром. Через
два ана мы заснули.
Когда Раздвоенная Борода проснулся, все сразу занялись делами. Невольника Тарска
и Тири расковали, он принялся что-то строгать, а Тири приказали смолоть из зерна муку,
она не смела поднять на Тарска глаза. Я знал, что девушка просила у него пощады, теперь
остальные рабыни смеялись над ней за это.
- Он избил бы меня, если бы я не сдалась, - оправдывалась белокурая красотка.
Потом она отвернулась, но я заметил, что у нее на лице промелькнула улыбка,
похоже, Тири уже успела утешиться.
Позже я видел, как она по собственной инициативе принесла Тарску напиться.
- Благодарю тебя, рабыня, - сказал он.
Она опустила голову.
- А ты красива, рабыня, - добавил он.
- Спасибо тебе, мой джарл, - тихо ответила она.
Тарск посмотрел ей вслед, а потом, насвистывая, принялся за работу. Он был очень
доволен собой.
В этот момент Тарск мало чем отличался от свободного человека.
- Если вы уже готовы, - сказал молодой раб в ошейнике и белой тунике, - то
можете занять высокое место перед хозяином дома, Свейном Синий Зуб, джарлом
Торвальдсленда.
- Мы благодарим за оказанную честь, - заявил Раздвоенная Борода.
Четверых воинов он оставил стеречь сокровища. Мы переглянулись.
- У меня такое ощущение, - признался я, - что мы добровольно идем в логово
ларла.
- Ни о чем не беспокойся, - усмехнулся Ивар, - я, Ивар Раздвоенная Борода, на
твоей стороне.
- Именно это меня и беспокоит, - в свою очередь усмехнулся я.
- Понимаю, - кивнул Ивар.
- Может быть, лучше прыгнуть голыми в клубок ядовитых змей или пробежаться
по долинам народа фургонов во время грозы с обнаженными мечами над головами? -
предложил я.
- Хитрость заключается вовсе не в том, чтобы войти в логово ларла, - сказал
Раздвоенная Борода. - Это может сделать любой дурак.
- Тут я с тобой полностью согласен, - кивнул я.
- Вопрос в том, чтобы выйти оттуда! - Раздвоенная Борода подмигнул мне, что не
слишком повысило мое настроение.
- Ты что, и в самом деле надеешься выйти отсюда живым? - поинтересовался я.
- Это только часть моего плана, - ответил Раздвоенная Борода. - Ну, а если мы и
погибнем, то как герои, сражаясь против множества врагов. Поэтому мой план не имеет
недостатков.
- Ты меня почти убедил, - проворчал я. - Веди нас.
Раздвоенная Борода дерзко задрал подбородок и, широко улыбаясь, вошел в зал и
высоко поднял обе руки, приветствуя собравшихся. Многие воины радостно закричали.
Ивар выиграл шесть талмитов.
- Раздвоенная Борода приветствует вас! - заорал Ивар.
Я заморгал. В зале было светло; я не ожидал, что помещение окажется таким
огромным. За столами, поднимая кружки с элем и кинжалы, сидело не менее тысячи
человек. Раздвоенная Борода направился к скамейке, стоявшей напротив почетного места,
здороваясь по дороге с людьми Свейна Синий Зуб, я и остальные его люди последовали за
ним. Я заметил, что Свейну Синий Зуб не нравится, что Раздвоенная Борода пользуется
популярностью среди его воинов. Рядом со Свейном сидела его подруга Бера, облаченная
в тунику из желтой шерсти с алым капюшоном из меха красного морского слина и с
золотым ожерельем на шее.
Мы отлично подкрепились в зале Свейна Синий Зуб. Поскольку Свейн был богатым
человеком, во время трапезы нас развлекали акробаты, жонглеры и менестрели. Все
ужасно развеселились, когда один из акробатов упал в очаг, его одежда загорелась, он
выпрыгнул и начал кататься по полу, пытаясь погасить огонь. Два других акробата, чтобы
сгладить неприятное впечатление, натянули над очагом шкуру боска и начали бороться
друг с другом. Потом один из них свалился в костер, выскочил с другой стороны, а второй
быстро накинул на него шкуру. Из-под шкуры акробат вылез сильно обожженным. Это
тоже изрядно повеселило собравшихся. Жонглерам пришлось несладко, изредка они
роняли чашки и тарелки, которые подбрасывали в воздух, потому что их все время
подталкивали развеселившиеся воины. Многих менестрелей, которые не понравились
пирующим, выгнали вон, швыряя им вслед здоровенные кости.
Раздвоенная Борода в какой-то момент так разозлился на музыкантов, что объявил о
своем намерении порадовать гостей собственной песней. Как я уже говорил, он ужасно
гордился своим голосом. Но я попытался уговорить его отказаться от этого намерения.
- Ты ведь гость, - втолковывал я ему. - Это недостойно тебя и твоего таланта -
выступать после профессиональных певцов, тем самым ты покушаешься на честь своего
хозяина, который, вне всякого сомнения, доставил сюда лучших исполнителей.
- Твоя правда, - вынужден был признать Раздвоенная Борода.
Я с облегчением вздохнул. Если бы Ивар Раздвоенная Борода начал петь, нам всем
бы пришел конец.
Невольники поворачивали вертела над очагом; рабыни разносили угощение.
Девушки, хотя на их шеях и красовались ошейники, были одеты в туники из белой
шерсти, перепачканные жиром; они ходили босиком, завязав волосы в пучки, чтобы они
не загорелись от случайно упавшей искры, их лица тоже лоснились от жира и грязи; им
приходилось нелегко. Я обратил внимание, что Бера внимательно за ними наблюдает:
одну из девушек схватил за талию воин, и она засмеялась, но это в тот же миг заметила
свободная спутница Свейна Синий Зуб. Тотчас последовал приказ - невольники мигом
связали девушку и отвели на кухню, там ее разденут и высекут. Я пришел к выводу, что
если бы Бера не присутствовала на пиру, то события здесь развивались бы совсем иначе.
Как я понял, ее холодное, строгое лицо не слишком радовало воинов. Однако она была
спутницей Свейна Синий Зуб. Вероятно, во время обычных пиров она довольно рано
отправлялась на покой, забирая с собой, естественно, и Свейна. Только тогда мужчины
могли отодвинуть столы и призвать рабынь. Я знал, что ни один джарл не может
удерживать в своем зале мужчин, если там будет недостаточно женщин. Мне стало жаль
Свейна Синий Зуб. Похоже, сегодня Бера не собиралась рано идти спать. Я полагаю,
именно по этой причине гости, приглашенные к Свейну Синий Зуб, так отвратительно
вели себя с актерами, а вовсе не потому, что жители Торвальдсленда столь привередливы
и им трудно доставить удовольствие. В действительности только каисса, песни скальдов
да еще разные истории, которые принято рассказывать за столом, могут долго удерживать
их внимание.
После того как актеров прогнали из зала и гости съели огромное количество еды,
Свейн Синий Зуб, который продемонстрировал удивительное терпение, сказал Ивару
Раздвоенная Борода:
- Насколько я понял, у тебя есть все, чтобы заплатить штраф и снять с себя
наказание?
- Может быть, и есть, - проговорил Раздвоенная Борода.
Глаза Свейна Синий Зуб заблестели. Он принялся теребить зуб ханджерского кита,
висящий у него на шее на золотой цепочке.
- Штраф был высоким, - заявил Свейн Синий Зуб.
Раздвоенная Борода поднялся на ноги.
- Принесите сапфиры и золото, - приказал он. - И еще весы.
К великому изумлению собравшихся в зале гостей, люди Раздвоенной Бороды
принесли из боковой комнаты ящики и мешки с золотом и тяжелый кожаный мешок с
какими-то мелкими предметами.
С дальних концов стола стали подходить гости, даже невольники и рабыни с
удивлением и недоверием поглядывали на Раздвоенную Бороду и пытались подобраться
поближе.
- Ну-ка разойдитесь! Освободите место! - крикнул Ивар Раздвоенная Борода.
Золото взвешивали больше двух анов на двух весах - одни принес с собой
Раздвоенная Борода, а другие предоставил Свейн Синий Зуб. К моему великому
облегчению, весы показывали почти одинаковый результат.
Гора золота росла.
Глаза Свейна Синий Зуб и Беры сияли от удовольствия.
- Здесь четыреста стоунов золота, - проговорил Свейн Синий Зуб так, словно не
верил своим глазам.
Кто-то из зрителей удивленно вскрикнул.
После этого Раздвоенная Борода подошел к тяжелому кожаному мешку, и на пол
посыпался блистающий дождь драгоценных камней, в основном темно-голубого цвета, но
были там и пурпурные, и белые, даже желтые - великолепные сапфиры Шенди, каждый
в форме крошечной пантеры.
- Ай-ай-ай! - взревели гости Свейна Синий Зуб, который, сжав кулаки,
наклонился вперед. У Беры глаза сияли словно драгоценные камни, она не могла
произнести ни слова.
Раздвоенная Борода еще немного потряс мешок, и из него высыпалось несколько
великолепных камней, среди которых были и совсем редкие - бледно-розовые,
оранжевые, фиолетовые и даже зеленые.
- Ай-ай-ай! - стонала толпа.
- Какая необыкновенная красота! - крикнула какая-то рабыня, не имевшая
никакого собственного имущества, поскольку даже ошейник на шее ей не принадлежал.
- Взвесь их, - спокойно сказал Ивар Раздвоенная Борода.
Я и сам не представлял, что существует столько разновидностей сапфиров, до сих
пор мне приходилось видеть только голубые.
Однако я ни секунды не сомневался в том, что они настоящие. Ченбар Морской
Слин был гордым человеком и не мог заплатить за свою свободу фальшивыми камнями.
Кроме того, имея дело с Верховным джарлом, Раздвоенная Борода не стал бы приносить в
дом Свейна Синий Зуб подделки. Потому что считал себя выше этого. Одно дело
обмануть того, кто не из Торвальдсленда, и совсем другое попытаться надуть своего
соотечественника, в особенности джарла. Я знал наверняка, что великолепная
блистающая гора драгоценностей, лежащая на земляном полу зала Свейна Синий Зуб,
была именно тем, чем казалась, а именно: настоящими сапфирами, сказочным
сокровищем, которое мало кому из присутствующих доводилось видеть в жизни.
Камни, как и золото, тщательно взвесили.
Присутствующие при этой процедуре воины и гости Свейна Синий Зуб не могли
сдержать восторженных восклицаний. Камни весили больше, чем взрослый мужчина.
Ивар Раздвоенная Борода стоял возле сокровища и ухмылялся, а потом развел руки в
стороны.
- Я и не думала, что в Торвальдсленде существует такое богатство, - прошептала
Бера.
На Свейна Синий Зуб такое огромное количество золота и сапфиров произвело
сильное впечатление. Он практически лишился дара речи. Теперь в Торвальдсленде не
найдется ни одного джарла, который сможет соперничать с ним богатством. Его власть
станет равна власти убара с Юга.
Однако жителя Торвальдсленда не так-то легко удовлетворить. Свейн Синий Зуб
откинулся на спинку свое го кресла.
- Если ты помнишь, Ивар Раздвоенная Борода, имелось еще и третье условие, -
проговорил он.
- Да, мой джарл? - спросил Ивар.
- Похоже, мне придется забрать все эти сокровища, - продолжал Свейн, - а ты
останешься вне закона. Впрочем, я могу засчитать тебе выполнение первых двух условий.
Я отменю свой приказ об объявлении тебя вне закона только тогда, когда ты доставишь
сюда дочь моего врага Торгарда из Скагнара.
Люди Синего Зуба были недовольны и принялись сердито ворчать.
- Раздвоенная Борода заплатил даже больше, чем было назначено! - выкрикнул
один из них. - Есть ли еще кто-нибудь, кто смог бы заплатить такую цену?
- Молчать! - заорал Свейн Синий Зуб, встав со своего места и нахмурившись.
- Никто, даже целая армия или флот, - возмутился другой, - не может захватить
дочь такого могущественного джарла, как Торгард из Скагнара!
- Складывается впечатление, что ты требуешь невозможного, мой джарл, -
заметил Раздвоенная Борода.
- Да, именно я требую невозможного, - согласился Свейн Синий Зуб. - Ты, Ивар
Раздвоенная Борода, должен совершить невозможное.
Воины Раздвоенной Бороды сердито зашумели, зазвенело оружие.
Даже люди Свейна Синий Зуб, которых насчитывалось в зале около тысячи,
возмутились. Однако Свейн, оставаясь их джарлом, отважился противопоставить их воле
свою. Кто из них осмелится бросить вызов джарлу?
В определенном смысле я им восхищался. Он был очень храбрым человеком. И я
знал, что он намерен твердо придерживаться своего решения.
Свейн Синий Зуб снова опустился на свое место за столом.
- Да, дружище Раздвоенная Борода, - повторил он, - по праву джарла я требую,
чтобы ты сделал то, что сделать невозможно.
Раздвоенная Борода повернулся ко входу в зал и крикнул:
- Приведите женщину!
В зале повисло напряженное молчание, только трещали факелы и огонь в очаге.
Гости, рабыни и невольники расступились. Дверь в зал широко распахнулась, и
появилось четыре человека - Оттар, который приехал вместе с Раздвоенной Бородой на
Ярмарку, два воина с копьями, а между ними шла девушка, одетая в роскошное одеяние, в
вуалях, какие носят женщины на Юге.
Они остановились возле стола, напротив высокого места, где сидел Свейн Синий
Зуб. Девушка стояла среди золота и драгоценных камней. Ее великолепное платье было
сшито из мягкой невесомой сияющей ткани, которая, словно изысканный драгоценный
камень, меняла цвет, когда на платье падали блики мерцающих факелов и ламп. На голову
девушки был накинут капюшон, а лицо закрывали две вуали: из алого и белого шелка.
- Это еще что за шутки? - сурово спросил Свейн Синий Зуб.
- Никаких шуток, мой джарл, - ответил Раздвоенная Борода, а потом махнул
рукой в сторону девушки. - Позвольте представить вам Хильду, дочь Торгарда из
Скагнара.
Девушка отбросила капюшон, и по ее спине рассыпались роскошные волосы. Затем
она медленно вытащила булавки и, отцепив вуали, бросила их на пол.
- Это она, - прошептал какой-то человек, сидящий за столом Свейна Синий Зуб.
- Я был один раз в доме Торгарда. Это она!
- Ты... ты дочь Торгарда, Торгарда из Скагнара? - заикаясь, спросил Свейн Синий
Зуб.
- Да, мой джарл, - ответила она.
- Прежде чем Торгард из Скагнара построил корабль "Черный слин", - медленно
проговорил Свейн Синий Зуб, - у него был другой. Как он назывался?
- "Рогатый тарларион", - проговорила Хильда. - Он и сейчас служит отцу,
только перестал быть его флагманским кораблем.
- Сколько там весел? - спросил Свейн Синий Зуб.
- Восемьдесят.
- Кто возглавляет рыбное дело Торгарда?
- Грим, он родился в Ханджере.
- Однажды во время сражения, - продолжал допрос Свейн Синий Зуб, - я ранил
Торгарда из Скагнара.
- Шрам, - заговорила девушка, - остался у него на левом запястье, он прячет его
под браслетом с драгоценными камнями.
Свейн Синий Зуб откинулся на спинку кресла.
- В той битве, - сказала Хильда, - он тоже ранил тебя, причем гораздо серьезнее,
чем ты его. У тебя на левом плече осталась отметина.
Бера покраснела.
- Верно, - признал Свейн Синий Зуб.
- Я же сказал вам, - снова крикнул один из гостей, - это Хильда, дочь Торгарда
из Скагнара! Я был в его зале. Это она!
Жительницы Севера, как правило, не прикрывают лицо вуалью.
- Как тебя захватили? - поинтересовался Свейн Синий Зуб.
- Обманом, мой джарл, - ответила Хильда. - В моих собственных комнатах меня
схватили, надели наручники и закрыли мне лицо.
- Как им удалось провести тебя мимо стражи? - не унимался Синий Зуб.
- Поздно ночью меня выбросили в море с высоты более ста футов из окна моей
комнаты в наручниках и капюшоне. Там ждала лодка. Меня выловили из воды, словно
рыбину, сделали пленницей, заставили лежать на дне лодки, будто самую обычную девку.
Следом за мной из окна выпрыгнули мои похитители.
Собравшиеся в зале люди Раздвоенной Бороды и Свейна Синий Зуб принялись
радостно вопить.
- Бедная, несчастная крошка! - воскликнула Бера.
- Такое может случиться с каждой женщиной, - ответила Хильда, - даже с тобой,
благородная дама.
- Мужчины - самые настоящие чудовища! - вскричала Бера, а потом с яростью
посмотрела на Ивара, меня и его людей. - Позор на ваши головы, животные! - заявила
она.
- Свейн Синий Зуб, джарл Торвальдсленда, познакомься с Хильдой, дочерью
Торгарда из Скагнара, - спокойно сказал Ивар Раздвоенная Борода. - Хильда, дочь
Торгарда из Скагнара, познакомься со Свейном Синий Зуб, джарлом Торвальдсленда.
Хильда смиренно склонила голову.
В зале снова раздались ликующие возгласы.
- Бедняжка, - возмущалась Бера, - сколько же тебе пришлось выстрадать!
Хильда опустила голову. Она ничего не ответила Бере, но мне показалось, что она
улыбнулась.
- Я не просто пленница, мой джарл, - проговорила она.
- Что-то я не понимаю, о чем ты, - удивился Свейн Синий Зуб.
Хильда не поднимала головы.
- Тебе не следует называть меня "мой джарл", милая, - сказал Свейн Синий Зуб.
- Я не твой джарл.
- Каждый свободный человек - мой джарл. Видишь ли, мой джарл, - Хильда
гордо вскинула голову и чуть приоткрыла плечи, - я ношу ошейник Ивара Раздвоенная
Борода.
Ошейник из железа с массивными петлями и сложным замком казался особенно
черным на ее ослепительно белой коже.
- Ты осмелился надеть ошейник на дочь Торгарда из Скагнара! - воскликнула
Бера, обращаясь к Ивару Раздвоенная Борода.
- Мой хозяин делает все, что пожелает, госпожа, - сказала Хильда.
Мне было страшно интересно, что сказала бы Бера, если бы узнала, что Хильда
подверглась наказанию на весле, что ее высекли и научили ходить на поводке и
повиноваться своему господину; что ее ласкали мужчины и учили отвечать на ласки.
- А ну-ка, замолчи, рабыня! - крикнула Бера.
Хильда опустила голову.
-
...Закладка в соц.сетях
