Жанр: Фантастика
В вихре времен
...тым веб-дизайнером и
будет просить поделиться опытом.
- Нет, Серега, мне кажется, что она журналистка. И хочет наваять про нас статью или
даже, чем черт не шутит, снять передачу. Вот смотри - в почте от нее свежее послание:
"Только что просмотрела ваш новый фильм. Он великолепен. Такая альтернативная версия
постройки пирамид весьма меня заинтересовала. Очень прошу о встрече с вами.
Конфиденциальность гарантирую". Встретился бы, поговорил с ней, а то не отстанет.
- А сам-то что? Это ведь ты у нас дамский угодник. Тебе и карты в руки.
- Я же не любитель, а узкоориентированный профессионал, - сделав серьезное лицо,
сказал Мишка. - И своим профессиональным нюхом чую - здесь, кроме умной беседы,
ничего не обломится, а я предпочитаю девушек определенного возраста, спортивного
телосложения и с ограниченными интеллектуальными данными.
- Знаю-знаю, чтобы была красивой дурой и в первый же день в постель ложилась. Не
работаешь ты над собой, надо расширять круг интересов, - шутливо попенял я Суворову. -
Ладно, уговорил, черт красноречивый, пойду на свиданку. Скинь даме сообщение, что я жду
ее через час в ресторане "Джонка" на Тверском бульваре. Пусть спросит у метрдотеля
господина Иванова.
- Чего это тебя на экзотическую кухню потянуло? - поинтересовался Мишка, набирая
текст на клавиатуре.
- Ну не тащить же ее в "Аль-Казар", где нас каждый официант по имени знает. Вдруг
придется уходить от дамы в отрыв, - просто произнес я. - Какие еще новости, кроме твоего
веб-проекта?
- Гарик звонил, говорил, что пребывает в шоке от увиденного. Переслал мне по
"емеле" три гига отснятого им материала. Я глянул одним глазком и тоже обалдел - такой
мясорубки мне видеть не доводилось. Людей там просто ломтями шинкуют. Кровища так и
брызжет во все стороны. Руки, ноги отрубленные летают. Хочешь взглянуть?
- Нет, спасибо, у меня скоро обед, не хочу портить аппетит. Может, все-таки поедешь
со мной?
- Нет, спасибо, - передразнил меня Мишка, - у меня столик в "Аль-Казаре" заказан,
там сегодня телятинка с трюфелями. А тебя жареными кузнечиками накормят, будешь потом
животом мучиться. Ладно, поезжай, тебе отсюда до центра минут сорок по пробкам
добираться. Если дама окажется симпатичной и в меру глупой - зови меня на помощь.
Я начал собираться, но вдруг Мишка бросил мне почти вдогонку:
- Да, кстати, я узнал фамилию генерала, отдавшего приказ корпусу Тучкова - это
Беннигсен. Тот самый - командующий русской армией при Прейсиш-Эйлау и Фридланде.
Мотив его поступка просматривается довольно четко - зависть к Кутузову.
- А в результате без какой-либо пользы погибло крупное подразделение, и русские
проиграли битву.
- Я также выяснил, по архивным данным, - продолжил Мишка, - что этот корпус
якобы прикрывал Старую Смоленскую дорогу и весь день бился с польским корпусом
Понятовского в районе деревни Утица и Утицкого кургана. Прикинь?
- Чудеса! Но мы же в том лесу не призраков видели, а вполне реальных солдат.
- Вот так и рождаются загадки истории!!!
Обдумывая эту информацию, я попрощался с Суворовым и поехал на Тверской
бульвар. Пробок почти не было, и уже через полчаса я взял столик в "Джонке", предупредив
метрдотеля, что у меня будут гости. К счастью, никаких жареных кузнечиков в меню не
оказалось, и я, заказав легкую закуску под острыми китайскими соусами и бутылку самого
дорогого в этом кабачке шампанского (не китайского, а французского), принялся ждать
Марию-Антуанетту. Настроившись на долгое ожидание, я был приятно удивлен, когда уже
через десять минут мэтр подвел к моему столику элегантно одетую девушку лет двадцати
пяти. Глядя на ее скромный костюмчик из последней коллекции Лагерфельда, сумочку от
Гуччи и неброские, но явно очень дорогие украшения, я тихо порадовался, что с утра
побрился и напялил на себя костюм от Бриони и галстук от Хуго Босс.
Демонстрируя полузабытые хорошие манеры, я торопливо вскочил, слегка поклонился
и предложил присесть. Пока девушка листала объемистую книжку меню, я внимательно ее
разглядывал. Светло-каштановые волосы, загорелая матовая кожа, серые глаза подчеркнуты
легким дневным макияжем. Сделав заказ - чашку куриного бульона со специями и сухарики
из соевого теста, она посмотрела на меня. Я был голоден и попросил мраморного мяса и
креветок в кляре. Пока официант исполнял заказ, я разлил по бокалам вино.
- Полагаю, господин Иванов? - мягким чарующим голосом проговорила девушка.
- Вы будете смеяться, но моя фамилия действительно Иванов. Зовут меня Сергей, -
ответил я. - А вы, значит, Мария-Антуанетта?
- Вы будете смеяться, но меня действительно зовут Мария, Мария Качалова,
Антуанетта - мой сетевой псевдоним.
- Чем продиктован ваш интерес к нашему сайту? - спросил я.
- Я журналист, веду в журнале "Космополитен" рубрику "Новое в Сети", там я
стараюсь рассказывать о самых оригинальных сайтах Рунета. И вот буквально на днях
совершенно случайно натыкаюсь на вашу страничку. Меня буквально ошеломил объем и
качество представленного материала. Но главная интрига для меня заключалась в том, что
компграфику подобного рода делают крупные компании, с большим составом
высококвалифицированных сотрудников. Число этих компаний можно пересчитать по
пальцам, да и вкладывают они в производство клипов большие деньги. А вы появились,
словно бы ниоткуда. Поэтому я так настойчиво пыталась с вами связаться, а получала в ответ
молчание.
- Но я только сегодня утром вернулся в страну и сразу назначил вам встречу, - стал
оправдываться я.
- И уже успели обновить свою страничку новым роликом!
- Ну, это заняло всего пару часов, - скромно произнес я.
- Пятнадцатиминутный ролик вы делали всего два часа. Невероятно! А сколько
времени у вас заняла работа над фильмом о Бородинской битве?
- На съемки полтора месяца и две недели на монтаж, - брякнул я и прикусил язык,
поняв, что проговорился. Каждый дурак может догадаться - такое время может уйти только
на съемки документального фильма.
Тут подали горячее, и мы молча приступили к еде. Мария, ловко обращаясь с
палочками, о чем-то напряженно думала. Через несколько минут, промокнув губы
салфеткой, она сформулировала новый вопрос:
- Вы хотите сказать, что ваши фильмы не компьютерная графика, а натурные съемки?
- Да, - пришлось сознаться мне, терпеть не могу врать в открытую хорошему человеку,
уж лучше недоговорить. Но я уже сказал "А", теперь волей-неволей придется говорить "Б".
- Но при съемках такого масштаба должна быть задействована масса народа - актеры,
статисты, операторы. Для аналогичного фильма Сергея Бондарчука был сформирован
отдельный кавалерийский полк. Но я что-то не слышала, чтобы у нас в стране проходили... -
В этом месте Мария замолчала и снова задумалась.
"Сейчас догадается", - понял я. Минуты две Качалова пила мелкими глотками
шампанское и смотрела мимо меня. Наконец она сделала выводы из имеющейся у нее
информации.
- Сергей, вы действительно путешествуете по времени? - тихо спросила Мария. По ее
лицу было видно, что ей очень не хочется получить положительный ответ. Это поколебало
бы все ее представления о мироздании. Ведь путешествия по времени всегда относились к
разряду фантастики.
- Да, - односложно ответил я.
Некоторое время журналистка смотрела на меня, словно сомневаясь в моем или своем
умственном здоровье. Но, видимо, Качалова была неплохим профессионалом, потому что
быстро взяла себя в руки.
- У вас есть еще какие-то доказательства кроме фото и видеоматериалов? - задала
Качалова новый вопрос.
- Конечно, есть! Хотите потрогать руками императорские регалии или Янтарную
комнату? Или побывать на казни Емельяна Пугачева? Принять участие в отражении
татарского набега или немецкой танковой атаки? - Я знал, что меня заносит, но ничего не
мог с собой поделать.
- Хотелось бы чего-нибудь материального! - ответила Мария.
- Хорошо! - Я полез во внутренний карман и извлек на свет алмаз "Шах". - Надеюсь,
такая образованная девушка умеет определять подлинность бриллиантов.
Мария осторожно взяла камень и поднесла его к глазам. Через несколько секунд я
убедился в высокой квалификации журналистки - она достала из сумочки небольшую лупу.
- Очень похож на настоящий, а что же тогда лежит в Алмазном фонде?
- Он же, в нашей реальности теперь два "Шаха". Тот, который вы держите в руке,
принесен из тысяча девятьсот восемнадцатого года. Практическим путем мы установили, что
теория перемещений по времени более сложна, чем, например, в фильме "Назад в будущее".
Любое проникновение в прошлое вызывает ответвление новой реальности.
- То есть вы можете изменить любое произошедшее событие, но на настоящем времени
это не отразится? - Мария схватывала на лету.
- Совершенно верно, нам удались все попытки, даже покушение на Ленина, но ведь вы
не слышали о том, что вождь мирового пролетариата застрелен в тысяча девятьсот
восемнадцатом году из автомата Калашникова.
- Насколько мне помнится, тогда в Ленина стреляла Фанни Каплан! - сказала Мария.
- У несчастной девушки была сильная близорукость, да и пользовалась она
бельгийским дамским браунингом. А этот игрушечный пистолетик с трудом пробивает
толстое пальто, наверное, пули отравили из-за малой убойной силы оружия.
- А какие-нибудь еще загадки прошлого, кроме строительства пирамид, вы
раскрыли? - спросила Мария.
- Стыдно признаваться, но нет! Даже эти пресловутые пирамиды попали в кадр
совершенно случайно я просто поехал отдохнуть в Египет. Мы просто технари, а не
гуманитарии.
- А какое у вас образование? - поинтересовалась журналистка.
- Высшее, но к нашей деятельности не имеющее никакого отношения. Я закончил
Московский энергетический.
- Да уж, моя подготовка как-то больше подходит к путешествиям по времени. У меня
за плечами исторический факультет МГУ, - сказала Качалова.
- Теперь я понимаю: ваш вопрос о загадках прошлого - профессиональный интерес?
Мы даже не задумывались над этой темой. И если честно - в последнее время маемся от
скуки. Подкиньте какую-нибудь идейку!
- Ну, например, тайна Атлантиды, Баальбекская терраса, гигантские рисунки на плато
Наска. Был или не был Великий потоп, строили ли в действительности Вавилонскую башню,
существовал ли на самом деле Иисус Христос? И таких вопросов миллион! Вам, наверное,
следует завести штатного консультанта.
- Хорошо, попробуем воспользоваться вашим советом. Но мы все больше занимаемся
сугубо унитарными делами.
- Например, какими? - спросила Мария. Наша милая беседа постепенно превращалась
в настоящее интервью. Мне надо быть настороже.
- Прикладными! - расплывчато ответил я. - Послушайте, Мария, а что вы собираетесь
делать с моим рассказом? Реклама нам ни к чему!
- Сергей, вы же здравомыслящий человек! - Качалова удивленно посмотрела на
меня. - Ну что я могу сделать с вашими откровениями? В журнале их напечатать? Так мне
никто не поверит! А вопросы я задаю с целью удовлетворения своего личного любопытства.
Ведь не каждый день удается встретиться с путешественниками по времени.
И действительно, что это я всполошился? Если я сейчас встану и уйду, журналистка
никогда не найдет меня - Москва город большой, а Сергеев Ивановых в нем тысяч
пятьдесят! Качаловой, наверное, и вправду просто интересно!
- Извините за подозрение, Маша. Что вы еще хотите узнать? - спросил я.
- Знаете, Сергей, мне сейчас в голову лезут только глупые вопросы. Мне надо обдумать
ту информацию, которой вы поделились. - Мария посмотрела на часы. - Ого! Уже восемь
вечера! Мы с вами заболтались. Давайте встретимся еще раз.
- Давайте, но я надеюсь, что мы с вами встретимся еще не один раз. В целях
соблюдения конспирации свяжемся по электронной почте. - Я подозвал официанта и
расплатился по счету. Мы с Качаловой вместе вышли на улицу. - Вас подвезти?
- Нет, спасибо, я на своей. - Мария показала на припаркованную рядом синюю
"Пежо-206". А вы знаете, что здесь рядом, на Страстном бульваре, недавно произошло
загадочное происшествие?
- Нет, я был за границей, да и вообще новостями не очень интересуюсь, - признался я.
- Пять дней назад, вечером, посреди пробки возле киноконцертного зала
"Пушкинский" обнаружили брошенный автомобиль. Неизвестной конструкции,
по-видимому, самосбор, без номеров. Весь салон был залит кровью. Очевидцы утверждали,
что машину покинул молодой человек в рваном комбинезоне военного образца. И что самое
интересное, якобы этот парень нес в руках отрубленную человеческую голову.
- Наверняка статья об этом случае появилась в "Московском комсомольце". В этой
желтой газетенке любят дешевые сенсации, - сказал я.
Мария хотела что-то протестующе ответить, но тут у меня запиликал сотовый телефон.
Я извинился и достал трубку. Это был Мишка.
- Серега, беда! - взволнованным голосом начал Бэтмен. - Мне только что звонил
Гарик, он в Москве.
- Ну и что? - не понял я. - Соберемся, отметим его приезд!
- Мне показалось, что он не в себе, причем очень. Так что бросай все и рви к нему на
дачу! - Мишка повесил трубку.
- Маша, извините, но мне пора, труба зовет! - проговорил я. - До встречи в Сети!
- До встречи! - попрощалась Качалова.
Я прыгнул в свой "ягуар" и помчался на Симферопольское шоссе. К даче Игоря мы с
Мишкой подъехали почти одновременно. Ворота участка стояли открытые настежь. У
гаража раскорячился "КамАЗ". Через минуту из подвала вылез Гарик. Он, пыхтя, тащил на
плече крупнокалиберный пулемет "Утес".
- Горыныч, что случилось? - заорал Мишка. - Ты что, на войну собрался?
- Там татары наших как капусту шинкуют! Наемники в доспехах прут македонской
фалангой! Я этим уродам сейчас устрою! - прокричал в ответ Игорь и, скинув пулемет в
кузов грузовика, где уже громоздилась куча стволов и патронных ящиков, снова кинулся в
подвал.
Мы с Бэтменом догнали "защитника православного воинства" только в дверях
оружейной. Наш друг, надрываясь выволакивал со склада автоматический гранатомет
"Пламя".
- Гарик, остановись, стрельбой ты ничего не добьешься! - сказал я.
- Не добьюсь, так душу отведу, не могу я больше на это смотреть! - ответил Игорь, но
в нем будто что-то перегорело, и он, бросив гранатомет, сел на бетонный пол. - Вы бы
видели, что там творится! Кровища рекой хлещет, руки-ноги в разные стороны летят.
Давайте сделаем хоть что-нибудь!
- Так у Мамая войско триста тысяч человек, пулеметы там не помогут. Максимум
тысяч пять положим, - произнес я. - Нужны пушки. Ну, допустим, достанем мы
необходимые орудия. Так ведь втроем мы больше чем из одной стрелять не сможем. А как
отреагируют русские на появление артиллерии на поле боя? Примут нас за архангелов?
- У русских к тому времени уже были пушки! - вставил слово Суворов.
- Да, но стояли они только на стенах Кремля, а князю Дмитрию нужна полевая
артиллерия. - Сейчас главным для нас с Мишкой было уболтать Гарика, чтобы он
успокоился. - Наилучшим решением было бы появиться за несколько лет до Куликовской
битвы и подготовить материально-техническую базу.
- Московское княжество при Дмитрии не вылезало из войн. Сначала подавление
мятежа тверского князя, потом поход на волжских булгар. Так что начинать придется очень
рано, лучше всего до строительства каменной крепости в Москве. Заодно и при сооружении
укреплений поможем. Можно сразу спроектировать стены под размещение на них
артиллерии, - рассуждал Мишка. - А представиться можно архитекторами из Европы. Где
тогда были самые грамотные архитекторы?
- В Италии, - ответил Горыныч, вставая с пола. - Тут может открыться большой
простор для внедрения. В то время к князю Дмитрию поступало на службу множество
иностранцев, приблизительно как при Петре Первом. Большинство из волонтеров не были
православными, а многие так и вообще не христиане. Дмитрию нравилось быть крестным
отцом своих новых подданных.
- Вот и отлично! Разыграем мастеров широкого профиля из Италии. Этаких
многостаночников типа Леонардо да Винчи. Примем православие из рук князя. Построим
белокаменный Кремль, начнем изготовление пушек на месте, соберем и обучим необходимое
количество пушкарей и, чем черт не шутит, мушкетеров. Создание этих подразделений
может положить основу регулярной армии. А с войском нового типа, вооруженным
огнестрельным оружием, русские разнесут орду Мамая в клочки. - Это мое заявление
грозило стать программой на несколько лет. - Только подготовиться нужно очень
тщательно!
ГЛАВА 11
После того как нам удалось успокоить Гарика, он решил всё-таки продолжить съемки
своего фильма. На всякий случай с ним поехал Мишка, а я остался в Москве на хозяйстве.
Провожая друзей, я пошутил, что если они сорвутся оба, то мне одному не удастся их
остановить. В ответ на эту реплику Горыныч только мрачно кивнул. Уж ему-то было
отлично известно, сколько поводов для срыва может найтись при виде битвы такого рода.
Пребывая в одиночестве, я за пару дней закончил монтаж полнометражной ленты о
строительстве пирамид и после окончания работы заскучал. Спасением для меня послужило
пришедшее по "емеле" письмо от Марии. В первых двух абзацах Качалова изливала
славословия по поводу нашей гениальности и мастерства. Это меня сразу насторожило. Ну,
конечно, - в третьем абзаце своего послания Маша тонко и завуалированно просила взять ее
в прошлое. Девушке очень хотелось окунуться в атмосферу таинственных перемещений по
времени. Видеокадры из прошлого журналистку уже не удовлетворяли.
Немного поразмыслив, я решил, что небольшая прогулка в Москву начала двадцатого
века ничем Марии не повредит, да и мне позволит развеять скуку. Поэтому я отправил
Качаловой сообщение о согласии на экскурсию, предупредив о соблюдении необходимой
конспирации при подготовке. Маша должна была самостоятельно обзавестись одеждой
носимого на рубеже веков фасона. Особого труда ей это не составит. Модных журналов того
времени великое изобилие. Я не взял на себя смелость подбирать платье для молодой
девушки.
Видимо, процесс выбора сильно увлек Марию, потому что в следующий раз она
связалась со мной только через три дня. Оказалось, что модель платья Маша нашла довольно
быстро, но много времени отнял пошив. Качалова не поленилась прислать мне свою
фотографию в новом прикиде, то ли чтобы я полюбовался на нее, то ли чтобы оценил
степень соответствия наряда заданному времени. Имея опыт нескольких походов в начало
века, я не нашел в Машиной одежде никаких явных несообразностей.
Наконец подготовительный этап был закончен, и я назначил Марии встречу. Высадку
решил производить на хорошо знакомой 2-й Тверской-Ямской улице, достаточно безлюдной
в любые времена, но находящейся поблизости от исторического центра. Качалова была
немало удивлена, когда на встречу я приехал на фургоне "газель" и пригласил девушку
внутрь. Но удивление Марии переросло в изумление, когда, пощелкав клавишами на
ноутбуке, я нажал "Ввод" и в задней части салона открылось "окно" в ясный, солнечный
день ранней осени. Маша посмотрела наружу через лобовое стекло - там была видна слегка
пыльная, но все еще яркая зелень июля, накрапывал дождь. Тогда девушка посмотрела на
меня и прошептала: "Фантастика!" Кажется, Мария до последней секунды не верила в
реальность машины времени.
Я выпрыгнул наружу через "окно" и огляделся. Вокруг никого. Что и следовало
ожидать - ведь накануне я облазил тут все с "глазком" в руках, тщательно выбирая место и
время высадки. Для прогулки я выбрал погожий денек в начале октября 1902 года. Не
хотелось страдать от жары летом и от холода зимой.
- Прошу вас, мадемуазель, - пригласил я, подавая Марии руку. Она осторожно, даже
как-то крадучись, ступила на булыжник мостовой и сделала несколько шагов. - Машенька,
не беспокойтесь, гравитация такая же, как в наше время.
- Сергей, пожалуйста, не смейтесь надо мной. Вы уже бывалый путешественник, а я
здесь первый раз и очень боюсь. Будьте снисходительны. - Мария умоляюще посмотрела на
меня.
Я усмехнулся. И куда только делась самоуверенная, знающая себе цену девушка из
третьего тысячелетия? Когда я свернул "окно", Маша вцепилась в мой рукав и прижалась,
дрожа всем телом:
- Что случилось? Машина времени сломалась?
- Господи, Маша, не пугайтесь вы так! Это всего лишь процедура для маскировки
места входа. Так же легко я могу произвести обратное действие. - Я развернул "окно", и
Качалова, увидев интерьер салона "газели", слегка успокоилась. По крайней мере перестала
дрожать. - Извините, что не предупредил. Когда мы испытывали развертку-свертку "окна", я
тоже испытал похожие чувства. Чтобы вас окончательно утешить, могу сказать, что, пока мы
находимся здесь, вы ни на секунду не постареете. Любые материальные предметы, в том
числе наши тела, попав в иную реальность, как бы консервируются.
Я снова свернул "окно", Мария взяла меня под руку, и мы неспешной походкой
направились в сторону Тверской. На ходу я инструктировал журналистку, как себя вести в
этой обстановке:
- Ни с кем не заговаривайте. Возможно, кто-то станет задавать вопросы, отвечайте,
только если обращаются непосредственно к вам. Родной язык за сто лет почти не изменился,
но вы можете машинально вставить какое-либо сленговое словцо или идиому. Так что, как
говорят наши бритоголовые современники, фильтруйте базар. Мы будем выдавать себя за
богатых иностранцев, поэтому, произнося что-то по-русски, постарайтесь имитировать
легкий акцент. Кстати, каким-нибудь еще языком владеете?
- Да, английским свободно!
- В принципе неплохо! При посторонних будем общаться по-английски. Но все-таки в
разговоре старайтесь не касаться тем, связанных с нашим прибытием из будущего. Здесь
очень многие отлично знают и английский, и французский, и немецкий. Вам было бы лучше
владеть испанским или итальянским.
- Сергей, а вы говорите на всех этих языках?
- Да, но немного хуже по-испански. Я много путешествую по Европе. А потом, изучив
один язык, гораздо проще выучить другой.
Вскоре мы вышли на Тверскую улицу и продолжили свою прогулку в направлении
Кремля. Мария во все глаза смотрела на дома, на витрины магазинов, на извозчичьи
пролетки и кареты богачей, на лица и одежду прохожих. Ей все казалось необыкновенно
красивым и каким-то милым и уютным. Ведь улица, по которой мы шли, была почти в два
раза уже современной нам. Ни одного здания в стиле сталинского ампира. Не видно даже
знаменитого первого московского небоскреба - десятиэтажки инженера Нирнзее. Этот дом
будет построен, наверное, только через десять лет.
Вскоре я заметил взгляды, которые бросали на нас идущие навстречу люди.
Враждебности в них не чувствовалось, скорее доброжелательное любопытство. Видимо,
внимание привлекала наша одежда. Я прекрасно помнил по прошлым визитам в эту эпоху,
что мой сшитый на заказ костюм из тончайшей чесучи светло-шоколадного цвета, вкупе с
широкополой мягкой велюровой шляпой придавал мне вид богатого нерусского денди,
одетого по последней парижской моде. Теперь же рядом со мной шла красивая девушка,
наряд которой тоже нельзя было назвать повседневным и обыденным. На Маше был
темно-зеленый приталенный жакет из легкого габардина и длинная шелковая юбка цвета
морской волны. Головку девушки очень украшала элегантная изумрудная шляпка с вуалью.
Я знал, что мы будем привлекать внимание своей непохожестью на окружающих, ведь для
того чтобы точно соответствовать нужному времени, необходима более длительная
подготовка. Поэтому я постарался дополнить нашу непохожесть дорогими аксессуарами,
придающими нам вид хотя и чудаковатый, но респектабельный и богатый. Я по жизни
терпеть не могу никаких мужских украшений, но здесь нацепил булавку для галстука с
огромным бриллиантом (из Алмазного фонда) и вдел в манжеты запонки с немаленькими
сапфирами. В правой руке я держал трость красного дерева с золотым наконечником в виде
головы тигра с глазами из опалов. А Мария демонстрировала великолепные изумрудные
серьги и кулон. Так что прохожим действительно было на что поглядеть.
Не забыл я и про безопасность. Под пиджаком в наплечной сбруе прятались две
"Гюрзы" и четыре запасные обоймы. А в щегольской тросточке покоилось полуметровое
титановое лезвие бритвенной остроты. Но в этом походе я не рассчитывал на проблемы.
Слишком мирная здесь жизнь.
Вскоре мне надоел повышенный интерес со стороны местных жителей. Поэтому на
Страстной площади мы сели в наемный экипаж и приказали извозчику не спеша ехать по
Бульварному кольцу. Машиным восторгам по поводу увиденного не было предела. Она то и
дело принималась щебетать по-английски, расхваливая и здешние красоты, и колоритных
людей, и воздух, не загрязненный автомобильными выхлопами.
Объехать все достопримечательности города удалось часа за три. Такая прогулка на
свежем воздухе сильно возбудила аппетит, и мы отправились обедать в знаменитый трактир
на Пятницкой. Мария в первый раз попробовала блюда настоящей, не испорченной
десятилетиями общепита, русской кухни. Расстегаи, кулебяки и блины очень отличались по
вкусу от тех, что нам доводилось вкушать в наше время, даже в самых дорогих ресторанах.
После затянувшегося на полтора часа сытного обеда мы снова взяли коляску и катались по
Москве до самого вечера. Последним пунктом нашей культурной программы стало
посещение Большого театра. Давали оперу "Жизнь за царя", после 1917 года ставшую
"Иваном Сусаниным". Я, к своему стыду, вообще первый раз был в Большом, а Качалова
сказала, что посещает все более-менее значимые постановки. Даже сейчас девушка уверенно
называла фамилии солистов и увлеченно следила за действием на сцене. Я же в основном
рассматривал публику. Как выяснилось, здесь мужчины надевали в театр фраки, а дамы
блистали в весьма откровенных вечерних платьях. От обилия драгоценностей слепило глаза.
Наши с Марией костюмы были вполне приличны для прогулок по улице, но явно не
годились для посещения подобных мероприятий. Поэтому в антракте, чтобы не обращать на
себя внимание, я даже не стал выходить из ложи в фойе.
После спектакля мы снова взяли извозчика и поехали к месту высадки. Маша, устав от
обилия впечатлений, молча любовалась мягким светом
...Поділитися у соцмережах
