Жанр: Фантастика
След оборотня
...омной гробнице, которой стал Сахен, не было уже ни одного
создания Онно. Даже василиски не угнездились в глубоких подземельях и подвалах и,
повинуясь чьему-то могущественному приказу, двинулись в не доставлявшее им никакого
удовольствия путешествие по жаре обратно в лес.
Несколько часов спустя границу пересекли первые колонны карийской пехоты. Они
не встретили никакого сопротивления. Способные сражаться отряды Редрена отступили
на восток и север, в Авон. Путь в Суминор был открыт. Армия Ормеда, словно большая
река, потекла вдоль вымерших стен Сахена. Часть войск заняла крепость. То, что они там
увидели, навсегда врезалось в память карийским солдатам. Останки и внутренности трех
тысяч человек, съеденных, растерзанных, загрызенных или сожженных взглядом
василисков, лежали в чудовищных лужах крови. Среди всего этого несколько чудом
уцелевших безумцев целовали руки и ноги своим врагам, лишь потому, что те были
людьми...
- И что теперь? - Мино положил на стол длинный меч, оставив за поясом
короткий, и сел на табурет.
Ириан отошла от входа в палатку. На ней была тяжелая кольчуга, и вуаль больше не
заслоняла глаза - она осталась в Катиме.
- Вероятнее всего, жрецы сочтут падение Сахена божьей карой, - ответила она. -
Если же Небесный Владыка столь явным образом благоприятствует действиям Ормеда,
это доказывает, что гнев карийца праведен и справедлив. Просто, правда? Ведь только мы
двое и король знаем, что случилось с Родмином и кто мог созвать легион чудовищ и
повести их на штурм. Хорошо еще, что наше дворянство не желает иметь здесь карийскую
династию, иначе голова Редрена уже ехала бы в склянке ко двору Ормеда, а я кончила бы
свои дни на костре. Лишь по этой причине верховный жрец до сих пор не выступил
против короля. Однако это может произойти в любой момент...
- Тагеро, Ормед и жрецы, - язвительно буркнул Мино. - Не думаешь, что этого
многовато для одного раза?
В глазах Ириан вспыхнула решимость.
- Если мы завтра разобьем карийцев - заткнем рот жрецам. Они не осмелятся
судить победителей, - сказала она.
- Остается еще Тагеро.
- Повелитель чудовищ... - вздохнула Красноглазая. - Ксин сделал его принцем
Рогирры! Кто мог такое предположить? Даже Редрен не знает, что предпринять. Похоже,
что придется ему отдать эту провинцию...
- Значит, нет никакого плана? - удивился Мино. Девушка молча кивнула.
- Сначала нужно победить Ормеда. Посмотрим, что будет дальше... - Она пожала
плечами. - Хватит об этом! Разговорами все равно ничего не решишь. Скажи лучше, как
принял тебя командир твоего легиона?
Лицо Мино прояснилось.
- Кажется, я догадываюсь, что тебе хотелось бы узнать.
Ириан покраснела.
- Когда старик прочитал приказ с той припиской внизу, - продолжал Мино, - я
заметил, что ему очень хочется что-то сказать. Он смотрел на меня как на заморскую
диковинку. Забавно наблюдать за лицом того, кто столь напряженно думает и ничего не
говорит. В конце концов он выделил мне мою сотню и отправил восвояси. Но на
следующий день пришло новое письмо, на этот раз от Редрена...
- Тоже?
- Именно! Его величество, со своей стороны, повысил меня до старшего сотника,
что означает, что я могу командовать отрядом от ста до двухсот человек.
- Сама знаю! - махнула рукой Красноглазая. - А причина?
- "За особую храбрость, проявленную при встрече со сверхъестественным
существом..." - процитировал Мино.
Оба рассмеялись. Он неожиданно встал и подошел к Ириан.
- Я люблю тебя. - Он обнял ее и прижал к себе.
- Но... - Она не успела договорить. Их губы нашли друг друга, и ненужные мысли
угасли.
- Прошу тебя... не сейчас, не здесь... - Она начала выбираться из его объятий.
- Завтра сражение. Может быть, мы больше никогда...
- Знаю, но прости, я не...
Он отпустил ее и отошел на шаг.
- Не сердись. - Она в замешательстве потупила взгляд.
Он смотрел на нее, ничего не понимая. Потом - уже не хотел ничего понимать,
ощущая лишь сжимающие горло сожаление и грусть. Он стиснул зубы.
- Прошу простить меня, госпожа.
- Мино...
- Я повел себя неподобающим образом. Хотел бы еще раз попросить прощения и
сообщить, что змей Каад стал разведчиком Второго пехотного легиона провинции
Каладен и в настоящее время находится с разведывательной миссией в лесах Рогирры.
Все. Он потянулся к мечу. Она молчала. Уголки ее губ дрогнули.
- Старший сотник Мино Дерго просит разрешения идти.
- Можешь идти, - сухо ответила она.
Он сдержанно поклонился и вышел из палатки. Ириан несколько мгновений стояла
неподвижно, потом бросилась на постель и отчаянно разрыдалась, словно маленькая
обиженная девочка.
Они шли пятью рядами, по сто человек в каждом. Расстояние между рядами
составляло два шага. Мино смотрел со стороны на свою манипулу. Справа и слева от них
стояли такие же подразделения. В ста шагах за первой линией была вторая, а за ней
третья, которую он уже не видел. Он знал, что за ними есть еще последняя, резервная
полутысяча. Весь, насчитывавший пять тысяч солдат, Второй Каладенский легион стоял в
боевом строю, ожидая приказа наступать. Рядом с ним точно так же расположились
другие - справа третий и четвертый каладенский, третий и пятый самнийский, а на левом
фланге первый и четвертый самнийский, пятый каладенский и пирийский. Можно было
предположить, что где-то за этим вытянувшимся на полторы мили и на шестьсот шагов в
глубину фронтом войск стоят еще четыре легиона Старого Суминора, королевская
гвардия, три когорты панцирной кавалерии, по тысяче всадников каждая, наконец,
небольшие отряды легкой деремской конницы, стоявшие среди подразделений пехоты.
Семьдесят пять тысяч солдат! Вся мощь короны Суминора готовилась сдержать и
разбить насчитывавшую почти девяносто тысяч армию Ормеда V.
Мино огляделся вокруг. Местность была неровная. Небольшие холмы и
возвышенности сильно ограничивали обзор. В двухстах пятидесяти шагах перед ним
возвышался плоский горб, полностью заслонявший находившиеся в полумиле дальше
позиции карийцев. По сторонам тоже мало что было видно. Длинные линии
тяжеловооруженных пехотинцев исчезали в неровностях местности, поросшей
отдельными деревьями и скоплениями кустарника.
Командиров легионов, стоявших на правом и левом флангах, Мино видел на
рассвете на совещании командиров манипул. Сам он с того места, где сейчас находился,
мог разглядеть знаки лишь четырех ближайших. Повсюду сверкал солнечный свет,
отраженный от наконечников копий и стали доспехов. Трава достигала колен.
В общем, это место вполне годилось в качестве поля боя. Здесь не было ям, оврагов,
ущелий или обрывов. Лишь огромные плоские холмы. Никаких болот, немногочисленные
ручьи. Разведчики все заранее проверили. Пехота и конница могли здесь передвигаться
без труда. Однако у главнокомандующих были поводы для недовольств. В таких условиях
невозможно было наблюдать за передвижениями всех войск сразу и приходилось
полагаться на донесения гонцов. Это увеличивало время каждого маневра, и при этом
большая ответственность падала на офицеров среднего звена вроде Мино. Из-за
особенностей местности обе армии стали похожи на огромных чудовищ с маленькими
мозгами. В бою их головы, хвосты, ноги будут наносить удары по отдельности.
Согласование движений отдельных частей этих драконов, то есть легионов, наверняка
окажется крайне трудным. Так что стратеги совершили ошибку. Все клонилось к долгой и
затяжкой битве.
Со свистом пролетела стрела и упала где-то за манипулой Мино. Он посмотрел
вперед. На возвышенности появились силуэты карийских лучников.
- "Крысы"! "Крысы"... - пронесся ропот вдоль линии. Этим прозвищем
закованные в железо легионеры обычно именовали легковооруженных пехотинцев.
Новые стрелы застучали по щитам и шлемам. Пока никого не ранило. Мино занял
свое место с краю первой шеренги. Лучше не привлекать к себе внимания. Солдаты
подняли щиты и наклонили головы. Стрелы, выпущенные со все меньшего расстояния,
летели все гуще. Лучники, сознавая собственную безнаказанность, все время
приближались. У легионеров для борьбы на расстоянии были лишь копья, и потому
наглость противника им приходилось переносить с каменным спокойствием. Стрела
скользнула по наплечнику Мино. Еще немного, и стрелки смогут различить слабые места
доспехов! Ясно было, что карийцы хотели их спровоцировать. Заставить их сдвинуться с
места, вынудить к заранее обреченной на неудачу погоне бульдога за зайцем, чтобы строй
смешался и превратился в толпу охваченных бессильной яростью безумцев, бегающих
туда-сюда.
Солдаты Мино об этом знали. Потому никто не дрогнул, когда первый из них,
которому стрела попала в глаз, со стоном опустился на землю. Легионер из второй
шеренги сделал два шага вперед и занял место убитого. За ним то же самое движение
совершили "стоявшие в следующих двух рядах. Разрыв в строю переместился в
последнюю шеренгу. Мгновение спустя у троих молодых легионеров не выдержали
нервы, и они с криками бросились на лучников. Прежде чем они успели сделать тридцать
шагов, град стрел с нескольких сторон свалил их с ног. Карийцы добили раненых
копьями. Солдаты среагировали подобно автоматам - в строю добавилось три прорехи.
Стрелы неожиданно застучали по щиту Мино. Враги узнали в нем офицера! Он
заметил, что они показывают на него друг другу. Они были уже на границе досягаемости
копий и не собирались подходить ближе. Трусливые крысы! Он ощутил удар по шлему.
Один, второй, третий. Последняя стрела попала в защитный щиток на щеке. Он ниже
наклонил голову. Снова в щит. Потом в наголенник. И опять! В земле возле ног торчало
около десятка стрел. К счастью, ступни тоже были защищены. Он машинально опустил
щит ниже, и, прежде чем успел поднять его снова, две стрелы ударили в нагрудник и
наплечник. Чудо, что не в шею! Он почувствовал, как у него начинает закипать кровь.
- Сукины дети!!! - Он не собирался становиться перед ними на колени и
прятаться за щитом. В наголенник!
Снова в шлем. Зубы сжались до боли...
Неожиданно он услышал стук копыт. Легкая конница! Деремцы галопом вырвались
вперед через разрыв между манипулами. Некоторые из них спрыгнули с коней и схватили
луки. Остальные бросились в атаку. Карийцы в панике разбегались в стороны. Совсем как
крысы! Вскоре на поле осталось лишь несколько десятков тел. Конники отступили столь
же быстро, как и появились, и свернули вправо, в коридор за первой линией манипул.
Чуть дальше их уже ждала точно такая же работа... Прежде чем они исчезли, один из них
подал Мино бумажный свиток. Тот развернул его и прочитал.
- Готовься! - крикнул он.
Солдаты ответили глухим ропотом. Последняя шеренга разделилась на две
половины, каждая превратилась в два полуотряда, вставших с флангов. Их задачей было в
случае необходимости заполнить промежутки между подразделениями. Соседние
манипулы повторили тот же маневр.
- Вперед!
Они двинулись медленным шагом. Три минуты спустя они достигли вершины
возвышавшегося перед ними холма. От открывавшегося оттуда вида захватывало дух. В
тысяче шагов от них начиналась огромная неправильная шахматная доска карийских
войск. Море шлемов и щитов. Мино оглянулся. То, что он увидел позади, выглядело не
менее впечатляюще. Он и его манипула находились в самом центре происходящего. Куда
ни глянь - стены из железа, знамена, конные гонцы!
В их сторону двигались отряды противника, каждый по пятьсот человек,
выстроившиеся похожим образом. На губах Мино появилась язвительная усмешка. Да,
после стольких проигранных сражений им пришлось в конце концов перенять
суминорскую тактику. Карийские тяжеловооруженные воины находились чуть ниже, на
расстоянии около четырехсот шагов. Последние "крысы" поспешно разбегались в
стороны, чтобы не оказаться между молотом и наковальней. В этот момент важнее всего
стала полутысяча, идущая на манипулу Мино. Забыв обо всем остальном, он спокойно
перешел в середину своего подразделения. Солдаты раздвинулись, освобождая ему место
в строю. Он встал вместе с ними. Пора!
Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и очень медленно выпустил воздух. Ладонь
нашла рукоять меча...
- Длинные мечи! - приказал он.
- Длинные мечи! - громко повторили десятники.
Шипящий лязг пронесся вдоль первой шеренги. Сверкнула сталь. Стоявшие в
следующих шеренгах потянулись к висевшим за спиной копьям. Поднялся лес
заостренных наконечников. Еще мгновение, еще... Пора.
- Вперед!!!
Горячая волна пронеслась по нервам. Тяжелые сапоги размеренно застучали о
землю. Масса закованных в железо людей двинулась с места и начала спускаться по
склону, набирая скорость и переходя на бег...
Трава убегала из-под ног. Рука крепко сжимала меч. Отрывистый хриплый крик.
Быстрее, быстрее!
Скорость нарастала. Разогнавшиеся шеренги гремели, словно лавина бочек на
булыжниках. Боевой рев внезапно пронзил разум Мино. Взрыв эмоций сорвал все
тормоза. Исчезли все страхи. Он зарычал как зверь. Пена на губах. Подсознание вернуло
воспоминания, загнанные туда силой воли. Отчаяние, ненависть, боль, гнев,
разочарование - все это взорвалось ярче тысячи солнц.
- Рида-а-а-а!!!
Он с такой яростью ударил щитом о щит карийского пехотинца, что тот рухнул как
подкошенный. Острие с быстротой молнии пробило панцирь. Мино вырвал клинок,
наступив на противника. Он не слышал ничьих криков, кроме собственного.
- Рида-а-а-а!!!
Меч свистнул в воздухе. Посыпались искры из ломающегося наплечника. Брызнула
кровь. Упал второй кариец. Мино отшвырнул щит, обеими руками схватился за рукоять
меча и поднял его высоко над головой.
- Рида-а-а-а!!!
Шлем третьего разлетелся на куски. Изуродованное лицо на мгновение выглянуло
из-под разбитого железа. Сталь снова описала круг. Чья-то рука отвалилась от тела.
- А-а-а-а-а!!!
Мино казалось, будто все вокруг происходит во сне. Он видел клинок собственного
меча, как тот очень медленно опускается на совершенно неподвижного противника, как
лопается нагрудник, как железо погружается в тело врага, а тот опускается на колени и
исчезает где-то внизу. После следующего удара от клинка отлетели серебристые обломки.
Он повредил оружие! Машинально он повернул рукоять, чтобы воспользоваться второй
стороной клинка, и ударил что было сил. Меч раскололся на три части. Бешенство
взорвалось подобно пламени, затмило разум. Не обращая ни на что внимания, он схватил
карийца за горло! Оба рухнули на землю. Красный туман поплыл у Мино перед глазами.
Сжать пальцы! Крепче! Больше он ничего не чувствовал, не желал, не думал. Наступил
перелом. Охваченное безумной жаждой убивать, сознание Мино расплылось и погасло.
- Господин! - неожиданно услышал он.
Он очнулся. Его руки все еще сжимали раздавленную гортань карийского
пехотинца.
- Господин, вы живы?
Кто-то коснулся его плеча. Мино поднял голову. Вокруг стояли взволнованные
солдаты, а рядом присел десятник Касито.
- Все в порядке.
Он отпустил мертвеца и начал вставать. Двое легионеров тотчас же помогли ему
преодолеть тяжесть доспехов. Это было совершенно ни к чему. Он чувствовал себя
легким, словно птица. Сознание было ясным и спокойным. Глядя на поле побоища,
устланное телами, более трехсот из которых оставила карийская полутысяча,
столкнувшаяся с его манипулой, и на беспорядочно отступающие отряды врага, он понял,
что все зло, все давние обиды выгорели в нем дотла. Он прошел очищение.
На большой, нарисованной в соответствии с данными разведчиков карте лежали
девяносто маленьких кубиков разного цвета. Они составляли длинный узкий
прямоугольник, три ряда по двадцать семь штук. Девять оставшихся шли за ними
отдельной линией. Это был первый резерв. Все манипулы одного легиона обозначались
одним и тем же цветом. За главным фронтом, состоявшим из девяти легионов - по три на
каждом фланге и в центре, - было разложено еще несколько десятков других кубиков,
символизировавших остальные суминорские подразделения. Здесь бросалась в глаза
группировка четырех легионов Старого Суминора. Обозначавшие ее кубики были
покрашены в коричневый цвет. С противоположной стороны карты находились черные
параллелепипеды, изображавшие приблизительное расположение войск армии Ормеда.
Двое офицеров, опираясь на сведения, которые продолжали доставлять гонцы, то и
дело вбегавшие в палатку, старались воспроизвести ход сражения. Один из них только что
убрал с края левого фланга три желтых кубика, означавших первую линию манипул
пирийского легиона.
- Кретины! Подпустили к себе лучников! - Редрен был в ярости.
- Зато нам повезло в центре и на правом фланге, - ответила Ириан, не отрывая
взгляда от зеленого кубика, который до этого момента находился в самой середине
первого ряда.
- И что с того? - одернул ее король. - Я не могу идти вперед, волоча левое
крыло. С такой кучей войска это не шутки! Если вся эта мозаика рассыплется, - он
показал на стол с картой, - то сам дьявол потом ее не соберет. Остановить наступление!
Один из ожидавших приказа гонцов выскочил из палатки, словно выброшенный
пружиной. Редрен посмотрел на разбитый легион.
- Что за болван командует этим сбродом?
- Мой кузен Дарон Ферго, - ответила Красноглазая.
- Он? Если он переживет эту битву, остаток жизни проведет в поисках пирийцев по
кустам! Как-то я совершенно о нем забыл... Крепко ему досталось? - обратился он к
офицеру у карты.
- Этого мы в точности не знаем, ваше величество.
- Пошлите туда Первый старосуминорский.
Второго гонца словно ветром сдуло из палатки.
- Дьявол! Час пройдет, прежде чем они исполнят этот приказ. - Король сел. -
Надеюсь, до тех пор они продержатся...
Третья линия манипул стояла теперь на вершине холма, с которого они начали
атаку. В итоге они продвинулись не слишком далеко. Солдаты Мино снова выстроились в
шеренги. Только в трех первых было по сто человек. В четвертой оставалось уже
шестьдесят два, пятой не было вообще. Сейчас они находились в какой-то продолговатой
впадине с плоским дном, и вражеская армия снова скрылась из виду. Однако из-за
своеобразного расположения холмов горизонт оказался достаточно далеко, и идущий на
них новый отряд врага начал постепенно вырастать словно из-под земли.
На этот раз это была классическая ронийская фаланга. Наемники шли десятью
рядами, по двести человек в каждом, У первых двух линий были пики длиной в шесть
локтей, в следующих двух шеренгах древки были на два локтя длиннее и так далее, вплоть
до пик длиной в четырнадцать локтей. Они походили на огромное поле пшеницы, с
пиками вместо колосьев, и двигались вперед словно железная, заполненная свинцом
бочка, используемая для укатывания дорог. В войске до сих пор рассказывали легенды о
том, как тридцать пять лет назад Редрен разбил подобную армию лобовой атакой тяжелой
конницы и вышел из сражения без потерь. До сих пор не нашлось никого, кто отважился
бы повторить подобное безумие.
Мино взял щит, который подал ему Касито, и уже никому не нужный меч. Не
спуская глаз от находившихся в двухстах шагах ронийцев, он убрал его в ножны.
- Треугольником влево! - приказал он. Шеренги его манипулы выдвинулись
вперед, а возникавшие при этом промежутки начали выравниваться влево. Вскоре строй
был готов. Они образовали равнобедренный треугольник, направленный острием прямо в
правый фланг ронийцев. Манипула, стоявшая справа от подразделения Мино, сделала то
же самое, только напротив левого фланга ронийцев. Таким образом в середине первой
линии появился промежуток, через который могли свободно пройти сто человек. Для тех
это была лишь щель между досками в заборе... Командиры манипул второй линии тотчас
же поняли, в чем дело. Средняя линия тоже превратилась в треугольный клин, который
встал справа от группы Мино, образовав вместе с ней подобие двух заостренных
ступенек. Манипула же справа, сохраняя расположение в пять рядов, сменила фронт,
выстроившись наискосок к ронийцам. Манипулы с левого фланга остались на своих
позициях. Третья линия не двинулась с места. Стены из щитов с лязгом сомкнулись. До
полудня оставался еще час. К счастью, день был не слишком жарким.
Неуклюжая фаланга не сумела среагировать на быстрый маневр четырех манипул и
по инерции обрушилась на ощерившиеся треугольные клыки. Суминорцы уже ждали с
короткими мечами в руках. Это было оружие, предназначенное для борьбы в толпе и
тесноте. Мино стоял у основания треугольника, который теперь образовывали его люди.
Сотни копий ударились о щиты в поисках щелей, через которые можно было бы
пробиться внутрь строя, били в шлемы, пытаясь через отверстия забрал добраться до
головы. Грохот и треск ломающегося дерева на мгновение заглушили боевой клич
ронийцев. Как и предполагалось, фаланга, сталкиваясь с весьма сильным сопротивлением
на флангах, изогнулась дугой, а образовывавшие ее ряды перемешались и превратились в
беспомощную толпу солдат, которая волной накатилась на вторую линию суминорской
пехоты. Третья выстроившаяся клином манипула смешала эту массу еще больше и
толкнула ее на стоявшую наискосок четвертую. В тесной толпе ронийцев возникло
замешательство, из-за чего некоторые неожиданно начали натыкаться на пики своих
товарищей. И тогда с трех сторон с грохотом и шумом на них упала лавина копий. Вой и
крики раненых взметнулись, словно из адского котла. Большинство наемников служили
раньше в морской пехоте, и потому на них были не слишком тяжелые панцири. Потери
были страшными. Ни одно из летевших наискосок вниз копий не воткнулось в землю... В
котле, образованном суминорскими манипулами, забурлило, как в преддверии
преисподней. Часть охваченных паникой ронийцев бросились бежать через щель между
подразделением Мино и острием клина, стоявшего во второй линии. Ими занялись
бездействовавшие до тех пор солдаты с левого фланга. Остальные ронийцы избрали
классический метод отступления - бежать сломя голову туда, откуда пришли. Вскоре,
кроме груд тел, ощетинившихся копьями, на поле боя остался тянувшийся вдоль строя
суминорцев вал трупов, выпотрошенных короткими мечами.
- Чистая работа, - заметил Касито, вытирая клинок о рукав мундира,
выступающий из-под налокотника.
- Да, только где теперь здесь снова развернуться? - Мино посмотрел на сваленные
в кучи тела. - Придется либо их куда-нибудь перенести, либо отступить...
Внезапно он поднял голову и начал прислушиваться. Шум боя на правом фланге не
только не утих, но явно усилился.
- Они наступают на правом фланге! - крикнул очередной гонец, врываясь в
палатку.
- Какими силами? - быстро спросила Ириан.
- По крайней мере двадцать тысяч человек. Разные подразделения!
Офицер у карты тотчас же принялся передвигать черные кубики. Гонец давал ему
более точные указания.
- Игры кончились, он пошел на все... - пробормотал Редрен.
- Почему там? - удивилась Красноглазая. - Ведь у них была лучшая ситуация на
левом фланге!
- Именно поэтому! Ормед наверняка считает, что я послал туда все резервы, -
ответил король. - Он сам себя перехитрил. Остальные легионы Старого Суминора - на
правый фланг! - приказал он.
- Так точно, господин!
- Подожди! Пусть поддерживают их лишь настолько, насколько это необходимо
для отражения атак. Они должны экономить силы. Это карийцы должны истечь кровью!
- Так точно!
- А когда они ослабеют, переходим в контратаку. Понял?
- Так точно, господин!
- Мчись!
- Оставим что-нибудь для поддержки центра, - предложила Ириан.
- Центр держится крепко, и пусть продолжает и дальше! - отрезал Редрен. - Что
слышно на левом?
- Они выдержали второй удар, но уже использовали все резервы, - ответил
офицер, стоявший у противоположного конца стола.
- Первый старосуминорский восполнит их потери, а то, что от него останется,
пусть идет на правый фланг.
- Есть!
- Две тысячи гвардии и панцирников тоже перебросить на ту сторону! - добавил
король.
- Всех на правый фланг? - спросила Красноглазая. - Будем выстраиваться
фронтом наискосок?
- Не совсем, - ответил Редрен. - Я хочу разбить их сильнейшую группировку и
обойти справа, но центр должен остаться там же, где сейчас.
- Но, господин! - воскликнул офицер, занимавшийся этой частью карты. - Ведь
это разрушит нам весь фронт! Возникнет промежуток между центром и правым флангом...
- Вот именно! Тогда мы бросим туда тяжелую конницу. Вот так, по диагонали. -
Король показал направление. - Если они будут достаточно ослаблены, эта атака разрежет
их надвое.
Со скамьи у стены палатки вскочили почти все гонцы. Бегом они бросились к своим
коням и мгновение спустя уже мчались, чтобы передать приказы.
Редрен склонился над столом.
- Итак, начинаем решающее сражение! - спокойно объявил он. - Карты открыты,
и теперь или пан, или пропал, - добавил он и искоса посмотрел на Ириан...
Возникшая перед Мино проблема с выстраиванием заново рядов решилась сама
собой. Через несколько минут подошла вторая ронийская фаланга и ударила по левому
флангу и центру его легиона. Те, что справа, могли теперь отдохнуть, но они - нет. К
тому же командир наемников оказался значительно умнее своего предшественника. Видя,
что происходит, он остановил фалангу перед самым носом у суминорцев и бросил в атаку
только три первые линии. Столь небольшому количеству врагов копья не нанесли
существенных потерь. Затем рониец посылал новые шеренги и лишь некоторое время
спустя, сообразив, что таким образом все равно ничего не добьется, спокойно отступил,
сохранив последние две линии в целости. Рубка на мечах оказалась крайне
изматывающей, к тому же ронийцы охотно бросали назад копья суминорцев, собрав
кровавую жатву и пики. Касито погиб, а у Мино осталась половина манипулы.
Хотя наиболее ожесточенный бой шел на правом фланге, где толпы вооруженных
людей, насчитывавшие свыше тридцати пяти тысяч, сплелись друг с другом в
чудовищных объятиях, атаки на середину и левый фланг армии Редрена следовали одна за
другой. Ормед стремился к тому, чтобы занять в сражении как можно больше
суминорских солдат и не допустить, чтобы хотя бы часть из них послали с помощью на
правый фланг. Таким образом, каждый из шести оставшихся легионов должен был все
время отчаянно защищать свой отрезок главной л
...Поділитися у соцмережах
