Жанр: Фантастика
Герольды Вальдемара 1. Стрелы королевы
...ы, вероятно, предпочтешь ее. Когда жар усилится, тебе могут
начать мерещиться разные вещи. С тобой рядом всегда будет кто-нибудь, так что не
тревожься. Что, начинает клонить в сон?
- Угу, - подтвердила она.
- Допивай это и отдыхай. Оставляю тебя в надежных руках Герольда Джедуса.
И Давай вышел так же тихо, как и появился.
- Еще чего-нибудь хочешь, малышка? - спросил Джедус; в его голосе явственно
сквозило облегчение.
Тэлия рассеянно отметила, что уверенность Целителя прогнала какую-то мучившую
Джедуса тревогу. Он взял пустую кружку из отяжелевших пальцев Тэлии.
- Поиграете мне? - прошептала она.
- Одно твое слово, - отозвался Герольд, необычайно польщенный и удивленный
просьбой.
Тэлия уплыла в сон под тихие переборы струн.
Проснулась она в смятении от боли и каких-то тягостных, отвратительных снов; кто-то
- возможно, Ильза - успокоил ее и уговорил выпить еще лекарства и бульона.
Еще множество раз Тэлия в полусне послушно проглатывала питье, которое подносили
к ее губам, позволяла отводить себя в умывальную и уборную и обратно. В остальном
Тэлия не осознавала окружающего. Она попеременно то горела в жару, то стучала зубами
в ознобе. В ее снах крепковеры и люди из Коллегии перемешались и совершали самые
нелепые поступки.
Когда сны становились страшными, кто-нибудь всегда прогонял их - игрой на арфе или
ласковым прикосновением рук.
Наконец в один прекрасный день Тэлия очнулась полностью и увидела, что в окно ее
комнаты льется солнечный свет. Жутко болела голова; Тэлия пощупала затылок и
сморщилась от боли, когда пальцы наткнулись на шишку.
- Болит, да? - сочувственно сказал резкий голос со стороны стоящего подле кровати
кресла. Осторожно повернув голову, Тэлия увидела, что пост, который на ее памяти в
последний раз занимал Джедус, теперь приняла Керен. Она непринужденно развалилась в
кресле Тэлии, положив ноги на стоящий рядом столик.
И еще у нее на коленях лежал вынутый из ножен меч.
- С вами все в порядке! - прохрипела Тэлия с облегчением.
Керен вздернула в ее направлении бровь.
- Ты забываешь, маленький кентавр: я нырнула по собственной воле. Стало быть, мое
погружение было чуточку более контролируемым, чем твое. Знаешь, тебе чертовски
повезло, что ты здесь. Когда ты перестала держаться за Ролана, тебя затянуло прямо под
лед. Я еле смогла дотянуться. На три пальца дальше - и мы не нашли бы тебя до самой
весенней оттепели.
Казалось, Тэлия снова видит вещи чужими глазами - и не только видит, но и чувствует.
Она ощутила жуткий страх - чужой страх - и увидела себя, как ее затягивает под толстую
корку льда, покрывающего большую часть реки. И еще она увидела то, что за этим
последовало.
- Вы нырнули под лед вслед за мной... - сказала она в благоговейном ужасе, - Вы же
могли погибнуть!
Керен чуть не поперхнулась.
- Сети Владычицы, Ильза была права! Мне лучше следить за своими мыслями, когда я
вблизи тебя, детка. Мы можем поделиться друг с другом большим, чем нам обеим бы
хотелось! Чтобы сменить тему - да, раз уж ты знаешь, это было чертовски опасное дело.
Нам обеим повезло, что за спиной у меня оказалась Шерил. Когда я тебя зацепила, она
смогла вытащить нас обеих из-под льда. Правда, помогло то, что у меня хватило ума
сорвать с седла Ильзы запасную веревку и обвязаться ей по пути к реке. Когда Шерил
увидела веревку, которая тянулась за мной из-подо льда, она ухватилась за конец. Хорошо,
что ей доводилось самой спасать людей, провалившихся в полыньи.
- Она тоже цела?
- О, она не такая жилистая старая змеюка, как я; она подхватила простуду. Можешь ее
не жалеть: поскольку тебя мы поместили вне пределов досягаемости, остальные ученики
принялись наперебой вокруг нее суетиться. Шерил - их героиня; они уложили ее в постель
и безотлучно дежурили у нее в ногах и у изголовья до тех пор, пока у нее даже насморк не
прошел.
- Что вы имеете в виду - поместили вне пределов досягаемости? Зачем? И зачем вы
вынули меч. О чем вы умалчиваете?
Керен сокрушенно покрутила головой.
- Ты выглядишь такой наивной.., невинной, беспомощной.., но, даже полумертвая от
сотрясения мозга и воспаления легких, ты мало что упускаешь, правда? Ах, малышка, нет
смысла пытаться скрыть это от тебя. Мы тебя охраняем. Тех, кто бросил тебя в реку,
поймали: в Крыле Слуг у тебя есть друзья, которые засекли их, когда они входили,
перемазанные в навозе. Они клялись, что это была только "шутка" - хороша шуточка! - и
все, что королева могла сделать в соответствии с законом, это прогнать их от двора и
Коллегии. Формально, поскольку не нашлось никаких свидетелей, которые опровергли бы
их слова, она ничего другого не могла предпринять. Ну, я лично сняла бы им головы с
плеч, - Тэлия почувствовала гнев, который таился за ласковым выражением лица Керен, -
или, скорее, содрала шкуры; но я не королева, а по закону она смогла сделать только это.
Поскольку тебе удалось пережить их "шуточку", она не могла даже наложить на мерзавцев
Заклятье Правды.
- Один из них велел мне передать от них привет Таламиру.., это было перед тем, как
появился Ролан, - сказала Тэлия.
Керен присвистнула, и Тэлия почувствовала, как закипает в ней негодование.
- Проклятье! Жаль, что мы не смогли рассказать Совету об этом, когда этой шайке
предъявляли обвинение! Ну, да им и так никто не поверил, поэтому Ильза, Джедус и я по
очереди охраняем тебя; Меро сам готовит для тебя всю еду, а Терен приносит ее сюда
прямо из его рук.
- И Джедус? - Тэлия с сомнением взглянула на меч на коленях Керен.
- Не впадай в заблуждение, считая, что, раз у него не хватает ноги, то он беспомощен,
милочка. Все то время, что Джедус находился здесь, под рукой у него лежал арбалет, а
внутри этой его тросточки спрятан клинок. Всякого, кто попробовал бы напасть на него,
ждал бы большущий сюрприз.
- Неужели все так серьезно? - спросила Тэлия, начиная испытывать нешуточный страх.
- Опасность достаточно реальна, чтобы принять несколько простых мер
предосторожности. Мы и так теряем достаточно членов Круга, и не намерены потерять
тебя по беспечности. - Керен помолчала, а потом добавила (полу-сердито, полуобиженно).
- И в следующий раз, детка, говори кому-нибудь, если что-то не так! Мы
могли бы избежать всего этого.., может быть, поймать тех, кто грыз тебе хвост, кто бы они
ни были. Проклятье, Герольды всегда держатся друг за друга! Ты что, думала, мы тебе не
поверим?
- Я.., да... - проговорила Тэлия и ужаснулась: язык опять ее предал. К еще большему
ужасу девочки, по ее щекам медленно потекли слезы, и она не в силах была их сдержать.
Спустя мгновение Керен вскочила с кресла и очутилась подле Тэлии, прижимая ее
голову к своему твердому плечу; гнев немедленно сменился сочувствием и раскаянием.
- Детка, родненькая, я не хотела тебя расстроить. Ты нужна нам, мы любим тебя - нас
бы просто убило, если бы мы тебя потеряли. Тебе нужно научиться доверять нам. Мы -
твоя семья. Нет, мы больше, чем семья. И мы никогда, ни за что тебя не покинем. Что бы
ни случилось.
- Простите.., я не... - всхлипывала Тэлия, пытаясь снова взять себя в руки и отодвигаясь
от Керен.
- Не нет, а да. Тебе пора выплеснуть это наружу, - приказала Керен. - Плачь, сколько
хочется. Если мой брат прав - а обычно он прав - то в том, что касается плача, тебе нужно
очень многое наверстать.
Невозможно было устоять перед этой искренней заботой и пониманием. Барьеры, уже
ослабленные дружбой с Джедусом, рухнули и рассыпались, и Тэлия благодарно
прижалась к плечу Керен. Керен обнимала ее, словно собственного ребенка, давая
выплакаться. Тэлия плакала долго, до полного изнеможения.
- Полегчало? - спросила Керен, когда высохли последние слезы.
Тэлия слабо улыбнулась.
- Вроде.
- Если не считать того, что теперь у тебя болит голова и жжет глаза. В следующий раз
не давай горю так долго накапливаться. В конце концов, для того и существуют друзья -
помогать в случае неприятностей. А теперь о твоей "новой" способности читать мысли...
- Так это правда? Значит, я действительно чувствую то, что чувствуете вы? И вы с
Ильзой... - Тэлия в смущении осеклась. - Но откуда это у меня взялось? Раньше я такого не
умела!
- Ты по-прежнему принимаешь от меня? О черт! - Керен слегка нахмурилась,
сосредоточиваясь, и Тэлию внезапно перестали пронизывать приходящие извне
разнообразные эмоции. - Так лучше? Хорошо. О, ты правда читаешь мысли, можешь не
сомневаться, причем читаешь обескураживающе безошибочно. Только члены Круга знают
обо мне и Ильзе: мы не смогли бы скрыть от них наши отношения, даже если бы захотели
- ведь вокруг нас сплошь Одаренные. Мы с Ильзой связаны на всю жизнь; ты, наверно, не
слышала, что такое любовь-судьба, а?
- Как у Ваниэля и Стефена? Или Солнцепевца и Танцующей-В-Тени?
Керен поглядела на Тэлию в полном изумлении. Хотя с другой стороны, учитывая
склонность девочки к сказкам, то, что она все-таки слышала о любви-судьбе, было не так
уж удивительно. Такого рода связь, редко встречавшаяся среди Герольдов и еще реже -
среди обычных людей, являлась узами очень особого рода, чем-то неизмеримо большим,
чем просто физическая связь.
- Не так драматично, но да, как у Ваниэля и Стефена. Ну, я полагаю, что твой Дар
преждевременно пробудился либо от удара по голове, либо от сильного душевного
потрясения. Так иногда случается. Если бы ты не была Личным Герольдом Королевы, мы
бы еще несколько лет и не помышляли о том, чтобы обучать тебя, как им пользоваться, но
ты - особый случай. А сама ты хочешь, этому научиться?
- Пожалуйста.., только не еще один предмет... - жалобно сказала Тэлия..
Керен не удержалась от смешка.
- Тогда ладно, милая, оставим все как есть. Может быть, когда у тебя заживет голова,
твои новые способности исчезнут; мне случалось видеть такое прежде. Но если они
начнут тебе мешать, скажи одному из нас, хорошо? - Она замолчала и задумчиво
посмотрела на Тэлию. - А тебя не беспокоит то, что ты узнала.., насчет Ильзы и меня?
- Нет, - ответила Тэлия с некоторым удивлением. - А разве должно? Я имею в виду.., в
Усадьбах множество.., э... - она снова покраснела, - "особых подруг".
- Да ну? - Керен приподняла бровь. - Вот уж никогда бы не подумала, ваши крепковеры
же такие твердокаменные. Хотя, полагаю, это не лишено смысла.., вся эта куча Младших
Жен, и чертовски немногие из них выходят замуж по любви. - Она заметно расслабилась.
- Не стану отрицать, я рада услышать это от тебя. Ты во многом придерживаешься старых
взглядов, милая; я начинаю считать тебя не столько ученицей, сколько своим другом, и
мне бы страшно не хотелось, чтобы что-нибудь стало препятствием для нашей дружбы.
- Я? Ваш друг? - Тэлия была явно поражена.
- Удивлена? Джедус тоже считает тебя своим другом, а он ни перед кем не
раскрывался вот уже много лет. В тебе есть что-то, что я затрудняюсь точно определить...
Иногда ты кажешься настолько старше своего возраста! Может, это оттого, что ты
Личный Герольд Королевы. Видит Владычица, я не настолько стара, чтобы знать
Таламира пареньком. Но ты кажешься человеком, которого я знаю и кому доверяю уже
много лет. Как младшая сестра. Быть может, столь же близкая, как мой брат-близнец - что
чертовски странно, учитывая, что у меня есть племянница и племянник примерно твоего
возраста, но с ними все совсем иначе. И я не единственная, кто так к тебе относится. Как
я сказала, есть еще Джедус и Шерил, и Скиф, и, вероятно, еще кто-то.
Тэлия с удивлением переваривала эту новую для себя мысль.
- Ну, хватит об этом, - Керен потрясла головой. - Как там твоя черепушка?
- Ужасно.
Керен встала и ласково, умелыми пальцами исследовала шишку.
- Милочка, тебе здорово повезло: угоди они чуть пониже, или же в висок, и ты была бы
без сознания или парализована, когда ударилась об воду. Ты бы ушла на дно как топор,
даже кругов бы не осталось, и мы бы так никогда и не узнали, что с тобой сталось. Как ты
думаешь, сможешь проглотить еще немного этого гнусного зеленого пойла? Оно, во
всяком случае, снимает боль.
Тэлия с трудом кивнула, и Керен принесла ей кружку варева, а потом вернулась в свою
прежнюю позицию в кресле: ноги задраны на стол, меч на коленях.
- Сколько занятий я пропустила?
- Ничего такого, что ты не сможешь быстро нагнать, тем более, что ты будешь
освобождена от дежурств и нежных ласк Альбериха до тех пор, пока полностью не
оправишься. Если будут какие-то нелады со зрением, мы будем читать тебе вслух, и
каждый в Коллегии рвется одолжить тебе свои записи. Ну как, сойдет?
Тэлия как раз собиралась ответить, когда где-то поблизости раздались глубокие,
мрачные удары колокола.
При первом же ударе Керен резко вскинула голову и застыла.
- Проклятье, - сказала она тихо, но с горечью. - О, проклятье.
- В чем дело? - Тэлии не понравилось напряжение и боль на лице Керен. - Что
случилось?
- Это Колокол Смерти, - Керен невидяще уставилась в окно, не замечая текущих по
щекам слез. - Он звонит, когда умирает Герольд. Значит, ублюдки добрались до еще
одного из нас. О, боги, почему им должен был оказаться бедняга Бельтрен?
Глава восьмая
Спустя несколько минут после того, как зазвучали угрюмые удары колокола, кто-то
постучал в дверь комнаты Тэлии. Прежде чем Керен успела откликнуться, внутрь
просунулась голова Скифа.
Керен опустила клинок, который уже нацелила на вход.
- Керен... - с запинкой сказал Скиф, - меня прислал ваш брат. Он подумал, что вы,
может быть, захотите побыть вместе с остальными. Я могу посидеть с Тэлией.
Керен с видимым усилием овладела собой.
- Ты уверен? Я знаю, что ты воображаешь себя крутым, малыш...
Тэлия даже не заметила, чтобы Скиф шевельнул рукой, но внезапно в стену, меньше
чем в дюйме от носа Керен, что-то со стуком ударилось. Обе удивленно уставились на
дрожащую рукоять метательного ножа, глубоко вошедшего в деревянную панель.
- Ха! - только и сказала Керен.
- Если бы на вашем орлином носу сидела муха, я мог бы снять ее, не задев вас, -
серьезно, без тени обычного хвастовства сказал Скиф. - Я знаю, что во всем остальном
мне еще учиться и учиться, но в этом меня не переплюнуть даже Альбериху.
Он поднял правую руку, в которой был зажат нож под пару первому.
- Каждый, кто попробует ворваться сюда, получит в глотку шесть дюймов стали.
- Поверю тебе на слово, - сказала Керен, поднимаясь и вкладывая меч в ножны. - Но ты
можешь об этом пожалеть, поскольку я, вероятно, устрою, чтобы отныне ты тоже дежурил
при Тэлии.
- Тоже мне угроза. Я и сам вызывался, но Ильза не захотела принимать меня всерьез.
- Ну, а я принимаю. - Керен прошла мимо, поманив его в комнату. - И, малыш...
Спасибо. У тебя доброе сердце.
Скиф только пожал плечами и вытащил нож из стены.
- Что происходит? - хрипло прошептала Тэлия, когда дверь за Керен затворилась. - Что
за Колокол Смерти?
Скиф уселся на ее стол, закинув ногу на ногу; его лицо хранило непривычно серьезное
выражение.
- Даже не знаю, с чего начать.
- С Колокола.
- Ладно. Я не знаю, что тебе известно, поэтому начну с самого начала. Когда-то в роще
на Спутниковом Поле стояла маленькая часовня; ее построил король Вальдемар. Там
была колокольня, но колокол на ней появился только перед самой его смертью. Точнее,
его повесили как раз накануне того дня, когда умер король, но веревки, чтобы звонить,
еще не привязали, языка тоже не было. Поэтому можешь себе представить, каково было
изумление людей, когда на следующее утро перед рассветом зазвонил какой-то
незнакомый колокол. Вышли посмотреть, что происходит, и увидели то, что увидела бы
ты, если бы вышла сейчас на Поле: все Спутники собрались вокруг колокольни и
смотрели на нее. А когда люди вернулись во дворец, то узнали то, что уже знали
Герольды - что Вальдемар умер. Часовни давно нет, но колокольня все еще стоит - и
каждый раз, когда умирает Герольд, звонит Колокол Смерти.
- А Керен?
- Каждый Герольд знает, когда умирает другой, и умер он естественной смертью или
его убили. Ты вроде как начинаешь чувствовать это, обычно примерно на третьем году
здесь - а если твой Дар силен, то и раньше; ко мне это еще не пришло. Мне говорили, что
от этого больно так, словно умирает часть тебя самого; те, у кого наиболее сильный Дар,
могут даже уловить подробности того, как это произошло. А Полные Герольды, те с
первым же ударом Колокола всегда знают, кто погиб, и немного о том, как. Большинству
из них легче, если они на некоторое время собираются вместе, особенно если умирает
кто-то, кого они близко знали. Поэтому Терен и послал меня - Бельтрен был
однокашником Керен.
Тэлия не знала, что сказать в ответ. Они со Скифом долго хмуро смотрели в окно,
слушая удары Колокола: холодный, тяжелый, рыдающий звон.
Несколько дней до Коллегии не доходило никаких вестей о том, какая участь в
действительности постигла Бельтрена. Когда же известие пришло, оно было
нерадостным. Кто-то или что-то напало на него из засады и сбросило и Бельтрена, и его
Спутника с края обрыва. Не было никакого ключа к тому, кто убийца - и если королева и
знала, что стало причиной нападения, она никому об этом не обмолвилась.
С каждым уходящим днем обстановка в Коллегии становилась все более тягостной и
скорбной. Благодаря своей новообретенной чувствительности Тэлия болезненно ощущала
ее, а слабость, одолевавшая ее в ходе выздоровления, делала это бремя еще тяжелей.
Скиф (Керен выполнила свою "угрозу", и он теперь тоже дежурил в комнате Тэлии в
очередь с тремя взрослыми) изо всех сил старался развеселить подругу, рассказывая
ходящие в Коллегии сплетни и всякие нелепые истории, но даже он не мог полностью
ослабить действие, которое оказывала на Тэлию скорбь окружающих.
Наконец королева отдала приказы - и Герольды, повинуясь им, полетели, как стрелы,
которыми их прозвали. Тэлия так никогда и не узнала подробностей, но убийца был
пойман - хотя даже известие, что он найден и осужден королевой и Советом, нисколько
не развеяло атмосферу боли, так как погибшего Бельтрена высоко ценили все без
исключения члены Круга.
Несколькими неделями позже вся Коллегия и все члены Круга при дворе собрались на
поминальную службу. Как это слишком часто случалось с Герольдами, даже тела, чтобы
похоронить, не было, и молебен служили возле одинокого обелиска, хранящего имена
всех Герольдов, отдавших жизнь за монарха и королевство.
Тэлии еще только-только разрешили вставать с постели, но что-то заставило ее
попросить Целителя, Девана, позволить ей присутствовать на траурной церемонии.
Настойчивость просьбы произвела впечатление на Девана: его подопечная явно
чувствовала, что ей совершенно необходимо пойти на молебен. Молодой Целитель махнул
рукой на собственный здравый смысл и дал разрешение. Тэлия еще никому не
сознавалась, как сильно на нее действует скорбь окружающих; она надеялась, что Керен
была права и ее восприимчивость притупится. А поскольку ей не раз говорили о ее
чересчур живом воображении, девочка не могла быть всецело уверенной в том, в какой
степени это реально, а в какой, возможно, только мерещится ей.
Вся церемония воспринималась ею как-то нечетко; казалось, все размыто
захлестнувшим ее чувством тоски и утраты. Тэлия отстояла службу, словно окутанная
туманом боли, однако теперь она больше не сомневалась, что это не плод самовнушения.
Когда собравшиеся начали расходиться, источник воспринимаемой ею муки стал четче
и наконец определился.
Им оказалась королева.
Тэлия не подходила близко к Селенэй с того первого дня в Коллегии; она не посмела
бы побеспокоить ее, если бы душевное смятение королевы не притягивало ее с такой
непреодолимой силой. Стараясь ступать как можно тише, Тэлия робко приблизилась к
ней.
- Ваше величество! - окликнула она неуверенно. - Это я, Тэлия.
- Я послала его на смерть, - произнесла Селенэй, словно в ответ на какой-то
внутренний вопрос. - Я знала, на что его посылаю, и все равно послала. Я убила его так же
верно, как если бы собственными руками столкнула его с того обрыва.
Боль и самобичевание в словах королевы словно нажали на какую-то пружину внутри
Тэлии, задели нечто, что побудило ее ответить:
- Почему вы пытаетесь убедить себя, что Бельтрен не знал, какая опасность ему грозит?
- спросила она, зная, что говорит чистую правду, но не представляя, откуда ей это
известно. - Он полностью отдавал себе в этом отчет, и, несмотря на это, поехал. Конечно,
он не ожидал, что погибнет, но знал, что такая вероятность существует. Ваше величество,
мы все знаем, что это может случиться, и в любую минуту. У вас тоже не было выбора -
ведь было абсолютно необходимо послать туда кого-нибудь?
- Да, - неохотно ответила Селенэй.
- И разве Бельтрен не был лучшим - а, быть может, и единственным - из Герольдов, кто
мог выполнить эту задачу?
- Он был единственным Герольдом, который мог надеяться убедить тамошних жителей
дать нужные мне сведения. Бельтрен три года работал там моим агентом, и его знали и
доверяли.
- А разве ему не удалось переслать вам эти сведения. Могла ли им быть какая-нибудь
замена?
- То, что он прислал мне, поможет нам избежать войны, - вздохнула Селенэй. - Даже
среди правителей шантаж иногда творит чудеса, и я с легким сердцем буду
шантажировать Релнетара, если это заставит его держаться в пределах своих границ и
удержит от нападения на Вальдемар. Видит Владычица, я испробовала все другие
способы добиться этого...
- Значит, у вас совершенно не было выбора: вы действовали на благо всего вашего
народа. Это - то решение, которое можете принять вы, и только вы. Ваше величество, на
занятиях по ориентации мне простыми и ясными словами сказали, что для любого
Герольда существует большая вероятность погибнуть прежде, чем ему придется
задуматься об уходе в отставку по старости. Это говорят всем - но это не остановило
никого из тех, кто собирался стать Герольдом. Это - то, что мы должны делать, точно так
же, как принятие трудных решений - ваша обязанность. А за всем этим, думаю, кроется
одно: мы все должны выбирать и поступать так, как считаем правильным, вы - как
королева, мы - как ваши Герольды. Я знаю, что если бы Бельтрен мог сейчас, в эту
минуту, стоять здесь, он сказал бы вам, что вы сделали единственно правильный выбор.
Королева, не отрываясь, смотрела на Тэлию; ее глаза блестели от слез, но Тэлия
чувствовала, что сжигавшая ее внутренняя мука утихает.
- Детка, - сказала Селенэй медленно, - ты сама едва не погибла из-за моих действий -
вернее, бездействия. Неужели ты можешь стоять здесь и утверждать, что была бы рада
умереть?
- Нет, - честно призналась Тэлия. - Я ужасно боялась... Мне не хотелось умирать, и
сейчас не хочется, но если это случится - значит, случится. Я сделала свой выбор, решив
стать Герольдом, и даже если бы знала, что завтра умру, все равно бы не передумала.
- Ох, Тэлия.., девочка... - Королева села, почти упала, на край памятника, и Тэлия робко
дотронулась до нее, потом присела рядом и обняла одной рукой за плечи; она чувствовала
себя странно и немного неловко, но тем не менее что-то словно подталкивало ее изнутри.
По-видимому, она поступила правильно, потому что Селенэй внезапно обмякла и
заплакала, хоть ненадолго позволив себе роскошь опереться на кого-то еще, кроме
собственной внутренней силы.
- Ты же совсем ребенок - когда ты успела стать такой мудрой? - наконец сказала
королева, успокаиваясь. - Ты еще и года не провела в Коллегии, и все же ты - истинный
Личный Герольд Королевы. Думаю, Таламир похвалил бы тебя... - Она грациозно
поднялась; лицо ее снова стало невозмутимой маской. Тэлия чувствовала, что, хотя
королева по-прежнему скорбит, бремя вины перестало давить ей на плечи.
- Но ты еще нездорова, маленькая, и, я вижу, твои сиделки уже тебя разыскивают. А я
должна встретиться с послом Карса и выписывать вокруг него дипломатические вензеля,
пока он не убедится окончательно, что у меня есть доказательства двойной игры его
господина. Спасибо тебе, Личный Герольд Королевы.
Она повернулась и быстро пошла назад во дворец, разминувшись на полпути с Тереном
и Керен.
- Когда ты не вернулась вместе с остальными, мы начали беспокоиться, - принялся
почти отчитывать Тэлию Терен. - Целитель Деван хочет снова уложить тебя в постель.
- Ты выглядишь так, словно тебя пропустили через мясорубку, милочка, - заметила
Керен. - Что случилось?
- Королева... Она была такая несчастная, такая виноватая. Я это почувствовала и просто
обязана была что-то сделать...
- Поэтому ты пошла поговорить с ней, - Керен удовлетворенно кивнула своему братублизнецу.
- Казалось, все нужные слова сами льются с языка, верно?
- Как вы догадались?
- Милочка, вот поэтому-то ты - Личным Герольд Королевы, а мы, остальные, -
обычные Герольды. Дедушка часто жаловался, что никогда не знает заранее, что скажет
королю, но то, что он говорил, всегда оказывалось как раз тем, что нужно. Доверяй своему
чутью.
- Дедушка? - в полном недоумении переспросила Тэлия.
- Таламир был нашим дедом, - пояснил Терен. - Думаю, втайне он надеялся, что один
из нас станет его преемником.
- Ну, я лично на это не надеялась, - твердо заявила Керен. - После того, как я
насмотрелась на то, в каком аду он жил, я бы ни за какие коврижки не захотела этой
должности. Я тебе не завидую, Тэлия, нисколько не завидую.
- Согласен, - кивнул Терен. - Тэлия, у тебя такой вид, словно ты еле стоишь на ногах.
Теперь-то, когда, ты выполнила свой долг, с тобой все будет в порядке?
- Думаю.., думаю, да, - ответила она медленно: теперь, когда невероятный груз скорби
остальных Герольдов понемногу рассеивался, ей действительно стало получше.
- Тогда давай-ка отведем тебя обратно в комнату, а я потолкую с Элкартом. Уж чточто,
а как закрываться так, чтобы не взваливать на себя больше чужих переживаний, чем
тебе по силам, мы тебе показать должны. Если твой Дар не исчез до сих пор, то он и не
исчезнет, - сказала Керен, и ее брат согласно кивнул.
Керен сидела с Тэлией, пока не появился Элкарт, потом оставила их одних. Тэлия
осторожно уселась на краешек стула, сосредоточиваясь на том, что скажет ей Элкарт,
...Поділитися у соцмережах
