Жанр: Фантастика
Dragonrealm Origins 3. Книга дракона
... с ним.
И незадачливый шутник умчался следом за напарником.
- Больше они не получат ни одной жизни, - холодно сказал колдун. Затем он обратился
к Уэллену: - Я шел спасать тебя, но, как вижу, ты направлялся выручать нас.
- Я...
Язык отказывался повиноваться: сказанное волшебником напомнило Бедламу о капитане
Яльзо.
Чародей, казалось, немного пришел в себя, но леденящий гнев его только усилился от
этого.
- Да, мои кузены, несомненно, послали за тобой того, кому трудно противиться. Однако
ты, подобно мне, обнаружил, что все-таки можешь. - Помолчав, он добавил, словно отвечая на
невысказанный вопрос ученого: - То, что явилось ко мне, имело обличье моего любимого
неоплаканного отца. Но я раскусил их. Это не был его дух. Что и оказалось их роковой
ошибкой. Они способны воссоздать облик, но не душу Патриарха Тезерени. Тут я не мог
ошибиться. - К удивлению Уэллена, Сумрака била дрожь, - Уж и не знаю, что бы я делал,
окажись это вправду он...
- Сумрак...
- Они заплатят за это...
- Сумрак!
Бедлам встал прямо перед своим товарищем и вынудил чародея взглянуть на себя.
Выражение лица Сумрака почти заставило ученого пожалеть о своей настойчивости, но было
поздно. К тому же...
- Сумрак, мы нужны Забене! Это через нее они сумели проникнуть сквозь защитные
чары Короля-Дракона! Она - их ключ!
Мрачная улыбка до предела растянула высохшую кожу на скулах чародея.
- Наш - тоже. Идем.
Оба тут же оказались в комнате чародейки. На этот раз Уэллен и не почувствовал
телепортации - настолько силен был его страх за Забену.
Она лежала на кровати и казалась почти безмятежной.
- Забена?
Уэллен двинулся было к ней, но чародей схватил его за плечо.
- Вряд ли они оставили ее просто так. Здесь наверняка еще какая-нибудь ловушка.
- Ты уверен?
- Мы ведь родня. Мы были враадами. Более того, все мы - Тезерени.
Эти названия ничего не говорили ученому, но раз уж Сумрак так хорошо понимал
некромантов, следовало склониться перед его суждением.
- Что это может быть?
Столкнувшись с вопросом, искушенный чародей снова обрел под ногами твердую почву
реального мира. Он осторожно шагнул вперед, к недвижной фигуре на кровати.
- Ее что-то окутывает. Прикосновение - смертельно. Слишком уж очевидно...
Голова Уэллена, воем вывшая с самого момента пробуждения, буквально зашлась
предупреждающим об опасности криком. Угроза была гораздо ближе чар, окутывавших Забену.
Словно что-то страшное и вполне материальное пряталось... над головой?
С потолка пещеры недвижно - пока Уэллен не поднял взгляда - свисали некри.
- Сумрак! - только и успел крикнуть ученый, прежде чем крылатые чудовища рухнули
на них.
Четверо бросились на Сумрака, двое - на Уэллена. Ученый схватил тлеющий факел, при
нынешних обстоятельствах выглядевший более чем жалко, и взмахнул им, точно мечом,
надеясь, что пламя разгорится и отпугнет парочку, решившую заполучить его на ужин.
Факел ослепительно вспыхнул, выбросив вверх струю пламени, и едва не опалил пальцы
ученого. Первое чудище, захваченное врасплох, тут же превратилось в живой огненный ком и с
коротким визгом рухнуло на пол. Уэллен отпрыгнул назад, не выпуская из виду второго некри,
который сразу стал осторожным.
Комнату сотряс взрыв, такой сильный, что Уэллен едва не потерял равновесия. Ученого
обдало дождем из клочьев белой плоти и тошнотворной жидкости. Не хотелось даже думать,
откуда она взялась. Некри тоже попал под этот ужасный душ, но то, что вызвало в человеке
отвращение, только усилило ярость чудовища. Некри зашипел.
Защищавшее Уэллена пламя, моргнув, погасло.
Некри ринулся вниз, выставив перед собою когти и широко разинув клыкастую пасть.
Упав на пол, Уэллен откатился в сторону. Когти чиркнули по боку, заставив вскрикнуть
от боли. К счастью для ученого, крылатая тварь переоценила либо величину комнаты, либо
собственную способность маневрировать в ограниченном пространстве. Разворачиваясь, чтобы
покончить со своей жертвой, некри с размаха задел рукой-крылом о каменную стену.
Неожиданная потеря крыла привела к тому, что чудовище закружилось волчком и врезалось в
стену всем телом.
Задыхаясь и моргая от боли в располосованном боку, Уэллен вскочил и напал на некри с
фланга. Он подхватил угасший факел и ударил изо всех сил. Череп твари наверняка был именно
таким твердым, каким выглядел, и потому ученый выбрал более уязвимый загривок.
Шея выдержала удар, и Уэллен не удивился этому. Все же некри рухнул на пол и
завизжал от боли. Уэллен ударил еще и еще. Ошеломленное чудовище наконец извернулось и
отшвырнуло ученого. Но даже освободившись от человека, оно поначалу не могло подняться.
За спиною Уэллена раздался нечеловеческий, полный боли рев, но оборачиваться было
некогда. Факел отлетел куда-то в сторону. Оставался только нож. Уэллен пожалел было, что не
попросил у Зеленого Дракона новый меч, хотя вряд ли драконий повелитель охотно выполнил
бы такую просьбу. В конце концов, зачем гостю могучего правителя Дагорского леса может
понадобиться оружие?
Действительно, зачем? Разве что явятся мертвяки да кровожадные твари из
преисподней...
Выхватив нож, Уэллен снова бросился на медленно поднимавшегося некри.
Дьявольский слуга Повелителей Мертвых повернулся, но опоздал на какой-то миг.
Клинок, нацеленный в его горло, вонзился чудовищу в морду. С удивлением и облегчением
Уэллен обнаружил, что кожа некри в этом месте не оказалась непробиваемой. Нож вонзился по
самую рукоять. Из раны хлыну лагу стая, омерзительная жидкость. Руку обожгло; Уэллен не
раздумывая отпустил нож и шарахнулся назад.
Некри запищал и попытался выдернуть нож из раны. Сердце ученого замерло, но твари не
повезло. Мокрая от крови рукоятка выскальзывала из неловких когтей, и крылатое страшилище
лишь сильнее разворотило себе морду. Уэллен же, привалившись спиною к краю кровати,
огляделся в поисках хоть какого-нибудь оружия. Некри, даже раненый, без сомнения, скоро
доберется до его шкуры. К тому же теперь чудовище частично загораживало путь к выходу.
Но тут в дверях появился, размахивая абордажным тесаком, Бентон Лор в сопровождении
нескольких стражников с одинаковыми короткими мечами. Командор с ужасом посмотрел на
слугу некромантов и немедленно обрушил клинок на шею раненого чудовища. Тесак глубоко
вошел в тело некри. Из раны хлынула все та же отвратительная жидкость; некри вздрогнул и
осел на пол.
Командор, содрогнувшись от омерзения, поспешно вытер клинок о портьеру на
ближайшей стене и перевел взгляд на Уэллена.
- Что здесь происходит?
Не ответив, Уэллен обернулся к Сумраку - он боялся, что чародей уже погиб.
Но нет; Сумрак был невредим. Он смотрел куда-то вдаль, неторопливо отряхивая плащ от
останков некри. Сумрачный волшебник выглядел усталым, но гнев его не уменьшился.
Капюшон в ходе боя свалился с головы. Уэллен услышал, как Бентон Лор и его солдаты что-то
забормотали, явно напуганные взглядом хрустальных глаз, из-за которых Сумрак казался таким
же демоном, как и поверженные твари.
- Тебе, Лор, понадобилось время, чтобы добраться сюда. Голос чародея, в отличие от
облика, был совершенно бесстрастен, словно Бентон Лор просто опоздал на званый ужин.
- Тут нет нашей вины. Мы задержались всего на две-три минуты. И то потому, что вход
в комнату до последнего момента заслонял какой-то барьер.
Две-три минуты?
Уэллен заморгал. Неужели так мало?
- Две-три минуты битвы с этими тварями могут показаться вечностью. К счастью, они
предпочли магии когти и зубы, хотя для верности вполне могли бы воспользоваться чарами.
Типичное для их создателей недомыслие...
- Забена!
Упоминание о Повелителях Мертвых привело взъерошенного книжника в чувство.
Обежав кровать, он протянул руки к волшебнице.
- Стой!
Сумрак, внезапно очутившийся рядом, сжал запястья Уэллена с такой силой, что
смертный сморщился от боли. Чародей оттащил его назад.
- Связь должна остаться ненарушенной. Мне она еще пригодится.
- Я не могу оставить ее так! Даже ради тебя! На лице Сумрака появилась глумливая
улыбка.
- Ты, господин Бедлам, не передумаешь, если я скажу, что, разорвав связь, ты не
вернешь женщину?
- Что все это значит? Откуда здесь эти чудища? - спросил Лор, подойдя к кровати и
глядя на недвижно лежащую Забену. - Что с ней?
Ох уж эта вечная необходимость все объяснять... - насмешливо отозвался Сумрак. -
Она связывает эту комнату с другим миром. Повелители Мертвых воспользовались ею, чтобы
проникнуть во владения твоего сеньора. Тело и разум ее здесь, а дух - или ка - находится в
их владениях. Уэллен побледнел.
- Она мертва?
- Этого я не говорил. Я сказал, что ее дух находится в их владениях, и не знаю, как долго
она еще проживет. Откровенно говоря, я сомневаюсь, что ее хозяева будут с ней возиться, если
поймут, что потерпели поражение.
- Они, пожалуй, уже знают, - заметил Бентон Лор, указывая на дымящиеся останки
некри, убитого чародеем.
На лице Сумрака появилась змеиная улыбка.
- Я уж позаботился, чтобы они поняли это не сразу... Если никто больше не помешает,
мне хватит времени, чтобы выполнить... то, что надлежит выполнить.
Уэллен взглянул в его глаза, хотя это до сих пор было нелегким делом.
- Ты должен спасти ее!
- Если смогу. Я буду занят... своими кузенами. Но если кто-нибудь присоединится ко
мне...
С этими словами он в упор посмотрел на ученого. Уэллен без колебаний кивнул:
- Нам тоже придется пойти с вами.
Лор щелкнул пальцами, и стражники мигом построились в две колонны.
Сумрак подмигнул. Ученый пришел в такое замешательство, что едва не подумал:
показалось.
- Пожалуй, не стоит, командор. И снова сжал запястья ученого.
Мир перед глазами задрожал... подобно самому Уэллену.
Наступила непроглядная тьма. Поначалу он решил, что некто разом погасил все факелы в
комнате Забены, но ужасная вонь серного дыма и гнили подсказывала, что они попали куда-то в
другое место.
Справа, в ярде от ученого, в воздухе вспыхнул яркий свет. Теперь Уэллен видел, что
находится в совершенно незнакомой и отвратительной местности. Окружающий мир
напоминал поле ужасной битвы, где единственными победителями были вороны и прочие
пожиратели падали. Местная живность, напуганная светом, попряталась по норам. Некоторые
существа, выказавшие недостаточно проворства, мигом были проглочены другими, более
крупными, которых Бедлам не успел разглядеть получше.
- Когда-то я знал похожее место, - послышался голос Сумрака, которого, однако, нигде
не было видно.
Присмотревшись, Уэллен заметил фигуру в плаще на расстоянии вытянутой руки от
висевшего в воздухе сгустка света.
- В некотором смысле я никогда не покидал его...
Тон чародея был хорошо знаком молодому ученому. Именно так колдун начинал
говорить, когда им овладевало безумие. Уэллен поспешил предотвратить возможный приступ:
- Где мы?
Его призрачный спутник, казавшийся такой же частью этого кошмара, как и прятавшиеся
от света твари, спокойно отвечал:
- Мы - в отражении другого мира, давно погибшего, но все еще существующего... Да,
только им могло прийти в голову воссоздать всю эту безысходность.
Подняв обтянутый перчаткой палец, чародей указал вперед. Присмотревшись, Уэллен
увидел в отдалении какое-то здание.
- Там они ждут нас, - объяснил чародей.
Он пошел вперед, и светящийся шар последовал за ним. Уэллен старался не отставать.
Потерять из виду Сумрака и источник света значило потерять больше, чем жизнь. Здесь
обитали те, кто пожирал не только тела, но и души.
Здесь обитали Повелители Мертвых.
Глава 13
А на покинутой карликом равнине произошло странное событие. Любопытно, но никто
этого не видел, хотя совсем недавно бессчетные пытливые глаза обшаривали равнину в
бесплодных попытках понять, что проделал хозяин цитадели на этот раз.
Пятистенное здание возникло вновь... правда, чуть в стороне.
А затем - исчезло снова.
Уэллен и Сумрак стояли у главных ворот древнего, почти готового рухнуть замка,
служившего Повелителям Мертвых местом собраний. Вызванный чародеем магический
светящийся шар был единственным источником света и позволял любопытному ученому
получить хоть какое-то представление об этом причудливом здании.
А выглядело оно так, словно сумасшедший зодчий собрал его части со всех концов света
и соединил воедино, как бог на душу положит. Башни торчали в стороны под самыми
немыслимыми углами, один архитектурный стиль соседствовал с другим, совершенно
непохожим. Объединяло всю эту мешанину лишь отчаяние и разложение... Нет, поправился
Уэллен, еще и безумие.
- Пойдем внутрь?
Вопрос закутанного в плащ чародея был чисто риторическим.
И они вошли.
Сумрак устремил взгляд в темноту огромного зала.
- Выходите, кузены! Побеседуем о делах семейных... На крик, разорвавший гробовую
тишину, не последовало ответа - только какие-то мелкие отвратительные твари юркнули в
темноту.
Бедлам, как ни желал снасти Забену, задумался, что же в нем, но мнению спутника,
поможет одолеть безмерно древних некромантов. Собственный его дар был слишком уж
непредсказуем и вообще, похоже, не очень любил проявляться: от одного некри выручил, а с
другим - справляйся как знаешь... Вполне доверять можно было лишь способности
чувствовать надвигающуюся опасность, но как раз в ней сейчас проку было мало: то, что
предвещали волны боли в голове, обыкновенный здравый смысл предсказывал с самого начала.
Не место здесь для живого смертного...
- Придется идти дальше, - сообщил Сумрак. - Я бы порекомендовал оставаться рядом
со мной.
А куда бы я без тебя сунулся? - хотел было спросить ученый.
Тем временем на самой границе освещенного пространства, словно бы поторапливая
пришельцев, появились твари крупнее прежних. Уэллен старался не думать о том, что будет,
если волшебный свет вдруг погаснет.
Сумрак зашагал вперед, ведя Бедлама по заросшему мхом залу. Вонь в стенах замка была
гораздо сильнее, чем снаружи. Пол был захламлен, идти приходилось осторожно.
Казалось, замок устроен так, чтобы ежеминутно напоминать о том, кто такие Повелители
Мертвых. Ученый шепотом сказал об этом своему ужасному спутнику - не оттого, что эта
мысль внушала страх, просто любой звук, вторгаясь в могильное безмолвие замка, тревожил
душу.
Слова его отнюдь не удивили окутанного тенью колдуна. Из-под плаща донесся сухой,
сардонический смешок.
- Мое семейство всегда питало слабость к театральным эффектам. Хотя лично я
сомневаюсь, что они воспринимают данный мир так же, как и мы. Говорят, иллюзия зачастую
производит наибольшее впечатление на того, кто ее создал, так как он более всех прочих
должен быть убежден в ее достоинствах.
Осмыслив услышанное, Уэллен решился спросить:
- Кто же это говорит?
- Я.
И Уэллен отметил, что ответ почему-то совсем не удивил его.
Внезапно зал кончился. Впереди лежал пролет лестницы, ведущей вверх... и выше.
Сумрак усилил волшебный свет, но и тогда им не удалось увидеть конца ступеням.
- Я вижу, нас ждут.
Сумрак поднял руку. Свет засиял ярче, и Уэллен увидел, что их одежда сама собой
пришла в порядок. То, что Сумрак был достаточно силен, чтобы снизойти до перемены одежды
перед лицом близкой опасности, надо признать, внушало некоторую надежду. Сам Уэллен, если
б даже мог, не создал бы в подобных обстоятельствах и приличной перчатки.
- Ну, довольно этих детских забав. Сжав руку в кулак, чародей воскликнул:
- Именем знамени дракона, требую противостояния! Знамя - разорвано, - отвечал
чей-то насмешливый шепот.
- Жезл - сломан, - продолжал другой.
- И клан - мертв, - подытожил третий.
Лестница исчезла. Переменилось все вокруг, хотя Уэллен мог поклясться, что они не
сделали ни шагу. Теперь они стояли посреди зала, где на полу была вычерчена огромная
пентаграмма. В каждом углу ее красовались темные круги, общим числом - считая и тот, что в
центре - одиннадцать. Возле центрального круга и очутились Уэллен с Сумраком.
- Мы - все, что осталось от былой его славы, - сообщил новый голос, раздавшийся
сзади.
Бедлам вздрогнул и резко обернулся, но Сумрак, казалось, не обратил на голос никакого
внимания. Он спокойно стоял на месте, и Уэллен, доверившись его спокойствию, тоже слегка
расслабился. Не слишком - в конце концов, они находились в самом сердце владений
Повелителей Мертвых.
Там, откуда донесся последний голос, начала обретать форму некая фигура - пожалуй,
человекоподобная, с полустертыми чертами. Так может походить на человека, например,
облако: непостоянное, беспрестанно клубящееся. Уэллену показалось, что призрак облачен в
полные доспехи и плащ. Чем дольше он смотрел, тем яснее видел это. Некромант носил шлем
какой-то необычной конструкции. Лица под шлемом почти не было видно, и ученый подумал,
что это, скорее всего, к лучшему.
- Что ты видишь? - шепотом спросил Сумрак. Уэллен наскоро описал призрачную
фигуру.
- Ты воспринимаешь воспоминания. Для меня это - просто ходячий труп. В нем жизни
даже меньше, чем в поддельном отце, явившемся ко мне в спальню. Доспехи действительно
такие, как ты описал, но они проржавели, да к тому же слишком велики для такого
иссушенного трупа. Примерно так выглядят они все. Но даже я вижу лишь воспоминания...
- Все? - Оглядевшись, Уэллен увидел еще десять призрачных фигур; по одной возле
каждого темного круга в углах пентаграммы. Когда они успели появиться, он не заметил. -
Все они... мертвы?
- Нет. Как ни давно должны были, умереть.
- Мы бессмертны, кузен, - сказал тот, что стоял ближе всех.
- Не более, чем я.
- Мы снова стали богами - и еще более могучими, чем прежде.
- Богами? - Сумрак захохотал. - Мы никогда не были богами. Всего лишь
испорченными детьми, наделенными божественной силой, но не знавшими, как ею
пользоваться. - Чародей демонстративно обвел взглядом зал. - Вижу, вы с тех пор вовсе не
изменились.
- Наши владения - рай, - возразил предводитель, пока остальные занимали места,
каждый в центре своего круга. - Мы воссоздали Нимт старых времен.
- Воистину, вы воссоздали оставленное нами искалеченное, больное дитя.
Воздух затрещал от напряжения волшебных сил. Несмотря на показное безразличие
хозяев, Уэллен понял, что вторжение и слова кузена сильно встревожили Повелителей
Мертвых. Оставалось лишь гадать, почему Сумрак ничего не предпринимает. Видит ли он
вообще, что творится вокруг?
- Мы повелеваем жизнью и смертью.
Чародей все так же демонстративно отвернулся от говорившего и обратился к Бедламу:
- Они полагают, что, стащив частицу ка умирающего, овладевают им полностью.
Словно стервятник, утащивший кусочек мертвечины, ничем не отличается от убившего зверя
охотника. Видел ли ты когда-нибудь такую наивность?
- Ты сам потребовал противостояния, и мы - перед тобой! Фигуры некромантов
выросли. От усилившейся вони на глазах Уэллена выступили слезы.
- Женщина - на твоей ответственности, господин Бедлам, - спокойно сказал
Сумрак. - Держись ее следа. Здесь ты не сможешь его потерять.
- Его слова несут в себе какие-то чары, - заметил один из некромантов. - Он что-то
скрывает от нас.
- Без толку, - нараспев протянул предводитель, занимая место в центре, лицом к
чародею. - Без толку, кузен.
Поплотнее закутавшись в плащ, Сумрак тоже повернулся к своему родственнику.
- Я ничего не делаю без толку, Эфраим.
Сгусток света, круживший над головами Сумрака и Бедлама, вспыхнул, точно новая
звезда.
Весь созданный некромантами мир словно завизжал от боли. Повелители Мертвых
возопили, будто в ослепительном свете разглядели, наконец, во что превратились. Уэллен
судорожно сглотнул. То, что он видел собственными глазами, и даже то, что описал ему
Сумрак, лишь отчасти подготовило ученого к этому зрелищу - к истинному облику темных
магов. Невозможно было поверить, что эти существа могут быть живыми - в каком бы то ни
было смысле этого слова.
Чья-то рука сжала его плечо, и голос Сумрака шепнул:
Пора, ученый книжник. Найди ее и забери отсюда. Ступай!
Повинуясь толчку чародея, Уэллен, не разбирая дороги, помчался к единственному
выходу, который видел.
Свет разом погас. Уэллен почти ощутил это - так же, как и огромную волшебную силу,
призываемую Повелителями Мертвых. Он споткнулся и понял, что, несмотря на отсутствие
освещения, все еще видит арку дверного проема. Он помчался еще быстрее, в тысячный раз
жалея, что не запасся каким-нибудь оружием, вроде тесака Бентона Лора. При нем не было
даже ножа - только его колдовской дар. Слабое утешение для такого зловещего места...
Уэллен бежал наобум - ведь Забена вполне могла находиться где-нибудь на
противоположной стороне замка некромантов. Однако что-то подсказывало новоиспеченному
магу, что он на верном пути, словно они с волшебницей были как-то связаны.
Неподалеку раздалось шипение. Резко остановившись, Уэллен прижался спиной к
ближайшей стене и постарался не думать о существах, ползавших по стенам замка: то, что
приближалось к нему, наверняка не шло с ними ни в какое сравнение.
То ли стараниями Сумрака, то ли благодаря вспышке собственной волшебной силы
Уэллен теперь мог видеть в темноте. То, что медленно ковыляло ему навстречу, напоминало
пчелиный улей, снабженный множеством щупалец. Подробнее разглядеть не удалось. Казалось,
с улья капала на пол какая-то слизь, но впечатление это было целиком основано на звуках,
производимых неторопливой тварью.
Уэллен не сомневался, что чудище явилось по его душу, но оно внезапно повернуло и без
колебаний двинулось сквозь стену. Иллюзия? С великой осторожностью снедаемый
любопытством ученый приблизился к тому месту, где исчезло странное существо. У самой
стены нога его ступила во что-то скользкое, и это, безусловно, свидетельствовало о том, что
увиденное было не просто плодом воспаленного воображения. Уэллен-ученый не мог не
уделить хотя бы минуту изучению данного феномена.
И тут щупальца, вырвавшиеся из стены, оплели его плечи и горло.
Вскрикнув, Бедлам рванулся назад, однако тварь оказалась сильнее, и он обнаружил, что
медленно, но неуклонно сдвигается к стене. На мгновение ему даже стало интересно, что
произойдет, когда его подтащат к камням вплотную. Но это был вопрос, которому лучше
оставаться без ответа. В отчаянии предполагаемый ведун попытался вызвать к жизни хоть
какие-нибудь чары.
Ничего не вышло. Он проклял свое предчувствие опасности: во владениях некромантов
все предупреждения слились в постоянную, монотонную головную боль без всяких различий
между "близкой опасностью" и "не такой уж близкой опасностью". Вот в чем беда привыкания
к волшебству: можно забыть, что оно тоже не всемогуще...
В отчаянии Уэллен оставил колдовство и испробовал единственное, что пришло в голову:
собрался с силами и пнул ногой стену в том месте, где из нее торчали щупальца.
В результате тварь только потянула сильнее.
Тут он услышал спокойный и властный голос:
- Давай помогу.
Появившаяся невесть откуда тонкая женская рука коснулась одного из щупалец.
Мгновенно развернувшись, щупальце скрылось в стене - с такой поспешностью, что
прихватило с собой и клок одежды. Изящная кисть - на этот раз Уэллен разглядел белый
кружевной рукав - коснулась другого щупальца.
Тварь, видимо, решила, что с нее хватит. Щупальца мгновенно втянулись в стену, и
Уэллен рухнул на спину, кашляя от ворвавшегося в легкие воздуха. На горле и запястьях,
несомненно, остались шрамы... Все еще задыхаясь и следя за стеной из опасения, как бы этот
стеноход не напал снова, он выдавил:
- Б... л... лагодарютебя.
- Я помогла бы любому из своих детей.
Подняв голову, Уэллен оглянулся, чтобы взглянуть на свою избавительницу.
Она оказалась выше его - почти одного роста с Сумраком. Ее прекрасную фигуру
облегало белое платье, придававшее ей вид снежной богини, а в длинных густых
серебристо-голубых волосах сверкала широкая серебряная прядь.
Больше Уэллен не успел разглядеть ничего. Внезапно он понял, что видит коридор сквозь
ее тело.
Она улыбнулась с едва уловимой горечью, и улыбка ее как бы подтвердила тот факт, что
спасительница Уэллена мертва. Однако она совсем не походила на мертвого Яльзо и не
принадлежала к числу игрушек Повелителей Мертвых. Она не могла - не намеревалась -
причинять ученому вред.
- Передай ему: я всегда тревожилась о его судьбе, - шепнула она. И добавила чуть
громче: - Несколько хрустальных граней сохранились и в твоих глазах...
- Подожди! - Уэллен почувствовал, что она собирается уйти. - Что...
Белоснежный призрак указал на коридор, лежавший позади.
- Она - там. Тебе больше ничто не помешает. Перед уходом я позабочусь об этом.
Женщина начала таять, словно облачко дыма на ветру. Поколебавшись, ученый все же
спросил:
- Это... это я тебя вызвал?
- Я никогда не принадлежала к детям дракона, - ответил угасающий голос.
Уэллен вздрогнул от странного, двойственного ощущения: казалось, он что-то обрел - и
вместе с тем потерял. Он поднялся и только тут понял, что призрак показался ему знакомым.
Он был похож... похож на призрачную женщину, явившуюся Сумраку! Леди Шариссу!
Она назвала меня одним из своих детей?
В это было трудно поверить. Со временем любая кровь разбавляется так, что... Многие
семейства, включая и его собственное, считали, что ведут свой род от дочери лорда Дразери -
Дру Зери? - либо от детей, рожденных его эльфийской женой. Ему нравилось считать, что в
этом есть доля истины, и даже подсознательно объяснять давним родством свое увлечение, но в
самом деле оказаться...
Все еще во власти изумления, Уэллен вспомнил, для чего пришел сюда, и поднялся на
ноги. Если он и впрямь потомок легендарного лорда, надо действовать так, чтобы доказать это
хотя бы самому себе.
Он направился туда, куда указывали и призрак, и интуиция, и с облегчением обнаружил,
что женщина сдержала обещание. На пути ему встретился только мертвенно-бледный паук в
ладонь величиной, да и тот поспешил убраться с дороги. Все это время в замке царила тишина.
Что случилось с Сумраком и Повелителями Мертвых, оставалось загадкой. Уэллен ожидал, что
их схватка заставит замок содрогнуться; он готовился к громам, молниям и воплям чудовищ,
брошенных в битву обеими сто
...Закладка в соц.сетях
