Жанр: Фантастика
Ловцы ветра
...россворд из "Огонька".
Челябинск встретил по-летнему жарким солнцем и свежим ветерком, налетавшим со стороны
гор. Оставаться в городе не имело смысла, до Зыбки - так называлась искомая деревня - по шоссе была
пара часов пути, и Денис прямо в аэропорту срядился с местным шофером доставить их туда
немедленно.
До этого Денис ни разу не бывал на Урале, предпочитая ездить на отдых то в Крым, то в Триест,
то в Грецию. В школе по льготной путевке побывал в Штатах, смотрел Большой Каньон. Урал все это
время оставался близкой и пыльной провинцией, сейчас это мнение приходилось срочно менять.
Ничего похожего на Скалистые горы Америки тут не было. Округлые, поросшие лесом вершины
плавно изгибались, придавая ландшафту мягкий, уютный рельеф. Ветер вбивал в форточку плотные
запахи бора, свежей травы и цветов, а если на поворотах шофер сбрасывал газ, то вместе с запахами в
кабину врывалось птичье многоголосье и отчаянный стрекот кузнечиков.
До чего хорошо! Минут на двадцать Денис забыл и про своих спутников, и про то, куда и зачем
они едут.
Деревня открылась в седловине между напиравших друг на друга гор. Сверху, с дороги, хорошо
были видны три нитки улиц, дома, крытые где железом, где черепицей. На многих крышах рядом с
печными трубами поблескивали тарелки спутниковых антенн. Крыши двух домов состояли из ячеистых
солнечных аккумуляторов, получавших в последние годы все большее распространение.
Высадив пассажиров на плошали около магазинчика, шофер тут же развернул машину и умчался
вверх по дороге, поднимая за собой клубы пыли.
- Надо было уточнить, слышал ли шофер что-нибудь о Громовой плеши, - запоздало вспомнил
Бакаль.
Крепко сбитый, насупившийся, сунув руки в карманы джинсов, он стоял посреди деревенской
плошали, как молодой бычок, оглядывая происходящее исподлобья, словно не доверял разлившемуся
вокруг покою и подозревал о надвигающейся опасности. Денис поймал себя на мысли, что если в городе
их группа смотрелась вполне уместно, то здесь, среди тишины и неспешного движения жизни они
напоминают цирковую труппу, отправившуюся на халтуру в глубинку. Не хватало только клеток и
дрессированных животных.
Но животные не замедлили явиться сами. Пока Денис разглядывал по очереди вывески
магазина, затем небольшого кинотеатра, судя по афише оборудованного "блю-тон-звуком", на площадь
вышел огромный черный козел и нагло уставился на приезжих янтарно-желтыми бесстрашными
глазами. Шаки пошла козлу навстречу, как к родному, но тот вдруг низко опустил рога и, ловко поддев
девушку под коленку, резко сдал назад. Не ожидавшая такого коварства, Шаки с размаху села в пыль.
Козел отступил на пару шагов, игриво встряхнул бородой и приготовился к новой атаке.
- Вот я тебя, Адмирал! - раздался крик из-за спины, и, обернувшись, Денис увидел, как из
бокового проулка на площадь, ведя за руль велосипед, на котором вместо седока красовалась небольшая
копешка сена, вышел мужичок, облаченный в пиджак и кепку с пуговкой. Облик аборигена никак не
вязался ни со спутниковым антеннами, ни с "блю-тон-звуком", ни с солнечными аккумуляторами вместо
крыш. Мужичок был исконно расейский, свой в доску и одновременно загадочный и неуловимый, как
улыбка Джоконды. - Это -Адмирал, - пояснил мужичок и попытался пнуть козла, который при виде
хозяина смиренно потрусил прочь. - Он приезжих не любит. В прошлом голу ему туристы в хлеб табака
насыпали. Вот с тех пор и невзлюбил.
- Громовая плешь, - вместо "здрасьте" почему-то сказал Денис.
Слова прозвучали, как пароль.
- Туристы, - уже уверенно продолжил мужичок. - Клад искать будете?
- Клад? - удивился Бакаль.
- А как же! - Мужичок победоносно вскинул заросший редкой щетиной подбородок, поглядел
на небо и торжественно, словно декламируя на сиене, почти запел привычный текст. - Давно это было:
то ли в Отечественную войну, то ли еще раньше. Влюбился барин в красивую деваху из нашей деревни,
да не знал, как к ней подступиться...
- Постой-постой, - прервал его рассказ-песню Денис. - Какой барин, при чем тут Отечественная
война? Тогда и бар никаких не было.
Мужичок негодующе взглянул на него, поправил копешку сена, рискующую свалиться с
велосипеда, и сурово напомнил:
- Барин был гусар.
- И ездил на танке, - в тон ему хмуро буркнул Денис. Придурковатый абориген начал его
раздражать.
- Барин ездил на коне, он с французами воевал.
- Вот что, - вконец рассердился Денис. - Мы спрашивали про Громовую плешь. Это такое
место, куда молнии часто бьют, - сформулировал он для большей ясности. - Это ведь где-то недалеко
от Зыбки.
- А я тебе про что толкую, - в свою очередь обиделся мужичок. - Ты думаешь, я ничего не
понимаю? Вон и интуристы у тебя, ты им только переведи все толком. Особенно этой, - он ткнул
пальцем в сторону Шаки. - Негры в нашу деревню только один раз приезжали по обмену опытом. Из
штата Айова.
- Слушай, кончай ваньку валять, - Шаки уперла руки в бока и уставилась на мужичка как на
вредное насекомое. - Есть тут у вас Громовая плешь или нет?
- Батюшки, наша! - удивился мужичок. - А по виду чистая американка. У тебя негром кто был,
папа или мама? - поинтересовался он.
- И папа, и мама.
Денис увидел, как у Шаки хищно задвигались ноздри, и попытался смягчить обстановку.
- Ты про гусара рассказывал, - напомнил он. ,
- Да, а тут французы сильно наступать стали, - вернулся мужичок к своему повествованию.
- Откуда здесь, на Урале, быть французам? - опять ничего не понял Денис. - Потом, в
Отечественную они нашими союзниками были.
- Скажешь тоже, - изумился мужичок. - Это Наполеон-то наш союзник? Да он Москву сжег.
- Слушай, - взмолился Денис, ощущая себя пациентом психушки. - Ты или рассказывай толком,
или... вали отсюда, - неожиданно добавил он.
- Это вы сейчас отсюда повалите, - оскорбился мужичок. - До ближайшего райцентра. Видали
мы таких резвых. Приехали клад искать, а разрешение у вас на это имеется?
Из магазина вышли, держа каждый, как гранаты, по бутылке водки, два здоровых парня и с
интересом стали прислушиваться к идущей уже на повышенных тонах беседе. Больше всего сейчас
Денису хотелось, чтобы инцидент не перерос в открытый конфликт. В конце концов, приехали они сюда
совсем не за этим. Взглянув еще раз в сторону магазина, он принял самое верное в этой ситуации
решение.
- Выпьем за встречу, - предложил он.
- У нас кроме водки здесь ничего не продают, - все еще обиженно и язвительно, но уже не
агрессивно напомнил мужичок. - Виски только в райцентре.
- Я тоже предпочитаю водку, - слукавил Денис. - Пару пузырей хватит?
- Тогда пойдем ко мне, - совсем отмяк абориген. - Я недалеко живу.
За водкой, которую, кстати, пришлось пить в основном Денису - Бакаль отхлебнул с интересом,
да так и просидел с одной рюмкой весь вечер, а Тан и Шаки отказались пить вовсе - разъяснилась
наконец путаница с кладом, французами и гусаром. Деревня оказалась полностью переселенческой.
Переехала она на Урал со Смоленщины в начале прошлого века, на бесплатно раздаваемые земли. Клад,
вернее, сундучок с деньгами, якобы привез сюда сын той самой девахи, которую хотел ублажить гусар.
Деньги-то он отдать успел и даже насладился любовью красивой селянки, обещая вернуться и жениться,
но, очевидно, погиб на войне с проклятым супостатом. Хранить в доме клад крестьянская семья,
опасаясь разбоя, не хотела и зарыла сундучок, изредка пользуясь его содержимым, где-то недалеко от
деревни. Говорят, на той самой Громовой плеши.
- Да это прямо вон за той горкой, завтра покажу, - обещал уже сильно пьяненький мужичок,
назвавшийся Алексеем. - Только ту поляну уже рыли-перерыли всю. И местные, и приезжие. Ничего не
нашли.
- Люди у вас здесь горят, - напомнил Алексею Тан.
- Сгоришь, если в тебя молния вдарит, - не поддаваясь мистике, стоял на своем Алексей. - А
молнии в ту поляну колотят при каждой грозе. В клад бьют, - нелогично продолжил он.
Местом для ночевки Денис выбрал сеновал, в избе было по-летнему душно. Жена хозяина
Настя, встретив сначала гостей не очень приветливо, под конец прониклась необъяснимой симпатией к
Шаки, называла ее "черненькая ты моя" и увела спать от мужиков в сени, где стояла и ее кровать. Всю
ночь оттуда слышались бабий шепоток, вздохи и смех. Больше всего Денис опасался, как бы Шаки не
наговорила лишнего. Еще он думал о Сеймуре и Аните. Телефонный звонок Сеймура настиг его в
машине, по дороге в Зыбки. Правда, в своем сообщении англичанин был скуп: долетели нормально,
погода - дрянь, чуть позже перезвонит. Больше на связь он не выходил. Денис попытался представить,
как будут действовать Сеймур и Анита на месте, но скоро выпитое взяло свое, и он крепко уснул, не
видя, как в щель между неплотно пригнанными досками крыши на сеновал втекает призрачный
звездный свет.
15. Анита
Вместе с наступлением лета Архангельск переживал начало туристического сезона. В аэропорту
было довольно оживленно, то и дело по внутреннему радио объявляли, что такого-то или такую-то
ожидают около комнаты администрации. Основную массу приезжих составляла молодежь. Все проходы
между креслами были забиты яркими разноцветными рюкзаками.
Анита время от времени испытующе взглядывала на Сеймура, но тот оставался мрачно-спокоен,
лишь иногда на его невозмутимом лице двигались желваки.
- А дальше куда? - решилась Анита на вопрос, когда Сеймур вдруг остановился посреди зала,
прямо посреди людского мельтешения. Пассажиры обходили его, как столб.
- Еще не знаю. - Сеймур чутко повел носом, как собака, пытающаяся взять след. - Не знаю,-
повторил он. - Надо подумать.
Карту севера России изучали накануне отлета. Копаясь в банке данных о маршрутах
передвижения, Сеймур и Анита то и дело натыкались на сведения о красотах северного края, здесь же
приводились расписания движения водных и наземных видов транспорта, упоминались архитектурные
памятники. Все это было совсем не то, что нужно. Никаких сообщений о замеченных аномалиях,
никаких сведений о событиях, могущих хоть как-то указать на изменение течения линейного времени.
Наконец Анита потянула Сеймура за рукав - надо хотя бы выбраться из аэропорта на свежий
воздух.
- Куда двигаемся дальше?
- Туда, - махнул рукой Сеймур куда-то на север.
- Там море, - напомнила Анита. Гаррет равнодушно пожал плечами.
Так или иначе, цель их поездки находилась либо на островах, либо на Беломорско-Кулойском
плато. Что-либо советовать Сеймуру Анита не решалась. Как и остальным членам команды, ей
приходилось верить ему на слово. Сама она не чувствовала ничего и, если говорить честно, предпочла
бы отправиться к Громовой плеши. Тан дал хоть какое-то объяснение наблюдающемуся на Урале
феномену.
Заезжать в город Сеймур отказался наотрез. Там ничего нет, повторял он. Пусто.
Покинув забитый пассажирами терминал, вышли под мелкий моросящий дождичек. Водная
взвесь, растворенная в воздухе, окутывала все вокруг призрачным туманом. Сеймур позвонил по
мобильному телефону, сообщил Денису, что они прибыли на место, и, не обращая внимания на сырость,
отрешенно уселся на скамейку.. Анита стояла рядом, как послушная девочка, терпеливо дожидаясь
какого-либо решения. В это время с ней попытались познакомиться двое студентов. Свои не новые уже
штормовки они носили с изысканной элегантностью артельных старателей конца прошлого века. Всем
видом парни подчеркивали, что в этих краях они не новички.
Один из них, белобрысый и пухлощекий, удивительно походил на ученика суконщика Бергмана.
Такие же светлые поросячьи глазки, такой же прерывистый смех. Анита внимательно поглядела на него,
и этого оказалось достаточно, чтобы студент перешел в атаку.
- Вы здесь в первый раз, - утвердительно сказал он, снисходительно оглядев легкое платье
Аниты. - Едете с отцом на острова?
Анита перехватила взгляд студента, устремленный на Сеймура, и кивнула.
- Да разве там отдых, - студент брякнул на землю свой тяжелый рюкзак. - Поехали лучше с
нами. Мы пойдем пешком от деревни к деревне. Будем собирать фольклор, - словно разговор шел о
грибах, продолжил он. - Вы поете?
Оставшись без опеки Дениса, Анита робела. Сеймур казался ей ненадежным спутником, но не
поддержать его она не могла. Иначе Гаррету пришлось бы отправиться в путь одному, а это очень
опасно.
- Пою, - скорее чтобы отвязаться, а не поддержать разговор, призналась Анита.
- Вот и отлично. Будете записывать песни. Здесь так красиво поют.
Студент разошелся вовсю. Он оставил рюкзак под присмотром Аниты, сбегал к своей группе и
вскоре вернулся запыхавшийся, воодушевленный, размахивая листком бумаги.
- Вот расписание. Сейчас сядем на автобус до Пинеги. Можно еще и вертолетом, но это для
торопыг. Что с вертолета увидишь? Давайте я поговорю с вашим отцом.
Сеймур наконец, казалось, очнулся от спячки.
- Пошел вон! - коротко сказал он, взглянув на студента.
- Не понял, - оторопел тот.
- Вон! - рявкнул Сеймур, поднимаясь.
Студент уже было открыл рот, чтобы произнести в ответ что-нибудь грубое или язвительное, но,
встретившись с Сеймуром взглядом, лихорадочно стал нащупывать лямки рюкзака. Потом оттащил
рюкзак в сторону, так и не решившись повернуться к Сеймуру спиной.
- Это место находится недалеко от моря. - Сеймур вновь ушел в себя, его бормотание под нос
никак нельзя было воспринимать как разговор или приглашение к диалогу, и Анита только слушала, не
перебивая. - Но не на берегу. Нет, не на берегу. Там скалы.
Анита зябко повела плечами. Одета она была очень легко.
- Пойду, куплю себе что-нибудь из одежды, - сказал она. - И тебе тоже, - добавила она.
Сеймур, казалось, ее не услышал.
В небольшом магазинчике нашлось все, что требовалось. Анита кроме курток себе и Гаррету
приобрела еще и джинсы, немедленно переоделась и вернулась к Гаррету, прихватив по дороге пару
рыбных расстегаев и бутылку минералки.
- Лучше бы кофе, - буркнул Сеймур.
За время отсутствия Аниты он немного пришел в себя и теперь жевал свою неизменную сигару,
сумрачно поглядывая на студентов, гуськом потянувшихся к автобусу. Последним шел неудачливый
Анитин ухажер, иногда он останавливался и оглядывался на Гаррета, словно опасаясь погони.
Обрадовавшись, что у Сеймура переменилось настроение - молчаливое путешествие начинало
тяготить - Анита упросила вернуться в здание аэропорта. Гаррет охотно согласился, так как стало
необходимо посмотреть, какие рейсы идут дальше на север. Направление, по его словам, выбрано верно,
но следовало добраться до полуострова Канин, а здесь возникали свои сложности. Туристические тропы
обрывались значительно южнее.
Убедившись, что кроме грузовых вертолетов на Канин ничто не летает, Сеймур по-деловому
быстро сумел договориться через администрацию, что их доставят до Шойны завтра, тем более что и
багажа у них никакого, а оплатить они в состоянии не только билеты, но и весь фрахт бортового номера
22-17. Впрочем, этого подвига от них не потребовали, только попросили оставить документы для
проверки.
Аниту эта просьба напугала, Сеймур не придал ей никакого значения.
- Вот сейчас и убедимся, насколько серьезны утверждения Поланского о том, что все
подготовлено идеально.
Переночевали в аэропортовской гостинице. Анита спала плохо, всю ночь за стенкой шумели
вернувшиеся с острова Мудьюгский вахтовики, пили водку и стучали в дверь, приглашая Аниту
составить им компанию.
Возврат документов прошел вполне спокойно. Напомнили только, что погода сейчас в Шойне
стоит плохая, хотели даже отменить рейс, а так препятствий никаких.
- Что нам погода. - Сеймур с утра был no-деловому собран и сосредоточен. - Я чувствую, что
мы идем в правильном направлении.
- А что еще чувствуешь? - попробовала уточнить Анита. - Ты ничего не рассказываешь о том,
что мы там будем искать.
- Не знаю, - честно признался Сеймур. - Это находится в скалах, возможно, в шахтах. И это
никак не выглядит, но оно есть.
Уверенность Сеймура в том, что они находятся на правильном пути, постепенно передалась и
Аните. Конечно, Сеймур мог бы рассказывать ей и побольше: интересно все же знать, что и каким
образом он чувствует, почему так настойчив. Если даже то, что они сейчас ищут, не является
генератором, то все равно это что-то из ряда вон выходящее. А значит, заслуживающее внимания.
Перелет до Шойны оказался утомительным. Из иллюминатора Анита смотрела на серые воды
Мезенской губы, потом потянулись голые сопки, лишь кое-где покрытые низкорослыми корявыми
деревьями. Потом последовала посадка в Яжме. Здесь в вертолет сели двое военных, молоденький
лейтенант, почти ровесник Аниты, и краснорожий майор лет сорока. Сразу же, словно они только для
того и летели, новые пассажиры вытащили закуску и бутылку водки. Сеймуру почти насильно всунули в
руки стакан, с которым он просидел всю оставшуюся часть пути, отхлебывая волку маленькими
глотками. Военные расправились с первой бутылкой и вытащили вторую. Принять участие в застолье
Аниту им уговорить не удалось, девушка сделала вид, что уснула, хотя из-за сильной тряски на самом
деле заснуть было очень трудно.
- Туристы, геологи? - Военные были не очень любопытны, скорее их вопросы носили чисто
условный характер - надо же о чем-то разговаривать. - В Шойне восстановили старую церковь, летите
посмотреть?
Старший из попутчиков, краснорожий майор, выпив, стал рассказывать о скучной службе.
- Недалеко от Шойны остались "точки". На одной из них и сидим. Да, что-то с прежних Бремен.
Объект, одним словом. Какая теперь война. Все начисто разоружились. Контроль вонючий ввели. То
немцы сюда прилетают, то англичане. Зырк-зырк. А чего смотреть. Две ракеты торчат в шахтах,
ржавеют. Больше ничего не осталось.
- А посмотреть на объект можно? - вежливо осведомился Сеймур.
- Почему нельзя? Пропуск выписывайте и смотрите. Только вместе с девушкой, ладно? Баб у
нас... - майор быстро посмотрел в сторону Аниты, но та не открыла глаз, хотя и видела, замечала сквозь
закрытые веки блудливые взгляды, - совсем нет. Не оленей же...
Тут вертолет просел, провалился в воздушную яму, бутылка грохнулась на пол, покатилась,
стуча по железу. Военные кинулись спасать остатки водки.
Шойна была окутана плотным туманом. Летчики злились и нервничали. Анита слышала, как они
переругиваются с наземным оператором. Но сели нормально. Сеймур сразу же увел Аниту в здание
крохотного аэровокзала. Гостиница всего на несколько комнат оказалась почти пуста, и здесь Анита
наконец смогла перевести дух.
- Мы рядом, - коротко сказал Сеймур за ужином.
Анита заметила, что в глазах Гаррета появился сухой нездоровый блеск, покраснели веки и
обострились черты липа. Казалось, он вошел в состояние, близкое к трансу.
- Сегодня же ночью, - сказал Сеймур. - Выйдем к сопкам и in medias res .
- Почему ночью, почему сегодня? - Анита еще пыталась протестовать. - Давай подождем пару
дней, оглядимся.
- Это недалеко, - упрямо покачал головой Сеймур. - Ночью все выясним.
У Аниты было много вопросов. Например, каким образом они смогут попасть туда, куда
стремятся. Сеймур коротко пояснил, что генератор, если это он конечно, по всей видимости находится
на том самом "объекте".
- Там же охрана, - испуганно напомнила Анита. Сеймур пренебрежительно махнул рукой.
"Недалеко" оказалось в тридцати километрах. Но это выяснилось позже. А пока, после
двенадцати покинув гостиницу, проплутав в сумерках и тумане - белая ночь из-за непогоды казалась
воплощенным кошмаром из фильма ужасов - по каким-то грязным улочкам и убедившись, что пешком
им придется плестись до утра, Сеймур остановил случайную машину.
- Подбрось, браток, - по-свойски попросил он шофера в вязаной рыбацкой шапочке, когда тот
высунулся из кабины.
- А вам куда? - не очень приветливо буркнул шофер, оглядывая Аниту и Сеймура с ног до
головы. - Если в ресторан, так все закрыто.
- Туда, - махнул рукой Сеймур в сторону дороги, уводящей из поселка.
- О, блин! - удивился шофер. - В сопки не поеду. Вам что, здесь трахаться места мало?
- Садись! - коротко приказал Сеймур Аните и резко распахнул дверцу машины.
- Куда! - заорал было шофер, но тут Сеймур положил ему на плечо руку.
Аните уже и до этого, словно состояние Гаррета было заразным, передался его лихорадочный
озноб, наполненный такой страшной силой, что, казалось, взглядом можно переломить ветку дерева.
Она и сама как бы уже пребывала в трансе, все вокруг, несмотря на туман, виделось совершенно
отчетливо и одновременно нереально. Теперь же она убедилась, что эта неожиданно возникшая в
Сеймуре сила буквально придавила водителя к креслу, лишила его воли и речи. Машина послушно
тронулась с места.
Дорога то шла вверх, то ныряла в распадок, свет фар, пробиваясь сквозь туман, высвечивал
грязную, местами наполненную водой колею.
- Не торопись, - время от времени напоминал шоферу Сеймур, когда машина влетала в
очередную колдобину. - Успеем.
Сам водитель не говорил больше ни слова. Анита заметила, что действует он чисто
автоматически, словно механическая кукла. Рыбацкая шапочка почти сползла на рыжие брови, но он
даже не пытался ее поправить.
- Здесь,- вычислив одному ему известное место, вдруг приказал Сеймур. - Сиди на месте, мы
скоро придем.
Ничуть не заботясь о том, как будет выполнено его приказание (сомнений на этот счет у
Гаррета, похоже, не было), он помог Аните выйти из машины.
Сквозь разрывы тумана Анита увидела невдалеке высокий бетонный забор с натянутой поверху
колючей проволокой. Забор, повторяя рельеф местности, причудливо изгибался по краю лощины.
- Вряд ли нам удастся через него перелезть, - впервые за всю дорогу произнесла Анита. -
Лестницы у нас нет.
- И не надо. Мы дальше не пойдем. Отсюда я вполне сумею увидеть все, что надо.
- То есть как? - хотела спросить Анита, но не успела. Сеймур потянул ее за рукав, и они
примостились на корточках возле ограды, словно туман был недостаточным прикрытием от
посторонних глаз.
- Сейчас, - сказал Сеймур. - Сейчас.
Теперь Анита вместе с пришедшими ранее ощущениями почувствовала еще и страх. Но этот
страх никак не был связан ни с Сеймуром, ни с неуютной местностью. Просто в самом воздухе,
казалось, разлилось нечто неизведанное и грозное. А источник этой угрозы находился за забором.
Неожиданно Сеймур качнулся вперед, и Анита попыталась придержать его за плечо, чтобы он
не упал лицом в воду. И тут же со сдавленным криком отдернула руку. Ощущение было таким, словно
ее ударило током. На самом деле в то мгновение, когда она прикоснулась к плечу Гаррета, она увидела
то, что видит он.
Перед глазами мелькнула тускло освещенная комната и люди в ней, жесткие стулья,
алюминиевый бачок с питьевой водой, прислоненные к стене автоматы. Видение пропало, едва Анита
убрала руку. В тот же момент Сеймур повернулся к ней и слабо улыбнулся.
- Если хочешь видеть то же, что и я, держись за плечо.
Анита молча кивнула в ответ и, нащупав ладонь Сеймура, сжала ее в своей руке.
Перед ней вновь возникла все та же комната, только теперь включился еще и звук, так что она
могла не только видеть, но и слышать.
Двое рядовых играли за столом в карты, молоденький лейтенант в расстегнутой и сползшей с
плеча портупее сидел на лавке, опираясь о стену. Он спал, рот его был полуоткрыт, коротенький чубчик
слипся в одну прядь. Поверхность стола была сплошь покрыта темно-коричневыми прожженными
кругами от горячего чайника. Сам чайник, стоящий на электрической плитке, вот-вот был готов
закипеть, его крышка слабо вздрагивала и дребезжала.
- Выпить бы, - сказал один из игравших и бросил на стол засаленные карты. - Все надоело.
- Сейчас чифирнем, - отозвался второй.
- Э-э, кончайте, - спросонья пробормотал лейтенант. Анита почувствовала, как Сеймур
напрягся, словно ему было необходимо сделать какое-то дополнительное усилие, и тут же лейтенант
проснулся окончательно.
- Что, что такое! - вскрикнул он, вытирая лицо тыльной стороной ладони. - Вы слышите?
Рядовые настороженно прислушались, потом один из них тихо произнес:
- Что тут можно услышать. Крысы, наверное.
- Нет, - лейтенант вскочил с лавки. - Что-то происходит. Точно.
Он потянулся рукой к прислоненному рядом автомату.
- Не балуй, - угрожающе произнес солдат. - Это мой. Он тоже встал из-за стола, чтобы забрать
оружие.
Но лейтенант оказался проворнее. Он дернул автомат к себе за ремень и тут же перехватил его,
уперев приклад в сгиб руки.
- К стене! - истошно заорал он, глядя на солдат враз обезумевшими глазами. - Не двигаться!
- Василий! Товарищ лейтенант! Мы ничего не сделали! Офицер затравленно обернулся, словно
ожидал увидеть за плечом чудовище, потом вновь уставился на солдат.
- На пол! - вдруг приказал он. - Руки за голову, и не двигаться.
Солдаты упали на грязный пол, как будто у них разом отнялись ноги.
- Только не стреляйте, - услышала Анита жалобный всхлип.
Двигаясь как лунатик, лейтенант осторожно обошел лежавших, взял второй автомат, перекинул
его ремень через левое плечо и спиной стал отступать к входной двери.
Анита на секунду разжала уставшие от напряжения пальцы, и тут же видение пропало, пахнуло
влажным воздухом, где-то вдалеке пронзительно закричала ночная птица. Но она вновь упрямо
нащупала ладонь Сеймура.
Теперь лейтенант шел, вернее крался, по узкому, слабо освещенному коридору. Ряды массивных
бронированных дверей тянулись вдоль стен. Наконец лейтенант нашел нужную.
Приблизив лицо к магнитному замку, он стал набирать код, неуверенно тыча пальцами в кнопки.
Но дверь не открывалась. Тогда он слабо поскреб ногтями по металлу, потом ударил кулаком.
Над дверью через какое-то время зажглась яркая лампочка, ожил глазок видеокамеры.
Лейтенант поспешно бросил оба автомата себе под ноги.
- Какого черта! - послышалось из транслятора. - Василий, ты? Что приперся?
- Толя! Очень надо, - голос лейтенант звучал умоляюще. - Только на секундочку.
- Ты мне и так две сотни должен. Больше "геры" не дам. Иди чифирни.
- Так вот он, долг, - лейтенант полез в карман брюк и вытащил смятые бумажки.
- А говорил, нету.
- Я у Петровича занял. Ну, открой!
- Не положено, -
...Поділитися у соцмережах
