Жанр: Фантастика
Королевство костей и терний 1. Терновый король части 1-4.
...Благополучно одолев небольшую речку, кобылица
вскарабкалась на высокий берег, после чего возобновила свой бег. Стивен молился, чтобы
бедное животное не наступило в какую-нибудь прикрытую листьями ямку или нору, но
щадить его он не мог себе позволить. Он знал: если Десмонд Спендлав прибудет в
монастырь раньше него, Эсперу Белому будет грозить неминуемая гибель.
Проглотив свой страх, он мчался на головокружительной скорости, изо всех сил
стараясь не упасть.
Выехав из лесу, Стивен с кобылицей оказались на низинном пастбище, где двое
братьев пасли коров. Увидев несущегося всадника, животные бросились врассыпную, а
пастухи в изумлении вытаращили глаза. На ровном участке пути кобылица понеслась как
ошалелая, пока не приблизилась к холму, где Стивен в последний раз видел Огра.
Жеребец, который до сих пор бродил здесь, встретил их подозрительным взглядом.
Прочистив горло, Стивен громко крикнул, пытаясь изобразить голос Эспера: "За мной,
Огр!", - и сам удивился тому, как ловко у него это вышло. Ему удалось с невероятной
точностью изобразить интонацию и тембр голоса лесничего.
Однако Огр медлил, продолжая топтаться на месте. Тогда Стивен повторил свою
команду, и на этот раз конь, резко встряхнув гривой и блеснув холодными глазами,
потрусил за кобылицей.
Они стрелой промчались по саду мимо брата Эхана. Тот что-то выкрикнул вдогонку,
но Стивен не расслышал слов. Нужно было поскорее добраться до Эспера, поэтому
возвращаться он не стал. Брат Эхан остался единственным человеком в монастыре,
мнением которого Стивен не пренебрегал. На остальных он мог без зазрения совести
махнуть рукой. Лесничий, в том состоянии, в котором находился, не смог бы выжить без
посторонней помощи, но, помогая ему, Стивен подвергал себя большой опасности.
Поэтому им нужно было как можно быстрее бежать. И несмотря на то что Стивен
испытывал некоторый стыд, он не мог не признать, что покидал монастырь с легким
сердцем. Слишком много здесь было темного и порочного, слишком много такого, чего
душа не могла принять. Кроме того, королеве Кротении угрожала опасность, и Стивен
считал своим долгом ее об этом предупредить.
Он остановил лошадь у самого входа в храм и, спешившись, ринулся внутрь,
надеясь, что с Эспером еще ничего не случилось. Лесничий, по-прежнему бледный, лежал
с закрытыми глазами на том же месте, где молодой священник его оставил. Когда Стивена
отделяло от Эспера не больше пяти шагов, тот резко открыл глаза и сел.
- Что? - воскликнул он.
- Тебе грозит опасность, - выпалил юноша. - Вернее сказать, нам обоим.
Поэтому собирайся. Нам надо уходить. Прямо сейчас. Ты сможешь это сделать?
У Эспера чуть дернулись уголки губ, как будто он собирался отпустить в ответ
какую-то дерзкую насмешку, но вместо этого он резко кивнул в знак согласия.
- Да, - сказал он. - Но мне понадобится лошадь.
Удивленный и благодарный за то, что лесничий с такой готовностью воспринял его
слова, Стивен облегченно вздохнул.
- Огр ждет тебя на дворе, - сказал он.
- У тебя есть оружие?
- Нет. К тому же искать его сейчас нет времени.
- Нас будут преследовать?
- Наверняка.
- Тогда мне нужно будет оружие. Лук со стрелами. Можешь их раздобыть?
- Возможно. Но послушай...
- Давай.
Раздраженный, Стивен бросился во двор, вспомнив, что лук, с которым он охотился
на оленя, хранится в садовом сарае. Ничего другого, что могло бы сойти за оружие, в
монастыре ему не доводилось видеть, если, конечно, не считать ножей мясника. Судя по
всему, где-то был спрятан запас вооружения, но ему никогда не приходило в голову
искать арсенал.
По дороге он едва не сбил с ног брата Рекарда.
- Брат! - окликнул его ханзейский монах. - Куда ты так несешься? Что
случилось?
- Бандиты! - выкрикнул Стивен первое, что пришло ему в голову. - Их человек
пятьдесят. Не меньше. Я повстречал их в саду. Они движутся в сторону монастыря.
Сущие головорезы. Наверное, из-под Наксокса. Дикие варвары, у них все руки в крови.
Им наплевать на нашу святость. Если не дать должного отпора, они возьмут нас живьем.
И пока мы будем смотреть на них одним глазом, сожрут второй.
- Я пойду бить тревогу, - сказал брат Рекард, готовый пуститься во всю прыть.
- Я возьму твой лук, - кивнул Стивен.
- Давай. Твои лошади на дворе? Я буду ждать тебя там.
Стивен зашел в сарай, снял с крючка лук и, убедившись, что он в целости и
сохранности, взял висевшую рядом связку из восьми стрел. На обратном пути из сарая он
заметил у стены садовый нож, которым обычно обрезали кусты. Прихватив его, он
поспешил к Эсперу. Тот уже поджидал верхом на Огре. Побледневшее лицо лесничего
было покрыто испариной, - похоже, взобраться на лошадь ему стоило больших усилий.
Мимо промчались вооруженные дротиками монахи, очевидно направлявшиеся на боевые
посты, где им следовало пребывать при нападении врага в ожидании дальнейших
распоряжений фратекса.
Сам фратекс стоял у входа в храм. Он глядел на лесничего хмурым неподвижным
взглядом.
Когда Стивен неохотно приблизился, настоятель медленно перевел свой мрачный
взор на него.
- Брат Стивен, - произнес фратекс, - уж не ты ли затеял всю эту суматоху? И
почему ты при оружии?
Ничего ему не ответив, Стивен отдал лесничему лук, а сам, держа в руке садовый
нож, взобрался на Ангел.
- Ты меня слышишь? - повторил фратекс. - Я к тебе обращаюсь, брат Стивен.
- Брат Спендлав со своими людьми направляется сюда, чтобы убить этого
человека, - ответил Стивен. - Хотите вы этого или нет, но я такого не допущу.
- Этого не может быть. Брат Спендлав никогда ничего подобного не сделает. И как
только такое тебе могло взбрести в голову?
- Я знаю, что он тот самый человек, который убивает людей в лесу. Так сказать,
приносит кровавые жертвы великой силе, называемой седосом. Он лично совершает те
самые обряды, которые вы поручили мне тщательным образом изучить.
- Спендлав? - удивился фратекс, не веря своим ушам. - Странно. Но откуда ты
это узнал?
- Слышал собственными ушами, - сказал Стивен. - А сейчас ему поручено убить
саму королеву.
- Человек из нашего ордена? - в еще большем изумлении произнес фратекс. -
Это невозможно, если только... - Глаза у него внезапно расширились, будто собирались
вывалиться из орбит, изо рта потекла кровь, и фратекс замертво упал на землю.
За ним в тени нефа стоял не кто иной, как Десмонд Спендлав со своей бандой.
- Поздравляю, брат Стивен, - воскликнул он. - Чтобы спасти лесничего, ты убил
фратекса.
Стивен во второй раз ощутил, как рушатся его привычные мироощущения.
- Но я думал, что...
- Знаю. До чего же занятно выходит! Полагаю, ты думал, что во главе заговора
стоит этот старый болтун. Неужели ты считал его столь мудрым? - И, переведя взгляд на
Эспера, Спендлав добавил: - А тебя уже заждались твои дружки. У меня есть сильные
подозрения, что они будут очень рады получить что-нибудь в доказательство твоей
смерти. Например, голову. И перестань натягивать лук, не то отрежу ее тебе прямо
сейчас! - Затем, снова обращаясь к Стивену, "утешил" его: - Несмотря на твои
проступки, брат, тебя еще можно простить. Вернее сказать, не простить, а пощадить.
Возможно, ты еще можешь нам пригодиться.
- Я не собираюсь тебе больше помогать, - твердо заявил Стивен и, проглотив
подступивший к горлу комок страха, ощутил, как нарастает у него в груди странная сила.
- Я не предаю данных мною клятв. Равно как не предаю церковь и людей моей страны.
Так что меня тебе тоже придется убить. - При этих словах он поднял свое
импровизированное оружие. - Интересно, хватит ли тебе мужества убить меня
собственными руками.
- Мужества? - пожал плечами Спендлав. - Да ты понятия не имеешь, что такое
мужество. Мужество - это ничто. Пустое место. Вот увидишь, куда денется твое
мужество, когда мы вспорем тебе брюхо. Обрати внимание, не убьем, а всего лишь
распотрошим. Не ради какой-то там цели. А только затем, чтобы воздать тебе по заслугам.
Понимаешь, брат, боюсь, так просто отправить тебя к святой Дан я не смогу.
Стивен попытался что-то сказать в ответ, но запнулся. Его руки тряслись, тем не
менее он в очередной раз поднял нож.
- Беги, Эспер Белый, - произнес он. - Я сделаю все, что смогу, чтобы их
задержать.
- Мне далеко не уйти, - ответил Эспер. - Поэтому мне все равно, где умирать -
здесь или где-то еще.
- Тогда сделай мне одолжение, - попросил его Стивен. - Всади в меня одну из
твоих стрел, если они подойдут ко мне достаточно близко и у меня не останется никакой
возможности спастись.
- Как трогательно! - произнес Спендлав, осклабившись.
Внезапно Стивен ощутил нечто вроде порыва жгучего ветра. Эспер в ужасе ахнул и
обронил стрелу, которую держал наготове.
- Здесь, - сказал Спендлав, - и сейчас...
Вдруг его внимание привлекло какое-то движение под ногами. Он опустил глаза и
увидел, что фратекс, помогая себе руками, подползает к стене монастыря.
- Спендлав, предатель и еретик... - пробормотал старик достаточно громко, чтобы
его могли услышать.
В тот же миг стены монастыря треснули и начали ломаться. Никто не успел и глазом
моргнуть, как фасад здания обрушился, превратившись в мелкие осколки и похоронив под
грудой завалов Десмонда Спендлава со всей его братией.
- Трогай, будь ты неладен, - крикнул Стивену Эспер, пока камни еще сыпались.
- Но я... - запинаясь, проговорил Стивен, который не мог отвести взора от
рушившегося здания.
- Если нам удастся скрыться, то мы еще повоюем, - пытаясь образумить юношу,
крикнул Эспер. - А если будем стоять на месте и таращить глаза - умрем прямо сейчас.
Немного помешкав, Стивен взобрался на Ангел, и они понеслись так, будто темные
духи наступали им на пятки. Хотя, кто знает. Возможно, именно так и было.
13
ВСТРЕЧА
Казио стоял, прислонившись к гранатовому дереву и положив руку на эфес
Каспатора. Увидев его, девушка в пруду громко ахнула и, к большому сожалению юноши,
погрузилась в воду по самый подбородок. Хотя и раньше Казио приходилось
довольствоваться только видом белой шейки, которая, насколько он успел заметить, была
довольно хорошенькой, - все остальное тело белело лишь мутным пятном под водой, -
но теперь даже ее не стало видно.
Улыбнувшись, молодой человек ткнул концом рапиры в кучку одежды.
- Благодарю тебя, - весьма сдержанным тоном произнес он, обратив лицо к небу.
- Благодарю тебя, госпожа Эренда, покровительница влюбленных, за то, что исполнила
мое желание.
- Какое еще желание? - сердито огрызнулась девушка. - Никакое я вам не
желание. Не знаю, кто вы такой, но требую, чтобы вы сейчас же удалились прочь.
Она говорила на ломаном вителлианском, а акцент был столь же экзотичным, как и
цвет ее волос.
С каждой минутой девушка возбуждала в Казио все больший интерес. С тех пор как
несколько недель назад он вместе с з'Акатто воспользовался гостеприимством графини
Орчавии, Казио был совершенно лишен женского общества, если, конечно, не считать
самой хозяйки. Дело в том, что графиня предпочитала держать мужскую прислугу, а до
ближайшей деревни была целая неделя ходу. И теперь, когда в лиге от замка юноше
неожиданно подвернулась купальщица, он счел эту встречу за большую удачу.
- Я вам не слуга, леди, - ответил Казио. - И не собираюсь исполнять ваши
приказания, - он укоризненно погрозил ей пальцем. - К тому же откуда вам знать, чего
я желаю, а чего нет? Например, вот сейчас я шел по тропе и взывал к госпоже Эренде.
"Госпожа Эренда, - говорил ей я, - этот мир преисполнен мерзости и боли. Он являет
собой мрачное пристанище горя и скорби, а мой жизненный опыт научил меня презирать
их. Поэтому я, Казио Пачиомадио да Чиоваттио, который некогда любил жизнь, в свои
молодые годы уже до смерти от нее устал. Госпожа Эренда, - молил ее я, - если всего
на одно мгновение ты покажешь мне самую совершенную красоту, которая только
существует в этом мире... Если ты покажешь ее всего на один миг, я смогу найти в себе
силы влачить существование дальше. Смогу продолжать нести ту ношу, которая выпала
на долю такого, как я, человека". Стоило мне произнести свою молитву, как всего минуту
спустя я услышал плеск воды, потом увидел этот пруд, а в нем - ответ на мою просьбу.
В некотором смысле это была правда. Он беспрестанно мечтал о женском обществе,
но к покровительнице любви с молитвой ни разу не обращался, по крайней мере
сознательно.
После его пространной речи юная особа в пруду еще сильнее нахмурилась.
- Неужели все вителлианские девушки так глупы? Или вы считаете меня дурнее их,
поскольку я иностранка?
- Дурнее? Нисколько. В вашем взоре я вижу блеск ума. Возможно, вы были
несколько неосмотрительны, когда решили искупаться в пруду, столь часто посещаемом
мужчинами с большой дороги и прочими образчиками плохой репутации. Но лично я
уверен, что вы это сделали исключительно постольку, поскольку эта местность вам
незнакома.
- Но я сумею быстро ее изучить. Несмотря на то что я здесь нахожусь всего
несколько минут, мне уже довелось повстречать один из образчиков плохой репутации.
- Но зачем вы пытаетесь больно ранить меня?
- Удалитесь прочь. Вы не даете мне одеться.
- Не могу, - с глубоким сожалением в голосе произнес Казио. - Мне не
позволяет мое сердце. Оно не велит это делать до тех пор, пока я не узнаю, как вас зовут.
- Меня зовут... меня зовут Фиена.
- Интригующее имя.
- Да. Теперь, когда вы его узнали, вы можете с чистой совестью удалиться.
- И к тому же мелодичное. Мое сердце уже поет его. Но из какой далекой страны
пришло это имя, леди?
- Из Лира, несчастный бесстыдник. Уйдете же вы наконец или нет?
Казио прищурил глаза.
- О, да вы как будто улыбаетесь мне, Фиина.
- Фиена, - поправила его она. - Но если даже я и улыбаюсь, то только потому,
что вы жутко бестолковы. Мое имя произносится "Фи-е-на".
- А как меня зовут, вы случайно не желаете узнать?
- Вы уже давно назвались. Что-то вроде Казью.
- Ка-зи-о.
- Казио. Ну так вот, Казио, теперь, когда вы узнали то, что хотели, вы должны
уйти.
Слегка кивнув, Казио, вместо того чтобы исполнить ее просьбу, присел на
выпирающий из земли корень ивы.
- Разумеется, я должен уйти, - согласился он.
Взглянув на лежавшую рядом с ним кучку одежды, он вдруг понял, что это
монашеское платье.
- Вы монашка? - изумленно спросил Казио.
- Нет, - ответила она. - Просто мне попалась одна такая на большой дороге. Вот
я ее и укокошила, а сама переоделась в ее платье. Кто же я еще, если вон там на горе
находится обитель Милосердия?
- Значит, здесь совсем рядом находится женский монастырь? - оглядевшись
вокруг, переспросил Казио, чтобы удостовериться, что правильно понял.
- Да. На другой стороне горы.
- И в том доме полно таких же хорошеньких девушек, как вы? Госпожа Эренда и
впрямь оказалась благосклонна ко мне.
- Поэтому лучше поторопитесь поухаживать за ними, - сказала Фиена. - На них
не намного больше одежды, чем на мне.
- Зачем же мне напрасно тратить время? - резонно возразил Казио, пытаясь
изобразить печаль. - Ведь я уже узрел прекраснейшую из них. Не вижу никакого смысла
подниматься наверх только за тем, чтобы опять вернуться сюда. Мне не дает покоя лишь
один вопрос. Почему вы оказались здесь? Сердце подсказывает мне, что вам здесь не
положено находиться.
- Кто вы такой? Человек с большой дороги? - внезапно обрушилась на него
Фиена. - Или обыкновенный бродяга?
- Я тот, кем вы желаете меня видеть, - спокойно ответил Казио. - Хотите, чтобы
я был бродягой, буду бродягой.
- Я предпочла бы видеть в вас благородного человека, который позволит мне
одеться.
- Я как раз тот благородный человек, который позволит вам одеться, -
похлопывая по ее одежде, заверил Казио.
- Но не под прицелом ваших глаз.
- Но я не могу отвернуться. Счастье взирать на вас ниспослано мне самой богиней
Эрендой. Я не имею права воспротивиться ее воле.
- Но вы же меня не видели, - изобличила его во лжи Фиена, хотя тон ее голоса
выдавал сомнение. - Ведь я была целиком под водой.
- Должен признать, - глядя на нее сверху вниз, произнес он, - неискаженный
образ видеть мне еще не довелось. Водная рябь, возможно, скрасила некоторые
недостатки фигуры. И я уже начинаю сомневаться, в самом ли деле вы столь красивы,
сколь я себе вообразил.
- Нет уж, дудки, - бросила уязвленная его замечанием Фиена. - Такого
пренебрежения я не потерплю. Сейчас вы убедитесь, есть ли у меня изъяны или нет.
С этими словами Фиена стала подниматься из воды, но когда ее уровень дошел до
ключиц, девушка презрительно фыркнула и снова погрузилась вглубь.
- Повторяю, - произнесла Фиена. - Почему вы считаете меня настолько глупой?
- Я сам глупец, - опустив голову, произнес Казио. - И уже знаю, что ваша
красота совершенна.
Поначалу Фиена закатила глаза, но потом посмотрела на Казио цепким взглядом.
- Я обручена, сэр, и мне наплевать, считаете ли вы меня совершенной или
безобразной.
- Значит, вы никакая не монашка.
- Меня послали сюда учиться, только и всего.
- О, слава всем повелителям и повелительницам темного неба и земли! -
восторженно выпалил Казио. - По крайней мере, теперь у меня забрезжила пусть слабая,
но все же надежда.
- Надежда? На меня? Нет у вас никакой надежды, если вы не собираетесь меня
убить, чтобы надругаться над моим телом. Но знайте, в таком случае вам не миновать
мести моего избранника Родерика.
- Родерика? Какое-то неполноценное имя. Напоминает прыщ или нечто похожее на
обман.
- Он благородный и очень хороший. И в отличие от вас, никогда не воспользуется
беззащитным положением девушки.
К своему великому удивлению, Казио вдруг обнаружил, что у него загорелись уши.
- Тогда его вряд ли можно назвать мужчиной, - продолжал парировать он, - ибо
ни один настоящий мужчина не смог бы отвести глаз от вашего личика.
- Так вас интересует только мое лицо? Тогда почему вы не даете мне одеться? Мое
платье не скроет его черт.
- При одном только условии. Обещайте не убегать и немного со мной поговорить,
- согласился Казио. - У меня почему-то создалось впечатление, что вы не слишком
торопитесь.
Девушка удивленно подняла брови.
- Ну, хоть повернитесь ко мне спиной.
- Так и быть, госпожа. - Он исполнил ее просьбу и отвернулся.
Казио не поддался искушению обернуться, даже когда услышал плеск воды и
шуршание одежды, свидетельствовавшие о том, что девушка вышла на сушу и начала
одеваться.
В какой-то миг она находилась так близко, что он вполне мог коснуться ее. Но
молодая особа, насколько он успел заметить, была с норовом. Она могла не спустить ему с
рук такой выходки.
Казио услышал, как, забрав одежду, она снова направилась к пруду.
- Какой сегодня день? - спросила она.
- Можно повернуться?
- Нет, еще нельзя.
- Сегодня мензоди.
- Еще целых три дня, - пробормотала она. - Что ж. Спасибо.
- Три дня до чего? - не удержался от вопроса Казио.
- У вас есть что-нибудь поесть? - вместо ответа спросила она.
- К сожалению, нет.
- Ладно. Нет, не поворачивайтесь, я еще не закончила. От нетерпения Казио надул
щеки и топнул ногой.
- Вы так и не сказали, что здесь делаете, - поинтересовался он. - Решили
поозорничать?
Она ничего не ответила.
- Я могу повернуться? - спросил Казио. - Я сдержал свое слово.
Не получив ответа во второй раз, он обернулся - к этому времени девушка почти
скрылась за вершиной холма.
- Неверная красавица! - крикнул он ей вдогонку.
Повернувшись, она махнула Казио рукой и, послав воздушный поцелуй, исчезла.
Поначалу юноше захотелось броситься за ней вслед, но он поборол в себе этот порыв.
Если она затеяла играть с ним в такую игру, господь Онтро ей в помощь.
Вздохнув, Казио отправился восвояси, вернее сказать, в замок графини Орчавии.
В замок он вернулся за час до заката. Когда Казио шел по единственной ведущей
туда узкой дороге, которая пролегала посреди раскинувшихся на сотни верст
виноградников, солнце, походившее на идеально круглую золотую монету, садилось у
него прямо на глазах. Сам дом представлял собой роскошное белокаменное здание весьма
внушительных размеров с красной крышей и просторным внутренним двором. К
западному крылу прилегали вспомогательные постройки - конюшни, амбар и
винодельня, в которой изготавливалось и разливалось по бутылкам вино.
Проходя мимо рядов спелого винограда, Казио время от времени щипал
аметистовые ягоды, наслаждаясь запахом тех, которые гнили на земле и напоминали
аромат вина.
И все это время он не мог выкинуть из памяти прекрасную незнакомку. Она сказала
ему, что родом из Лира. Интересно, где находится эта страна? Не иначе как где-то на
севере. Только у северянок могут быть такого странного цвета волосы и столь бледная
кожа.
Он не заметил, как оказался у ворот замка. Мальчик-слуга с острыми чертами лица, в
желтых чулках и темно-синем камзоле, узнав Казио, пропустил его во двор.
Едва юноша ступил на красную плиточную дорожку, как его окликнул гортанный
женский голос:
- Казио, мой дорогой. Куда ты вдруг запропастился? И чуть было не пропустил
обед.
- Добрый вечер, каснара графиня Орчавия. Я всего лишь бродил без всякого дела
по прекрасным окрестностям вашего имения.
Графиня Орчавия восседала под навесом за длинным, наполненным всякими
яствами столом. Это была женщина средних лет, раздобревшая от обильной еды, которая
постоянно украшала ее стол. У нее было круглое и блестящее, словно фарфоровое блюдо,
лицо, слегка вздернутый нос, изумрудного цвета глаза и розовые щеки. Когда бы Казио ни
повстречал графиню, в ее взгляде всегда светилась улыбка.
- Опять прогуливался? Жаль, что у нас так мало развлечений. Иначе тебя не тянуло
бы бродить по окрестностям.
- Прогулки мне по душе, - чистосердечно признался он. - Это помогает
поддерживать форму.
- Ну и прекрасно. Молодому человеку никогда не мешает быть в форме.
Пожалуйста, присоединяйся к моей трапезе, - она кивнула головой, приглашая отведать
выставленные на столе блюда.
- От этого я не откажусь, - охотно согласился Казио. - Тем более что я нагулял
неплохой аппетит.
Подвинув обитый кожей стул, он сел, оглядев все угощения, взял инжир и, разрезав
его на дольки, развернул в виде цветка. Потом добавил в качестве гарнира вяленую
ветчину. Тем временем слуга налил ему в бокал красного вина.
- З'Акатто тоже ходил с тобой? - осведомилась графиня. - Что-то его целый день
не было видно.
- А вы проверяли винные погреба? - спросил Казио. - Обычно он предпочитает
находиться там.
- Что ж, пусть тогда там и остается, - несколько недовольно произнесла графиня и
принялась размазывать ложкой кубик свежего сыра, пропитанный чесноком и оливковым
маслом, по кусочку поджаренного хлеба. - Все равно моих лучших запасов ему не найти.
Он думает, я не знаю, что он их ищет, - и, подняв глаза на Казио, добавила: - И в каком
же направлении ты прогуливался сегодня?
Не выпуская половинки инжира из руки, Казио жестом указал на запад.
- О, не иначе как ты нанес визит в обитель Милосердия.
- Понятия не имею, о чем вы говорите, - невинным тоном заверил ее Казио,
пригубив бокал вина. - Кроме деревьев и овец, я никого не встречал на своем пути.
Леди Орчавия подозрительно на него посмотрела.
- Уж не хочешь ли ты мне внушить, юный красавчик, что до сих пор не пронюхал,
где находится монастырь? Монастырь, который полон молодых девушек? Вот уж никогда
не подумала бы, что у тебя это займет так много времени.
Казио пожал плечами и потянулся за спелой маслиной.
- Коли так, то завтра я прямо туда и отправлюсь.
- Не смей этого делать, не то нарвешься на беду, - махнув на него жареной
ножкой куропатки, произнесла графиня. - Ты же знаешь, они мои соседи. И каждый год
я устраиваю для них небольшой праздник. Это единственная роскошь, которую они себе
позволяют.
- Неужто? - оживился Казио, положив очищенную от косточки маслину на
маленькую тарелку и потянувшись к блюду, на котором лежали нарезанные ломтиками
груши и твердый овечий сыр.
- Ну что, красавчик? Орчавия наконец пробудила твой интерес?
- Все это сущая чепуха, - произнес Казио, вытянув вперед и скрестив ноги.
- Ну, если тебе это совсем не интересно... - Она пожала плечами и сделала
большой глоток вина.
- Что ж, очень хорошо. Допустим, у меня пробудился некоторый интерес. И когда
же может произойти такой праздник?
- В канун Фьюссенала, в первый день сафтамензы, - улыбнувшись, ответила
графиня.
Через три недели.
- Тебя, разумеется, не пригласят, - не без лукавства заметила она. - Но,
возможно, мне удастся что-нибудь придумать, если речь идет о делах сердечных.
- Ничего подобного. Кроме того, через три недели меня может здесь уже не быть.
- О, в Авелле все еще неспокойно, - покачала головой Орчавия. - Тебе придется
еще немного подождать.
- Я уже давно задумал съездить в Фуронессо.
- В такую жару? Зачем? - отхлебнув очередной глоток вина, осведомилась
графиня.
- У меня заржавел клинок.
- Но ты же практикуешься с моими слугами каждый день.
Казио пожал плечами.
Прищурившись, графиня внимательно посмотрела на Казио и внезапно раскатисто
рассмеялась.
- Никуда ты не уедешь, - заявила она, намазывая на очередной кусок хлеба
паштет из кроличьей печенки. - Кажется, ты хочешь сам себя убедить, что тебя никто не
водит за нос.
Казио, который нес ко рту жирную ножку куропатки, остановился на полдороге.
- Каснара, скажите, ради всего святого, к чему вы клоните? Что вы имеете в виду?
Она улыбнулась.
- Я все прочла в твоем рассеянном взгляде, когда упомянула праздник для
монашек. Даже не пытайся одурачить Орчавию, когда дело касается вопросов любви. Ты
влюбился.
- Но это же смешно, - с возмущением произнес Казио, ощущая нарастающее
раздражение. - Даже если я и встретил кого-то сегодня, неужели вы думаете, что можно
так быстро сразить мое сердце? Так случается только в ваших любовных романах,
графиня, а не в реальной жизни.
- Так говорят все молодые люди, пока это не коснется их самих, - подмигнула ему
графиня. - Завтра ты пойдешь туда же, куда ходил сегодня. Можешь мне поверить на
слово.
Энни провела ночь в кромешной тьме. Из своего укрытия она видела, что странный
молодой человек ушел, но отнюдь не была уверена, что он не
...Закладка в соц.сетях
