Жанр: Фантастика
Ивар 1. Солнце цвета крови
...ая поздравления. Его неудачливого
соперника утащили на руках слуги.
Когда на ристалище выехали еще двое всадников, одного из которых толпа
приветствовала дружным ревом "Ланселот! Ланселот!", Хаук, сидевший рядом с королем,
спросил:
- И зачем все это?
- Как зачем? - В мягком голосе Артура прозвучало недоумение. - Чтобы доблестные
показали доблесть, сильные - силу, а достойнейший занял бы подобающее ему место!
Неужели вы никогда не сражаетесь для развлечения?
- Мир достаточно жесток к нашему народу, - после паузы проговорил конунг. - Нам
приходится сражаться, чтобы выжить. С другими людьми, с нелюдями, с погодой, с собой...
Схватки ради развлечения - слишком большая роскошь, когда ты в любой момент можешь
стать кормом для рыб или воронья.
Король не нашел что ответить.
Поединки продолжались. Зрителям являлись все новые рыцари, они то сшибались, если
оба оставались в седлах, то брались за мечи. От звона железа закладывало уши, за спиной
откровенно храпел Вемунд, а Ивар скучал и ловил себя на мысли, что неплохо бы пойти
прогуляться. Внизу живота образовалась неприятная тяжесть, от которой все больше
хотелось избавиться.
Надежд на то, что турнир скоро закончится, становилось все меньше.
Когда мука стала нестерпимой, молодой викинг, оглянувшись, наклонился к
ближайшему солдату из оцепления и тихо спросил:
- Где у вас тут можно отлить?
Стражник вздрогнул и, не изменяя позы, ответил:
- Меж трибунами есть проход, а за ними - лесок. Зрители, в том числе и на
королевской трибуне, были заняты очередной схваткой, и Ивар, ужом скользнувший через
ограждение, не вызвал ничьего интереса. Оставив за спиной рев толпы, пробрался в
березовую рощицу, где под пение птиц смог наконец облегчить душу.
На ристалище он возвращался в уже более лучшем расположении духа.
- Господин спешит? - Голос, остановивший его, был полон игривости.
Повернув голову, Ивар обнаружил улыбающуюся ему девушку в роскошном алом
платье. Глубокий вырез открывал белые полушария грудей, игривые смешинки бегали в
карих, чуть раскосых глазах. Волосы падали на обнаженные плечи водопадом темного
атласа. "Рыцарская жена, - решил молодой викинг, - или дочь". Вопрос о том, что она
делает здесь, за трибунами, в одиночестве, ему в голову не пришел...
- Нет, - ответил он совершенно искренне. Возвращаться к созерцанию турнира не
хотелось.
- Тогда, может быть, он желает оставить ристалище? - Девушка чуть улыбнулась и
подошла ближе. От нее исходил сильный запах ландышей. - Желает посмотреть гобелены,
вытканные лично королевой?
- Почему бы и нет? - Ивар искренне обрадовался возможности избежать
опостылевшего зрелища. К тому же отыскался благовидный предлог. Правда, молодой
викинг не знал, что такое гобелены, но это особого значения не имело.
Он и глазом моргнуть не успел, как темноглазая красавица ухватила его под руку и
почти силой повлекла к замку. Они прошли ворота под взглядами стражников, на рожах
которых, как по команде, расцвели похабные ухмылки, и вскоре оказались в совершенно
незнакомом Ивару до сих пор зале. Пахло тут пылью, а стены были завешаны полотнищами
ткани. Солнечный свет, врывающийся сквозь узкие окна, выхватывал из полутьмы искусно
вытканные картинки.
- Это и есть гобелены? - спросил он недоуменно.
- Они самые, - ответила красотка и мурлыкнула, почти как кошка, при этом
недвусмысленно потершись о плечо Ивара грудью.
Он решил пока не обращать на это внимания.
На первом гобелене был изображен город на берегу реки. У самых волн, темно-синих,
точно фиалки, возлежала сиротливая наковальня, из которой худосочный юноша в простой
белой рубахе тянул нечто похожее на меч. Рядом вскидывал к небу руки бородатый тип,
подозрительно похожий на Мерлина, а чуть в стороне в состоянии крайнего изумления
пребывала толпа рыцарей человек в шесть.
- Король Артур вытащил меч из наковальни, - медовым голоском пропела девушка, -
показывая тем, что он есть истинный король Британии!
- У нас конунга выбирают бонды, - в изумлении отозвался Ивар, - и претендент
должен доказать им, что он сможет защищать тех, кто будет кормить его. Никакая
наковальня не поможет...
Но его уже влекли дальше.
Следующий гобелен изображал грандиозное побоище. Всадник на белоснежном коне, в
котором можно легко было узнать короля, поражал громадным копьем толпы трусливо
бегущих врагов, а где-то за его спиной топтались рыцари, явно раздосадованные тем, что им
не довелось обагрить клинки.
- Битва у горы Бадон, - сообщила девица, - там наш король сразил девятьсот врагов!
- Да ну?
Не успел Ивар ахнуть от удивления, как его потащили дальше. Между гобеленом с
битвой и следующим оказалась неприметная дверь, которая подозрительно легко
распахнулась. Несколько шагов - и молодой викинг обнаружил себя в небольшой
комнатушке, большую часть которой занимало широкое ложе, покрытое целой грудой одеял.
- Что... - Начатая фраза была безжалостно прервана, рот Ивара оказался надежно
запечатан нежными женскими губами. Викинг хотел было отстраниться, но девица
вцепилась в него, словно клещ, а когда алое платье в одно мгновение свалилось на пол,
обнажив стройную фигуру, желание уйти совершенно пропало, сменившись другим...
От "рассматривания гобеленов" он оторвался не скоро. Выбрался в коридоры дворца
изрядно помятый и, поправляя на ходу одежду, направился к гостевым покоям. Но не успел
добраться до нужной лестницы, как дорогу ему преградила одна из тех служанок, что днем
сопровождали королеву на турнир.
- Прекрасный господин торопится? - поинтересовалась она, так стрельнув глазками,
что Ивар пошатнулся.
- Нет... то есть да! - прохрипел он.
- Неужели ради этой спешки он пройдет мимо девушки, которой нужна помощь? -
Девичьи глаза увлажнились, ресницы затрепетали, и Ивар ощутил, что еще мгновение, и он
пропадет.
Оставалось одно - спасаться бегством.
- Приказ конунга! - рявкнул молодой викинг и опрометью бросился прочь, оставив за
спиной изумленную до бешенства служанку.
Вихрем промчался он по лестницам и коридорам, и впереди уже замаячила
спасительная дверь гостевых покоев, когда из неприметной ниши, загородив проход,
выступила одна из сестер короля, то ли Моргана, то ли Моргауза - Ивар не так хорошо
запомнил их, чтобы различать.
- Вот так встреча, - проговорила она, медленно проводя блестящим красным языком по
полным губам. - И куда же это юный рыцарь так спешит?
- Не пойду я смотреть ваши гобелены! - заорал Ивар в полном помрачении рассудка и,
стремительно прошмыгнув мимо Морганы (или Моргаузы), распахнул дверь.
- Ты вовремя, - сказал Хаук, спокойный, как всегда. - Нам пора на пир. И чего ты
какой красный?
- Гобелены разглядывал, - ответил Ивар, отворачиваясь.
- Да, - усмехнулся Нерейд. - А Кари вон на арфе учился играть, меня звали коллекцию
оружия смотреть, и даже Вемунду обещали показать винный погреб. На что он позорно
согласился.
Боров сконфуженно крякнул и уставился в угол.
- В этом замке все бабы с ума от безделья посходили, - пробормотал Арнвид, к
которому частично вернулся голос. - Хотя ко мне никто не приставал. А жаль... - И эриль
печально вздохнул.
- Хватит болтать, - прервал конунг обсуждение. - У нас впереди еще пир. В нашу честь
и в честь победителя сегодняшнего турнира Ланселота Озерного. Что бы он ни болтал
сегодня - молчать. Кто сорвется - тому я лично язык отрежу. Ясно?
Дав столь веселое обещание, Хаук распахнул дверь и вышел в коридор.
Морганы-Моргаузы, к большому облегчению Ивара, там не было. Похоже, что женщины
Камелота отлавливали викингов исключительно по одному.
Пир начался чинно. Тренькал на арфе благообразный пожилой бард - по виду младший
брат Мерлина, напевая собравшимся печальную историю о любви Арианрод по прозвищу
Серебряное Кольцо и Гвидиона, занимающего место друида богов.
Ивара дела божественные занимали мало, и он отдал должное жаренным в меду
куропаткам и зайчатине, приготовленной на вертеле. Но даже нежное ароматное мясо
застряло в горле, когда за столом напротив обнаружилась та самая девица в алом платье, что
водила молодого викинга "смотреть гобелены". Она как ни в чем не бывало смеялась и
любезничала с высоким рыцарем, обладателем водянистых светлых глаз и выдающегося
носа.
Ивар заперхал, закашлялся, ощущая, что сейчас задохнется, но сильная рука ловко
ударила по спине, и застрявший кусок вылетел из горла и смачно шлепнулся на столешницу.
- Спасибо! - прохрипел Ивар, дыша, словно рыба, вернувшаяся в родную стихию.
- Не за что! - ответил с вежливой улыбкой Увейн, Рыцарь Льва. На шее его
красовалась длинная царапина, а при резких движениях сын короля Уриенса морщился,
точно в седалище ему втыкали шило.
- Что с тобой? - поинтересовался Ивар, жадно прихлебывая из кубка.
- Последствия турнира, - тихо ответил Увейн. - Пара сломанных ребер. Остается
утешаться тем, что из седла меня выбил сам Ламорак Уэльский...
- И чем он знаменит?
- Один из лучших бойцов королевства. - Рыцарь вздохнул. - Уступает разве что
Ланселоту и Тристану.
Тут взгляд Ивара вновь упал на сладострастную красотку, и он чуть не подавился
опять, хотя рот его в этот момент был пуст.
- Кто вон та девица в красном? - поинтересовался он, склонившись к самому уху
Увейна.
- Линета, - без удивления ответил Рыцарь Льва. - Сидит рядом с мужем, Гахерисом,
третьим сыном короля Лотиана.
Руки Ивара позорно дрогнули. Если его связь с развратной Линетой откроется, то вся
свора бешеных братьев во главе с Гавейном не пожалеет сил и времени, чтобы расправиться
с гнусным северянином, посягнувшим на честь семьи...
- Она и тебя домогалась? - спокойно поинтересовался Увейн. - Можешь не отвечать! О
ее привычке ночевать в чужих постелях все знают. Даже муж плюнул!
Ивар издал вздох облегчения такой силы, что им можно было наполнить парус
небольшого суденышка. Молодой викинг хлебнул пива и пододвинул к себе поросенка, под
коричневой шкварчащей корочкой которого наверняка скрывалось сочное мягкое мясо.
Запах от свиненка шел такой, что хотелось проглотить собственный язык...
Сквозь здравицы и застольную болтовню до Ивара долетел заданный королевой
вопрос:
- И что, после победы над великаном в Британии не осталось дела, достойного рыцаря?
- Истинный рыцарь всегда найдет себе дело, - галантно ответил ей Ланселот, блеснув
мрамором зубов.
- Ага, под женским платьем! - фыркнул Нерейд, но под грозным взглядом конунга
осекся. К счастью, за королевским столом шутка не была услышана.
- А ведь и вправду, - задумчиво проговорил Артур, - вскоре храбрецам за подвигами
придется ехать в дальние земли или отправляться в Фэйрилэнд.
- Куда? - довольно громко поинтересовался Хаук.
- В Страну Чар, - пояснил король с улыбкой. - Там обитают фэйри, волшебные
создания, прекраснее которых нет на свете. Но чары их смертельно опасны для смертного!
- Светлые альвы, должно быть, - предположил Арнвид. - Хотя у них, в этом
Бретланде, все такое странное, и альвы, должно быть, сумасшедшие...
- Страна Чар велика и обширна, - продолжал рассказывать король, - а красота дворца
ее хозяев, Оберона и Титании, такова, что может свести с ума любого смертного. Много в
том дворце чудес, но самое большое чудо - это котел Ундри, в котором каждый гость может
найти еду, соответствующую его достоинству. Никогда не скудеет тот котел, а бока его
чудесно украшены изумрудами, которые даруют созерцающим их долголетие и здоровье.
- Ему бы сказителем быть, - со знанием дела шепнул Арнвид. - Хорошо бы жил! Не то
что сейчас. Доля конунга - собачья доля, жестокая... - И эриль покачал головой.
- Я доставлю тебе, государь, этот котел! - вскричал изрядно захмелевший Ланселот. -
Клянусь в этом Великой Богиней! Завтра же отправлюсь в путь и вернусь не позже чем через
год!
- Нет, я привезу Ундри в Камелот! - Еще один рыцарь, в вороненой кольчуге, вращая
осоловевшими глазами, с трудом опустился на колено. - Клянусь в этом честью своей,
честью Бедивера!
И кулак рыцаря с грохотом стукнулся в грудь.
- И я даю обет отправиться в Фэйрилэнд! - Очередной жаждущий подвигов рыцарь,
едва не падая, воздел себя во весь рост и гордо поставил ходящую ходуном голову на
длинной шее. - Во славу...
- Ну что, покажем эти выскочкам, что такое настоящие мужчины? - тихо спросил
Хаук.
Ивар вздохнул, с ужасом ощущая, что возвращение на драккар откладывается на
неопределенный срок. Опять придется мотаться по лесам, ломать ноги по завалам или
стирать задницу в седле. Рисковать собственной жизнью. И ради чего? Ради того лишь,
чтобы доказать себе и другим, что ты чего-то стоишь...
- Покажем, - уверенно сказал он, а вслед за ним согласились и остальные.
- Я, конунг Хаук по прозвищу Лед, - сильный голос предводителя викингов легко
перекрыл гомон в пиршественном зале, - обещаю доставить котел Ундри сюда, в замок
Камелот, не позже чем через месяц.
Наступила такая тишина, что жужжание мухи, кружащейся над лужей пива у самого
пола, показалось оглушительно громким. Глаза смотрящих на викингов людей были
вытаращены, в них читалось дикое изумление. Ланселот Озерный медленно багровел.
Ивару показалось, что сзади, за толстой стеной, кто-то издевательски хихикнул.
- Хорошо, - проговорил Артур и обернулся туда, где пустовало место Мерлина. Видно
было, что королю очень хочется посоветоваться с друидом. - Я принимаю обеты всех, кто их
принес. Исполнение обета кем-то из собравшихся снимает обязательство со всех остальных,
если же...
Дальше Ивар уже не слушал. Он спешно догрызал поросенка, с горечью осознавая, что
поесть так же хорошо ему удастся не скоро.
- Узнать бы теперь еще, в какую сторону ехать? - спросил Хаук, когда Камелот
скрылся за деревьями.
Викинги покинули замок ранним утром, когда рыцари, сраженные выпитым вчера
пивом, крепко спали. Проснутся и схватятся за головы, вспомнив данные сгоряча обещания.
Но честь дороже всего, и выедут, болезные, под открытое небо, страдая тяжким похмельем...
У Ивара и самого слегка гудела голова.
- Да не знаю, - честно отозвался Арнвид, пожав плечами. - Я вчера с одним друидом
толковал: где, мол, эта ваша Страна Чар? А он мне в ответ: вход в нее везде, где найдете. Так
и не сказал, паскуда, куда ехать! Может, руны вопросить?
- Спрашивай, - кивнул конунг.
Со своими плашками эриль возился недолго. Вытащил одну и сморщился, точно от
зубной боли.
- Ну что? - спросил нетерпеливый Нерейд.
- Все плохо, - мрачным голосом отозвался Арнвид. - Выпала нам руна, означающая
лед. Ждут нас впереди тяжкие испытания, холод и прочие безобразия. А также...
- А ехать-то куда? - прервал пророческие излияния практичный Торир.
- На север, - обреченно вздохнул эриль, потирая лысину.
- Клянусь бородой Одина, не самое плохое направление. - Хаук пришпорил коня. -
Вперед.
До самого вечера пробирались глухими, безлюдными лесами. Над головой шумели
кроны деревьев, пели в листве невидимые птицы, хрустел под копытами валежник.
Несколько раз встречались празднично-зеленые пятна болот, от которых тянуло горьким
запахом багульника.
Когда невидимое за деревьями солнце спустилось к горизонту и меж стволами начал
сгущаться сумрак, заросли орешника, казавшиеся бесконечными, вдруг раздвинулись и
впереди обнаружилась торная дорога, идущая с запада на восток.
- Ничего себе! - обрадовался Нерейд и тут же замер, прислушиваясь.
- Один всадник, - сказал он через мгновение, - либо тяжело нагружен, либо сам очень
велик,
- Все назад, - приказал Хаук. - Приготовить оружие.
Викинги укрылись в кустах. Лошадей отвели подальше, а сами, спешившись,
затаились. Заскрипела натягиваемая на лук Нерейда тетива, мрачно сверкнули в полумраке
топоры Торира. Ивар обнажил меч, чувствуя в ладони надежную твердость рукояти.
Теперь топот копыт слышали уже все. Он медленно приближался с запада.
Колыхнулись ветви, что-то мелькнуло среди стволов. Ивар затаил дыхание.
По лесной дороге на могучем черном жеребце ехал рыцарь Тристан, тот из паладинов
короля Артура, которого в последние дни не было в Камелоте. Щит висел на седельном
крюке, равно как и длинный меч, а перед воином, почти утонув в его могучих руках, сидела
крохотная женщина в длинном белом платье. На худеньком личике сияли большие зеленые
глаза, похожие на изумруды, а светлые как лен волосы почти светились, разгоняя лесной
полумрак.
- Тристан из Лионессе и Изольда Ирландская, жена короля Марка, - прошептал
Арнвид, когда парочка проехала мимо. - Любовь, о которой поют барды по всему
Бретланду...
Торир виновато хмыкнул и покосился на свои топоры. Ивар поспешно сунул меч в
ножны.
- Ладно, поехали, - буркнул, конунг. - У них своя дорога, у нас - своя. Пора искать
место для ночлега.
Но не успели викинги перебраться через дорогу, как с запада вновь донесся стук копыт.
На этот раз тех, кто ехал, было много, и они гнали, не жалея коней.
- Вновь спрячемся? - предположил Арнвид.
- Подождем, - спокойно ответил Хаук, и ладонь его упала на рукоять меча.
Дорога озарилась светом факелов, раздалось звонкое лошадиное ржание, и прямо на
викингов, перегородивших путь, выскочил отряд человек в десять. Все они были вооружены,
и у всех на щитах был герб - одинокая башня.
- Кто вы такие? - закричал предводитель, рыжие длинные усы которого делали его
похожим на таракана. - Немедленно скажите, не проезжал ли здесь рыцарь, везущий в седле
женщину?
- А вам на что? - невозмутимо поинтересовался Хаук.
- Мы - воины правителя Корнвалии Марка! - подбоченился рыжеусый. - Преследуем
злокозненного рыцаря, бесчестным образом похитившего жену короля, прекрасную
Изольду! Все живущие на землях короля Артура должны оказывать нам всяческое
содействие...
- Мы не живем на землях короля Артура! - резким голосом сказал вдруг Торир и
взмахнул рукой.
Что-то стремительное сверкнуло в свете факелов, раздался металлический звон, и
усатый предводитель воинов короля Марка свалился с коня. Он был жив - посланный с
убийственной меткостью топор лишь оглушил его, ударив обухом.
- Удар за удар, - проговорил Торир с улыбкой и бросил второй топор. Еще один
всадник с башней на щите брякнулся с коня, потеряв создание. Прочие обнажили оружие.
- Что ты делаешь, ради Херьяна? - поинтересовался конунг, извлекая меч из ножен.
- Потом объясню. - Топор в Глазу махнул рукой. - Постарайтесь только их не убивать,
а обезоружить!
- Скажи об этом Кари! - крикнул Хаук, и два отряда столкнулись.
Викингам было в новинку сражаться верхом, и Ивар едва не слетел с седла после
первого же удара. Отмахнулся как попало, с удивлением ощутил, что куда-то попал.
Услышал раздраженное ржание и полузадушенный вопль. Когда Ивар восстановил
равновесие, то выяснилось, что конь его противника куда-то делся, а сам воин лежит на
спине, потешно дрыгая ногами.
Один за другим гасли факелы, лязг стали заставлял в испуге умолкать лесных птиц,
разъяренным вепрем ревел Вемунд, Кари каждым ударом сшибал на землю по человеку, а
затем вдруг все кончилось.
- Зажгите кто-нибудь свет, - приказал Хаук.
Стукнуло кресало, и в ладонях Арнвида зажил новой жизнью только что потухший
факел. Багровый мечущийся свет вырвал из тьмы воинов короля Марка. Все они лежали на
земле - кто раненый, кто оглушенный, но на их лицах застыло выражение крайнего
изумления.
- Ивар, Нерейд, свяжите их, не очень сильно, чтобы к утру развязались, - приказал
конунг и повернулся к Ториру, - а теперь объясни, что ты здесь устроил.
Ивар переворачивал податливые тела, ловко обматывал веревкой запястья и лодыжки,
вязал узлы, которых за время плавания на драккаре узнал множество, а краем глаза наблюдал
за происходящим около единственного факела.
Топор в Глазу набычился, прыщи на его лице побагровели, видно было, что каждое
слово дается тощему викингу со значительным напряжением сил.
- Ты знаешь, конунг, я очень редко промахиваюсь, - проговорил он.
- Да, - кивнул Хаук.! - За те годы, что ты плаваешь со мной, такое было два раза.
- Но мой топор, брошенный в рыцаря по имени Тристан, не смог оборвать его жизнь. -
Торир скривился. - Похоже, что сама судьба уберегла его от гибели.
- Было такое, - подтвердил Вемунд, зевая во всю глотку. - Во время штурма. Там, в
замке Черного Рыцаря.
- И вот судьба опять сводит меня с Тристаном, и в тот момент, когда рыцарю нужна
помощь. - Молчаливый обычно Топор в Глазу в этот раз превзошел самого себя. - Раз уж
Норны судили, что Тристан должен жить, то почему бы мне не помочь судьбе? Не отвести от
рыцаря смерть?
- Я понял тебя. - В свете факела лицо конунга казалось очень-очень старым. - Ты
решил сыграть с судьбой. Смотри, как бы она тебя не перехитрила. А теперь едем. Нам еще
нужно подыскать место для ночлега.
Глава 11
ПРОКАЗЫ ФЭЙРИ
Замок возник посреди леса стремительно, точно гриб после теплого летнего дождя.
Только что вокруг тянулась непролазная чащоба, и вот на тебе - высокие стены
четырехугольником вознеслись на берегу прозрачной речки, торчит мрачная громада
центральной башни, вокруг - вырубка, сделанная по всем правилам военного искусства.
Видны также распахнутые ворота, около которых замер всего один стражник.
Викинги разглядывали укрепление, благоразумно не покидая убежища в густом
сосняке.
- Не нравится мне это место, - пробормотал Арнвид, поводя носом не хуже пса,
выискивающего кость. - Что-то тут не так...
Время меж тем клонилось к вечеру. Викинги пробирались на север уже пятый день, и
соблазн переночевать под крышей был слишком велик. Да и кони устали, а запасы
продовольствия иссякали. Охота помогала мало,
- Заедем, узнаем, что там и как, - решил Хаук и дернул поводья.
Ветви недовольно зашелестели, выпуская всадника на открытое пространство.
Стражник у ворот при виде вооруженных всадников дернулся, поднес что-то к губам, и
над лесом, заглушая шелест ветвей и журчание речной воды, прокатился звонкий голос
охотничьего рога. Вопреки ожиданиям, паники в его пении не было.
Во дворе замка поднялась суета, и к тому моменту, когда викинги достигли массивных
створок, вросших в землю под собственной тяжестью, их уже встречали.
И вовсе не стрелами и копьями.
Высокая статная женщина, с волосами цвета темной меди, которые блестящими
волнами падали ей на плечи, вышла навстречу гостям в сопровождении служанок. Только за
их спинами виднелись несколько воинов. Нескладные, бородатые, в шлемах не по размеру,
они держали копья и щиты так, что сразу становилось понятно: вчерашние крестьяне,
взявшие в руки оружие.
- О благородные рыцари! - произнесла женщина высоким мелодичным голосом, и
глаза ее просияли надеждой. - Вас послала сама Великая Богиня!
- Ну мы вообще-то не рыцари... - начал было Хаук, но его, похоже, никто не слушал.
- Сойдите с коней! - развела руки женщина. - И будьте моими гостями. Замок Эбраук
давно не видел чужаков в своих стенах.
Вблизи замок производил удручающее впечатление. Ворота, похоже, не закрывались
совсем, а мощные некогда стены были покрыты трещинами, глубокими, точно морщины
старика.
Не удержавшись, Вемунд разочарованно крякнул.
- Пока был жив мой муж, Эбраук содержался в порядке, - горько пожаловалась
хозяйка. - Но три года назад он погиб, и проклятие поразило наш замок. Лучшие воины
пытались с ним бороться, но погибли...
- А в чем заключается проклятие, прекрасная госпожа? - подозрительно
поинтересовался Арнвид.
- Мое имя - Эттарда. - Женщина церемонно поклонилась. Следуя примеру конунга,
викинги поклонились в ответ. - Не стоит о столь серьезных вещах говорить во дворе.
Пойдемте, вас накормят, я все расскажу, и только после этого вы решите, стоит вам
оставаться в моем замке на ночь или нет.
Расторопные конюхи увели лошадей, а путников, к удивлению Ивара, повели вовсе не
к центральной башне, где положено обитать хозяйке замка, а к одной из угловых, что
угрюмо нависала прямо над рекой.
Высокая дверь проглотила викингов, словно пасть ненасытного чудовища, и они
оказались в просторной круглой зале, где пахло дымом, а под ногами шелестел сушеный
тростник.
Прямоугольный стол, прикрытый белоснежной скатертью, был уставлен блюдами.
- Садитесь, прошу вас. - И Эттарда заняла место хозяйки во главе стола.
Ивар послушно сел, а нос уже дергался, ловя запах пряной подливы и ухи из речной
рыбы. Желудок издал голодное бульканье, а руки сами потянулись к ложке.
Некоторое время слышалось только равномерное чавканье. Хозяйка, прихлебывая из
золотого кубка, с едва заметной улыбкой наблюдала, как одна задругой пустеют тарелки, как
исчезает из объемистых кувшинов пиво.
Лишь когда гости насытились, Эттарда позволила себе заговорить:
- Всем ли довольны благородные рыцари?
- Вполне, - ответил Хаук, - но спешу напомнить, что мы вовсе не рыцари!
- Всякий мужчина, взявший в руки оружие, обязан быть рыцарем, - убежденно сказала
хозяйка. - Иначе он становится просто разбойником. Ведь вы не разбойники, правда?
Вемунд поперхнулся пивом, Нерейд выпучил глаза, недоумение отразилось на
простецком лице Кари, даже Арнвид, который за словом в сумку никогда не лез, не нашелся
что ответить. Только конунг невозмутимо, как ни в чем не бывало проговорил:
- Если бы мы были разбойниками, то мы бы уже разграбили замок, а вас, госпожа,
изнасиловали бы, а потом зарезали.
- О да, я знала, что вы не разбойники! - Эттарда улыбнулась, после чего ее красивое,
хоть и несколько тронутое временем лицо опять погрустнело. - Мой муж был доблестным
рыцарем, - проговорила она, и глаза ее затуманились воспоминаниями. - Он служил королю
Артуру. Но излишняя гордость вовлекла его в ссору с друидами, хозяевами священных рощ.
Сам Кинидр, один из могущественнейших филидов Британии, проклял его. Мой муж погиб,
утонув в реке. Тела его так и не нашли.
Эттарда на мгновение остановилась, глаза ее наполнились слезами. Но замешательство
длилось недолго. Когда хозяйка замка вновь заговорила, голос ее звучал ровно:
- А на следующую ночь проклятие пало на сам замок. Все, кто ночевали в центральной
его башне, погибли. Их задушили. Утром нашли двадцать трупов с посиневшими лицами и
высунутыми языками. Я, к счастью, была за п
...Закладка в соц.сетях
