Жанр: Фантастика
Отзвуки серебряного ветра
...рейсеру
это не составило бы большого труда. Но Аарн Эрелен не интересовал, у
них хватало своего вария и они появлялись там только во время своих Поисков.
Иногда кому-то из каторжников невероятно везло и его брали в орден, который
плевать хотел на законы остальных государств галактики. Аарн забирали
подошедшего им человека и уходили, не обращая внимания на попытки охраны
помешать. Впрочем, те не особо-то и пытались, прекрасно понимая, что легионеры
при желании легко уничтожат на Эрелене все живое.
- Ты гля, Фахи, - прогундосил толстый охранник с висящим над штанами волосатым
пузом, когда полиция затащила в грузовой портал тюремного корабля скованную по
рукам и ногам Мару. - Эт у нас шо, девка?
- Точно, девка... - удивленно подтвердил напарник, низкорослый, похожий на борца
паргианин. - Ни фига же! Эт чего ж она такого натворила, шо ей пожизненное дали?
- А хрен ее знает, - рассудительно ответил толстяк, почесывая задницу. - Но
красивая сучка. Во повеселимся после старта!
- А то! - довольно осклабился Фахи. - Ты ее тады в трюм не запирай, закрой в
нашей каптерке. Никуда не денется.
Действительно, событие было неординарным. Женщин на Эрелен почти не ссылали. А
если и ссылали, то это было замаскированным смертным приговором. Ничего
удивительного - сперва над узницей тешилась охрана, а потом ее бросали в трюм,
где добычу подхватывали три-четыре сотни сотни озлобленных, изголодавшихся по
женскому телу мужиков. Понятно, что долго несчастная не жила, да и умирала очень
нелегко. Никого ведь не интересовало, что творят друг с другом узники в трюме.
Трупы каждое укладывали перед входом, охранники крючьями вытаскивали их и
скармливали топке биопреобразователя. Скоро переработанная биомасса уже
поступала на кухню, где из нее готовили еду для заключенных.
Приняв приговоренную у полицейских, охранники от души полапали очень красивую,
миниатюрную черноволосую девушку. Она упрямо молчала, только в глазах горела
мрачная, жестокая ненависть. Ох, как же это напоминало Маре питомник! Учитель
сказал, что она должна вынести все, что с ней сделают и не сломаться. Что ж,
вынесет. И сломать ее не получится ни у кого. Наигравшись, охранники с
сожалением зашвырнули девушку в каптерку - до старта времени на забавы у них не
было, капитан корабля, в случае чего, способен доставить любому вертухаю немало
неприятностей. Экипаж охрану и так едва переносил, с радостью подставляя при
любой возможности. Они отвечали астронавтам злобной ненавистью.
Мара сидела на полу каптерки и ковырялась пронесенной во рту шпилькой в замке
оков. Очень не хотелось встречать насильников беспомощной. Она вовсе не
собиралась отдавать этим потным скотам свою девственность без боя. Они, идиоты,
как видно, не прочли сопроводительных документов, а то бы не рискнули оставлять
опасную преступницу наедине с собой. Очень жаль, что учитель запретил
использовать магию, но что делать? Запретил и явно где-то неподалеку за ней
наблюдает маг-соглядатай. Лучше не рисковать. Девушка только сомневалась, что
сумеет выдержать изнасилование и не сорваться.
"Злюка, марш в самую глубину, - холодно приказала Умница. - И не смей даже носа
казать!"
"Иди ты в задницу! - огрызнулась та. - Понимаю я. Тут не меня, тут Ведьму
контролировать надо".
"А чего меня контролировать? Я все понимаю и сама поставила блок, чтобы, не дай
Благие, не коснуться вероятности. Жить не меньше вашего хочу. Вот в трюме уже
придется драться всерьез. Ты готова, дорогая?"
"Всегда... - ласково пропела в ответ Убийца. - Вы мне их только покажите, а там
уже я справлюсь".
Все пятеро довольно гнусно захихикали, представляя, как оторвутся в трюме. Но
для начала придется перетерпеть изнасилование. Очень не хочется, но придется.
Впрочем, если отбить кому из охранников его причандалы, то может и отстанут,
сразу в трюм отправят. Только вряд ли, им редко попадают в руки красивые женщины
и ветухаи не упустят возможности насладиться ее унижением. За всеми этими
мыслями Мара и не заметила, что гул двигателей усилился и перегрузки стали для
нее неожиданностью. Девушка рухнула на металлический пол и только застонала от
боли в спине. Она едва могла дышать и думала, что этот кошмар никогда не
закончится. Но он закончился. На очень короткое время воцарилась невесомость и
капитан включил с главного пульта искуственную гравитацию. Тюремный корабль
начал свой полуторамесячный путь к каторжной планете Эрелен.
Долго ждать не пришлось. Дверь каптерки распахнулась и в дверях появился
приземистый охранник. Судя по акценту, паргианец. Он ухватил Мару за ногу и
вытащил в большую кают-компанию. Там уже собрались предвкушающие развлечение
вертухаи. Девушка, шипя от боли, сосчитала их и вздрогнула. Благие! Десятеро!
Как бы не все охранники, кроме дежурной смены, тут собрались. А чего, впрочем,
она ждала? Жаль не успела ноги хотя бы освободить... Мало бы этим сволочам не
показалось. Но они и сами оказались перед дилеммой. Узница ведь скована по рукам
и ногам, такого вертухаи давно не видели. С чего это так жестко обошлись с
какой-то девкой? Ее даже раздеть в таком положении невозможно. И охранники сдуру
сняли с Мары ножные оковы...
Казалось, по кают-компании пронесся вихрь. Уже несколько вертухаев выли по
углам, держась руками за отбитые напрочь причинные места. Остальные бестолково
мотались со стороны в сторону, орали, хватались за оружие, не понимая что
случилось и куда делась девка. Только паргианец не растерялся. Он выхватил
парализатор и провел по комнате широким лучом, не обращая внимания, что валит
своих же товарищей. Странно, но это помогло. Луч краем задел Мару и она рухнула
на пол. В сознании остались только трое ошеломленных до онемения вертухаев. Но
они быстро опомнились и если бы не паргианец, забили бы девушку насмерть. Но тот
оттащил брызгающих слюной от ненависти охранников от Мары и снова сковал ее.
Потом внимательно посмотрел на изящное существо и только покачал головой при
виде того, что оно натворило со скованными руками. После чего взял
сопроводительные документы и принялся читать.
- Я сейчас эту суку поганую... - стонал толстяк, которого девушка хорошенько
"приласкала" по самому нежному месту. - Она у меня спермой, падла,
захлебнется...
- Не советую, Депет, - фыркнул паргианец. - Мы с тобой два идиота. Нет, чтоб
сразу сопроводиловку поглядеть, накинулись на девку, думая, шо обычная.
- А шо не так?
- Статья 15/2 бис. На ней полторы тыщи трупов. Голыми руками людей на клочья
рвала, понял? Спасибо скажи, шо мы ей руки не расковали.
- Ни хрена себе! - отвисла челюсть у толстяка. - Не брешешь?
- Сам погляди, дубина, - проворчал паргианец. - Тебе мало? Смотри, допрыгаешься.
- А шо она сейчас сделать могёт? Скована! Щас распну и отымею.
- Как хочешь. Я тебя предупредил. Сам рисковать не стану, такие обид не
забывают.
Очнулась Мара распнутой на железном столе животом вниз. Ноги были растянуты в
стороны и их удерживали железные цепи, порвать которые не смогла бы и Убийца.
Поняв, что таки попалась, она выругалась сквозь зубы.
- Шо, сучка, допрыгалась? - раздался над ней насмешливый голос толстяка. - Щас
усе получишь.
- Ты будешь умирать очень медленно, - пообещала ему девушка.
Потом она замолчала. И молчала, несмотря на все, что творили с ней охранники.
Только едва сдержала рвоту от отвращения, когда на нее навалилось жирное, потное
тело и что-то чужеродное проникло внутрь нее. Но не шевельнулась. Скоро
вертухаям надоело изгаляться над не реагирующей ни на что девушкой. Ее били,
резали, жгли. Мара благодарила про себя Благих, что ни один из них не умел
пытать по-настоящему и терпела. Пару раз теряла сознание, но очнувшись, все
равно оставалась неподвижной и безмолвной.
- Да пошла она! - раздраженно огрел ее дубинкой толстяк. - Что за сука?! Все
одно, шо мертвую трахать! Тьфу, блин! Жаль, прирезать нельзя, капитан спросит,
гнида беловолосая. Давай-ка кинем ее в трюм к Хавальнику, там эту сучку быстро
научат родину любить. Ишь, крутая, блин!
- А расковывать? - с опаской спросил какой-то молодой охранник. - Забыл, шо она
утворила?
- Парализую, раскую и трюм кину. Обязательно погляжу, как ее тама хвандячить
станут! Хавальник на выдумку мастак, он с бабами такое на воле творил...
Поняв, что сейчас ее парализуют, Хитрюга загнала остальных на самое дно сознания
и приказала Убийце сразу же перехватывать контроль над телом, но не
сопротивляться до трюма. Там ждал настоящий бой и к нему нужно подготовиться.
Действительно, коротко прогудел парализатор и Хитрюга отключилась. Убийца
немного подождала и перехватила контроль, осторожно прозванивая каждый нерв
избитого, измученного тела. Жаль, что нельзя отплатить мучителям сразу, но она
подождет. Потом их смерть станет еще слаже, еще желаннее. Толстяк расковал
бесчувственную девушку, ухватил за ноги и потащил к трюму, в котором были
заперты самые страшные убийцы, маньяки, насильники. Голова Мары больно билась
обо все неровности металлического пола, но Убийца терпела. Пусть. Придет время и
они за все заплатят. За это тоже. Потом ее подняли и швырнули вниз. Она сильно
ударилась об пол, даже дыхание перехватило. Но главное сделано! Она уже в трюме!
Теперь можно приниматься за дело.
- Ловите подарочек, уголовнички! - радостно завопил толстяк, швырнув вниз наглую
девку. - Потрахайте сучку, сладкая!
Узники угрюмо смотрели на него из трюма. Стальная дверь медленно опустилась на
место, снова отсекая их от мира и жизни. Потом кое-кто поглядел кого им кинули.
Только тут до многих начало доходить, что на полу трюма лежит молодая женщина.
Лысая, как и все здесь, но молодая и красивая. Хоть и избитая почти до синевы.
Большинство зеков радостно загудели - предстояло интереснейшее развлечение. Они
жадно смотрели на бесчувственную девчонку и заранее предвкушали, что сделают с
ней. Внезапно она открыла глаза, каким-то легким, текучим движением встала на
ноги и злобно ухмыльнулась. Четверо паханов трюма, коронованные на тиумских
каторгах воры в законе из самых крутых здесь, пока молчали и к девушке
направился кто-то из шестерок.
- Ты гля, ляля! - восторженно заорал он и попытался ухватить Мару за грудь.
Она тут же сдвинулась в сторону, захлестнула ногой шею шестерки и сломала ее.
Потом бросила труп на пол и застыла, оскалившись. Паханы молча смотрели на
короткую и жестокую расправу. Только переглядывались. Слишком непонятно.
Хрупкая, совсем юная девочка легко ломает шею здоровому мужику? Что-то тут не
то. Да и спокойна она слишком. Глаза веселые, дерзкие, уверенные.
- Ну что, есть еще желающие сладенького? - ехидно спросила Убийца.
- Статья? - хрипло спросил один из паханов, высокий блатной со странной кликухой
Плюхатый.
- Пятнадцать дробь два бис! - насмешливо оскалилась девушка.
Уголовники ошеломленно замерли. Пятнадцать дробь два бис? Массовые убийства,
совершенные с особой жестокостью? Эта вот соплюха пошла на каторгу с такой
страшной статьей? Врать она бы не стала, очень легко проверить. Потом кто-то
вспомнил заполошные статьи про события на Веркале, одной из планет тиумского
союза. Там завелся серийный убийца, убивавший людей сотнями и уходивший от
полиции внаглую, оставляя за собой немало трупов служителей закона. Потом убийцу
все же поймали и на изумление всем им оказалась совсем юная девушка, мстившая за
разорение местными магнатами своей семьи. Кажется, воспитанница одного из
хатеванских боевых монастырей. Хатеванцев задевать решался мало кто, бойцы были
страшные и мстили тоже страшно. По их вере месть являлась самым святым делом в
мире.
Кто-то уже шепотом передавал слухи паханам. Мара стояла и ухмылялась. Она была
почти обнажена, только в короткой рваной рубашке. Но плевать на это хотела,
наоборот, содрала рубаху с трупа и принялась обтирать с себя сперму и слюни
охранников. Несмотря на слухи, многие из узников жадно смотрели на красивую,
почти голую бабу. Казалось, вот она, бери. Ан нет. Попробуй... Труп на полу
расхолаживал и большинство любителей клубнички не решились сдвинуться с места.
- Думаешь, крутая? - насмешливо спросил второй пахан, низкорослый, гнилозубый
Саркан, весьма авторитетный в Тиуме вор.
- Думаю, - спокойно ответила Мара. - Хочешь проверить?
- А то! - оскалился он. - Уделала вонючку и думаш ужо все? Ха! Давайте мужики,
бл...м место в борделе! Натыкайте суке в рот!
С места сорвалось сразу десятка два блатных. Мара радостно завопила - вот это
развлечение! И кинулась в драку. Она ломала руки, ноги, шеи, выдирала голыми
руками сердца и ребра, отрывала мужские причандалы. Скоро драться стало не с кем
и девушка разорвала шею кому-то из пытающихся отползти в сторону раненых,
принявшись жадно пить кровь. Когда она подняла залитое чужой кровью лицо, в
тюремном трюме царила мертвая тишина. Такого видеть не доводилось никому. За
каких-то две-три минуты хрупкая на вид девчушка порвала в клочья два десятка
здоровенных мужиков. Мало того, теперь хлебала кровищу как воду. Даже паханы
замерли. Девка в натуре была крутой. Очень крутой. Да, хатеванка, однозначно
хатеванка. После расправы в этом не сомневался уже никто.
- Ну что, мальчики, продолжим веселье? - зловещим шепотом спросила Мара. - Чтото
вы скучные какие-то... Мне после драчки вот тоже что-то сладенького
захотелось.
Она подскочила к крайним нарам, сдернула с них какого-то молодого зека и бросила
его на пол. Потом уселась ему на лицо.
- Давай, птичка, старайся! - рявкнула Мара. - Хорошо языком работай, падла, а то
медленно подыхать будешь!
Это уже вообще ни в какие ворота не лезло. Но девка действительно опустила
пацана на глазах у всех и дорога ему теперь была только в петухи. Потому зеки
молча смотрели, как Мара елозит по лицу хнычущего зека, и не мешали. Паханы о
чем-то негромко переговаривались. Они все больше сходились во мнении, что девку
надо по-тихому подрезать. Чокнутая. Слишком опасная. Отморозок чистой воды. Да и
все блатные законы похерила. Правильного пацана опустила ни с того, ни с сего.
Только Плюхатый сомневался. Ссориться с хатеванкой? Ну его...
- Кто-нибудь еще хочет эту девочку? - спросила Мара, подняв за шкирку плачущего
парня.
- Давай мне, - прогудел кто-то и она швырнула зека к обладателю густого баса,
коренастому, небритому мужику. - А ты таки крутая. Кликуха как?
- Мара. Знаешь, что оно такое?
- Слыхал. Классная погремуха. Давай к нам, девка. Тебя теперь никто не тронет.
- Да не, - ухмыльнулась девушка. - Я вон к тем.
Она показала на паханов и медленно направилась к ним со зловещей улыбочкой на
губах. Зеки тут же освободили проход для залитой кровью девушки, ни одному не
хотелось подохнуть так, как подохли напавшие на нее. Подойдя, Мара внимательно
посмотрела каждому из паханов в глаза. Без страха и ненависти на нее смотрел
только Плюхатый.
- Слезай, - плюнула она под ноги Саркану. - Кончилось твое время, гнида.
- Ты ох...ла, девка? - ошеломленно спросил вор.
- Я-то как раз нет, а вот ты, похоже, уже. Моя это теперь койка, понял?
- Нет, ну ты...
Больше он не успел сказать ничего, так как был уже мертв. Мара одним движением
свернула ему шею и отшвырнула еще дергающийся труп в проход.
- Он напустил на меня толпу, - объяснила она остальным. - Я его не трогала
первой. Не троньте меня, я не трону вас. А теперь валите. Здесь, под стенкой, с
этого момента живу только я. Ясно?
- Да, - встал Плюхатый, начав сматывать свое одеяло. - Только будь осторожна,
детка. Ты мне нравишься, люблю наглых. Далеко пойдешь, коли по дороге не
прирежут.
- Пусть попробуют! - весело рассмеялась Мара.
Остальные двое собрали свои вещи молча, поглядывая на девушку многообещающе. Она
прекрасно понимала, что они не простят ей потери власти и их таки придется
убирать. Но не сейчас, зеки уже достаточно напуганы. Девушка удобно устроилась
на нарах у стены, с насмешкой поглядывая на врагов - их необходимо
спровоцировать. Вокруг четырех нар осталось довольно обширное свободное
пространство, так паханы отделили свою территорию. Маре такое положение
нравилось. Жаль, конечно, что ее личностям придется спать по очереди, но иначе
нельзя. Надо дать Убийце отдохнуть, в ближайшие несколько часов нападать на нее
не решатся, это уже понятно.
С тех пор прошло пять суток. Несколько раз ночью к спящей Маре пытались
подкрасться с заточкой. Бодрствующая личность тут же будила Убийцу и передавала
той контроль над телом. После чего покушавшийся очень быстро и очень страшно
умирал. Мара понимала, что ненависть к ней не затихла. Однако многие уже приняли
сложившееся положение вещей. Пора было собирать команду. Судя по всему, тюремный
корабль скоро доплетется до области пространства, где его должны атаковать
истребители учителя, и нужно быть готовой. Все эти дни Мара тщательно изучала
обитателей трюма. Самым толковым являлся Плюхатый и она тоже нравилась бывшему
наемнику. Девушка не раз ловила на себе одобрительные взгляды бывшего пахана,
когда жестко гасила какой-нибудь конфликт между зеками. Довольно скоро те начали
выносить свои разногласия на ее суд, привыкнув, что у стаи теперь есть вожак. На
нее, конечно, продолжали посматривать с вожделением, но никто больше не решался
даже сказать скабрезного слова. Вожак! И этим все сказано. А она не спеша
подбирала и приближала к себе тех, кто чего-то стоил. Время жестокости прошло,
теперь нужно показать себя с другой стороны. Показать, что способна заботиться о
стае и вести ее за собой. Постепенно ее право вести начали признавать даже самые
сильные самцы, попросту перестав воспринимать ее как самку. Теперь она стала
своей среди своих. Тех, кто был умнее других, она подкармливала, отбирая часть
пайки у бесполезных и опустившихся.
Так, обед принесли. На уровне пола не спеша разъехались толстые, стальные жалюзи
и из открывшихся ворот выехала платформа с пайками зеков. Каждая пайка была
запакована в вакуумную оболочку, но была, по обыкновению, почти несъедобной.
Мара встала и не спеша пошла к платформе. Ей, как вожаку, положено брать еду
первой, выбирая себе, что нравилось. Хотя пайки ничем не отличались друг от
друга, привилегия оставалась привилегией. Она взяла первый попавшийся пакет,
сделав вид, что внимательно осматривает их.
- Плюхатый, пошли, базар есть, - почти неслышно сказала Мара, проходя мимо вора
со своей пайкой в руках. - Не пожалеешь.
Тот только криво ухмыльнулся, поднялся на ноги и не спеша побрел вслед за
девушкой, махнув кому-то из шестерок, чтобы принесли ему поесть. Подойдя к своим
бывшим нарам, остановился, исподлобья поглядывая на усевшуюся Мару. Она
похлопала рукой по одеялу напротив себя. Плюхатый приподнял левую бровь, но сел
на указанное место.
- Тебе очень охота на Эрелен? - спросила девушка.
- Ты знаешь такого урода, который туда хочет попасть? - фыркнул вор.
- Манакой болтать умеешь? - понизила голос Мара.
Манакой блатные обычно называли мономолекулярную нить, с помощью которой самые
надежные сейфы можно разрезали очень быстро, за какую-то минуту. Только вот
пользоваться манакой умел мало кто, уж очень опасная вещь. Махнешь неправильно,
гляди, а у тебя ноги-то и отвалились... Даже почувствовать ничего не успеешь.
Глаза Плюхатого сощурились, в них появилась заинтересованность.
- Справлюсь, - так же тихо ответил он. - Так интересуешься, али мысль какая
есть?
- Есть, - осклабилась Мара. - У меня с собой четыре манаки.
- Толку от них в космосе...
- Одни крутые люди сильно мне обязаны. Они обещали, что тюремный корабль собьют
над пригодной для жизни планетой. До прихода помощи у нас будет три-четыре дня,
чтобы уйти. Куда попадем, не знаю. Но даже сдохнуть сразу лучше, чем на Эрелен
лететь. Там точно никакой надежды не останется.
- И ты поверила, что кто-то из-за тебя станет корабль сбивать? - чуть не
расхохотался Плюхатый. - Ты хоть знаешь, сколько это стоит? Подставили тебя,
детка.
- Эти люди своего слова еще ни разу не нарушали, - холодно ответила Мара. - Ты
со мной, если собьют?
- Если собьют, то да, - криво усмехнулся вор. - А остальные двое?
Девушка сжала кулак и повернула его большим пальцем вниз.
- Почему?
- Ненадежны. Могут сорваться. Ты заметил, что я подкармливаю самых толковых и
быстрых ребят?
- Не дурак, - осклабился Плюхатый. - Только не вздумай кому дать, сразу просто в
бабу для них превратишься.
- Я тоже не дура, - фыркнула Мара. - К тому же, мне после охранников на мужиков
и смотреть тошно. Там один жирный есть... Он у меня на колу подохнет.
Она скрипнула зубами и скривилась. Плюхатый понимающе ухмыльнулся. Девка-то
совсем молодая, видно, чем-то даже дочку его внешне напоминает. Только не дай
Благие Фирке таким чудовищем стать, сам лучше удавит. Но ему все равно нравилась
наглость Мары. Ведь понимала, что несмотря на все ее боевые умения, могут массой
задавить. Пошла на риск и выиграла. И снова готова рисковать. Если бы она была
просто сумасшедшей убийцей, опытный вор не стал бы даже слушать ее измышлений.
Но за последние дни Плюхатый убедился, что Мара умело управляет людьми,
постепенно приближая к себе тех, кто чего-то стоит. Остальных жестко держит в
кулаке и не дает даже шевельнуться. Да, безжалостна. Да, убивает очень легко и
за малейшую провинность. А разве с этими уродами можно иначе? Слов ведь они не
понимают. Зато когда напуганы, способны хоть на что-то. Толковых же Мара
обихаживала неглупо, он и сам приблизил бы именно этих людей. Особенно вон те
трое, Мурзак, Харбиль и Вертлявый. Да и Рекс с Донником не хуже. Все пятеро дома
были буграми, водили крупные бригады и попали под облаву чисто случайно, во
время общепланетных разборок. Взяли их с оружием в руках, в окружении пары
десятков трупов, потому каста судей не стала даже разбираться, впаяв всем
пятерым пожизненную каторгу. А это Эрелен. До появления Мары бывшие бугры сидели
тихо, понимая, что в блатном мире почти чужие и могут легко нарваться. Девчонка
сразу заметила эту пятерку и начала не спеша приручать опытных волков. Плюхатый
наблюдал за приручением недоверчивых хищников с немалым удовольствием. Кроме
него мало кто понимал, что вообще происходит и с чего это ставшая вожаком девка
не дает никому покоя, для чего постоянно что-то придумывает, разбивает зеков на
команды, одних подкармливает, отбирая еду у других. И по какому критерию
разделяет первых и вторых. Теперь Плюхатый понимал. Побег. С тюремного корабля.
Совершенно невозможное предприятие, и для него нужны необычные люди. И лишних
быть не должно, тут она полностью права. Но поверить, что кто-то станет сбивать
ради нее тюремный корабль? Не может того быть. Слишком это, сигнал бедствия
корабль подаст в любом случае, и вскоре на месте катастрофы появятся двархкрейсера
ордена. А эти пиратов не жалели и выслеживали их на редкость быстро.
Что-то здесь не то. Но девка слишком уверена в себе, значит отказываться сразу
не стоит, а то мало ли. Ни один шанс избавиться от копей Эрелена упускать
нельзя.
- Я с тобой, - кивнул вор. - Пока. До прибытия на каторгу.
- Хорошо, - кивнула Мара. - Возьми.
Она ногтями вспорола себе кожу на бедре и вытащила из раны упакованную в пластик
мономолекулярную струну с держателем. Осталось еще три. Сейчас девушка сильно
рисковала, если она ошиблась в Плюхатом, то он взмахнет манакой, и даже Убийца
не успеет уклониться. Но вор молча взял окровавленную струну и спрятал в своей
одежде, даже не пытаясь освободить ее от пластиковой оболочки. Не ошиблась.
- Я подберу еще людей, - негромко сказал Плюхатый, убедившись, что хоть в одном
девка не солгала. - Остальных придется бросить. Хавальника с Бурханом надо
убирать, ты права. Они не простят. Особенно Хавальник, для него девка - вообще
не человек, он из святой иерархии родом.
- Этой ночью, - безразлично ответила девушка.
Действительно, утром следующего дня бывших паханов обнаружили мертвыми, кто-то
незаметно ткнул спящим в горло заточкой. Немного пошумев, зеки оттащили трупы к
утилизатору и успокоились. Мара переглянулась с Плюхатым и почти незаметно
ухмыльнулась. Ей даже не пришлось убивать самой, она просто намекнула Рексу с
Донником, что ей мешают Хавальник с Бурханом. Ночью тех не стало. Все проделали
так тихо, что даже дежурившая Убийца сумела услышать мало что. Что-то
прошелестело, кто-то почти неслышно прошлепал босыми ногами по проходу, два
коротких хрипа, и все закончилось. Она подошла к ожидающей пятерке и
одобрительно кивнула. Потом коротко рассказала о плане побега, и на губах Рекса
появилась хищная, многообещающая ухмылка. Передав ему и Харбилю две манаки, одну
оставила себе. Теперь оставалось только ждать.
Прошло еще два дня, прежде чем обещанное учителем случилось. Посреди ночи зеков
разбудил рев корабельной сирены. Тюремный корабль дрожал, как в лихорадке, его
то и дело встряхивало, сирена продолжала надрываться.
- Внимание всем! - загремел из динамиков под потолком искаженный голос
капитана. - Всем лечь на койки, корабль идет на посадку! При попытке
сопротивления в трюмы будет впущен отравляющий газ!
Мара, уже не скрываясь, торжествующе оскалилась и повернулась к вставшему с
койки Плюхатому. Потом повернулась и нашла взглядом Рекса с Харбилем. Те тоже
стояли наготове. Но предпринимать что-нибудь можно только после посадки, и
девушка легла сама, взглядом приказав своим людям поступить так же. И оказалась
права, навалившиеся неожиданно перегрузки заставили оставшихся на ногах
попадать, где стояли. На сей раз перегрузки длились раза в три дольше, чем
обычно. Двигатели надрывно выли, корабль швыряло со стороны в сторону, пилот
едва удерживал его на курсе. Грохнуло, и большинство зеков слетело с нар, пол
стал наискось. Плюхатый сразу соскочил с нар и кинулся к Маре.
- Сели, давай! - на ходу бросил он и метнулся к выходу. - Им не до нас, опора
при посадке сломалась, теперь кораблю без ремонта не взлететь!
- Рекс, Донник! - крикнула Мара, побежав за ним. - Давай! Впереди свобода!
На ходу размотав манаку, девушка резко встряхнула ее и струна мгновенно
освободилась от пластиковой оболочки, превратившись в опасное
...Поділитися у соцмережах
