Жанр: Фантастика
Утомленная фея 1-4.
.... - Точно, как я забыл! В Ферганской долине есть
прекрасные месторождения этого камня. Хорошо было бы посетить их самому, но,
сомнительно, что представится подходящий случай. Ладно, можно приобрести и на
рынке, в порядке исключения. Сима эту идею одобрила. - Хорошо, ты подбери
камень, а я поторгуюсь. - Пока Геннадий подбирал материал, она заговаривала зубы
продавцу. Возможно, даже успешно, впрочем, цена все равно оказалась довольно
приличной. - Сима, у тебя еще остались деньги? Я, как ты и советовала, взял с
собой немного. - Хм, и у меня почти ничего не осталось. - Они быстро сложили
оставшиеся капиталы. Не хватало почти половины. - Делать нечего, - с сожалением
произнес Геннадий. - Не домой же бежать. Возьмем на ту сумму, что имеется в
наличии. - Он уже начал заново сортировать камень, но Сима его остановила. -
Подожди, есть один вариантик, дай мне несколько минут.
Она кивнула торговцу и нырнула в толпу. Геннадий, чертыхаясь, поспешил за ней,
насколько сумки позволяли. Идти, впрочем, пришлось недалеко, всего метров
пятнадцать. Там, за низким столиком расположился наперсточник, ловко двигающий
горошину металлическими стаканчиками. На местном наречии он бормотал прибаутки,
вряд ли сильно отличающиеся от тех, что используют его коллеги по всему свету.
Сима уверено направлялась ему прямо в лапы. - Ну, авантюристка, сейчас и
оставшиеся деньги просадит. Ведь это чистейший лохотрон. Горошина может
отсутствовать под всеми стаканчиками. Впрочем, с ее талантами.... Посмотрим. -
Геннадий подошел поближе и начал выискивать в толпе партнеров наперсточника. В
одиночку-то они не работают. А Сима тем временем уже делала первую ставку. И
проиграла ее, естественно. Лохотронщик заулыбался и предложил попробовать еще,
дабы отыграться. Сима удвоила ставку. Сама подняла стаканчик, горошина была под
ним. - Что-то тут не так, - подумал Геннадий, внимательно наблюдая за выражением
лица наперсточника, когда последний отсчитывал купюры. Будто приведение
увидел. - Ага, вот и его соратники. Подтянулись поближе, чтобы легче было
вмешаться. - Сима опять подняла ставку, предлагая сыграть на все свои деньги. -
Парень занервничал, на его физиономии отразилось глубокое сомнение. - И в чем
проблема? Сомневаешься в ловкости своих рук? Тогда иди арбузы выращивать или
барашков пасти, - ехидно поинтересовалась девушка. - Кандидат в овцеводы бросил
взгляд на свое прикрытие. - Хоп, но поднимать стаканчик буду сам. - Сима
пригвоздила его презрительным взглядом. - Ладно, но деньги на бочку. Я начинаю
сомневаться в твоей кредитоспособности. - Деньги были положены на столик, а
наперсточник долго перебрасывал горошину между стаканчиками. - Этот, - Сима
коснулась дна левого. - Есть, я выиграла! А тебе еще тренироваться и
тренироваться. - Сгребла деньги. - Пойдем Геннадий, продавец ждет.
Но сразу уйти не удалось. Лохотронщик впал в невменяемое состояние и начал
орать, чуть не брызгая слюной. Геннадий опустил сумки на землю и приготовился к
драке. - И это называется знаменитая восточная невозмутимость? - с иронией
спросила Сима. - Не умеешь играть, не берись! А взялся, так не ори, умей
проигрывать. - Красный от гнева игрок сунул руку в карман, надо думать не за
семечками. - Один из партнеров схватил его за руку и начал что-то быстро
объяснять, кивая на Симу. Тот замер, бросил на девушку испуганный взгляд, сунул
орудия труда в карман, быстро сложил столик и, взяв его подмышку, удалился
вместе с соратниками.
- Ну вот, инцидент исчерпан, а у нас появились деньги на твою бирюзу.
- Выпороть бы тебя, - в сердцах бросил Геннадий. - Кстати, почему они ушли? Я
был уверен, что без драки не обойдется.
- Один меня узнал. Не сразу, но узнал. Видно был тогда у нашего дома с толпой.
Вот и прикинул, что проигранная сумма не стоит головы. Видишь, мы заработали
определенный авторитет в этих краях. Мелочь, а приятно.
- А вот мне - нет! Я этого дешевого "авторитета" не искал!
- Хм, я тоже не искала. Это просто сопутствующий элемент нашего имиджа. Что тут
можно поделать?
- Ладно, замяли. Кстати, как тебе удалось выиграть? Тоже ловкость рук?
- Именно! Смотри! - Сима показала ладонь. На ней лежали три горошины. - Вот,
остались в резерве. Сушеного гороха на рынке хватает. Видишь лоток? Я
позаимствовала с него щепотку. Сейчас подойдем и расплатимся. - Подойдя к лотку,
она набрала целую пригоршню гороха и расплатилась втройне.
- А куда ты его денешь? Может, еще сыграть хочешь?
- Нет, кину его горляшкам, пусть поклюют за наше здоровье. Пошли, ювелир нас
заждался.
На следующий день Сима доложила, что проскрипционные списки готовы. Геннадий
четыре часа провел за компьютером, изучая эти материалы и требуя комментариев по
отдельным пунктам. - Мда, когда ты только успела? Выглядит солидно, это даже не
списки, а досье. По каждому человеку целое обвинительное заключение. Вопрос, а
что мы с этим будем делать? Если хочешь знать мое мнение, то следует запросить
санкцию руководства.
- Ты уже и раньше это говорил. Разумеется, мы поставим начальство в известность,
но стоит ли ждать получения инструкций? Машина проворачивается медленно, а время
уходит. С другой стороны, у военных тут практически неограниченные полномочия....
- Ты намекаешь, что надо поговорить с комендантом города и предложить ему твой
план? - Геннадий задумался. - Можно попробовать, но не думаю, что он очень
обрадуется.
- Лучше с командиром десантников. Этот полк - единственная, реальная боевая сила
в Ферганской долине. А в городах только военные комендатуры. Их возможности
невелики. Свяжись с ним и договорись о рандеву. Я попробую убедить его в
целесообразности жестких действий.
- Хм, хорошо, попробуй. Только сложновато это будет.
- Посмотрим! Ты знаешь, что этот самый полк сюда перебросили прямо из
Казахстана? Там, по нежеланию обострять национальный вопрос, миндальничали с
чисткой. И что? До сих пор расхлебывать приходится. Только хуже сделали. Если уж
резать, так сразу, а не отхватывать по кусочку из "гуманных" соображений. Не так
больно будет.
Аудиенция состоялась уже вечером этого дня. Полковник Ерохин выслушал их очень
внимательно. Задал несколько непростых вопросов. - Вы думаете, что я спорить
буду? Зря! Этого "гуманизма" еще в Чечне досыта наелся. Всех этих
"правозащитников". Вы, капитан, в таких ситуациях не бывали и питаете розовые
иллюзии. Вот, твой лейтенант, хоть и зеленая еще совсем, а ситуацию понимает
правильно. Надо решить проблему так, чтобы в будущем не пришлось мучиться с
подчисткой хвостов. Кардинально!
- По смыслу акции у меня возражений нет, - сообщил Геннадий. - Только вот
методы. Не перегнем ли мы палку? Коран, насколько мне известно, прямо запрещает
убийство детей и женщин. Представляете, какие возможности для пропаганды
откроются у наших противников? Так и до джихада недалеко.
- Коран - религия прагматичная, - возразила Сима. - Это не удивительно, Пророкто
сам из бывших торговцев. Зачем убивать детей и женщин, когда их можно
распрекрасно продать? Мы не мусульмане и от нас все равно ждут страшных
злодейств. Одним больше, одним меньше....
- Согласен, - заявил полковник. - Было бы желание, а повод для бунта всегда
найдется. Надо, чтобы тех, у кого это желание может возникнуть, просто не
осталось. Кстати, почему в твоих списках не все местные попы?
- Я включила только ваххабитов, остальные вполне вменяемые. С ними можно вести
дела.
- Добро, я принимаю этот план. Через неделю должно состоятся совещание
комендантов городов и районов. Следует предупредить их о возможных осложнениях,
не раскрывая некоторых деталей. Утечка информации нам не нужна. А мы пока должны
проработать все в деталях. И нечего вам сидеть в том доме, сюда перебирайтесь, в
расположение. Я, конечно, понимаю, что там уютнее: сад, прохлада, фрукты. Но
дело - есть дело, тут не до комфорта. Не волнуйтесь, охрану я там оставлю.
Ничего с вашим стариком не случится.
Житие в полу развалившихся, доведенных до ручки казармах, в самом деле, было еще
то. Особенно донимала жара. Сима, на правах женщины, выгородила себе угол
занавеской, а Геннадию и этого не досталось. Впрочем, в казарме-то приходилось
находиться не так уж и много времени. С раннего утра и до позднего вечера они
торчали в штабе полка, прорабатывая детали операции. Начштаба сначала
скептически отнесся к участию Симы в этих бдениях, но потом переменил свое
мнение, начав посматривать в ее сторону с уважением. Даже приватно
поинтересовался у Геннадия, не имеет ли его подчиненная специального военного
образования. А когда тот заявил, что они имеют дело с талантливым самородком,
позволил себе усомниться. - Талант - талантом, - заявил этот служака, - а такого
рода планирование - вещь специфическая. Некоторые вещи надо просто знать. Она
знает. Спрашивается, откуда, если не имеет соответствующей подготовки и опыта? -
Не знаю, - честно ответил Геннадий. - Эта девочка, вообще, вещь в себе. Объем ее
знаний трудно оценить, многие удивляются. В досье все чисто: школа, университет,
наши курсы. Ничего особенного. Память у нее, правда, феноменальная и голова
работает. Утверждает, что самообразованием много занималась. Может, и по этой
части нужные труды штудировала.
Когда наступило время "Ч" в городе и окрестностях был объявлен комендантский
час, точнее, день. Жителей предупредили накануне, чтобы сидели по домам.
Специальные патрули жестко пресекали всякое передвижение. Начавшаяся охота на
"элиту" живо напомнила Геннадию те дни, когда нечто подобное имело место быть в
Татарии. С оттенком дежавю. Только там он ездил по адресам в составе боевой
группы, а тут больше занимался координацией. Впрочем, пару раз выдалось съездить
и самому. Личный состав зашивался, вот и пришлось. Запланированный "объект"
проживал в Маргилане. Один из тех, кто после перестройки сумел наложить лапу на
бывшую общенародную собственность. В данном случае, на местную шелкомотальную
фабрику и мастерские по производству шелковых тканей. Дом, а точнее мини-дворец
в арабском стиле, находился на окраине. Входившая в состав группы БМД, с ходу
вынесла ворота и влетела во двор. Следом ринулись десантники. Охрана, человек
пять, от неожиданности открыла огонь не сразу. А когда открыла, то долго не
продержалась. Десантники рассыпались по дому и начали тычками и пинками, за
отсутствием прикладов, выгонять во двор его обитателей. Таковых набралось
человек тридцать: хозяин, жены, дети, родня, обслуга. Охрана не в счет, они уже
покойники. Геннадий сверился со списком. - Так, там всего пятнадцать человек.
Фотография хозяина имеется в деле, вон он стоит. А остальных придется
сортировать. - Где ваши документы? - Дело несколько затянулось. Не у всех на
руках оказались бумаги, их пришлось разыскивать по дому, а пятеро заявили, что
их документы остались дома. Названных ими имен в списке не было. - Итог,
тринадцать в наличии, двоих нет. - Не нервничай, капитан, сейчас мы их
расколем, - вмешался сержант. - Ты, - обратился он к брату хозяина, - как зовут
этих людей? - Он указал на беспаспортную группу, стоящую отдельно. - Тот стоял
молча, злобно поглядывая на десантника. - Не знаешь? Ладно, спросим у других. -
Короткая очередь отбросила упрямца к ограде. - Теперь ты, - выбрал сержант
следующую жертву, - тоже не знаешь? - Этот запираться не стал, а упал на колени
и начал быстро называть имена и фамилии. К группе смертников присоединилось еще
трое. Двое из этого списка, а еще один из общего. Гость, наверное. Удачно, потом
искать не придется. - Остальных за ворота, в шею, - распорядился Геннадий.
Оглядел оставшихся. Совсем молодая девчушка, лет двенадцати, которую он сначала
принял за дочь, оказалась женой. - Черт, она-то тут причем? Может, просто
родители продали. Дети есть? Не понимаешь? Болалар есть? - Девушка отрицательно
замотала головой и принялась что-то объяснять.
- Понятно, не сподобилась еще. Оно и к лучшему. Эту... тоже за ворота!
Сержант неодобрительно покачал головой. - Откуда известно, что родня примет ее с
распростертыми объятиями? Порядки тут строгие. Как бы мы потом эту дамочку с
поясом шахидки не увидели.
- Здесь я командую! Сказано - за ворота! Перед начальством сам отвечу. Остальных
к стенке.
Автоматы выбили похоронную дробь. Десантники принялись упаковывать трупы в мешки
и грузить их в грузовик. - Охрану оставлять будем? - деловито поинтересовался
сержант. Тут барахла на миллионы. Разграбят ведь.
- Пусть грабят, так и задумано. Меньше потом выступать будут, коль у самих
рыльце в пушку. Если везде будем охрану выставлять, то просто людей не хватит.
Поехали, у нас еще две точки.
Уложились в два дня. Далее выжидали, ожидая реакции. - Вот видишь, а ты
боялся, - заявила Сима через неделю, перебирая донесения с мест. - Две трети
потенциальных клиентов поняли наш намек правильно. Взяли семьи и рванули к
афганской границе, там целое столпотворение получилось. Я, признаться, на нечто
подобное и надеялась. Позднее, перекроем границу понадежнее, как было во времена
Союза, и все дела. Пусть о них у братьев-мусульман голова болит. Старое правило:
лучше расстрелять одного для острастки, чем угрожать всем. Это только зря
раздражает людей. А еще хуже - пугать, но не действовать. Как это делал
Горбачев, например. Порождает ощущение безнаказанности.
- Все-то ты предвидела, - раздраженный ее неумеренным оптимизмом заметил
Геннадий. Ты почитай, почитай донесения-то. Видишь, что Коканде, Намангане и
Андижане твориться? Погромы, резня, на улицах толпы. Нашим гарнизонам пришлось
покинуть города и окопаться в окрестностях, там же укрылись и русские беженцы.
- Подумаешь! Пусть побесятся. Зато в кишлаках более-менее спокойно. Уборка
урожая идет, не до восстаний. Дороги мы контролируем. И элеваторы, благо, что
защищать их удобно. Запасов продовольствия в городах нет, долго бузить не
получится. Узбеки - народ отходчивый - земледельцы. Запал пройдет, начнут чесать
репу, что, мол, наворотили. А всех организаторов и наиболее деятельных
участников - с чувством, толком и расстановкой возьмем на карандаш. Потом, ясное
дело, прихлопнем.
- Часть в горы уйти успеет, намучимся их оттуда выковыривать, - возразил
Геннадий.
- И что с того? Тут главное - хорошо защитить себя, особенно маршруты
транспортировки грузов. Тогда, волей-неволей, им придется грабить своих. Эти
"свои" нам их потом и сдадут, со всеми потрохами.
Следующая неделя оказалась самой напряженной. Сима торчала в штабе на
координации, а Геннадий мотался по долине, затыкая самые крупные дыры. Ситуация
была довольно напряженной. Толпы городских мародеров пытались грабить окрестные
кишлаки, специальные заставы рассеивали их пулеметным огнем. За элеваторы
разгорелись целые сражения, были потери, но удержать их удалось. Выждав время,
командование предложило инсургентам сложить оружие и разойтись по домам. Обещало
наладить поставки продовольствия в города и восстановить нормальную жизнь.
Большая часть "бунтарей" исчезла с улиц. А разбираться с "непримиримыми"
десантники умели. Часть уничтожили, оставшиеся рассеялись. Гарнизоны и
комендатуры вернулись в города и начали чистку, даже более объемную, чем в
Фергане. Списки, с учетом прошедших событий, оказались длиннее.
Геннадий вернулся в полк уставший, злой, весь в пыли, в форме пропитанной потом.
Сима его появлению явно обрадовалась. - Как, ты? Устал?
- Устал, это еще слабо сказано. Ситуация, вроде, постепенно стабилизируется.
Основная зачистка подходит к концу, некоторым, правда, удалось скрыться. Но их
не так много. Народ смотрит на нас без особого обожания, но, в общем-то,
довольно спокойно. Ожидал худшего. Это здесь, в долине. А как обстоят дела в
республике, в целом?
Сима неопределенно пожала плечами. - По разному. У нас тут побывали
представители некоторых "оккупационных" частей. По обмену, так сказать,
передовым опытом. Там, где командиры были порешительней - особых проблем нет. В
конце концов - Ферганский регион был самый сложный. Вот только в Ташкенте
возникли довольно неприятные осложнения. Тамошний комендант, видимо страдающий
пережитками интернационализма в сознании, решил поиграть в дружбу народов и
народную демократию. Нашел где, умник. В столице! В самом рассаднике махровой
субпассионарной элиты. Доигрался, разумеется. Пока догадались сменить, каша
заварилась. Теперь другие расхлебывают, город порядком пострадал. У нас, кстати,
обошлось еще без лишней крови и серьезных разрушений. Впрочем, может оно и к
лучшему. Чем круче заваруха, тем более глубокую чистку можно провести, под
шумок. Вот, такие дела.
Геннадий вздохнул. - Понятно, могло быть и хуже. Честно говоря, я думал, что
последствия твоих "экспериментов" выльются в полный хаос. Рад, что ошибся.
- А уж как я рада.... Да, начальству ты уже доложился? Тогда, с учетом обстановки,
мы можем устроить себе небольшой выходной день. Точнее, вечер. Поехали домой,
отмоешься, переоденешься, приготовим что-нибудь вкусненькое.
- А охрана там еще осталась? - поинтересовался Геннадий с задним прицелом.
- Осталась, но людей не хватает, поэтому, сторожат поодиночке. Меняются раз в
сутки.
Геннадий долго плескался в душе, отскребая застарелую грязь, переоделся в
чистое, хорошенько побрился. Когда он, наконец, выбрался на двор, стол уже был
накрыт.
- Садись, обсохни, а я пока тоже сполоснусь.
Солнце зашло, а они все сидели за столом, прихлебывали хозяйское вино и говорили
о разном. Вот Григорий Григорьевич извинился и отправился спать. Остался только
десантник, который занял удобную позицию, позволяющую держать под присмотром и
ворота и выход в сад.
- Пойдем в дом? - предложила Сима. - Посуду я утром уберу.
Они зашли в дом. В коридоре Сима обернулась к нему и обняла. - Знаешь, - шепнула
она тихо, - у нашего любвеобильного многоженца в спальне стоит прекрасная
кровать, в половину футбольного поля. Надо бы ее опробовать.
- Надо, - согласился Геннадий и подхватил Симу на руки. - Я тебя туда отнесу.
- Идет, - сообщила Сима и игриво куснула его за мочку уха....
Проснулся он от поцелуя и сразу открыл глаза. - Сима, это ты? - Девушка
немедленно уселась на него верхом и суровым голосом начала. - Нет, я инспектор
Службы Социальной Профилактики. Застукала тебя на месте должностного
преступления. Что можешь сказать в свое оправдание?
- Я тебя люблю! - Геннадий притянул ее к себе для поцелуя. На поцелуй девушка
ответила, а потом отстранилась.
- Веский аргумент. Вставай, нарушитель морального кодекса, труба зовет. Через
пятнадцать минут должна состоятся смена караула и сюда явятся с докладом. Я
удаляюсь, во избежание.... - Сима соскочила с постели и принялась быстро
одеваться. - Все, меня нет! - И выскользнула в дверь.
Геннадий поднялся с трудом, даже шатнуло. - Ну, еще бы. Ночью-то, считай, глаз
не сомкнули. Такого у меня не было, пожалуй, с момента первого опыта на этой
стезе. Да и тогда.... - Геннадий оделся, побрился, что позволило принять рапорт
караульного при относительном параде. Спустился во двор, где уже был приготовлен
легкий завтрак. Сима сидела за столом свеженькая, будто только с курорта.
Геннадий вежливо пожелал ей и хозяину доброго утра и тоже сел за стол. Когда с
едой было покончено, а хозяин отправился по делам, Геннадий поинтересовался у
Симы, которая принялась убирать со стола. - От меня этой ночью осталась одна
тень, а вот ты, как я смотрю, совершенно не устала? - Н-у-у, я, чтобы ты знал,
очень выносливая. Так что, на легкую жизнь не рассчитывай! Придется
поднапрячься, если хочешь соответствовать!
- Понял, постараюсь. Что у нас сегодня в планах?
- В каких именно планах? - ехидным голосом спросила Сима. - В служебных или...?
- В служебных!
- Ничего особенного. Скучная подборка хвостов после первого этапа операции.
Геннадий насторожился. - А у тебя, случайно, план второго этапа уже не готов? И
что это, собственно говоря, за этап?
- Не волнуйся, ничего брутального. Мирную жизнь населения налаживать надо? Надо!
Интересы России в регионе соблюсти надо? Надо! Вопрос в том, как это совместить,
чтобы опять глотки резать не начали?
- Ну, и как ты собираешь сделать, чтобы и волки были сыты и овцы целы?
- Варианты есть. Первым делом надо восстановить систему апартеида, которая была
тут при Союзе....
- Стоп! Ты ничего не путаешь? Какой еще апартеид... в СССР?
Во взгляде Симы читалось осуждение. - Геннадий, мужик ты умный, книжки разные
читал, в отличие от большинства в нашем поколении, военной историей увлекался,
но в некоторых делах, прости, дуб дубом. Нельзя быть таким серым, не то время.
- Я увлекался историей оружия и военной техники. Так что ты там про апартеид?
- Апартеид, в смысле, раздельное существование двух разных этносов на одной
территории. Такое сожительство всегда чревато проблемами и надо сделать так,
чтобы экономические интересы общин не пересекались. Да и сами они поменьше
мозолили глаза друг другу. Меньше будет поводов для конфликтов. При Союзе так и
было. Узбеки работали в сельском хозяйстве, пищевой промышленности, на ткацких
мануфактурах. То есть, в тех отраслях, к которым испытывали склонность. А
русские, соответственно, в машиностроении, на транспорте и так далее. Все
конфликты, которые возникали, происходили больше в сфере управления, которая
была единой. Межэлитная грызня, по сути дела, вызванная "политикой национальных
кадров". В этот раз подобных коллизий следует избегать. Смешанная управленческая
элита нам не нужна, она вырождается в рекордные сроки. В узбекских предприятиях
и организация должны командовать узбеки, а в русских - русские. Тоже самое и в
науке. Если это отраслевой НИИ, допустим, хлопководства, то начальник узбек. А
если авиастроения..., сам понимаешь. И в образовании, в Союзе апартеид
заканчивался на уровне средней школы, надо распространить его на высшую.
- Мда, рациональное зерно есть. А как с высшим руководством?
- Ну, статуса союзной республики Узбекистан, в этот раз, не получит, только
губернский. Плюс, культурная автономия. А уж кого Верховный губернатором
назначит....
- А армия, милиция, прокуратура?
- Что касается армии, то имеется прекрасный опыт советского стройбата. В местах
компактного проживания русских, а только таковые и должны быть, и милиция должна
быть соответствующая. А уж прокуратуру точно надо оставить за собой. Отношение к
власти тут специфическое. Традиционная система управления построена на клановых
связях, взятках и презрении к нижестоящим. Вот, пусть перед своими щеки и
надувают, раз так больше нравится. Мы ведь не обязаны силой тащить местное
народонаселение в светлое будущее? Пусть живут, как привыкли. Необходимо только
давать окорот особо зарвавшимся туземным начальникам, а то они своих же
соотечественников до ручки доведут, и обеспечивать свои интересы. Задачка
сложная, в разложении советской элиты инспекционные поездки в эти края сыграли
далеко не последнюю роль. Эта зараза прилипчивая. Важно помнить, что колонию мы
тут устраивать не собираемся и грабить никого не собираемся тоже.
Взаимовыгодное, так сказать, сотрудничество. Не особо мозоля, друг другу глаза.
Меньше контактов - меньше конфликтов.
- Боюсь, что новая национальная элита, которая подрастет на месте той, которую
мы только что грохнули, будет иметь на этот счет иное мнение. Они по твоему
сценарию тут феодализм устроят, в своих бандустанах.
- На то и существует прокуратура. Расстреливать надо почаще... особо продвинутых.
Элиту, вообще, полезно держать в ежовых рукавицах. И не только здесь, а везде....
- Понятно. Ты как? Очередной план составлять будешь, или сходу в галоп?
Сима довольно улыбнулась. Тут и без меня обойдутся. Ты читал выступление
Верховного на научно-практической конференции в Петрограде? На тему нашей новой
национальной политики? Сами материалы этой конференции?
- Ну, на телевидении был небольшой сюжет....
- Ну, я и говорю, что ты дуб! Нашел источник информации - телевидение. Хоть его
вычистили до предела, но журналамеры... журналамерами и остались. Что можно узнать
из полуминутного сюжета? А речь, на этой самой конференции, шла как раз о тех
вещах, которые мы с тобой сейчас обсуждаем. Верховный, как я поняла из его
выступления, видит ситуацию совершенно правильно.
- Приятно слышать! И насколько "правильно"? Значит ли это, что под трибунал нас
не отдадут, за все эти "эксперименты"?
- Не боись, не отдадут! По сути, мы действовали в русле официальной доктрины,
ну, с небольшими купюрами, но из лучших, заметь, побуждений.
- С "купюрами", говоришь? Этого я и боялся! Лучше бы не в "русле", а в "рамках".
Как бы эти "купюры" на высшую меру не потянули!
- Но результаты-то говорят сами за себя! Чем нас в расход пускать, лучше
воспользоваться полученным положительным опытом и, соответственно,
подкорректировать политику. Таким образом, мы скорее получим по ордену, чем ВМН.
Шансы - четыре к одному.
- Успокоила, называется, - проворчал Геннадий. - Ладно, отправляемся на службу.
Подчищать, как ты выразилась, хвосты.
Подчистка хвостов оказалась делом рутинным и малоинтересным. Впрочем, бывали и
светлые моменты. Командование решило провести рейд по местам, где,
предположительно, могли укрыться сбежавшие подрывные элементы. В качестве
превентивной меры, пока, дескать, не обустроились.
- Вполне разумный ход, - заявила Сима, когда Геннадий предложил ей
присоединиться к данной экспедиции. - Но мы-то тут причем? У нас и других дел
хватает.
- Понимаешь, в числе прочего, предполагается обшарить несколько пещер в горах, в
том числе и в районе Оша. В третьем батальоне есть один парень, так он на
гражданке увлекался спелеологией. Составил список наиболее удобных "точек".
Облетим на вертолете, пока они эти пещеры в крепости не превратили.
- Любопытно, в пещерах я пока не бывала. Согласна!
- Ты так и не поняла, - сожалением отметил Геннадий. - Мраморный оникс!
- Ага, мраморный оникс. Горная порода натечного происхождения, состоящая из
кальцита и арагонита. В пещерах южной Ферганы встречается в виде натеках на
стенах, ста
...Поділитися у соцмережах
