Жанр: Фантастика
Заговор древних
...ивая глазками, присело на ее ладони, а затем резко
оттолкнулось. Челюсти малыша раздвинулись, и его мелкие, но острые зубки едва не
впились ей в лицо. В последний момент Виста отдернулась и он с противным визгом
полетел на землю, где принялся отчаянно барахтаться, запутавшись в стеблях
травы.
- Что же ты делаешь? - растерялась Виста.
Она отказывалась принимать такой поворот событий, так зримо подтвердивший истину
клана! Не делай людям добра. Неужели это основа миропорядка, неужели наставники
правы?
В голове все смешалось, но тренированное тело действовало само, и ее руки уже
тянули из ножен меч.
Не теряли времени и малыши. Заглядевшись на упавшего, она упустила из вида
остальных, и они тотчас напомнили о себе, дружной гурьбой прыгнув ей на спину.
И все-таки Виста упредила их атаку. Повышенное чутье на опасность, следствие
изнурительных упражнений в клановой школе, не могли отбить ни расстроенные
чувства, ни полная сумятица в мыслях. Она ловко ушла в сторону, и только один из
них, или самый ловкий, или самый умный, сумел извернуться и вцепиться в куртку.
Острые как бритва зубы легко пробили куртку и впились в ее плоть.
Виста пронзительно взвизгнула. Но кричала она скорее не от боли, а от обиды. От
жестокой обиды на свою глупость, на чрезмерную мудрость наставников клана, да на
весь этот проклятый мир! Мир не нуждается в доброй девушке Висте, ему нужна
Виста - убийца? Ну, что же, он это получит!
Она взмахнула за спиной лезвием и вниз посыпались половинки разрезанного малыша.
Воздух огласился истошными воплями оставшихся, и они снова прыгнули. Виста
ударила, но, странное дело, клинок разрезал лишь воздух.
Виста, конечно, увернулась от их броска, но и они, ловко перекувырнувшись, ушли
из-под удара и целехонькие посыпались вниз. Что-то пропищав, они быстро
рассредоточились вокруг. Грамотное решение, отметила Виста, ее взгляд
остановился на самом первом, рассеченном надвое, и глаза ее округлились - его
половинки медленно, но верно сползались друг к другу.
Тем временем в воздух взвился один малыш, с другой стороны еще один и Виста
завертелась между ними, как вихрь. Но противник ничуть не уступал в скорости, а
в ловкости даже заметно превосходил. Ни один из ее ударов больше не достиг цели.
Зубастые малютки изворачивались, падали, снова прыгали. Все чаще и чаще они
висли на ней, цепляясь коготками за одежду, и прежде, чем она их стряхивала,
успевали вонзить в нее острые зубы.
Они успели основательно искусать Висту, превратив одежду в окровавленные
лохмотья, прежде чем она сообразила, что ей с ними не справиться. Когда же один
с силой вцепился в лодыжку и попытался прокусить жилу, ее обуял настоящий
животный ужас. Если они перегрызут сухожилия...
Виста в страхе попятилась, готовая в любой миг сорваться в паническое бегство. В
этот момент ее плечо стиснули чьи-то стальные пальцы, и Виста оглушительно
завизжала.
- Чертово отродье! - рявкнул над ухом знакомый голос, и в гуще схватки появился
разъяренный Ладомир.
Виста попыталась было все объяснить, сказать, что хотела как лучше, но из горла
вырвался только нечленораздельный всхлип.
Но витязь и не нуждался ни в каких объяснениях. Ухватив ее за плечи, он довольно
грубо отшвырнул ее в заросли боярышника, а затем кинулся к ящичку.
Существа взвились в воздух, градом обрушились на витязя, но, налетев на булатные
кольца, с недовольным писком покатились на землю. Тем временем Ладомир подобрал
колышки, с поразительной ловкостью поймал и проткнул одного малыша, затем
второго, третьего... Почуяв, что витязь им не по зубам, малыши бросились
врассыпную.
- Держи их! Уйдут, гады! - заорал Ладомир, бросаясь следом.
Заметив легкость, с какой витязь ловил разбегающихся малюток, Виста осмелела, с
силой пнула одного, пытавшегося прошмыгнуть мимо. Удар подбросил его и он с
визгом врезался в грудь Ладомира, где его и накрыла могучая длань витязя.
Спустя несколько минут все было кончено. Ладомир выловил всех малюток, водворил
их назад, в домовину, и снова захоронил.
А затем он развернулся к Висте. Она сидела на земле, обхватив руками колени, и
глаза ее подозрительно блестели.
Ладомир вздохнул. Да, конечно, ему многое хотелось ей сказать. Во-первых, что
она редкостная дура. Во-вторых, что ничего не смыслит в жизни, а в-третьих,
впрочем, дальше шли одни ругательства. Но, стоило заглянуть в ее потухшее лицо,
посмотреть на ее жалкую, залитую кровью фигуру...
- Это злыдни, - буркнул он. - Домашняя нечисть. Крестьяне закопали, а ты сдуру...
то есть от большого ума выкопала.
- А почему бы их просто не сжечь? - напустив на себя деловитый вид, девушка
пыталась говорить спокойно, однако голос предательски дрогнул.
- Их невозможно уничтожить, - покачал головой Ладомир. - Их питает человеческая
злоба и ненависть. Правда, пока они живут в доме, на людей не нападают, да и
вообще на глаза не попадаются. Но когда люди ищут примирения и согласия меж
собой, то первым делом стараются изловить злыдней и захоронить. И тогда горе
тому, кто откопает.
Виста молчала, разглядывая свои многочисленные порезы и укусы. Хотя раны были
неглубокие и неопасные, выглядела девушка просто ужасно. Заметив ее
растерянность и почти полуобморочное состояние, Ладомир присел рядом с ней.
- Найдется чем раны смазать? - спросил он.
Виста кивнула, дрожащими руками порылась в мешке и передала ему склянку с мазью.
Витязь отодвинул полуоторванный лоскут куртки на ее спине и принялся за дело.
- Ну вот, а ты говорила ловкость, ловкость, вот тебе и ловкость, - проворчал он
добродушно, смазывая многочисленные царапины и укусы. - А об меня-то зубы они
мигом обломали. Неплохо было бы и тебе кольчужку одевать, как думаешь?
Тяжеловато, конечно, цельный день ездить, да еще в жару, но что делать. Видишь,
что в лесах творится. Слушай, куртку может снимешь? Неудобно мазать...
Виста резко развернулась, едва не выбив из его рук склянку.
- Куртку снять? - яростно вскричала она. - А может быть и порты следом? А потом
и ноги раздвинуть?!
Она вырвала у него мазь.
- Думаешь, избавил от этих уродцев и все, можно веревки из меня вить? В постель
тащить? Ты же об этом мечтаешь всю дорогу?! Ты поэтому ведь согласился
сопровождать меня? В расчете на мою признательность и благодарность? Не так ли?
Можешь не отвечать, на твоей похотливой морде все это написано крупными буквами!
Как же я устала от вас!
Ладомир очень не хотел с ней ругаться. Он вообще не любил ни с кем ругаться. Но
после таких обидных слов его терпение лопнуло и он выложил все, что намеревался
сказать ранее. О ее мерзком характере, о черной неблагодарности, о неуемной
самоуверенности, о бабской глупости, наконец.
Выговорившись, витязь отошел в сторону и принялся седлать коня. Любой
здравомыслящий человек на его месте бросил бы эту вздорную девку прямо здесь,
сказал он себе. Что же мешает это сделать ему?
Ладомир подтянул подпругу, ткнул коня кулаком в брюхо, чтобы не надувал зазря, и
наконец вспомнил. А ведь он сам обещал доставить ее в Киев. И никто его за язык
не тянул. Ладомир отвернулся, ощущая как лицо покрывается красными пятнами.
Виста была в полной растерянности. Ей хотелось плакать. Но как раз этого она не
могла себе позволить. Не дождется! Она не просто баба, как он воображает. Она в
состоянии сама справиться со своими проблемами. Без этих тупоумных,
звероподобных, похотливых мужиков! Стиснув зубы, она молча обработала раны,
залатала дыры в одежде, и двинулась к лошади.
Вскоре они отправились в путь. Молча, один за другим. Впереди ехал витязь,
надменно выпятив подбородок и свирепо поглядывая по сторонам. Как назло не было
ни разбойников, ни нечисти, в общем, никого, на ком можно было выместить плохое
настроение.
Следом ехала Виста. Она уже успокоилась и поняла, что сделала глупость, дав волю
чувствам. Уж кто-кто, а Ладомир был виноват в ее бедах меньше всего. К тому же
своей глупой вспышкой Виста поставила свое задание под угрозу - а вдруг бы он
настолько обиделся, что бросил бы ее?
Хотя, с другой стороны, не бросил же. Может и на пользу пойдет, а то нашел себе
боевую подругу. Впрочем, призналась себе Виста, повиниться все же не помешало
бы, до Киева еще далековато. Она нагнала витязя, пустила лошадь рядом.
- Ладомир, - тихонько позвала она.
Головы витязь не повернул, но она прекрасно знала, что он ловит каждое ее слово.
- Ты уж прости меня, ты прав, конечно, дурочка я, как есть дурочка. Наговорила
почем зря всяких глупостей. Кругом столько мерзавцев, поневоле разучишься
разговаривать с нормальными людьми. На самом деле я же вижу, что ты очень
хороший парень. Не серчай на меня, пожалуйста!
Она сказала это таким жалобным голоском, что сердце витязя учащенно забилось.
Вот ведьма! Веревки из нее вить?.. Скорее она из него канат совьет, а он еще и
спасибо скажет.
- Ладно, я тоже хорош был, - буркнул Ладомир в ответ.
Заметив, что черты его лица смягчились, Виста направила кобылу поперек дороги,
заставив витязя остановиться, подъехала вплотную и быстро поцеловала в губы.
- Ты - чудо. Спасибо тебе.
Он едва не растаял на месте. Копыта ее лошади уже стучали где-то впереди, а он
все стоял, ощущая себе если не в вирыи, то уж точно где-то поблизости.
4
Смеркалось. Впереди показалась очередная весь, по первому взгляду - совершенно
вымершая. Дома, правда, стояли целые и невредимые, с ближайших дворов уже несся
привычный лай, но вот людей что-то не было видно. Ни на завалинках, ни на
огородах, вообще нигде.
- Нечисть тут что ли побывала? - предположила Виста. - Или мор какой?
Ладомир пожал плечами, стукнул в ближайшую избу.
- Эй, хозяева, на ночлег пустите?
Не дождавшись ответа, витязь вошел в дом. В полумраке что-то шевельнулось и
Ладомир испуганно отшатнулся, прежде чем успел разглядеть поднявшуюся с лавки
пожилую женщину. Живую и здоровую.
- Тьфу, черт! Ты чего это, мать, людей добрых пугаешь? Почему лучину не зажгла?
И вообще куда люди все делись?
Старушка тяжело вздохнула.
- Ехал бы своей дорогой, добрый молодец, если жизнь тебе еще не опостылела.
Ладомир удивился.
- Странно ты гостей встречаешь, хозяйка. Разве принято у вас гнать их в ночь?
Накрывай на стол, мать, да рассказывай, что стряслось, может и подсобим.
Засуетилась старушка под грозным взглядом богатыря, захлопотала. И поведала о
страшной вештице, что повадилась в село ходить, людям сердца грызть. К князю
местному гонцов было послали, но уже три дня от них ни слуху, ни духу. А мужа ее
вештица ночью прибрала, сегодня, стало быть, ей черед пришел. Вот и сидит она
здесь, смерть свою поджидает.
- Кто такая вештица? - шепотом спросила Виста, чтобы не перебивать бабкины
причитания.
- В здешних краях кличут так ведьму одну зловредную, - ответил Ладомир. -
Обычная ведьма слопает одного путника с потрохами, да сидит себе на болоте,
других ждет. Вроде гуля вашего. А эта, вишь, брезгует, ей только сердце по
вкусу. А много ли с него проку? Вот и злобствует такая тварь, дабы набить брюхо
свое ненасытное. Иной раз объявится такая, село за селом подчистую выводит, пока
ее не прибьют.
- Ты, хозяйка, не переживай. Истребим мы эту нечисть поганую, - попытался
успокоить бабку Ладомир, и, принюхавшись к готовящемуся ужину, добавил. - Если,
конечно, накормишь.
- Ты что, совсем спятил? - зашипела ему в ухо Виста. - Какое тебе дело до селян,
заплатим за ужин, да поедем. Чай, вештица, не дура искать нас в дороге, когда
здесь народ по домам прячется, ее к ужину ждет.
- Ты, конечно, Виста, человек вольный, - холодно ответил Ладомир. - Хоть и кровь
русская в тебе, хоть и говоришь по нашему как на родном, но, видать, все одно,
чужая ты здесь. Нет тебе дела до бед наших. А я, если ты забыла, еще и дружинник
княжий. У меня служба такая, защищать князя и народ наш от врагов всяческих.
- Разве не ждет тебя князь ко сроку?
- Ждет, - согласился Ладомир. - Только где он княжить будет, если такие вот
твари народ наш под корень изведут?
Виста не ответила и ужин прошел в полной тишине, прерываемой лишь горестными
вздохами хозяйки. После ужина Ладомир выгнал бабку ночевать к соседям, отворил
дверь в избу, и уселся ждать ведьму. А чтобы не терять время зазря разложил
рядом вооружение - чинить да чистить.
С Вистой он больше не разговаривал. Взрослый человек, пусть сама думает. Хотя
внутренне радовался, наблюдая, как она укладывается спать, что-то недовольно
бурча под нос. Все-таки воин, хоть и женщина. А если вспомнить, как она ловко
обошлась с разбойниками и гулем, так и вовсе отменный боец!
Впрочем, вздохнул он, зачем себе врать? Какой там отменный воин, какой боец, ему
просто было приятно видеть ее возле себя. Неужто угораздило его влюбиться? В эту
мелкую, языкастую, вздорную бабу? Нет, не может такого быть.
Виста легла в самый дальний угол так, чтобы проснувшись, можно было сразу
охватить взглядом избу. Положила рядом обнаженный меч и спокойно заснула,
уверенная, что успеет вовремя проснуться. Ведь первое, чему учили в клане, так
это умению просыпаться строго в определенное время, а самое главное - в случае
опасности.
Поэтому, едва проснувшись глубоко заполночь, она знала - где-то рядом враг.
Привычные ко мраку глаза тут же наткнулись на маленькую сгорбленную фигурку,
неслышно приближавшуюся к храпевшему во всю мощь своих легких витязю. Рубашка
его была распахнута, обнажая тяжелые плиты грудных мышц, казавшихся высеченными
из камня, могучими и несокрушимыми.
Рука вештицы вытянулась и ее острый коготь ткнулся витязю в грудь. Девушка
отчаянно метнулась вперед, с ужасом поняв, что не успевает! Длинный коготь уже
полз по коже витязя и уже расступалась плоть, обнажая беззащитное сердце.
Зачарованный клинок пробил ведьму насквозь, и она взвыла страшным голосом,
заставив волосы на голове Висты шевельнуться. Но ни магические символы, ни
серебряная насечка не остановили вештицу. Она рванулась прочь, так что меч
вывернулся из рук девушки, и Виста была вынуждена повиснуть на ведьме, обхватив
за плечи. И будто угодила в чудовищный силы смерч - хилая с виду старушонка
завертелась, закружилась с такой силой, что в глазах мигом потемнело, а к горлу
подкатила тошнота. Виста зажмурилась, поплотнее прижалась к ведьме, стараясь не
обращать внимания на ударивший в нос смрад полуразложившейся плоти.
Плотный захват Висты мешал ведьме пустить в ход свои жуткие когти, но и Виста не
могла ничего сделать. Наконец, вештица подпрыгнула, с невероятной ловкостью
оттолкнулась от стены и попыталась упасть на спину, чтобы придавить собой
девушку. Уже падая, Виста исхитрилась выхватить из сапога нож, взятый у бабы-яги
с болота, и воткнуть его в ведьму. И лишь затем пол больно ударил Висту по
затылку, вышибив сознание.
Очнулась Виста от ужасного воя. Открыв глаза, сразу наткнулась на перекошенное
от ненависти и боли лицо вештицы. Ведьма неподвижно стояла рядом, а из ее тела
торчал, будто вязальная спица из клубка, меч Висты. Недалеко выглядывала и
рукоять ножа, из-под которого струился небольшой ручеек дыма. И, похоже, именно
этот нож причинял ей наибольшую боль, заставляя оставаться на месте.
Зажмурившись, ведьма бросила все свои силы на борьбу с магией ножа, и лишь время
от времени избу оглашал ее душераздирающий стон.
Виста метнула тревожный взгляд на Ладомира. Витязь по-прежнему спал, а на его
груди по-прежнему зияла ужасающая рана.
- Если ты закроешь ему рану, я вытащу нож и отпущу тебя. Ты слышишь меня? -
Виста осторожно приблизилась к ведьме.
Вештица приоткрыла глаза, шевельнула рукой в сторону ножа.
- Вытащи! - голос был низкий, хрипящий.
- Сначала закрой рану.
- Я не могу двинуться, пока это здесь! - взвыла вештица.
- А жить ты хочешь?! - прорычала свирепо Виста.
Кто знает, сколько Ладомир еще проживет с разрезанной грудью, а эта тварь
условия ставит! Виста выдернула меч из ведьмы и приставила клинок к ее горлу.
- Быстро, тварь! Или я отрежу твою гнилую башку!!
Вештица затряслась всем телом, сделала пару неловких шагов к Ладомиру.
- Ну же! - рявкнула Виста.
Коготь вештицы вновь прошел по груди витязи и края раны быстро срослись, не
оставив ни единого следа.
- Нож!! - прохрипела вештица. - Ты обещала!
Дым из-под рукояти неожиданно усилился, похоже, вештица сгорала изнутри.
- Подожди, я должна убедиться, что он живой. Ладомир! - крикнула Виста, но
богатырь продолжал спать.
- Твое колдовство? - Виста зашипела так яростно, что вештица шарахнулась от нее.
- Нет, сон богатырский!
Не на шутку встревоженная Виста со всей силы треснула кулаком по лицу Ладомира.
Голова его дернулась, глаза открылись и, наткнувшись на ведьму, буквально
вытаращились. В одно мгновение он подхватил меч, и прежде, чем девушка успела
что-либо сказать, голова вештицы покатилась по полу, сверкнув округлившимися от
ужаса глазами.
- Тварь подлая, - пробормотал воин и облегченно вздохнул. - Слава Перуну - не
проспал.
От радости, что он живой и здоровый, Виста едва не кинулась ему на шею, однако
вовремя сумела обуздать порыв. Самоконтроль есть сущность Ночного Лезвия,
напомнила она себе. Однако бушевавшие чувства требовали выхода, и она нашла его,
обрушив на Ладомира потоки брани.
Терпеливо выслушав, Ладомир поскреб затылок и пробормотал:
- А я было опять подумал, что спас тебя, ан нет. Не везет мне на подвиги
последнее время. Беда!
Воин выглядел расстроенным, будто ребенок, которого лишили любимой игры.
Смилостивившись, Виста напомнила ему, как он героически спас ее от зубов
кровожадных злыдней. Но от этого витязь сделался еще печальнее - ведь что такое
злыдни для настоящего богатыря? Так, мелочь пузатая. Он сокрушенно махнул рукой
и уволок останки ведьмы во двор.
- Пойду, созову народ. Пускай добьют.
- Добьют? - удивилась Виста. - Она разве живая?
- А то! - оживился Ладомир. - Это тебе не ваша гуля, которую полоснул ножиком и
все, один дым остался. Нашу, исконно русскую ведьму, так легко не порешишь. В
сердце кол осиновый вбить, да мордой в землю, тогда только и успокоится,
проклятая!
Он подумал немного и с нескрываемой гордостью добавил:
- У нас вся нечисть такая... - он замялся, подыскивая слово, и выпалил, - могучая!
Виста фыркнула, дескать, нашел чем гордиться. Однако, его радостное сообщение
неожиданно навело на невеселые мысли и она осторожно поинтересовалась:
- А как же та ведьма, баба-яга, которая на болоте осталась?
Заметив как она напряглась, Ладомир едва удержался от усмешки.
- Точно также, - ответил он. - Ходит теперь где-нибудь ночами, тебя
высматривает.
Оставив девушку в невеселых размышлениях о ведьмином посмертии, Ладомир
предпринял попытку собрать жителей веси для надлежащего захоронения вештицы, но
успехом его попытка не увенчалась. Перепуганные люди наотрез отказались покидать
жилища и Ладомир, разругавшись с ними в пух и прах, вернулся в дом.
- Не понимаю этого! - возмущался он. - Сидеть, сложа руки, ждать собственной
смерти смелости хватает, а выйти добить гадину они боятся! Похоже, всех
смельчаков вештица сожрала в первую очередь. Придется ждать утра, не ковыряться
же самому в земле. А ты, Виста, можешь вздремнуть, я посторожу.
Девушка смерила витязя выразительным взглядом, и Ладомир смущенно отвел глаза,
мол, хотел моргнуть только, да задремал. Впрочем, будет он сторожить или нет,
значения не имело, надеяться следовало только на себя, поэтому Виста легла как
обычно, в обнимку с обнаженным клинком.
Проснулась она, ощущая на себе чей-то пристальный взгляд. И хотя опасности это
не предвещало, Виста привычно нащупала меч... точнее, попыталась нащупать, потому
что меча не было! Она обмерла, предчувствуя недоброе, открыла глаза и наткнулась
на улыбающееся лицо витязя.
- Вот и отлично, - сообщил он. - А я как раз собирался тебя будить. Ты
пропустила...
- Где мой меч? - перебила его Виста.
- Меч? - искренне удивился Ладомир. - А-а, ножик твой, да убрал я его, ты едва
не напоролась на него во сне.
Подарив витязю свирепый взгляд, девушка поднялась, подобрала меч и буквально
впилась глазами в Ладомира, а потом, четко разделяя слова, сказала:
- Никогда! Больше! Не трогай! Мой меч!
Глаза Висты полыхали такой уверенностью и силой, что витязь невольно поежился.
Больше всего девушка походила на дикую лесную кошку, быструю и беспощадную.
Сладить-то можно, да стоит ли связываться - загрызть не загрызет, а вот шкуру
подпортит изрядно. И Ладомир согласно закивал, не желая перечить.
- Ну, вот и хорошо, - дружелюбно улыбнулась Виста. - Что же я пропустила,
неужели твой очередной подвиг?
- Да какое-то там, последнее время все подвиги к тебе липнут как мухи на мед, -
сокрушенно вздохнул витязь. - Селяне-то наши набрались храбрости, раскопали
могилу, забили кол в сердце, все как положено. Вот она выла, думал - оглохну.
Удивительно, как тебя не разбудила, но ты, молодец, даже ухом не повела.
- А вы что же, прямо здесь, во дворе хоронили? - осведомилась Виста.
Но Ладомир уже посерьезнел.
- Послушай, Виста. Как я понимаю, у тебя есть некоторый опыт в области
чародейства и прочего... - он недоговорил, состряпав брезгливую гримасу. - Так
вот, перед тем как окончательно заткнуться, вештица ляпнула кое-что. Кое-что
странное - якобы сгинет скоро князь наш. А ты, говорит она и на меня смотрит, и
привезешь смерть ему. Что думаешь про это?
Самоконтроль, напомнила себе Виста, витязь хоть и молод, да не дурак, вон как
глазами зыркает!
- Ладомир, во-первых, она могла просто пугать. Во-вторых, пророчества не всегда
сбываются. И, в-третьих, вспомни, я ведь не зря спрашивала, что ты везешь в
Киев? Быть может, нападение гуля и слова вештицы как-то связаны?
Озадаченный Ладомир крепко задумался, да так, что ни праздничный обед,
устроенный довольными крестьянами, ни шумные проводы всем селом так и не смогли
вывести его из этого непривычного для него состояния.
Дорога резко повернула и зазмеилась вскоре вдоль небольшой тенистой речки. В ее
прохладных водах, точно насмехаясь над изнывающими от палящего зноя путниками,
то и дело плескались рыбешки. И каждый их всплеск заставлял витязя болезненно
морщиться. Наконец он не выдержал и остановил лошадь.
- Все, Виста, я так больше не могу. Я уже совсем спекся в этой проклятой
кольчуге! Мне нужно срочно остыть. Надеюсь, ты не против? Вот тут и место
подходящее.
Ладомир махнул рукой в сторону реки.
- А нечисть? Ты забыл про нее? - напомнила ему девушка.
- Какая нечисть? - воскликнул витязь. - Ты видела хоть кого-нибудь?
- А вештица?
- Причем здесь вештица? То было ночью, а сейчас день. Да и город рядом, а так
близко обычно ни одна тварь не подходит.
- Так-то обычно, - Виста усмехнулась. - Обычно разбойников из леса палкой не
выгонишь, а тут сами повылазили.
Виста возражала больше по привычке. Витязь, пожалуй, был прав. Несмотря на
предупреждения Варги, дорога оказалась на редкость спокойной. А вештицу они сами
решили извести. В общем, предложение витязя выглядело заманчивым, но купаться в
его обществе...
Пока она раздумывала, Ладомир скатился с лошади и стал поспешно ее расседлывать.
- Тебе-то, конечно, хорошо, ты человек привычный, - неожиданно заявил он.
- Ты о чем это? - Виста бросила на него подозрительный взгляд.
- Ну, как же, вы там, на юге без воды обходиться приучены, вам все нипочем - и
жара, и грязь.
Прежде чем она успела что-либо возразить, он торопливо скрылся в прибрежных
кустах. Спустя пару минут выметнулся уже раздетый, в два длинных прыжка добрался
до берега и, подняв тучи брызг, бухнулся в речку, провожаемый завистливым
взглядом девушки.
Чтобы избавить себя от излишнего расстройства, Виста вытряхнула из сумки щетку
со скребницей и взялась за лошадей. Проще было, конечно, подождать до города,
там, на постоялом дворе всегда найдется, кому их почистить, разобрать хвосты и
гривы, расчистить копыта. Но просто сидеть и наблюдать за резвящимся в речке
Ладомиром было выше ее сил.
Закончив со своей парой, девушка приступила к лошадям витязя, а Ладомир все еще
купался, издавая при этом столько шума, будто в речке бултыхалась вся киевская
дружина вместе с лошадьми. И Виста ни на секунду не усомнилась - витязь шумел
нарочно, он явно пытался соблазнить ее сначала купанием, а потом...
Ну уж нет, усмехнулась она, не дождется. Искупаться она, конечно, искупается,
все-таки его отчаянное плескание цели своей достигло - Висту нестерпимо потянуло
в прохладную воду - но не более того! Осталось только подумать, как
обезопаситься.
- Эй, Ладомир, - позвала она. - Будь добр, отплыви подальше от берега.
- Зачем это?
На лице его отразилось искреннее удивление, но Виста ничуть ни сомневалась, что
он притворяется.
- У тебя что, в боях все мозги вышибли? - она постучала себя по лбу.
- Ремесло воина связано со многими тяготами и лишениями, - заметил он с самым
серьезным видом.
- Ты что, издеваешься? - вспылила она. - Я тоже хочу искупаться!
- А-а, так бы и сказала, - кивнул он. - Но у тебя нет никаких причин опасаться
за свою честь. Я все-таки не тать какой, а княжий дружинник.
Виста скрипнула зубами. Ага, конечно, никаких причин! А то она не знает, мужику
только покажи голую бабу, он ведь мигом звереет. Она хорошо помнила своих
однокашников по клановой школе. Они тоже одно время обхаживали ее, но она быстро
их отвадила. Причем без особых хлопот, ведь самый высокий среди них едва
доставал ей до подбородка. То ли дело этот громила.
Виста придирчиво оглядела его оплетенное мускулами тело. С такими битюгами ей
еще сражаться не приходилось. И хотя выглядел он вполне добропорядочно,
береженого, как здесь говорят, и демоны берегут.
Она перевела взгляд на противоположный берег, до него было саженей тридцать, и
улыбнулась.
- Ладомир, я тебя очень прошу, отплыви на тот берег, - попросила она. - И побудь
там, пока я искупаюсь.
Ладомир насмешливо фыркнул, но все-таки послушно повернул на ту сторону. Плыл он
с виду неспешно, как бы с некоторой ленцой, но каждый гребок был настолько
мощен, что выносил его вперед на целую сажень.
- Только смотри осторожн
...Закладка в соц.сетях
