Жанр: Фантастика
Ведьмы Эйлианана 5. Череп мира
...вые крылья и покрытую перьями выпуклую грудь, постаравшись сделать
этот образ как можно более совершенным, потом представила себя в таком виде. Однако,
когда она повернулась, чтобы просунуть голову в завязки сумки, то была слегка
ошарашена неуклюжестью своего тяжелого тела и вывернутых ног. Лебеди всегда
казались такими грациозными, скользя по глади дворцового пруда или рея в воздухе. Она
не имела ни малейшего понятия о том, что они ходили вперевалку.
Вытянув длинную шею, она взлетела в воздух и величественно заскользила над
волнами. Ее крылья били медленно и мощно. Она поднималась все выше и выше, пока
море не превратилось в покрывало из сморщенного голубого шелка, а берег Эйлианана -
в расплывчатое серое пятно позади нее. Изабо изумлялась тому, как быстро она летит,
намного быстрее, чем буранная сова, чьи крылья больше подходили для того, чтобы
парить. В ту ночь она отдыхала на голой, овеваемой всеми ветрами скале, закутавшись в
плед от летящих брызг, а утром полетела дальше.
Днем она увидела синюю выпуклость суши, выступающую из океана. К вечеру она
уже спускалась к шести полумесяцам островков, красиво выделявшихся на прозрачной
аквамариновой воде. Со стороны моря большинство этих островков поднималось прямо
из воды, и увенчанные белыми гребешками волны с плеском разбивались об острые
черные камни. Противоположные же стороны островков смотрели друг на друга,
разделенные лагуной ошеломляющей синевы, а утесы плавно переходили в маленькие
полумесяцы белого песка, усеянные галькой. В бухтах стояли на якоре корабли
всевозможных форм и размеров, на каждом из которых реял заметный красный флаг с
черной рыбой-молотом.
Большая часть кораблей покачивалась на водах широкой бухты самого большого
острова, пришвартованные перед странного вида городком. Над городом мрачно нависал
очень древний форт, построенный на высокой скале. Изабо облетела вокруг него, заметив
многочисленные пурпурные флаги с изображением цветущего чертополоха. Она
спустилась пониже и увидела прекрасные резные салазки с длинными загнутыми
полозьями, стоящие на самой высокой башне. Рядом с ними стояли ряды топорно
сколоченных деревянных клеток, в которые были втиснуты комки белых перьев. Через
миг Изабо потрясенно поняла, что эти перья на самом деле были лебедями, набитыми в
клетки так тесно, что еле могли двигаться.
Она приземлилась на вершину башни и поковыляла к клеткам, впервые за все время
забеспокоившись, сможет ли поговорить с лебедями. Ей смутно вспомнилась баллада
одного старого менестреля о том, что лебеди поют один-единственный раз в жизни -
перед смертью. Но ее встретило громкое шипение и хлопанье крыльев, и она с огромным
облегчением поняла, что проблем с общением с ними у нее не возникнет.
Поссссмотрите только на эту нахалку, рассссхаживает вокруг, как королева. И
вссссе потому, что она ссссвободна...
Изабо сложила крылья и смиренно нагнула свою длинную шею.
Пожалуйсссста, просссстите меня, я не хотела быть дерззззкой.
Шипение прекратилось, и самый большой лебедь спросил властно:
Тогда что ты здессссь делаешшшшь? Ты говоришшшшь очень сссстранно, но
приссссела вежливо, а твои сссслова почтительны. Раззззве ты не ззззнаешшшшь, что
это мессссто - ловушшшшка для лебедей? Ессссли ты не будешшшшь оссссторожна,
то можешшшшь тоже сссстать рабыней.
Васссс тоже так поймали? - спросила Изабо. Почему сссстоль царсссственных
сссозданий держат в такой убогой обсссстановке?
Послышалось недовольное шипение.
Мы все рабы жесссстокой и бессссердечной королевы, забывшей почтение, которое
должно оказываться лебедям и держит насссс в клетках, как будто мы куры или утки.
Но разве вы не возите ее ссссалазки? Почему вы не ссссбросите ее, когда
предсссставится удобный сссслучай? Тогда вы сссснова будете ссссвободны.
Мы сссскованы заклятием и не можем взбунтоватьсссся. Многие поколения были ее
рабами, и многие пыталиссссь ссссброссссить заклятие, но вссссе напрассссно.
Что это за заклятие? Возможно, я ссссмогу оссссвободить васссс от него.
Лебеди насмешливо рассмеялись, подняв крылья.
Ты очччень молода и наивна. Ссссорок лет я сссслужил злой королеве, и
пятьдесссят лет мои предки. Есссли уж мы не ссссмогли разомкнуть цепи заклятия, то
разве это под ссссилу тебе?
Я здесь, сссснаружи, а вы внутри, ссссколь бы больно мне ни было напоминать вам
об этом, отозвалась Изабо. - Но у меня ессссть перед вами еще одно преимущесссство.
Я ссссама владею магией. Я могу превращатьсссся в женщщщщину.
Осторожно оглянувшись по сторонам, Изабо продемонстрировала им свое умение,
приняв свой собственный вид. Завязки сумки чуть было не задушили ее, и ей пришлось
поспешно распустить их.
Лебеди долго шипели и вздыхали, потом самый большой из них сказал:
А, лебедь-девушшшшка. Мы сссслышшшшали исссстории о таких вещщщах. До чего
же жесссстокое заклятие на тебя наложили! Нам очень жаль, лебедь-девушшшшка,
что ты вынуждена принимать сссстоль сссстранную, уродливую, непривлекательную
форму. Мы надеемсссся, что когда-нибудь тебе удасссстся осссссвободиться от этого
проклятия.
Сссспассссибо, сказала Изабо, с трудом удержавшись от смеха. Но прежде чем
этот день насссстанет, надеюссссь, что ссссмогу оссссвободить вассс от вашего.
Лебеди завздыхали.
Мы не раз пыталиссссь разорвать цепи, но лишшшь душшшшили ссссебя.
Приглядевшись, Изабо заметила на шее у каждого лебедя цепь из алмазов и рубинов.
Она протянула руку, чтобы потрогать, и тут же с шипением отдернула ее - камни
обожгли ее палец.
Эти ошшшшейники, это они ссссвязывают вашшшу волю?
Они подняли крылья и изогнули длинные шеи, скорбно бормоча.
Ессссли я осссвобожу вассс от них, вы поможете мне в ответ?
Ты не ссссможешшшь разорвать их.
Ессссли я найду споссссоб, вы поможете мне в ответ?
Разумеетссся, одна усссслуга засссслуживает другой. Чего ты хочешшшь от
нассс?
Я ищщщщу двух птенцов, двух человечесссских птенцов. Их тоже поработила ваша
злая королева, и я должна оссссвободить их и отвеззззти домой, к матери. Вы видели
двух таких ссссуществ?
Два человечесссских птенца. Да, лебедь-девушшшшка, день или два назад ссссюда
дейсссствительно привезли двух таких ссссуществ. Насссс засссставили ссссовершить
длинное путешесссствие, и мы очень усссстали.
Вы знаете, где они ссссейчасссс?
Лебеди пожали крыльями.
Ессссли я разрушшшшу цепи, порабощщщщающие васссс, вы отнессссете насссс в
ссссалазках в безопассссное мессссто? Вы ссссогласссситессссь тащщщщить их в
посссследний раз?
Они забормотали, тревожно шелестя крыльями. Она не ссссможет пресссследовать
насссс, мы будем ссссвободны, прошипели они. Наконец они согласились. Изабо
поблагодарила лебедей и пообещала возвратиться, когда освободит двух мальчиков.
Она поспешно переоделась в свои черные штаны до колен и льняную рубаху,
оставшись с босыми ногами, потом толкнула дверь и отправилась в крепость искать
мальчиков.
Она обходила комнату за комнатой, но там не было ничего, кроме грязи, сломанной
мебели и паутины. Не видя никаких других живых существ, кроме жуков и пауков, Изабо
чуть осмелела. Потом по залу пробежала маленькая мышка, стремясь скорее спрятаться в
дыре за плинтусом. Изабо опустилась на колени прямо в пыль, протянула руку и
приветственно пискнула. Мышь остановилась, подняла на нее черные расширенные глаза
и пискнула в ответ.
После нескольких минут разговора Изабо снова сняла с себя всю одежду и сложила
ее в черную сумку. Мир пугающе увеличивался до тех пор, пока стены не стали походить
на утесы, а дыра в плинтусе начала казаться черной и зияющей. Мышка повела ее в
пещеру и по головоломному лабиринту темных разрушающихся галерей. Ряды ржавых
гвоздей казались строем жестоких копьеносцев, мимо которых нужно было протиснуться,
паук был многоглазым чудищем, обрушившаяся старая штукатурка - оползнем, сквозь
который пришлось пробираться. Усы у Изабо вздрагивали, а уши ходили ходуном - она
пыталась осмыслить этот мир, полный темного ужаса. Не раз она бежала без оглядки,
испуганная каким-нибудь запахом или звуком, а черная сумка волочилась за ней, колотя
ее.
Наконец они съехали по длинной сточной трубе, забитой листьями и грязными
паутинами, беспомощно приземлившись в грязный водосток, потом пробравшись сквозь
разбитое оконное стекло, скрипя по нему лапками. Изабо и мышка вместе спрыгнули на
голые доски пола в темной комнате, полной шума и невыносимой вони людей. Насмерть
перепуганные, они юркнули под большой сервант и съежились там в темноте, а вокруг
них все так же гремели голоса. Наконец послышался грохот закрывающейся двери, а
потом наступила тишина, прерываемая лишь громкими стонами, похожими на зимнюю
вьюгу в сосновом лесу. Изабо понадобилось долгое время, чтобы узнать в этом звуке
всхлипывания маленького мальчика.
Она выползла из-под серванта, лапки у нее тряслись, усы подрагивали. Она ничего
не видела, кроме огромных коричневых утесов мебели, поэтому, после долгих попыток
обуздать свой ужас, Изабо снова превратилась в себя саму.
Чувствуя тошноту и головокружение, она долго лежала в пыли, надеясь, что она не
ошиблась и в комнате действительно не было никого, кроме двух мальчиков. Наконец
тошнота утихла, и она смогла сесть, обхватить свои голые ноги и оглядеться по сторонам.
Комнату освещала всего одна свеча, и ее огонек колебался на сквозняке. Изабо
зажгла огонь на ладони, прикрыв его пальцами, чтобы светил не слишком ярко. На столе
стоял поднос с яблочными пирогами, пышками и джемом, сушеным бельфрутом,
маленькие кексики с сахарной глазурью и кувшин с пенистым козьим молоком. Все это
вместе издавало изумительный запах.
К кровати были прикованы два маленьких мальчика. Доннкан спал, лежа на животе,
одна цепь охватывала его запястье, другая - щиколотку. Нил жалобно плакал, зарывшись
лицом в подушку. Он тоже был надежно прикован к кровати. Оба мальчика были все еще
одеты в ночные рубашки и с босыми ногами.
Изабо натянула свою одежду и тихо подошла к кровати.
- Кукушонок? - прошептала она, садясь рядом с ним. - Тихо, малыш. Не надо
плакать. Все хорошо, мой кукушонок, я здесь.
Нил резко сел. Его лицо было очень грязным. Он непонимающе уставился на нее,
потом, расплакавшись, бросился в ее объятия. Она успокаивала его, гладя по голове, как
будто он был каким-то маленьким зверьком. Наконец его рыдания утихли, и она
наклонила голову, прошептав ему прямо в ухо:
- С тобой все в порядке, Кукушонок? Ты не ранен?
Он покачал головой, икая.
- Но Доннкана ударили по голове, и он после этого стал такой странный: его все
время тошнит и он хочет спать.
Изабо ласково разжала его руки, вцепившиеся в него, и подошла к другой стороне
кровати. Она быстро осмотрела Доннкана, нахмурившись при виде уродливого синяка,
расплывшегося по одной стороне лица.
- Его что, кирпичом ударили? - спросила она сердито.
Нил покачал головой.
- Пират Кувалда просто ударил его кулаком.
- Этот Кувалда просто скотина, - с отвращением сказала Изабо. - Ты пытался
разбудить Доннкана?
- Он несколько раз просыпался, но его все время тошнит, и он действительно очень
странный. Она орала на Кувалду и сказала, что он ударил его слишком сильно, а потом
велела сходить за пиявкой. А что хорошего может сделать пиявка, Бо?
- Она говорила про такого лекаря, - объяснила Изабо. - Он уже приходил?
Нил покачал головой.
- Но она сказала, что он уже скоро появится. Доннкан сказал, что она может
сделать с пиявкой то, что мама не разрешает говорить, и тогда она опять разоралась, а
потом ушла. Она велела Культяпке принести сюда всю эту еду, чтобы мы могли видеть и
чувствовать ее запах, а съесть не могли! По-моему, это подло!
- Я тоже так считаю, - сказала Изабо. - Ты проголодался? Давай разбудим
Доннкана, вместе чего-нибудь поедим и подумаем, как нам отсюда выбраться.
Она растормошила Доннкана, и хотя он сонно протестовал, все же в конце концов
открыл мутные глаза и попытался перевернуться. Но цепи не дали ему, и болезненный
рывок за запястье и щиколотку заставил его попытаться сесть.
- Где мы? Что случилось? - Его голос был очень слабым, и он с трудом
сосредотачивал взгляд. Изабо дала ему выпить немного митана, и его лицо чуть
порозовело. Он потянул за свою цепь и сказал, - Точно. Та мерзкая тетка с хлыстом. Она
похитила нас. Но что ты здесь делаешь, тетя Бо? Ты пришла нас спасти?
- Ну конечно, - сказала Изабо. - Я пока еще не совсем придумала, как, но
обязательно придумаю. Но вам лучше никому не говорить, что я здесь, пока я что-нибудь
не придумаю.
Они закивали, и она по воздуху перенесла поднос на кровать, так что они все с
аппетитом накинулись на еду. Изабо ела так же жадно, как и мальчики. Когда на подносе
остались одни лишь крошки, Изабо со свистом отправила поднос обратно на стол.
- Если вас спросят, Доннкан, то вы сами перенесли поднос, ладно?
Он кивнул и сказал:
- Держу пари, мы и вправду смогли бы.
Изабо знала, что оба мальчика обладают врожденным Талантом, и кивнула.
- Держу пари, что смогли бы. Интересно, когда придет пиявка? Я не хочу, чтобы он
появился здесь, когда мы будем перерезать цепи. Возможно, мне лучше дождаться, когда
он уйдет.
Нил всхлипнул.
- Пожалуйста, не оставляй нас, тетя Бо!
Доннкан прижался к ней. На его побелевшем лице синяк казался еще темнее.
- Но она не причинит вам зла, она бы уже сделала это, если хотела, - попыталась
их убедить Изабо. Но мальчики не слушали, упрашивая ее освободить их и отвезти домой.
Она тяжело вздохнула, не в силах сопротивляться их ужасу. Она поднялась, подошла к
двери, долго слушала, потом вернулась к кровати и вытащила свой кинжал.
Хотя лезвие было острым, точно алмаз, и в нем скрывалась ее собственная магия,
оно не оставило на цепи совершенно никакого следа. Наоборот, она так сильно обожгла
Изабо пальцы, что та, вскрикнув, выронила клинок. Как и ошейники лебедей, эти цепи
были явно заряжены магией.
Она ненадолго задумалась, потирая ладонь, потом сунула руку в сумку и вытащила
посох силы. Мальчики не выказали никакого изумления при виде того, как такая длинная
палка с большим шаром из кварца на конце появилась из такой маленькой сумки,
поскольку им каждый день приходилось видеть и куда более странные вещи. Она
поставила его на пол, накрыла кристалл ладонями и сосредоточила всю свою волю и
желание, вытягивая силу из глубин своей души и отовсюду вокруг себя.
Из самого сердца кристалла появился тонкий, почти невидимый луч шипящего
голубого света. Он с легкостью прошел сквозь цепь, оставив на подушке, матрасе и
пружинах кровати дымящийся черный след, пока Изабо поспешно не погасила его.
В тот миг, когда она сняла последнюю цепь, дверь с грохотом распахнулась. Изабо
стремительно обернулась. На пороге стояла высокая женщина, одетая в струящееся платье
из фиолетового шелка с большой серебряной брошью в виде чертополоха на груди.
- Кто осмеливается творить колдовство в моих владениях? - закричала она. - Ах
ты дрянь, ты пыталась сломать мои цепи! Я сдеру кожу с твоего тела и повешу тебя на
стене крепости, воронам на радость. Схватить ее!
МЕДОВОЕ ВИНО
Первым побуждением Изабо было превратиться обратно в птицу и улететь, но она
крепко сжала посох и обернулась лицом к колдунье.
- Я Изабо Ник-Фэйген, тетя Доннкана, - ответила она учтиво. - А вы, должно
быть, Маргрит Ник-Фоган.
Колдунья была ошарашена. Она вошла в комнату, шелестя своими шелками. За ней
показалось трое мужчин, все значительно меньше ее ростом. Один был суетливый старик
в бархатной шапочке с кисточкой и с банкой пиявок и видавшей виды кожаной сумкой в
руках. Другой, держащий фонарь, был толстым пиратом с деревянной ногой, щетинистой
седой бородой и очень красным лицом. Третий же был очень молоденький и очень
красивый, разодетый в шелка и парчу. Они держались поодаль от колдуньи, и судя по их
нервозному поведению, все трое относились к ней с огромным почтением.
- Изабо Ник-Фэйген... - повторила колдунья, смерив Изабо взглядом с головы до
ног. - Значит, ты банприоннса, хотя по твоему виду этого и не скажешь. И еще и ведьма
вдобавок. - Она бросила взгляд на постель, где в ужасе съежились мальчики. - Причем
могущественная, если смогла разрубить мои цепи. Должна признаться, я удивлена.
Изабо склонила голову.
- Спасибо.
Маргрит провела по губам цвета темной сливы невероятно длинным ногтем того же
оттенка.
- Ты заинтриговала меня, Изабо Ник-Фэйген. - Она величаво прошествовала
вперед и остановилась у кресла за столом. Через миг она повернула голову и рявкнула, -
Вы что, нарочно пытаетесь оскорбить меня, или просто такие тугодумы? Вы что, думаете,
что я сама буду отодвигать себе кресло?
Хорошенький молодой паж бросился вперед и отодвинул кресло, и она потрепала
его по щеке.
- Спасибо, малыш, - промурлыкала она, садясь в кресло. Сделав изящный жест
рукой, колдунья указала Изабо на другое кресло.
- Спасибо, я предпочитаю стоять, - ответила Изабо.
Колдунья улыбнулась, ее глаза блеснули.
- Разрешить тебе сидеть в моем присутствии - знак огромной милости, Изабо
Ник-Фэйген. Ты осмеливаешься оскорбить меня отказом от этой милости?
- На самом деле, я довольно сильно устала, - ответила Изабо. - Так что присесть
мне не помешает. - Она улыбнулась пажу, который неловко подвинул ей кресло, потом
села, зажав посох между коленями.
Маргрит наблюдала за ней сквозь полуприкрытые веки.
- Кажется, я почти развеселилась, моя маленькая ведьмочка. В последнее время
мне не доводилось испытывать подобного чувства. Пожалуй, я даже могу оставить тебе
жизнь.
- В таком случае, я попытаюсь еще немного повеселить вас, миледи. Что вас
обычно забавляет, миледи?
Колдунья улыбнулась, и руки Изабо еще сильнее сжали посох. Никогда еще она не
видела улыбки, скрывавшей столь холодную угрозу.
- Как ты сюда попала? - неожиданно рявкнула Маргрит. - И не думай мне
солгать, ведьма, я все равно узнаю.
Мысли Изабо лихорадочно заметались, хотя лицо осталось обманчиво
бесстрастным. Она спокойно ответила:
- Я прилетела, миледи. Если вы не забыли, моей матерью была Ишбель Ник-Танах,
та, что зовут Крылатой.
- Откуда ты узнала, где меня найти?
- Я преследовала упряжку лебедей, - отозвалась Изабо. - В ту ночь, когда вы
похитили мальчиков, я присматривала за детьми. Я увидела вас в окно.
- А-а, понятно. Значит, это тебе наша маленькая нянюшка отвела роль козла
отпущения. Но тебе же должны были подсыпать сонного зелья в вино?
- Я выпила лишь глоток, - ответила Изабо. - Вино и чтение учебников не
слишком хорошо сочетаются.
- Значит, ты все еще ученица, - с небольшой морщинкой между бровями
проговорила Маргрит. - Ты показалась мне слишком молодой, чтобы иметь ведьмин
посох, и, как я вижу, у тебя на руках нет колец. Ты что, украла чей-то посох? Этот посох
должен обладать довольно большой силой, чтобы вызвать огонь достаточной силы для
того, чтобы разбить мои цепи.
Изабо ничего не ответила. Хотя ее руки и тело были совершенно неподвижны, она
вся превратилась во внимание, следя за каждым малейшим движением рук и ресниц
колдуньи, за мельчайшим изменением выражения ее лица.
- Значит, ты отправилась спасать своего племянничка, - сказала колдунья, - и
моего внука тоже, полагаю. Как же ты намеревалась это сделать?
- Не знаю, - призналась Изабо. - Добраться сюда и без того было достаточно
трудно, так что у меня не было ни времени, ни сил, чтобы строить какие-то планы.
Маргрит нахмурилась.
- Ты одета, как деревенский мальчишка, у тебя изувечена рука, ты сама совсем еще
ребенок, и все же у меня почему-то есть подозрение, что ты не совсем то, чем кажешься.
Ты похитила чужой ведьмин посох, но у тебя должно быть достаточно собственной силы,
поскольку ты сумела воспользоваться им, причем воспользоваться хорошо. И ты сидишь
здесь так спокойно, как на послеобеденном чаепитии, а не как будто тебя поймали с
поличным. Неужели тебе не страшно?
- Очень, - искренне призналась Изабо.
Маргрит нахмурилась сильнее.
- Жаль, что придется убить тебя. Ты заинтриговала меня, по-настоящему
заинтриговала. Мне очень хотелось бы выяснить о тебе побольше, самой проэкзаменовать
тебя, посмотреть, каковы твои силы. Жаль, что я не могу позволить себе рисковать.
Изабо улыбнулась.
- Почему-то я чувствую одно лишь облегчение, хотя и понимаю, что это означает,
что вы убьете меня скорее раньше, чем позже.
Колдунья довольно прищурилась.
- А ты ловишь все на лету.
- Спасибо, - скромно ответила Изабо. Она увидела, как пальцы Маргрит
поднялись и сказала поспешно: - Вы говорили о Сьюки, няне Доннкана? Это она
шпионила на вас? - Говоря, она медленно распустила шнурок, стягивавший края
мешочка из волос никс и незаметна начала натягивать его на кристальный наконечник
посоха.
Маргрит довольно зажмурилась.
- Да, вот уже несколько лет. И вот что самое забавное в этом. Она сама об этом не
подозревает.
- То есть как это?
- Сьюки была шпионкой Майи, Майи Когда-то-Благословенной, Майи дочери
Фэйрга. - В бархатном голосе сквозило презрение. - Майя когда-то обратилась ко мне
за помощью, и мы установили способ связи с ее шпионами. Она пробыла у меня совсем
недолго, и после этого я ее больше не видела, но эта глупенькая нянька исправно шлет
мне все сведения, в которых я нуждаюсь, и даже больше, вот уже несколько лет! Я
подписываю послания к ней именем Майи и не скуплюсь на изъявления благодарности, а
она обращается ко мне "моя любимая Банри". Если бы меня от этого не тошнило, я бы,
пожалуй, сочла это даже забавным.
- Я тебе не верю! - внезапно закричал Доннкан, и его голосок задрожал то ли от
гнева, то ли от слез. - Сьюки никогда бы не предала маму и папу!
- Но она именно это и сделала, мой мальчик, - ответила Маргрит голосом мягким
и холодным, точно шелк. - Много, много раз. А когда мне было нужно, я передавала мои
сведения тирсолерцам, которые были моими союзниками в прошлом. Они хорошо
платили за новости о планах и стратегиях армий твоего отца. О, мне доставило немало
удовольствия видеть, как все затеи Мак-Кьюинна раз за разом проваливались, вся его
хитрая тактика оказывалась бесполезной, его людей убивали из засады, его корабли
грабили и топили, а его способность править снова и снова оказывалась под сомнением.
Еще несколько поражений, как те, что он потерпел в последнее время, и народ Эйлианана
начнет подыскивать себе нового ри.
- Нет, этого не будет! - закричал Доннкан.
- Еще как будет, и ты, мой вспыльчивый олененок, отлично подойдешь на эту роль.
- Я?
- Ну да, разве ты не наследник престола? С мудрым и любящим регентом, таким,
как я, который будет направлять тебя, ты станешь таким ри, какого история никогда не
забудет.
Изабо мгновенно позабыла о необходимости прислушиваться к каждому нюансу
голоса Маргрит.
- Так вот каков твой план? - взорвалась она. - Ты похитила Доннкана, чтобы
сделать из него марионетку, а самой в это время править от его имени!
Маргрит улыбнулась ей.
- Да, именно таков мой план. Хотя, честно говоря, сначала я собиралась просто
взглянуть на своего внука в надежде, что он мог унаследовать хоть что-нибудь от меня, но
нет, как я и боялась, Нил точно такой же слабак и глупец, как и его папочка. Да уж, не зря
его прозвали глупым кукушонком.
- А как ты собираешься сделать Доннкана ри, когда его отец жив и здоров?
Думаешь, Лахлан с такой легкостью откажется от короны, если он так долго за нее
боролся?
Улыбка на губах Маргрит заиграла сильнее.
- Пока мы с тобой беседуем, мой флот пиратов готовиться атаковать флот МакКьюинна.
Я уверена, что как только крылатый ули-бист услышит, что его сынок похищен,
он немедленно поспешит в Дан-Горм, чтобы приглядывать за его поисками. Я не
ошибаюсь?
Изабо не сказала ни слова.
На щеках Маргрит заиграли ямочки.
- Как, я уверена, ты знаешь, мои пираты славятся своей жестокостью. Они
получили приказ убивать каждого мужчину, женщину и юнгу на кораблях королевского
флота, а всю добычу поделить между собой. Ради такого случая я не стану требовать с них
мою обычную долю.
Доннкан заплакал.
- Нет, мама, папа!
Он выскочил из кровати. Маргрит подняла руку, и он внезапно рухнул на пол,
посинев и начав задыхаться. Его руки тщетно хватали грудь и горло, пытаясь освободить
дыхательные пути. Изабо вскочила и подбежала к нему, но так же внезапно, как и начался,
приступ удушья вдруг прошел. Хрипло дыша, Доннкан лежал на полу, и Изабо помогла
ему сесть, изо всех сил пытаясь утешить его.
- Ты подлая и злобная старуха! - четко сказал Нил, сев и указав пальцем на
Маргрит. - Я не верю, что ты моя бабушка. Я ни за что в это не поверю!
Маргрит рассмеялась.
- Привяжи этих недоносков к кровати, - приказала она одноногому пирату, - а
ты, ты можешь заняться хоть каким-то делом и своими маленькими зверюшками высосать
из них немного крови.
Доктор кивнул. Его руки, когда он пыталась открыть крышку банки, дрожали.
- А ты, морковка рыжая, мне наскучила. Пора тебе покинуть эту землю и
воссоединиться со вселенной, - Маргрит подняла руки, на щеках у нее заиграли ямочки.
Внезапно раздался грохот, и сверкнула вспышка, оставившая после себя облако
густого черного дыма. Маргрит закашлялась и помахала рукой, разгоняя дым. Все, что
осталось от Изабо - это лишь небольшая кучка сброшенной одежды на полу. Колдунья
сердито закричала:
- Куда она подевалась? Кто она такая, маг фейерверков, чтобы так исчезать в клубе
дыма? Найти ее!
Изабо затаилась за плинтусом, сжимая драгоценный мешочек из волос никс в
дрожащих лапках. Она слышала лишь неровный топот башмака и деревянной ноги -
пират обыскивал комнату, негромкое шипение голоса Маргрит, его громогласный ответ.
Прошло, казалось, бесконечно долгое время, прежде чем до нее донесся шелест юбок
Маргрит и дробный стук деревянной ноги пирата, вышедших из комнаты. Вслед за ними
дрожащей походкой вышел молоденький паж. Теперь слышалась лишь нервозная суета
доктора, постанывавшего и бормотавшего, выполняя свою задачу. В конце концов дверь
за ним тоже закрылась, и воцарилась тишина, время от времени прерываемая всхлипами
одного из мальчиков.
Изабо выглянула из-за своего плинтуса, у
...Закладка в соц.сетях
