Жанр: Фантастика
Пусть Бог не вмешивается 4. За гранью восприятия
...ько три человека. Остальных повезли в морг. В
теле Жоры насчитали пять ран. Две из них - в грудь и живот - оказались смертельными. Он
умер еще там, в машине.
- Еп-пона мать! - выдал я, сплевывая под ноги. - Все-таки подловили его!
- Да, - согласился Разгонов, внимательно глядя на меня. - Видимо, кто-то знал
маршрут движения и успел подготовить засаду.
- Ага. Причем очень грамотно сделали. Подловили в тихом месте, где почти не бывает
прохожих, а в соседних домах окна выходят на другую сторону. Чтобы никого лишнего не
зацепить. Работали специалисты. А грузовик?
- Угнан за час до нападения. Заявление поступило почти сразу после расстрела.
Я с некоторым трудом осознавал услышанное, плохо представляя, как это вообще могло
произойти. Жора в городе сидел прочно, крепко, но очень тихо. Да и "крышу" имел мощную.
Чтобы начать войну с ФСБ, надо иметь совсем отмороженные мозги... или "крышу" более
мощную. Но какую?..
- А чего ты мне раньше не позвонил? - спросил я.
- Звонил, еще вчера утром. Но телефон молчал. Причем весь день.
Ну да! Как я забыл. Ни вчера, ни позавчера, вообще последние три дня меня невозможно
было поймать дома. У нас была своя война.
- Что, никаких догадок, кто бы это мог быть?
Разгонов опять покачал головой, недовольно повел плечами.
- Дело поручили вести мне. Начальство говорит, звонили от "соседей", спрашивали, как
идут поиски.
- Еще бы. Фээсбэшники потеряли такую подпитку! И...
Я вдруг замолчал, озаренный некой догадкой. Она мелькнула случайно, так, походя, но
сейчас, после ее непродолжительного осмысления, казалась не такой уж и шальной.
- Чего? - спросил Олег.
Я посмотрел на него, продолжая обдумывать внезапно пришедшую мысль. Сказать? В
принципе это бездоказательная догадка, не претендующая на роль истины. И все же...
- Олег, у меня два вопроса. И одна версия. Если не можешь - не отвечай. Но это
способно выявить заказчика убийства.
Разгонов насупился - не любил странных вопросов по службе, - опустил голову, решая,
как быть, потом кивнул.
- Ладно. Ты язык за зубами держать умеешь, дальше тебя не уйдет. Спрашивай. Знаю -
отвечу.
- Первое. Как отреагировал Корешков на известие о смерти босса? И какова была его
реакция?
- Как отреагировал - не знаю. Я видел его вчера, он выглядит подавленным, но на
убитого горем не похож. Нормальная реакция крепкого мужика. Его физиономию в момент
доклада о гибели Жоры не видел, ничего не скажу.
- Тебе не показалось, что он... слишком спокоен, что ли?
- Да нет... - Разгонов пожал плечами, вспоминая разговор с замом по безопасности. -
Обычный вид.
- Угу. И второй вопрос. Что конкретно интересовало дядей из ФСБ? Ход расследования
или обстоятельства и подробности убийства?
- Ну и вопросики у тебя! Холмс доморощенный!
- И все же?
- С ними разговаривал наш полковник. Судя по всему, их интересует, как идет
расследование и что известно о нападавших.
- Так... - Я крутил в голове информацию, поворачивая ее так и эдак, рассматривая под
разными углами и ища зацепки. - Ясно...
- Коли ясно, выкладывай, что ты там надумал, - потребовал майор.
- Хорошо, - наконец решился я. - Слушай. Корешков стал замом Жоры меньше года
назад при непосредственном участии местных парней от Феликса . Он сам - бывший
комитетчик. Хотя бывших, как известно, не бывает. Как раз год назад Жора резко расширил
свой бизнес, пустил корни в других регионах, наладил связи с заграницей. И сразу ему
потребовалось создать свой ЧОП.
- Ну и?
- Ну и неизвестно, сам ли он решил создать охранное предприятие, или ему
настоятельно посоветовали. А заодно и кандидатуру нашли.
- Это ты к чему? - изогнул бровь Олег. - Хочешь сказать, что они...
- Да. Они. Отношения с Корешковым у Жоры были натянутые. Видимо, тот лез не в свои
дела, хотел взять все под контроль. Насколько я в курсе, пару раз они крепко ссорились, причем
Жора хотел убрать Корешкова. Но тот не уходил.
- И ты думаешь, что Корешков отомстил? - с сомнением произнес Олег. - За то, что
они лаялись?
- Я допускаю, что комитетчикам Жора перестал быть нужен, а вот его бизнес, уже
довольно мощный, пригодился. Это дополнительный заработок и дополнительное прикрытие.
- Брось, - махнул рукой майор. - Это скорее сюжет детектива, а не реальная причина.
Никогда ФСБ не пойдет на такое дело только из-за мнимой прибыли и сомнительного
прикрытия. Даже если это самодеятельность местного руководства. За такое сейчас гонят в три
шеи. На Колыму.
- Хорошо. Может быть. Но тогда вполне реален вариант внутреннего переворота.
Корешков сам захотел "царствовати и всем владети".
Разгонов хмыкнул, покачал головой и насмешливо посмотрел на меня. На его губах
играла саркастическая улыбка.
- Знаешь, это интересно.
- Да?
- Ага. Но еще более интересно, что и господин Корешков во время нашей последней
беседы заявил, что у него на подозрении есть один тип, который может быть заинтересован в
гибели Жоры. И даже повод привел. Кто этот тип - версий нет?
"Даже неудивительно. Этот гад еще тогда меня невзлюбил. Вот и нашел способ
поквитаться. Впрочем, как и я. Действительно, смешно..."
- Кстати, - добавил Олег. - Начальство предложило мне выяснить данные всех, кто за
последние два года работал с Жорой.
- Почему за два?
- Ответ начальства - потому что!
- Отличный ответ.
- Да. В стиле верховного руководства. Так вот по поводу всех работников. В это число
попадаешь и ты. Как один из тех, кто покинул, фирму Жоры, возможно, имея на него зуб.
- Бред! - Сам факт того, что я каким-то образом оказался в числе подозреваемых,
выглядел смешно. - С Жорой мы расстались нормально. По моей инициативе. Это могут
подтвердить в офисе.
- Хорошо, - кивнул Олег. - Проверим.
- Не веришь мне?
Разгонов внимательно посмотрел на меня и согнал с лица легкую усмешку.
- Я при исполнении. И верить, то есть доверять, не могу никому. Даже тем, кого знаю
много лет. Не имею права. Только конкретные факты и точная информация.
Он не шутил, в работе наш майор был фанатиком, причем в хорошем смысле слова. И
привык доводить дело до конца.
- Тебе нужно мое алиби? - спросил я.
- Если не трудно.
- Так вот...
- Стоп! - прервал меня Олег. - Артур. Чтобы не было недомолвок. Лично я знаю, что
ты тут ни при чем. Но для моего начальства нужны более веские и материальные
доказательства. Чтобы они больше никогда не возвращались к этой теме.
Я поймал внимательный и открытый взгляд майора, несколько секунд смотрел ему в
глаза, потом протянул руку. Тот пожал ее и кивнул в знак благодарности. За то, что поверил в
его искренность.
- Так вот относительно алиби. Позавчера, как, впрочем, и вчера, я провел в обществе
своих друзей. Здесь, в Рязани. Они легко это смогут подтвердить, если надо - в суде. А...
- Так парни здесь? - перебил меня Олег. - Так чего ты, скотина, сразу не сказал! Чего
молчал. Ну, блин!
- Ты же вывалил на меня столько всего... Я забыл...
- Тьфу! - Олег выглядел расстроенным. - И не позвонили мне. Не предупредили!
Кореша называется!..
Черт! Я ляпнул, не подумав. Не могу же ему сказать, что в эти дни мы отправили в
небытие пять человек из другого мира. А так действительно выходит, что мы о нем забыли.
- Они приезжали по делу. Привет тебе передавали. Скоро опять приедут, посидим,
поговорим.
- Да ладно тебе! Поговорим! Все обещаете.
- Олег. - Я прижал руку к сердцу. - Слово! Через день приедут.
- Ладно, - махнул рукой тот. - Верю. Проехали. Значит, ты был с ними?
- Да.
- Тогда вопрос снят. И меня не будут тыкать в это рожей. И то хорошо.
- Слушай, давай куда-нибудь съездим перекусим. А то я с утра ничего не ел.
Разгонов глянул на часы, сделал паузу, что-то прикидывая, потом кивнул:
- Поехали. Там и закончим разговор.
Поколесив по центру города, мы остановили выбор на небольшом кафе, стоявшем
неподалеку от дороги. Такому решению способствовало неплохое меню заведения и
практически полное отсутствие посетителей. Только одна пара средних лет сидела в
противоположном конце зала, да две официантки стояли возле бара.
Мы не спеша уничтожили по порции довольно приличного шашлыка и запили это дело
апельсиновым соком. Утолив голод, продолжили разговор. Разгонов рассказал мне еще
несколько эпизодов расследования, потом назвал имена сопровождавших Жору телохранителей
(я знал только одного), вспомнил, что при Чижмине нашли портфель, набитый бумагами
бухгалтерского характера, и что из-за этого портфеля разгорелся большой спор с
подоспевшими сотрудниками Жориной фирмы.
Сперва бумаги хотели приобщить к вещдокам, но главный бухгалтер и юрист фирмы
отстояли его и после оформления соответствующих документов увезли с собой.
- Кстати, в милиции есть информация, что Чижмин в свое время создал некую группу
силового прикрытия. И что вроде бы ты ее тренировал. Это так?
- Ого! Какие сведения!
- Что, неверные?
- Нет. Устаревшие. Можешь считать это официальным ответом. Я тренировался в
спортзале самостоятельно, но в одно время с другими спортсменами. Среди них были два
человека из Жориной конторы, я их знаю. Могу назвать имена и фамилии.
- Это будет кстати.
- Так вот мы занимались борьбой самбо и разучивали некоторые приемы бокса. Ничего
более не делали.
- Кхм! - кашлянул майор. - Все ясно. Совместные тренировки случайно
встретившихся людей.
- Верно. Как факт это использовать можно, но к делу не подошьешь.
Олег усмехнулся, покачал головой. Если я и вру, проверить это практически невозможно.
Тренировки в спортзале никаким образом не попадают под разряд запрещенных мероприятий.
Мы в свое время договорились с Юркой и Максом, что при необходимости будем
использовать именно эту версию. Вполне пристойную и легальную. И хрен кто проверит!
- Когда похороны? - вдруг вспомнил я.
- Завтра в два часа дня. На Сысоевском кладбище.
- Надо съездить. Проститься с Жоркой. Он, конечно, самодур был великий и тип не
всегда приятный, но все же не сволочь конченая. И мужик неплохой. Ты, наверное, тоже
поедешь?
- Да. На кладбище будет работать группа. Как обычно, наблюдение, съемка...
Ну да. Милиция в последние годы всегда присутствует на похоронах криминальных
авторитетов, крутых парней и бизнесменов. Потому что зачастую на кладбище собираются
сливки криминалитета, почти вся братва - пополняй архив сколько хочешь.
Бандиты об этом, конечно, знают, но все равно приезжают. Отдать последний долг,
сказать добрые слова о покойном под прицелом видеокамер - вроде как показать свою
крутизну и бесстрашие перед мусорами. Пусть шакалье снимает!.. После обеда Олег попросил
подбросить его на работу.
- Только заскочим в одно место, я документы заберу, ладно?
- Угу. Не вопрос. У меня свободное время есть.
На самом деле времени особо и не было. Надо еще сегодня снять жилье неподалеку от
своей квартиры и посмотреть, не проявит ли кто к моему дому интерес. Иными словами - не
придут ли по мою душу гости из другого мира.
Но показывать Олегу, что спешу, я не хотел. Не стоит давать повод для подозрения. Он-то
воспримет это по-своему - мол, все связано со смертью Жоры.
Денек разгулялся. Вчерашнего ненастья как не бывало. Тучи исчезли, небо чистое, солнце
припекает. Конец августа обычно не такой теплый, осень близка. Но в этом году он явно бьет
рекорды высокой температуры. Плюс двадцать пять. И ветра нет. Красота.
Олег убежал в свое "одно место", а я оставил машину на дороге и пошел к магазину, возле
которого стояла бочка с квасом. По такой жаре холодненький квас - самое дело.
"Сколько раз Жорка вылезал из переделок, а вот не уберегся. И ведь сидел в городе тихо.
Не шастал по кабакам и казино, не светил физиономию на презентациях и мероприятиях, не
швырял налево и направо баксы, не покупал по десятку стриптизерш разом. Все, что ему было
нужно, он получал и так, без помпы и шума. И все-таки влип...".
Квас действительно оказался холодным. Видимо, бочку только привезли. Я с
удовольствием выпил пол-литра, отдал деньги и поблагодарил продавщицу. Надо запомнить
место и впредь брать квас здесь. Вроде как и не сильно разбавляют...
Утолив жажду, медленно побрел обратно, продолжая размышлять о внезапной гибели
бывшего шефа.
"И вообще странное это убийство... Бандиты обычно сперва преъявы кидают - требуют
отступных, или доли в бизнесе, или процента за "крышу". А тут сразу наповал, и все. Хотя...
возможно, и был предварительный разговор, я-то не в курсе Жориных дел. Может, и просили
его отстегивать процент. Правда, тогда к нему лезли совсем дикие, темные братки. Потому как
все, кому надо, знают, что Чижмин ходит под "красной" крышей и лезть к нему - искать на
свой зад лишних приключений. Но если это действительно не братва, тогда... тогда версия с
Корешковым вполне реальная. Только зачем он полез? Одно дело получить бизнес Жорин,
другое - руководить им. Для этого комитетского опыта мало. Или у него иные планы?.."
Да, гадать здесь трудно. Дело настолько темное, что, имея минимум информации, строить
догадки глупо. Посмотрим, что накопает Разгонов. Он-то вполне способен раскрутить
убийство. Если никто мешать не будет.
"Надо бы позвонить Юрке. Они-то точно знают, что произошло. Кстати, что теперь с
ними будет? Раньше с Корешковым не ладили, подчинялись только Жоре. Если его зам решит
тянуть одеяло на себя, парни, наверное, уйдут".
Была у меня мысль рассказать о них Олегу. Так, приватно. Но потом я передумал.
Разгонов парень нормальный, все поймет и прессовать не станет. Однако все же он - мент.
Тем более подневольный. А его руководству глубоко наплевать - хорошие парни из группы
быстрого реагирования или нет. Есть источник информации - надо его колоть.
Так что говорить не будем. А с Юркой надо как-нибудь встретиться...
Погруженный в свои мысли, я брел к машине, почти не глядя по сторонам. И не сразу
заметил стоявшую у меня на пути маленькую девочку лет четырех. Кроха, одетая в нарядное
красно-синее платьице, с забавными косичками на голове, крутила головой по сторонам, словно
что-то искала. Услышав шаги за спиной, обернулась. На меня взглянули детские глаза, полные
слез.
- Что случилось, малышка?
Кроха вздохнула и очень серьезно ответила:
- Я маму потеряла.
"Это мама - дура такая - тебя потеряла. Да еще посреди дороги..."
- А где ты ее потеряла?
Девочка махнула рукой в сторону высоток, шеренгой стоявших метрах в ста от дороги за
стеной деревьев.
- Вы там живете?
Она кивнула, ладошкой вытерла глаза и опять уставилась на меня. Ждала, что скажу. Я же
взрослый, а взрослые всегда знают, что делать. По крайней мере дети так думают...
Вот проблема на мою голову. И что с ней делать?..
- Как тебя зовут?
- Юля, - пропищало чудное создание. - Юля Корнеева.
- Ладно, Юля, вспомни, где именно ты потеряла маму.
Девочка покрутила головой, добросовестно вспоминая, потом шмыгнула носом и
ответила:
- Там.
Там - это неподалеку от большого магазина. Хоть что-то.
- Вот что. Мы сейчас сходим туда, посмотрим, нет ли твоей мамы. А если не найдем...
"Что тогда? Бегать искать ее шальную мамашу? Морока, блин! И дите бросать негоже..."
- А если не найдем, пойдем к твоему двору. Ты его помнишь?
- Да.
Не очень уверенный голосок. Ладно, по крайней мере дом свой помнит. А там наверняка
есть кто-то, кто знает девочку.
- Пошли.
Она доверчиво вложила свою ладошку в мою и пошла рядом. Взгляд скользил по
встречным женщинам всех возрастов.
Я тоже поглядывал по сторонам. Вот-вот должен появиться Разгонов, надо не пропустить,
окликнуть. Попутно высматривал мамашу девочки. Определить ее нетрудно - женщина,
которая бегает по дороге с взволнованным лицом и выкрикивает имя ребенка.
У магазина мы никого не нашли. Внутрь заходить не стали, медленно пошли к домам, все
так же внимательно глядя по сторонам. Малышка немного утихла, перестала сопеть и больше
вертела головой.
Мы дошли до поворота дороги, когда девочка вдруг радостно ойкнула и немедленно
показала пальцем налево.
- Вон моя мама!
Я проследил за ее рукой. Похоже на то. Высокая стройная блондинка в довольно короткой
юбке и ярко-красной жилетке шла от домов в сторону магазина, постоянно вертя головой и
сканируя глазами окрестности.
- Это твоя мама?
- Да!
- Точно?
- Да! - еще громче выкрикнула девочка.
- Ну так беги к ней, кроха! - отпустил я руку девочки, радуясь, что поиски заняли всего
две минуты.
В этот момент волна странного и неприятного ощущения накрыла меня с ног до головы.
Стало зябко и неуютно, словно я стоял под холодным ветром. А еще по коже пошли мурашки.
Чувство опасности, многократно проверенное в Аберене и Ругии, сейчас ожило и довольно
бесцеремонно давало знать - плохое рядом.
Посмотрев вокруг и не обнаружив ничего подозрительного, я перевел взгляд на девочку.
Она уже скрылась за коробкой газетного киоска. От него к домам шла узкая тропинка. Мамаша,
видимо, заметила дитя, потому что побежала ей навстречу.
Я еще секунду смотрел на женщину, а когда повернул голову обратно, обнаружил, что с
двух сторон ко мне летят трое здоровых мужиков с перекошенными лицами и сжатыми в
кулаки пальцами.
- Стоять!
- Стой, сука!
Я не успел ни удивиться, ни испугаться, ни даже сообразить, кто бы это мог быть. Одно
успел понять - меня убьют. Здесь и сейчас. Немедленно.
Дальше работали рефлексы, помноженные на необъятную ярость того, кто уже давно
сидит во мне и ждет команды "фас".
Первые двое попробовали с разбегу свалить меня ударами ног в живот и спину. Один
промахнулся, второй встретил жесткий блок, потерял равновесие и пропустил удар по шее. Он
упал на асфальт немного раньше напарника. Тот получил каблуком в пах и коленом в горло.
Третий, самый верткий, успел схватить меня за руку, с ходу попробовал провести
сложный прием - удар коленом и бросок, - нарвался на встречный выпад и замертво упал
прямо на своего товарища.
Весь бой - секунд восемь. Три тела лежали на асфальте, и только одно шевелилось,
издавая сдавленные хрипы.
Я быстро глянул по сторонам, вполне законно ожидая продолжения, и увидел, как от
стоявшей у магазина машины бежит еще один здоровяк, размахивая пистолетом и угрожающе
вопя во всю глотку:
- Стоять! Стреляю!
И буквально тут же с другой стороны раздался властный голос, легко перекрывший вопль:
- Ни с места! Милиция!
У дороги с пистолетом в руке стоял Разгонов. Ствол смотрел на бегущего человека, а
палец быстро выбирал свободный ход спускового крючка.
Бегущий встал как вкопанный. Замер, глядя в черное дуло пистолета, свой ствол держал за
спусковую скобу одним пальцем. Глядя широко раскрытыми глазами на майора, хрипло
выдохнул:
- Свои. Милиция. Уголовный розыск!
- Что? - Разгонов, не опуская оружия, сделал два шага вперед. - Ствол на землю,
покажи удостоверение.
Тот повиновался. Дрожащей рукой достал корочки, со второго раза открыл и торопливо
произнес:
- Товарищ майор, я вас знаю. Вы из РУБОПа. А мы...
Разгонов подошел к нему вплотную, глянул на удостоверение, перевел взгляд на
лежащих, помянул мать и спросил:
- Какого черта вы тут делаете?
- Маньяка задерживаем!
И ткнул пальцем в меня.
До сего момента я молча взирал на происходящее, соображая, что бы все это могло
значить, и наблюдая за поверженными противниками (дабы не встали). Но услышав слова о
маньяке, вздрогнул и зло рявкнул:
- Кто маньяк?
Оперативник сделал шаг назад и испуганно хлопнул глазами. Мой рык явно был ему не по
душе.
Разгонов врубился в ситуацию быстрее всех. Убрал пистолет, вернул удостоверение
оперативнику и достал небольшую радиостанцию:
- Ольха-восемь, я второй. Срочно "скорую помощь" и нашу машину.
Он продиктовал адрес, выслушал ответ, убрал станцию обратно, еще раз глянул на
бездыханные тела и громко выругался:
- Черт знает что!
- ... Ориентировки кто сочинял? Приметы кто указывал?! Не хрена на других валить,
сами обосрались!
- У нас три трупа за пять дней! Мы этого пидора в глаза не видели, только со слов
единственной свидетельницы! А она в реанимации лежит, помнит, что высокий и бритый.
Какая тут, на хрен, ориентировка?!
- И что теперь? Хватать всех подряд? Твои церберы сколько людей искалечить успели?
Ничем не виноватых! В глаза того мудака не видевших! Мне уже доложили, трое мужиков в
больницах с травмами разной степени тяжести! Это тоже стечение обстоятельств?!
- А что нам, сидеть и ждать, пока он трупами всю Рязань устелет? Скоро сады и школы
опустеют. Никто детей из дому не пускает! Что ты прикажешь делать, майор?
- Работать! Работать, а не хватать всех, кто хоть немного похож на ваш сраный портрет!
Иначе погоны потеряешь и сам сядешь!
Ор стих, перестав долбить в барабанные перепонки левого уха. Небольшое затишье.
Сейчас достанется перепонкам правого. Потом снова левого. И так далее.
Воздействие на уши продолжалось минут пять. Орали двое, но со стороны можно было
подумать, что кричит взвод вокалистов Большого театра. Я как раз сидел почти между ними и
принимал все шумы на свои уши. Нелегкая доля.
Ругались два майора. Два мента. Один - Разгонов. Второй - начальник уголовного
розыска РОВД, по чьему прямому приказу меня пыталась завалить группа захвата.
... Разгонов, надо отдать ему должное (и обязательно!), тогда, на месте схватки, быстро
разобрался в обстановке, отправил троих оперативников в больницу, четвертого отпустил, а со
мной поехал к себе.
- Тебе сейчас лучше у нас пересидеть, - сказал он. - Такая каша заварилась! Ты же их
всех на глушняк! Ментов!
- Они не представились. Просто напали.
- Все равно. Могут отомстить.
Могут. Это я понимал, поэтому с трудом смирил разбушевавшегося во мне зверя и поехал
с Олегом. По приезде он запер меня в своем кабинете и побежал к руководству докладывать.
Потом позволил мне позвонить знакомому адвокату и попросить подъехать к нам.
Помощь специалиста могла очень пригодиться.
Через двадцать минут позвонили из РОВД и потребовали объяснений. Разгонов пригласил
говорившего - майора из уголовного розыска - к себе. И вот уже минут пять они орали друг
на друга, не замечая меня. Моя очередь еще не пришла.
Суть требований начальника угро - отдать маньяка (то есть меня) ему. Для
дальнейшего следствия. Разгонов эти притязания отметал напрочь и доказывал, что я здесь ни
при чем. Спор на какое-то время пресек телефон. Сначала позвонили Олегу. Сказали, что
маньяк при очередной попытке нападения задержан отцом ребенка, избит и отвезен в больницу.
Таким образом, с меня были сняты все подозрения.
Потом был звонок майору из РОВД. Ему доложили, что один его оперативник от
полученной травмы скончался, двое - в реанимации. Пока живы.
После этого тему спора сменили. Теперь я оказался убийцей. Еще одна не очень приятная
перспектива.
Ах да, с чего все пошло? Откуда маньяк-то?
... Неделю назад в городе появился некий подонок, нападавший на маленьких (5-7 лет)
девочек. Он их крал, насиловал и убивал. Обычно резал горло. Когда пропала вторая девочка,
милиция поняла, что это дело рук маньяка. А потом пропала дочь одного городского депутата
- влиятельной шишки. И в органах начался аврал.
Круглосуточные дежурства, усиленный график, поисковые группы... Искали все -
муниципалы, угрозыск, постовая служба, даже РУБОП подключили. По городу поползли слухи,
родители не пускали детей в школу и сады. Все боялись.
Я о маньяке ничего не слышал - это и понятно, других забот полно. А он, оказывается, за
неделю успел напугать целый город.
Дальше. Одна из групп уголовного розыска работала по факту покушений как раз в том
районе, где последний раз вроде видели маньяка. И надо же такому произойти - заметили, как
некий тип подошел к маленькой девочке, о чем-то поговорил и повел ее с собой.
Старший группы сообщил начальству и получил категорический приказ - брать. Живым
или мертвым. Лучше живым.
Пока шло согласование, пока получали добро, маньяк и ребенок ушли. Группа начала
поиск и быстро обнаружила маньяка, но одного. Решили, что ребенок куда-то спрятан на время.
Старший группы, еще раз вспомнив ориентировку, нашел несколько внешних совпадений
и дал команду: "Вперед". Это была его последняя команда в жизни.
Трое оперативников попробовали взять маньяка, но тот почему-то убить себя не дал
(оперативники меж собой решили забить его насмерть), а накостылял им сам. Да так, что не все
пережили эту схватку. Вот и весь сказ. А теперь все расхлебывают последствия...
- Это необходимая самооборона, - доказывал Разгонов. - Они даже не сказали, что из
милиции! Что он мог подумать?
- А убивать-то зачем? Что, не мог сказать?
- Ты что, майор, дураком прикидываешься? Кто кого слушает при задержании? Его бы
завалили, а потом начали разбираться.
- Все равно! Он не имел права убивать сотрудников!
- Да он и не знал, что они сотрудники! Это твоя вина! Ведь сказано сто раз -
представляться! Хоть в зубах держи удостоверение!..
- А работать как? Тоже зубами?!
Майор из угрозыска не сдавался. В смерти своего сотрудника он был виноват
стопроцентно. Как, впрочем, и они сами - нарушили инструкцию. Но меня при большом
желании он мог достать. Мол, превышение необходимой самообороны, убийство милиционера
при исполнении... Мало ли возможностей у облеченного властью типа, если ему позарез нужно
засадить человека за решетку?!
Я слушал их спор, постепенно ощущая, как ненадолго усмиренный зверь во мне вновь
просыпается. И вот-вот выйдет наружу, лишив меня остатков самообладания и сознания. Зверю
эти дискуссии о том, чего можно и чего нельзя при защите своей жизни, были не по душе. Он
не хотел подыхать, и все!
- Любой суд его оправдает! - продолжал Разгонов. - Групповое нападение с целью
покушения на убийство! Даже арестовывать не будут!
- Ни хрена! Он завалил моих лучших парней, а его отпустят? Никогда!
Они стояли напротив друг друга, смотрели ненавидящими глазами и доказывали каждый
свое. У Олега была более сильная позиция (оперативники явно напортачили, причем сильно),
но майор из угрозыска не отступал. Ему нужна моя кровь. Чтобы оплатить кровь своих людей.
Он пер на рожон.
- Ну хватит! - прихлопнул я легонько по столу.
То есть я так хотел - легонько. Но вылезший наружу
...Закладка в соц.сетях
