Жанр: Фантастика
Пусть Бог не вмешивается 4. За гранью восприятия
...вая на
сейф. Если эта шутка полетит и даже по касательной попадет по мне - хана. Стальная чушка
весом под три сотни кэгэ пришибет наверняка.
Я миновал половину комнаты, когда раздался очень громкий скрежет и визг, а затем
потолок с правой стороны вдруг рухнул на пол. А за ним полетел всякий хлам. Железные
трубы, уголки, кирпичи, бетонные блоки... Меньше чем за минуту навалило приличную гору в
человеческий рост.
За всем этим великолепием я наблюдал, сидя в двух шагах от сейфа. И чем больше
наваливало хлама, тем больше я понимал - сейчас все это полетит в меня. Периметр решил
доконать удачливого гостя и подготовил целый арсенал метательного оружия. Как, например,
вот тот кусок бетона с торчащей в разные стороны арматурой. Или вон тот металлический
уголок около метра длиной.
Прыгать, скакать, уворачиваться глупо. Особенно если все полетит одновременно.
- Что, сука, решил добить? - вслух сказал я, вставая в полный рост. - Надоело ждать?..
Поведение не самое умное, но стыдно мне уже не будет. Не успеет заесть стыд...
Я ждал старта этой кучи, прикидывая, есть ли хоть какой-то шанс, когда сзади тоже
нехило треснуло. Отскочив в сторону, взглянул на источник шума и остолбенел.
На этот раз падала вся стена. Вся! Нехотя, словно в замедленной съемке, роняя куски
побелки и штукатурки.
Бежать некуда, до дверей далеко, позади завал, стена как раз упадет на его край. Удержать
огромный кусок бетона невозможно...
А дальше был подвиг. В прямом смысле слова - подвиг. То есть подвигание. Если точнее
- опрокидывание. Но тоже героическое.
В одно мгновение я оказался у сейфа и с разбегу, со всей силы, что еще была в
израненном теле, с помощью заряда ярости опрокинул тяжелый прямоугольник на бок и упал
рядом, прикрыв голову руками.
Ухнуло! Стена со всего маху упала вниз, скрежетнула по куче хлама и с громким треском
разломилась пополам.
Сейф, поваленный вперед, образовал возле себя мертвую зону высотой около семидесяти
сантиметров и тем самым дал мне укрытие.
В лицо дохнуло свежим воздухом, в уши ворвался сонм звуков. Музыка, крики, грохот
салюта, рев моторов. Я открыл глаза и увидел привычный городской пейзаж, который покинул
около часа назад. И что удивительно, наблюдал его с высоты второго этажа. Лежа на краю
комнаты. Стена упала, закрыв собой обе двери, но отворив новый выход. Внизу земля, дальше
густой кустарник и деревья.
Неужели все? Или Периметр забросил меня в иной мир? Уходить или нет?
Выручила знакомая музыка. Попса. Такую дрянь только у нас могут петь. А потом в
какофонию звуков вклинилось радио.
"... Московское время двадцать три часа сорок пять минут. На улице отличная погода, и в
эту замечательную ночь мы дарим вам..."
"Дома..." - мелькнула мысль. Я повис на руках, пытаясь разглядеть, что внизу, и
прыгнул.
Сразу упал на бок, не рискуя опираться на больную ногу. Встал, глотнул свежего воздуха
и произнес вслух то, о чем подумал перед прыжком:
- Дома...
И сразу почувствовал боль во всем теле. Тронул лицо, провел рукой по затылку. Пальцы
ощутили кровь на волосах и шее. А еще на ноге и плече. Одежда в клочья, щиток на левой руке
вдребезги, кроссовок порван...
Фигня! Это мелочи. Главное - жив.
Непослушными пальцами достал аптечку - небольшой прямоугольник из прочной
пластмассы - и открыл его. Достал тюбик промедола, снял колпачок, выдавил тонкую струйку
лекарства и всадил иглу в ногу.
Мне еще ковылять до дома, так что силы пригодятся. Главное - не попасть никому на
глаза, и особенно милиции. В таком виде как раз к ним загреметь не хватает.
Спрятав аптечку, я вытер лицо и похромал к тропинке, ведущей к лицевой стороне
здания...
... Труднее всего было обработать спину. Пара крупных синяков, три-четыре помельче,
множество порезов, царапин. Руки и так едва двигались, а уж достать до лопаток и
позвоночника... Но другого выхода нет.
Я стоял в прихожей между двух зеркал. И глядя в одно, видел во втором отражение
спины. Вид был еще тот... Хреновый вид. Впрочем, остальное выглядело не лучше. Предплечья
обеих рук представляли собой один сплошной синяк. Вздутая кожа, черные подтеки, сгустки
запекшейся крови. Голени ног по цветовой гамме почти повторяли руки. Порезов поменьше,
черноты побольше. Грудь и живот пострадали меньше всего, но и они не смогли уцелеть. Как и
голова.
Шея травмирована в двух местах. Глубокие порезы до сих пор не затянулись. Я несколько
раз плеснул на них перекисью водорода, но кровотечение так и не остановил.
Но раны ладно, это само собой. А вот то, что процесс перевязки сильно затруднен из-за
невозможности шевелить руками и двигать корпусом, это да. Это мешало.
Первым делом я вкатил себе противостолбнячный укол, потом с помощью ватного
тампона и теплой воды насколько возможно отмыл тело от грязи и пота. Процесс
сопровождался шипением и руганью сквозь зубы. Словом, "непередаваемые ощущения"...
"Периметр взялся за меня всерьез. Словно три моих прохода уязвили его тонкую нервную
систему, и он решил покончить с наглецом. Прежде были цветочки, а сегодня ягодки. Странно
только одно. Почему... Ох, ёп!.."
Рука соскользнула и задела широкий порез у плеча. Боль хлестнула по спине,
отрикошетила в голову и ушла в ноги. Ничего, терпимо...
"... Так вот, странно, что он не использовал оружие. Всякие там лазеры, пулеметы,
гранаты. Ведь его изготовители владеют огромным арсеналом средств уничтожения. Что же
они не догадались поставить простенький ручник в каком-нибудь углу? Или конструкцией не
предусмотрено использование оружия?"
На все синяки, ушибы, шишки ушло две колбы с заморозкой. Еще один - на прочие раны
и ранки. Царапины залил коллоидом, заклеил бактерицидным пластырем, а сверху замотал
бинтом. Много, но во сне все повязки могут слететь, надо их закрепить.
Процесс лечения совмещался с процессом оценки произошедшего.
... Основной принцип работы Периметра - уничтожение естественным способом.
Простым и незамысловатым. Чтобы смерть посмевшего переступить его порог выглядела как
несчастный случай. Когда труп найдут, то установят причину гибели. А она будет обыденна до
смешного. Удар кирпичом, отрезком трубы, смерть от падения с высоты, обрушения пола,
ожога кипятком, поражения током...
Да, наверное, я правильно разгадал принцип Периметра, но от этого легче не становилось.
Погибнуть от пули или от удара куском бетона - не все ли равно. Смерть - она и есть смерть.
"А он выбрал хитрый способ устранения. Весь комплекс Периметра построен на двух
этапах. Первый - нанести удар по нервам. Напугать, нагнать страху. Ведь вид сбесившихся
предметов, норовящих раскроить голову сам по себе, - стресс. Да еще какой! Один тот
длинный коридор похуже всех ужасов, виденных раньше! А потом, когда человек сломлен
психологически, его заставляют совершить ошибку и подсовывают какую-нибудь аномалию.
Он сам налетит, не имея возможности правильно и вовремя отреагировать..."
Покончив с перевязкой, с трудом убрал большой кусок целлофана, на котором стоял.
Целлофан весь забрызган кровью. Потом убрал лекарства. Дотопал до кровати, держась за
стены, осторожно сел на край и попробовал вздохнуть. В боку немедленно кольнуло. Инвалид,
блин!
"Дорого же мне станет добыча золота. Так можно и голову сложить. Скоро парни
приедут, что им показывать? Синяки и ссадины? Это не дело. Надо либо еще раз проходить,
либо..."
На этом ход рассуждений оборвался. Я лег на бок и почта мгновенно уснул.
... Зимняя ночь была тиха и спокойна, как ровная гладь озера. Полный диск луны излучал
ровный неяркий свет. Ярко горели звезды, чуть мерцая на фоне черного неба. Ветра не было
совсем. Вообще. Тишь да благодать. Снег укрыл нетолстым слоем землю, не тронув тротуары и
асфальт дороги.
На пустынных улицах царила тишина. Полная, абсолютная, мертвая. Такую тишину я
знал. Видел и слышал. Когда проходил последний Периметр. И как в прошлый раз, она не
успокаивала, а нагнетала тревогу и опасность. Это была нехорошая тишина. Но такая
приятная...
То, что вместо июня в город пришла зима, меня не удивило, все выглядело само собой
разумеющимся. И снег, и легкий морозец. Непонятно было одно - куда исчезли люди? Почему
так тихо на дорогах, где машины?
Впрочем, и такой поворот дела не выглядел чем-то из ряда вон выходящим.
Я медленно шел по дороге, глядя по сторонам. Горели фонари, над головой висела луна,
света хватало, чтобы различить даже мелкие предметы. Дойдя до поворота, остановился, провел
рукой по груди. И только сейчас заметил, что на теле ничего нет. Брюки от формы, кроссовки
и... все. Корпус гол.
Было около двух градусов ниже нуля, по холода или какого-то неудобства я не ощущал.
Вполне комфортно и хорошо.
Удивление все-таки пробило мощный заслон забытья и вышло на первый план. Я хотел
было повернуть обратно, сходить домой хоть за футболкой, но тут из-за поворота на дорогу
выехал бронетранспортер.
Самый настоящий, реальный, обычная "восьмидесятка". Только катил он медленно и
бесшумно. Словно с выключенным движком. Однако скорость не терял, продолжал ехать.
Я застыл на месте, глядя на него и чувствуя нарастающую тревогу. БТР горел. Огонь
охватил борта и башню машины, лизал боковые дверцы отсека, закапчивая поверхность.
Но не это заставило сердце колотиться с удвоенной силой. Из водительского люка торчало
тело человека в военной форме. Тело лежало почти неподвижно, бессильно свесив руки вниз и
легонько покачивая головой в такт движению машин. По спине, шее и голове текла кровь. Она
капала с кисти правой руки на дорогу.
Проехав еще метров сорок, БТР встал. Совершенно бесшумно. Так же бесшумно он горел,
не издавая никаких запахов. А вот кровью пахло ощутимо.
Отрывая от асфальта непослушные ноги, я подошел к машине, сторонясь языков пламени,
и осмотрел убитого. Парень лет двадцати, коротко стриженный, худой. В старом протертом до
дыр камуфляже и десантной тельняшке.
Зрелище было жуткое, а окружающая обстановка усугубляла ситуацию. Большая
пустынная улица, ночь, снег, тишина и... горящий БТР с убитым на борту. Жуть!..
Я хотел было отойти от машины подальше, но в этот момент она взорвалась. Взрыв
вышел несильным, но он опалил меня огнем и бросил на обочину, в небольшой сугроб.
Почему-то снег не остудил кожу, а, наоборот, ожег еще больше. Вскрикнув от боли, я
рванулся в сторону и... открыл глаза...
Тело горело. Пылало немилосердно, от пяток до макушки. Внутри будто топка заработала,
подняв температуру до немыслимой точки. Кожу под повязками жгло дико, терпеть
невозможно...
Протянуть руку и включить свет я не смог. Больно. Встать, дойти до ванной и залезть под
воду тоже не смог. Осталось лежать на широченной кровати и шипеть сквозь зубы, изрытая
проклятия.
"Конец? Привет от Периметра? Запоздалый удар?.."
Мозг закипал, уши заложило, в глаза словно углей насыпали. Вдобавок от пяток к сердцу
поднималась волна жара. Невыносимого. Градусник, если его поставить, зашкалило бы
стопроцентно.
"Все, отходил свое!.. Наверное, тот газ подействовал. Или все вместе сработало, добивая
ушедшую добычу... Так глупо подохнуть!.."
Жар окатил еще раз, сильнее, боль пошла по внутренностям, заставила выгнуть спину и,
срывая повязки, махнуть руками. Корежило немилосердно. К вискам словно прижали
раскаленные добела пятаки. Я думал, что вот-вот загорятся волосы.
Потом боль отступила и ударила еще раз. Сильнее... И я отрубился, не успев даже понять,
что произошло...
... А потом я выбежал на узкую дорогу, вытоптанную тысячами ног так, что на ней не
росла ни одна травинка. Ноги занесли меня на небольшой взгорок, покрытый скользкой травой.
Глаза успели выхватить край солнца, стену леса и узкую полоску реки вдали.
Я сделал шаг вперед, нога проскользнула вбок, и тело, потеряв опору, рухнуло вниз.
Кульбит, еще, удар о кочку, опять кульбит...
Новый удар, из глаз брызнули слезы. Руки скользили по траве, немного замедляя скорость
падения. Я еще раз кувыркнулся и со всего маху влетел в большой муравейник, стоявший
неподалеку от дерева.
Злые лесные муравьи тут же напали на непрошеного гостя, кусая его изо всех сил.
Странно, но боли от укусов не было. Словно меня не кусали, а щекотали. По крайней мере
зуд был немилосердный. Зудело все тело. Я вскочил на ноги, отбежал в сторону и начал
стряхивать муравьев.
Странно, но чем больше я их стряхивал, тем сильнее зудело. Будто мураши впрыснули
какую-то дрянь. Не выдержав, я начал драть кожу ногтями, шипя, как разъяренный кот...
От звука раздираемой кожи я и проснулся. Открыл глаза. Зуд не проходил. Зато прошла та
боль, что выворачивала меня наизнанку прошлый раз. Ничего похожего на боль, но вот
чешется!..
Пальцы расчесывали кожу прямо сквозь повязки с такой силой, что из порезов и царапин
должна пойти кровь. Но повязки были сухими. И синяки не болели.
Не забивая голову загадками, я минут пять расчесывал тело, даже не вспоминая странные
сны. А когда зуд немного сошел, на меня вновь навалилось забытье...
Какой сон был потом, не помню. Возможно, никакого. Я проснулся от того, что язык от
жажды свернулся в трубочку, а во рту горела топка.
Осторожно, боясь потревожить раны, сел и едва не упал обратно от дикой слабости. Сил
не было вовсе. Будто отказали все мышцы.
Что с организмом? Чего его корежит? Последствия Периметра? Но раньше-то такого не
было.
"Раньше он не показывал норов. Не работал на сто процентов, - подсказал внутренний
глас, к которому я привык и перестал обращать внимание. Хочет - пусть вещает. Тем более не
во вред мне. - Периметр показал, на что способен, и тебя сразу развезло. Боль, зуд, слабость...
полный набор прелестей. Но раз ты до сих пор жив, можно надеяться, что на этом твои беды
подошли к концу..."
С третьей попытки я встал, держась за стену, добрел до кухни и выпил стакан воды. Сел
на табуретку, отдохнул, проклиная свою немощь, потом пополз обратно. Кое-как забрался на
кровать и опять заснул. Сразу, без пауз. Как вырубили.
... Из долгого и глубокого забытья я вышел относительно легко и спокойно. Минуту
полежал без движения, оценивая свое состояние, попробовал поднять одну руку, вторую.
Ничего. Зуда нет, боль... не сильная, нудная, но вполне терпимая.
Аккуратно сел, свесив ноги вниз. Мышцы не успели набрать прежней силы и были как
вата. Однако работали, поэтому до ванной я дошел сам, не опираясь на стены. Глянул в зеркало.
Да-а... видок еще тот.
Стоит тип весь в бинтах, глаза бешеные, руки подрагивают. Как с перепою. Хорошо
отдохнул...
Опустошив половину кувшина, я притащил целлофан, достал аптечку и занялся
перевязкой. Вернее, хотел это сделать. Но не вышло. Нечего было перевязывать. Совсем.
С отвисшей челюстью и широко раскрытыми глазами я смотрел на отражение, пытаясь
понять, что произошло.
Опухшие, почти черные голени, руки, запястья и плечи вновь стали обычного цвета.
Только легкая припухлость выдавала места травм. Порезы, ссадины, царапины, стесанная кожа
поджили. Капитально поджили. Не только кровь остановилась и наросла корка, но даже кое-где
она успела отойти от кожи, обнажая розовую пленку.
- Эт-то как понимать? - выдохнул я, тупо глядя па себя. - Это, значит, зажило? Но
как?
Пальцы тронули небольшую припухлость на левом предплечье. Вчера оно было черное,
раздавшееся, с коркой засохшей крови. Сейчас - чистая кожа, синяка нет. Только немного
побаливает.
- Это что? - опять вслух спросил я. - Мать его! Фокусы Периметра?
Значит, адский огонь, боль, зуд - этапы выздоровления. Какой-то ненормально быстрой
регенерации поврежденных тканей? А слабость от того, что организм почти полностью
исчерпал свои резервы и просто истощен многочасовой борьбой с недугами. И ни хрена себе!
Минут пять я крутился возле зеркала, как девица, рассматривая себя со всех сторон и
отмечая изменения.
Синяка нет... Пореза нет... Плечо чисто... Чернота сошла... Все сошло!
Несмотря на значительное улучшение, тело еще побаливало, но не так чтобы очень. А вот
слабость была сильная. В таком состоянии лучше всего лежать.
- Но сначала надо перекусить, - опять вслух подумал я. - Пожрать как следует...
И поплелся на кухню, попутно врубив стереосистему. Достал из холодильника мясо,
нарезку, кетчуп, яйца. Вытащил хлеб, врубил сковородку и начал готовить обед. Или ужин?
"... Московское время - двадцать один час сорок пять минут, - мило пропела
радиоведущая. - До долгожданного лета осталось всего несколько часов, и в преддверии этого
события..."
Бросив ошарашенный взгляд на электронные часы, я увидел цифры - 31.05. 21:45. Вот
это да! Я дрых почти двое суток! Два дня без перерыва! Выходит, организм взял тайм-аут,
чтобы подлечить себя. Понятно, откуда такая слабость. Он исчерпал большую часть резервов.
Релаксация прошла успешно, но отняла все силы.
Наскоро сварганив ужин и не пожалев продуктов, я сел его уминать, попутно соображая,
что теперь делать.
"Приедут парни, и что я им покажу? Заживленное в короткие сроки тело? Добытое
золото? И что? Идти в Периметр за новой добычей, зная, что там ждет? Не дело это...
Придется, когда окончательно подживут раны, пойти туда еще раз. Выяснить, будет ли
Периметр всегда так встречать непрошеных гостей, или это единичный случай..."
Подумав так, я поморщился. Идея, конечно, верная, только лезть снова в эту мясорубку
желания не было. Впрочем, о желании здесь речь не идет. Периметр не зря возник в моем мире.
За ним могут прийти и его создатели. А от них хорошего ждать не стоит.
Доев, помыл тарелки и, чувствуя слабость в теле, потопал обратно в спальню. По пути
глянул на телефон. Он был поставлен в беззвучный режим и только фиксировал звонки. На
дисплее мигала цифра 3. Три звонка за то время, пока я спал. Интересно, кто звонил? Может,
парни?
Ткнув кнопку, я открыл страницу с номерами звонивших. И присвистнул. Все три звонка
сделаны с одного номера. Хорошо знакомого. Звонил Генка, главный заводила Наташкиной
компании. Что ему надо?
Преодолевая нежелание, я поднял трубку и нажал автодозвон. Пошли длинные гудки...
На том конце трубку сняли после первого гудка. Женский голос, излишне нервный и
громкий, спросил:
- Слушаю...
Иринка, подружка Гены. Когда она была у него дома, то всегда брала телефон.
- Это Артур. Генка звонил мне...
- Артур... - перебила она. - Мы тебе уже два часа звоним. У нас тут такое!
Странно. Нет, не то, что у них происшествие. А то, что они позвонили мне. Ведь после
прошлого разговора они не давали о себе знать. Но сейчас...
- Ну и что случилось? - спросил я, ковыляя к кровати. Но вместо внятного ответа
услышал всхлипы и сопение.
Это уже что-то странное. Не похоже на жизнерадостную Иришку.
- Не понял?
На этот вопрос ответа не было. Иринка шмыгала носом и ничего толкового сказать не
могла. Потом трубка сменила владельца, и я услышал Генку.
- Артур? Привет.
- Салют. Что произошло? Чего Ирина плачет?
- Да тут проблема возникла. Женя...
- Как? - не понял я последнее слово.
- Пропал, говорю, Женька.
- Что значит пропал? - совсем перестал понимать я. - Уехал или украли?
Трубка опять сменила владельца. Похоже, там целая очередь желающих поговорить со
мной.
- Артур?!
Сквозь рыдания и всхлипы я с очень большим трудом различил голос Юльки. Она ревела,
и, судя по тону, довольно давно. Уже сил не осталось, и голос ослаб. И все же каким-то чудом
смогла внятно произносить слова.
- Артур, Женька ушел! Мы с ним... поругались! Первый раз!.. Я хотела, чтобы он не
ездил... а он... сказал, что уедет даже без меня... А я... - Рыдания достигли максимума, и
секунд на десять разговор прервался.
Я ждал, успев сообразить, что, собственно, произошло и почему обратились ко мне.
Женька с Юлькой жили душа в душу и раньше никогда не ссорились. Не считая мелких
споров. Это у них у всех - максимум доброжелательности и минимум крнфликтов. И вот
первый раздор.
Не умея конфликтовать, детишки не умеют и быстро мириться, оставляя ссору за бортом.
Поэтому Женька, как истый мужчина, вспылил и хлопнул дверью. Но, видимо, слишком
сильно. Судя по всему, полдня его нет. Для домашней компании (в смысле воспитания и образа
жизни) такое происшествие - нонсенс.
А ко мне обратились, когда все сроки прошли и нет возможности отыскать пропажу. Меня
же компания всегда воспринимала как человека старшего и более знающего, пообтертого в
жизни. Думали, что все могу и все умею. Забыли о разладе и моем уходе. Просто больше не к
кому обратиться.
"Самое время сейчас заниматься делами детишек... Да еще в таком состоянии. Максимум,
что я могу, - это рухнуть у входа. Сил хватит, только чтобы дойти до него..."
- Когда он ушел? - спросил я, уловив паузу в рыданиях.
- В первом часу.
Десять часов - прикинул я. За это время можно уехать очень далеко от города. Или
натворить много дел.
- Куда он мог уехать? Вы звонили ему домой?
- Да... - Рыдания пошли на убыль, но печаль в голосе только росла. - Его там нет.
- У друзей, знакомых, в общежитии?
- Не-е-ет... - вновь зарыдала она, - не знаю...
Ясно, поиск не велся. Или был, но самый примитивный. Трубка очередной раз сменила
владельца. Опять заговорил Генка.
- Это я... мы звонили к нему домой и общим приятелям. Но его нигде нет.
Почувствовав, что сидеть стало тяжело, я лег на кровать и закрыл глаза. Как же вы не
вовремя, ребятишки!
- В милицию, больницы, морг звонили?
- Морг? - растерянно повторил Генка. - Нет... А надо?
Его слова дошли до слуха Юльки, и она заревела с новой силой. Интересно, как она вела
себя при ссоре с Женюшей? Наверное, была неприступна и высокомерна. Все они, детишки,
задирают нос и строят из себя особо важных персон, пока не прижмет...
- Ты думаешь?.. - не смог выговорить страшное слово Генка.
"Что я на самом деле думаю, ни за что не скажу. Некультурно..."
Ладно, спорить и слушать без толку. Все равно по телефону они ничего толкового не
скажут. Парень вряд ли уехал из города. Либо сидит с приятелями, либо со случайной
девчонкой, либо... лежит. На кровати, на койке, в траве, на нарах, в морге...
- Гена, слышишь меня?
- Да.
- Найдите хорошую четкую фотокарточку Женьки. Чем больше, тем лучше. Это раз. Два
- успокойте Юльку и вместе вспомните всех друзей, приятелей и знакомых Женьки вне вашей
компании. И места, где они могут быть.
- Ага...
- Не перебивай. Дальше - кто из его родственников и где живет. Адреса, телефоны... А
также все заведения, где бывали вы все или он с Юлькой. Понял?
- Да. А...
- Я скоро к вам приеду. Ждите.
- Ясно, но...
- Без "но". Ждите.
На том конце провода молчали.
"Мне нет дела до их проблем, - объяснял я сам себе, прилагая титанические усилия,
чтобы встать с кровати и не упасть обратно от прилива слабости. - Эти детишки слишком
глубоко сунули нос в чужое дело и посчитали это правильным. Решили диктовать условия
своей игры человеку... скажем, иных устоев, чем они сами. Раз наши пути разошлись, то так
тому и быть. Вот и пусть расхлебывают кашу..."
Вторая попытка встать оказалась успешной. Теперь дойти до одежды, потом до двери, а
затем до машины. Правда, в таком состоянии я могу вести не "восьмерку", а разве что
размышления. О смысле жизни. Лежа в кровати.
"Пропал пацан, и ладно. Сами разберутся... Запил, загулял - головная боль его
подружки, а не человека, едва уцелевшего после мясорубки..."
Одежда была непослушной, норовила выскользнуть из рук. На брюки ушло две минуты,
на рубашку из-за болей в спине - три. Кроссовки потребовали чуть меньше.
"Однако есть одно "но" - если пацан сейчас в ментовке или больнице. Вот тут
ребятишки не справятся. Наши отношения здесь ни при чем, надо помочь вытащить
шалопая..."
Последняя мысль была из разряда разговоров в пользу бедных. Типа я пофигист, но тут
такое дело!.. Благородство прет из всех щелей.
"Благими намерениями выстлана дорога в ад, - вспомнил я. - По крайней мере для
меня. Потому что сил маловато. Так что без стимулятора не обойтись..."
Немного подумав, я дошел до кухни и выпил стакан воды. Потом еще половину. Легче не
стало, но голова прояснилась и слабость ушла. Не бог весть какой тоник, но мне помогло. На
сколько?
Покончив с восстановлением сил, я набрал номер Разгонова. Он самый надежный
источник в милиции. И самый влиятельный. Если Женька у них - вытащит без проблем (при
условии несильного залета). Если его там нет - поможет быстрее отыскать.
Ни дома, ни на работе капитана не было. Пришлось прибегнуть к последнему средству -
вызову по пейджеру. Правда, не факт, что он ответит. Мог уехать за город или по делам.
Отправив сообщение, я прикинул, кому звонить, если Разгоноса не найду. Пожалуй, в
дежурную часть РОВД. Там сидит еще один знакомец. Должен сидеть, вроде его смена...
Подождав пару минут, я уже хотел звонить в отдел, но тут телефон затрезвонил сам.
- Артур? - раздался в трубке веселый голос Разгонова.
- Привет органам.
- Привет, привет, - так же весело ответил капитан. - Чего хотел?
- Ты в городе?
- Ну!
Судя по всему, капитан отдыхал в теплой компании и был слегка навеселе. Слегка -
потому что пить много не любил и всегда держал голову свежей.
- Нужна помощь. Небольшая. И срочная.
- Нахал ты, Томилин, - со смехом ответил тот. - Звонишь ночью, отрываешь от
важного дела, да еще сразу помощи просишь. А сам даже не хочешь поздравить человека.
"Звание! - выдал обессиленный мозг после секундного размышления. - Он давно
должен его получить, вот и подошло время..."
- Поздравляю, майор.
- О! Сообразил... - деланно удивился Разгонов. - Надо же, какой догада!
- Презент с меня. Не заржавеет.
- Посмотрим. Ну, говори, что произошло?
Коротко, в двух словах, я объяснил ситуацию, сделав упор на том, что пропавший не
склонен к побегам и суициду, а также не связан с криминалом. На последнее уточнение
капитан, пардон - майор, среагировал сразу.
- Все мы сейчас связаны с криминалом. Так или иначе. - Он сделал паузу, потом
спросил: - Давай данные твоего пацана.
Я по памяти продиктовал фамилию Женьки, адрес проживания, адрес родни, коротко
обрисовал внешность.
Разгонов, видимо, записывал, дважды просил повторить, кое-что уточнил и
по
...Закладка в соц.сетях
