Жанр: Фантастика
Дитя Демона или Хроники Хитрии 2. Башня измены.
...ритой тонзуре отражалось
пламя свечей. Как, во имя Основательниц, кариенский жрец оказался в городе?
Наконец молитва кончилась. Жрец помог старухе подняться на ноги и взял с алтаря
украшенный драгоценностями посох. Мистресса Хинер посмотрела на капитана своими
хищными глазками и повернулась к гостю:
- Это тот, о ком я говорила. Капитан Локлон, это Гаранус. Локлон осторожно
кивнул, адресуясь к жрецу, и взглянул на мистрессу Хинер:
- В записке сказано, что вы хотите меня видеть. Я могу вернуться попозже, когда
вы освободитесь.
- Это я попросил вас позвать, - сказал жрец странно дребезжащим голосом,
словно у него было опалено горло. Он прикоснулся посохом к плечу Локлона и,
удовлетворенно кивнув, опустил руку. - Мистресса Хинер сказала мне, что вы можете
кое-что порассказать про дитя демона.
При упоминании о Р'шейл нерешительность Локлона как рукой сняло.
- Вы знаете, где она?
Жрец кивнул:
- Она сопровождает Верховную сестру и скоро будет здесь.
Локлон вновь загорелся своим всегдашним навязчивым желанием:
- Когда она появится, я убью ее. - "Убью ее, да, но медленно и ох как больно - и
только после того, как она взмолится о пощаде"
- Вы не сделаете этого! - сказал жрец.
- Разве ей не предначертано уничтожить вашего бога? Я думал, что вы сами
попросите меня убить ее.
- Она создана для того, чтобы уничтожить его, капитан. Это не совсем то же самое,
что "предначертано". Дитя демона не имеет обязательств. Она не получила такого
задания, иначе отправилась бы в Кариен, а не в Цитадель.
- Так что же... вы считаете, что сумеете склонить ее на свою сторону?
- Хафиста - единый сущий бог, - встряла в разговор мистресса Хинер. - Дитя
демона станет его союзником и уничтожит первичных богов. Он решил, что так тому и
быть.
Локлон подумал, что не стоит указывать мистрессе на слабые места в ее
аргументации. Если Хафиста действительно единый сущий бог, то кто создал дитя
демона? И если первичных богов нет, как заявлял Всевышний, зачем их уничтожать?
- Ваша задача заключается в том, чтобы просто привести ее к нам, - объяснил
Гаранус. И, слегка нахмурившись, добавил: - В целости и сохранности, капитан.
- Мне обещали, что я смогу отомстить.
- Что обещали - то получите, - ответствовал жрец. - Как только дитя демона
примкнет к пастве Всевышнего, то сразу обратится против наших врагов и ваших. Она
уничтожит их.
Локлон не это имел в виду.
- И что я должен сделать?
- Вы будете участвовать в параде в честь Дня Основательниц, не так ли?
Локлон кивнул. От этой обязанности не освобождали никого.
- Верховная сестра появится в конце церемонии. Нет сомнений, что она подгадает
вернуться как раз к этому событию, чтобы подчеркнуть значимость своего возвращения.
- Верховная сестра любит производить впечатление, - ехидненько вякнула
мистресса Хинер.
- Вы должны попасть в группу приближенных и не отходить от нее ни на шаг.
- И как же я туда попаду? Сам себя назначу, что ли? Вы плохо знаете защитников,
жрец. У них должности дают, а не берут.
- Ну, покрутитесь у нее перед носом, предложите свои услуги. Уверен, вам это
удастся.
- А Р'шейл?
- Не исключено, что вы ее не узнаете. Она может использовать чары, чтобы скрыть
себя от глаз толпы. Но это не ваша забота. С ней будет мужчина - харшини-полукровка
по имени Брэкандаран. Вы должны его убить.
Локлон пожал плечами.
- А что потом?
- Как только вы представите доказательство, что Брэкандаран мертв, мы обсудим,
как наилучшим образом справиться с Р'шейл.
Такой расклад Локлону совсем не понравился.
- А вы хорошо знаете, с кем имеете дело? Никакого наилучшего способа
справиться с Р'шейл нет. Она - сука кровожадная.
- Дитя демона можно подчинить, капитан. В ее силе кроется слабость. - Жрец
сунул руку куда-то в недра рясы и извлек на свет изящный серебряный шейный обруч с
фермуаром в виде стрелы и звезды Всевышнего. - Эта штука сделает ее посговорчивее.
- Вы что, хотите купить ее безделушкой? - фыркнул капитан.
- С этой безделушкой, как вы изволили выразиться, - сообщил жрец, зловеще
ухмыляясь, - дитя демона сделает все, что вы ей прикажете. И чем активнее она будет
использовать силу, чтобы одолеть ее чары, тем хуже у нее это получится.
Локлон взял обруч и задумчиво осмотрел его со всех сторон.
- Она сделает все, что я прикажу?
Жрец кивнул.
- Абсолютно все.
День Основательниц не задался с самого утра. В небе висели черные тучи, грозя
пролиться дождем, дул пронизывающий ветер. Пространство вокруг дворца Франсил
было запружено народом - горожанам хотелось посмотреть на вернувшуюся Верховную
сестру. Однако ожидание затягивалось. Всеобщее воодушевление понемногу спадало,
люди проголодались, и многие уже подумывали о том, чтобы вернуться к своим теплым
домашним очагам.
Локлон в параде не участвовал. Вызвавшись присматривать за порядком в толпе, он
получил в распоряжение роту охранников и теперь стоял на ступенях дворца, чуть ниже
сестры Хэррит и членов Кворума. В небе загрохотал гром, тучи висели так низко, что
казалось - еще немного, и до них можно будет дотронуться рукой. Глядя на пехотинцев
и конников, проходящих по улице, Локлон понемногу терял терпение. Верховной сестры
все не было и не было. Вот последний отряд завернул за угол, и в этот самый миг небеса
разверзлись. Члены Кворума побежали прятаться под крышу у входа во дворец, толпа
бросилась врассыпную. Накрыв головы плащами, люди разбегались кто куда. Один
Локлон остался на посту. Вымокнув до нитки и будто совсем этого не замечая, он
озирался по сторонам. Где же она?
Дождь расстроил все планы Локлона. Если экипаж Верховной сестры не появится
сию же минуту, вскоре от толпы встречающих останется одно воспоминание. Локлон в
отчаянии смотрел на людскую кашу. Он намеревался подойти к полукровке в толпе
незаметно - и как прикажете это сделать, если эта самая толпа тает на глазах? Капитан
взглянул на своих солдат, стоявших в оцеплении. Мокрые, несчастные, они, похоже,
долго не выдержат. "Вот только посмейте сделать хоть шаг! - Взгляд Локлона был
многообещающим. - Только посмейте!" Сестра Хэррит и члены Кворума коротко
посовещались под карнизом дворца и, бросив взгляд в сторону главных ворот, скрылись
внутри.
Уход Кворума послужил сигналом к окончанию праздника - во всяком случае, для
оставшихся горожан. Через несколько минут площадь опустела. Теперь держать солдат в
оцеплении под дождем было глупо. Локлон выругался про себя и открыл было рот, чтобы
распустить охрану... и в этот самый момент появилась свита Верховной сестры.
Увидев приближающихся всадников, охранники вытянулись по стойке смирно. За
ними следовала закрытая карета с занавешенными окнами. Подъехав к ступеням дворца,
экипаж остановился. Сердце Локлона заколотилось как бешеное. Сейчас он увидит
Р'шейл. Капитан машинально погладил рукоять кинжала. Он был готов на все, и ничто не
могло его остановить. Ведь как только мертвый харшини падет к ногам Верховной
сестры, Локлон станет героем.
- Локлон! Что, во имя Основательниц, вы здесь делаете? Убирайте своих людей
отсюда! - послышался гневный голос Гарета Уорнера.
- Мы ожидаем Верховную сестру, сэр! Чтобы предложить ей свою помощь!
Мокрый как мышь, комендант спрыгнул с коня и, не обращая внимания на
проливной дождь, накинулся на Локлона:
- Не говорите глупости! У Верховной сестры достаточно своих людей. Отпустите
солдат!
- Но, сэр...
- Я приказал отпустить людей!
Локлон подчинился. Ему осталось лишь наблюдать, как охранники Джойхинии
хлопочут у кареты, как помогают выйти Верховной сестре, держа над ее головой плащ,
как из кареты появляется еще одна сестра... Локлон мог поклясться, что это Мэгина
Кортанен. Он подождал еще немного, но, кроме незнакомой темноволосой женщины и
лорда Драко, в карете больше никого не оказалось.
Локлон в отчаянии огляделся по сторонам: никаких признаков Р'шейл или
полукровки, которого следовало убить. Верховная сестра торопливо вошла во дворец, а
защитники с каретой и лошадьми отправились на конюшню.
Локлон стоял под дождем и тихо ругался. Ну где же она?
Глава 42
В ожидании Верховной сестры Брэк и Р'шейл битый час торчали под навесом у
ворот Цитадели, и часовые, которые прятались от дождя тут же, ни разу их не заметили.
Чары Брэка сделали свое дело: оставшись зримыми, всадники попросту не привлекали
внимания солдат. Нервно теребя поводья, Р'шейл слушала, как дождь колотит по навесу, и
покорно ждала. Бренн, бог ветров, весьма ответственно отнесся к ее просьбе и расстарался
не на шутку.
Брэку никогда не доводилось иметь дело с богом ветров. Бренн был сущностью
независимой и масштабной. Мелкие людские проблемки редко его волновали. Но в свое
время он явился на вызов Лорандранека и так же быстро пришел на помощь его дочери.
Вдоволь налюбовавшись картиной ненастья, Брэк сердито по смотрел на Р'шейл:
- А ты сказала ему, что нам нужен ливень, а не всемирный потоп?
- Скоро дождь перестанет, - ответила она, но уверенности в ее голосе не
чувствовалось.
Фокус с дождем придумал лорд Дженга с неделю назад в Котсайде, когда они
дожидались парома в таверне "Сердце и очаг" на берегу Стеклянной реки. Предметом
жарких споров было одно: как бы так обставить появление Джойхинии в Цитадели, чтобы
к ней тотчас же не записалась на прием масса страждущих.
Гарет Уорнер уверял, что если Джойхиния проникнет в Цитадель незамеченной, это
вызовет огромные подозрения. Она должна появиться в городе так, как подобает особе ее
положения. Этого ждали. В то же время нельзя было допустить, чтобы кто-то услышал ее
детский лепет и идиотское хихиканье. А уж о том, чтобы выставить ее на всеобщее
обозрение, даже речи быть не могло.
Р'шейл хотела прибегнуть к помощи демонов, но Дранимир отверг эту идею.
Демоны все еще практиковались, к тому же создание фантома требовало много сил, а их
следовало приберечь для собрания. Брэк предложил воспользоваться чарами и скрыть
процессию от глаз людских, но тут опять возникала проблема тайного проникновения в
Цитадель, от которого уже решили отказаться.
И тогда слово взял Драко. "Очень жаль, - сказал он, - что нельзя по собственному
желанию вызвать дождь". Никто, мол, не станет стоять на холоде да под дождем только
для того, чтобы помахать ручкой Верховной сестре - будь она хоть сто раз верховная. И
тут Р'шейл взглянула на Брэка так, что тот сразу понял: дитя демона придумало какую-то
каверзу.
- Ты можешь обратиться к Бренну.
- Бог ветров это тебе не Дэйсендаран, Р'шейл. Его мало заботят харшини, и еще
меньше он думает о людях. Единственный харшини, который мог убедить его сделать
что-то, - Лорандранек, - сказал Брэк и тут же пожалел об этом.
- А что, если я его попрошу?
- Кого и о чем? - заинтересовался Гарет.
- Бога ветров. Пусть сотворит ливень в тот день, когда мы приедем в Цитадель.
Гарет внимательно посмотрел на Р'шейл и покачал головой:
- Делайте что хотите, а я вам не помощник. - Он поднялся из-за стола и побрел к
себе в комнату.
Драко посмотрел ему вслед и повернулся к Брэку и Р'шейл:
- Неохота ему связываться с вашими богами.
- А вам? - тут же откликнулась Р'шейл.
Драко ей не нравился. Отец Тарджи тридцать лет был слепым орудием в руках
Джойхинии. Это он приказал казнить семью Р'шейл и сжечь деревню, в которой она
родилась, и по велению Джойхинии был готов погубить даже собственного сына и триста
мятежников. Но потом раскаялся, и раскаялся искренне, ибо был, как лорд Дженга,
человеком болезненно честным. Ошибка дорого ему обошлась. Сбившись с пути
истинного, он метался, пытался загладить вину, но ни Тарджа, ни Р'шейл не могли
простить его. Брэк доверял ему больше, чем Гарету Уорнеру. Гарет был себе на уме, тогда
как Драко честно хотел искупить вину.
- Я повидал много на своем веку и убедился: ваши боги существуют, Р'шейл. Но я
им не поклоняюсь.
- Вы предпочитаете своих, - пробурчала Р'шейл. Брэк похлопал ее по руке:
- Ну-ну, не лезь в бутылку.
К его удивлению, она подчинилась и, глянув на Драко как на пустое место,
обернулась:
- Ну и как мне разговаривать с Бренном?
- Выбирай слова, - ответил Брэк, и было непонятно, шутит он или говорит
всерьез.
- Видишь, я же говорила, что он перестанет!
Брэк очнулся и обнаружил, что с неба уже едва накрапывает. "Спасибо,
божественный", - прошептал он, хоть и не был уверен, что Бренн его слышит.
- Ну что, пошли? - Р'шейл с опаской глянула на часовых. Брэк кивнул и
последовал за ней. Чары на всякий случай он снимать не стал.
Прошло уж лет двести с тех пор, как он покинул Цитадель, и перемены,
случившиеся за это время, его поразили. Когда-то он здесь жил - в ту пору Сестринская
община еще не воцарилась в Цитадели.
Ребенком он играл с демонами в огромных садах, на месте которых теперь стояли
дома. Он гулял в вековых лесах вокруг Цитадели, которые давно полегли под топорами
людей и пошли на дрова. Люди погубили всю красоту Цитадели, творение зодчих
харшини. От былого города остались лишь храмы и дворцы, да и те изрядно пострадали:
барельефы были сбиты, а благородные контуры искажены поздними добавлениями.
"Хорошо, что харшини не знают, во что превратилось их былое пристанище, - подумал
Брэк. - Вот бы они опечалились".
- Я чувствую, - изумленно прошептала Р'шейл. - Я чувствую Цитадель.
- И она отзывается на твое присутствие.
Р'шейл нахмурилась, силясь разобраться в чувствах, которые ее переполняли.
Цитадель была теплым домом и надежным приютом - но лишь до тех пор, пока Р'шейл
не осознала, какой силой обладает.
- Я думала, только боги знают, кто я такая.
- Душа Цитадели тоже бог, - ответил Брэк. - Не сущий, не первичный бог, но
все-таки бог.
- То есть она нечто вроде Хафисты? А может, это демон, который решил, что он
бог?
- Нет, Цитадель уникальна. Все, что здесь построено, - живое. Цитадель наделена
бытием. Или душой, если тебе так больше нравится.
Они ехали в сторону Храма богов. Брэк не знал, как люди называли его теперь, но
некогда это сооружение было средоточием жизни харшини - здесь взывали к богам, и
каждый из них послушно являлся по первому зову. В этом храме маленький Брэк играл с
богами и демонами в свои детские игры и не ведал, что ждет его впереди. Тогда он еще не
вкусил жизни получеловека. Тогда он еще не был убийцей Лорандранека.
- А почему Дранимир считает, что харшини необходимо попасть в Цитадель?
- Здесь их нельзя убить, Р'шейл. Цитадель этого не допустит.
Фиалковые глаза девушки стали круглыми от удивления.
- Ты шутишь?
- Нет, но не слишком радуйся. Эта защита не распространяется на полукровок. Мы
с тобой здесь такие же смертные, как обычные люди.
- Значит, в Цитадели харшини могут не опасаться кариенцев? Даже если те
перейдут границу?
- Это их единственное спасение. Не прятаться же им вечно. Их неумение убивать
просто непостижимо, Р'шейл. Слышал я одну историю о первой чистке. Толпа людей
схватила семью харшини, пытавшуюся спастись от кровавой резни. Люди изнасиловали
женщин и убили детей. Последнему оставшемуся в живых харшини они дали в руки меч,
а сами встали перед ним на колени и склонили головы: на, мол, руби. Несчастный бросил
меч и упал на землю. Он не мог лишить жизни даже себя, потому что самоубийство у
харшини тоже табу. - Брэк не замечал, как посуровел его голос, до тех пор пока не
увидел страдающий взгляд Р'шейл.
- Это ведь не вся история, правда, Брэк? - тихо спросила она.
- Нет.
- И что случилось потом?
- Мы не успели его спасти. Но злодеи, которые это сделали, тоже не успели
полюбоваться делом рук своих.
- Вы их убили? Но как - ведь харшини не могут убивать.
- В то время полукровок было гораздо больше. Смешанные браки случались
довольно часто. Мы были молодыми и горячими и не признавали никаких чисток.
Р'шейл задумалась.
- А где теперь другие полукровки?
- Их нет. Сестринская община постаралась. Ведь каждый из нас стоил дюжины
чистокровных харшини.
Они проехали мимо Храма богов. Брэк уже жалел о том, что завел разговор о первой
чистке. Века, прошедшие с тех пор, не утолили боль воспоминаний.
- Значит, ты остался один.
- Оставался. Пока не появилась ты.
Ответом ему было молчание. Брэк вздохнул и посмотрел на хмурое ненастное небо.
А ведь Р'шейл, пожалуй, права: собрание, конечно же, спряталось от дождя, и скорей
всего именно во дворце.
Оставалось одно: заставить собрание принять и выслушать Джойхинию. Как это
сделать, знал только Брэк, но он не хотел делиться секретом с Р'шейл, все еще надеясь,
что та передумает. Долго Р'шейл жила и не знала, на что способна, и лишь в Убежище
Коранделлен и мудрые харшини-наставники открыли ей истину: сила ее безмерна, но путь
познания долог. Р'шейл ступила на него не задумываясь и шла столь уверенно, что Брэк
старался все время быть начеку.
С тех пор как Шананара научила ее ощущать собственную силу много воды утекло.
Тот день у Стеклянной реки, более года назад казался теперь частью далекого-далекого
прошлого.
Если вид оскверненной Цитадели ранил душу, то на Трактирной улице рану будто
посыпали солью. Некогда просторная, зеленая, а теперь шумная и бестолковая, она
источала дух алчности. Из-за дождя пир в амфитеатре отменили и столы вместе со снедью
запихали на трактирные террасы. На улице было полно народу, не убоявшегося ненастья
ради дармового угощения Сестринской общины. В толпе виднелись красные мундиры,
серые одеяния послушниц, зеленые плащи трудниц и разноцветные наряды
простолюдинов. Кое-где мелькали синие одеяния сестер. Многие из них предпочли
остаться под крышей, а не толкаться в давке под дождем. Белых одежд сестер Кворума
вообще не было видно.
- Может быть, пойдем куда-нибудь в другое место? - спросил Брэк, с тревогой
осматривая толпу.
Они собирались остановиться в таверне близ Дворца богов и не показывать оттуда
носа, пока не начнется собрание.
- Но мы должны встретиться здесь с Аффианой.
- Ничего, она нас подождет. Р'шейл подумала немного и кивнула.
- Столы с едой здесь, значит, и народ весь здесь. В пещерах нам никто не
помешает.
Р'шейл поворотила коня и уверенно поскакала впереди. Брэк послушно пристроился
сзади, хотя знал эту дорогу как свои пять пальцев. Когда-то пещеры служили конюшнями,
где держали предков хитрианских чудо-коней. Всадники въехали в освещенный факелами
тоннель и спешились. Дальше они пошли пешком, ведя коней в поводу. Брэк смотрел по
сторонам, и в сердце его потихоньку заползала тоска. Пусто, везде пусто.
Он тряхнул головой, пытаясь избавиться от непрошеного чувства, и глянул на
Р'шейл:
- Ты действительно хочешь сделать это?
- Да, Брэк, другого выхода нет.
Различить выражение лица Р'шейл в сумраке было трудно, но взволнованный голос
выдавал ее. Здесь, в мире людей, непохожесть Р'шейл на простых смертных ощущалась
особенно остро. Рядом с ней Брэку становилось не по себе. Впрочем, в ее годы он тоже не
придавал значения своей силе и тоже был весьма самоуверен. А такая самоуверенность до
добра не доведет. Надо бы сбить с нее спесь, да поскорей.
- То, что ты собираешься сделать, неправильно. Неужели ты этого не понимаешь?
- Но это необходимо.
- Ты готова к последствиям?
- Каким последствиям? - Голос ее прозвучал неуверенно.
- Брать за горло людей легко, Р'шейл, - сказал Брэк. - Сами они меж собой
всегда так делают. У них, правда, нет той силы, что у нас с тобой, зато есть свои
приемчики, и работают они подчас очень и очень неплохо.
- Я не понимаю, о чем ты говоришь.
- Ты помнишь, как сражалась вместе с мятежниками? Я много раз видел, как эти
сорвиголовы подчинялись тебе без звука, а ведь ты тогда ничего не знала о силе, которой
обладаешь. А Тарджа? Он же одним только словом заставил триста мятежников напасть
на защитников в Тестре. Да что там говорить - каждая мать, которая заставляет своего
ребенка есть пареную репу, использует чары принуждения.
- Ты к чему это, Брэк?
- А к тому, что ты сумела втянуть язычников в сражение, потому что они сами
этого подспудно хотели. Все мятежники, напавшие на Тестру по приказу Тарджи, втайне
мечтали о победе. Даже дети в конце концов уступают и едят пареную репу, потому что
голод не тетка. Но когда человека заставляют делать что-то помимо его воли - это другое
дело. В этом случае ты подавляешь его непознанное стремление и заставляешь двигаться
в другом направлении. Ты похищаешь у него остатки воли. А это ранит человеческую
душу. Это все равно что повернуть вспять воды Стеклянной реки.
- Ты думаешь, что у меня не хватит сил? - озадаченно спросила Р'шейл. - Но
ведь у кариенских жрецов это получается.
- Р'шейл, ты можешь горы свернуть, если будешь, что называется, в ударе. Твоя
сила здесь не главное. Что же до кариенских жрецов, то их способности - просто
гнусность. Не забывай, что Хафиста некогда был демоном. Во время инициации они пьют
его кровь. И это кровь не убитых животных, а настоящая кровь Хафисты. Кровь связывает
их с богом точно так же, как мы связаны с нашими демонами. Благодаря такой связи они
могут подпитываться его силой, чтобы наложить чары принуждения.
- Но эта связь эфемерна, - возразила Р'шейл. - Откуда они взяли столько силы,
чтобы подчинить себе целую армию?
- Каждый по отдельности действительно слаб, но все вместе они могут наделать
бед.
- А ты не боишься, что я уверую во Всевышнего? - усмехнулась Р'шейл.
Брэку захотелось хорошенько отшлепать ее за такое легкомыслие. Похоже, она его
вообще не слушала.
- Я боюсь того, что станет потом с людьми. Если ты заставишь их поверить, что
Джойхиния хочет уйти в отставку и передать свой пост Мэгине, они, конечно, поверят. Но
на следующий день, или через неделю, или через год по здравом размышлении начнут
удивляться, почему так случилось. Они поймут, что их обманули. И тогда Мэгина
просидит в своем кресле еще меньше, чем в первый раз. Появится один недовольный,
потом два, десять, и начнется смута.
- Я ведь тебе уже говорила, что мы вышлем неблагонадежных.
Брэк мотнул головой:
- Ничего не получится. Как ты узнаешь, кто доволен, а кто нет? Ведь не исключено,
что самые шустрые даже не пикнут, а вот у тихонь вполне может оказаться камень за
пазухой. Во дворце почти тысяча сестер, Р'шейл. Ко всем в душу не залезешь.
- Тогда мы заставим их молчать. Главное, чтобы Мэгина успела послать остальных
защитников на фронт. А потом она может сложить с себя полномочия Верховной сестры и
провести новые выборы...
- И как же, интересно, ты их заставишь? - перебил ее Брэк-
- Ну, не знаю, - проворчала Р'шейл. - У них может, скажем, открыться рвота
или...
- Ты хочешь наслать на сестер мор, чтобы они больше ни о чем не думали?
- Угу. Но ничего серьезного - просто пусть пару дней дерется поближе к
уборным.
- Тэк-с. А если мор пойдет по городу? А если молодежь вся перезаразится? А если
все старики перемрут? Ты что, в самом деле, готова принести жизни невинных в жертву
своим чарам принуждения?
- Тогда, может, ты скажешь, что делать? Защитники должны быть на границе!
- Очень хорошо. Пусть Джойхиния издаст приказ. Пусть уйдет в отставку, если
тебе очень хочется, но как бы твое принуждение не вышло тебе же боком.
- Нам необходимо, чтобы у власти была Мэгина.
- Ну, так поставь ее у власти, но пусть она действует по собственной воле. Если
дергать ее за ниточки, последствия могут быть катастрофическими. Доверься ей. Она уже
обожглась однажды и на сей раз, думаю, не станет глупить.
- И что ты предлагаешь? Поприсутствовать на собрании и уйти?
- Вообще-то, я бы не ушел, а убежал. Умение вовремя воздержаться от
использования силы харшини считают очень ценным качеством, Р'шейл.
- А я не харшини. То есть не совсем.
- Но ты и не совсем человек, а потому не должна вести себя по-идиотски. Помни о
последствиях, Р'шейл. Я еще раз спрашиваю тебя: ты готова нести ответственность за
свои действия?
Р'шейл задумалась.
- Последствия бездействия могут быть еще хуже, - наконец сказала она.
- Но этого ты не знаешь наверняка.
- Да, - согласилась она и вздохнула. - Ладно. Обещаю, что Мэгина будет
действовать по собственной воле. Но заставить собрание принять ее назначение мне всетаки
придется.
- И потом мы уедем?
- Надеюсь.
- Хорошо. Я буду ждать у дворца с лошадьми. Тебе здесь опасно оставаться,
Р'шейл.
- Опасно? Хм-м. А на границе, где идет война, не опасно? - Р'шейл с улыбкой
посмотрела на своего спутника: - Расскажи мне, как это делается, Брэк. Время не терпит.
Брэк сдался. Он честно старался удержать ее и сделал все, что мог. Но она уже
почувствовала силу воздействия в ночь накануне сражения. Если продолжать
упорствовать, она попытается копировать действия кариенцев, и результат может
оказаться самым плачевным.
Парадокс, но, воспользовавшись обычной человеческой тактикой, Р'шейл заставила
Брэка выдать колдовской секрет. И он, как ни старался, ничего не смог поделать. Утешало
лишь одно: после того, как дело будет сделано, они уедут. Оставаться здесь было опасно.
Локлон ждал Р'шейл и ее спутника-полукровку до самого заката солнца, но так и не
дождался. Озябший и злой, он побрел в таверну "Голубой бык" - нужно было
повидаться с Гаранусом и сообщить о своем фиаско.
Таверна, по мнению Локлона, была не самым подходящим местом для такого рода
встреч. Так он Гаранусу и сказал: "Мол, кариенский жрец среди толпы завсегдатаев - что
красномундирный защитник на белом снегу". Но Гаранус не согласился: в отдельном
номере им никто не мог помешать, а трактирщик за щедрую мзду обещал держать язык за
зубами. К тому же в День Основательниц в Цитадели полно незнакомого люда. Остальные
свои резоны Гаранус счел нужным Локлону не сообщать.
Через час после прибытия Верховной сестры дождь стал потише, а еще через час
унялся совсем. Опасаясь гнева Гарета Уорнера, Локлон подозвал двух пострелят,
крутившихся неподалеку, и, сунув каждому по монетке, велел одному следить за дворцом
Франсил и другому - за главными воротами. Денежные вложения не оправдались: никто,
хоть немного напоминавший Р'шейл, в Цитадель после парада не въезжал. Либо она
прибыла раньше, либо жрец ошибся.
В этот п
...Закладка в соц.сетях
