Жанр: Фантастика
Ксанф 12. Мэрфи из обыкновении
... обескуражило. Очередной гоблин с дубинкой в
руках уже мчался к юноше. Не позволяя противнику приблизиться, Грей с
непревзойденной точностью влепил ему в лоб пирожок с грибами. Неизвестно, что
произошло бы, будь его начинка, например, из лисичек, но в данном случае
начинкой послужили сморчки. В результате незадачливый гоблин не только мгновенно
сморщился, но и начал энергично сморкаться. Насморк оказался заразным, его
подцепили еще несколько ближайших гоблинов, так что. весь их наступательный
порыв пошел
насмарку: все полетели в Провал.
Но задние напирали, так что Грею пришлось снова потянуться к ветвям за выпечкой.
Под руку ему подвернулся беляш, от попадания которого передовой гоблин всегонавсего
побелел, однако ему не поздоровилось. Его скинули вниз разъяренные
сородичи: будучи от природы почти черными, гоблины на дух не переносят светлых
тонов. Не случайно для характеристики презренного отщепенца ими используется
выражение белый гоблин.
Так или иначе, Грей был доволен ходом сражения: будучи обороняющейся стороной,
он чувствовал свою правоту.
Гоблины страдали постольку, поскольку не хотели оставить его в покое. Он к ним
не лез, но готов был отразить любые вражьи поползновения. Лишь бы выпечки
хватило.
Пока хватало. У гоблина, пораженного расстегаем, расстегнулось решительно все, и
он полетел с обрыва, запутавшись в собственной одежке. Пирог с вареньем отправил
следом за ним еще нескольких, основательно обварившихся.
Юноша выигрывал, однако он понимал, что не может поспешить вдогонку за Айви,
пока позади остается хотя бы один противник. Стоит ему повернуться к гоблинам
спиной, и они мигом сбросят сверху на беглецов валуны или придумают еще какуюнибудь
гадость.
Наконец, наступавших осталось всего лишь двое, но и Грей оборвал все пироги па
нижних ветвях и держал в руках последний. Приглядевшись, он узнал в одном из
гоблинов вице-гоблинатора и решил приберечь выпечку для него, как более злобного
и опасного. Ну, а с другим уродцем можно будет совладать и врукопашную.
Однако уцелевшие гоблины не спешили приближаться на расстояние броска, видимо,
вице-гоблинатор был хитрее и осторожнее прочих. Правда, его подручный рванулся
было вперед, но главарь удержал его.
- Куда прешь, не видишь, что у него в руках?!
Грей держал обыкновенную слойку с кремом. Ему она не казалась особенно опасной,
но гоблинов определенно пугала.
Неожиданно вице-гоблинатор отдал какой-то тихий приказ, и оба врага отступили за
валуны.
- Хитрость затеяли, подумал Грей, - нападут, как только я повернусь к ним
спиной. Придется ждать.
Спрятавшись за большим скальным обломком, Грей затаился, пусть они решат, будто
он пустился наутек, бросятся вдогонку и нарвутся на угощение.
Как и предполагалось, гоблины вернулись довольно скоро, но вернулись, к его
удивлению, не одни. Существо, приведенное ими с собой, более всего походило па
барана с необычайно мощными завитыми рогами. Когда они оказались в переделах
броска, Грей выскочил из укрытия и преградил им дорогу.
- Вот ты и влип - злорадно вскричал вице-гоблинатор. - Где тебе, недоумку,
перехитрить гоблина. Теперь тебе каюк: раздолбана слойкой не остановишь, он тебя
живехонько сшибет вниз.
Живой таран, выставив рога, двинулся вперед. Понимая, что против раздолбана ему
не устоять, Грей решил, что должен во что бы то ни стало поразить гоблинов.
Пусть сам он будет сброшен в Провал, но без науськивания гоблинов баран едва ли
погонится за Айви.
Пролетев над рогами раздолбана, слойка с кремом упала между двумя гоблинами и
произвела совершенно неожиданный, ужасающий эффект. Едва, расслоившись от удара,
она. заляпала уродцев кремом, как они обратились в золу. Откуда юноше было
знать, что кремовая слойка, именуемая крематорием, будучи усилена, мгновенно
кремирует все, с чем соприкасается.
Гоблины погибли, по раздолбан неудержимо мчался вперед. Грей зажмурился, ожидая
страшного удара, но ничего не произошло. Лишь в его живот уткнулось что-то
мягкое. Он открыл глаза.
Перед ним, не выказывая ни малейшей агрессивности, стоял курчавый барашек.
Странно, как это милое животное могло показаться ему злым и опасным.
- Привет, бяша, - он потрепал барашка по холке. - Почему бы тебе не пощипать
травки?
Барашек, проблеяв что-то (видимо, в знак согласия), так и поступил. Грей мог
спокойно начинать спуск.
Как бы ни был он крут, юноша одолевал его с уверенностью, особенно укрепившейся
после того, как отпечатки копыт кентавра и (кое-где на песке) легкие следы Айви
позволили убедиться, что он на верпом пути. Несмотря на головокружительную
высоту, ему почти не было страшно.
Что навело его на определенные размышления. В сражении с гоблинами он проявил
несомненную доблесть, но на это его могла подвигнуть любовь. Но выпечка с дерева
никак не походила на обычную. А как быть с кентаврами - уж их-то существование
ничем, кроме магии, не объяснить. Конечно, существует такая штука, как генная
инженерия, но даже она не позволяет создать комбинацию из человека и лошади. Во
всяком случае, на нынешнем этапе развития.
Но самое главное - этот Провал, в который он сейчас спускается. Усомниться в его
реальности невозможно, но и поверить в нее - тоже. И уж всем ясно, что никому не
по карману создать для Луна-парка столь масштабные декорации.
Неужто он и впрямь близок к тому, чтобы поверить в магию? Ну что ж, в конце
концов, Айви в это верит, а он ее Любит. И если она готова выйти за него даже
против воли родителей, то почему бы ему не разделить ее веру? В конце концов,
вовсе не обязательно, чтобы то, во что ты веришь, объективно существовало.
Размышляя о любви, вере, магии и прочих высоких материях, он сам не заметил, как
добрался до дна Провала.
Айви поблизости не оказалось, но Грей этому не удивился.
Надо полагать, что, спустившись, она тут же вскочила на Ослятю и во весь опор
поскакала на поиски Провального дракона. А дракон вовсе не должен был
обязательно оказаться рядом.
Юноша огляделся. Дно Провала представляло собой узкую долину, поросшую зеленой
травкой. Речушка, вдоль которой они ехали, низвергнувшись водопадом,
продолжалась здесь, и Грей, у которого изрядно пересохло в горле, поспешил к
пей. Среди прибрежных растений его внимание привлекли венерин башмачок,
увешанный изящной женской обувкой, и какой-то куст с чипсами вместо листьев.
Усевшись рядом, он с аппетитом ими захрустел. Чипсы - магические или нет - имели
отменный вкус.
И тут, видимо, сказалось долгое напряжение - его начала одолевать усталость.
Прислонившись к камню, он мутнеющим взором проследил за струившимся потоком.
Речушка журча протекала по долине, пересекала ее, взбегала по противоположной
стене и исчезала где-то вверху.
Закрывая слипавшиеся глаза, Грей подумал, что это весьма разумно: иначе, чего
доброго, Провал мог бы затопиться.
Неожиданно он вздрогнул и вскочил на ноги. Как, река течет вверх?! И он видит
это собственными глазами? В таком случае, ему лучше поверить в магию, иначе
придется признаться, что он спятил.
С этой мыслью юноша сел, и скоро его сморил сон.
Разбудил его глухой топот, от которого содрогалась земля. Грей насторожился:
звук ему не понравился.
В сумерках определенно что-то приближалось: скоро к топоту присоединилось
пыхтение и юноша увидел вдали клубы пара.
- Наверное, это Провальный дракон, - подумал он. - Но где же Айви?
И тут, обгоняя облако пара, примчался Ослятя.
- Вот он, - крикнул кентавр, указывая на Грея.
Дракон двинулся прямиком к юноше. Выглядел он устрашающе - громадный, с ужасной,
пышущей паром пастью и длинным, гибким туловищем. А на спине этого чудовища
восседала Айви.
Приблизившись, дракон замедлил шаг. Девушка соскочила на землю и бросилась Грею
на шею.
- Ты настоящий герой! - воскликнула она. - Я так за тебя боялась.
- Э, какой там герой, - смутился Грей. - Кто молодец, так это ты. Так здорово
усилила выпечку, да и меня тоже.
Лицо Айви просияло.
- Ты хочешь сказать, что веришь?...
- Кажется.., хм.., да. Я хочу сказать, после всего того, что я увидел...
Что он хотел сказать, так и осталось неизвестным, поскольку Айви прервала его
фразу пламенным поцелуем.
Потом она познакомила юношу и дракона.
- Паровик Стэнли, Провальный дракон, - представила девушка чудовище, обняв его
за чешуйчатую шею. Чтобы случайно не обварить ее, Стэнли попридержал пар. - А
это Грей Мэрфи, мой суженый.
Дракон испустил приветственный паровой гейзер: видимо, всех друзей Айви он
считал своими друзьями. Что не могло не радовать, принимая во внимание его
размеры, усеянную острыми зубами пасть и устрашающие когти на каждой из шести
лап. С таким лучше не ссориться.
Поскольку сгущалась тьма, порешили устроиться на ночлег. Айви нарвала подушек, и
трое путников удобно устроились в центре надежного кольца, образованного
драконьим телом. Получилось просто здорово.
- Нет, тебе не мерещится, - сказала ему поутру Айви. - Река, действительно,
течет вверх, иначе воде не выбраться из Провала. Дальше на восток есть другая
река, побольше, и она течет в противоположном направлении. В том смысле, что
стекает с противоположного берега, а затекает на тот, с которого мы спустились.
Подняться можно по любой из них, но это рискованно. Лучше уж топать по
пешеходной тропке близ невидимого моста: утомительно, зато не так опасно.
- Невидимого моста?
Айви улыбнулась.
- Ага. Доберемся, я его тебе покажу. Собственно говоря, по нему-то мы и
переправимся через Провал, на северной стороне подъем удобней. Ну, а оттуда
рукой подать до зачарованной тропы, ведущей к замку Ругпа.
Неожиданно улыбка на лице девушки сменилась озабоченным выражением.
- Что-то не так? - спросил Грей.
- Ничего такого, что не было бы известно с самого начала, - не слишком понятно
ответила Айви. - Не беспокойся.
Грей, однако же, беспокоился. Но недолго, поскольку Айви снова одарила его
улыбкой. И поцелуем.
По дну Провала двигались быстро, поскольку Грей ехал на Осляте а Айви па
драконе. Довольно скоро девушка воскликнула:
- Грей, а вот и мост!
Грей посмотрел вверх, куда она указывала, решительно ничего не увидел, однако
ничуть этому не удивился, резонно рассудив, что удивляться следовало бы
обратному. Мост-то невидимый.
Они спешились. На прощанье Айви обняла Стэнли с такой нежностью, что Грей ощутил
легкий укол ревности.
Конечно, он знаком с Айви без году неделя, а дракон дружит с ней уже
четырнадцать лет!
Подъем начали по тропе, более гладкой и широкой, чем та, которой пришлось
спускаться: местами здесь даже удавалось идти не гуськом, а бок о бок. Однако
путь оказался долгим и изнурительным: выбираться из этого провала было не легче,
чем из Большого Каньона.
- Устал? - спросила Айви.
Грей, скрепя сердце, ответил утвердительно.
- Уже и не устал! - заявила она, сжимая его руку, и он мгновенно ощутил прилив
свежих сил. Усиление работало.
Во всяком случае, он больше не пытался найти этому иное объяснение.
Они поднялись на головокружительную высоту, и Айви, подойдя к краю пропасти,
ступила с обрыва. Грей вскрикнул, но она не упала - висела себе в воздухе и
улыбалась. Точнее, не висела, а стояла, ибо под ее ногами действительно
находился невидимый мост.
Грей с Ослятей последовали за ней. Мост, хоть и невидимый, оказался весьма
прочным, а наличие перил не позволяло с него свалиться. Закрыв глаза, Грей топал
по нему довольно бодро, но когда открывал их и видел прямо под собой бездну, у
него начинала кружиться голова". Правда, с этой проблемой он справился,
сосредоточив взгляд на Айви. Глазам приятно и ни чуточки ни боязно.
Перебравшись на другую сторону, Айви последний раз посмотрела вниз и помахала
рукой Стэнли. В ответ со дна Провала взметнулось облако пара. Переправа
закончилась.
Здесь начиналась зачарованная тропа, ведущая в замок Руша.
Глава 9
УЛЬТИМАТУМ
Хорошо знакомая Айви зачарованная тропа вполне позволяла (во всяком случае, при
условии, что она снова усилит несущего их Ослятю) добраться до замка Ругна за
день. Однако девушка не спешила: она предпочитала провести в дороге еще одну
ночь, по той простой причине, что боялась ожидавшего ее дома.
Кроме того, от нее не укрылось, что и Грей, и Ослятя быстро устают. Оба
(кентавр, чтобы скакать, а юноша, чтобы сражаться с гоблинами) подверглись
воздействию усиления, но за приливом сил неизбежно следовал упадок, и теперь они
нуждались в отдыхе.
- Здесь неподалеку есть прекрасная придорожная гостиница. Называется "Свояси".
Давайте там заночуем.
И Ослятя, и Грей охотно согласились: похоже, они тоже не слишком торопились в
замок Ругна.
Гостиница росла немного в стороне от зачарованной тропы, но как и все деревья
этой породы, была зачарована сама и могла обеспечить путникам безопасный приют.
Правда, данное дерево использовалось еще и как место ссылки для впадавших в
немилость у королевы Айрии. Само название гостиницы было связано с тем, что,
вызвавшим ее гнев, государыня повелевала убираться во "Свояси". Проводить там
ночи случалось и Айви, когда она самовольничала, да и Дольфу, в последнее время
приохотившемуся превращаться в какое-нибудь насекомое и тайком пробираться в
спальню Нады, чтобы увидеть ее в трусиках. Забавно, но до прибытия Нады в замок,
он много раз видел ее без всякой одежды, но теперь, когда она считалась
находящейся в замке с официальным визитом, ему, как несовершеннолетнему,
лицезрение трусиков невесты было строжайше запрещено. Айви это смешило, но
королева относилась к таким вещам со всей серьезностью.
Впрочем, ссылка во "Свояси" не являлась слишком суровым наказанием: огромная
гостиница имела раскидистую крону, а ветви ее, для удобства гостей, всегда
увешивались разнообразнейшими гостинцами. На каждом суку имелась возможность
раздобыть все необходимое, от подушки с одеялом, до еды и питья. В пределах
кроны даже поддерживалась постоянная температура: по ночам там не бывало слишком
холодно, а днем - слишком жарко. Лучшее место для ночлега трудно было
представить. Единственным неудобством оказалось то, что ни одна из
пронумерованных ветвей не была достаточно прочной, чтобы переночевать на ней
вдвоем.
В гостинице имелись только одноместные номера.
О завтрашнем дне, по взаимному согласию, не говорили.
Так и так, ждать его оставалось недолго.
И вот он наступил. Приведя, по возможности, себя в порядок (она смогла, наконец,
толком причесаться, поскольку на ее ветке, помимо всего прочего, нашелся и набор
невесть как попавших туда с побережья маленьких морских гребешков), Айви
внутренне подготовилась к встрече. Чему быть, того не миновать.
Их появление не могло стать неожиданностью. Девушка знала, что младший братишка,
наверняка, отслеживал на Гобелене ее продвижение с момента выхода из гипнотыквы.
Конечно, учитывая ее долгое пребывание вне Ксанфа, найти сестру сразу Дольф не
мог, но за день справился с этой задачей. Не приходилось сомневаться, что не
сумей они отделаться от гоблинов своими силами, из замка прислали бы подмогу.
Но почему, в таком случае, родители не послали никого ей навстречу, чтобы
доставить дочь домой быстро и безопасно? Айви полагала, что ответ на этот вопрос
ей известен: они присматривались к ней и Грею, чтобы уяснить для себя суть их
отношений. Девушка чувствовала, что за ней наблюдают: возможно, именно желанием
поддразнить наблюдателей отчасти объяснялось ее чересчур смелое поведение -
пылкие объятия, поцелуи и все такое. Она хотела, чтобы у отца с матерью не
осталось насчет нее и Грея ни малейших сомнений.
Конечно, Айви отдавала себе отчет в том, что, демонстративно связавшись с
обыкновеном, бросила родителям вызов. Шутка ли - принцесса и обыкновен! Скандал
па весь Ксанф, с непредсказуемыми последствиями для всех. А уж ей-то точно
достанется на орехи.
По мосту через ров навстречу прибывшим вышел Дольф, причесанный и одетый с
весьма несвойственной ему аккуратностью.
- Привет, Айви, - церемонно сказал он. - Рад, что ты вернулась в целости и
сохранности.
- Спасибо, Дольф, - в тон ему ответила принцесса. - Позволь познакомить тебя с
моими спутниками. Вот кентавр Ослятя, он помог нам бежать от гоблинов. А вот
Грей Мэрфи, мой нареченный.
- Счастлив познакомиться с вами обоими, - принц с важным видом пожал каждому из
представленных руку, а потом, обняв сестру и склонившись к ее уху, доверительно
сказал:
- Bay! Ну ты и отмочила финт, чучело придурочное!
Мамочка рвет и мечет, от нее просто пар идет. Если ты думаешь, будто я поставил
всех на уши, когда заявился домой с Надой и Электрой, то это еще цветочки.
Ягодки будут теперь.
- На твоем месте, лоботряс несчастный, я бы не ехидничала. Лучше помоги мне, это
в твоих же интересах.
- Хм.., говоришь, помочь.. - Дольф сделал вид, будто задумался.
- А не то я расскажу маме, что ты...
- Само-собой, помогу, - поспешно согласился он. - Раз это в моих интересах...
Брат и сестра покатились со смеху, и было от чего: сначала, три года назад, он
ошарашил родителей, заявившись из Поиска с двумя невестами разом, а теперь и она
доставила в замок женишка. По всему выходило, что это у них семейное.
Следом за Дольфом, в соответствии с этикетом, на мост вышли Нада и Электра.
Одеты обе были великолепно и вели себя безукоризненно: привычной к церемониями
Наде это было не в диковину а вот Электре, наверное, давалось непросто.
- Нада, принцесса нагов, - представила Айви девушку и отметила про себя, как
внимательно посмотрели на нее Грей и Ослятя. Нада и вправду производила сильное
впечатление. - А это Электра. - Будучи просто хорошенькой Электра определенно
проигрывала в сравнении с девушкой-змеей, что не могло ее не огорчать. - Невесты
моего брата.
- Которая из них? - видимо не разобравшись в ситуации, спросил Ослятя.
- -Обе. Он пока еще не выбрал, - не вдаваясь в подробности, ответила Айви, и они
двинулись дальше.
- Родители в тронном зале, - ни с того ни с сего заявил Дольф. - Подумай, как
следует, что ты скажешь в свое оправдание. Ох и взбучка же тебя ждет.
Айви не удостоила его ответом. Мысленно она как раз повторяла заготовленные
заранее слова.
В тронном зале их, с нарочито невозмутимым видом, дожидались король Дор и
королева Айрин. При виде их лиц Айви сглотнула, но тут же шепнула Грею:
- Говорить буду я.
- Черта с два! - отозвалась половица, на которой она стояла.
Грей удивленно встрепенулся.
- Талант моего отца, - торопливым шепотом пояснила Айви. - Он умеет
разговаривать с неодушевленными предметами, и в тех местах, где его магия
проявляется часто, некоторые из них совсем разболтались.
- Это любому идиоту известно, - насмешливо проскрипела половица.
- Заткнись, деревяшка, а то как притопну, - сердито шепнула Айви.
- Да? А ну попробуй, дурья башка.
Айви угрожающе подняла ногу.
- Венериным башмачком, что ли? - осведомилась плашка. - Это ты брось, не то всем
разболтаю, какого цвета твои трусики. Мне снизу все видно.
- Не смей! - испугалась Айви.
- Давай я топну, - предложил Грей. - Обыкновенским башмаком с твердой подошвой.
Половица тотчас умолкла.
- Похоже, ты знаешь к ним подход, - улыбнулась Айви.
Потом она расправила плечи, задрала подбородок и двинулась вперед. Грей шел
следом за ней, а Ослятя за ними.
Новоприбывшие молча остановились перед двумя тронами. Родители Айви воззрились
на них и, тоже молча, рассматривали едва ли не целую вечность. Отец Айви не был
могучим великаном (на самом деле, он ни комплекцией, ни ростом не превосходил
Грея), но сейчас, в короне и мантии, выглядел по-королевски величественно. Мать
Айви поражала сочной зеленью своих волос и, надо признаться, великолепием форм.
Дочка, одаренная в этом отношении куда скромнее, втайне ей завидовала. В глубине
глаз королевы плясали огоньки.
- Добро пожаловать домой, дочка, - заговорил наконец король Дор. - Соблаговоли
представить нам своих спутников.
- Это Ослятя, - сказала Айви, указывая на кентавра, - мы вызволили его из плена
в гоблинате Золотой Орды, а он, в свою очередь, помог нам бежать от погони.
Надеюсь, что в замке Ругна его ждет радушный прием.
- Добро пожаловать, Ослятя, - промолвил король. - Сад замка к твоим услугам: я
прикажу кому-нибудь показать тебе наши владения...
Королева Айрин толкнула мужа под локоток, и тот, взглянув в указанном ею
направлении, увидел буквально выпрыгивавшую из одежки Электру. Ну конечно, ей
хотелось напроситься в сопровождающие, чтобы покататься верхом.
Будучи пятнадцатилетней девушкой, она не только внешне, но и по склонностям
оставалась сущим ребенком. Пожалуй, в ее обществе кентавр будет чувствовать себя
вполне непринужденно.
Айви сглотнула.
- А это Грей из Обыкновении, мой жених.
В зале воцарилось молчание, а когда оно затянулось до неловкости, трон Дора
ворчливо произнес:
- Ну и скандал! Ни одна принцесса никогда не...
Айрин пнула трон ребром стопы, и он заткнулся, но со стороны прочей мебели
слышались приглушенные смешки.
Неодушевленные предметы забавлялись сложившейся ситуацией.
- Мы обсудим это в надлежащее время, - промолвила Айрин. - А сейчас я хочу
спросить тебя, Дор, объяснила ли тебе наша дочь, что существуют обстоятельства,
препятствующие установлению ею близких отношений с обыкновеном?
- Ну конечно, мама, он знает... - начала было Айви, но королева осадила дочь
взглядом, подействовавшим на нее так же, как пинок па трон. Она заткнулась.
- Государыня, - сказал Грей, - когда я познакомился с Айви, она представилась
мне как принцесса Ксанфа, страны, где существует магия.
- И ты ей поверил? - спросила Айрин.
Грей, на обыкновенский манер, развел руками и сказал:
- Ну, я понял, что она в это верит, и...
- А сам-то ты как?
- Ну, у нас в Обыкновении магии нет.
- Не уклоняйся. Отвечай на вопрос.
Грей виновато потупился.
- Хм... Нет, я ей не поверил.
Дор постучал пальцами по подлокотнику тропа и спросил:
- А теперь веришь?
- Теперь - да.
- И хочешь на ней жениться? - снова заговорила Айрин.
- Э.., хочу.
- Почему?
- Так ведь я же ее люблю, - с искренним удивлением ответствовал юноша. -
Несмотря на то, что она принцесса.
Айви зажмурилась: матушка ее выглядела так, будто вот-вот взорвется.
- Несмотря? - с иронией в голосе уточнила Айрин.
- Ну конечно. Она рассказывала мне про всякие сложности и препоны, и я, ясное
дело, предпочел бы обойтись без них, но раз уж ее угораздило родиться принцессой
- то, боюсь, с этим ничего не поделаешь.
Король с королевой переглянулись и уставились на него, как на умалишенного.
Сердечко Айви упало: дело оборачивалось совсем худо.
- Значит, по-твоему, быть принцессой или королевой плохо? - с обманчивым
спокойствием спросила Айрин. Комнатные растения, лучше других умевшие улавливать
ее настроения, в предчувствии бури свернули в трубочку листья.
- Да. Прошу прощения, если кого обидел, но, на мой взгляд, хорошего в этом мало.
На королях и принцах даже у нас лежит огромная ответственность, а про такую
необычную страну и говорить нечего.
Айрин перевела взгляд на дочь.
- А ну-ка скажи, этот молодой человек попросил тебя стать его женой до или после
того, как поверил, что ты и вправду принцесса?
Айви смущенно рассмеялась.
- Ни то ни другое, мама. Я сама его попросила. Тогда, когда он еще не верил.
Айрин и Дор снова обменялись взглядами, и королева покачала головой с видом
некоторой растерянности. Но тут же снова обратилась к Грею:
- Вопрос этот сложен, подходить к его решению, по твоим же словам, следует
ответственно, так что спешить мы не станем. Однако независимо от всего прочего
могу сказать: ты нам нравишься, Грей из Обыкновении.
Айви разинула рот.
- Э.., спасибо, - промямлил Грей.
Король Дор встал.
- Аудиенция окончена.
На ночь, несмотря на наличие достаточного числа свободных комнат, Грею отвели
кровать в комнате Дольфа. Айви не возражала, она боялась, что ее нареченного
вовсе выставят из замка, так что такой исход ее только порадовал. Видимо, ее
родители решили, что коль скоро присмотр нужен и за тем, и за другим, так легче
приглядывать за обоими одновременно. Ну что ж, ей оставалось удовлетвориться
тем, что Грей в хороших руках.
Девушка поспешила в свою спальню. Ей не терпелось помыться и переодеться, потому
как обыкновенская одежда, даже более чистая и аккуратная, чем па пей, едва ли
подходила для принцессы. Но едва она успела войти, как послышался стук.
- Это твой папочка, - предупредила дверь.
- Пусть войдет, - с улыбкой ответила Айви, подумав, как все-таки здорово
оказаться дома, в привычной обстановке.
Дверь отворилась, и Айви бросилась отцу на шею. Во время официальной аудиенции о
подобных вольностях не могло быть и речи, по теперь она могла позволить себе
нормальное проявление чувств.
- Ой, папочка, как же я по тебе скучала!
- Думаю, не гак сильно, как мы с мамой по тебе, - с усмешкой ответил он, крепко
обнимая дочку. - С момента твоего исчезновения с Гобелена стало ясно, что ты
либо в гиппотыкве, либо аж в Обыкновении, а поскольку ты еще и не давала о себе
знать, последнее стало представляться более вероятным. Что порождало
беспокойство: не было возможности не только связаться с тобой, но и просто
установить твое местонахождение. Сказать, что мама сердилась, - значит ничего не
сказать.
Представив себе, в чем это проявлялось, Айви поежилась, но в то же время не
смогла сдержать улыбки. Королева славилась своей вспыльчивостью, но ведь это
проистекало от глубины и искренности чувств.
- Я действительно угодила в Обыкновению, папа. Не иначе, как проклятие Мэрфи
сбило грошик с толку и перенесло меня не к Хамфри, а к Мэрфи, который как раз
очень нуждался в девушке.
- При чем тут Мэрфи? Ты ведь сказала, что твоего обыкновенского приятеля зовут
Грей.
- Грей Мэрфи. У обыкновенов по два имени, а у некоторых и больше. Он помог мне с
возвращением, а я взяла его с собой сюда. Знаю, что поступила не правильно, но
он мне очень понравился.
- Мне он тоже правится: милый, приятный юноша. Но выйти за него ты не можешь,
это тебе, надеюсь, понятно?
- Где написано, что уроженка Ксанфа не может выйти за о
...Закладка в соц.сетях
