Жанр: Фантастика
Порнов 2. Голому - рубаха
... сестрами - по две, у папы с мамой - пять, -
сказала Мич. - Конечно, с тех пор она не раз перестраивалась; но на королевский
уровень вход всегда был строго воспрещен; я не удивлюсь, если обнаружу свои
каюты в целости и сохранности. Они смежные, поделим поровну - одну тебе, одну
мне.
- Своя каюта - это хорошо, - мечтательно сказал Порнов. - Душ там есть?
- Есть; но общий, - сказала Мич и искоса, с хитринкой глянула на Порнова. - А
это как, - хорошо или плохо?...
Застигнутый врасплох, Порнов криво ухмыльнулся и отвел глаза.
- Ну, я не знаю... - протянул он.
- Да знаешь, знаешь...
Тут Мич окончательно повергла Порнова в шок: опустила руку вниз и быстро сжала
его бедро; одобряюще подмигнула и целеустремленно двинулась прочь.
"Может, мне ее тоже за зад ущипнуть?" - заполошенно думал Порнов, едва поспевая
за девушкой, - "Может, это у них обычай такой - месяц гнобить и мурыжить мужика;
а на следующий день сразу - "Здравствуй, Ваня, я твоя"?
Выбравшись с кормы, Порнов и Мич оказались у дверей, ведущих в высокую рубку; в
нее, впрочем, лезть не стали, двинулись вдоль борта вперед.
- Вот те на, - растерянно сказал Порнов, когда они миновали половину судна, -
смотри, пандус и впрямь опущен!
Откинутый на канатах широкий деревянный мостик летел над водой, краем сшибая
макушки самых высоких волн; не то что человек, тюлень мог бы вскарабкаться по
нему.
Мич, впрочем, не особо обрадовалась его находке; или умело скрыла свои настоящие
чувства.
- Я как чувствовала, - только и сказала она. - Я чувствую; я всегда чувствую...
- Несмотря на колтун? - неосторожно вырвалось у Порнова. - Ну, в смысле, на
прическу эту... гад Вставалкин, такие волосы угробил...
- Да ладно, не оправдывайся, - успокоила его Мич. - Колтун - он и есть колтун.
Решила я постричься, то есть сбрить все напрочь; как считаешь?
- Я сразу говорил... - начал Порнов.
- Вот и хорошо, - Мич не дала ему закончить фразу, распахнула ближайшую дверь. -
Нам сюда!
Тьма в помещении, куда юркнула Мич, была кромешная, хоть глаз выколи; Порнов
включил прибор ночного видения, но все равно натыкался на столы и стулья,
которыми был завален проход.
- Не ломиться же нам через центральный портал, - оправдывалась Мич; она
пробиралась более сноровисто - выгодно сказывались малые габариты. - Все,
пришли. Помоги мне дверь открыть...
Глава 4. О вреде коктейлей
Напоследок Порнову пришлось еще и грузчиком поработать: маленькая железная дверь
в стене оказалась полузавалена объемными картонными коробками.
- Что-то это мало королевскую яхту напоминает, - сказал Порнов, кантуя очередной
пузатый куб. - Скорее, плавучий склад какой-то.
- Говорю же, теперь это исследовательское судно, - Мич трудиться не пожелала;
сославшись на усталость, стояла рядом и руководила. - Папа с мамой старенькие
для таких прогулок стали; Лео все больше по галактике шныряет; я - сам понимаешь
- персона нон грата. Одна Броу - пай-девочка, в науку подалась, в исследования;
вот корабль ей и достался... Осторожней, упадет!
Там же лабораторное стекло; побьешь!
- Почем ты знаешь, что там внутри? - пропыхтел Порнов. - Открывала, что ли?
- Вон же на коробках нарисовано, - сказала Мич, - прямо перед твоим носом...
Расколешь - шуму будет!
На коробках и впрямь были нарисованы всякие колбы - реторты; ронять столь
звонкий материал точно не стоило.
Последнюю коробку Порнов просто отодвинул вбок; вход был свободен.
- От себя, - сказала Мич, когда он взялся за ручку двери.
Толстая дверца тяжело и плавно подалась вперед; пригибаясь, Порнов шагнул в
новую комнату; Мич последовала за ним.
Здесь было значительно светлее; через шторку на иллюминаторе пробивалось
несколько солнечных лучиков.
- Ну, как, номер "люкс" подходит? - спросила Мич с гордостью.
Порнов аж присвистнул; просторная комната поражала своим убранством даже при
столь скудном освещении; дорогая мебель, картины в богатых рамах, некое подобие
камина у противоположной стены.
- Не такое уж и запустение, - только и смог он сказать.
- Похоже, тут все же прибирались, - поняла его по-своему Мич. - И последний раз
- совсем недавно: пыли почти нет. Все к лучшему - теперь неделю-другую никто не
побеспокоит. Мы же будем осторожны и постараемся своего присутствия не выдавать...
- А есть что будем? - спросил Порнов, оглядываясь в поисках холодильника или
шкафа с продуктами. - Неужели опять придется питательную жидкость из скафандра
глотать; я пару раз попробовал - мне хватило; неделю я не выдержу.
- С едой у нас плохо, - Мич присела на корточки у низкой тумбочки и принялась
шарить внутри. - Вряд ли что осталось...
Разве что консервы... Да и то сомневаюсь... Ух ты!
Она вытащила высокую узкую бутылку.
- Папино любимое, - сказала она, поворачивая этикетку к свету, - вековой
выдержки вино; теперь уже даже больше. Хочешь попробовать?
- А как же, - с готовностью отозвался Порнов. - Для разгону - самое то; а чем
продолжить, - у меня есть! - он потряс мешок. - На неделю этого, конечно, не
хватит, но маленький пир с текилой и омарами устроить можно...
Тут он спохватился, расстегнул карман и вытащил наружу коробочку "скорой
помощи".
- Совсем забыл! - воскликнул он, - у меня же тут питательной смеси на год
вперед; правда, она вся в корку спеклась... Но свойств своих не потеряла... - он
лукаво глянул на Мич и добавил, - даже, может быть, наоборот...
Про "новые свойства" он пока решил Мич не говорить, подождать развязки событий;
Порнов плотским нюхом чуял, что она недалека.
- Сделаем так, - решила Мич, пересекая каюту наискось и открывая дверь; за ней
оказалась еще одна комната, столь же просторная и богато убранная. - Эта каюта
будет твоей, а та - моей. Располагайся, приводи себя в порядок; туалетная
комната у нас с тобой одна, но вход у каждого свой; поэтому будь любезен
стучать. А я немедленно займусь своей головой, надо убрать весь... как ты это
назвал?
- Колтун, - стыдливо подсказал Порнов.
- Вот именно, колтун, - сказала Мич. - Надо будет поискать подходящий парик;
помнится, где-то у меня здесь пара штук была.
Ну-ка, ну-ка...
Ко мне пока нельзя, - она устремилась внутрь своей комнаты.
Дверь хлопнула, щелкнул замок; Порнов остался один.
Прошелся взад-вперед, расстегивая застежки скафандра; только сейчас он сообразил
поднять забрало шлема.
Воздух в каюте был свежий и напоенный сладковатым цветочным ароматом; ни
затхлости, ни пыли в нем не чувствовалось; решив - "дышать можно", Порнов
поволок с головы шлем; поставил его на ту же длинную тумбочку, присел рядом,
заглянул внутрь и присвистнул:
"Живем!". Кроме вынутой Мич бутылки там скрывалось еще не меньше дюжины
стеклянных сосудов; судя по богатству этикеток, по рисунку на крепко вбитых
деревянных пробках, вино и впрямь было королевским.
У Порнова и без того было хорошее настроение; теперь же оно стало праздничным.
Едва удержавшись от того, чтобы не отбить горлышко и не отпить, он поискал в
тумбочке штопор; не нашел и, как был в расстегнутом скафандре и с бутылкой в
руке, устремился к двери в смежную комнату.
- Нельзя! - строго сказала Мич, едва он только постучал по двери. - Сказано же!
- Мич, ты не знаешь, где я могу штопор найти? - виновато спросил Порнов; он
знал, что ведет себя, как последний алкоголик, но ничего с собой поделать не
мог.
- Ты же хотел душ? Иди в душ, - сказала Мич из-за двери. - Оставь бутылку на
столе; я скоро освобожусь и все устрою.
Остановить разошедшегося Порнова было не так-то просто; оставив бутылку, он
некоторое время размышлял, не стоит ли откупорить свою рукодельную флягу с
кокосовой настойкой; пока думал, окончательно вылез из скафандра, сложил его,
как мог, и засунул в пустой шкаф. После некоторой заминки туда же последовал и
мешок. Никакой подходящей посуды - бокала, кубка или там граненого стакана -
Порнов тоже не нашел; пить же из пластикового кулька ему расхотелось.
"Все же это не пиво, да и я уже не пацан", - решил он, нарыл в одном из шкафов
махровое полотенце и направился в душевую.
Освещенная плафонами на потолке, та засияла мрамором пола и золотом кранов,
белом пластиком огромной ванны и черной глазурью душевой кабинки. "Капитанская
сауна на "Оклахоме" и в подметки не годится", - определил Порнов, вылезая из
трусов; в целях конспирации он решил на первых порах обойтись душем, но и этих
тугих горячих струй ему хватило на первый раз с лихвой; вода вибрировала,
свивалась в кнуты, ее кипящие пальцы вминали кожу; надеясь, что Мич его не
слышит, Порнов даже начал что-то мурлыкать себе под нос; блаженство его было
полным.
Думая помыться за пятнадцать минут, он застрял в душе на час; проторчал бы там и
дольше, если бы в свою дверь не застучала Мич.
- Я же тебе жить в каюте велела, а не здесь, - сердито заметила она. - Вылезай
давай; мне тоже хочется.
Порнов хотел было уточнить, чего именно ей хочется, и не желает ли дама
присоединиться к нему; но, решив, что с рассерженной Мич лучше не шутить,
послушно закрутил краны, выбрался из душевой и плотно притворил за собой дверь.
Щелкнувший тут же за его спиной замок подсказал ему, что он все сделал
правильно.
Отмякший и расслабленный Порнов нисколько не расстроился, намотал на бедра
полотенце и блаженно бухнулся на стоящую у стены кровать.
- Горячая вода, душ... Цивилизация, - почти пропел он, потянувшись так, что кости
хрустнули. - Что еще современному герою для счастья надо?
И тут же увидел ответ на свой вопрос.
То, что надо герою для полного счастья, стояло возле кровати на тумбочке;
высокий и глубокий бокал был под завязку наполнен темным красным вином. Когда
Порнов поднял бокал и увидел, как тяжело и плавно качнулось вино, он понял,
насколько оно густое.
Штопор с накрученной пробкой лежал рядом с открытой бутылкой.
"Ай, что за девушка, - подумал Порнов, - открыла, налила..."
- Твое здоровье! - негромко сказал он, прислушиваясь, как плещется в душе Мич, и
отсалютовал бокалом двери в душ; ноздри его жадно раздулись; он сделал глоток и
закатил глаза; глоток за глотком опустошил бокал и опустил его на столик, хотел
вновь наполнить, но не стал; решил дождаться, когда Мич закончит купаться.
- На брудершафт, - пришла ему в голову свежая мысль; Порнов не смог усидеть и
зашагал по комнате. - Что же еще пить на брудершафт, как не такую прелесть? Что
за вкус, что за букет...
Он скосил глаз на одинокий бокал; тут же поймал себя на желании отпить
малюсенький глоточек; силой воли заставил себя отвернуться и думать о чем-то
другом.
К его счастью, Мич решила процесс купания не растягивать; шум воды стих,
хлопнула вторая дверь, за стеной прошлепали босые ноги.
- Ну, как вино? - спросила Мич, на секунду заглянув к нему. - Правда, вкусное?
- Не то слово! - восхитился Порнов, взял бокал, бутылку и двинулся к двери. - У
меня есть предложение...
- Заходи, обсудим, - сказала Мич, исчезая в своей комнате.
Там царила темнота; иллюминаторы были плотно зашторены, свет потушен. "Интимный
полумрак", - пришло на ум Порнову. Прямо по курсу он обнаружил широченную
кровать.
Мич сидела в дальнем углу перед трюмо; что она там в такой темноте в зеркале
видит, Порнов спрашивать не стал. Мич поправляла прическу, очевидно, парик;
Порнову совсем не хотелось вторично наступить на грабли в такой интересный
момент.
"Крепкое вино, однако", - подумал он; желание запустить руки под халат Мич и
ощутить еще чуть влажные, горячие бедра ощущалось им совершенно явственно.
- Вкус просто потрясающий! - заявил он, опуская бутылку и бокалы на столик.
- Вообще-то, его положено с лимоном пить, - сказала Мич, крутя шиньон на голове
вправо-влево. - Очень интересный результат получается...
Порнов хотел возразить, что и без лимона совсем неплохо, но не успел.
- Лимона, увы, я не нашла, - сказала Мич. - Но эта твоя плитка, она такая кислая
оказалась; я попробовала - аж челюсть свело.
Порнов почувствовал себя дурно.
- Я бросила тебе половинку, - закончила Мич просто. - Правда, вкусно?
- Скоко, скоко? - чуя смертный час, просипел Порнов.
- Половинку, - ответила Мич, прекратив крутить парик. - Совсем ведь малюсенькая
пластиночка. Что, много?!
- Е-мое; антидот, живее! - воскликнул Порнов и, видя, что Мич его не понимает,
прямиком ринулся в туалет; сунул пальцы в рот, чтобы вызвать рвоту; не тут-то
было - гортань уже онемела и ничего не чувствовала. Холод растекался по желудку
и пищеводу; зато внизу живота вовсю полыхал сумасшедший огонь.
Проскочив через ванную, Порнов оказался у себя, метнулся к тумбочке и рассыпал
по поверхности остатки пилюль; безнадежно покатал круглые капсулки, ничего
подходящего не нашел; упал на свою кровать и попытался расслабиться.
Вышло с точностью до наоборот, тело стало жарким и твердым; везде, и особенно
внизу; и если можно представить себе жажду путника в пустыне, то это было нечто
похожее; никаких мыслей, кроме одной, в голове Порнова не осталось.
- Сама виновата! - объявил он, сел на постели и содрал с себя полотенце. - Я
здесь не при чем; сама виновата!
Он подскочил к двери и рывком распахнул ее. Мич, пригорюнясь, сидела прямо перед
ним; уткнув локти в колени и опустив подбородок на ладошки, она разглядывала
пол.
- Я хотела, как лучше, - она подняла виноватые глаза на Порнова и осеклась; тихо
взвизгнула и распрямилась.
Больше ничего она сделать не успела.
Порнов, как гепард, прыжком приземлился на корточки прямо перед ней; молниеносно
просунул голову между женских ножек и быстрым рывком двинул ее вверх в устье
бедер; Мич слабо вскрикнула от сильного удара и опрокинулась на спину. Руки
Порнова одним плавным длинным движением скользнули от коленей к бедрам и выше, к
груди. Халат, с треском теряя пуговки, разлетелся на две половины. Ноздри
Порнова жадно задрожали; он с шумом потянул в себя запах женской плоти; урча
совсем по-звериному, он вывалил язык и прошелся им через все тело Мич; от лобка
- через пупок, живот, между дрогнувших грудей - к шее.
Подхватил девушку за талию и легко, всю, без остатка, закинул на кровать;
подавленная бьющей из Порнова животной силой, та даже не пыталась
сопротивляться; лишь попыталась высвободить спутанные халатом руки. Порнов понял
ее движение по-своему и в течение секунды изодрал халат в клочья; крепко
удерживая руки Мич своими, вновь, урча, припал ртом к лобку Мич; лишь
убедившись, что все вокруг стало мягким и податливым, одним точным рассчитанным
движением своего тела вверх овладел женщиной; та вздрогнула, вскинула голову и
впилась ногтями в порновские предплечья; ни вскрика, ни гримасы боли Порнов не
дождался.
Бедра его били мерно и сильно, отлаженному ритму их позавидовал бы любой
метроном; другая женщина давно бы уже забилась в пароксизме страсти; Мич же
только сильнее погружала ногти в порновскую кожу. Нисколько не задумываясь о
какой-то там морали, Порнов, удовлетворив первый острый позыв, властным рывком
перевернул девушку на живот; достигший, казалось бы, невозможной величины
каменный молот вернулся на свое место; вбивая девушку во вздрагивающую кровать,
оживший свайный копр загремел кувалдой, заколотил вновь. Девушка разметала руки,
распластавшись крестом; вжимаясь щекой в простыню, она вдруг что-то гортанно
вскрикнула на незнакомом языке; голова ее мотнулась, перекинулась на другой бок,
затем обратно; каким-то чудом удержавшийся до сих пор парик улетел прочь; влажно
блеснула гладко выбритая кожа; судорога страсти выгнула смуглое тело, и Мич
тонко и жалобно закричала.
Порнов обратил на оргазм подруги мало внимания; разве что ненадолго ослабил
напор, чтобы уже через минуту обрушить на девушку новые удары своего горячего
молодого тела, грохочущую орудийную канонаду; подвластный одному лишь Эросу, он
ваял из женского тела те скульптуры, которые только мог придумать его
взбесившийся разум; час сменялся часом, а он продолжал брать ее сверху и снизу,
стоя и сидя.
Как столяр-краснодеревщик видит в простой дощечке будущий шедевр, так он
различал в отдающемся ему теле все новые и новые горизонты; стальной рубанок
неутомимо вгрызался в мякоть и ходил взад-вперед, вырывая из горла Мич все новые
и новые стоны.
Наконец, к исходу третьего часа, Мич взмолилась о пощаде; нервы ее были
напряжены до предела; Порнов шестым чувством понял, что еще немного, и она
сойдет с ума. Однако разрывающий его изнутри зверь не полностью утолил свой
голод; оставив женское тело в покое, Порнов одним махом перенес себя к другому
краю кровати, уселся рядом с бессильно запрокинутой головой Мич и властно поднял
ее за подбородок.
- Поцелуй меня в живот, - сказал он, с силой притягивая девичью головку к
себе. - Ниже; ниже... Вот-вот-вот!
- Ты что, забыл, кто я? - попыталась было воспротивиться Мич, но он положил руки
ей на голову и властно опустил ее вниз; так воин нанизывает на шест череп
поверженного врага; прижал голову девушки к себе; повинуясь мерному напору его
кистей, новый челнок пустился в свой ритмичный бег; и шаг за шагом Порнов все
более приближался к финалу своего долгого пути.
Внезапно глаза его широко распахнулись, из высоко поднявшейся груди вырвался
полукрик-полустон болезненного блаженства; заливая лицо Мич пряным клейким соком
любви, Порнов крупно задрожал всем телом; плавно перетек набок, еще несколько
раз конвульсивно вздрогнул; глаза его медленно закрылись, мышцы обмякли,
растеклись киселем; ему показалось, что он заполнил собой все впадины разоренной
постели. Сил не было не то, что слово сказать; даже сменить коркой пристывшую
маску блаженства он был не в состоянии. Если бы Мич захотела сейчас прикончить
его, она могла бы, никуда не торопясь, сесть ему на грудь; не спеша, найти у
него на шее сонную артерию; уткнуть в нее, словно в кнопку лифта, большой палец;
и спокойно дождаться прихода кабины - то бишь медленной порновской смерти.
"Тьфу ты, какая чушь в голову лезет", - вяло подумалось ему.
Потом в голову пришло, что это не такая уж и чушь: ни рукой, ни ногой двинуть он
был просто физически не в состоянии; напрочь забыл, как это делается.
"Скрутит лоскут халата в жгут, накинет на шею и удавит, - расслабленно текли в
голове черные мысли. - И на все сто будет права. Изнасиловал, дьявол, девчонку.
Урод; ох, урод; м-м-ммм...".
Порнову стало стыдно, ужасно стыдно; неприязнь к самому себе разом переполнила
его; ожившие челюсти захрустели зубами так, что казалось, эмаль фонтаном
полетела изо рта; слезы натуральными ручьями хлынули из глаз.
"Правильно, пусть видит, что я раскаиваюсь", - откуда-то из дальних глубин
сознания одобрительно заметило хитрое "эго".
Честная и добрая половина Порнова хотела было уже уличить его в скотинизме,
бессердечии и ста прочих смертных грехах; но тут Порнов сообразил, что в
темноте, пожалуй, никто его слез не увидит; поборов раздрызг в мыслях, стал
просто лежать и ждать реакции со стороны Мич; сдался, скажем так, на милость
побежденного; самому ему искать выход из этого кошмара было абсолютно невмоготу.
- У вас на Земле, что, все такие... бойцы? - вопрос этот смутил Порнова донельзя;
больше его могло бы удивить лишь предложение Мич продолжить их любовную схватку.
Что угодно ожидал он от девушки сейчас: слез, негодования, упреков; но только не
этого.
Даже не сами слова изумили Порнова, а та интонация, с которой был задан вопрос -
позитивная, любознательная; даже одобрительная какая-то.
Не веря своим ушам, он краем глаза глянул в сторону Мич. Та ничком смирно лежала
рядом и так же, как он, изучала потолок.
"Зеркальный, кстати", - мелькнула мимоходом мысль. Белое пятно наверху
шевельнулось - Порнов протянул руки и осторожно коснулся гладкого плеча Мич. Та
не вздрогнула, не отодвинулась.
- Через одного, - сказал он, чтобы что-то сказать.
- Завидую вашим женщинам, - все в той же легкомысленной манере продолжила Мич. -
У нас мужики все больше какие-то слабенькие.
Как менталы - ничего; а как до постели дойдет...
Тут она сочла нужным добавить:
- По крайней мере, мне так Броу говорила... давно. Она у нас в семье большой
любитель мужчин; прямо-таки коллекционер.
Порнов все еще не верил своим ушам. В хороводе мыслей не было ни одной, за
которую можно было бы зацепиться. Осторожно, чтобы не спугнуть забрезжившую
надежду, самым краешком пальца провел по плечу Мич.
- Ты на меня не сердишься? - с превеликим трудом выдавил он из себя. Язык был
чужой, губы были чужие; слова, соответственно, выходили тоже совсем не такие,
как ему хотелось бы; пустые, безликие вышли слова.
- За что? - так искренне, что Порнова аж передернуло, спросила Мич, - Ты сделал
все, что мог.
Сумбур, сплошной сумбур воцарился в мыслях. Порнов, не надеясь уже на слова,
ластясь, легонько тронул ушко Мич. Рядом под тонкой кожей горячей ртутью
пульсировал висок. Рука Порнова нежно скользнула по гладкой коже.
- Что это?
Пальцы его внезапно коснулись шрама или рубца; Мич отдернула голову.
- Порезалась, - сказала она. - Брила голову и - вот.
Приподнявшись на руках, она села; маленькие круглые груди ее качнулись.
- От твоих восточных пряностей у меня горло пересохло, - объявила она, - Надо
выпить. Ты не против?
Порнов перевалил голову влево-вправо; мол, нет, не против. Мич молодой козочкой
спрыгнула с постели и, задорно покачивая загорелой попкой, сбегала до столика и
обратно.
- Давай садись, - скомандовала она. Держа в одной руке бутылку, а в другой
стаканы, Мич на коленках прошествовала к трупиком лежавшему Порнову.
- Я это... ослаб совсем, - только и смог просипеть наш герой.
- Это дело поправимое, - Мич по-особенному, по-своему глянула из темноты на
Порнова. Кровь прилила к его рукам, и они легко вытолкнули его тело вверх.
- На брудершафт? - как о само собой разумеющемся, спросила девушка.
- Так точно! - заметно приободрясь, радостно согласился Порнов.
Мич разлила вино по бокалам; они сплелись руками, выпили и поцеловались; бокалы
полетели через плечо. Фужер Мич благополучно приземлился на край постели, Порнов
же сил не рассчитал и от избытка чувств запулил свой сосуд прямо в стену; тот
лишь брызнул осколками.
- Теперь придется в тапках ходить, - расстроился Порнов.
- Ерунда, - успокоила его Мич. - Немножко магии, и будет, как новый; только
сбегаю вымоюсь сперва...
"По уму-то их оба разбить стоило", - зашептал в порновское ухо оживший бес
противоречия.
"По уму-то девушек сначала поят вином, потом целуют и уж только потом в постель
тащат, - тут же огрызнулся сторожевой пес морали и рассудка. - Ты, урод, лучше
давай молчи в тряпочку; радуйся, что так легко отделался. Могли и убить, между
прочим; и вряд ли потом бы воскресили. Я бы, на месте Мич, тебе эту штуку по
крайней мере раза в два укоротил... Ухарь-купец!"
"Да ладно, чего там, - оправдывался наглый бес, - ей, похоже, понравилось... Хотя,
с другой стороны, странно мне все это..."
"Вот-вот; странно - не то слово, - согласно уточнил голос разума, - может, у них
тут физиология другая?.."
"Или она свистела все это время про свою невинность, - бухнуло вредное "я" и
цинично добавило: - Тоже мне, девочка нашлась!"
"Ну-ка, заткнись! - приказал Порнов сам себе. - Сейчас ты будешь ее учить, как
ей жить. Иди вон лучше, осколки собери; не хватало еще ноги поранить..."
Он довольно шустро сполз с кровати и поковылял к месту приземления бокала. У
стены было светлее; из иллюминатора на пол падал косой луч. Высокая спинка
тахты, стоящей у стены, приняла на себя основной заряд битого стекла;
внимательно глядя себе под ноги, Порнов быстро набрал полную горсть осколков;
самый крупный залетел аж под тахту и сиял там, подобно алмазу.
Мич на этот раз мылась долго и основательно; Порнов успел обшарить окрестности
тахты не по разу; когда на полу не осталось ни одной даже крошечной стекляшки,
подтащил столик поближе к свету и разложил на нем останки бокала.
- Вот основание, - он, словно шашку на доске, пальцем двинул вбок маленький
хрустальный диск. - Вот этот кусочек - сверху; еще один... Это у нас будет
ножка, - кусочек хрустального стерженька последовал в сторону, - и это ножка...
- И это, - он задумчиво уставился на хрустальный фрагмент.
Тут волосы у него на голове зашевелились, и тихим потерянным голосом наш герой
закончил:
- И это у нас тоже будет ножка!
Вышедшая из ванной девушка застала Порнова в состоянии полного ступора. Тюрбаном
наматывая на голову полотенце, она неслышно подобралась к нему.
- Ам! - сказала она; зубы ее перламутром блеснули в полумраке.
Порнов вздрогнул и дико глянул на нее.
- Испугался, испугался! - довольно рассмеялась девушка, опускаясь на тахту рядом
с ним.
- Испугаешься тут, - стараясь, чтобы голос не дрожал, произнес Порнов. - На вот;
ты в спешке, похоже, потеряла...
Он протянул Мич руку, на ладони его лежал все тот же хрустальный обломок.
- Золушка, блин.
Никакая это была не ножка бокала; это был отбитый каблучок хрустальной туфельки.
Надо отдать девушке должное; ни мимикой, ни чем иным она не выдала своего
волнения; только сложила руки ладошками внутрь и сильно сжала их коленками.
- Жаль, - со вздохом сказала она. - Я рассчитывала неделю передохнуть;
развеяться, что ли... Отпуск вот специально взяла!
Порнов смотрел на нее во все глаза; сходство девушки с Мич было просто
фантастическим; даже теперь, после почти что признания, Порнов в глубине души не
верил сам себе; хитрый пазл-головоломка из случайных обмолвок и странных
поступков сложился перед ним в цельную картинку; но собирал-то он совсем не ее!
- А тут, как назло, то один аврал, то другой, - словно с близкой подружкой,
делилась с ним самым наболевшим девушка. - Сначала ты куда-то запропал; потом
гады эти взбесились...
Порнов продолжал упорно молчать.
- В конце концов, вроде все утряслось; дай, думаю, устрою себе маленькое
романтическое приключение с китами, кораблями и ужином при свечах... Я ведь тоже
где-то человек; мне тоже хочется новых и сильных чувств... хотя бы и понарошку...
Времени было мало; собиралась в спешке; и надо же был
...Поділитися у соцмережах
