Жанр: Фантастика
Порнов 2. Голому - рубаха
...зоваться,
опустошив содержимое шлема; затем, после недолгого колебания, так же
основательно выел из ореха всю пульпу.
- Должен я был узнать, поспели они здесь или нет? - справедливо заметил он,
накидывая петлю на другой орех.
Работа спорилась; опустошив дюжину орехов, Порнов наполовину наполнил шлем
мутной взвесью из пульпы и кокосового молока; вскоре сверху орехи были все
обобраны; перед тем, как лезть глубже в крону, он решил сделать паузу и скушать
еще один кокос; основательно укрепил шлем в песке и с комфортом расположился
перекусить; держа в одной руке чашку кокоса, а в другой - все ту же лопатку,
уселся на стволе, вытянув вперед натруженные ноги.
Живой зеленый шатер надежно укрывал его от порывов ветра; Порнов с аппетитом
жевал белую мякоть, изредка прихлебывая жидкость прямо через край. Состояние его
было близким к блаженству; если что и беспокоило его, так это последние
отголоски почти прошедшей головной боли; самый хвостик занозы иногда еще давал о
себе знать.
Покончив с орехом, Порнов стал решать, как ему действовать дальше: забраться с
тяжелым и скользким шлемом вглубь пальмы, поближе к орехам, или, наоборот,
таскать орехи из кроны наружу; в конце концов он склонился ко второму варианту и
белым медведем полез в густую зеленую чащу.
Долго возился там; когда же, волоча за собой грубо обломанную гроздь кокосов, он
выбрался обратно, его уже поджидал приятный сюрприз: по стволу пальмы, аккурат в
том месте, где только что сидел Порнов, прогуливался крупный краб.
- Опять ты! - воскликнул Порнов. Подобных особей ему сегодня встретилось не
меньше сотни; но этого краба он узнал бы и из ста тысяч. - Я так и знал, что
здесь не зря серой попахивает; думается мне, не один вулкан в том виноват...
Краб, вроде бы, не обращал на порновскую болтовню никакого внимания; однако,
когда тот приблизился к шлему, проворно отбежал по стволу на метр - другой.
- Слушай, таинственный обитатель морских глубин, может, объяснишь мне, какого
черта ты возле меня отираешься? Ох, неспроста, сердцем чую, неспроста! Сдается
мне, приятель, что ты и не краб вовсе; уж больно ты сноровист для десятиногого...
... Как это у того же Пушкина, - продолжал Порнов, накидывая на орех удавку, -
Если ты старец, будешь отцом, если ты молодец, будешь нам братом...
По-моему, дальше там что-то про красну девицу, - ухмыльнулся Порнов, склонясь
над шлемом и выливая в него жидкость. - У меня как раз вакансия свободна, по
крайней мере, на вечер; завтра, надеюсь, Мич объявится.
Порнов, выскребая кокос, краем глаза глянул на краба; тот, выпучив глаза,
неотрывно взирал на кокос в порновских руках и вожделенно поводил клешнями,
переминаясь на месте.
- Пятницы нам, похоже, не будет; ни женской, ни мужской, - проворчал Порнов. -
Не хотим превращаться; жрать хотим.
Он опустил на песок непочатую половину кокоса и пододвинул ее крабу.
- На, ешь; и нечего на меня глаза таращить.
Да, болтаю много; что с того? Другой бы на моем месте вообще с ума сошел.
Прикинь, целый год в консервной банке бок о бок с пятью гавриками; и уже третий
день не с кем ни поговорить, ни словом перемолвиться; ни к сердцу прижать, ни
на...хм... послать.
Ну, какой разговор по душам с этим электрочемоданом!
Порнов покончил с орехами и вновь полез в зеленую чащу кроны.
- Так что, если надумаешь превращаться - милости просим, - крикнул он оттуда. -
Устроит даже говорящий попугай; главное, чтобы не автоответчик...
Увы, краб остался глух к его просьбам; когда Порнов вылез из зарослей с
очередной веткой наперевес, ни попугая, ни тем более девушки у пальмы не было.
Не было и самого краба; лишь на песке сиротливо стояла нетронутая миска с
молоком.
- Не хочешь, как хочешь, - Порнов пожал плечами и опростал миску в шлем. - Нам
же больше достанется.
В шлеме и впрямь значительно прибыло, Порнов удивленно глянул на пустой кокос в
руке: "Надо же, какой емкий", - но особого значения не придал; неожиданное
появление краба и столь же поспешное его исчезновение беспокоили его больше.
- Чем дальше, тем страньше и страньше, - бормотал он себе под нос, разделывая
очередной кокос. - Краб находит меня на берегу; допустим - случайно; краб валит
шест и закапывает платок Мич; хорошо, пусть он принял платок за красивый голубой
пальмовый лист и решил украсить им свою норку... а потом звонит Мич и просит
зарыть остаток платка, - это как понять?
И вот теперь - явившись на берег за кокосами, я имею сначала поваленную пальму,
а потом и этот странный визит вежливости своего старинного приятеля.
Может мне кто-нибудь объяснить, что все это значит? - нервно спросил Порнов.
Шум ветра и шорох длинных листьев были ему ответом; Порнов вновь сгорбился над
шлемом.
- С другой стороны, пуганая ворона и куста боится, - заметил он, доскребая
последний орех. - Начитался в детстве Жюля Верна, теперь везде будут чудеса и
диковины мерещиться...
Наутилусы-помпилусы... Тоже мне, владыка острова.
Еще раз появится, поймаю и на панцире монограмму Немо вырежу; будет знать, кто
тут главный!
Глава 10. Знак Зорро
Прозрачный сосуд был полон на три четверти, и весил не меньше десяти
килограммов; приподняв его, Порнов враз озаботился и думать забыл о своих
мистических проблемах.
- Донести его я еще донесу как-нибудь, - думалось ему, - но ведь непременно по
пути половину расплещу; песок, корни, буераки - это тебе не американский хайвэй.
Опустив шар в связанную из шнуров сетку, Порнов нарвал побольше пальмовых
листьев и щедро присыпал ими содержимое шлема; получилась импровизированная
крышка; при каждом порновском шаге она вздымалась вместе с жидкостью и мешала ей
выплескиваться наружу.
На обратный путь Порнов потратил все оставшееся до темноты время - и еще не
хватило; от лавовой речки идти пришлось с факелом.
- Не дай бог запнусь, или нога соскользнет, - наговаривал Порнов. - День,
считай, потеряю; да и орехов на пальме почти не осталось; а надеяться на то, что
еще одну повалят, как-то неприлично; тогда получится, что меня совсем за дурака
держат.
Оставленный на четыре часа без присмотра костер покрылся белой золой; позабытыйпозаброшенный
компьютер мерно мигал белой черточкой курсора на погашенном черном
экране.
- Ну, что, придумал дрожжам замену? - громко спросил Порнов, осторожно опуская
шлем с взболтанной мутной жижей в подходящую ямку; лишь убедившись, что
драгоценный сосуд не опрокинется, он опустился на песок рядом.
Вмиг стало светло; это голубым светом вспыхнул экран монитора; причудливо
соединенные многогранники засияли на нем.
- Восемнадцать различных комбинаций препаратов, - объявил компьютер. -
Отсортированы по алкоголю, по затратам реагентов, по скорости брожения...
- Мне особо торопиться некуда, - глядя в темное хмурое небо, сказал Порнов, - до
утра я совершенно свободен.
- Объем и состав закиси, - потребовал компьютер.
- Литров десять; а материал... сейчас, - Порнов полежал еще, затем, не вставая,
подтянулся на животе к своему жбану.
Сверху в шлеме все еще плавала темная лиственная масса; не мудрствуя лукаво, наш
герой просто запустил руку в мякоть листьев и попытался зачерпнуть пригоршню
сусла.
В тот самый момент, когда рука, проткнув толстый слой листьев, погрузилась в
жижу, Порнов почувствовал мягкое, но уверенное рукопожатие. Надо отдать должное
его выдержке и самообладанию; он не заорал, не вскочил, не опрокинул шлем, не
залил жижей стоящие рядом электронные приборы.
Напротив, очень спокойно и весомо объявил:
- Все; ты меня доконал!
Порнов медленно и осторожно вытянул руку из сосуда. На руке, крепко вцепившись
обеими клешнями в перчатку, висел краб; листья облепили его с ног до головы
толстым комом.
- Так вот из-за кого сусла тогда прибыло, - понял Порнов, повертывая ком над
шлемом; жидкость бежала вниз ручьями.
- Пусть только вода стечет; я тогда с тобой разберусь!
Краб не стал дожидаться часа "че"; разомкнул клешни и полетел на песок.
- Стой! - не своим голосом заорал Порнов, вскочил и, зацепив ногой шлем, завалил
его на бок; длинный язык жижи выскочил из сферы и прицельно залил компьютер
вместе с химлабораторией.
- Материал введен, - невозмутимо произнес кибернетический голос.
- Стой, паразит!
"Паразит", не будь дурак, Порнова не послушал и, проворно перебирая ножками,
устремился прочь от воды, в траву и заросли; Порнов кинулся за ним, догнал, и,
не обращая внимания на предупреждающие щелчки клешней, ловко подхватил под
брюхо.
- Я тебе говорил, чтоб не появлялся? Говорил?! - бормотал Порнов, свободной
рукой извлекая из кармана острую железку. - Говорил, что не люблю, когда за
идиота держат? Ну, так не обижайся!
И в три взмаха нацарапал на влажном панцире большую латинскую букву "эн"; хотя
со стороны она больше смахивала на залихватский знак Зорро.
Забросил краба в кусты, вернулся к компьютеру и принялся ахать над
расплескавшимся пострадавшим сосудом; после всех пертурбаций в сфере осталось
чуть больше половины; теперь это была сплошная кашеобразная суспензия.
Добил Порнова компьютер, объявивший результаты анализа:
- Закись обеспечивает полезный выход этилового спирта в количестве двух граммов
при наиболее быстрой схеме брожения.
- Ребята, вы меня без ножа режете, - Порнов схватился за голову. - Два грамма -
это очень мало; мне литр спирта нужен, не меньше.
Компьютер задумался надолго.
- Примерно сто литров закиси и недельный синтез, - выдал он наконец, - плюс
ректификационная колонна.
- Ага, сейчас! - забыв про усталость, Порнов принялся выписывать круги вокруг
компьютера. - Нет у меня ни недели, ни ректификационной колонны; даже
самогонного аппарата нет...
Слушай, ты не ошибся? Эта жижа, она же, как сироп, сладкая; сахара в ней уйма, и
закисает он, будь здоров; почему так мало спирта?
- Связующий компонент, - пояснил компьютер и вновь вывел на экран свои
многогранники. - Блокировка сцепления молекул здесь и здесь, полная остановка
ферментации через семь итераций.
- Да закисает он - будь здоров, - недоуменно воскликнул Порнов. - Аж пенится; я
своими глазами видел.
- Без присадок процесс брожения невозможен, - стоял на своем компьютер.
- Залило тебя, вот ты и спятил, - рукой сгоняя влагу с пульта, проворчал
Порнов. - Я кокос на ночь оставил, на утро уже такая кислятина была. Слушай,
братец, ты, похоже, линять начал; с тебя краска слезает, или мне это кажется?
- Корпус ЭВМ не имеет лакового или эмалевого покрытия, - сообщил компьютер и
посоветовал:
- Примите последовательно капсулы: е-пять, е-шесть, е-семь...
- Иди ты, - беззлобно заметил Порнов, разглядывая свои перчатки; держа их перед
собой, устремился к потухшему костру и принялся раздувать угли; затаившиеся под
пеплом языки пламени вырвались наружу и осветили поляну неровным светом.
- Говорю же, зелень какая-то, - крутя руки перед огнем, сказал Порнов. - Этот
твой связующий компонент; он, случаем, не ядовит?
- Нет! Я бы предупредил.
Порнов высунул язык и лизнул кончик пальца; физиономия его скривилась, как будто
он наелся хины; чертыхаясь, он принялся отплевываться, затем сбегал на речку и
долго полоскал рот водой.
- В который раз нарываюсь, - сообщил он компьютеру, возвращаясь.
- Горечь страшная; чертовы листья!
Он незамедлительно выгреб из шлема всю оставшуюся зелень; подумал и осторожно
снял верхний слой мякоти; зачерпнув лопаткой, попробовал остальное.
Плотная масса внизу еще не успела пропитаться горьким хинным вкусом; с
замиранием сердца Порнов опустил новую пробу в анализатор.
- Десять литров закиси и семичасовой синтез, - был ответ компьютера.
- Что и требовалось доказать, - довольно сказал Порнов. - Давай диктуй быстрей,
чего и сколько в жбан сыпать; а то я сильно спать хочу.
Под чутким компьютерным руководством он набросал в кокосовую кашицу разноцветных
химикатов; затем, по совету кибера, разбавил получившуюся смесь водой и с чистой
совестью повалился спать.
Разбудило его электронное тирлиликанье таймера.
- Процесс брожения завершен, - изрек компьютер и со щелчком открыл гнездо на
пульте. - Советую произвести пробу.
- Дельная мысль, - сказал Порнов. - Утром не выпил - день пропал.
Он забрался в речку и стал плескать воду себе в лицо. Даже с кучей стимуляторов
в крови ночевка в натопленной бане далась организму нелегко. К тому же
набравшему воды в рот Порнову вдруг припомнился кусочек нынешнего сна; эротикой
здесь уже и не пахло; скорее, отдавало дешевым фильмом ужасов; впечатление было
такое, что в одних и тех же интерьерах снимается кино совершенно разных жанров.
На смену теплому разноцветью фонарей пришел беспощадный яркий свет бестеневых
хирургических ламп; на смену воде - соленый физиологический раствор;
распластанное перед ним женское тело вдруг лишилось скальпа; блестящие дисковые
пилы описали вокруг черепа полный оборот; стальные штанги манипуляторов сняли и
унесли прочь небольшую костяную сферу, обнажив мозг; вынырнувшие из воды лианы
кабелей и шлангов жадными пиявками впились в податливую плоть...
Здесь сон обрывался; сколько Порнов не пытался, так ничего и не вспомнил больше;
лишь голова загудела, как с большого бодуна.
- Говоришь, бражка поспела? - осведомился он, направляясь к шлему и на ходу
вытрясая воду из ушей. - Сейчас мы ее проверим; сейчас мы ее сравним...
Над шлемом, выпирая из горловины, стояла круглая серая шапка пены; смахнув ее,
Порнов зачерпнул глиняной чашкой мутной субстанции, вылил малую часть в гнездо и
выжидательно воззрился на экран:
- Ну?!
- Содержимое спирта близко к расчетному... - начал было компьютер. - При выделении
высших фракций...
Порнов тем временем жадно шарил глазами по экрану: искал какой-нибудь намек на
ядовитость полученного питья. Не нашел, очень обрадовался, но вслух ничего не
сказал; предусмотрительно повернулся спиной к компьютеру и, манерно отставив
мизинец в сторону, принялся глоток за глотком опустошать содержимое мензурки.
- Рассмотрим гипотетическую возможность ректификации средних и низших фракций... -
мерно бубнил за спиной компьютер.
Порнов вытряс в рот последние капли и блаженно икнул.
- Поспела! - только и смог произнести он.
- Не понял? - мгновенно прервав монолог, чутко откликнулся компьютер.
- Пошла вторая часть эксперимента, - икая, пояснил Порнов. - Сейчас принесу
чашки и горшки; пора наши "Два Пальца" гнать, настоящие; чем, кстати, не
название? Риал Ту Фингерс; звучит!
Он украдкой зачерпнул из шлема еще один стаканчик, "на посошок".
- Изумительная брага получилась, - констатировал Порнов. - Как крепкий сладкий
квас, никакой этой дрожжевой вони... А забирает круто, почище пива и вина; видать,
и впрямь в ней спирта дофига.
С трудом удержавшись, чтобы не принять еще стакан-другой, он двинулся за
посудой.
Шел и с интересом наблюдал за собственным состоянием. Обычно, выпив браги,
Порнов имел совершенно трезвую голову и совершенно "чужие" ноги; на какое-то
время тело его переставало слушаться вовсе. "Как я ногами-то двигаю?" -
паниковал в такие минуты Порнов. - "Вдруг по делу надо будет выйти; а я даже
встать не смогу!"
И сейчас он ожидал чего-то подобного; но, то ли из-за кокосов, то ли из-за
растворенных в сусле химикатов, все происходящее с ним было абсолютно новым,
необычным.
- В теле какая-то странная гибкость образовалась, - заметил он.
Уже на подходе к лавовой реке его вдруг пробрал ледяной озноб; Порнов даже
глянул на запястье: не включился ли случайно кондиционер. Нет, все системы были
надежно обесточены, скафандр исправно работал в режиме накопления энергии; то
есть, можно сказать, и не работал вовсе.
В следующий миг в глазах Порнова задвоилось; чтобы не упасть, он предпочел
остановиться. Перед глазами его закружилась чехарда из белого песка, зеленых
листьев, бурой кожуры кокосовых орехов; затем над ним во всю ширь распахнулась
серая дымная плоскость бескрайнего неба.
Порнов решил, что он потерял сознание, упал и лежит; но тут оказалось, что небо
все сплошь рифленое гребнями волн.
- Нафига на небе волны, - удивился Порнов, открыл-закрыл глаза и обнаружил себя
крепко стоящим на ногах. Вокруг простиралось унылое пепелище, песка рядом и в
помине не было, калейдоскоп картинок "в мире природы" исчез.
- Да-а-а, крепкая бражка получилась, - проворчал Порнов. - Ведет с нее почище,
чем с водки.
Других сюрпризов брага не преподнесла; Порнов беспрепятственно преодолел остаток
пути. Пока шел, все размышлял о том, что же такое ему привиделось. Но,
добравшись до вулкана, был вынужден отвлечься на решение более актуальной
проблемы.
Жар от каменной печки обжигал лицо и опалял брови; подобраться к обожженной
посуде без шлема нечего было и думать; хорошо, у запасливого Порнова в кармане
нашлось несколько строп от парашюта; связав их друг с другом и выломав в лесу
длинный прут, он получил некое подобие рыбацкого спиннинга; привязав вместо
крючка изогнутую железную пластинку, он с десятой попытки накинул ее на ручку
горшка. Наловчившись, Порнов быстро расправился и с остальной посудой. С
тарелками, впрочем, он потерпел фиаско.
- Где это видано, тарелки с ручками делать, - проворчал он; дождавшись, пока
посуда остынет, развесил ее на той же жерди. - Ничего, не баре; из горшка
похлебаем.
Боясь поколотить посуду, назад он шел крайне осторожно; горшки прыгали на палке,
как очумелые; у некоторых от ударов поотлетали ручки; но все же большую часть
Порнов доставил к костру целой и невредимой.
Установил по две рогатины с двух сторон костра, одну пару пониже, другую повыше.
Перелил в самый крупный горшок брагу и повесил его на нижнюю перекладину; прямо
над этим горшком повесил другой, раза в два поменьше, до краев наполненный водой
из ручья.
Подставил под верхний горшок плошку и, еще раз придирчиво осмотрев все
сооружение, отправился в лес за валежником.
Развел сильный огонь в костре; чтобы довести до кипения объемный жбан, пришлось
еще несколько раз сходить за дровами; наконец, брага забулькала, забурлила; на
окутанном паром верхнем котелке выступили крупные капли; стекая вниз, они тонкой
струйкой пролились в подставленную чашку.
Нацедив первые пятьдесят граммов, Порнов не удержался, заменил посудину и
отправился к компьютеру - "сделать анализ"; однако в гнездо на пульте, как и в
первый раз, вылил лишь мизерную часть.
- Содержание спирта - семьдесят процентов, - на сей раз компьютер был краток.
- Твое здоровье, боярин, - объявил Порнов и лихо опрокинул стопку в рот.
- Внимание! Обнаружено неизвестное земной науке органическое соединение, -
пронзительный вой сирены прозвучал запоздало.
Адская смесь жидким свинцом заполнила горло; уж на что Порнов был тренированным
в плане выпивки человеком, и то не выдержал, закашлялся; не видя ничего из-за
выступивших слез, шаря в воздухе руками, ища, чем бы залить горящий в глотке
бензин, Порнов сложился пополам и скобкой упал на песок; сильная судорога вновь
сотрясла его тело; на сей раз он и в самом деле потерял сознание.
Первое, что увидел Порнов в своем новом агрегатном состоянии, было покрытое
саранчой кукурузное поле; у поля был грязный песчаный берег, полого уходящий к
морю; вместо кукурузы на поле росли пальмы; вся видимая перспектива: прибрежная
полоса, деревья, кустарники - все было облеплено миллионами крабьих панцирей; в
воздухе стоял плотный сухой шум; это щелкало, смыкаясь и размыкаясь, великое
множество костяных клешней.
Миллионы глаз смотрели на мир; сверху-снизу, сбоку-сзади; и все эти глаза были
его, Порнова.
- Интересно, а мои-то собственные куда подевались? - заволновался он. - Что со
мной?..
- Все в порядке, - тут же успокоил он себя. - Ты цел - невредим; вот, взгляни.
Из мириад зеркальных чешуек - маленьких экранчиков - главным стал один; дым
костра был на нем, рваная скатерть на берегу и распластанная человеческая
фигурка рядом с ней.
- Неужели это я? - спросил он; в ответ фигура на песке перекатилась на спину и
вытянулась в струнку.
- Прикажи ей сесть, - посоветовал Порнов 1.
- Почему бы и нет? - согласился Порнов 2. - А ну-ка, друг, давай сядем... Ох-хохонюшки,
тошнит-то как, спасу нет.
Опираясь на руки, фигура села.
- Согнуть ногу, - приказал Порнов 1.
- Опять же дельный совет, - сказал Порнов 2, подтягивая ноги к животу. - Одно из
двух: или вырвет, или, наоборот, отпустит.
Вроде как отпустило; да и мир вокруг стал проясняться; по крайней мере, видеть
себя со стороны Порнов перестал; окончательно проморгался и обнаружил, что
разглядывает собственное уменьшенное отражение в лаково-черном экране
компьютера.
- Пить меньше надо, надо меньше пить, - пробормотал он, встал на четвереньки и
осторожно, стараясь не расплескать, понес свое тело к пульту; тот раскачивался
влево-вправо, как маятник; иногда улетал вверх так высоко, что Порнов, подломив
руку, заваливался набок.
Все же упрямства нашему герою было не занимать; преодолев последний дюйм, он,
выкинув руку вперед, рухнул носом в песок; сунул указательный палец в знакомое
гнездо на панели анализатора.
- Ну-ка, глянь, чего это со мной такое? - давя тошноту, пробулькал он. - Как
будто "кислоты" наглотался; чушь мерещится...
- Индольных галлюциногенов в чистом виде в организме не обнаружено, - заметил
компьютер. - В вашей крови присутствует неизвестное земной науке органическое
соединение, свободно минующее гемоэнцефалический барьер; возможный аналог -
диметилтриптамин; замечено изменение структуры ДНК; вынужден буду отметить это в
вашем personal file; в личном деле.
- Черт, - выругался Порнов, - говорила мне мама: не тащи в рот всякую гадость;
нарвался-таки... Теперь-то что мне делать?
- Предлагаю форсированную биоблокаду: шесть капсул единовременно.
- Ты что, спятил?! - воскликнул Порнов. - У меня же от такой дозы все волосы
повыпадают.
- Вот схемы возможных генных мутаций, - компьютер вывел на экран изображение
порновского организма и принялся разрисовывать его разноцветными линиями.
- Вариант А: верхняя часть туловища не видоизменяется; существующая пара ног
укорачивается вдвое.
- Я же все время падать буду, - выковыривая из аптечки бело-зеленые капсулки на
ладонь, заметил Порнов.
- У вас отрастет вторая пара ног, - успокоил его компьютер. - Будут
продублированы некоторые внутренние и внешние органы; в том числе половые.
- Восьминогий многочлен; всю жизнь мечтал, - сказал Порнов, катая капсулки на
ладони. - Другие варианты, я так понимаю, еще веселее?
Компьютер высветил на экране восемь различных картинок; Порнов с живым интересом
переводил взгляд с одной на другую.
- Мне вот эта нравится, - он ткнул пальцем в один из рисунков; на нем был
изображен приземистый коренастый мужчина, крепко стоящий на мускулистых, более
похожих на дорожные столбики, коротких ногах; сложен был мужчина
пропорционально; единственным его отличием от человека были две огромные клешни
вместо рук; то есть, предплечья еще были человеческие, а вот уже дальше торчали
вперед массивные метровые костяные дуги.
- В какой-то старой игре я такое чудо видел, - сказал Порнов. - Только у него
вместо клешней, кажется, базуки были... В детстве меня часто тырили; помню, я все
время о таких лапах мечтал.
- Выбор за вами, - меланхолично заметил компьютер.
- У меня тут только четыре капсулки, - сказал Порнов. Он еще хотел добавить, что
остальные спеклись в корку; поднял разноцветную пластинку, чтобы получше
разглядеть, но вместо нее - на сей раз уже без всяких судорог и головокружений -
в руке у него оказался как бы маленький цветной дисплей; Порнов с любопытством
заглянул в него и обнаружил там финальную сцену из сна; ту самую, что он столь
тщетно пытался вспомнить; но радости увиденное принесло ему мало.
... Резиновые зажимы ослабли и нагое женское тело шевельнулось в воде; черными
змеями вытекающие из вскрытого черепа шланги нисколько не стесняли его движений;
в течение следующей секунды женщина подняла голову из воды и коротко, через
плечо, взглянула на Порнова; и Порнов, наконец, смог увидеть ее лицо; и,
конечно, это было лицо Мич; искаженное смертной мукой печальное лицо Мич...
Возвращение из кошмара было сродни пробуждению от ужасного сна; на лбу Порнова
аж испарина выступила; глубоко дыша, он глянул на пластинку в руке, на пилюли -
и спрятал их обратно в коробочку; что ему конкретно привиделось, он сразу забыл;
но ощущение было страшное и связанное напрямую с пилюлями.
- ...рекомендую не уменьшать дозу, - закончил фразу компьютер; начало ее, по всей
видимости, Порнов пропустил; однако, переспрашивать не стал, лишь сипло уточнил:
- Я так думаю, за день-другой у меня и без блокады рога не вырастут...
- Нет, - подтвердил компьютер, - необратимые изменения начнутся примерно через
неделю...
- Я тогда пилюли пока приберу; вдруг еще мерзавчик-другой нашей настойки принять
захочется. Уж больно чудной эффект; как будто тыща глаз открывается.
Компьютер вновь тревожно запищал и принялся вкручивать Порнову про какие-то
хитрые психотропные особенности настойки; тот слушал его в пол-уха - знал, что в
случае серьезной опасности компьютер вел бы себя совсем по-другому.
В мисочке под булькающим чаном плескалось уже больше полулитра прозрачного
кокосового первача; глядя на его притягательный блеск, Порнов с великим трудом
пересилил себя. "Совсем алкоголиком становлюсь, - подумал он, не отводя глаз от
дармовой выпивки. - Ну, выпью; а как потом пьяный кафтан свой латать буду; и так
вон уже двоится-троится".
Аргумент возымел действие; тяга к алкоголю чуть поугасла.
- Могу же, если захочу, - возрадовался крепости своей воли Порнов; не мешкая,
аккуратно разложил скафандр на песке животом кверху; ветоши у него не было;
пришлось воспользоваться нескончаемыми стропами, связав из них пухлый пучок.
- Увидели бы меня ребята за этим делом, убили бы, - проговорил он, поливая
выемки и ссадины на скафандре журчащим ручейком самогона и промокая их мягким
тампоном.
Вскоре в глубине черных дыр на левой стороне груди заблестела серебряная паутина
- электронное сердце скафандра; лезть
...Поділитися у соцмережах
