Жанр: Фантастика
Принцесса инос 4. Император и шут
...его пальцы касались ее руки...
Чуть-чуть опережая фавна и уворачиваясь от его рук в реальном пространстве, Инос
прыгнула на верхнюю ступеньку лестницы и, нырнув под магический щит, скрылась в комнате
Иниссо, выпав из магического зрения Рэпа.
Он мчался не разбирая дороги, ориентируясь с помощью магии, поэтому волшебный щит
отбросил его назад. Рухнув на широкую верхнюю ступеньку лестницы, фавн распростерся
перед дверью в комнату могущества Иниссо, истерически молотя кулаками и по деревянной
двери, и по каменному полу. С огромным трудом Рэп сумел притушить жгучую боль, подавив
яростный гнев, обуздав отчаянную любовь и влечение.
Содрогаясь от горя, обливаясь потом и слезами, он невероятным усилием воли сумел
взять под контроль свой разум и чувства. Возможно, ему помогло то, что соблазнительный
образ любимой уже не маячил перед ним.
- Но, о Боги, дорогая моя, мы оба были на волосок от гибели!..
Не давая себе времени на раздумье, чтобы паче чаяния не изменить решение, Рэп
мгновенно переместился в конюшни. Еще полсекунды ему понадобилось, чтобы оседлать
Огненного Дракона. Флибэг, дремавший в пустом стойле, почуяв хозяина, поднялся,
встряхнулся и был готов следовать за ним.
Во внутреннем дворе замка, у ворот, пара стражников ошеломленно уставились на
невесть откуда возникших всадника с собакой, спешивших выехать за ворота и тут же за ними
пропавших с глаз.
Рэп миновал волшебный щит замковых ворот и снова смог видеть Инос в магическом
пространстве.
С широко распахнутыми глазами и развевающимися волосами, девушка в страхе взирала
на него. Он легко мог коснуться ее, стоило лишь протянуть руку... В мирском пространстве
Инос замерла перед порталом.
- Все в порядке, любовь моя, - сообщил Рэп, перебивая очередной приступ
мучительного, страстного желания. - Пожалуй, теперь я смогу управлять собой. Но,
пожалуйста, избавь меня от муки видеть тебя! Оставайся в замке, пока я не уйду подальше.
Инос молча кивнула, пробежала через комнату к винтовой лестнице и исчезла под щитом,
спустившись в свою спальню.
Рэп не осмелился оставаться близ замка и дожидаться отлива. Так же как он перенес себя,
собаку и коня из конюшни к воротам, так же он отправил всех теперь на холмы материка.
Скалы, на которых обосновался Краснегар, превратились в туманные темные пятнышки
на белесой синеве бескрайнего Зимнего океана. Краснегарский замок стал едва заметной точкой
на далеком горизонте.
7
Рэп ехал на юг через холмы. Солнце висело над горизонтом, не согревая землю.
Пожухлая, заиндевевшая трава звучно хрустела под копытами Огненного Дракона, а резкие
порывы ветра острыми иглами впивались в кожу. Изредка Рэп проскальзывал по черноте
магического пространства, перемещая всю компанию через долину на следующий гребень и
тем выигрывая несколько часов пути. Сейчас он ждал лишь одного: чтобы его и Инос
разделило бы как можно большее расстояние. Однако, по старой привычке не привлекать к себе
внимание Хранителей больше, чем необходимо, Рэп поспешал медленно. В любом случае у
Четверки наверняка имелись специальные служители, которым поручено неустанно следить за
ним.
Вдруг он почувствовал знакомую рябь магического пространства. Инос искала его.
Уходи! - панически крикнул он.
Рэп, это ты? - колыхнулось магическое пространство.
Да, но я еще слишком близко! - Оккультное зрение Рэпа уловило ее слабый образ, а
пространство все еще отражало эхо ее голоса и разливало особый, присущий только ей аромат.
Страсть с новой силой вскипела в его крови, заставляя его взмокнуть от пота и задрожать от
неистового желания. Разве станет иначе, достигни он даже противоположного края земли? В
магическом пространстве Инос-колдунья всегда будет поблизости, ибо там нет ни времени, ни
расстояний. Так как же ему укротить себя?
Рэп, я лишь хотела сказать, что люблю тебя, - прошелестело эхо.
Я тоже! - поспешно откликнулся Рэп. - Но тебе лучше уйти, Инос. Пожалуйста!
О да! - Слезинки алмазными звездочками срывались с ее ресниц. - Спасибо тебе, Рэп,
теперь я знаю, что ты делал и почему.
Его сердце сжалось от острой боли. Не удержавшись, он спросил:
Поняла и согласна? Значит, я поступил правильно?
О да! - подавив рыдание, выдохнула она. - До свидания, Рэп! - исчезая, попрощалась
Инос.
После ее исчезновения Рэп попытался успокоиться, но удалось это не сразу. Перед его
мысленным взором вставали видения прошлого, и самое яркое - сумасшедшая, импульсивная
Инос, без оглядки бросающаяся в пламя спасать его. В пику этому вспомнилось одинокое,
ужасное жертвоприношение Раши и ее последний, отчаянный стон, обращенный к Азаку:
"Любовь!" - так и оставшийся безответным.
Инос была права - колдуну не заказано жениться, но только не на колдунье. У мага
большой выбор - ему подходят и гении. Адепт мог соединить свою судьбу с другим адептом.
Однако четыре слова - предел для смертных. Изредка рождались люди, способные
контролировать пять слов и не быть сожженными этой гигантской мощью, но любовь для них
становилась опасной стезей.
Рэп запретил себе размышлять на столь грустные темы и поехал дальше.
Спеша на юг, Рэп пересекал земли гоблинов и заглянул к Птице Смерти. Жизнь гоблина
сложилась именно так, как и предвидел колдун. Маленький Цыпленок получил мужское имя;
став Птицей Смерти, бросил вызов своему отцу - вождю Тотема Ворона и взял над ним верх
на совете охотников, а затем разочаровал соплеменников, оставив старику жизнь, вместо того
чтобы устроить многолюдное кровавое представление. Этот первый шаг стал поворотным в
истории этого народа. Одного взгляда хватило Рэпу, чтобы убедиться, что Птица Смерти в
качестве вождя Тотема Ворона справляется не хуже, чем Инос в собственном королевстве.
Что ему делать потом, Рэп не знал. Вероятнее всего, его ждали одинокие, бесконечные
странствия. Небольшие добрые Дела там, куда забросит судьба, - ничтожные, тщетные
попытки вынудить жестокий мир стать хоть чуточку лучше.
Когда-то он обещал вернуться в Краснегар и сдержал свое обещание. Весь прошлый год
предстоящий краткий визит служил ему путеводной звездой во тьме тоски и одиночества.
Поделившись с Инос второй парой слов, Рэп кое-как уменьшил жгучую боль, но не
избавился от нее полностью. Но что еще хуже, невероятно возросла его страсть к Инос.
Неудивительно, что и Калкор, и Прозрачная Вода были безумны. Такой же исход ждет и Рэпа.
Вопрос лишь в том, когда он свихнется.
"Дураком я был, дураком и остался. Ну кто меня просил исцелять императора? Зачем,
спрашивается, тогда в Круглом зале я пощадил Зиниксо? Но высшим пределом глупости было
- сделать Инос колдуньей!" - корил себя Рэп.
Действительно, одно дело, когда два любящих сердца разделяло три волшебных слова, и
совсем другое - когда преградой осталось одно. Теперь они оба были в огромной опасности,
стоило лишь на миг отвлечься, - место и время роли не играло. Секундная слабость - и
желание швырнет их через магическое пространство друг к другу, а его губы шепнут ей
последнее слово.
"Куда же мне деться? Что делать?" - гадал Рэп.
Могущества у него было сверх меры. Он по-прежнему оставался обладателем пяти
волшебных слов. Его возможности ограничивались лишь его желаниями. Богатство?
Пожалуйста. Женщины? Тоже. Стоит ему пожелать, и Андор будет выглядеть по сравнению с
ним жалким аскетом, а Тинал или султан - ничтожными нищими. И все же всесильным он не
был. Страстно любимая женщина, единственная, которая была нужна ему, оставалась для него
недосягаемой.
Никакие опасности ему не грозят и никогда не будут угрожать. Мощь пяти волшебных
слов убедила Четверых оставить Рэпа в покое и не досаждать ему своими чарами.
"Так и буду брести я по миру сквозь пространство и время долгие пустые столетия, пока
не одряхлею, как Блестящая Вода", - вздыхал Рэп, покачиваясь на Огненном Драконе.
К полудню путник спустился в узкий сухой овраг, по дну которого змеился галечный лед
былого ручья. Пологие склоны мягко вздымались к глинистым горбам тускло-однообразных
холмов. И конь и собака изнывали от жажды и голода. Рэп решил устроить привал и
наколдовать воду и еду. Но ему помешали.
У Рэпа появилось угнетающее предчувствие. Остановив Огненного Дракона, Рэп
тревожно огляделся вокруг. Предчувствие жгло его все горячее. Магическое пространство
вздрогнуло и начало корчиться, потом замерцало и наконец вспыхнуло нестерпимым блеском.
Божество, сияя ярче солнца, стояло на дне оврага, преграждая Рэпу путь.
Раздосадованный Рэп выругался про себя, но с седла сполз. От многочасовой езды верхом
мускулы парня одеревенели, а суставы сгибались чуть ли не со скрипом, когда он опустился на
колени и смиренно склонил голову перед величественной фигурой. Божественная мощь,
хлеставшая магическое пространство, во много раз превышала возможные для смертного
пределы чувствительности, так что фавну пришлось отказаться от ясновидения. Зрение Рэпа
тоже не в состоянии было вынести сверкающего блистания, которое, как ни странно, не
попадало на холмы и не отбрасывало теней.
Огненный Дракон, освободившись от всадника, неторопливо побрел прочь мирно пастись.
Возвращайся! - оглушительно громыхнул божественный приказ.
- Не желаю! - отрезал Рэп, пристально вглядываясь в пожухлую траву.
Как смеешь ты, смертный, бросать вызов Богам?
Менять решение Рэп не собирался, поэтому и говорить ему было нечего. Не дождавшись
ответа, Боги рявкнули:
Ты дурак!
Так оно и было. И Рэп опять промолчал.
Ты любишь ее!
- Люблю, - подтвердил Рэп.
И она тебя любит!
Оспаривать этот факт тоже не стоило. Несомненным было и то, что остановили Рэпа
именно те самые Боги, которые однажды явились к Инос в тот далекий, полный событиями
день, которым закончилось их детство.
Ты обязан Нам повиноваться. Ты не смеешь отвергать судьбу, уготованную Нами для
вас обоих. Возвращайся немедленно!
Любопытство заставило фавна рискнуть. На краткий миг воспользовавшись магическим
зрением, он мельком подсмотрел, что делает Бог. А разгневанный сияющий великан стоял,
уперев руки в бока, как самый банальный лавочник. Однако долину окатывала волна
божественной ярости необычайной силы.
Упрямый дурак! Ты ведь сообразил насчет формулы, не так ли? Посмей сказать, что не
знаешь, почему окно не дало тебе пророчества, а колдуны не сумели предвидеть твою судьбу!
- Знаю, - твердо ответил Рэп. Теперь он понимал, о чем догадывалась Блестящая Вода,
наткнувшись на запрет предвидения судьбы Рэпа.
Итак, ты знаешь, почему о Богах всегда говорят "Они"?
- Знаю.
Так почему ты не повинуешься Нам, если знаешь, что Мы тебе обещали?
Превратиться в колдуна было достаточно скверно, но стать Богом будет бесконечно хуже.
Рэп упорно молчал, крепко сжимая челюсти.
Убедившись, что грозные вопли не действуют, Они резко сменили тактику. Грубость
сменилась нежностью. Ослепительно яркий блеск подернулся жемчужным отсветом, а призыв к
долгу уступил место зову к любви. Мягко ступая, Божество приблизилось к
коленопреклоненному фавну так, что пальцы Его ног попали в поле мирского зрения Рэпа.
Глазам стало больно, но ничего прекраснее этих безупречных ножек он прежде никогда не
видел.
О, Рэп, Рэп! - зазвучал голос - теперь ласковый, воркующий. Они умели уговаривать,
совсем как мать Рэпа. Но эта подделка под интонации матери не на шутку разозлила фавна. У
него даже слезы на глаза навернулись. - А как же Инос? Честно ли это по отношению к ней?
- Несомненно, да. Она полностью согласна со мной.
Это сейчас она согласилась, чтобы угодить тебе. Каково-то ей станет, когда
молодость уйдет, красота увянет, а старость изгрызет ее тело? И тебе будет несладко,
когда твоя мужская сила оставит тебя, глаза начнут слепнуть и гноиться, а спина - болеть.
Вы оба жадно ухватитесь за жалкие клочки времени, отпущенные вам вечностью, и
колдовством начнете латать свои бренные тела, совсем как Блестящая Вода. Одумайся, Рэп!
Возвращайся к Инос и прими вместе с ней бессмертие!
- Нет, - огрызнулся Рэп.
Пять слов, Рэп! Пять слов сожгут любого! Но два любящих сердца, разделив друг с
другом силу пяти слов, становятся едины. Они - Божество! Не многим смертным достается
эта награда!
И снова Рэп промолчал. То, что является злом для одного, может обернуться благом для
другого, и наоборот, добро для кого-то может принести великую беду. Блестящая Вода
догадалась, что уготовано фавну. Надеясь подкупить будущего Бога, она начала помогать ему,
правда неуклюже.
Вдруг пыльный овраг оказался буквально набит Богами. Сияющих колоссов собралось
несметное количество. Одни предпочли показаться в мужской сущности, другие в женской, но
красота сияла в каждом из Богов и во всех вместе, наполняя пространство неземной музыкой,
чистой и несказанной любовью. Солнечный свет в сравнении с этим сиянием абсолютно
потерялся, став тусклым и невзрачным.
Присоединяйся к нам, Рэп! - хором звали Они. - С рождения мира пророчеством
обещано твое появление. Столетиями ждали Мы тебя. Время приспело свершить древнее
предначертание! Иди, слейся с Инос и присоединись к Нам в сиянии вечности!
- Нет! - в очередной раз отказался Рэп.
Горестный вопль раскатился над миром.
Рэп, у тебя есть возможность стать Богом. Каким Богом ты хочешь быть? Выбирай,
любой из Нас уступит тебе место. Так кем, Богом любви, Богом войны, Богом исцеления или
Богом лошадей? Хочешь стать новым Богом, Рэп?
- Нет, - промолвил Рэп.
Божественный гнев потряс холмы, рассыпаясь громовыми раскатами неумолимой
суровости и убийственной ярости, превращая толпу Богов в орду воителей с мечами, копьями,
топорами и стрелами, обступившую непокорного строптивца. Их могущество погасило
жемчужный отсвет, обратив его в стальной блеск смертоносного металла, а нежную песню
сменив какофонией труб и барабанного боя.
Мы призваны творить добро, Рэп! Вдумайся, сколько блага способен свершить Бог.
Благие дела - деяния Богов. Могущество колдуна - ничто по сравнению с Их могуществом.
Ты и Инос порознь не сделаете за всю свою смертную жизнь и сотой доли того, что, слившись
в Бога, способны будете сделать для человечества на протяжении вечности. Раскайтесь в
своей безумной гордыне и приходите к Нам!
- Дела Богов! - заорал Рэп, остро сожалея, что не может смотреть на Них, чтобы Они не
только слышали его, но и видели выражение его лица. - Какие дела - исцелять детей, спасать
от голодной смерти страждущих, останавливать войны? Но, во-первых, кто сделал детей
больными? Кто погубил урожай и начал кровопролитную войну? Вы отвечаете на молитвы в
ожидании благодарности. Вам нужна благодарность, а для этого нужны молитвы. Иными
словами, нужно, чтобы о чем-то молили. Вы ловко устроились! Если где-то скверно - виновны
сами смертные - они плохие, вредные. Хорошие только Вы - Боги. Но Вы играете, зная все
карты, и в любой момент можете выдернуть из колоды именно ту, которая Вам понадобится.
Удача - Ваше благословение, неудача - наши грехи. Позвольте узнать, что Вы делаете в
перерывах между ответами на молитвы? Шастаете по миру и устраиваете беды? Любопытно
было бы знать для чего? Для Вашего личного развлечения или дабы смирять нас, горемычных,
чтобы Вы могли..
Молчать!
Рэп ожидал испепеляющей молнии, но ощутил безграничное одиночество и бесконечную
усталость.
Мы любим тебя, Рэп, - вновь зазвучал нежный и ласковый голос. - Мы терпеливо и
долго ждали тебя. Теперь твои беды окончились. Соединись с Инос, приходи к Нам, и никогда
больше ты не будешь...
- Нет! - заявил Рэп.
Жуткий, леденящий кровь ужас навис над миром...
Негоже издеваться над Богами, Рэп! Бойся не подчиниться нам, ибо приговор суров!
- Я смертный, - ответил Рэп, - и потому я в Вашей воле, но к Инос я не вернусь.
Хотите убить меня? Убивайте! Но ничто не заставит меня изменить решение. Я - человек, и
большим, чем человек, быть не желаю. Я проживу ту жизнь, которая у меня будет, и умру в тот
срок, который у меня будет. То же самое Вам ответила бы и Инос.
Невероятный всплеск ярости оборвался на самом взлете, внезапно сменившись отчаянием.
Поздно!!! - закричал один из Богов, и многократное эхо отразилось от многочисленных
холмов. - Смотри, Рэп! Смотри, что делает Иносолан!
Рэп, пользуясь магическим зрением, разыскал Краснегар. Щит надежно укрывал весь
королевский замок, и скалистая вершина острова выглядела как висящий в нигде кусок
пустоты, над которым возвышалась комната Иниссо. На крутых скалистых склонах лепились
дома горожан; каждый знакомый закоулок предстал перед его взором. Улицы и переулки
кишели людьми, спешащими к королевскому замку. Над Краснегаром плыл призывный гул
дворцового колокола. Королева созывала своих подданных, и они торопились исполнить волю
властительницы.
Рэп понял, что Инос претворяла в жизнь свой замысел.
Торопись, Рэп! Спеши остановить ее, пока еще не слишком поздно!
"Она убьет себя!" - ахнул Рэп.
На какое-то мгновение его решимость поколебалась. И в тот же миг он ощутил волну
триумфальной радости, всколыхнувшей весь сонм Богов.
- Нет! Я не стану играть по Вашим правилам! - зло выкрикнул Рэп.
Вот теперь Они действительно, пожалуй, были готовы убить его. Вряд ли кто-нибудь,
кроме него, мог бы снести удар, сваливший Рэпа на землю. Фавн лежал и ждал смерти, а над
ним металась рычащая ярость Богов. Постепенно рык перешел в заунывный, погребальный вой,
затихая отголосками вечной печали и скорбного сожаления о его непроходимой глупости и
упрямстве.
С бессмертием было покончено.
В этой засушливой и продуваемой ветром долине фавн остался один. Он лежал ничком на
клочьях засохшей травы. Огненный Дракон мирно бродил неподалеку, отыскивая на скудном
пастбище пучки травы. Флибэг озабоченно занимался своими лапами, выгрызая колтуны между
пальцами. Боги исчезли, словно их и не было вовсе.
Но Иносолан не исчезла. Сумасшедшая Инос намеревалась совершить в Краснегаре
невозможное. Да, она могла убить себя, потому что не собиралась отступать.
Рэп, шатаясь, поднялся на ноги. Тревога сковала его сердце, и он вновь заколебался. Он
еще мог помешать ей. Достаточно было переместиться к воротам замка, вбежать во двор, а
затем метнуться в тронный зал.
Безусловно, он мог остановить ее.
Но он не сдвинулся с места и ничего не предпринял.
Это был ее замысел, который она лелеяла все то время, пока он странствовал. Вот почему
она так настойчиво требовала с него еще два волшебных слова. Она догадалась, почему Богов
называют "Они".
Два любящих сердца, разделив друг с другом силу пяти слов...
Инос отвечала Богам по сути точно так же, как и Рэп, но действовала по-своему. Однако
не в человеческих силах было осуществить ее замысел. Поделиться волшебным словом с кем-то
одним и то являлось мучительным переживанием. Произнести слово в присутствии нескольких
человек становилось невыносимо. Рэп прекрасно помнил, как не мог передать слово Раше, пока
Азак был достаточно близко, чтобы расслышать шепот фавна.
"Зря Боги беспокоились, - усмехнулся про себя Рэп. - Будь что будет, но я не стану
вмешиваться".
Внезапно магическое пространство подернулось рябью, и все вдруг померкло вокруг.
Тоскливое, душераздирающее чувство огромной потери заставило Рэпа отчаянно завопить:
- Дурак я, дурак! Должен бы знать Инос! Она убьет себя!
Иносолан осуществляла свой замысел.
Не помня себя, бросился Рэп к Огненному Дракону и вскочил в седло. Фавн успел
повернуть коня на север и ударить по его крутым бокам пятками, когда мир снова замерцал, а
магическое пространство сморщилось и потемнело. От горечи утраты перехватило дыхание.
Едва придя в себя, Рэп попытался нащупать магическое пространство; оно исчезло.
Инос взяла у Рэпа четыре слова из пяти - и теперь она уничтожала их.
Обычный человек не в состоянии с такой же интенсивностью поглощать расстояния, как
колдун. Поэтому возвращение Рэпа в Краснегар было долгим и нелегким.
Задолго до темноты фавн заметил сизые громады туч, сгущавшиеся на горизонте. На
закате с багровых небес посыпались первые снежные хлопья. Прощальные лучи умиравшего
солнца словно пропитали их кровью. Видимо, Боги не оставили непокорного упрямца
безнаказанным. Сумерек не было, ночной мрак обрушился внезапно вместе с неистовым воем
ветра. Рэп продолжал ехать вперед сквозь яростные вихри арктической пурги, продвигаясь так
быстро, как только мог.
Инос свершила то, что запланировала. Четырех из пяти его слов больше не существовало.
В единый миг Рэп снова превратился в гения.
Правда, ясновидение у фавна осталось. По сравнению с колдовским зрением то была
жалкая насмешка, однако без него Рэп вообще бы не смог двигаться к Краснегару через холмы
и чащобы, сквозь ночную тьму и слепящие снежные вихри пурги. Еще утром весь мир
Пандемии распростерт был перед ним; теперь максимальное расстояние, на котором он мог
уверенно ориентироваться, не превышало одной лиги. Было истинной пыткой не знать, что
творится в Краснегаре. В одном Рэп не сомневался - Иносолан оставалась жива, разрушив три
слова. Но она уничтожила и четвертое... возможно, она погибла вместе с ним. Рэп чувствовал,
как мучительно уходили слова. Расставаться с ними и то было мукой. Каким же
самоистязанием стало для девушки бросать их в толпу! Рэп серьезно опасался за разум Инос.
Фавн все еще сохранил мастерство общения с животными и в полную силу использовал
его, терпеливо уговаривая Огненного Дракона поторапливаться. Конь охотно помогал другу,
колотя могучими копытами по мерзлой земле. Горячий пар из ноздрей Огненного Дракона,
вырывавшийся мощными струями, клубясь, оседал ледяным инеем вокруг носа и смерзался в
сосульки, превращая лошадь в некое подобие настоящего огнедышащего дракона. Жеребец
напрягал все свои силы ради Рэпа, даже Злодей не мог бы сделать большего.
Где-то в пути отстал Флибэг, не выдержавший бешеной гонки. Рэп не сомневался, что
собака жива, просто от изнеможения не в силах поспевать за хозяином. Отлежавшись, Флибэг
оправится и, если захочет, последует за Рэпом или уйдет в леса и заживет по-волчьи.
Фавн не имел ни малейшего представления, как долго ему еще ехать. Он хотел успеть к
ночному отливу, в противном случае его ждала смерть еще до рассвета. Он гнал коня с такой
беспощадностью, о которой никогда прежде и помыслить не мог, но он оказался в безвыходной
ситуации. С потерей четырех волшебных слов его мощь иссякла, и фавн не способен стал
держать свое тело в тепле или, нырнув в магическое пространство, ускорять путешествие, в
мгновение ока преодолевая гигантское расстояние, а также не мог больше насытить себя без
пищи или избавиться от усталости без отдыха. Одежда Рэпа сгодилась бы для лета, но никак не
для зимы. Он был один посреди пурги, раздетый и голодный, и рассчитывать он мог только на
Огненного Дракона.
Главным образом Рэп ехал, распростершись ничком на спине скакуна, спрятав одну руку в
густой гриве и прижавшись щекой к взмыленной шее коня. Затем он поворачивался другой
щекой, согреваясь таким образом. Даже для гоблина такое путешествие стало бы тяжким
испытанием, а уж чистокровного фавна наверняка бы угробило, но Рэп упрямо цеплялся за
жизнь. Особенно клял он свои башмаки, из-за которых мог начисто отморозить пальцы ног.
Когда Рэп добрался до хижин на побережье, он был измучен до умопомрачения и даже не
сразу сообразил, что именно он видит. В его отупевшем сознании запорошенные снегом крыши
представились каменными валунами. Шум прибоя взбодрил фавна, и, поднатужившись, он
уразумел, куда добрался, а увидев, что прилив в полном разгаре, понял, что опоздал и до утра
дамбу ему не перейти.
Теперь спешить стало бесполезно, и Рэп пустил Огненного Дракона шагом. Конь
направился к жилью. Хижины сулили укрытие от ветра и снега, но Рэп не надеялся найти в них
ни огня, ни провианта. Он не сомневался, что при приближении бури рабочие поспешили
вернуться в город, и в общем-то был прав. Однако, осмотрев строения ясновидением, Рэп, к
своему изумлению, обнаружил несколько лошадей в конюшнях и дремавшего у очага человека
в одной из хижин.
От многочасового, изнурительного путешествия все мускулы парня одеревенели, так что
он не слез, а сполз с седла и, не в силах удержаться на ногах, упал. Самостоятельно подняться
он уже не смог. Рэп так бы и замерз у порога хижины, если бы не Огненный Дракон. Жеребец
тоже очень устал и жаждал попасть в конюшню, поэтому он нетерпеливо топтался перед
дверью. Несмотря на завывание ветра, стук лошадиных копыт разбудил дремавшего человека, и
тот, шаркая ногами, вышел взглянуть на приезжего. Яркий свет из распахнутой двери озарил
лежащего на пороге Рэпа и тычущегося в него носом коня.
Первым делом Хононин втащил фавна в хижину и, завернув его в одеяло, оставил у очага
отогреваться. Голова Рэпа кружилась, к горлу волнами подкатывала дурнота, сердце часто
билось, болезненно содрогалась каждая клеточка тела. Дрожь била его так сильно, что он едва
мог отхлебывать горячее питье из дымящейся кружки, которую старый конюх сунул ему в
руку.
Огненного Дракона Хононин отвел в конюшню, почистил и позаботился задать корм и
бросить охапку соломы для подстилки. Находившиеся там лошади спокойно восприняли
появление новичка, только Злодей прядал ушами и вздергивал голову, но он был крепко
привязан, а Огненный Дракон был слишком утомлен, чтобы лезть в драку.
По грубой каменной кладке стен и по грязному полу метались тени. Буря
неистовствовала, колотя по шиферу крыши снежными зарядами, с шуршанием перекатывая
седым прибоем морскую гальку.
Вернувшись, старик занялся ногами Рэпа. Встав на колени и стащив с парня башмаки, он
стал энергично растирать замерзшие конечности мозолистыми руками. Лечение было на
редкость болезненным, но Рэп не возражал. Он даже попытался заговорить.
- К-как он-на? - прошептал фавн.
- Не знаю, - раздраженно буркнул конюх. - Я торчу здесь с обеда. Но когда я уходил,
ей было нехорошо.
Взяв кружку из трясущихся рук Рэпа, Хононин долил в нее бульона, зачерпнув его
половником из горшка, кипевшего над очагом.
- Она позвала меня утром, когда еще колокол трезвонил, и сказала,
...Закладка в соц.сетях
