Жанр: Фантастика
Королевские Клинки 1. Золоченая цепь
...к Королю, и Дюрандаль выплеснул на него тогда чернильницу.
Начальником караула был в ту смену Сокол с Хокни в качестве напарника. Когда
Дюрандаль вошел в приемную, оба вскочили и вытянулись.
- Кто у него сейчас?
- Его светлость Смотритель Морских Портов, сэр.
Это была хорошая новость. Смотритель был на редкость занудным пустомелей, и Король
терпел его только потому, что тот приходился покойной Королеве Гаральде дядькой.
- Бедняга Скрюсли! Я не могу допустить, чтобы парень так страдал. Пойду и избавлю
его от этого, - Дюрандаль решительным шагом направился в комнату Совета.
Рыбьи глаза Кроммана сердито вспыхнули, когда он проходил мимо его стола.
- Ты не имеешь права мешать...
- Вот и останови меня.
Он открыл дверь, заставив сэра Скрюсли подпрыгнуть как потревоженная лягушка. Его
светлость Смотритель распинался вовсю, пока Король мрачно созерцал обледенелые ветви за
окном. Он недовольно обернулся. Все остальное зависело от королевской реакции. Дюрандаль
мог только махнуть Скрюсли, чтобы тот выметался, и занять его место - легкое нарушение
этикета, но уж никак не государственная измена. Впрочем, его трюк удался.
- Коммандер! - прогрохотал Король. - Милорд Смотритель, вам придется нас
извинить. Сэр Дюрандаль пришел со срочным делом, которое займет у нас некоторое время, -
положив мясистую руку на плечо застигнутого врасплох дворянина, он подтолкнул его к двери.
Потом одним коротким взглядом выгнал прочь Скрюсли, сам захлопнул дверь и, пыхтя,
вернулся к столу. В комнате кроме него остался один Дюрандаль.
- Лорд Хранитель Ветряных Мельниц, - пробормотал Король. - У тебя правда что-то
срочное? - Шутливость сменилась подозрительностью.
- По крайней мере, сир, жизненно важное.
Подозрительность усилилась.
- А именно?
- Ваше Величество, вы намерены объявить войну большинству заклинателей
королевства.
- Тебе не положено знать этого!
- Об этом знает половина населения. Моя работа теперь - подготовить оборону от
неизбежного ответного удара.
Следующие несколько минут, как он и ожидал, бушевала буря. С одной стороны. Король
отказывался поверить в то, что кто-то может осмелиться напасть на него, используя колдовские
чары. С другой - подсознательно боялся именно этого. Он отверг все попытки Гвардии
опекать его, хотя именно в этом состоял ее долг. Его нельзя было упрекнуть в трусости, если не
считать боязни того, что его сочтут трусом. Если Парламент узнает, что он увеличил штат
своей охраны, то может отказаться провести закон. И так далее.
Кончилось тем, что Дюрандаль стал перед ним на колени.
- Мой господин, я вынужден покорно просить вас освободить меня от обязанностей
ком...
- Пошел к черту! Нет, подальше! Даже не надейся, что я отпущу тебя так просто.
Поднимайся на ноги. И с чего я все терплю твое дерзкое упрямство? В королевстве не найдется
другого человека, способного дерзить мне так, как ты. Давно пора гнать тебя в шею!
Свирепый взгляд смягчился немного, и огонь постепенно погас.
- Не слишком логично, верно?
- Слишком мягко для меня, сир.
Король расхохотался и хлопнул своего Клинка по плечу.
- Надеюсь, я не отрублю тебе голову как-нибудь, не успев передумать. Как мне
отделаться от тебя на этот раз? Каков абсолютный минимум, того, на что ты согласен?
- Сир, я всегда поддерживал численность Гвардии ниже установленного минимума. В
нормальное время это не позволяет ребятам расслабляться. Мне кажется, еще некоторое время
обстановка будет оставаться спокойной. В Айронхолле готовы к выпуску восемь Старших.
- Восемь? В последнем докладе, который я получал, говорилось о трех.
- Великий Магистр одобрил восьмерых, сир. Мать-Настоятельница готова принять еще
дюжину Белых Сестер...
- На какие деньги, а? Эти чертовы бабы опустошили казну до дна, - маленькие
янтарные глазки подозрительно выглядывали из своих жировых пещер. - Если я съезжу в
Айронхолл и позволю тебе нанять еще шесть нюхачек, ты заткнешься, наконец?
Дюрандаль поклонился.
- По крайней мере на ближайшее время, сир.
- Иди! И запомни, - крикнул Амброз ему вслед, когда Клинок уже взялся за дверную
ручку, - я пошел навстречу только потому, что ты избавил меня от этого Его Пустозвонства,
понял?
Импульс...
- Сир, когда он будет у вас в следующий раз?
- Вон! - взревел Король.
Король отправился в Старкмур спустя четыре дня, и на этот раз Дюрандаль поехал вместе
с ним. Он успел предупредить Великого Магистра насчет проблемы с приветствиями, так что
кандидаты были надлежащим образом подготовлены. Его Величество и Дюрандаль вступили в
зал вместе, встреченные бурной овацией. Восемь возбужденных новых Клинков составили
эскорт Короля на обратном пути.
Тем временем Дюрандаль без лишнего шума изучал подрастающий урожаи. Он настоял
на том, чтобы кандидатов готовили к выпуску как можно скорее.
Еще он держал долгий совет с рыцарями, отложив заботы о королевской безопасности на
грядущие дни.
Парламент собрался на заседание. Дюрандаль стоял за троном, пока Король зачитывал
свою речь собравшимся Палатам Лордов и Общин. Почти сразу после этого события начали
развиваться очень быстро.
Лорды отнеслись к Великой Реформе довольно благосклонно. Поскольку пэры и сами
были крупными землевладельцами, им не нравилось то, как монастыри грабили сельские земли,
так что если Король решил, что сможет прибрать их к ногтю, они с удовольствием посмотрят
на это с безопасного расстояния.
Палата Общин думала по-другому. Взимание налогов с орденов заклинателей было для
них делом не самым важным, зато опасным и не обязательно прибыльным. Ордена помогали
торговле и ремеслам. Все нуждались в исцелительной магии, бюргеры с безупречной
репутацией меняли тему разговора, когда речь заходила о приворотных зельях, и многие не
менее почтенные члены общества носили на теле амулеты удачи. Палату Общин гораздо
больше интересовало сдерживание монополий, повышение налогов на импорт, понижение
налогов на экспорт, а особенно прекращение проклятой Второй Бельской войны, которая
тянулась уже добрый десяток лет. К тому же Палата Общин не забыла позорного Феттлийского
Договора.
По мере выступлений, день ото дня, вырисовывались условия компромисса. Палата
Общин решила, что более всего ей не нравится первый королевский министр. В обязанности
канцлера входило запугивать Парламент таким образом, чтобы тот проводил в жизнь желания
монарха, но теперь Палата Общин сама начала запугивать канцлера. Ему вменялось в вину то,
что налоги были чересчур велики, а стоимость строительства дворца в Нокере истощила казну.
В росте монополий, а может, и в неурожаях винили тоже его. И уж конечно, он отвечал за
Феттлийское унижение и опустошавших морское побережье бельских пиратов.
Ко времени, когда Парламент разъехался на празднование Долгой Ночи, соглашение так и
не было достигнуто. Король рвал и метал. Дюрандаль немного перевел дух.
Монпурс обещал перейти в наступление сразу по окончании парламентских каникул, и он
сдержал слово. Сочетая беззастенчивый шантаж со столь же беззастенчивым подкупом, он
успешно проталкивал указ. Указ был принят Парламентом во втором чтении в первых числах
первого месяца. Еще одно голосование - и он лег бы на подпись Королю.
И, если что-то должно было случиться, оно должно было случиться до этого дня.
9
Дюрандаль отправился в постель. Он ложился каждую ночь - заниматься любовью или
просто погреться. Даже на седьмом году женитьбы чаще всего это было первое - надо же
поддерживать легенду, - и он непременно был рядом с Кэт, когда она просыпалась ради того
же. Пока она спала, он занимался менее важными делами: бизнесом, фехтованием, чтением или
бражничаньем. Стоя на одной ноге, он как раз натягивал штанину, когда она вскрикнула. Он с
трудом удержал равновесие и рванул в сторону полог. Она сидела, но он не мог разглядеть ее
лица в темноте.
- Где? - спросил он.
- Везде! - Она вскрикнула снова. - Это ужасно! Убери это!
Он выхватил меч и заговоренный фонарь - один из того десятка, который ему удалось
выбить у Коллегии Заклинателей - и ринулся к двери. Любого мужчину, бросавшего жену и
детей в подобных обстоятельствах, сочли бы жалким трусом, но у Клинка выбора не было. Кэт
понимала это. Ее реакция была вызвана внезапностью, но не страхом. Она справится.
Он вихрем пронесся через детскую, где пятилетняя девочка и десятилетний мальчик
только-только проснулись от шума.
- Присмотри за мамой и сестрой, Энди! - крикнул он уже из гостиной. Этими тремя
комнатами и ограничивался его личный мир, когда двор находился в Греймере, но и они были
куда роскошнее, чем обычно могли позволить себе гвардейцы. Только выскочив в коридор, он
сообразил, что почти раздет.
Впрочем, прозвучи тревога на пять секунд раньше, на нем не было бы и этого.
Освещая себе дорогу фонарем, он ринулся бегом в сторону королевских покоев. Дворец
был погружен в тишину и мрак, хотя он подозревал, что каждая Белая Сестра в нем реагировала
так же громко, как Кэт, - просто здание было слишком велико и массивно, чтобы это
услышали. Ему оставалось миновать длинный коридор и две лестницы. По чистой логике
командующего Гвардией полагалось бы размещать как можно ближе к Королю.
Так делалось в большинстве других дворцов и, возможно, было раньше и в Греймере, но
старое здание перестраивалось столько раз, что превратилось в запутанный лабиринт. К тому
же Клинки не спят, так что законы чистой логики на них не распространяются.
Впрочем, даже тогда он еще не слишком беспокоился. В королевские покои можно было
попасть только через комнату охраны, где постоянно дежурили три Клинка. В последние три
месяца это число увеличивалось до двенадцати, стоило Королю удалиться на покой. Не знал
Амброз и того, что в комнатах, прилегающих к его покоям, размещена еще дюжина мечников, и
целый отряд дежурит во дворе под его окнами. Вся Гвардия численностью восемьдесят семь
человек была переведена в состояние повышенной боевой готовности и могла собраться за
несколько минут. Еще семьдесят два рыцаря были отозваны с пенсии и тайком размещены во
дворце. Стоило Королю узнать об этом прежде, чем в них возникнет нужда, - и он изжарил бы
Дюрандаля живьем.
Разумеется, проблема состояла еще и в том, что никто не знал, какую тактику нападения
изберет противник. Если он попытается разрушить здание теми же силами, которыми
пользовались Старший Разрушитель и его Королевское Ведомство Разрушения, от мечей не
было бы никакого толка. Защита от духов огня и воздуха входила в обязанности заклинателей
из Коллегии. Дюрандаль предупредил их, накрутил как следует и - как он, во всяком случае,
надеялся - заставил предпринять все возможные меры предосторожности. На Гвардию
возлагалась обязанность отбивать нападения людей - возможно, безумцев, превращенных в
убийц колдовскими заклятиями, как это было в свое время с убийцами Госберта II.
Так ему во всяком случае казалось.
Он как раз добежал до первой лестницы, когда из темноты в луч света его фонаря
вынырнуло нечто, устремившееся прямо на него. Он инстинктивно сделал выпад Харвестом и
пронзил ему грудь.
Это была всего лишь собака.
В самом дворце и вокруг него содержалась уйма собак, от огромных борзых до
крошечных пушистых клубочков, которые дамы любят прижимать к груди, если им нечего
больше к ней прижимать. Эта была размером с овцу, и породу ее определить не представлялось
возможным. Но нет, это была не просто собака. Она передвигалась на задних лапах, поэтому ее
пришлось ударить мечом так, как разят человека, и она нанизалась на лезвие, продолжая
рваться к нему. С криком ужаса он выпустил меч, пока она не вонзила клыки ему в руку. Она
упала на пол, рыча и визжа, и он едва успел отпрыгнуть от ее щелкающих клыков. Ох, жаль,
что он не успел обуться...
Теперь он уже слышал шум наверху, двумя этажами выше. Заливая кровью рукоять меча,
чудище снова поднялось на задние лапы и бросилось на него. Он ударил его фонарем, и оно
снова упало. Он сунул фонарь ему в зубы, и только так сумел ухватиться за рукоять и
высвободить меч. В наступившем полумраке собака извернулась и напала снова, на этот раз
целясь ему в ноги. Теперь он был уже начеку и не колол мечом, но рубил. Его удар рассек
чудищу череп прямо по глазу и уху.
Собака билась в луже собственной крови. И все же она была еще жива. Не позволяя ей
напасть снова, он продолжал рубить. Руки его сделались скользкими от крови, свет фонаря
неровно мерцал. Он отсек чудищу голову. Тело снова выпрямилось, пытаясь достать его
когтями передних лап. Он ударил еще раз, разрубив его пополам. Половины беспомощно
задергались, а голова все продолжала рычать и щелкать зубами. Впрочем, двигаться она больше
не могла, поэтому он отвернулся от нее и побежал вверх по лестнице.
Где-то вдалеке ударил колокол - условленный сигнал. На первой же площадке он
услышал с обеих сторон коридора шум: мужскую ругань, женский визг. Он должен был бежать
дальше, на помощь к своему Королю. Эта собакоподобная тварь напала на него, едва увидев, -
выходит, хоть атака нацелена на Короля, опасность угрожала всем.
Примерно на середине следующего пролета он услышал стук когтей, продолжавших
преследовать его. Не обращая на них внимания, он взмыл наверх и ринулся по коридору.
Впереди мелькали огни, освещавшие бой людей с монстрами. На полу валялись тела: люди с
разорванными глотками, дергающиеся части собак. Люди одерживали верх, и все новые
мечники высыпали из соседних дверей.
- Тихо! - проревел он. - Клинки остаются с Королем. - По-другому и быть не
могло. - Рыцари, ступайте и уничтожьте остальных. Очистить дворец!
Почти по пятам за ним из темноты вывалилась целая стая монстров; глаза их горели в
свете фонарей. Овчарки, мастифы, бульдоги, волкодавы, терьеры, кудлатые болонки... бывшие.
Теперь многие передвигались на задних лапах, большинство были ростом с человека или даже
больше, с кошмарных челюстей капала слюна. Двери обороняло человек двадцать, так что он
пробился через них и постучал в дверь условным стуком: три, два, раз...
Лязгнули засовы, и дверь чуть приоткрылась. На него уставились перепуганные глаза, и
его пропустили внутрь. Дверь охранял Сокол - тот курносый паренек, которого он впервые
повстречал несколько лет назад, возвращая меч Волкоклыка в Айронхолл. Теперь Сокол был
уже офицером, хотя скорее благодаря мастерству фехтования, чем сообразительности. Он снова
захлопнул за ним дверь и задвинул засовы. Его командир тем временем уже бежал в
королевскую опочивальню.
По дороге он миновал четырех разрубленных на мелкие куски собак и два человеческих
трупа. Полог балдахина был сорван, выставив на обозрение закутанную по подбородок в одеяла
девушку. Она сидела так высоко на взбитых перинах, что возвышалась изваянием над головами
окруживших кровать кольцом мужчин. Он успел заметить ее побелевшее лицо и широко
раскрытые глаза. Казалось, она хочет закричать, но ей не хватает воздуха.
Король в малиновом халате стоял у кровати, сжимая в руке меч. По выражению его лица
можно было предположить, что кому-то придется ответить за это головой, возможно, даже не
одному. Вокруг него стояли Клинки и рыцари. На полу валялись дергающиеся обрубки
собачьих тел. Судя по количеству, собак было четверо, и все были большие. Просто огромные.
И кровь. Много крови. В воздухе стоял густой запах крови, и, вскрытых внутренностей.
Дорогие ковры годились разве что на помойку.
Где-то далеко звонил колокол и слышались крики, но в спальне воцарилась внезапная
тишина.
- Тебе не следовало появляться перед нами в столь неподобающем виде, коммандер. -
Король наверняка был потрясен сильнее, чем хотел бы это показать, но явно владел собой.
Даже развлекаться начал, жирный ублюдок.
- Раненые есть?
- Ничего серьезного, - ответил Дредноут, сменивший Змея на посту его заместителя.
Руки его и светлая борода были забрызганы кровью. На левой белела наспех повязанная
тряпка. - Но мы потеряли двоих.
- Я видел. - Дюрандаль наскоро пересчитал присутствующих. Тридцать с небольшим.
Если уж и этого не хватит, то он не знает, сколько вообще нужно для обороны. Благодарение
духам, Король не держал в спальне собак. Последняя Королева, впрочем, держала - не меньше
четырех-пяти одновременно, - но это прекратилось с ее смертью. Очень кстати!
- Они рвутся не только сюда, сир, - сказал он. - Похоже, они нападают на всех.
Думаю, мы в состоянии защитить вас здесь, но боюсь, жертв будет много.
Как бы в подтверждение его слов громкий лай почти заглушил звон колокола. Казалось,
собак тысячи. Улыбка исчезла с лица Короля.
- Кто-нибудь знает, сколько собак во дворце?
- Не так много, как было, - буркнул Правдолюб.
- Вы должны приказать, чтобы их уничтожили, коммандер!
- Я уже распорядился, сир.
Прежде, чем Дюрандаль успел сказать что-то еще, ближнее к ним окно разлетелось
фонтаном стеклянных брызг, деревянных щепок и свинцовых прокладок. Тварь, которая
ввалилась в комнату, сорвав при этом шторы, напоминала собаку, но ростом не уступала быку.
Клыки ее имели в длину никак не меньше шести футов, когти - ненамного короче. Не успели
четверо мечников броситься на нее, как разлетелось другое окно.
Дюрандаль прыгнул к Королю и силой увлек его в угол. Амброз был тяжел. Он
инстинктивно сопротивлялся, выронив даже меч, но мускулы Дюрандаля были сильнее, да и
сила Уз помогала. Он затолкал монарха в стенной шкаф и захлопнул дверь.
Король ломился изнутри. Дюрандаль привалился к двери всем своим весом.
- Оставайтесь внутри, пока я не разрешу выйти!
Первое чудище уже валялось на полу, и его методично рубили на части. Со вторым
делали то же самое, но уже после того, как оно раздавило чудовищными клыками чью-то
голову. Кому не повезло? В комнате было четыре окна. Он расставил оборону у оставшихся
двух. Если эти собакоподобные твари сумели забраться по отвесной стене на высоту трех
этажей, значит, наружные стены не могут помешать остальным прорваться во дворец, Сколько
всего собак в Грендоне? Каков предел действия колдовства? Какого роста могут еще достичь
эти монстры?
Сколько всего окон в королевских покоях?
- Флинт! Посмотри, что в соседней комнате!
Новое чудище сунуло морду в первое окно. Правдолюб отсек когтистую лапу, оно
опрокинулось назад и исчезло в темноте с отчаянным воем, оборвавшимся глухим ударом.
- Славно, - сказал Дюрандаль. Он подбежал к окну и осторожно выглянул. По всему
дворцовому фасаду мерцали тревожными огнями бесчисленные окна, а по стене карабкались
вверх десятки чего-то, напоминающего огромных муравьев. Тут прямо перед ним распахнулась
кошмарная пасть. Он отпрянул и сунул в пасть острие Харвеста.
Он услышал звон бьющегося стекла и грохот упавшей двери. Это означало, что
защитники в коридоре перебиты или ранены. Ночь обещала выдаться долгой. Он выкрикивал
приказы, расставляя у окон охрану и помощников, чтобы те растаскивали тела и обломки,
освобождая пространство для боя. Король выбрался из шкафа, чтобы добежать до кровати и
подхватить лишившуюся чувств девицу. Он поднял ее на руки и отнес в шкаф, потом вышел
обратно, хмуро косясь на Дюрандаля.
- Я побуду здесь. Если они подберутся ближе, я всегда успею спрятаться.
К своему собственному удивлению, Дюрандаль расхохотался:
- Если они подберутся ближе, я сам залезу к вам.
- Не мешайтесь под ногами! - выкрикнуло разом несколько голосов.
От окровавленных ошметков пол сделался скользким. В нос бил отвратительный запах
изрубленной собачины. Монстры упрямо лезли в окна один за другим, но и Клинки уже
выработали подходящую тактику: рубящий удар по носу, отсекающий смертоносные челюсти,
потом отрубить ноги. Обрубки еще дергались, но причинить вред уже не могли.
В соседней комнате послышались крики. Флинт с помощниками с боем отступали в
опочивальню. Вскоре дверь была почти полностью загромождена трупами.
Впрочем, Дюрандаль начал чувствовать себя немного спокойнее. Его первоначальное
впечатление оказалось неверным - острие атаки было нацелено все-таки на Короля. Во всем
Шивиале не нашлось бы столько собак, чтобы напихать такое их количество в каждое
дворцовое окно. Если только чудища не начнут прогрызаться через камень, он удержит
комнату. Защищающие своего подопечного Клинки способны биться днями, прежде чем их
одолеют, и он не думал, чтобы нападающие собаки справились с такой обороной. Все в комнате
было уже насквозь пропитано кровью. Молодой Эбони остался без руки и теперь стонал на
кровати, пока Моряк поспешно накладывал жгут.
Это превращалось в бойню, но не более того. Просто очень долгая ночь.
Ужин у Дюрандаля на квартире вечером следующего дня превратился в буйное
торжество. Присутствовал Змей, а также десяток старых друзей: Феликс, ставший Хранителем
замка Бримиард, Квинн - нынешний Магистр Фехтования в Айронхолле, Хоэр - отец
четверых детей (супруга его производила их на свет попарно), и многие другие. Это было
словно воссоединение однокашников. Парсвуд, встав на колени, говорил серьезному Энди,
какой великий человек его отец. Шримпнел подбрасывал Натрину на коленке, и эта юная
бесстыдница заливалась радостным смехом. Кэт, единственную присутствующую женщину,
объявили героиней текущего момента. Вздор, возражала она, каждая Белая Сестра во дворце
визжала еще громче нее; проблема была не в обнаружении колдовства, но в том, что с ним
сделать. Она гордо улыбалась своему мужу и подгоняла слуг, разливавших вино.
Весь Греймер от подвала до стропил провонял собачьими потрохами. Изрубленную
собачину вывозили телегами. Число убитых тварей выросло в слухах до невероятных размеров,
но Клинки и вправду одержали самую драматическую победу за всю историю существования
ордена. Каждая победа имеет свою цену, а в военное время эта цена измеряется потерями:
дюжина членов ордена заплатила своими жизнями за то, чтобы нынешняя победа навечно
вошла в историю.
Брок, надеявшийся со временем занять место Магистра Архивов в Айронхолле, рассуждал
насчет того, каким именно образом было наложено на собак заклятие. Обыкновенно
заклинаемый должен находиться в центре октаграммы, что в этом случае совершенно
исключалось. Заговоренная собачья еда, предположил он почти уверенно. Впрочем, слушатели
разом забыли о нем, стоило войти канцлеру. Все, кому посчастливилось найти себе сиденье,
вскочили; те, кто стоял, поклонились.
- Нет, нет, нет! - Монпурс сорвал с шеи свою цепь и вручил ее Кэт. - Спрячь это в
бельевой кадке! - Он потрепал ее по щеке. - Я здесь неофициально. Мне просто хотелось
побыть членом шайки, как в старые добрые времена. Франклин, негодник молодой, что это
такое я слышал насчет тебя и посольской дочки?.. - Он начал протискиваться через комнату,
здороваясь со всеми по имени. Кэт повесила канцлерскую цепь на шею и подошла к зеркалу.
- Как толстяк? - спросил Хоэр, когда очередь дошла до него.
- Чистит перышки, - ответил Монпурс с осторожной улыбкой. - Принимает
поздравления от всех пэров королевства. Кстати, следующие лет десять не вздумайте
упоминать при нем о стенных шкафах.
- Прими и ты мои поздравления, - сказал Дюрандаль, протолкавшись к нему с бокалом
вина. - Это должно здорово повредить нашему общему недругу!
- С чего ты взял?
- Ну, это ведь его идея обложить ордена налогами, не так ли?
Монпурс пригубил вино. Все разговоры в комнате стихли, все лица повернулись в его
сторону. На деле он никогда не был одним из шайки; даже в Айронхолле он всегда был
вожаком.
- Боюсь, все не так просто, - тихо ответил он. - Как по-твоему, кого обвинит во всем
Парламент?
Комната взорвалась возмущенными голосами. Кто-то прикоснулся к локтю Дюрандаля.
Он обернулся и увидел обеспокоенное лицо Хокни, одного из младших.
- Король вызывает тебя к себе, Вожак.
- Удачи тебе, - сказал Монпурс, натянуто улыбнувшись Дюрандалю.
Что он хотел этим сказать?
Король стоял в гардеробной - она единственная из его комнат не подверглась нападению
ночью. На коврах остались отпечатки кровавых подошв, но других следов разрушения видно не
было, и даже вонь стояла не такая страшная. Король всячески усложнял задачу пытавшемуся
раздеть его слуге.
Обыкновенно королевский туалет является публичным мероприятием, но этот носил по
возможности личный характер.
Собственно, помимо Дюрандаля при нем присутствовали лишь старый Скоффлоу, личный
слуга, и один Клинок у двери - Флинт, которого можно было вообще не считать. Его
командир никогда не назначал в личную охрану Короля Клинков, отличавшихся
разговорчивостью.
Когда королевская голова вынырнула из-под ворота ночной рубашки, Дюрандаль
поклонился.
- Я снова обязан тебе жизнью, Коммандер.
- Это мой долг, сир. И мое удовольствие.
Если Король и хорохорился прежде, сейчас он пребывал в другом настроении. Спуская
штаны, он хмурился.
- Каковы последние данные о потерях?
- Те же: двадцать убитых, семнадцать покалеченных, пара дюжин отделались
незначительными укусами. Примерно половина - гражданские лица, остальные - мечники.
Шестеро убитых - женщины, которых...
- Откуда взялись все эти мечники?
- Клинки? А, вы имеете в виду рыцарей?
- Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду рыцарей! - В голосе Амброза прозвучала
скрытая угроза. Впрочем, его явно снедало еще и любопытство. - Поторапливайся же, мужлан.
Я замерзну до смерти. - Последнее относилось к Скоффлоу.
- Ну, отовсюду понемногу, сир. По большей части, конечно, из Старкмура. Да вообще со
всего Шивиаля. Они все очень обрадовались возможности снова сослужить вам службу...
- Но это ведь тебе пришло в голову собрать их и держать наготове. Я ошибался, ты был
прав, - Король вздохнул. - Дай мне свой меч.
Дюрандаля пронзила внезапная тревога.
- Сир, если вы задумали то, что мне кажется, я должен со всем почтением напомнить вам
об опасности, которая еще не...
Король протянул руку.
- Я держал тебя связанным Узами слишком долго, друг мой. Сколько тебе сейчас?
- Тридцать пять, сир, - через несколько дней исполнится тридцать шесть. - Но я еще...
- А сколько старшему после тебя Клинку в Гвардии?
- Года на четыре-пять
...Закладка в соц.сетях
