Жанр: Фантастика
Королевские Клинки 1. Золоченая цепь
...ите плащ, - сказал Великий Магистр, снимая со стены свой. - Мы подождем
их в Блошиной комнате.
Пригнувшись, Дюрандаль последовал за ним по низкому коридору; затем они спустились
по короткому лестничному маршу. Это была самая старая часть Айронхолла, муравейник
коридоров. Здесь пахло гнилью.
- Зачем вы проделываете все эти штуки?
Великий Магистр шагнул в сторону, пропуская его в маленькую комнату, которую он
запомнил так хорошо. Здесь он ловил монеты, здесь впервые познакомился с маркизом. На
столе и каминной доске уже горели свечи, но воздух был холодный и застоявшийся.
- Кто знает. Думаю, потому, что так делалось всегда. Потому, что эти штуки
проделывались с нами, так что теперь мы проделываем их с другими. Сядьте сюда. Возможно,
это и ребячество, - признал он.
Он опустился в одно кресло, Дюрандаль - в другое, где его не было видно от входа. Да,
радость Великого Магистра от возможности сообщить неожиданную новость была совсем
детской. Что происходит с Клинком, когда он возвращается в эти проклятые духами болота,
чтобы ковать новых Клинков? От блеска и красок королевского двора к... к чему? Бесцветному
ничему, к дому, полному детей. Может, рыцари и магистры немного спятили? Не самая
приятная мысль, но, возможно, стоит подумать об этом, когда он примет у Монпурса... но он
ведь направляется в Самаринду, не так ли? Он никогда не примет командование у Монпурса.
- Я слышал, у вас был пожар летом.
Старик кивнул.
- Молния. Такое случается каждые лет сто или около того. Одна из поздних гроз, ночью.
Нам повезло, что все мальчики остались живы. Это все лишь благодаря...
В древнюю дверь постучали.
- Войдите. - Великий Магистр подмигнув. Сколько раз разыгрывается эта сцена? Пять
тысяч мечей в зале... Мгновение дверь заслоняла вошедших от Дюрандаля. Когда она
закрылась, между ним и другим креслом стояли, вытянувшись, два паренька.
- Вы посылали за нами, Великий Магистр?
Волкоклык был для Клинка неожиданно мал ростом и легок в кости - типичный
рапирист. Ему трудно было дать двадцать один год. Волосы его были черными. Второй совсем
другой - светловолосый, кряжистый. Две крайности, допустимые для Клинков.
- Посылал, Первый. Его Величеству нужен Клинок. Готов ли ты служить?
- Более чем готов, Великий Магистр!
Ни тени колебаний!
Великий Магистр улыбнулся и махнул рукой.
- Тогда будь добр, поздоровайся с назначенным тебе подопечным.
Волкоклык резко обернулся и продолжал поворачиваться, почти не задержавшись, пока не
оказался снова лицом к Великому Магистру.
- Это что, шутка? - фыркнул он.
Второй смотрел на гостя с отвисшей челюстью. Со вторых Уз Дюрандаля прошло меньше
четырех лет. Эти ребята были тогда Младшими, так что лицо его было им знакомо, но реакция
Волкоклыка оказалась до невозможного быстрой - такой быстрой, что ее не удалось бы
изобразить. Если бы его предупредили, он бы изобразил ее лучше.
Великий Магистр поперхнулся, совершенно застигнутый врасплох.
- Шутка? Что ты хочешь этим сказать?
- Связывать Клинка с сэром Дюрандалем все равно, что поставить ягненка охранять
волка!
Я не понимаю, - да петушок действительно в гневе! Уж не то ли это нежелание, которого
боялся Дюрандаль?
Самое время ему вмешаться. Он встал из кресла.
- Никаких шуток. Великий Магистр характеризует тебя отнюдь не как ягненка, даже не
как барана. Но для меня первые Узы имели ужасные последствия, так что у меня нет желания
подвергать тебя такому же насилию. Если ты желаешь подождать другого подопечного,
Первый, об этом эпизоде можно забыть, словно ничего и не было.
Парень покраснел как рак.
- Нет, нет, нет! Я не хотел выказать неуважения к вам, сэр Дюрандаль! Совсем напротив.
Быть связанным с вами - великая честь, только и всего - я не мог и мечтать о такой. - Он
поклонился с грацией фехтовальщика.
Дюрандаль протянул ему руку.
- Для меня это тоже честь и почетная обязанность. Я постараюсь быть достойным твоей
верности.
Пожатие руки Волкоклыка оказалось крепким. Темные глаза горели ясным светом,
отражая свечное пламя, и конечно же, в его быстрой голове вертелись сейчас догадки насчет
того, зачем Клинку понадобился Клинок. Его взгляд скользнул к правому бедру Дюрандаля. То
ли он хотел увидеть знаменитый кинжал, то ли заметил его отсутствие под плащом, но хотел
удостовериться.
Да, этот определенно подойдет.
И тут...
- Пламень! Ты был Щенком! Ты дал мне мой меч!
В глазах парня вспыхнула радость.
- Да, сэр. И потом вы пришли и поблагодарили меня. Вы не представляете, что это для
меня значило!
- Нет, представляю, - они с Монпурсом. Дежа вю!
- Второй?
- Кандидат Бычехлыст, сэр Дюрандаль, - представил его Великий Магистр.
- Рад знакомству. Я слышал много хорошего и о тебе.
Теперь пришел черед краснеть Бычехлысту, но он тоже пробормотал что-то невнятное в
ответ. Хватка у него была поистине костедробительная - мечник. Волкоклык подойдет для
этого дела гораздо лучше.
Великий Магистр встал.
- Я полагаю, что вы тоже желаете начать приготовления к ритуалу как можно быстрее,
чтобы поскорее устроить пир.
Волкоклык вопросительно посмотрел на Дюрандаля.
- Сопрано не умрут с голода, если мы заставим их подождать несколько лишних минут.
Если нам позволено будет задержаться у зала, мне бы хотелось пару раз скрестить клинки с
Первым.
- При таком освещении? - запротестовал Великий Магистр.
- Если у кандидата нет возражений.
- Совершенно никаких, сэр. Почту за честь, - темные Глаза сияли торжеством. - Так
мы выезжаем до рассвета, сэр?
БЫСТРЫЙ!
Должно быть, слух пронесся по Айронхоллу с быстротой молнии. Ко времени, когда
соперники сбросили камзолы - рубах не снимали из-за холода, - вся школа собралась у стен
фехтовального зала, большинство со свечами или фонарями в руках. Дюрандаль слышал, как
его имя шепотом передается из одного конца зала в другой. Чтобы дать своему будущему
Клинку показать себя в лучшем виде, он выбрал рапиры. Освещение было обманчиво, и огни
свечей плясали на клинках маленькими звездочками.
Волкоклык двигался как солнечный блик по воде. Он мигом переходил из позиции в
позицию, проделывая все это с неописуемым изяществом: "лебедь", "фиалка", "шпиль"... Он
был агрессивен как осиный рой, но совершенно непредсказуем. Рапиры с лязгом скрещивались,
подошвы стучали по полу весенней капелью. Дюрандаль позволил ему строить поединок по
своему усмотрению, удерживая его на расстоянии, но и сам выкладывался почти до предела.
Потом, решив, что не стоит позволять парню слишком уж задаваться, перешел в атаку,
рассчитывая нанести туше. Однако Волкоклыка там уже не оказалось. Ну и скорость! А!
- Туше, сэр! - Он готов был биться дальше, почти не задыхаясь.
Дюрандаль отсалютовал ему и бросил свою рапиру поджидавшему Младшему.
- Нет. Не буду рисковать своей репутацией. Не считая себя, я знаю только троих, кто мог
бы побить тебя, Кандидат, и ни в одном из них я не уверен. Это не лесть.
Он ощущал себя донельзя погано. Кто он такой, чтобы пожизненно владеть этими
потрясающими юными телом и душой?
9
Ко времени, когда ритуал дошел до кульминации, Дюрандаль уже почти не терзался
сомнениями. Возможно, это окутывало его своими чарами пение - та самая любовь между
братьями по оружию, о которой говорила Кэт. В конце концов, Волкоклык сам выбрал свою
жизнь, как раньше это сделал он. Если можно служить Королю не лично, а через кого-то
другого, это все равно служба. Конечно, позор, что первое же поручение заставит его рисковать
своей шкурой в далекой стране ради сущего пустяка, но пусть Король и судит об этом. Не им
обсуждать королевские прихоти. Должно быть, в этой дурацкой сказке было что-то еще, чего
Великий Инквизитор не знала, но не признавалась в этом.
Странно и непривычно было смотреть, как кандидат вспрыгивает на наковальню и
обращается к нему со словами клятвы. Еще более странно было видеть зловещую угольную
отметину под темным пушком на груди, брать в руки меч, чтобы пытаться убить... Сам по себе
меч тоже удивил его. Задняя кромка имела легкий изгиб, и центр тяжести был сильно смещен
вперед. Значит, Волкоклык предпочитает рубить, а не колоть. Если он так хорош с рапирой,
каков он тогда с саблей?
Так, теперь ему нужно найти сердце паренька. Волкоклык сидел на наковальне, бледный,
но исполненный решимости. Он смотрел на свою смерть, именно такой, как описывала Клинка
Кэт: сильный, страстный, кинжал в ящике с кухонными ножами. Бычехлыст и еще один
кандидат стояли, готовые подхватить его под руки, но Дюрандаль вдруг понял, что сейчас
произойдет. Славьтесь, герои...
Первый упер руки в бедра и решительно вздернул подбородок.
- Давай! - выдохнул он - совсем как Дюрандаль тогда.
- Служи или умри! - вперед, три фута стали сквозь грудь, потом обратно. Готово!
Дюрандаль увидел, как исказилось на долю секунды от боли лицо... Мгновенное облегчение...
Удивление, гордость... Все так знакомо! Крови почти не было.
Волкоклык не улыбался, даже когда все вокруг взорвалось радостными криками, а друзья
бросились к нему с поздравлениями. Он просто стоял молча, словно произошедшее было в
порядке вещей. Его явно любили, что в Айронхолле всегда хороший знак, а его назначение к
Дюрандалю воспринималось как подарок судьбы.
Дюрандаль опустился на колено, протягивая ему меч, - достойная почесть отваге и
многолетнему труду. Король не мог бы позволить себе этого, но любой другой Клинок
поступил бы так же. С усиливающимся ощущением дежа вю смотрел он, как паренек окидывает
взглядом кровь на клинке, вешает меч на пояс.
Не спеши!
Волкоклыка отвлекли другие рыцари, подошедшие похвалить его. Вдруг он нетерпеливо
отвернулся от них и огляделся в поисках своего подопечного. Когда он нашел Дюрандаля, глаза
его удивленно расширились. Вот он, момент истины, когда подопечный становится солнцем и
луной, светочем мира.
Вспомнив то, что сказал ему Король четыре года назад, Дюрандаль подошел к нему.
- Готов отправиться в путь, сэр Волкоклык?
- Да, сэр.
- Полагаю, что нам стоит сначала поесть.
- Как вам угодно, сэр Дюрандаль.
Интересно, этот парень вообще улыбается когда-нибудь?
Во время последовавшего за этим пира он к потрясению своему узнал, что Литания
Героев включает теперь его собственное приключение у стен Уотерби. Небосвод сияющих
лезвий, казалось, колышется от рева молодых глоток, и это не прекращалось до тех пор, пока он
не встал и не поклонился. Мало кто из Клинков доживает до того, чтобы услышать свое имя в
Литании.
Несколько позже он обнаружил себя стоящим за столом и произносящим торжественную
речь. Он повторил все банальности, которые с тоской выслушал пять раз в юности - честь,
долг, служба... Тем не менее сотня юных слушателей, казалось, не замечала заезженности этих
избитых фраз. Возможно, помогало то, что удобрения разбрасывал герой, а может, просто
удобрения падают на благодарную почву, когда ты еще растешь. Никто из Сопрано не уснул,
никто из Старших не зевал, а Великий Магистр клялся, что для школы это неслыханная честь.
Первый Кандидат Бычехлыст провел настоящего героя вокруг всего зала, познакомив его
с каждым, даже со слугами, даже со Щенком. Его Клинок следовал в двух шагах позади. Когда
сэр Дюрандаль вышел в сортир, сэра Волкоклыка немедленно одолела та же нужда.
Рассвет застал их в десятке миль от Айронхолла, ехавшими верхом навстречу солнцу.
Разумеется, Волкоклык управлялся с лошадью не хуже, чем с рапирой - если у него и имелись
недостатки, о них бы сказали. Даже держался он более чем достойно: он знал, что хорош, но
предоставлял миру самому догадаться об этом. Все хотели сравнить его с Дюрандалем. Был ли
он: ярким, резким, неопытным, опасным? Дюрандаль подозревал, что он куда более задирист.
Впрочем, он и моложе.
- Готов выслушать, в чем дело?
- Да, сэр, - ни улыбки, только внимательный взгляд черных глаз. Почему он до сих пор
не умер от любопытства?
- Во-первых... Я не мог сказать тебе этого раньше, но Великий Магистр регулярно
посылает доклады обо всех Старших. Причина, по которой ты оставался первым так долго,
заключается в том, что ты чертовски хорош! Король приберегал тебя для особого задания.
Волкоклык кивнул, словно догадался об этом сам, но промолчал.
- Так вот оно, особое задание. Помнишь Эвермена, почти сразу после меня?
Волкоклык слегка нахмурился.
- Да, сэр.
- Ты и ему вручал меч?
- Нет, сэр.
- Его и его подопечного послали с опасным поручением в овеянный легендами город на
краю света, в Алтаине. Они не вернулись, и их считали погибшими, но несколько месяцев назад
дошел слух, что по крайней мере Эвермен еще жив; возможно, он попал в рабство. Два дня
назад Король поручил мне отправиться туда и вернуть его. Он дал мне Клинка, потому что он
будет мне нужен. Мы отплываем завтра с утренним приливом.
Копыта мягко ступали по росистой тропе. Восходящее солнце било в глаза, и всадники
щурились от его света. Волкоклык, казалось, задумался. Он явно не любил лишних слов.
- Путешествие туда займет по меньшей мере два года - на корабле, верхом, возможно,
даже верхом на верблюдах. Мы будем пересекать моря, и пустыни, и горы. Нам будут угрожать
разбойники, дикие звери, штормы и болезни, пираты и враждебные дикари.
Ответа так и не последовало.
- Ну? - подтолкнул его Дюрандаль, которого это начинало уже немного раздражать.
Сокола наконец спустили с перчатки; его назначили помогать герою своих мечтаний в
сказочном походе на край света. Радуется он этому или боится? Неужели ему нечего сказать?
Быстрый взгляд Клинка, похоже, оценивал его: "чего он от меня хочет? Что я сделал не
так?"
- Сэр?
- Сынок, только один Клинок из десяти выхватывает свой меч для боя со дня, когда он
проходит Узы и до отставки. Вся его карьера - сплошная подделка. Он разгуливает как петух,
принимает вальяжные позы и не делает ничего интересного, если не считать заигрывания с
девицами. На протяжении следующих пяти лет тебе предстоит драться за мою и свою жизни
примерно раз в неделю. Твои шансы вернуться живым хуже, чем у снега - дотянуть до осени.
Как тебе такое будущее?
- О. - Волкоклык не улыбнулся, но был близок к этому. - Мне это нравится, правда,
сэр.
ЧАСТЬ IV
ВОЛКОКЛЫК
Спустя восемьсот дней они въехали в Самаринду верхом на лохматых, коренастых
алтаинских лошадках, которые не отличались ни скоростью, ни красотой, зато могли тащиться
до бесконечности. Клинки вполне убедительно выступали под видом солдат-наемников, вместе
с десятком других вояк нанявшись охранять принадлежавший шейху Акраззанке караван с
грузом тканей, слоновой кости и сухих красок. Забавно, но несмотря на все попытки Кроммана
выдать себя за странствующего книжника, хитрые купцы не сомневались в том, что он шпион
- просто так, из принципа. Впрочем, это их не волновало, поскольку большинство из них тоже
шпионили на кого-либо.
Просторы Алтаина заставляли человека ощущать себя жалкой козявкой. Увенчанные
снежными шапками горные пики обрамляли горизонт - отчетливые на рассвете, подернутые
маревом в полдень. На следующее утро они возникали, совершенно не изменившись и не
придвинувшись, словно дневного перехода как не бывало. В сравнении с этими великанами
недалекие серо-коричневые холмы казались пустяком, но и на то, чтобы спуститься по склону
или миновать расселину, уходили часы езды верхом. Источники воды были редки и ценились
на вес золота, деревьев здесь просто не росло, деревни встречались еще реже колодцев. Время
от времени Дюрандаль замечал вдалеке наблюдающих за ними людей, но не видел ни одного
шатра; редкие следы и помет - вот и все, что оставалось от проходивших здесь стад. Жизнь
превращалась в этой пустоте в непрерывную борьбу с ветром и пылью; мягкие, туманные
пейзажи Шивиаля казались отсюда сказочным сном. Можно было весь день ехать, заживо
сгорая под слепящим глаза солнцем, а ночью замерзать под кристально-чистыми звездами.
Вереница вьючных верблюдов растянулась по склону холма, но одинокий всадник
проскакал галопом обратно вдоль каравана, крича на скаку: "Показалась Самаринда!" Купцы,
погонщики и стража смеялись или отвечали ему радостными криками. Доскакав до конца
каравана, он развернулся и вернулся на свое место рядом с Дюрандалем. Он улыбнулся,
блеснув ослепительно белыми зубами на загорелом лице - сэр Волкоклык, разумеется.
Что бы сейчас подумали о них двоих шивиальские придворные? Лица их под смешными
войлочными шапками в форме конуса загорели почти дочерна. На них были мешковатые
штаны и бесформенные деревенские халаты цвета выжженной травы, и от них пахло мужским,
конским и верблюжьим потом. Волосы и бороды развевались на безжалостном ветру. Только
мечи с кошачьими глазами в рукоятях выдавали в них тех, кем были они на самом деле - или
кем они были когда-то и надеялись стать снова.
- Дойдем до заката?
Волкоклык уверенно кивнул.
- Конец путешествию, хвала духам!
Столь редкое проявление энтузиазма даже слегка удивило Дюрандаля.
- Разве это путешествие не было интересным?
Его Клинок вопросительно покосился на него.
- Относительно, сэр. Вы обещали мне моря, горы и пустыни - этого было в достатке,
ничего не могу сказать. Разбойники - тоже. Помнится, вы говорили что-то про диких зверей.
Не то чтобы очень много. То же самое с пиратами. А вот враждебно настроенных дикарей... что
ж, этих вы обеспечили в избытке, - он не упомянул еще змей, скорпионов, лихорадки,
кораблекрушение, горный обвал, лесной пожар и дизентерию.
- Ты выходил меня. Если бы тебя не было со мной, я бы гнил в безымянной могиле в
Фирдонии. Или кормил рыбу.
В легкой улыбке Клинка мелькнуло удовлетворение. По меньшей мере дважды он спасал
жизнь своего друга ударом меча, что поставило его на одно очко впереди Дюрандаля.
- Вы меня тоже спасали. И нам еще предстоит возвращение домой.
- Наслаждайся путешествием. Остаток наших жизней покажется после этого пустым и
скучным.
- Я и наслаждаюсь, каждой минутой. - Он окинул взглядом горизонт. На склоне
черными точками показались еще несколько лошадей. - Я тут подумываю, не убить ли
Кроммана.
- Что за новости! За что?
- От него мои Узы свербят.
Возможно, он шутил - трудно сказать. Волкоклык оказался потрясающим спутником,
надежным и выносливым как меч, неприхотливым, изобретательным и не по годам
рассудительным; не раз и не два он удерживал Дюрандаля от безрассудных поступков. Он без
колебаний убьет инквизитора, если посчитает, что на это есть причина.
- Мы никогда не добрались бы сюда без него, - возразил Дюрандаль. - Возможно, он
будет так же полезен на обратном пути. Для убийства необходимы доказательства вины,
Волк, - не обязательно, ибо некоторые Клинки способны чисто инстинктивно чувствовать
угрозу своему подопечному.
- Он говорил мне, что они составили раз ваш гороскоп, и он предсказал, что вы будете
опасны для Короля.
Дюрандаль рассмеялся с уверенностью, которой на самом деле не ощущал.
- Я это знаю, и Король это знает. Его это не беспокоит, так с какой стати это должно
беспокоить тебя? На гороскопы можно полагаться не более, чем на старушечьи предсказания
погоды.
- Я это тоже знаю. Важно то, что Кромман верит в это. А раз так, он опасен для вас. Он
может даже не желать вашего возвращения домой.
- Я искренне считаю, что он больше подспорье, чем угроза, Волк.
Клинок задумчиво покосился на своего подопечного.
- Вопрос в том, насколько он подспорье. Одна из причин, по которой я не доверяю
ему, - это то, что он не доверяет нам. Он вооружен заклятиями, о которых нам не говорил.
Мне, например, хотелось бы знать, почему одеяло инквизитора Кроммана выглядит в точности
как мое, на ощупь тоже не отличается от него, но весит втрое больше?
Дюрандаль не знал этого - к удовлетворению Волкоклыка.
- Я полагаю, что он по природе своей скрытен.
- Тогда зачем он рассказал мне про гороскоп? Почему он все время так враждебно
настроен?
- Потому, что его научили не доверять никому в его инквизиторской школе. Мне
кажется, он никогда не простит мне того, что я избежал его когтей однажды, только и всего. Я
знаю, что он мерзкий тип, но сарказм - не доказательство вины. У него много хороших
качеств.
- Назовите хотя бы одно.
- Выносливость. И он предан Королю - ты сам только что признал это. Право же,
дружище, ты не можешь убить человека только потому, что он тебе не нравится!
- Вы просто старая кислятина, - вздохнул Волкоклык.
Когда они перевалили через гребень и взглянули на раскинувшуюся вдалеке Самаринду,
она показалась до обидного похожа на остальные города, которые они видели на последнем
этапе их долгого путешествия. Подобно Алзану или Кобуртину, город представлял собой
неровную полоску, не отличавшуюся цветом от окружавшего его бурого пейзажа. Тут не было
ни сверкавших шпилями башен, ни изумрудных куполов, зато долина перед городом зеленела
возделанными полями. Вода рождает урожай, урожай превращается в пищу, пищу надо
хранить, склады требуют защиты. Еще через час с небольшим Дюрандаль различил стены и
центральное здание, отличающееся от остальных высотой: дворец, замок или монастырь?
Где-то на полпути от Шивиальского дворца к Алтаину легенда стала звучать по-другому.
Военный орден, о котором говорила Великий Инквизитор, был известен здесь как Братство
Золотого Меча. Она говорила о живущих в замке рыцарях, что на местном языке именовалось
монастырем с монахами. Дюрандаль решил, что разница не так и важна; здание укреплено, и
эти люди правят, опираясь либо на силу, либо на репутацию, как и везде. Во всех остальных
отношениях легенда пока не опровергалась. Он ожидал, что по мере приближения она растает
как радуга, но она, напротив, крепла на протяжении всего Нефритового Пути. Да, соглашались
торговцы, в Самаринде много золота. Они смеялись над всеми его расспросами. У мечника,
интересующегося Самариндой, на уме может быть только одно: богатство. Найдет же он там
смерть.
- Ты глуп, раз мечтаешь об этом, - говорил ему старый Акраззанка у костра на
привале. - Многих сильных молодых мужчин провожал я в Самаринду. Только двух я
проводил из нее - будь то на запад или на восток.
- Но некоторые выигрывают? - спрашивал Дюрандаль. - Хоть некоторые?
- Редко. Да и ненадолго хватает им этого золота. Ты же понимаешь: любой человек, у
которого достало глупости пробовать здесь счастья, оставит его первой встречной шлюхе или
жулику. Но да, некоторые остались живы и уехали отсюда с чистым золотом. Я сам щупал его.
Остальная часть легенды могла быть и выдумкой, но объяснить настоящее золото, с
которым уезжали из города, было невозможно. Никто в этих краях и слыхом не слыхивал о
каких-либо шахтах или рудокопах, но все соглашались с тем, что чище золота из Самаринды в
мире не найти - желтого, похожего на масло металла, столь мягкого, что на нем можно
оставить отметину ногтем, не говоря уже о зубе. "Везет золото в Самаринду", - говорили
здесь про пустую, лишенную смысла работу. Что это, если не философский камень?
Конец путешествию. Два наемника расстанутся здесь с караваном, равно как и шпион,
притворяющийся книжником. По настоянию Кроммана они скрывали, что знакомы друг с
другом. Если они не погибнут в Самаринде, они поймают встречный караван через несколько
дней, или через месяц-другой, или когда будет угодно духам.
Так что не конец, а полпути. Скажем, неделя в Самаринде на то, чтобы разрешить тайну
Эвермена, месяц на Ожидание каравана и еще два года на дорогу домой. Еще два года, прежде
чем он снова увидит Кэт.
Или Короля.
Кэт и Король, Король и Кэт. Он все еще был связан Узами - много ночей он просыпался
в холодном поту, гадая, все ли в порядке с его подопечным.
Должно быть, волшебные способности местных монахов хранили Самаринду больше, чем
укрепления, ибо высота городских стен не превышала трех пядей - не слишком много для
города, славившегося своим богатством. Редкие крыши выглядывали из-за стен, если не считать
замка - или монастыря. Он возвышался над всем городом словно наседка над цыплятами,
однако Дюрандаль видал в Шивиале множество крепостей, впечатлявших гораздо более этой.
Четыре приземистые башни располагались по углам основного объема, построенные из того же
коричневого камня и накрытые пологими кровлями из позеленевшей меди. В маленьких окнах
не виднелось ни одного лица, над крепостью не развевалось ни одного флага - не было ничего,
даже птиц. Странно было не видеть на крыше хотя бы ворон или голубей.
Когда солнце у горизонта окрасилось в розовый цвет, Дюрандаль с облегчением
соскользнул со спины своей лошадки у городских ворот, среди беспорядочного нагромождения
сараев и конюшен. Торговля была не настолько прибыльна, чтобы платить за дорогие
помещения внутри городских стен, а в случае вражеского нападения этими постройками можно
было пожертвовать без особого сожаления. Он протянул поводья одному из погонщиков шейха
и попрощался с ним, потом вскинул на плечо свой мешок и направился к Волкоклыку, который
занимался тем же самым.
Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы говорить на родном языке.
- Теперь наконец мы можем заняться королевским поручением!
- Вы хотите сказать, после того, как мы получим свою плату, - глаза Волкоклыка
озорно сверкнули как всегда, когда он изображал из себя заботливую няньку. - Сэр!
- Пожалуй, ты прав. Где старый мерзавец?
У них в поясах было до сих пор зашито изрядное количество золотых, так что в деньгах
они не нуждались, но было бы неразумно начинать свои дела в Самаринде, показав, что они не
те, за кого себя выдают. Возможно, Волкоклык уж очень не хотел дать Кромману повод для
упрека - инквизитор настаивал на том, что опытный агент никогда не выходит из своей роли.
Найти шейха и выколотить причитающуюся им плату оказалось делом не быстрым.
Акраззанка был занят, распоряжаясь насчет скота, работников и товара. Когда у него нашлась
минута на двух странствующих наемников, его версия соглашения с ними, конечно же,
разошлась с их версией, так что обо всем пришлось спорить снова.
Голодный, с пересохшим горлом и усталый настолько, что у него
...Закладка в соц.сетях
