Жанр: Фантастика
Рассадник добра
...кой. Мыши легко
простужаются, а потому сырости боятся пуще любой магии. Вот и напугаются.
- Понятно. - Машка кивнула. - Мышей - тряпкой, привидений - дихлофосом.
Идиллия.
- А вот привидений у нас нет. - Дегрен внезапно посуровел и обиделся. - Мессир
Вилигарк - уважаемый маг, он результаты своей работы за пределы лаборатории не
выпускает. Работал бы я у него, если бы у него по участку призраки свободно разгуливали?!
- Не знаю, - призналась Машка. - Я вообще не очень понимаю ваши столичные
традиции. Я недавно приехала, а у нас в Москве магов совсем нет.
Взгляд светловолосого красавчика слегка изменился, стал сочувственным и
располагающим.
- Так ты, миленькая, совсем ничего не знаешь про магов и магию? - поинтересовался
он. - И никогда не имела с магами дела?
- Я все знаю про магов, а особенно много - про некромантов! - гордо заявила Машка,
спешно припоминая содержание недавно прочитанного литературного цикла писателя
Перумова. - Я столько книжек про них прочитала!
- Хорошо. - Дегрен посерьезнел. - Редко бывает, чтобы крестьянка читать умела. Это
полезное свойство. Будешь помогать Айшме с документами. И что ты знаешь, скажем, про
некромантов?
- Они умеют воскрешать покойников и делать из них зомби, - уверенно сказала
Машка. - Еще умеют буйные кладбища успокаивать с помощью ритуалов, в которых они
используют черных кошек и летучих мышей.
- Это весьма интересно, - дипломатично сказал рыцарь. Притворяться он был не
обучен, а потому недоверие его к Машкиным знаниям было очевидным.
- Я что-то не так сказала? - смутилась она.
- Нет-нет, - энергично возразил Дегрен. - Все так. А что не так, я думаю, тебе мессир
Вилигарк сам расскажет и покажет. Он любит работать с молодежью.
- Ух ты! - обрадовалась Машка. - Он что, меня учить будет?
- В каком-то смысле... - протянул Дегрен. - Вот только чёрных кошек не бывает.
- Как это не бывает?! - азартно возразила Машка. - Я их своими глазами видела!
Дома, правда...
- Ну, может быть, это у нас они не водятся, - не стал спорить Дегрен. - А общему
зверознанию меня не учили. Сказали, что я слишком развит для такого простого знания. Это
крестьянское занятие. А ты много чудных зверей знаешь?
- Нет, не очень, - пробормотала Машка, слегка задетая самомнением рыцаря.
Редко кто с такой очаровательной наглостью рассуждает о своих уникальных
способностях и высоком статусе. Дегрен нравился ей все меньше и меньше, по мере того как
продвигалось их общение.
- Я полагаю, ты нам подходишь, - заключил он. - Идем?
- А договор или что-то в этом роде будет? - спросила Машка.
Рыцарь улыбнулся:
- Так мы уже договорились. Если Айшма тебя одобрит, ты будешь у нас работать.
Поместье некроманта находилось в другой, более респектабельной части города. Они шли
пешком. Машка с любопытством разглядывала улицы, которые становились все шире и
ухоженнее по мере того, как они удалялись от центра. Домики с выносными верандами и
крылечками, с которых свисали кашпо с цветами, сменились зданиями более внушительными,
скрытыми в глубине палисадников. Палисадники в большинстве своем были безлюдны. Буйная
растительность только что не выплескивалась из них на улицу. Лишь крыши зданий, покрытые
каким-то разноцветным материалом, возвышались над нестрижеными деревьями. Частью же за
заборами можно было заметить деловитые команды садовников, чей невысокий рост, темная
кожа, а главное - непривычная Машкиному глазу пластика движений рождали сомнения в их
принадлежности к роду человеческому. Они занимались своим делом, не отвлекаясь на
разговоры и перекуры, быстро, четко, уверенно и больше всего смахивали на трудолюбивых
мультипликационных гномов.
- Не обращай столько внимания на чужую прислугу, - не оборачиваясь, бросил ей
Дегрен. - Это неприлично.
- А у вас глаза на затылке? - съязвила растерявшаяся Машка. За эту защитную
реакцию, свойственную, по мнению школьного психолога, всем подросткам, в школе ее
недолюбливали.
- Разве это так заметно? - удивился Дегрен, замедляя шаг, чтобы Машка могла
поравняться с ним.
- Что - правда? - опешила Машка.
Вместо ответа рыцарь небрежным движением разлохматил свои шикарные волосы. На его
идеальной формы затылке тускло блеснули два голубых камешка со зрачками в центре. Они
казались вживленными в голову. "Киберпанк какой-то!" - передернувшись, подумала Машка.
- Я - телохранитель, - дружелюбно объяснил Дегрен. - Более того, я храню тело,
которому многие желают как можно более мучительной смерти. И потому я должен видеть все,
даже то, что я видеть в принципе не могу.
Машка кивнула.
- Ага, понятно. - Ну глаза на затылке, в самом деле, с кем не бывает?
- Конечно, это дорогая магия, ведь камни вообще плохо сочетаются с мягкой плотью, -
разглагольствовал между тем рыцарь, - но ведь за все платит наниматель. Постарайся ему
понравиться.
- Я постараюсь, - пообещала Машка. - Только можно мне обойтись без подобных
украшений? Я подозреваю, что мне они не пойдут. Не мой стиль.
- Тебе и не нужно, - успокоил ее рыцарь. - Такие вещи делают только
высококлассным специалистам, таким как я.
"Лучше бы он оплатил тебе новые мозги. Пользы было бы гораздо больше", - подумала
Машка. Ей всегда казалось, что хороший рыцарь должен быть скромным: об этом во всех
книжках написано. Чем меньше воин кричит о себе и расхваливает свои навыки, тем более
крутым он оказывается на самом деле. Вот взять, скажем, Волкодава из нежно любимого
Машкой цикла: уж на что неразговорчивый мужик был, а при случае врагов отделывал так, что
мало не покажется. И она полностью уверилась в том, что хвастливый рыцарь Дегрен ничего
особенного собой не представляет. Это отчего-то огорчило ее.
- Ну вот, мы почти пришли, - сообщил предмет ее размышлений и махнул рукой
вперед, туда, где меж темно-зеленых кустов просматривалась низенькая калиточка. - Это
поместье мессира.
- Это что, вход? - удивилась Машка. - А как же охрана и привратники?
Дегрен остановился и посмотрел на нее выпученными глазами, приоткрыв рот. Машка
смутилась.
- Зачем некроманту привратники? - спросил рыцарь, произнеся последнее слово так,
словно оно было неприличным.
- Как зачем? - растерянно пробормотала Машка. - Гостей встречать...
- У мессира таких гостей не бывает! - отрубил Дегрен. - Он не актеришка и не
женщина, которая продает свою любовь. И уж тем более он не занимается разведением
демонов-возлюбленных. Прежде чем мы войдем, я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь:
мессир - уважаемый человек. Его многие недолюбливают из-за его профессии, но имя
господина Вилигарка известно в городе всем. Ты очень странная девочка, у тебя необычные
представления о магии и некромантии, но ты не проживешь долго, если по недомыслию своему
станешь поливать грязью таких людей. Ты поняла меня?
Машка молча кивнула и опустила глаза. Дегрен стал нравиться ей еще меньше, чем на
ярмарке или даже по дороге к поместью. Может быть, он и смотрелся выигрышно на фоне всех
тех мошенников, что заправляли на ярмарке, но сам по себе он не был ни идеальным рыцарем,
ни вежливым, романтического склада мужчиной.
- Это хорошо, - одобрил он и, пробормотав какую-то тарабарщину, отворил калитку. -
Тебе нужно идти прямо по дорожке. Айшма предупреждена о новой помощнице и встретит
тебя. А у меня дела.
Это прозвучало так, будто он не хотел встречаться с Айшмой и вообще побаивался ее.
Машка осторожно шагнула вперед, надеясь только, что экономка некроманта не окажется
помесью демона и дракона. Обычная властная стерва устроила бы ее сейчас куда больше.
Иногда немного обыденности в жизни совсем не мешает.
Солнечный луч, отразившись от одной из блестящих крыш, словно едкий лимонный сок
брызнул ей прямо в глаза. В носу защекотало, и Машка оглушительно чихнула. Глаза немного
щипало от солнечной атаки. Когда она проморгалась, рыцаря рядом с ней уже не было. Он
исчез так быстро, будто обладал полезным умением растворяться в воздухе. Машка пожала
плечами и пошла по аккуратной садовой дорожке. Можно подумать, что над созданием ее
трудился отряд рабочих с линейками, такая она была прямая и ровная. Ступать по ней
оказалось приятно и немного неловко, потому что Машка оставляла следы, которые нарушали
идеальный порядок, в котором лежали песчинки.
По обочинам дорожки высажены были невысокие колючие кусты и растения,
напоминающие дистрофичные кактусы. Чуть подальше виднелись деревья. В большинстве
своем Машке они были знакомы: одно смахивало на яблоню, другое походило на гибрид
экзотической сакуры и шиповника. Запах над садом плавал одуряюще сладкий, однако ни
одной осы или пчелы слышно не было. Ни одна птица не подавала робкого голоса из ветвей
деревьев. Ни одна бабочка не нарушала строгого спокойствия растительного царства. Это
показалось Машке немного странным, но, может быть, некромант Вилигарк любил тишину и
его раздражали любые животные и насекомые? Она решила пока об этом не задумываться,
однако отнестись к работодателю повнимательнее. С ее точки зрения, человек, который не
любит животных, не может быть вполне нормальным. У него наверняка есть какая-то тайна или
психическая травма с детства.
Она прибавила шагу и почти сразу же услышала ритмичное шуршание. Навстречу ей по
дорожке, усыпанной мелкими разноцветными песчинками, шла женщина, удивительным
образом похожая на интеллигентную пожилую мышь. Вроде той мыши, знакомой всем, из
сказки "Дюймовочка", только эта, вне всяких сомнений, знала массу сложных выражений
вроде "процентное соотношение" и "биологическая активность". Это просто-таки было
написано на ее породистом лице.
- Я так понимаю, явилась, - брезгливо приподняв подол тяжелого длинного платья
болотного цвета, сказала она. - Ты и есть моя новая помощница, девочка?
Честное слово, для полноты образа ей не хватало только лорнета! Впрочем, ни очков, ни
лорнетов Машка здесь до сих пор не видела и подозревала, что со стеклом в этом магическом
мире дела обстоят неважно. Да и зачем очки человеку, который в любой момент может пойти к
магу и попросить исправить ему зрение? Но лорнета стервозной гуманоидной мыши не хватало
все же очень сильно. Машка хмыкнула тихонько и вежливо кивнула.
- Почему ты молчишь? - спросила леди Мышь немедленно. - Ты безголоса? Это
замечательно! Ненавижу, когда прислуга болтает не переставая.
Обманывать экономку - а это, по всей видимости, была именно она, - Машке не
хотелось. Долго молчать она не умела в принципе, так что рано или поздно все равно пришлось
бы признаваться.
- Я умею говорить, - сказала она. - Не хуже, чем вы.
- Очень жаль! - огорчилась леди Мышь. - Ну да ладно, это дело поправимое. Меня
зовут Айшма, и мое слово в этом доме - закон. Я экономка высокого мессира Вилигарка. Тебе
все ясно?
- А высокий - это титул или определение? - немедленно спросила Машка.
- Это не должно тебя интересовать, - отрубила Айшма, чуть-чуть замешкавшись.
Вероятно, экономки всех богатых и приличных домов производят впечатление особ
весьма образованных. Может быть, это что-то генетическое, но, похоже, далеко не все умные
слова были известны уважаемой Айшме. Это Машку развеселило, она хрюкнула в кулак,
взглянула на уже гораздо больше нравящуюся ей экономку черного мага и дружелюбно
улыбнулась ей. В ответ та еле заметно приподняла уголки своих тонких бледных губ и качнула
головой. А похоже, она не такая уж и противная, эта сушеная Мышь!
- Прошу следовать за мной, - сказала Айшма и двинулась по направлению к дому мага,
больше похожему на средневековый замок.
Странно, в городе дома были вполне нормальными, только не слишком высокими. Машка
не заметила ни одного здания выше пяти этажей, но построены они были в привычном ей
стиле. Город ничем, кроме жителей, не отличался от обыкновенного подмосковного городка
вроде Коломны или Сергиева Посада. Вилла же мага сплошь заросла какими-то вычурными
башенками, флюгерами и балконами, с которых свисали разноцветные полотнища. От дороги
дом отделялся рвом с зеленой пузырящейся жидкостью, высокой зубчатой стеной и огромным,
гектара в два, садом. Замок имел всего три этажа, но высоты они были такой, что жилище мага
вполне перекрыло бы московскую пятиэтажку. Наверное, и в этом мире маги должны чем-то
отличаться от обычных людей. Например, жить в таких вот домах.
- Ее зовут Роесна, - оборвала Айшма Машкины размышления.
- Кого? - Машка вздрогнула и заозиралась.
Сад был прекрасен, пуст и тих, только водяные капли с еле уловимым мелодичным
звоном падали на траву с мокрых веток. Правда, ни одной поливалки Машка за оградой не
заметила, а дождь был вчера. Не иначе - магия!
- Родину мессира. - Экономка удивленно подняла брови. - Разве ты видишь здесь
кого-то еще?
- Вообще-то я здесь никого, кроме нас, не вижу, - призналась Машка, в который раз за
те несколько дней, что она провела в этом странном мире, испытывая чудовищную неловкость.
- Ты слепая? - холодно осведомилась Айшма, которая вообще, похоже, легко
раздражалась. - Я говорю о родовом поместье мессира, его родине, месте, где он имел честь
родиться. Запомни, ее зовут Роесна. Она очень обидчива. Пока ты работаешь здесь, ты обязана
проявлять к ней почтительность и всячески демонстрировать преданность хозяину. Имей в
виду, ты работаешь здесь, пока ее это устраивает.
И она торжественно простерла руку по направлению к огромному нелепому замку
господина работодателя. Машка сделала умное лицо и торопливо покивала в знак того, что
поняла и оценила важность последних слов экономки. Мало ли какие верования могут быть у
местных жителей! Пускай себе поклоняются родовому замку, если их это развлекает. Машке не
сложно, она даже здороваться с этой Роесной по утрам может, если так надо. Главное -
обратить на себя внимание некроманта, чтобы он начал учить ее.
- Здравствуй, Роесна, - сказала Машка, стараясь не засмеяться, и незаметно поглядела
на Айшму. Та казалась довольной сообразительностью новой помощницы. - Я очень рада с
тобой познакомиться. Надеюсь, мы подружимся.
- Хорошо, - вполголоса одобрила Айшма. - Теперь посмотрим, что она ответит.
- А она что, и отвечать должна? - не поверила Машка.
- Конечно, - с невозмутимым видом подтвердила экономка. - Она прекрасно тебя
слышала. Вдобавок она слышала все твои мысли и чувства. Роесна гораздо старше и мудрее
всех нас. Она знает, что скрывается за словами. Но это хорошо, что ты догадалась сразу ее
поприветствовать. Для провинциалки весьма умный ход.
- Я из Москвы, российской столицы! - возмутилась Машка таким несправедливым
отношением.
Честное слово, она никогда не была снобкой, кичащейся своей пропиской и городскими
корнями, но в этот момент ей просто стало обидно.
- Никогда не слышала, - равнодушно обронила экономка, не спуская глаз с флагов и
башенок замка. - Это какой-то центр? Вероятно, ты даже умеешь читать и писать. Все
деревни, называющие себя столицами какой-нибудь области, обязательно строят школу и храм.
Ты посещала школу?
- Конечно! - с обидой отозвалась Машка. - Я умею читать, писать, считать, сочинять
стихи и препарировать лягушек!
- Что делать с лягушками? - переспросила, вздрогнув, Айшма и на мгновение
отвлеклась от своего созерцания.
- Резать, - буркнула Машка в ответ, испугавшись, что и это слово здесь имеет
какое-нибудь неподобающее значение.
- Это любая домработница умеет, - успокоилась Айшма. - Тем не менее это хорошо.
Будешь помогать еще и по кухне. В праздники и жертвенные дни там иногда не хватает рук.
- Норма-ально... - прогудело в воздухе. Звук был низкий и будто бы неживой, очень
объемный и мощный.
Машка вскинула голову, пытаясь определить, откуда взялся звук. По спине ее пробежало
несколько организованных полчиш мурашек, а волоски на руках встали дыбом. Этот странный
голос не понравился Машке. В нем было что-то чудовищное, что-то чуждое людям настолько,
что сложно было смириться сразу с присутствием в мире такого явления.
- Не бо-ойся, - раздалось вдогонку первому слову. - Не тро-ону!
- Поклонись и поблагодари, - прошипела ей на ухо Айшма. - Ты понравилась Роесне.
Это хороший знак, что она сказала тебе больше одной фразы. Она редко удостаивает слуг таким
вниманием.
Машка испуганно хрюкнула и, тут же сориентировавшись, адресовала замку самую
очаровательную из своих улыбок. Начав делать реверанс, виденный ею в каком-то из
исторических фильмов, она немедленно запуталась в ногах и чуть не упала. Айшма покосилась
на нее с удивлением, и, чтобы не вызывать излишних подозрений, Машка просто вежливо
кивнула замку. Этого оказалось вполне достаточно. Айшма энергично повела носом и сказала
уже нормальным голосом:
- Идем. Я познакомлю тебя со всем поместьем.
Там, где песчаная дорожка сливалась с жесткой каменной дорогой, Машке неожиданно
захотелось обернуться. Она бросила короткий взгляд назад, и на секунду ей показалось, что над
башенками замка воздух чуть колеблется, словно теплое дыхание живого существа
поднимается вверх, как и положено теплому воздуху. И еще ей показалось, будто замок смеется
- беззвучно, чтобы не напугать своих обитателей. "Кажется, оно вовсе не злое, это
некромантское поместье", - предположила Машка и прибавила шагу, стараясь не отставать от
экономки. От замка веяло необычайным могуществом, а оттого опасения Машкины развеялись
совершенно. От страха и неуверенности не осталось и следа, ведь замок отнесся к ней хорошо.
Машка любила, когда к ней хорошо относились, - это случалось с ней не слишком часто, и она
не успела привыкнуть. А то, что маги обитают в живых замках, это пустяк. В книжках еще и не
такое случается. Честное слово, она не удивилась бы, узнав, что у некроманта есть свой
сторожевой дракон или демон в должности дворецкого. В конце концов, магам положено быть
несколько экстравагантными людьми, если не сказать резче. Машка улыбнулась своим мыслям.
Камень дороги отзывался босоножкам энергичным "тук-тук", шаги же экономки звучали куда
мягче и тише - "ш-шур", хотя шла она даже немного быстрее, чем Машка.
- Ты можешь шевелиться резвее? - недовольно бросила Айшма, не оборачиваясь.
Машка прибавила ходу. "Впрочем, наверное, все люди экстравагантны, - думала она. -
Но только могущественные не боятся проявлять свою непохожесть. Или те, кому наплевать на
чужое мнение. Или идиоты. За это их, как правило, не любят". Не успев решить, к какой из этих
категорий отнести себя, она врезалась во внезапно остановившуюся Айшму и отвлеклась от
размышлений.
- Будь внимательнее, - буркнула экономка. - Смотри, здесь находятся торжественные
врата поместья.
Врата действительно выглядели весьма торжественно. Стены, высокие и массивные,
ограничены были двумя столбами, к которым обычными дверными петлями, только очень
большими, крепились ворота из толстого розового стекла, расписанного таинственными
знаками. Знаки эффектно обрамляли непрозрачный круг в самом центре ворот. Айшма
пробормотала что-то негромко, и врата раскрылись, пропустив их и сразу же сомкнувшись за
их спинами, как будто были оборудованы системой сенсоров вроде той, что стояла в
ближайшем к Машкиному дому супермаркете.
- Ух ты! - восхитилась Машка. - А я и не предполагала, что у вас такое тоже есть.
- А ты уже видела что-то подобное? - удивилась Айшма.
- Во сне, - тут же оправдалась Машка.
Экономка посмотрела на нее внимательным взглядом и оценивающе улыбнулась.
- У тебя хорошие сны, девочка, - сказала она. - Полезные. Кто-то там, наверху, любит
тебя. Я запомню.
Странно, но это вовсе не прозвучало похвалой. Скорее предупреждением. Машка
передернула плечами, прогоняя неприятное ощущение пронизывающего ветра, коснувшегося
ее сердца.
- А эти знаки на дверях магические? - как можно беззаботнее спросила она, меняя тему
разговора.
- Здесь написано "Посторонним входа нет", - важно пояснила Айшма. - Это древний
язык, так что вряд ли ты его знаешь. Если, конечно, тебе не снился кто-то говорящий на нем.
- Может, и снился. - Машка усмехнулась. - Но он точно не писал мне во сне записок.
Так что закорючки эти мне незнакомы, зато...
- Что? - немедленно напряглась экономка.
Вместо ответа Машка ткнула пальцем в непрозрачный круг. На белом фоне этого круга
краснел прямоугольник, делая магический символ похожим на знаменитый дорожный знак
"кирпич".
- Мне снился сон, где это означало "проезда нет", - призналась она, с трудом
припоминая старый, завалявшийся на антресолях учебник "Правил дорожного движения".
- Это очень мощный предмет, его устанавливал сам мессир, - с дрожью в голосе
сказала Айшма.
- Не иначе, в молодости он был гаишником, - тихонечко пробормотала Машка.
- Что ты говоришь? - переспросила экономка.
- Что хотела бы у него учиться, - громко ответила Машка.
Экономка смерила ее недоверчивым взглядом - то ли и в самом деле не поверила, то ли
просто сомневалась в ее умственных способностях. В этот момент откуда-то справа раздалось
невнятное мычание, и в нос Машке ударила жуткая вонь. Кажется, неприятные запахи были
обыденными составляющими этого волшебного мира, потому как Айшма даже не
поморщилась. Машка мельком взглянула вправо, стараясь определить источник смрадной
атаки. Мусорная куча возле ворот шевелилась. Испуганно икнув, Машка отскочила подальше.
Айшма осуждающе покачала головой.
- У тебя не самые лучшие в мире манеры, - дипломатично заметила экономка.
- Но там куча... - промямлила Машка. - Она шевелится.
Айшма усмехнулась.
- Сурал, - позвала она негромко.
Из кучи немедленно высунулась лохматая, огромная, но вполне человеческая голова.
Только очень уж грязная. Даже волосы на ней, кажется, жили отдельной от владельца жизнью:
они шевелились так активно, будто на голове этой располагался крупнейший в мире заповедник
блох, вшей и других паразитов. Заметив людей, голова дружелюбно осклабилась,
продемонстрировав полное отсутствие зубов во рту.
- Ух ты, какой отвратительный бомж! - воскликнула Машка с чувством, далеким от
восхищения.
- Это наш отвратник. Великий Правил, когда же эти провинциалы научатся сносно
говорить по-бурски? - Айщма недовольно поджала губы.
- А, простите, что он делает? - поинтересовалась Машка опасливо, надеясь, что вопрос
не покажется Айшме неприличным.
- Какое невежество! - пробормотала Айшма. - Он отвращает от ворот нежелательных
гостей, как это следует из названия его должности.
- А, вышибала! - успокоилась Машка.
- Ни в коем случае не такими методами. - Айшма взглянула на нее с плохо скрываемым
презрением. - Мы живем в столице, а не в вашем... Откуда ты?
- Из Москвы, - торопливо ответила Машка.
- Вот-вот, не в Москве... О Правил, и название какое-то небурское! Идем дальше, у нас
мало времени. - Экономка махнула рукой в сторону сада.
Машка вздохнула и покорно поплелась за ней. Кажется, суровой леди Мыши не нравилось
все, что Машка делала. Наверное, она и в самом деле для этого мира была плохо воспитана и
совершенно не приспособлена. Внезапно ее внимание привлек какой-то странный алый блеск
из-за стены. Она присмотрелась. За высокой оградой поместья виднелся красный узорчатый
купол храма.
- Я прошу прощения... - пробормотала Машка в спину экономке.
- Что? - Айшма остановилась так резко, что Машка врезалась в нее носом.
- А что это такое там, за стеной?
- Это храм Разумца, - с такой гордостью, словно она сама построила его, ответила
экономка. - Самый красивый храм Разумца в этой части империи. Одно из шести мест
Великого Паломничества. Знаменитый "Глаз Астоллы".
- А почему глаз? - удивилась Машка. Во всех прочитанных ею книгах такие места
назывались либо "жемчужиной", либо "сердцем". Ну, можно предположить, что жемчуга в
этом мире нет, но сердце, сердце-то у всех есть. Даже у упырей, если на то пошло! Она с
опаской взглянула на леди Мышь и прислушалась. Биения сердца слышно не было, но пока это
ни о чем не говорило. Может, у нее сердце тихо стучит, отсюда не слышно.
- Потому что это самый оберегаемый храм столицы, а еще потому, что это самый
красивый храм, - ответила Айшма так, будто объясняла дауну очевидную истину. - И еще
потому, что этот храм принадлежит Разумцу, да минует нас его гнев.
Машке немедленно представился огромный, парящий в небе глаз: местный бог Разумец.
Она с трудом удержалась от непочтительного хихиканья. В ее представлении у такого
всевидящего ока непременно должны были быть крохотные крылышки вроде тех, которые
держат в воздухе ангелочков с церковных росписей. Что с того, что на таких крыльях не то что
взлететь - спланировать на землю невозможно? Это и есть лучшее подтверждение
божественной силы.
- Что еще ты хочешь знать? - поторопила задумавшуюся девочку леди Мышь.
- Да нет, я так... - застеснялась Машка.
- Хорошо, тогда идем.
Кажется, Машкина любознательность не вызвала у экономки особого раздражения.
Машка еще раз посмотрела на крышу храма и почувствовала, что все не так уж плохо. В
конце-то концов, она же устроилась на работу, и не из самых плохих. А к тому, как люди здесь
разговаривают, она рано или поздно привыкнет. Она способная. "Надо будет как-нибудь зайти
в этот храм, - подумала Машка, догоняя проворную экономку. - Наверное, внутри он не
хуже, чем снаружи". А еще она пожалела, что у нее нет и никогда не было фотоаппарата. Какие
кадры здесь можно было сделать! Любой географический журнал с руками оторвет!
- А здесь у нас фуфельные плантации, - с гордостью сказала Айшма, обводя рукой
огромное пространство за домом.
На большой лужайке, часто утыканной сооружениями, неприятно смахивающими на
виселицы, в высокой серой траве копошились, как Машке показалось, мелкие чумазые дети.
Больше всего это было похоже на цыганский табор, временно поселившийся на московском
вокзале. Машка автоматически сунула руки в карманы - проверить сохранность содержимого.
- Я полагаю, про фуфло ты тоже ничего не слышала? - с плохо скрываемым презрением
в голосе осведомилась экономка черного мага.
- Нет, как раз про фуфло я очень много чего знаю, - возразила Машка. - Фуфло - это
всякая-разная бесполезная хренота!
- Какая ты глупая! - Айшма поджала губы, как учительница литературы во врем
...Закладка в соц.сетях
