Жанр: Фантастика
Колесо Времени 11. Нож сновидений
...ки
вспыхнули. - "Та телохранительницы сказала, что если мы не поторопимся, она
станет нас подгонять...! Не имеет значения, как в точности она выразилась. Это
была угроза, и я не собираюсь...!"
"Илэйн захвачена Айз Седай - Приспешницами Темного", - отрезала Бергитте. - "Вы
нужны мне, чтобы сделать Переходные Врата для людей, которые отправятся ее
спасать". - Среди остальных Ищущих Ветер раздался ропот. Шайлин сделала резкий
жест, однако только Ренейлле замолчала. Остальные, к ее явному недовольству,
всего лишь перешли на шепот. По количеству медальонов, висевших на цепочках,
некоторые из них не уступали в ранге Шайлин.
"Значит, ты вызвала всех нас ради создания одних единственных Врат?" -
требовательно спросила она. - "Я выполняю условия сделки, как видишь. Я привела
всех, как ты и распорядилась. Тем не менее, для чего тебе понадобились все?"
"Потому что все вы должны будете соединиться и образовать Круг, а затем создать
такие Врата, чтобы через них можно было пропустить тысячи верховых и пеших" -
Это была не единственная причина.
Шайлин напряглась, и не одна она. Курин, чье лицо напоминало черный камень, едва
не затрепетала от оскорбления, а Рисэль, обычно очень уравновешенная женщина, и
в самом деле задрожала. Сенин, со своим обветренным лицом и старыми отметинами,
указывавшими, что некогда она носила более шести серег в каждом ухе и более
широких, теребила украшенную драгоценными камнями рукоять кинжала, торчащего изза
ее зеленого пояса.
"Солдат?" - с негодованием сказала Чанелле. - "Это запрещено! Наша сделка
гласит, что мы не примем никакого участия в вашей войне. Зайда дин Парид Черное
Крыло так распорядилась, и пока она - Госпожа Кораблей, это распоряжение имеет
огромный вес. Используйте Родню. Используйте Айз Седай".
Бергитте подошла вплотную к темнокожей женщине, глядя ей прямо в глаза. Родня
была абсолютно бесполезна в этой ситуации. Никто из них ни разу не использовал
Силу как оружие. Они могли даже не знать, как это делается. - "Остальные Айз
Седай мертвы", - тихо сказала она. Кто-то позади нее застонал, вероятно, один из
писарей. - "Чего будет стоить твоя сделка, если исчезнет Илэйн? Аримилла,
естественно не будет ее соблюдать". - Заставить свой голос звучать спокойно,
было так же трудно, как взять крепость. Лишь отчаянным усилием воли удавалось
сдержать гнев и страх. Она нуждалась в этих женщинах, однако не могла позволить
им этого узнать, иначе Илэйн пропадет. - "Что скажет Зайда, если ты нарушишь ее
сделку с Илэйн?"
Татуированной рукой Шайлин снова поднесла к проколотому носу коробочку с
благовониями, а затем уронила ее на грудь к многочисленным украшенным
драгоценными камнями ожерельям. Из того, что Бергитте знала о Зайде дин Парид
следовало, она очень рассердится на любого, кто нарушит сделку, и без сомнения,
Шайлин не желала сталкиваться с гневом этой женщины. Тем не менее, она казалась
всего лишь задумчивой. - "Очень хорошо", - через мгновение сказала она. -
"Однако только для доставки. Договорились?" Она поцеловала кончики пальцев своей
правой руки, намереваясь скрепить сделку.
"Вам всего лишь нужно сделать то, что вы захотите", - сказала Бергитте,
отворачиваясь. - "Гайбон, пора. Они должны были к этому времени доставить ее к
воротам".
Гайбон застегнул пояс с мечом, надел шлем и стальные рукавицы, и последовал за
ней и Дайлин прочь из Зала Карт. Следом потянулись Ищущие Ветер во главе с
Шайлин, громко настаивающей на том, что их участие ограничится лишь созданием
Врат. Бергитте прошептала Гайбону последние наставления, прежде чем покинуть
его, поспешившего к фасаду дворца, в то время как сама она двинулась к
Королевским Конюшням, где обнаружила оседланного для нее плосконосого буланого
жеребца, поводья которого удерживала молодая служанка с волосами заплетенными в
косу, не намного отличавшуюся от ее собственной. Там же она обнаружила сто
двадцать одну женщину - все телохранительницы были облачены в доспехи и готовы к
отъезду. Усевшись в седло, она сделала им знак следовать за ней. Посреди ясного
неба, на котором виднелось только несколько облачков в вышине, золотым шаром
висело солнце. По крайней мере, им не придется в придачу сражаться с дождем.
Если бы пошел один из тех затяжных ливней, обрушившихся на Кэймлин за последнее
время, то под его прикрытием смог бы скрыться не один фургон.
Широкая людская змея по десять и двенадцать человек в ряд, заполняла сейчас
Королевскую Площадь с обеих сторон. Всадники, в шлемах и нагрудниках,
чередовались с людьми в разномастных шлемах с алебардами на плечах. Большинство
из них были облачены в кольчуги или обшитые стальными пластинами безрукавки, и
лишь у некоторых были кирасы. Над каждым отрядом, большим или маленьким,
развивалось знамя их Дома. Или стяги наемных отрядов. За продажными мечами
сегодня будет следить слишком много глаз, чтобы они вздумали отлынивать от
работы. Без арбалетчиков и лучников колонна насчитывала примерно двенадцать
тысяч человек, две трети из них - верховые. Сколько из них не доживет до
полудня? Она выбросила эту мысль из головы. Ей необходим был каждый из них,
чтобы убедить Морской Народ. Каждый, кто может сегодня умереть, точно также мог
завтра погибнуть на стене. Каждый из них прибыл в Кэймлин, чтобы отдать за Илэйн
свою жизнь.
Колонну возглавляло больше тысячи Гвардейцев: их шлемы и нагрудники сверкали на
солнце, стальные пики были наклонены под одинаковым углом. Первая шеренга стояла
сразу позади знамен Андора, изображавшего вставшего на задние лапы Белого Льва
на фоне алого поля, и личного Илэйн - Золотой Лилии на голубом. Она
располагалась на краю одного из многочисленных парков Кэймлина. В любом случае,
когда-то это был парк, хотя столетние дубы были срублены и оттащены подальше
вместе со всеми остальными деревьями и цветущими кустами, их корни выкорчеваны,
чтобы расчистить площадь в сто шагов шириной. Посыпанные гравием дорожки и
покрытая травой земля были давно превращены копытами и сапогами в грязное
месиво. Три других дворцовых парка прошли такую же обработку, чтобы создать
места для плетения Переходных Врат.
Гайбон и Дайлин были уже на месте вместе с остальными дворянами, которые
откликнулись на призыв Илэйн, начиная с молодого Пэривала Мантира и заканчивая
Браннином Мартаном с супругой, все верхом. Пэривал был облачен в шлем и
нагрудник, как и другие присутствующие мужчины. Нагрудник Браннина был прост,
неярок и слегка помят в том месте, куда пришелся удар молота оружейника -
непременный атрибут торговли, показывающий надежность товара. Доспех был такой
же надежный, как и простой вложенный в ножны меч на его боку. Доспех Пэривала
как и у Конэйла и Бранлета был покрыт позолотой. На кирасах красовались
посеребренная Наковальня Мантиров, покрытый лаком Черный Орел Нортанов и Красный
Леопард Гильярдов. Симпатичные доспехи, сразу бросаются в глаза. Бергитте
надеялась, что у женщин хватит здравого смысла держать этих мальчиков подальше
от боя. Глядя на лица некоторых женщин, мрачные и решительные, она надеялась,
что у них хватит здравого смысла и на то, чтобы уцелеть самим. По крайней мере,
ни у одной не было меча. Простая правда заключалась в том, что женщина должна
быть куда искуснее в обращении с мечом, чем мужчина, чтобы столкнуться с ним
лицом к лицу. Иначе более сильные руки не оставят ей никаких шансов. Куда как
лучше пользоваться луком.
Ищущие Ветер скривились, едва их босые ноги коснулись грязной после вчерашнего
ливня земли. К влаге они были более чем привычны, но не к грязи.
"Этот мужчина не сказал мне куда вас должны доставить Переходные Врата", -
взбешенно сказала Шайлин, указывая пальцем на Гайбона, едва Бергитте спешилась.
- "Я хочу поскорее с этим покончить, чтобы поскорее вымыть ноги".
"Миледи!" - позвал женский голос откуда-то с конца улицы. - "Миледи Бергитте!" -
Вдоль линии Гвардейцев бежала Рин Харфор, она так высоко приподняла юбки, что до
колен были видны ее ноги в чулках. Бергитте подумала, что никогда раньше не
видела, чтобы эта женщина так неслась. Госпожа Харфор была из тех женщин,
которые все всегда делают безупречно. При каждой их встрече она заставляла
Бергитте вспоминать обо всех промахах, которые недавно совершила. Двое мужчин в
красно-белых ливреях бежали за ней, неся между собой носилки. Когда они
приблизились, Бергитте увидела, что они несли долговязого, потерявшего шлем
гвардейца с одной стрелой, торчащей из его правой руки, и еще одной в правом
бедре. Из обеих ран сочилась кровь, оставляя тонкий след на мостовой. - "Он
настаивал на том, чтобы его доставили к вам или к Капитану Гайбону, миледи", -
сказала Госпожа Харфор, пытаясь отдышаться и обмахиваясь одной рукой.
Молодой гвардеец изо всех сил пытался сесть, пока Бергитте не надавила на него,
заставив опуститься обратно. - "Три или четыре отряда наемников атаковали
Фармэддингские Ворота, миледи", - произнес он, скривившись от боли, которая
изменила его голос. - "Изнутри, я имею в виду. Они расставили лучников, чтобы те
стреляли в любого, кто попытается с помощью флагов подать сигнал о помощи, но
мне удалось ускользнуть, и моя лошадь продержалась достаточно долго".
Бергитте прорычала проклятия. Она была готова поспорить на что угодно, что среди
них были Кордвин, Гомайзен и Бакувун. Она обязана была заставить Илэйн
выпроводить их из города, едва они выдвинули свои требования. Она не осознавала,
что говорит вслух, пока раненный гвардеец не заговорил.
"Нет, Миледи. По крайней мере, не Бакувун. Он приблизительно с дюжиной своих
людей как раз играли в кос... ох, чтобы убить время, и лейтенант полагает, что
если б не они - то мы б не сумели удержаться. Если они еще держатся. Когда я
оглядывался, мятежники воспользовались таранами, чтобы проломить двери в башню.
Но есть еще кое-что, миледи. За воротами в Нижнем Кэймлине собираются войска.
Тысяч десять, возможно, вдвое больше. Трудно точнее определить на этих
извилистых улицах".
Бергитте поморщилась. Десяти тысяч человек было достаточно, чтобы довести атаку
до конца, даже без измены наемников внутри, если она не бросит туда все свои
силы. А она не могла. Что, во имя Света, ей делать? Чтоб ей сгореть, она могла
спланировать налет, чтобы освободить кого-нибудь из крепости, или провести
тайную вылазку на территории, захваченной врагом - это было то, с чем, как она
знала, ей под силу справиться. Однако в данном случае происходит решающая битва
за судьбу Кэймлина, а, возможно, и за обладание троном. Тем не менее, она должна
это сделать. - "Госпожа Харфор, заберите этого человека обратно во дворец и
проследите, чтобы ему обработали раны, пожалуйста". - Не имело смысла просить
Ищущих Ветер об Исцелении. Они уже объяснили, в чем, на их взгляд, заключается
их участие в войне. - "Дайлин, оставь мне всех верховых и тысячу алебардщиков.
Сама же бери остальных, а также всех наличных стрелков. А также каждого,
способного держать меч, кого сможешь найти. Если ворота продержатся до тех пор,
когда женщины из Родни доставят вас туда, убедись, что они будут удержаны и
дальше. Если же они пали, отбери назад. И держи эту проклятущую стену, пока я не
вернусь".
"Очень хорошо", - отозвалась Дайлин, будто эти поручения было выполнить легче
всего на свете. - "Конэйл, Кэйтлин, Бранлет, Пэривал, вы отправляетесь со мной.
Ваша пехота будет сражаться лучше, если вы будете рядом и на виду". - Конэйл,
несомненно, выглядел разочарованным - он уже видел себя скачущим в яростной
атаке, однако он подобрал поводья и что-то прошептал, что заставило двух юношей
помоложе захихикать.
"Так пусть и мои верховые сражаются лучше", - возразила Кэйтлин. - "Я хочу
помочь в спасении Илэйн".
"Вы прибыли сюда, чтобы помочь ей защитить трон", - резко отозвалась Дайлин, -
"и вы отправитесь туда, где вам это удастся лучше всего, или нам с вами позднее
предстоит другой разговор". - Чтобы это ни означало, пухлое лицо Кэйтлин
покраснело, тем не менее, когда они поехали прочь, она молча последовала за
остальными.
Гайбон взглянул на Бергитте, но промолчал, хотя, вероятно, задавался вопросом,
почему она не послала больше людей. Однако он не стал оспаривать ее решение на
людях. Проблема была в том, что она не знала, сколько Черных Сестер будет с
Илэйн. Она нуждалась в каждой Ищущей Ветер, нуждалась в них, веря, что все они
непременно пригодятся. Если б было достаточно времени, она бы сняла часовых со
всех башен и даже с ворот.
"Создавайте Переходные Врата", - сказала она Шайлин. - "Прямо на холме к востоку
от города, на самую вершину, где проходит Эрининская Дорога, но они должны быть
обращены в противоположную от города сторону".
Ищущие Ветер собрались в круг, делая все необходимое, чтобы создать соединение.
Это заняло у них еще часть проклятого времени. Внезапно появилась серебристоголубая
вертикальная вспышка Переходных Врат, развернувшись в проем пяти шагов
высотой, растянувшийся во всю ширину расчищенного участка земли, с другой его
стороны виднелась широкая дорога из плотно утрамбованной глины, поднимавшаяся на
пологий склон в десять спанов высотой. Это была дорога к реке Эринин. Лагеря
Аримиллы находились по ту сторону склона. Учитывая последние события, они могли
быть пусты - если повезло, то так и есть - однако в данный момент ее они
совершенно не интересовали.
"Вперед, и рассредоточьтесь, как приказано!" - прокричал Гайбон и послал своего
рослого гнедого сквозь проход, сопровождаемый оставшимися дворянами и
Гвардейцами. Гвардейцы свернули куда-то влево и исчезли из поля зрения, тогда
как благородные вельможи заняли позицию немного повыше по склону. Некоторые
принялись рассматривать город в зрительные трубы. Гайбон спешился и, пригибаясь,
побежал наверх осмотреться. Бергитте почти физически ощущала нетерпение
телохранительниц за спиной.
"Тебе не были нужны такие огромные врата", - сказала Шайлин, хмуро оглядывая
колонну верховых, проезжавших сквозь врата. - "Почему...?"
"Пойдем со мной", - сказала Бергитте, беря Ищущую Ветер за руку. - "Я хочу коечто
тебе показать". - Хлестнув буланого поводьями, она стала тянуть женщину на
другую сторону от Врат. - "Ты сможешь вернуться обратно сразу же, как все
увидишь". - Если она хоть чуть-чуть разбиралась в этой женщине, Шайлин была той,
кто принял на себя руководство Кругом. Что до остального, то она рассчитывала на
ее характер. Хотя она и заставила себя не оглядываться, все же ей с трудом
удалось сдержать вздох облегчения, когда она услышала, как позади Ищущие Ветер
зашептались о чем-то между собой. Но последовали за ними.
Что бы Гайбон там ни увидел, это были хорошие новости, потому что прежде чем
спуститься вниз к своей лошади он выпрямился во весь рост. Должно быть, Аримилла
выскребла свои лагеря до самого дна, отправив все двадцать тысяч, если не
больше, к Фармэддингским Воротам. Если на то будет воля Света, они продержатся.
Если на то будет воля Света, удастся продержаться повсюду. Однако, сначала -
Илэйн. Сначала и прежде всего прочего.
Когда она добралась до Гайбона, который уже был в седле своего гнедого,
телохранительницы строились за Касейлле в колонну по трое. Переходные Врата во
всю ширину в добрую сотню шагов были заполнены пешими и конными, быстро
выбирающимися направо и налево, и спешащими присоединиться к остальным, уже
выстроившимся в шеренги, которые быстро вырастали по обе стороны от дороги.
Хорошо. Ищущим Ветер не удастся быстро и легко ускользнуть обратно.
Запряженный четверкой лошадей фургон с парусиновой крышей в окружении небольшого
отряда всадников остановился на небольшом расстоянии от последних строений
окраины Нижнего Кэймлина, возможно, в миле от холмов. Позади, в расположенных
вдоль дороги открытых кирпичных рынках суетились люди, как могли, занимаясь
своими повседневными делами, однако это было не существенно. Илэйн находилась в
том фургоне. Бергитте протянула руку, не отрывая взгляда от фургона, и Гайбон
вложил в нее оправленную медью зрительную трубу. Как только она подняла трубу к
глазам, фургон и всадники приблизились.
"Что ты хотела мне показать?" - потребовала Шайлин.
"Секундочку", - отозвалась Бергитте. Там находилось четверо мужчин, трое из них
верхом, однако намного важнее были сидящие на лошадях семеро женщин. Это была
замечательная зрительная труба, но только не для нее, потому что она не могла на
таком расстоянии разглядеть лица. Тем не менее, она предположила, что все семеро
были Айз Седай. Исход схватки восемь против семерых мог иметь неопределенный
результат, но не тогда, когда эти восемь находились в соединении. Только в этом
случае, если ей удастся убедить этих восьмерых ей помочь.
О чем подумали Приспешники Темного, увидев тысячи солдат, появившихся из-за
того, что могло показаться туманным маревом от жара, витающим в воздухе? Она
опустила зрительную трубу. Дворяне начинали спускаться вниз следом за своими
появившимися ополченцами, направляясь к строившимся порядкам.
Но, как бы ни были удивлены Приспешники Темного, долго они не колебались. Вниз с
ясного неба начали бить молнии, серебристо-синие зигзаги, ударявшие в землю с
громовыми раскатами, разбрасывая людей и лошадей в стороны, словно комья грязи.
Лошади взлетали в воздух и падали вниз с пронзительным ржанием, однако люди изо
всех сил боролись с поводьями, стараясь удержать их на месте. Никто не побежал.
Раскаты грома, сопровождавшие эти взрывы, сотрясали Бергитте подобно ударам,
заставляя ее пошатываться. Она чувствовала, как ее волосы встали дыбом, норовя
повыскакивать из косы. Воздух стал... острым. Казалось, он даже покалывал кожу.
Вновь сверкнула разветвленная молния. В Нижнем Кэймлине люди бросились бежать,
однако некоторые глупцы устремились туда, откуда все было видно получше. На
окраине узких улочек, выходящих за пределы города, начали собираться зеваки.
"Если мы собираемся что-то предпринять, то лучше двигаться, чтобы усложнить им
задачу", - произнес Гайбон, подбирая поводья. - "С вашего разрешения, миледи?"
"Мы понесем меньше потерь, если вы будете перемещаться", - согласилась Бергитте,
и он поспешил вниз по склону.
Касейлле остановила свою лошадь перед Бергитте и отсалютовала рукой, прижав ее к
груди. Ее узкое лицо за лицевыми пластинами шлема выглядело мрачным. -
"Разрешите Телохранителям присоединиться к строю, миледи?" - в этих словах была
не просто просьба. Они были не какие-то обычные телохранители, а Телохранители
Дочери-Наследницы, а вскоре станут Телохранителями Королевы.
"Разрешаю", - ответила Бергитте. Если кто и имел на это право то именно эти
женщины.
Арафелка развернула коня и в сопровождении остальных галопом поскакала вниз по
склону, чтобы занять свое место в разрываемом молниями строю. Отряд наемников,
примерно из двухсот человек в окрашенных в черный цвет шлемах и нагрудниках,
скакавших под красным знаменем с бегущим черным волком, замер, когда они
увидели, куда именно скачут, однако люди под знаменами дюжины Домов напирали на
них, и им не оставалось ничего иного, кроме как продолжить путь. Большинство
дворян направились вниз, возглавив своих людей; в их числе были Браннин, Келвин,
Лаэрид, Барел, и другие. Ни один не колебался, завидев появившееся собственное
знамя. Сергас была не единственной женщиной, пославшей свою лошадь на несколько
шагов вперед, словно она тоже хотела присоединиться к своим ополченцам, когда ее
знамя появилось из-за Врат.
"Шагом! Марш!" - закричал Гайбон, стараясь перекричать взрывы. На протяжении
всего строя ему вторили другие голоса. - "Прибавь!" - Повернув гнедого, он
медленно двинулся навстречу Приспешницам Темного, а молнии продолжали грохотать,
сбивая на землю людей и лошадей, вздымая фонтаны земли.
"Что ты хотела мне показать?" - потребовала ответа Шайлин. - "Я хочу убраться
подальше от этого места". - Подразумевалось, где не так опасно. Люди продолжали
выходить из Врат, пуская лошадей в галоп или бегом, чтобы догнать остальных.
Теперь в шеренги полетели огненные шары, добавляя все новые взрывы грязи,
отрывая руки и ноги. В воздух медленно взлетела лошадиная голова.
"Вот это", - сказала Бергитте, обводя широким жестом происходящее перед ними.
Гайбон перешел в галоп, потянув за собой остальных, первые три шеренги
развернутым строем слаженно двигались вперед, остальные изо всех сил поспевали
за ними, чтобы присоединиться. Внезапно от одной из женщин подле фургона
выстрелила струя огня толщиной с ногу, похожая на жидкое белое пламя. Она
практически вырезала дыру в пятнадцать шагов шириной посреди строя. Мгновение,
равное одному удару сердца, в воздухе висели мерцающие частицы, повторяя
очертания людей и лошадей, а затем все исчезло. Струя внезапно отклонилась вверх
в воздух, выше и выше, затем мигнула, оставив тусклые пурпурные линии,
пронизывающие зрение Бергитте. Погибельный Огонь выжигал людей из Узора так, что
они оказывались мертвы прежде, чем он ударил в них. Она прижала к глазам
зрительную трубу как раз вовремя, чтобы разглядеть женщину, держащую тонкий
черный жезл, который, казалось, был длиной в один шаг.
Гайбон начал атаку. Для этого было слишком рано, однако его единственная надежда
была в том, чтобы оказаться как можно ближе, пока у него еще были люди. Его
единственная надежда. Сквозь грозовые раскаты и взрывы разнесся нестройный крик:
"Илэйн и Андор!" - Нестройный, но звучный. Взметнулись все знамена. Красивое
зрелище, если не замечать, сколько полегло людей. Лошадей и всадников, в которых
попадали огненные шары, просто разрывало на части, людей и лошадей, находящихся
поблизости, сбрасывало на землю. Некоторым удавалось подняться снова. Лошадь без
всадника поднялась на трех ногах, попыталась ускакать, но упала поверх
сраженных.
"Это?" - недоверчиво протянула Шайлин. - "У меня нет никого желания наблюдать,
как гибнут люди". - Очередная струя Погибельного Огня прорезала брешь примерно в
двадцать шагов шириной в шеренгах атакующих, прежде чем уткнуться вниз, в землю,
прорезав борозды на полпути к фургону, пока не иссякла. Оставив очень много
мертвых, хотя и не так много, как, казалось, должно было быть. Бергитте уже
видела подобное в битвах Троллоковых Войн, когда использовали Силу. На каждого
лежащего неподвижно человека приходилось двое или трое, шатавшихся на ногах или
пытавшихся остановить кровь. На каждую мертвую лошадь - две, поднимавшихся на
дрожащие ноги. Град огня и молний не прерывался ни на мгновение.
"Тогда останови это", - произнесла Бергитте. - "Если они убьют всех солдат, или
хотя бы заставят отступить остальных, мы потеряем Илэйн". - Не навсегда. Чтоб ей
сгореть, она готова была выслеживать ее всю свою оставшуюся жизнь, лишь бы
увидеть ее свободной, однако одному Свету ведомо, что они могли с ней сотворить
за это время. - "Сделка Зайды будет сорвана. Вы ее потеряете".
Утро не было теплым, тем не менее, на лбу Шайлин выступили бусинки пота.
Огненные шары и молнии взрывались теперь среди всадников Гайбона. Женщина,
сжимающая жезл, вновь подняла руку. Даже не прибегая к зрительной трубе,
Бергитте была уверена, что она указывает прямо на Гайбона. Он тоже должен был
видеть это, однако он не отклонился ни на волосок.
Внезапно с неба вниз хлестнул другой зигзаг молнии. И поразил женщину, державшую
жезл. Она отлетела в одном направлении, а ее лошадь - в другом. Одна из
запряженных в фургон лошадей осела на землю, тогда как другие гарцевали на
месте, вставая на дыбы. Они ускакали бы прочь, если бы не мертвый пристяжной.
Остальные лошади также пытались вырваться, поднимаясь на дыбы. Огненный дождь и
молнии прекратились, поскольку Айз Седай пришлось бороться с обезумевшими
животными и пытаться удержаться в седле. Вместо того чтобы пытаться успокоить
упряжку, возница спрыгнул вниз с козел и обнажил меч, бросившись навстречу
атакующим. Зеваки в Нижнем Кэймлине тоже бросились бежать, на сей раз, в
обратном направлении.
"Захватите остальных живьем!" - поспешно вставила Бергитте. Ее не слишком
заботило, сколько из них выживет - так или иначе, они все равно будут казнены
как Приспешники Темного и убийцы, однако Илэйн находилась в том проклятущем
фургоне!
Шайлин натянуто кивнула, и вокруг фургона всадники начали вываливаться из седел,
в беспорядке падая на землю, словно им связали руки и ноги. Что, конечно же, и
произошло. Сбежавший мужчина упал лицом вниз и остался лежать, извиваясь. - "Я
также оградила женщин щитами", - произнесла Шайлин. Даже удерживая Силу, они не
могли тягаться с Кругом из восьми женщин.
Гайбон вскинул руку, переводя атакующих на шаг. Было удивительно, как мало
времени все это заняло. Он преодолел менее половины пути к фургону. Верховые и
пешие, люди все еще вливались сквозь Врата. Качнувшись в седле, Бергитте галопом
поскакала к Илэйн. - "Проклятая девчонка!" - подумала она. Узы не донесли ни
намека на страх.
Глава 33
Девять из десяти
Приспешницы Темного решили не рисковать. Помимо того, что Илэйн держали
огражденной, Тимэйл, по-видимому, получила извращенное удовольствие, скрутив ее
в тугой узел, так что голова оказалась зажатой между коленей. Ее мускулы давно
уже ныли от неудобного положения. Рот ей заткнули куском грязной тряпки с
мерзким масляным привкусом, туго завязав так, что она врезалась в уголки рта,
чтобы она не могла позвать на помощь у ворот. Она и не собиралась: это только
означало бы гибель для солдат, охранявших ворота. Она могла ощущать, что шестеро
Черных Сестер удерживали саидар, пока они не миновали ворота. Тем не менее,
завязывать глаза ей было вовсе необязательно. Илэйн решила, что этим они хотели
заставить ее почувствовать себя еще беспомощней, однако ни капли беспомощности
она не чувствовала. В конце концов, до рождения малышей она была в полной
безопасности, так же как и они. Так сказала Мин.
Она поняла, что находится в фургоне или телеге, судя по грохоту упряжи и
шершавым доскам под ней. Они не потрудились постелить на дощатый пол даже
одеяла. Фургон, решила она. Было похоже, что в него была впряжена не одна
лошадь. Вну
...Закладка в соц.сетях
