Жанр: Фантастика
Проклятие низвергнутого бога
..., дышим воздухом. Да, - он кивнул, - дышим воздухом.
- Замечательно, - продолжил Грас с той же подчеркнуто вежливой интонацией. -
Почему бы вам не делать это в другом месте?
Он готов был выхватить шпагу. Но фервинги могли здорово потрепать их, прежде
чем к ним подоспела бы помощь. К счастью, те предпочли удалиться.
- Разведчики. - Никатор покачал головой.
- Чего ты еще ожидал? - спокойно отозвался Грас.
Никатор указал на шест, торчащий из крыши склада невдалеке.
- Самое лучшее было бы повесить их прямо там, - сказал он.
- Зачем? - спросил Грас.
- Да потому что они - шпионы!
- Заметь - очень плохие шпионы, - ответил Грас. - Если мы их повесим, король
Дагиперт пришлет следующих, и они могут оказаться намного искуснее.
Задумавшись на пару минут, Никатор наконец произнес:
- Ты - большой шутник, капитан.
Теперь пришла очередь Граса удивляться.
- Я вовсе не шутил, - ответил он.
Будь на его месте кто-нибудь другой, этот разговор мог закончиться ссорой или
даже дракой, но Грас и Никатор просто рассмеялись. Даже не всегда соглашаясь друг с
другом, они прекрасно ладили.
Через Туолу не было перекинуто ни одного моста. Много лет тому назад, когда
Аворнис был сильнее, несколько мостов соединяли ее берега. После того как пришли
фервинги, аворнийцы разрушили их. Зачем облегчать врагам путь для набегов? Но
фервинги прекрасно обходились и без мостов. Однако по-прежнему их послы спускались
к Туоле в том месте, где над водой на шесть или восемь дюймов выступали остатки моста.
Этот обычай оказался сильнее времени.
Грас разглядывал фервингов, стоя на палубе своей речной галеры. Посол с золотой
цепью на шее, волшебник, полдюжины солдат. Аворнийское посольство включало бы и
секретаря, но немногие фервинги могли писать.
- Кто вы? Что вам нужно? Зачем вы пришли в Аворнис? - спрашивал Грас. Как
самый высокий по рангу аворниец, он задавал формальные вопросы.
- Меня зовут Зангрулф, - отвечал посол на хорошем аворнийском языке. - Я
пришел от короля Дагиперта, могущественного и ужасного, к королю Сколопаксу
обсудить продление выплаты дани, которую Аворнис выплачивает Фервингии.
Грас кивнул. Да, как ни печально сознавать, но его королевство платит дань
Фервингии. Пусть это и было дешевле, чем воевать. Однако то, что было ему известно о
Сколопаксе, не внушало оптимизма на случай войны между ним и этим старым лисом
Дагипертом.
- Я пришлю лодку, - сказал он, - затем переправлю вас в Ветерес, и оттуда вы
сможете продолжить свой путь к столице Аворниса по королевскому тракту.
Зангрулф и его волшебник посовещались, и посол махнул рукой.
- Я согласен. Так и сделаем.
Он не мог приказывать Грасу, но фервинги всегда вели себя так, как будто они
правили миром.
Лодка подошла к берегу. Она была недостаточно вместительной, и понадобилось два
рейса, чтобы доставить все посольство на галеру. Волшебник прибыл со второй партией.
Единственное, что отличало его от других фервингов, были два кольца в виде змей на его
мизинцах: одно - серебряное, другое - золотое. Он был такой же высокий, как все
фервинги, с длинными светлыми волосами и бритым подбородком. И только его
пронзительные глаза, чрезвычайно проницательные, сощурились, словно от яркого света,
когда его взгляд упал на Граса. Затем он широко распахнул их и пристально вгляделся в
него. После этого волшебник сказал что-то Зангрулфу. Посол тоже посмотрел на Граса и
перевел:
- Олдо говорит, что ты великий человек.
- Поблагодари его от меня, - ответил Грас, улыбаясь. - Кроме моей жены, он
единственный, кто так считает.
Несомненно, волшебник понимал аворнийский язык, но предпочитал разговаривать
через посла. Тот еще раз обратился к Грасу:
- Он также говорит, что ты достигнешь больших высот, если останешься жив.
- Неужели? - Грасу действительно было интересно узнать, что тот имел в виду. -
Я был бы рад стать великим человеком при жизни, чем после смерти.
Зангрулф усмехнулся. Олдо - нет. Он снова заговорил по-фервингски, и посол
перевел:
- Он говорит, что это правда. И что существует кто-то даже больше, чем человек,
который не хочет, чтобы ты жил. Олдо советует остерегаться.
Командующий флотилией попытался снова отшутиться. Но слова застряли у него в
горле. Прошли годы, с тех пор как Низвергнутый явился к нему во сне, но он ничего не
забыл. Хотя очень этого желал.
- Пожалуйста. - Принц Ланиус умолял своего учителя. - Завтра я сделаю в два
раза больше, если ты позволишь мне посмотреть на фервингов сегодня.
Ему пришлось выучиться искусству лести. Он слышал, что обычно люди льстят
принцам. Если это и было правдой, то только не здесь и не принцу Ланиусу.
Учитель, почесывая бороду, погрузился в размышления. Наконец он сказал:
- Это не в моей власти. Я обращусь к камергеру его величества. Только король
может дать разрешение.
Надежда в сердце Ланиуса почти угасла.
- Он не позволит. Он никогда не разрешает делать то, что мне хочется. Я даже не
могу увидеть маму.
Ланиус совсем недавно потерял свой первый зуб, и его язык то и дело нащупывал
пустое место, где тот рос. Был - и нет. Изгнание Серфии из дворца вызвало такую же
пустоту в его душе. На старом месте вырастет новый зуб. Но кто может заменить его
маму?
- Я спрошу разрешения. В конце концов, ты - наследник короля Сколопакса.
Это ничего не значило для Ланиуса. И судя по всему - еще меньше для Сколопакса.
Но учитель вернулся, улыбаясь.
- Я договорился. Ты сможешь увидеть их. Тебе придется надеть твою причудливую
мантию и корону, но ты сможешь там присутствовать.
- О, благодарю тебя! - воскликнул Ланиус.
Тяжелая, расшитая золотом мантия давила на его худенькие плечи и причиняла боль.
Корона была слишком мала для него и сдавливала голову. Но ему было все равно.
Мальчику нечасто доводилось делать то, что ему действительно хотелось, и Ланиус
собирался получить удовольствие от зрелища, несмотря ни на что. Место принца было
недалеко от трона, напротив архипастыря Букко. Даже это не могло испортить
настроение, хотя Букко глядел на него как на жалкое насекомое, не имеющее права на
жизнь.
Король Сколопакс невозмутимо сидел на своем сверкающем алмазном троне. По
сравнению с его роскошной мантией одеяние Ланиуса казалось жалким. Золотая корона
короля, украшенная рубинами, сапфирами и изумрудами, была намного тяжелее, чем у
Ланиуса. Его лицо хранило царственное спокойствие, с другой стороны - это могло быть
просто пьяное оцепенение.
Но вскоре Ланиус забыл о короле. Вошли фервинги. Посол был одет в меховой
камзол, кожаные брюки, каблуки его сапог звонко стучали по мраморному полу тронного
зала. Аворнийские солдаты в позолоченных кольчугах окружили посла и его свиту.
Ланиус был бы рад, если бы они отошли в сторону и не мешали разглядывать иноземных
гостей.
Герольд объявил имя посла - Зангрулф. Тот очень низко поклонился королю
Сколопаксу. Его свита склонилась еще ниже. Ланиусу захотелось повторить их поклон. И
только боязнь быть наказанным остановила его.
- Аворнийцы платят дань Фервингии много лет, - заговорил посол с легким
акцентом. - Последнее соглашение по выплатам скоро истекает. Король Дагиперт
ожидает, что оно будет возобновлено в том же размере.
Учитель Ланиуса за его спиной, одетый в роскошное, скорее всего позаимствованное
одеяние, возмущенно зашептал:
- Он торгуется как старуха на базаре.
Но Ланиус не слушал его. Сейчас все его внимание было сосредоточено на его дяде
- тот располагался над ним, восседая на алмазном троне. Сколопакс с головы до ног
выглядел как истинный король. Почти не двигаясь, он смотрел вниз на фервингского
посла. Так бог наблюдает за жалкими созданиями, копошащимися у его ног. Когда
Зангрулф закончил, Сколопакс произнес только одно слово:
- Нет.
Это единственное слово, подобно едва слышимому эху, разнеслось по залу. Ланиус
почувствовал удивление и возбуждение, охватившее людей, хотя он и не понимал
причину. Так же как его учитель произносил новое, трудное слово, Зангрулф отчетливо
проговорил:
- Если вы отказываетесь, ваше величество, король Дагиперт вправе начать войну
против вас, против Аворниса.
Тихий ропот снова прокатился по залу. Слово "война" звучало особенно отчетливо.
- Нет, - повторил король Сколопакс, - это то, что я собирался сказать и сказал.
Можешь передать своему драгоценному королю и всем остальным.
- Подумайте дважды, ваше величество, - произнес Зангрулф. - Даже трижды.
Король Дагиперт жесток и опасен в гневе. Солдаты Фервингии отважны и готовы к битве.
Король Мергус не отказывался платить нам. Он...
Ланиус мог бы подсказать послу, что упоминание его отца - не лучший путь
убедить короля. Он мог бы, но было слишком поздно. Король Сколопакс опередил его. На
этот раз он выкрикнул "нет" во всю мощь своих легких. Затем он указал на дверь.
- Убирайся вон! - кричал он. - Радуйся, что тебе не отрубили голову. Прочь!
Продолжая вести себя так, как будто ничего не произошло, и посольство выполнило
свою миссию, Зангрулф снова поклонился. Свита последовала его примеру. Затем они
повернулись и двинулись к выходу. Аворнийская стража по-прежнему окружала их.
Ланиусу хотелось захлопать в ладоши. Что за великолепное зрелище! Всю свою
дальнейшую жизнь он будет любить парады.
- Что он сделал? - воскликнул командующий Грас, когда новость о происшедшем
в тронном зале достигла Ветереса.
- Он выгнал посла короля Дагиперта, - рассказывал вестник. - Просто выставил
его прочь, клянусь богами.
Грас отхлебнул вина.
- И что теперь? Война с фервингами?
- Было бы лучше обойтись без войны, - заметил Никатор. - Как мы будем
воевать, если они нападут на нас? У нас недостаточно солдат и слишком мало галер.
- Ты знаешь это, - ответил Грас - Я тоже. Почему король Сколопакс не знает
этого?
- Не могу понять. - Никатор осушил кубок и махнул служанке, прося наполнить
его снова. - В конце концов, он - король, ему полагается знать об этом. Он должен
знать все, что происходит в Аворнисе.
- Я так скажу, - произнес Грас. - Я знаю все, что творится в моей флотилии, -
это моя забота. Все королевство - его забота.
- Есть капитаны, которые считают по-другому, - отозвался Никатор. - Ты
знаешь, кого я имею в виду. Они говорят: сделай это, сделай то, сделай еще что-нибудь.
Но их не волнует, достаточно ли у тебя людей, денег или времени, чтобы выполнить их
приказ. Это не их заботы - только твои. Но после они обвинят тебя, если их приказы
окажутся невыполнимы.
Грас кивнул.
- Конечно, такие встречаются. Я стараюсь избавляться от них, чем скорее, тем
лучше.
- Да, это так. - Никатор покрутил головой. - Но большинство бездельников
принадлежит к знати, и не так-то легко избавиться от них.
- Не напоминай мне. - Грас тяжело вздохнул.
Он достиг своего положения только потому, что очень хорошо знал свое дело.
Знатным офицерам, получившим свое звание благодаря происхождению, приходилось
выполнять его приказы. Но это не мешало им относиться к нему свысока.
К их столу приблизилась служанка с кувшином вина. Она наполнила кубок
Никатора. Грас подтолкнул к ней свой, с другой стороны стола. Девушка налила ему тоже.
- Спасибо, дорогуша, - поблагодарил Никатор и шлепнул ее пониже спины.
Она отпрянула.
- Ты можешь покупать вино, - сказала она, - и я рада, когда ты платишь. Но
держи свои руки при себе. Мой зад - не для продажи. Если бы я могла выстроить в ряд
всех мерзавцев, кто позволяет себе грязные шутки с девушками, так, чтобы одним ударом
меча снести их пустые головы, я бы сделала это.
Она отошла.
- Ух ты, - присвистнул Никатор и сделал большой глоток. - У нее пар из ушей
идет, не так ли?
- Есть немного, - отозвался Грас. - Я, пожалуй, попридержу свой язык
следующие десять лет.
Он был хорошо известен своими шутками над девушками, работающими в тавернах,
и не только шутками. У него был внебрачный сын в Анксе, и каждые полгода он посылал
деньги его матери. Эстрилда знала об этом. Высказав ему все, что она думает, жена в
конце концов простила его. Грас покачал головой. Нет, она не простила, просто решила,
что бесполезно пытаться изменить его.
Спустя три дня Зангрулф и другие фервинги возвращались назад к королю
Дагиперту. Их сопровождал аворнийский офицер по имени Корвус. Его золоченые
доспехи, превосходная лошадь и самодовольное выражение лица говорили о том, что у
него достаточно денег и земель.
- Переправь этих неотесанных мужланов через реку, - сказал он Грасу с
брезгливой гримасой. - Мы справимся с ними, даже не сомневайся.
Зангрулф не должен был слышать его слов, но он услышал. Смерив Корвуса
взглядом, он произнес:
- Мы вскоре вернемся. Посмотрим, как ты тогда заговоришь.
Аворнийский дворянин покраснел от гнева.
- Я не боюсь тебя, - ответил он. - Я ничего и никого не боюсь.
- Самодовольный тупица, - сказал Никатор тихо, и Грас кивнул, соглашаясь с
другом.
Волшебник Олдо подошел к Зангрулфу и что-то прошептал ему. Посол громко
рассмеялся и ткнул пальцем в Корвуса.
- Он говорит, что ты получишь то, что заслуживаешь.
- Неужели? - Рука Корвуса опустилась на эфес меча. - Передай ему, чтоб держал
язык за зубами, не то он прямо сейчас получит то, что заслуживает.
- Я перевезу тебя и твоих людей через реку, - поспешил сказать Грас, прежде чем
вспыхнула ссора.
Посланник короля Дагиперта кивнул. Всю дорогу назад к разрушенному мосту
Олдо, посмеиваясь, поглядывал то на Граса, то на Корвуса.
Король Сколопакс восьмой день отмечал третий год своего правления. Он ненавидел
Мергуса больше, чем когда-либо, за то, что тот так долго лишал его власти. Большая часть
жизни ушла на исполнение приказов старшего брата. Теперь он - король, и все должны
исполнять его приказы. Только одно огорчало его.
- Я хотел бы иметь настоящего наследника, мою плоть и кровь, - жаловался он
Эйсталфу однажды. - Этот прыщ Ланиус вызывает у меня омерзение. Он постоянно то с
одной книгой, то с другой, и он - отродье Мергуса.
- Вашего кровного наследника? - вкрадчиво произнес фаворит короля. - Есть
один способ осуществить это или хотя бы попробовать.
Продолжая поглаживать его по мускулистому бедру, Сколопакс покачал головой:
- Похоже, этот способ не для меня. Я пытаюсь, время от времени. Сейчас каждая
юбка во дворце мечтает об этом, но все бесполезно.
- Плохо дело, ваше величество. - Эйсталф покачал головой. - Женщины тоже
могут доставить удовольствие.
- У меня есть ты и Вакхо, - сказал Сколопакс. - Если мне захочется больше
удовольствий, я просто не выдержу.
Эйсталф засмеялся. Сейчас каждый смеялся, когда Сколопакс изволил шутить.
Король продолжил:
- Кроме того, этот прыщ не сможет примостить свой костлявый зад на троне до тех
пор, пока я жив, и вряд ли это будет волновать меня после смерти.
- Все так, - согласился Эйсталф.
Все соглашались со Сколопаксом в эти дни, к его полнейшему удовольствию.
Поэтому он предложил:
- Не пойти ли нам на луг погонять мяч?
Король обожал поло. Несмотря на его преклонный возраст и объемистый живот, он
был очень неплохим игроком.
- Как угодно вашему величеству, - отозвался Эйсталф. Поло не слишком увлекало
его, так же как и Вакхо. Но доставлять удовольствие Сколопаксу было важнее всего.
- Да! - радостно воскликнул король. - Как мне угодно.
Вскоре он скакал по полю, как бешеный кочевник ментеше. Придворные, которым
приходилось играть с ним и его фаворитами, старались изо всех сил. От этого
удовольствия Сколопакса не могли оторвать никакие государственные дела. Уже год
фервинги опустошали запад Аворниса, и ему приходилось посылать все новые и новые
силы на борьбу с ними. Пусть войной занимаются генералы. Поло - вот что
действительно было важно. И тот, кто считал по-другому, не играл с королем во второй
раз.
Его лошадь обошла его последнего противника. Он взмахнул клюшкой с силой
человека вдвое моложе. Клюшка поймала мяч, точно как он и рассчитал. Он не смог бы
сделать это лучше, даже действуя сачком.
- Гол! - закричал король и воздел свои руки вверх в триумфе.
- Славный удар, ваше величество, - сказал только что побежденный противник.
- Прекрасный удар, ваше величество, - подоспел Эйсталф, который не терпел,
когда кто-нибудь кроме него - и, возможно, Вакхо - льстил королю.
Затем совершенно неожиданно и против воли короля клюшка выскользнула из его
пальцев и упала на утоптанный луг. Он покачнулся в седле. Король попытался коснуться
правой рукой лба, но она не послушалась. Он поднял левую, но снова покачнулся и почти
упал.
- Вы в порядке, ваше величество? - спросил Эйсталф.
- У меня ужасно болит голова, - ответил Сколопакс. Вся правая сторона его тела
онемела, или как будто ее не было вовсе. Он не смог удержать равновесия и медленно
соскользнул с лошади на землю.
- Ваше величество! - закричал Эйсталф и приказал кому-то: - Быстрее,
приведите врача!
Послышался топот копыт. Сколопакс едва понимал, что происходит вокруг,
сосредоточившись на прекрасном лице незнакомого мужчины, который смотрел на него.
- Слишком плохо, - сказал Низвергнутый. - А я возлагал на тебя такие
надежды...
Сколопакс попытался ответить, но не смог. Хотя был полдень, небо потемнело. И
очень скоро для короля все вокруг потонуло в темноте.
4
ЛАНИУС подпрыгнул так высоко, как только мог.
- Мама! - крикнул он и бросился к ней. Он не видел ее с тех пор, как умер отец.
Для ребенка три года - очень большой срок. Иногда он боялся, что, встретив, не узнает
ее. Но он узнал! Еще как!
- Мой родной! - Серфия так крепко обняла мальчика, что у него перехватило
дыхание. - Ты так вырос и повзрослел. - Она отстранилась и оглядела его. - Но ты
худой как щепка. Тебе нужно больше есть. Руки и ноги совсем как палочки.
- Я буду есть больше, - закивал Ланиус. Сейчас он мог пообещать маме все на
свете. - Я даже начну есть о...
Мальчик осекся. Пообещать есть овощи - это слишком.
- Ты ведь король, в конце концов, - заметила Серфия. - Король должен быть
сильным для того, чтобы Аворнис процветал.
- Хорошо.
Но это не убедило Ланиуса. Ему было только восемь лет. Единственное изменение
заключалось в том, что все вокруг стали называть его "ваше величество" вместо "ваше
высочество", в том числе и его наставник. Учиться он продолжал каждый день, но это не
казалось неприятной обязанностью. Мальчик, внимательно посмотрев на мать, сказал:
- Мне жаль, что дядя умер.
Лицо Серфии стало жестким и холодным.
- Мне - нет, - ответила она. - Это был отвратительный и к тому же глупый
человек. Когда вырастешь, ты будешь лучшим королем, я уверена.
- Почему ты так уверена, мама? - спросил малыш с искренним любопытством.
- Потому что невозможно быть хуже, чем он, - резко ответила женщина.
- Ну почему же, - отозвался Ланиус. - Если я попытаюсь, у меня может
получиться.
- Ты просто не захочешь делать ничего подобного - вот в чем дело. Главным
желанием Сколопакса было разрушить все, что имело отношение к твоему отцу. Ты не
стал бы этого делать. Ты - еще маленький мальчик, но уже понимаешь.
- Но я не сказал, что я буду, - упрямился Ланиус, - я сказал - я мог бы стать.
В глазах Серфии мелькнуло странное выражение.
- Не важно, - сказала она. - Я...
- Добрый день, мадам. - Архипастырь Букко замер на пороге и смотрел на мать
Ланиуса, как будто она была грязью на его сандалиях. - Что ты делаешь во дворце? Кто
позволил тебе прийти?
Его голос был холоден, как зимний ветер в горах Фервингии.
- Она - моя мать, и я - король Аворниса! - воскликнул Ланиус.
Букко поклонился.
- Несомненно, ваше величество. Но твой дядя назначил меня главой регентского
совета, чтобы я управлял государством, пока ты не станешь взрослым. Мое слово здесь
кое-что значит.
Серфия презрительно засмеялась:
- До чего же замечательный совет регентов. Ты, Вакхо и Эйсталф...
- И Торгос, - прервал ее Букко. - Торгос - мудрый и ученый муж.
- Как же он тогда ладил со Сколопаксом? - удивилась мать Ланиуса. Она ткнула
пальцем в Букко. - Это - твой совет, и все знают это. Ты один будешь нести
ответственность за все плохое, что произойдет.
- Я не собираюсь допускать ничего плохого, - ответил архипастырь. - Когда
твой сын станет мужчиной, я передам ему крепкое государство. В конце концов, он
единственный, кто остался из нашей древней династии.
- Да, и при этом ты называл его внебрачным ребенком, - колко вставила Серфия.
- Что ты скажешь об этом сейчас?
- Я не внебрачный, - сказал Ланиус, - ты была женой отца. Я был очень мал
тогда, но я помню.
- Все не так просто, ваше величество, - заметил архипастырь Букко. - Ваша мать
действительно была женой короля Мергуса, но седьмой по счету.
Даже Ланиус, несмотря на свои годы, понимал, что это значит. Он удивленно
посмотрел на мать. Серфия бросила сердитый взгляд на Букко:
- Архипастырь Мегадиптис объявил Ланиуса законнорожденным.
Букко закашлялся. Да, тогда он был в изгнании, поэтому Мегадиптис смог сделать
это. И Букко никогда не одобрял произошедшего.
- То, что считает Мегадиптис, касается только его, не меня. - Букко снова
закашлялся.
Ланиус заметил явное противоречие:
- Если я незаконнорожденный, как я могу быть королем?
И Серфия продолжила:
- И если он не король, как ты можешь быть главой совета регентов при нем?
Ее слова вызвали новый приступ кашля у архипастыря.
- Вся ситуация очень необычна, - наконец ответил он.
- Безусловно, - сказала Серфия. - И если это так, как ты смеешь не позволять
мне видеть сына?
- Я глава регентского совета, - холодно отозвался Букко - и вправе решать, с кем
встречаться королю.
- Я - король, и я желаю видеть мою маму постоянно! - воскликнул Ланиус.
Его мать продолжала:
- Кто лучше исполнял обязанности главы церкви Аворниса, Букко? Ты или
Мегадиптис? Многие люди скажут, что Мегадиптис, особенно если вспомнят, как Скол
опаке обошелся с ним. Ты хочешь, чтобы эти люди вышли на улицы, требуя твоей крови?
Это случится, если ты продолжишь называть Ланиуса незаконнорожденным.
- Не смей угрожать мне! - выкрикнул священник.
- Не надейся помешать мне видеться с сыном! - резко ответила Серфия.
Они смотрели друг на друга поверх головы Ланиуса, а новому королю Аворниса
казалось, что его разрывают надвое.
Командор Грас не любил путешествовать на лошадях. Некоторые люди страдали от
морской болезни. Его же начинало подташнивать от бесконечного покачивания на спине
лошади.
- Я предпочел бы плыть на юг на галере, - сказал он Никатору.
- Я тоже, - отозвался капитан. - Мне кажется, что мои ноги растянуты в разные
стороны. Вот увидишь, к концу недели они привыкнут и останутся навсегда колесом.
У него были свои собственные причины не любить лошадей.
Вздохнув, Грас добавил:
- Боги решили дать нам реки, которые текут с запада на восток. Если нам нужно
переместиться с севера на юг, мы можем ехать на лошадях или идти пешком. Это
единственный выбор.
- Кто сказал, что это я хочу путешествовать с севера на юг - возразил Никатор. -
Мне приходится, но это не мое желание. Как только фервинги немного успокаиваются,
ментеше начинают досаждать нам снова. Такое ощущение, что две шайки негодяев
ухватились за Аворнис с двух сторон и пытаются разорвать его на части.
Это сравнение было поразительно точным. Командор кивком одобрил его и сказал:
- Если бы они набросились на нас одновременно, было бы еще хуже.
Никатор фыркнул:
- Что может быть хуже? Судя по всему, дела очень плохи. Иначе они не стали бы
звать нас, чтобы возглавить армию на юге.
Грасу нечего было возразить. Он опустил руку и проверил, легко ли выходит его меч
из ножен.
Небо на юге казалось темным от дыма: ментеше жгли поля, дома и деревни. Если
они прорвутся через городские стены, города тоже запылают. И если они наткнутся на
двух конных аворнийцев, тем вряд ли удастся избежать гибели.
Взглянув на Граса, Никатор рассмеялся:
- Командир, еще немного, и ты станешь прекрасным наездником, совсем как я. Ты
скорее ткнешь меня этим мечом, чем кого-нибудь из солдат Низвергнутого.
- Покорнейше благодарю, друг. Я постараюсь держаться подальше от тебя. - Он
вытянул руку вперед. - Похоже, впереди таверна?
- Мне тоже так кажется, - ответил Никатор. - Остановимся заночевать? Даже
если мы продолжим дорогу, то немного выиграем.
- Хорошо, - согласился Грае.
Шум, царивший в общем зале, поколебал их уверенность в отдыхе. Торговцы, что
пришли сюда выпить и перекусить, громко спорили, у кого больше прав занять святой
престол: у Букко или Мегадиптиса. Некоторые из них были настолько пьяны, что готовы
были отстаивать свое мнение с помощью кулаков и ножей.
- Что за идиоты, - проворчал Никатор. - Как будто у нас мало других проблем.
Он предназначал свои слова только Грасу, который кивнул, соглашаясь, но молодой
мужчина за соседним столом повернулся к ним и сказал:
- Если мы сделаем неправильный выбор, Низвергнутый захватит нас.
Его пальцы очертили защищающий жест. Грас сделал то же самое, но спросил:
- Ты не думаешь, что Низвергнутому будет легче справиться с нами, если мы
передеремся?
Посетители таверны посмотрели на него так, словно он говорил на одном из наречий
северных черногорцев. Но в отличие от большинства Грас не собирался спорить. Он и
Никатор быстро съели свой ужин - не слишком хороший, запили его вином, которое
было еще хуже, и отправились в маленькую узкую комнату, одну на двоих, которую
трактирщик выделил им. Грас запер дверь.
- Вряд ли это поможет, - заметил Никатор.
- Я знаю, - ответил Грас - Но и не повредит.
Как бы то ни было, торговцы умудрились не подраться. Наутро Грас и Никатор
снова отправились в дорогу.
Оба то и дело почесывались, поэтому Грае едва сдерживал себя, чтобы не
высказаться вслух - пусть Низвергнутый познакомится с гостеприимством этого
трактирщика! И все-таки... Каждый, кто испытал, как трудна может быть жизнь на
дальних берегах Стуры, не желал этого даже врагу.
Если ментеше завоюют эту землю и прогонят отсюда аворнийских солдат,
волшебников и священников, Низвергнутый распространит свои чары ближе к столице
Аворниса. Этого нельзя допустить.
- Я надеюсь, Энха не сдалась, - мрачным тоном произнес Грас.
- Лучше бы этого не случилос
...Закладка в соц.сетях
